Апелляционное постановление № 22-5611/2020 от 2 ноября 2020 г. по делу № 1-421/2020

судья Цыганова О.И. 22-5611/2020


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

3 ноября 2020 года город Ставрополь

Ставропольский краевой суд в составе:

председательствующего судьи Вершкова О.Ю.,

при секретаре Савиной С.Н.,

с участием:

прокурора Горбатко Л.И.,

представителя потерпевшего <данные изъяты> ФИО16,

обвиняемого ФИО1,

адвоката Гетманского В.И.,

обвиняемого ФИО2,

адвоката Лятычевского С.В., защитника наряду с адвокатом Васильевой М.В.,

адвоката Грушко И.Т. в интересах обвиняемой ФИО3

адвоката Туз Р.А. в интересах обвиняемой ФИО5

адвоката Колотай П.В. в интересах обвиняемого ФИО7,

адвокат Зибаревой Е.В. в интересах обвиняемой ФИО8,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе представителя потерпевшего <данные изъяты> ФИО16 на постановление Пятигорского городского суда Ставропольского края от 30 сентября 2019 года, которым уголовное дело в отношении ФИО3 ФИО24, Григорян ФИО25, ФИО1 ФИО26, Билей ФИО27, Бонуса ФИО28, ФИО8 ФИО29 возвращено прокурору Ставропольского края для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Мера пресечения в отношении ФИО3, ФИО5, ФИО1, ФИО7, ФИО2, ФИО8 оставлена прежней в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

Заслушав доклад судьи об обстоятельствах дела, доводах апелляционной жалобы, возражений на жалобу, выступление представителя потерпевшего ФИО16, поддержавшего доводы апелляционной жалобы об отмене постановления суда, выступления прокурора Горбатко Л.И., обвиняемых ФИО2 и ФИО1, адвокатов Лятычевского С.В., Гетманского В.И., Грушко И.Т., Туза Р.А., Колотай П.В., Зибаревой Е.В., защитника наряду с адвокатом Васильевой М.В. об оставлении постановления суда без изменения, суд апелляционной инстанции установил,

установил:

при обстоятельствах, изложенных в обвинительном заключении, органом предварительного расследования обвиняются:

ФИО3 - в двадцати пяти преступлениях, предусмотренных ч. 3 ст. 159 УК РФ и ч. 4 ст. 159 УК РФ;

ФИО5 - в четырех преступлениях, предусмотренных ч. 4 ст. 159 УК РФ;

ФИО1 - в двух преступлениях, предусмотренных ч. 4 ст. 159 УК РФ;

ФИО8 - в семи преступлениях, предусмотренных ч. 4 ст. 159 УК РФ;

ФИО7 - в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ;

ФИО2 - в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ.

В ходе судебного разбирательства в суде первой инстанции адвокатами Лятычевским С.В., Пташкиной Н.Н. и Гетманским В.И. заявлены ходатайства о возвращении уголовного дела прокурору.

Постановлением Пятигорского городского суда от 30 сентября 2019 года уголовное дело в отношении ФИО3, ФИО5, ФИО1, ФИО7, ФИО2, ФИО8 возвращено прокурору Ставропольского края для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Апелляционным постановлением Ставропольского краевого суда от 12 мая 2020 года постановление Пятигорского городского суда от 30 сентября 2019 года отменено, с направлением уголовного дела на новое судебное разбирательство в тот же суд первой инстанции.

Кассационным определением Пятого кассационного суда общей юрисдикции от 16 сентября 2020 года апелляционное постановление Ставропольского краевого суда от 12 мая 2020 года в отношении ФИО2, ФИО1, ФИО3, ФИО5, ФИО7, ФИО8 отменено, с передачей уголовного дела на новое апелляционное рассмотрение в тот же суд в ином составе.

В апелляционной жалобе, поданной на постановление Пятигорского городского суда от 30 сентября 2019 года, представитель потерпевшего <данные изъяты> ФИО16 считает постановление суда незаконным и необоснованным, нарушающим права потерпевшей стороны.

Находит вывод суда первой инстанции о том, что следователем произвольно изменено обвинение в части описания способа совершения преступления, ошибочным, противоречащим фактическим обстоятельствам дела, установленным судом. При этом ссылается на показания свидетеля ФИО17, пояснившего суду о том, что он действовал по распоряжению владельца и руководителя компании ФИО2, который убедил его взять кредит на финансирование деятельности компании путем получения кредитных средств в ОАО «Банк Москвы», сотрудник которого ФИО3 могла обеспечить незаконное получение денежных средств путем внесения в программное обеспечение банка ложных сведений о финансовом состоянии заемщика. Допрошенный в качестве свидетеля на стадии следствия ФИО7 дал аналогичные показания о том, что ФИО17 получил в ОАО «Банк Москвы» денежные средства по распоряжению ФИО2 и с момента перечисления денежных средств на банковский счет ФИО17, ФИО2 и ФИО3 получили реальную возможность пользоваться и распоряжаться денежными средствами Банка. При этом в качестве способа совершения преступления подсудимыми выбраны действия по введению в заблуждение ФИО17 и внесению подложных сведений в программное обеспечение Банка о финансовом состоянии заемщика. Указывает, что преступление было окончено в момент перечисления Банком денежных средств на банковский счет ФИО9 в результате подписания ФИО4 от имени Банка подложного кредитного договора, а не с момента передачи денежных средств ФИО6

Считает, что изменение в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого обвинения, а именно в части - передавал ли ФИО17 денежные средства «Бонус» или «для Бонус», не является обстоятельством, свидетельствующим об изменении способа хищения, и не влияет на квалификацию действий подсудимых, поскольку совершение хищения инкриминировано не ФИО9, а сотруднику Банка ФИО3 совместно с ее пособником ФИО2

Ссылается, что допрошенный в судебном заседании следователь ФИО18 заявил, что отсутствие слова «для» (Бонуса) в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого ФИО2 является технической опечаткой при наборе текста. Данные показания следователя подтверждены показаниями свидетеля ФИО9, подсудимого ФИО7, данными им на предварительном следствии, а также судебными экспертизами.

Полагает, что собранные по делу и представленные суду доказательства в полном объеме восполняют вышеуказанный недостаток, возникший в результате технической ошибки, допущенной следователем при наборе текста постановления о привлечении в качестве обвиняемого, не свидетельствует о незаконности обвинительного заключения по уголовному делу и позволяют суду принять решение по делу на основании данного обвинительного заключения.

Обращает внимание, что перечень нарушений для признания обвинительного нарушения несоответствующим нормам УПК РФ является исчерпывающим и не содержит такого основания как «техническая» опечатка, которая может быть устранена посредством исследования доказательств или допроса свидетеля. Просит постановление суда отменить, уголовное дело передать на новое рассмотрение.

В письменных возражениях на апелляционную жалобу адвокат Пташкина Н.Н. в интересах подсудимой ФИО3, адвокат Гетманский В.И. в интересах подсудимого ФИО1, адвокат Лятычевский С.В. и защитник наряду с адвокатом Васильева М.В. в интересах подсудимого ФИО2 указывают о своем несогласии с доводами апелляционной жалобы, просят оставить их без удовлетворения, а постановление суда, как законное и обоснованное, – без изменения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, возражений на жалобу, суд апелляционной инстанции находит постановление суда законным и обоснованным.

В соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения, если обвинительный акт составлен с нарушением уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения.

Такие нарушения действующего уголовно-процессуального закона, как основание для возвращения уголовного дела прокурору, вопреки доводам апелляционной жалобы, по настоящему уголовному делу имеются.

Как установлено судом первой инстанции, обвинение, изложенное в обвинительном заключении и в постановлениях о привлечении ФИО2 и ФИО1 в качестве обвиняемых, находящихся в материалах уголовного дела, не соответствует содержанию постановлений о привлечении их в качестве обвиняемых, врученных следователем обвиняемым, при этом по измененному обвинению они в качестве обвиняемых не допрошены, чем существенно нарушено их право на защиту.

Суд пришел к выводу о том, что орган предварительного следствия, произвольно изменив предъявленное обвинение в части описания способа совершения преступления, мотива и других обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела, нарушил требования ст. 220 УПК РФ, что повлекло за собой нарушение прав обвиняемых на защиту.

Выводы суда первой инстанции о произвольном изменении следователем обвинения в части указания способа совершения преступления, изложения мотива и других обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела, основаны на выводах судебной технической экспертизы № 1549/3-1 от 29 августа 2019 года, при производстве которой в распоряжение экспертов были представлены все материалы уголовного дела, касающиеся вопросов, подлежащих проверке экспертным путем, эксперты предупреждены судом об уголовной ответственности за дачу ложного заключения, ходатайств о предоставлении дополнительных документов для экспертного исследования с целью ответа на поставленные судом вопросы, эксперты не заявляли, неполноты экспертного исследования судом первой инстанции не установлено.

Оценив выводы указанной экспертизы, суд обоснованно признал их достоверными и объективными, не противоречащими материалам проверки КРСоП № 724 пр-2018, подтверждающими доводы стороны защиты о том, что в текст постановлений о привлечении в качестве обвиняемых ФИО3, ФИО1 и ФИО2 были внесены изменения после выполнения требований ст. 217 УПК РФ, что повлекло за собой нарушение прав ФИО3, ФИО10 и ФИО1 на защиту.

С учетом изложенного, являются необоснованными доводы жалобы о том, что допущенное нарушение может быть оценено как техническая ошибка, допущенная следователем.

По мнению суда апелляционной инстанции, допущенные органом предварительного следствия нарушения требований уголовно-процессуального закона создают неопределенность и неконкретность обвинения, а именно, обвинение, изложенное в обвинительном заключении и постановлениях о привлечении в качестве обвиняемых ФИО2 и ФИО1, находящихся в уголовном деле, не соответствуют содержанию врученных следователем обвиняемым постановлений о привлечении их в качестве обвиняемых и по ним они не допрошены в качестве обвиняемых.

В связи с изложенным, суд первой инстанции обоснованно согласился с доводами ходатайств, заявленными адвокатами: Лятычевским С.В. - в интересах подсудимого ФИО2, Пташкиной Н.Н. - в интересах подсудимой ФИО3 и Гетманским В.И. - в интересах подсудимого ФИО1 о необходимости возвращения уголовного дела прокурору на основании п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ.

В силу положений действующего законодательства обвинительное заключение является итоговым процессуальным документом, завершающим стадию досудебного производства по уголовному делу. На основании утвержденного прокурором обвинительного заключения дело рассматривается судом по существу, исходя из сформулированного в заключении обвинения, существо которого, в том числе место и время совершения преступления, его способ и мотивы, а также другие обстоятельства, имеющие значение для дела, должны быть указаны в обвинительном заключении согласно положениям ст. 220 УПК РФ.

Нарушение требований, предъявляемых ст. 220 УПК РФ к обвинительному заключению, в силу положений п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ является основанием для возвращения уголовного дела прокурору, если допущенные нарушения исключают возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе этого заключения.

Согласно п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 5 март 2004 года N 1 (в ред. от 23 декабря 2010 года) "О применении судами норм УПК РФ", под допущенными при составлении обвинительного заключения нарушениями требований уголовно-процессуального закона следует понимать такие нарушения изложенных в ст. 220 УПК РФ положений, которые исключают возможность принятия судом решения по существу дела на основании данного заключения. При вынесении решения о возвращении уголовного дела прокурору суду надлежит исходить из того, что нарушение в досудебной стадии гарантированных Конституцией РФ права обвиняемого на судебную защиту исключает возможность постановления законного и обоснованного приговора.

Согласно п. п. 3-5 ч. 1 ст. 220 УПК РФ, обвинительное заключение должно содержать существо обвинения, место и время совершения преступления, его способы, мотивы, цели, последствия и другие обстоятельства, имеющие значение для данного уголовного дела формулировку предъявленного обвинения с указанием пункта, части, статьи Уголовного кодекса Российской Федерации, предусматривающих ответственность за данное преступление; перечень доказательств, подтверждающих обвинение, и краткое изложение их содержания.

В соответствии с требованиями п. п. 1, 2, 4 ч. 1 ст. 73 УПК РФ, при производстве по уголовному делу подлежат доказыванию: событие преступления (время, место, способ и другие обстоятельства совершения преступления), виновность лица в совершении преступления, форма его вины и мотивы, характер и размер вреда, причиненного преступлением. Обстоятельства, указанные в ст. 73 и ст. 299 УПК РФ, подлежат установлению судом в рамках и на основании утвержденного надлежащим прокурором обвинительного заключения.

Согласно ст. 15 УПК РФ суд не является органом уголовного преследования, не выступает на стороне защиты или обвинения, в связи с чем, он не наделен полномочиями по формулировке и конкретизации обвинения, собиранию доказательств.

Таким образом, с учетом изложенного, вопреки доводам апелляционной жалобы, суд принял правильное решение о невозможности постановления приговора или вынесения иного решения на основе настоящего обвинительного заключения, и о возвращении данного уголовного дела прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом, поскольку допущенные на досудебной стадии нарушения являются существенными, ограничивающими права и законные интересы участников уголовного судопроизводства, в том числе, права обвиняемых на защиту от конкретного обвинения. В постановлении суд привел убедительные доводы в обоснование принятого им решения.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда, поскольку постановление суда мотивировано и соответствует положениям ст. 7 УПК РФ, каких-либо нарушений уголовно-процессуального законодательства, влекущих отмену данного постановления, в том числе, по доводам апелляционной жалобы представителя потерпевшего ФИО16, не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

постановил:

постановление Пятигорского городского суда Ставропольского края от 30 сентября 2019 года, которым уголовное дело в отношении ФИО3 ФИО30, Григорян ФИО31, ФИО1 ФИО32, Билея ФИО33, Бонуса ФИО34, ФИО8 ФИО35 возвращено прокурору Ставропольского края для устранения препятствий его рассмотрения судом, оставить без изменения, апелляционную жалобу представителя потерпевшего <данные изъяты> ФИО16 – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в вышестоящий – Пятый кассационный суд общей юрисдикции суд в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ.

Судья

Мотивированное решение изготовлено 3 ноября 2020 года.

Судья