Приговор № 1-99/2017 от 29 августа 2017 г. по делу № 1-99/2017

Дело № 1-99-2017


П Р И Г О В О Р

И М Е Н Е М Р О С С И Й С К О Й Ф Е Д Е Р А Ц И И

г. Льгов 30 августа 2017 года

Льговский районный суд Курской области в составе председательствующего судьи Денисовой Н.А., с участием государственных обвинителей: заместителя Льговского межрайонного прокурора Курской области Михайличенко Е.В., помощника Льговского межрайонного прокурора Курской области Киреева М.А., подсудимого ФИО1, защитника - адвоката Самсонова В.Е., представившего удостоверение № 1303 и ордер № 023609, при секретаре Мухоркиной Е.И., а также потерпевшем ФИО2, рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <адрес><данные изъяты>, гражданина РФ, зарегистрированного по адресу: <адрес>, проживающего по адресу: <адрес>, образование неполное среднее, разведенного, не работающего, военнообязанного,

осуждавшегося 16 июня 2017 года мировым судьей судебного участка № 1 судебного района г. Льгова и Льговского района Курской области по ст. 115 ч. 2 п. «а» УК РФ с назначением наказания в виде 200 часов обязательных работ, неотбытый срок наказания составляет 116 часов обязательных работ,

обвиняемый в совершении преступлений, предусмотренных п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ, ч. 4 ст. 150 УК РФ,

У С Т А Н О В И Л :

ФИО1 совершил кражу, то есть <данные изъяты> хищение чужого имущества, совершенное с незаконным проникновением в жилище, а также совершил вовлечение несовершеннолетнего в совершение тяжкого преступления путем обещаний, совершенное лицом, достигшим восемнадцатилетнего возраста.

Преступления им совершены при следующих обстоятельствах.

В один из дней периода времени с 20 октября 2016 года по 31 октября 2016 года, примерно в 13-00 часов у ФИО1, находившегося в гостях у своего знакомого по адресу: <адрес><данные изъяты>», возник умысел, направленный на тайное хищение чужого имущества из дома, принадлежащего ФИО2, расположенного по адресу: <адрес>. ФИО1, понимая, что для облегчения совершения данного преступления, ему необходима будет помощь ранее знакомого несовершеннолетнего лица, не достигшего возраста привлечения к уголовной ответственности, решил вовлечь его в совершение совместного с ним преступления, заведомо зная о его несовершеннолетнем возрасте, путем психического воздействия, выразившегося в обещании последнему получения материальной выгоды, при этом возбуждая у него желание, совершить преступление, предложил последнему совершить совместно тайное хищение чужого имущества из указанного выше домовладения с незаконным проникновением внутрь жилища, с целью дальнейшей продажи похищенного имущества, за вознаграждение в размере 500 рублей.

Несовершеннолетнее лицо, не достигшее возраста привлечения к уголовной ответственности, с предложением ФИО1 согласился, и они вступили между собой в предварительный сговор, направленный на совершение тайного хищения чужого имущества из дома, принадлежащего ФИО2 При этом ФИО1 вовлек несовершеннолетнее лицо, не достигшее возраста привлечения к уголовной ответственности, в совершение тяжкого преступления, а именно в совершение тайного хищения имущества из указанного выше домовладения с незаконным проникновением внутрь жилища.

В этот же день в период времени с 20 октября 2016 года по 31 октября 2016 года, около 14-00 часов, реализуя свой совместный умысел, ФИО1 и лицо, не достигшее возраста привлечения к уголовной ответственности, пришли к дому, принадлежащему ФИО2, расположенному по адресу: <адрес>, убедившись, что за их противоправными действиями никто не наблюдает, зная, что жильцы в доме отсутствуют, зайдя со стороны огорода, проникли через образовавшийся проем в деревянном ограждении домовладения на его территорию. Подойдя к дому, ФИО1 из одного из окон веранды извлек стекло, после этого несовершеннолетнее лицо, не достигшее возраста привлечения к уголовной ответственности, через образовавшийся оконный проем незаконно проникло внутрь дома для обнаружения какого-либо ценного имущества, а ФИО1 остался стоять у дома и наблюдал за окружающей обстановкой. После обнаружения имущества ФИО1 также проник внутрь дома через указанный оконный проем. После этого ФИО1 и несовершеннолетнее лицо, не достигшее возраста привлечения к уголовной ответственности, действуя совместно и согласовано, похитили из жилища ковер размером 250х190 см стоимостью 2 400 рублей, ковер размером 220х153 см стоимостью 3 600 рублей, одну перину из пухо-перьевой смеси гуся, весом 20 кг, стоимостью 200 рублей за 1 кг пухо-перьевой смеси гуся, на сумму 4 000 рублей, три подушки из пухо-перьевой смеси гуся, весом по 3 кг каждая, стоимостью 200 рублей за 1 кг пухо-перьевой смеси гуся, на сумму 600 рублей за одну подушку, а всего на сумму 1 800 рублей, печную двухкомфорочную чугунную плиту и колосники общей стоимостью 200 рублей, принадлежащие ФИО2, причинив последнему материальный ущерб на общую сумму 12 000 рублей.

После чего ФИО1 и лицо, не достигшее возраста привлечения к уголовной ответственности, с похищенным имуществом с места преступления скрылись, распорядившись впоследствии им по своему усмотрению.

Подсудимый ФИО1 в судебном заседании виновным себя в совершении кражи, то есть тайного хищения чужого имущества, совершенного с незаконным проникновением в жилище, признал полностью, вину в совершении вовлечения несовершеннолетнего в совершение тяжкого преступления путем обещаний, совершенное лицом, достигшим восемнадцатилетнего возраста не признал, с обвинением в указанной части не согласен, суду показал, что он знаком с несовершеннолетним ФИО18, знает, что его возраст, примерно 12-13 лет. В преступный сговор с ним он не вступал, в совершение кражи не вовлекал, умысел на совершение кражи имущества из дома ФИО2 у него возник в период времени с 20 по 31 октября 2016 года, точной даты он не помнит, когда он находился у своего знакомого ФИО3, проживающего по <адрес> в <адрес>. Там же находился несовершеннолетний ФИО18, которому он говорил о том, что решил совершить кражу из дома ФИО2 Ему было известно, что в доме никто не проживает, в связи с чем из него можно будет похитить что-нибудь ценное. ФИО18 подтвердил, что дом нежилой. Затем он направился к дому ФИО2, через проем в заборе проник на территорию двора, подошел к дому, в одном из оконных проемов выставил фрагмент стекла, через который проник в дом. После чего в доме обнаружил два ковра, три подушки, перину, печную чугунную плиту и ещё какое-то металлическое печное изделие. Похищенное выносил за два раза через тот же оконный проем. В начале вынес два ковра и спрятал их в кустах за колодцем, затем вынес остальное похищенное, при этом обнаружил, что похищенные ковры пропали. Похищенное имущество сдал на пункты приема, вырученные денежные средства потратил на продукты питания и сигареты. Вину в совершении кражи признает в полном объеме, раскаивается в содеянном, принес извинения потерпевшему, гражданский иск признает в полном объеме, обязуется погасить материальный ущерб.

Несмотря на частичное признание вины ФИО1, виновность подсудимого ФИО1 подтверждается совокупностью исследованных судом следующих доказательств:

Показаниями допрошенного в судебном заседании потерпевшего ФИО2, данными им в судебном заседании, и оглашенными с согласия сторон в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ / том 1 л.д. 66-69/, согласно которым у него в собственности имеется жилой дом, оставшийся в наследство от матери, расположенный по адресу: <адрес>. В доме имеется все необходимое для жизни, а именно электричество, печное отопление, предметы мебели и необходимая бытовая техника. Ключ от дома находится только у него, никому из посторонних людей заходить в дом и брать оттуда что-либо в свое отсутствие он не разрешал. При последнем посещении он закрывал все замки. Весной 2017 года при очередном посещении дома, он обнаружил частичное отсутствие гвоздей на петлях, расположенных на входной двери в дом, навесной замок повреждений не имел, был закрыт и висел на прежнем месте. В одном из оконных проемов было повреждено стекло, через которое посторонние могли проникнуть в дом. Пройдя в дом, он обнаружил пропажу двух ковров, одного с изображением волков, второго - с цветочным рисунком, перины, трех подушек, чугунной печной плиты, колосников, топочной дверцы, задвижки. С оценкой похищенного он согласен, из похищенного ему возвращены работниками полиции ковры, материальный ущерб за остальное имущество ему не возмещен. Гражданский иск поддерживает и просит его разрешить на усмотрение суда. К ФИО1 претензий не имеет, кроме возмещения ущерба в счет похищенного имущества, просит строго его не наказывать. После оглашения показаний потерпевший ФИО2 подтвердил достоверность своих показаний, данных им в ходе предварительного следствия.

Показаниями несовершеннолетнего свидетеля Свидетель №4, данными им в судебном заседании, с участием социального педагога, и оглашенными с согласия сторон в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ / том 1 л.д. 178-181/, согласно которым у него есть знакомый ФИО1, которому известен его несовершеннолетний возраст. В двадцатых числах октября 2016 года, точной даты он не помнит, примерно около 13 часов 30 минут дня, зайдя домой к своему знакомому, проживающему по <адрес> в <адрес>, встретил там ФИО17 и ФИО1 Через некоторое время ФИО1 и он вышли на улицу, где ФИО1 предложил совершить совместно с ним кражу имущества из дома ФИО2, расположенного на этой же улице через два дома, за вознаграждение в размере 500 рублей. На данное предложение он согласился. Около 14-00 часов дня они подошли к дому ФИО2, убедились, что за ними никто не наблюдает. Во двор зашли со стороны огорода, проникнув через образовавшийся проем в деревянном ограждении домовладения. Подойдя к дому, ФИО1 из одного из окон веранды извлек стекло, после этого он через образовавшийся оконный проем проник внутрь дома для обнаружения какого-либо ценного имущества, а ФИО1 остался стоять у дома и наблюдал за окружающей обстановкой. Пройдя в дом, он обнаружил имущество, которое можно было продать и сообщил об этом ФИО1 После обнаружения имущества ФИО1 также проник внутрь дома через указанный оконный проем. После этого они сняли со стен два ковра, свернули их в рулоны, положили в середине комнаты, туда же принесли обнаруженные перину и три подушки, которые вынесли из дома через оконный проем во двор, затем перекинули через ворота на улицу, а потом спрятали в кустах. После чего он второй раз вернулся в дом, проникнув через тот же оконный проем, вырвал из печи плиту и колосники, передал через оконный проем ФИО1, а затем они их также перекинули через ворота и спрятали в кустах. В дальнейшем два ковра они продали ранее знакомой ФИО4 Сбытом остального похищенного занимался ФИО1, куда он его дел ему неизвестно. После этого ФИО1 передал ему обещанные 500 рублей.

Показаниями свидетеля Свидетель №2, данными им в судебном заседании, и оглашенными с согласия сторон в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ / том 1 л.д. 162-164/, из которых следует, что в конце октября 2016 года ему на пункт приема пуха ФИО18 и ранее не знакомый ФИО1 приносили перину и три подушки, за которые он им заплатил 600 рублей. Принятые изделия из пухо-перьевой смеси в дальнейшем были направлены на переработку. После оглашения показаний свидетель Свидетель №2 подтвердил достоверность своих показаний, данных им в ходе предварительного следствия.

Показаниями свидетеля Свидетель №3, данными им в судебном заседании, и оглашенными с согласия сторон в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ / том 1 л.д. 168-170/, из которых следует, что в начале ноября 2016 года ему на пункт приема ранее не знакомый ФИО1 приносил металлические изделия, а именно чугунную печную разбитую плиту с кружками, колосники и еще какой-то металл. ФИО1 пояснил, что металл образовался в быту. После взвешивания он сообщил ему стоимость металла, на что ФИО1 стал возмущаться небольшой суммой денег, а затем забрал деньги и ушел. После приема металла был составлен акт с указанием всех необходимых данных. Металл в дальнейшем был отправлен на переработку в <адрес>. После оглашения показаний свидетель Свидетель №3 подтвердил достоверность своих показаний, данных им в ходе предварительного следствия.

Показаниями свидетеля Свидетель №1, данными ею в судебном заседании, и оглашенными с согласия сторон в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ /том 1 л.д. 157-160/, из которых следует, что в конце октября 2016 года, точную дату она не помнит, около 15 часов дня к ней домой пришли Свидетель №4 и ранее не знакомый мужчина ФИО1, фамилию которого она узнала позже от работников полиции, и предложили купить ей два ковра с изображением волков и цветами, заверив её о том, что ковры не похищенные. Она согласилась их купить за 1 000 рублей, передав мужчине деньги, они ушли. Ковры она повесила на стенах в доме, а затем добровольно выдала работникам полиции.

Вина подсудимого также подтверждается объяснениями ФИО1 по двум эпизодам преступлений, его показаниями, оглашенными в судебном заседании в порядке ст. 276 ч. 1 УПК РФ, данными им на предварительном следствии в качестве подозреваемого и обвиняемого /том 1 л.д. 54, 59-60, 137-139, 153-155/, в которых он подробно и последовательно излагает события совершенных им преступлений, в присутствии защитника, при разъяснении его прав и обязанностей, положений ст. 51 Конституции РФ, в том числе при даче им объяснений 13.04.2017 г. ему были разъяснены положения ст. 51 Конституции РФ, ч. 1.2 ст. 144 УПК РФ, в том числе право на защитника. При допросах он не отрицал, что совершил незаконное проникновение в жилой дом ФИО2, из которого похитил принадлежащее последнему имущество, в дальнейшем распорядившись им по своему усмотрению. Также он подтвердил, что непосредственно перед совершением кражи в отсутствие посторонних лиц у него состоялся разговор с ФИО18 При этом он указывал период времени совершения кражи, место, время её совершения, количество похищенного.

Исследованные судом объяснения подсудимого ФИО1 по двум эпизодам преступлений суд расценивает как явки с повинной, полученные с соблюдением требований ст.ст. 141, 142 УПК РФ, в которых ФИО1 добровольно изложены обстоятельства совершения им преступлений, что подтверждается его подписями и собственноручным указанием на то, что объяснение от 10.04.2017 г. с его слов написано верно и им прочитано, объяснение от 13.04.2017 г. записано со слов ФИО1, прочитано вслух следователем, каких-либо дополнений и замечаний после составления объяснений ФИО1 не делал, что свидетельствует об отсутствии какого-либо физического и морального воздействия на ФИО1 при даче им объяснения.

Из содержания статей 141, 142 УПК РФ следует, при написании явки с повинной не применяются правила составления процессуальных документов по уголовному делу, в том числе не требуется присутствие защитника, разъяснение положений ст. 51 Конституции РФ.

Доводы подсудимого ФИО1 о том, что объяснения заставили подписать работники полиции, не оказывая на него какого-либо морального и физического воздействия, на что он согласился чтобы от него отстали, суд находит несостоятельными, поскольку сам ФИО1 подтвердил, что никакого морального и физического воздействия при этом на него не оказывалось, с жалобами он не обращался. Допрошенные свидетели ФИО8 и ФИО9, после разъяснения им прав и обязанностей, а также предупреждения об уголовной ответственности по ст.ст. 307, 308 УК РФ, подтвердили добровольность дачи объяснений ФИО1 и отсутствия с их стороны и со стороны иных лиц на него какого-либо морального и физического воздействия.

Приведенные показания ФИО1 в ходе предварительного следствия суд признает допустимыми и достоверными доказательствами, так как они получены с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства и согласуются между собой об основных деталях совершения преступления.

При его допросах, ему в присутствии защитника разъяснялись сущность ст. 51 Конституции РФ и права, предусмотренные ст.ст. 46, 47 УПК РФ, в том числе право не свидетельствовать против себя и близких родственников. Он был предупрежден о том, что его показания могут быть использованы в качестве доказательств по уголовному делу, в том числе и при его последующем отказе от данных им показаний. До допроса ему было объявлено о том, в чем он подозревается и обвиняется, после чего ФИО1 согласился давать показания.

Отрицание ФИО1 своей вины по ст. 150 ч. 4 УК РФ согласуется с положениями ст. 47 УПК РФ, которым он воспользовался, а его позиция относительно предъявленного обвинения является составной частью его конституционного права на защиту. Однако позиция непричастности ФИО1 к вовлечению несовершеннолетнего лица в совершение тяжкого преступления, опровергается показаниями несовершеннолетнего Свидетель №4, данными им в ходе предварительного следствия и в ходе судебного разбирательства, а также объяснениями самого ФИО1

Вместе с тем, доводы подсудимого ФИО1 о том, что несовершеннолетний Свидетель №4 его оговорил, не нашли своего подтверждения в ходе судебного следствия.

Кроме того, допрошенные в ходе судебного следствия свидетели ФИО8 и ФИО10, подтвердили добровольность дачи показаний несовершеннолетним свидетелем Свидетель №4 в ходе предварительного следствия по делу.

В том числе, из исследованных материалов дела и показаний самого ФИО1 видно, что на протяжении всего предварительного следствия он был обеспечен защитником, ему разъяснялись права и обязанности, в том числе и ст. 51 Конституции РФ. Однако, каких-либо жалоб на ненадлежащее расследование данного уголовного дела или ненадлежащее ведение его защиты от него в ходе предварительного следствия не поступало.

Наряду с вышеуказанными доказательствами по делу, вина подсудимого также подтверждается следующими письменными доказательствами:

Заявлением о преступлении ФИО2 от 10.04.2017 г., в котором он просит привлечь к ответственности неизвестное лицо, совершившее из принадлежащего ему домовладения, расположенного по адресу: <адрес>, хищение двух ковров, трех подушек, 1 перины, чугунной двухконфорочной топочной плиты с кружками, печной дверки, колосников и задвижки. /том 1 л.д. 28/

Протоколом осмотра места происшествия с иллюстрационной таблицей от 10.04.2017 г., а именно осмотра домовладения ФИО2, расположенного по адресу: <адрес>. В ходе осмотра ничего не изымалось, установлено отсутствие двух ковров, трех подушек, перины, печной двухкомфорочной плиты, печной дверки, колосников и задвижки. /том 1 л.д. 29-34/

Протоколом осмотра места происшествия с иллюстрационной таблицей от 10.04.2017 г., а именно осмотра домовладения Свидетель №1, расположенного по адресу: <адрес>, в ходе осмотра последней добровольно выданы два ковра. /л.д. 37-40/ 11.04.2017 г. был произведен осмотр указанных ковров, о чем был составлен протокол осмотра предметов. /том 1 л.д. 81-82/ Постановлением о признании и приобщении к уголовному делу вещественных доказательств от 18.07.2017 г. указанные ковры признаны в качестве вещественных доказательств и приобщены к уголовному делу. /том 1 л.д. 91/ Указанные вещественные доказательства при их осмотре потерпевший ФИО2 узнал по изображению, рисунку и цветовой гамме, что было им подтверждено в ходе судебного следствия, а также их передачу на ответственное хранение до рассмотрения уголовного дела по существу. /том 1 л.д. 92/

Заключением товароведческой судебной экспертизы №517 от 14.04.2017 г., согласно которой на октябрь 2016 г. стоимость с учетом износа ковра размером 260х190 см составила 2 400 рублей, ковра размером 220х153 см составила 3 600 рублей. /том 1 л.д. 87-88/

Протоколом осмотра места происшествия от 10.04.2017 г. /том 1 л.д. 45-46/, а именно осмотра территории ООО «Промтрейд», расположенной по адресу: <адрес>, в ходе которого был изъят приемо-сдаточный акт №88 от 09.11.2016 г., согласно которому ООО «Промтрейд» приняло от ФИО1 лом черного металла весом 31 кг на общую сумму 248 рублей /том 1 л.д. 47/ 18.06.2017 г. произведен осмотр указанного приемо-сдаточного акта, о чем составлен протокол осмотра предметов /том 1 л.д. 48/ Постановлением о признании и приобщении к уголовному делу вещественных доказательств от 18.06.2017 г. приемо-сдаточный акт №88 от 09.11.2016 г. признан в качестве вещественного доказательства и приобщен к уголовному делу. /том 1 л.д. 49/

Справкой ПУ г. Льгов-2 ООО «Промтрейд» от 10.04.2017 г. о стоимости на ноябрь 2016 года 1 кг лома черного металла, которая составила 8 рублей. /том 1 л.д. 50/

Справкой ИП «ФИО5.» от 10.04.2017 г. о стоимости на ноябрь 2016 года 1 кг пухо-перьевой смеси, которая составила: гусиной - 200 рублей; утиной - 80 рублей; куриной - 15 рублей. /том 1 л.д. 52/

Помимо этого вина подсудимого ФИО1 подтверждается сведениями, содержащимися в заключении первичной амбулаторной комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы № 1168 от 15.06.2017 г. в отношении Свидетель №4 о том, что ФИО1 предложил ему пойти с ним и помочь совершить кражу, за что пообещал ему деньги, в начале было страшно соглашаться из-за боязни полиции, но так как на еду были нужны деньги, он согласился и помогал совершить кражу, при этом Свидетель №4 расценивал поведение ФИО1 как преступление, за которое могут посадить, свой статус правильно определял как свидетеля.

Оценивая приведенные показания потерпевшего ФИО2 и свидетелей Свидетель №4, Свидетель №2, Свидетель №3, Свидетель №1, ФИО8, ФИО9, ФИО10, суд приходит к выводу, что они последовательны, логичны и в совокупности с приведенными доказательствами, включая показания самого подсудимого ФИО1, данные им на предварительном следствии и в ходе судебного разбирательства, устанавливают одни и те же факты, согласующиеся между собой, полученные с соблюдением норм уголовно-процессуального законодательства, из достоверных источников, объективно фиксируют фактические данные, в связи с чем суд признает их объективными и достоверными.

Признав показания потерпевшего потерпевшего ФИО2 и свидетелей Свидетель №4, Свидетель №2, Свидетель №3, Свидетель №1, ФИО8, ФИО9, ФИО10, объективными и достоверными, суд считает, что у вышеуказанных потерпевшего и свидетелей нет объективных причин оговаривать подсудимого ФИО1

К показаниям свидетеля Свидетель №1, данным ею в ходе судебного следствия в части указания в качестве лица, сбывавшего ей похищенные у ФИО11 ковры, мужчину плотного телосложения, в шапке, а также проведение работниками полиции с её участием опознания ФИО1, суд относится критически, поскольку такового следственного действия в ходе расследования данного уголовного дела не проводилось, после оглашения в судебном заседании показаний, данных ею на предварительном следствии, свидетель подтвердила их достоверность, сообщила, что показания были записаны с её слов, никаких замечаний к протоколу не было, ознакомиться с протоколом никто не препятствовал, после чего она поставила в нем подписи, засвидетельствовав правильность внесенных в него показаний.

Суд также отмечает, что допрос несовершеннолетнего свидетеля Свидетель №4 в ходе предварительного следствия произведен с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства, в присутствии законного представителя и педагога-психолога, в обстановке, исключающей какое-либо давление на него каких-либо лиц, после разъяснения ему значения дачи им правдивых показаний по делу. Согласно заключению первичной амбулаторной комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы № от 15.06.2017 г. /том 1 л.д. 114-123/ Свидетель №4 при наличии психического расстройства в форме смешанного специфического расстройства психологического развития способен правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для уголовного дела и давать о них показания, по своему психическому состоянию в настоящее время может участвовать в судебно-следственных действиях. Признаков повышенной внушаемости и повышенной склонности к фантазированию у Свидетель №4 не выявлено.

У суда нет оснований сомневаться и в заключениях соответствующих экспертов. В судебном разбирательстве не установлены какие-либо сведения, порочащие заключения экспертов.

Исследованные и оцененные в судебном заседании доказательства суд признает допустимыми, достоверными и достаточными для разрешения данного уголовного дела.

В ходе судебного разбирательства по делу государственный обвинитель ФИО12 просил исключить из обвинения подсудимого ФИО1 по ст. 158 ч. 3 п. «а» УК РФ указание на то, что кража совершена группой лиц по предварительному сговору, как ошибочно вмененный, исключить из количества похищенного топочную дверку и задвижку, уменьшив размер причиненного преступлением материального ущерба потерпевшему, а также совершение ФИО1 преступлений в состоянии алкогольного опьянения, как не нашедшие своего подтверждения в ходе судебного следствия.

Подсудимый ФИО1 и его защитник - адвокат Самсонов В.Е., потерпевший ФИО2 не возражали против позиции государственного обвинителя.

Выслушав доводы государственного обвинителя, мнение подсудимого и его защитника, потерпевшего, суд находит обоснованным заявленное государственным обвинителем уменьшение объема обвинения и исключает из обвинения подсудимого ФИО1 указание на то, что преступления им совершены в состоянии алкогольного опьянения, по ст. 158 ч. 3 п. «а» УК РФ указание на то, что кража совершена группой лиц по предварительному сговору, а также исключает из объема похищенного печную чугунную топочную дверку и задвижку, уменьшив сумму похищенного, с учетом мнения потерпевшего ФИО2 на 48 рублей.

Изменение обвинения государственным обвинителем, если это не ухудшает положение подсудимого, является его правом, что предусмотрено ст. 246 УПК РФ.

В соответствии со ст. 252 УПК РФ судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному обвинению.

Изменение обвинения не ухудшает положение подсудимого, не нарушает его право на защиту.

Оценивая собранные доказательства в их совокупности, суд считает, что вина подсудимого в совершении кражи, то есть тайного хищения чужого имущества, совершенного с незаконным проникновением в жилище, а также совершения вовлечения несовершеннолетнего в совершение тяжкого преступления путем обещаний, совершенное лицом, достигшим восемнадцатилетнего возраста, полностью доказана.

Суд действия подсудимого ФИО1 квалифицирует по п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ, так как он совершил кражу, то есть тайное хищение чужого имущества, совершенное с незаконным проникновением в жилище, поскольку материалами дела достоверно установлено, что подсудимый завладел чужим имуществом с корыстной целью, противоправно, без ведома владельца, безвозмездно изъяв у собственника, обратил в свою пользу, при этом его действия были сопряжены с незаконным, то есть без ведома и разрешения владельца, с целью совершения кражи, проникновением в жилое помещение.

Действия подсудимого ФИО1 судом также квалифицируются по ч. 4 ст. 150 УК РФ как совершение вовлечения несовершеннолетнего в совершение тяжкого преступления путем обещаний, совершенное лицом, достигшим восемнадцатилетнего возраста, поскольку подсудимый достоверно знал о несовершеннолетнем возрасте лица, который согласился на предложение ФИО1 участвовать в краже, так как последний пообещал ему за это денежные средства в размере 500 рублей.

Указанные обстоятельства подтверждают, что мотивом совершения преступления несовершеннолетним лицом послужила корысть, которая была возбуждена достигшим 18-летнего возраста ФИО1 путем обещания в передаче денег за участие в совершении кражи. Активные действия ФИО1, направленные на вовлечение несовершеннолетнего лица в совершение преступления путем обещаний, были произведены до начала выполнения несовершеннолетним лицом объективной стороны преступления, после чего несовершеннолетнее лицо было соисполнителем преступления, предусмотренного ст. 158 ч. 3 п. «а» УК РФ, которая в соответствии со ст. 15 ч. 4 УК РФ отнесена к категории тяжких преступлений.

Из исследованных в судебном заседании материалов дела видно, что действия подсудимого ФИО1 носили целенаправленный характер, а в его поведении отсутствовали признаки болезненно-искаженного восприятия действительности.

Согласно заключению амбулаторной судебно-психиатрической экспертизы № от 08.06.2017 г., ФИО1 как на момент совершения инкриминируемым ему деяниям, так и в настоящее время обнаруживает признаки иного болезненного состояния психики - <данные изъяты>, что не лишало и не лишает его способности в тот период в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. ФИО1 в применении к нему принудительных мер медицинского характера не нуждается. ФИО1 по своему психическому состоянию в настоящее время может принимать участие в следственных действиях и в судебном заседании. /том 1 л.д. 99-107/

Назначая наказание, суд учитывает характер и степень общественной опасности преступлений и личность виновного, обстоятельства, смягчающие наказание, влияние назначенного наказания на исправление осужденного, а также на условия жизни его семьи.

ФИО1 состоит на учете у врача психиатра с диагнозом: «органическое поражение головного мозга», на учете у врача нарколога с диагнозом: «с-м алкогольной зависимости», по месту регистрации и участковым уполномоченным характеризуется отрицательно, привлекался к административной ответственности.

В соответствии с п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ в качестве обстоятельств, смягчающих наказание подсудимого ФИО1 суд признает его объяснения, которые суд расценивает как явки с повинной по каждому эпизоду преступлений, данные им еще до возбуждения уголовных дел, в которых он добровольно сообщил об обстоятельствах совершенных им преступлений, которые органам предварительного следствия в полном объеме известны не были.

В соответствии с п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ в качестве обстоятельства, смягчающего наказание подсудимого ФИО1 по эпизоду хищения чужого имущества из домовладения ФИО2 суд признает частичное возмещение материального ущерба потерпевшему.

Кроме того, согласно ч. 2 ст. 61 УК РФ в качестве обстоятельств, смягчающих наказание подсудимого ФИО1 суд признает полное признание вины на предварительном следствии по ст. 158 ч. 3 п. «а» УК РФ, раскаяние в содеянном по данному эпизоду преступления, принесение извинений потерпевшему ФИО2, наличие иного болезненного состояния психики - <данные изъяты>», считается лицом ранее не судимым, наличие матери, страдающей заболеваниями сердца, сосудов, органов дыхания.

Вышеуказанные смягчающие наказания обстоятельства, в их совокупности, суд признает исключительными.

Обстоятельств, отягчающих наказание ФИО1, по делу не установлено.

С учетом характера и тяжести деяний, совершенных подсудимым ФИО1, обстоятельств совершения преступлений, данных, характеризующих его личность, суд считает, что его исправление и перевоспитание невозможно в условиях без изоляции от общества и полагает назначить ему наказание в виде реального лишения свободы по каждому из эпизодов преступления.

При назначении ФИО1 наказания при отсутствии отягчающих наказание обстоятельств, наличии вышеуказанных смягчающих наказание обстоятельств, суд считает необходимым при назначении подсудимому ФИО1 наказания по ст. 150 ч. 4 УК РФ применить ст. 64 УК РФ, то есть ниже низшего предела, предусмотренного санкцией данной статьи, без применения дополнительного наказания в виде ограничения свободы, а также полагает возможным при назначении наказания ФИО1 по ст. 158 ч. 3 п. «а» УК РФ применить правила ст. 62 УК РФ, без применения дополнительного наказания в виде штрафа и ограничения свободы.

Оснований для применения ст. 64 УК РФ при назначении наказания по ст. 158 ч. 3 п. «а» УК РФ, а также ст. 73 УК РФ по каждому эпизоду преступлений суд не усматривает.

Каких-либо исключительных обстоятельств, дающих основание для изменения ФИО1 категории преступлений на менее тяжкую в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ или смягчения наказания, суд также не усматривает.

При наличии совокупности преступлений, относящихся к категории тяжких, наказание по совокупности преступлений, предусмотренных ст. 150 ч. 4 УК РФ и ст. 158 ч. 3 п. «а» УК РФ, суд считает необходимым назначить по правилам ч. 3 ст. 69 УК РФ, то есть по совокупности преступлений, путем частичного сложения назначенных наказаний.

Также учитывая то, что преступление ФИО1 по настоящему приговору было совершено им до постановления приговора мирового судьи судебного участка № 1 судебного района г. Льгова и Льговского района Курской области от 16 июня 2017 года в отношении него, то при назначении наказания суд считает необходимым применить общие правила назначения наказания по совокупности преступлений, то есть правила ч. 5 ст. 69 УК РФ путем частичного сложения назначенных наказаний по настоящему приговору и наказания по приговору мирового судьи судебного участка № 1 судебного района г. Льгова и Льговского района Курской области от 16 июня 2017 г., с учетом требований ч. 1 ст. 71 УК РФ.

В срок наказания ФИО1 подлежит зачету отбытое наказание по приговору мирового судьи судебного участка № 1 судебного района г. Льгова и Льговского района Курской области от 16 июня 2017 года в виде 84 часов обязательных работ, с учетом правил ч. 1 ст. 71 УК РФ - 11 дней лишения свободы.

В соответствии со ст. 58 ч. 1 п. «б» УК РФ, местом отбывания наказания ФИО1 необходимо определить исправительную колонию общего режима.

Меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении ФИО1 в связи с назначением наказания в виде реального лишения свободы, суд считает необходимым изменить до вступления приговора в законную силу на меру пресечения в виде заключения под стражу с содержанием в учреждении ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Курской области, взяв его под стражу в зале суда.

Срок отбывания наказания ФИО1 исчислять с даты постановления приговора, то есть с 30 августа 2017 г.

В срок отбытия наказания ФИО1 зачесть отбытое наказание по приговору мирового судьи судебного участка № 1 судебного района г. Льгова и Льговского района Курской области от 16 июня 2017 г., с учетом требований п. «г» ч. 1 ст. 71 УК РФ в виде 11 дней лишения свободы.

Что касается разрешения вопроса по заявленному потерпевшим ФИО2 гражданскому иску о взыскании в его пользу с подсудимого материального ущерба и компенсации морального вреда в сумме 20 000 рублей, то суд приходит к следующему.

В силу пунктов 1 и 2 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Согласно ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации морального вреда определяются правилами, предусмотренными гл. 59 и ст. 151 ГК РФ.

Моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом.

Между тем, законом не предусмотрено взыскание компенсации морального вреда в случае причинения гражданину ущерба вследствие хищения у него имущества.

Таким образом, требования потерпевшего ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда удовлетворению не подлежат, поскольку в силу указанных норм моральный вред может быть взыскан, если в результате действий подсудимого, нарушены личные неимущественные права либо посягающие на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом.

В ходе рассмотрения данного уголовного дела не установлено нарушений неимущественных прав ФИО2 Доказательств причинения в результате действий подсудимого физического вреда здоровью, нравственных страданий потерпевшим ФИО2 не представлено. Доводы потерпевшего ФИО2 о том, что проникновение в жилище и похищение имущества, доставшееся ему в наследство после смерти матери, причинили ему нравственные страдания, суд находит несостоятельными.

С учетом признания исковых требований подсудимым ФИО1, уменьшения объема похищенного и размера материального ущерба до 12 000 рублей, возврата ковров потерпевшему ФИО2, суд считает необходимым удовлетворить гражданский иск ФИО2 в части взыскания с подсудимого ФИО1 материального ущерба частично в размере 6 000 рублей.

Вещественные доказательства:

- два ковра, возвращенные владельцу ФИО2 - оставить по принадлежности ФИО2;

- приемо-сдаточный акт №88 от 09.11.2016 г., хранящийся в материалах уголовного дела - оставить в материалах уголовного дела.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 307, 308 и 309 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л:

Признать ФИО1 виновным в совершении преступлений, предусмотренных п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ, ч. 4 ст. 150 УК РФ, и назначить ему наказание:

- по п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ - один год 6 месяцев лишения свободы;

- по ч. 4 ст. 150 УК РФ, с применением ст. 64 УК РФ - два года лишения свободы.

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения назначенных наказаний, назначить наказание в виде трех лет лишения свободы.

На основании ч. 5 ст. 69 УК РФ, с учетом требований ч. 1 ст. 71 УК РФ, путем частичного сложения назначенных наказаний по настоящему приговору и приговору мирового судьи судебного участка № 1 судебного района г. Льгова и Льговского района Курской области от 16 июня 2017 года окончательно назначить к отбытию наказание в виде 3 лет 10 дней лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении ФИО1 изменить до вступления приговора в законную силу на меру пресечения в виде заключения под стражу с содержанием в учреждении ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Курской области, взяв его под стражу в зале суда.

Срок отбывания наказания ФИО1 исчислять с даты постановления приговора, то есть с 30 августа 2017 г.

В срок отбытия наказания ФИО1 зачесть отбытое наказание по приговору мирового судьи судебного участка № 1 судебного района г. Льгова и Льговского района Курской области от 16 июня 2017 г., с учетом требований п. «г» ч. 1 ст. 71 УК РФ в виде 11 дней лишения свободы.

Гражданский иск ФИО2 удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО1 в пользу ФИО2 денежные средства в счет возмещения материального ущерба, причиненного преступлением, в размере 6 000 (шесть тысяч) рублей 00 коп.

Вещественные доказательства:

- два ковра, возвращенные владельцу ФИО2 - оставить по принадлежности ФИО2;

- приемо-сдаточный акт № от ДД.ММ.ГГГГ, хранящийся в материалах уголовного дела - оставить в материалах уголовного дела.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Курский областной суд через Льговский районный суд Курской области в течение 10 суток со дня провозглашения, а осужденным - в тот же срок со дня получения копии приговора.

В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции в течение 10 суток со дня провозглашения приговора и в тот же срок со дня вручения ему копии апелляционного представления или апелляционной жалобы, затрагивающих его интересы.

Председательствующий Н.А. Денисова