Решение № 2-400/2026 2-400/2026(2-5396/2025;)~М-4769/2025 2-5396/2025 М-4769/2025 от 12 февраля 2026 г. по делу № 2-400/2026

50RS0005-01-2025-008139-16 Дело № 2-400/2026


РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

30 января 2026 года

Дмитровский городской суд Московской области в составе:

председательствующего судьи Якимовой О.В.,

при помощнике судьи ФИО3,

с участием прокурора ФИО8,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «ФИО10» о восстановлении на работе, обязании внести сведения о восстановлении на работе, выдаче трудовой книжки либо ее дубликата, взыскании компенсации за нарушение срока выплаты причитающихся сумм, компенсации морального вреда, судебной неустойки,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском, уточненным в порядке ст.39 ГПК РФ (л.д.182-184), к обществу с ограниченной ответственностью «ФИО11» (далее ООО «ФИО12», Общество), заявив следующие требования в окончательной редакции:

1. признать незаконным и отменить приказ № от 01 сентября 2025 года о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении) по п.1 ч.1 ст.81 Трудового кодекса РФ (ликвидация организации);

2. восстановить на работе в ООО «ФИО13» в должности старший юрист со 02 сентября 2025 года;

3. взыскать с ответчика:

- компенсацию за нарушение срока выплаты причитающихся сумм в соответствии со ст.236 ТК РФ за период с 07 марта 2025 года по 12 декабря 2025 года в размере 539 139,27 руб.;

- компенсацию морального вреда в размере 500 000 руб.;

- судебную неустойку в размере 3 000 руб. в день за неисполнение судебного акта с момента вступления решения суда в законную силу до его фактического исполнения по всем требованиям неимущественного характера;

4. обязать ответчика внести сведения о восстановлении на работе в электронную трудовую книжку и выдать трудовую книжку на бумажном носителе (или ее дубликат) с отражением всех записей с 23 июля 2010 года;

5. обязать ответчика направить сведения в Фонд пенсионного и социального страхования Российской Федерации для назначения и выплаты истцу пособия в связи с отпуском по беременности и родам, по уходу за ребенком, сведения по листкам нетрудоспособности №, №, №, №.

В обоснование своих требований истец ФИО4 ссылалась на те обстоятельства, что с 3 июня 2019 года она состояла в трудовых отношениях с ответчиком на основании трудового договора №-Р от 03.06.2019г. Изначально истец занимала должность «юрист» с окладом 80 000 руб.; с 01.06.2023г. истца перевели на должность «старший юрист» и установили оклад в размере 170 000 руб.

Ответчик дважды увольнял истца: 15 января 2024 года на основании пп. «а» п.6 ч.1 ст.81 ТК РФ, т.е. за прогул; 17 сентября 2024 года на основании п.2 ч.1 ст.81 ТК РФ, т.е. в связи с сокращением численности (штата) работников.

Решениями Дмитровского городского суда Московской области от 21 мая 2024 года и 06 марта 2025 года увольнения были признаны незаконными, ФИО15. была восстановлена на работе с 16 января 2024 года и с 18 сентября 2024 года соответственно. Однако ответчик ни одно из указанных решений не исполнил.

Определением Арбитражного суда г.Москвы от 11 декабря 2024 года в отношении Общества введена процедура наблюдения, а решением арбитражного суда от 09 июня 2025 года ООО «ФИО16» признано банкротом и открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим назначен ФИО5

19 апреля 2025 года истец направила ответчику заявление о выходе в отпуск по уходу за ребенком, но 23 июня 2025 года конкурсный управляющий направил истцу уведомление о предстоящем увольнении на основании п.1 ч.1 ст.81 ТК РФ, т.е. в связи с ликвидацией организации, на что ФИО1 направила конкурсному управляющему возражения и требования об оформлении отпуска по уходу за ребенком.

01 сентября 2025 года состоялось увольнение истца в связи с ликвидацией организации, приказ № истец получила на руки в день увольнения.

Не соглашаясь с очередным увольнением, ФИО1 обратилась в суд за защитой своих трудовых прав.

Определением Дмитровского городского суда Московской области от 30 января 2026 года производство по делу было прекращено в части требований об обязании направить сведения в Фонд пенсионного и социального страхования Российской Федерации (л.д.238-240).

Истец ФИО1 в судебном заседании уточненные требования поддержала по доводам, изложенным в иске, дополнительно указав, что поскольку Общество из ЕГРЮЛ не исключено, процедура конкурсного производства не завершена, то увольнять сотрудника нельзя, кроме того, истец находится в отпуске по уходу за ребенком. В отношении трудовой книжки ФИО1 пояснила, что после первого увольнения ответчик сказал, что трудовой книжки у него нет и предложил дубликат, содержащий только запись о работе в ООО «ФИО18»; при последующих увольнениях трудовая книжка не выдавалась. Относительно размера компенсации за нарушение срока выплаты причитающихся сумм, истец пояснила, что рассчитывала с 07 марта 2025 года, т.е. со следующего дня после принятия судом решения. Также истец сообщила, что в отношении ФИО6, бывшего генерального директора ООО «ФИО17», 12 января 2026 года было возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч.2 ст. 145.1 УК РФ, потерпевшей признана ФИО1

Представитель ответчика ФИО7 в судебном заседании исковые требования не признала по доводам, изложенным в письменных возражениях (л.д.135-136,194): увольнение по основанию п.1 ч.1 ст.81 ТК РФ возможно и в период конкурсного производства; организация никакую деятельность не осуществляет, работников в организации нет; процедура увольнения была соблюдена, уведомление направлено в установленный срок, все причитающиеся выплаты начислены, но не выплачены в связи с нахождением Общества в стадии банкротства; истцом пропущен срок обращения в суд; расчет процентов по ст.236 ТК РФ произведен за период до введения конкурсного производства, а после признания ответчика банкротом начисление финансовых санкций по реестровым требованиям не допускается, исполнение возможно только в порядке очередности со ст.134 Закона о банкротстве; в случае удовлетворения требований о взыскании компенсации по ст.236 ТК РФ, ответчик просил снизить размер компенсации на основании ст.333 ГК РФ; размер компенсации морального вреда не соразмерен последствиям; неустойка по п.1 ст.308.3 ГК РФ к должнику в банкротстве не допускается и дублирует социальную ответственность по ст.236 ТК РФ. В отношении выдачи трудовой книжки, представитель Общества сообщил, что конкурсному управляющему никакие документы не передавались. Также представитель ответчика отметил, что истец 26 января 2026 года получила от ФИО6, бывшего директора Общества, денежные средства в размере 2 796 790,94 руб.

Представители третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, Государственной инспекции труда в г.Москве и ОСП по Юго-Восточному АО ГУ ФССП России по г.Москве в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом; от ОСП по Юго-Восточному АО ГУ ФССП России по г.Москве поступило постановление от 24 декабря 2025 года об окончании исполнительного производства №-ИП, возбужденного в отношении ООО «ФИО19» с предметом исполнения о восстановлении ФИО1 на работе с 18.09.2024г., на основании п.7 ч.1 ст.47 Федерального закона №229-ФЗ от 02.10.2007г. «Об исполнительном производстве».

Прокурор, участвующий в деле, ФИО8 дала заключение, согласно которого оснований для восстановления ФИО1 на работе не имеется, поскольку увольнение по п.1 ч.1 ст.81 ТК РФ возможно и на стадии банкротства, работодателем была соблюдена процедура увольнения.

Ознакомившись с позициями сторон, выслушав заключение прокурора, изучив письменные доказательства, представленные в материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

В ходе судебного разбирательства установлено, что ФИО1 03.06.2019г. была принята на работу в ООО «ФИО20» на должность юриста по трудовому договору №-Р от 03.06.2019г. на неопределенный срок, с испытательным сроком 2 месяца; работа у данного работодателя являлась для истца основным местом работы, оклад устанавливался в размере 80 000 руб. (л.д.17-21).

29 мая 2023 года работодатель издал приказ № о переводе на другую должность и изменении оклада, в соответствии с которым ФИО1 с 01 июня 2023 года переведена на должность Старший юрист с установлением нового оклада – 170 000 руб. (л.д.22).

15 января 2024 года ФИО1 была уволена на основании пп. «а» п.6 ч.1 ст.81 Трудового кодекса Российской Федерации, т.е. за прогул.

Решением Дмитровского городского суда Московской области от 21 мая 2024 года, вступившим в законную силу 14 октября 2024 года, приказ № от 15.01.2024г. признан незаконным и ФИО1 восстановлена на работе с 16 января 2024 года в прежней должности – старший юрист. Апелляционным определением Судебной коллегии по гражданским делам Московского областного суда от 14 октября 2024 года решение Дмитровского городского суда Московской области от 21 мая 2024 года изменено в части размера среднего заработка, размера налога на доход физического лица и государственной пошлины (л.д.23-32,33-40).

17 сентября 2024 года ответчиком принят приказ №, в соответствии с которым трудовой договор с ФИО1 прекращен на основании п.2 ч.1 ст.81 Трудового кодекса РФ.

11 декабря 2024 года в отношении ООО «ФИО21» введена процедура наблюдения; временным управляющим утвержден ФИО5 (л.д.51-53).

21 января 2025 года у ФИО1 родилась дочь ФИО2, что подтверждается соответствующим свидетельством (л.д.95).

Решением Дмитровского городского суда Московской области от 06 марта 2025 года, вступившим в законную силу 06 мая 2025 года (л.д.210-214), приказ № от 17.09.2024г. признан незаконным и ФИО1 восстановлена на работе с 18 сентября 2024 года в должности старший юрист; на Общество возложены обязанности произвести уплату налога на доход ФИО1 за период с 22 мая 2024 года по 06 марта 2025 года в размере 226 911,20 руб. и направить в Фонд пенсионного и социального страхования Российской Федерации сведения о работнике ФИО1 для назначения и выплаты пособия по беременности и родам. Также указанным судебным актом с ООО «ФИО22» в пользу истца взыскано:

- 641 000,03 руб. - средний заработок за период незаконного отстранения от работы с 22 мая 2024 года по 17 сентября 2024 года;

- 877 559,56 руб. - средний заработок за время вынужденного прогула за период с 18 сентября 2024 года по 06 марта 2025 года;

- 121 027,51 руб. - компенсация за период с 05.12.2023г. по 06.03.2025г. за нарушение срока выплаты среднего заработка за период незаконного отстранения от работы (с 21.11.2023г. по 15.01.2024г.);

- 178 964,29 руб. - компенсация за период с 05.06.2024г. по 06.03.2025г. за нарушение срока выплаты среднего заработка за период незаконного отстранения от работы (с 22.05.2024г. по 17.09.2024г.);

- 117 016,96 руб. - компенсация за период с 14.10.2024г. по 06.03.2025г. за нарушение срока выплаты среднего заработка за период вынужденного прогула (с 16.01.2024г. по 21.05.2024г.);

- 50 000 руб. - компенсация морального вреда;

- 10 000 руб. - судебные расходы по оплате услуг представителя;

- 2 200 руб. - судебные расходы на оформление доверенности представителя.

04 апреля 2025 года на основании исполнительного листа серии ФС № от 06 марта 2025 года возбуждено исполнительное производство №-ИП о восстановлении ФИО1 на работе; 24 декабря 2025 года исполнительное производство окончено на основании п.7 ч.1 ст.47 Федерального закона №229-ФЗ от 02.10.2007г. «Об исполнительном производстве» (л.д.193).

19 апреля 2025 года истец направила ответчику заявление о выходе в отпуск по уходу за ребенком (л.д.57).

Решением Арбитражного суда города Москвы от 09 июня 2025 года ООО «ФИО23» признано несостоятельным (банкротом) и в отношении него открыто конкурсное производство сроком на 6 месяцев, конкурсным управляющим утвержден ФИО5 (л.д.54-56).

В ЕГРЮЛ внесена запись о том, что ООО «ФИО24» признано несостоятельным (банкротом) и в отношении него открыто конкурсное производство (л.д.105-116).

18 июня 2025 года ФИО1 направила конкурсному управляющему Общества заявления о восстановлении на работе на основании судебных актов и о необходимости подачи сведений в СФР (л.д.70-72).

23 июня 2025 года конкурсный управляющий ФИО5 направил ФИО1 уведомление о предстоящем увольнении с 01 сентября 2025 года на основании п.1 ч.1 ст.81 Трудового кодекса Российской Федерации; в этот же день уведомление было получено истцом (л.д.68,148).

23 июня 2025 года конкурсный управляющий ООО «ФИО25» направил в Центр занятости населения города Москвы уведомление о сокращении численности (или штата) работников организации (или индивидуального предпринимателя (л.д.144).

30 июня 2025 года истец направила конкурсному управляющему возражения на уведомление о предстоящем увольнении (л.д.73-75).

11 июля 2025 года истец направила конкурсному управляющему требование об оформлении отпуска по уходу за ребенком и назначении соответствующих выплат (л.д.76-77).

01 сентября 2025 года конкурсным управляющим издан приказ № о прекращении (расторжении) трудового договора с работником ФИО1 на основании п.1 ч.1 ст.81 Трудового кодекса Российской Федерации (ликвидация организации; в этот же день истец была ознакомлена с приказом (л.д.149).

Согласно записке-расчету от 01 сентября 2025 года ФИО1 начислено выходное пособие за первый месяц в размере 180 687 руб. (л.д.150).

Определением Арбитражного суда города Москвы от 23 декабря 2025 года срок конкурсного производства в отношении ООО «ФИО26» продлен на 6 месяцев (л.д.205).

12 января 2026 года в отношении ФИО6, бывшего генерального директора ООО «ФИО27», возбуждено уголовное дело № по признакам преступления, предусмотренного ч.2 ст.145.1 УК РФ; потерпевшей по уголовному делу признана ФИО1 (л.д.215-218). В постановлениях указано, что ФИО9 не произвел выплату заработной платы ФИО1 за период с ноября 2023 года по март 2025 года, причинив материальный ущерб в размере 2 379 782,18 руб.

В судебном заседании представителем ответчика на обозрение суда в электронном виде было представлено платежное поручение № от 26 января 2026 года, согласно которого плательщик ФИО9 перечислил ФИО1 2 796 790,94 руб.

Истец ФИО1 в судебном заседании не отрицала факт получения денежных средств в указанном размере, предоставив суду на обозрение в электронном виде справку из Сбербанка, в которой в отношении денежных средств в размере 2 796 790,94 руб. отражено - зачисление зарплаты.

Разрешая настоящий трудовой спор, суд руководствуется следующим.

В соответствии со ст. 11 ТК РФ все работодатели (физические лица и юридические лица, независимо от их организационно-правовых форм и форм собственности) в трудовых отношениях и иных непосредственно связанных с ними отношениях с работниками обязаны руководствоваться положениями трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права.

Работник имеет право на заключение, изменение и расторжение трудового договора в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами (абзац второй части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации).

Статьей 22 Трудового кодекса РФ установлено, что работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров, предоставлять работнику работу, обусловленную трудовым договором, выплачивать в полном объеме заработную плату.

Также работодатель имеет право заключать, изменять, расторгать трудовые договоры с работниками в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, иными федеральными законами, требовать от работников исполнения ими трудовых обязанностей, соблюдения правил внутреннего трудового распорядка, привлекать работников к дисциплинарной и материальной ответственности в порядке, установленном настоящим Кодексом.

Основания расторжения трудового договора по инициативе работодателя установлены статьей 81 Трудового кодекса Российской Федерации.

Согласно пункту 1 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае ликвидации организации либо прекращения деятельности индивидуальным предпринимателем.

В соответствии со статьей 56 ГПК РФ и пунктом 23 Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, трудовой договор с которым расторгнут по инициативе работодателя, обязанность доказать наличие законного основания увольнения и соблюдение установленного порядка увольнения возлагается на работодателя.

О предстоящем увольнении в связи с ликвидацией организации, сокращением численности или штата работников организации работники предупреждаются работодателем персонально и под роспись не менее чем за два месяца до увольнения (часть вторая статьи 180 Трудового кодекса Российской Федерации).

В пункте 28 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» судам даны разъяснения о том, что обстоятельством, имеющим значение для правильного разрешения исков о восстановлении на работе лиц, трудовой договор с которыми расторгнут в связи с ликвидацией организации либо прекращением деятельности индивидуальным предпринимателем (пункт 1 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации), обязанность доказать которое возлагается на ответчика, в частности, является действительное прекращение деятельности организации или индивидуальным предпринимателем. Основанием для увольнения работников по пункту 1 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации может служить решение о ликвидации юридического лица, т.е. решение о прекращении его деятельности без перехода прав и обязанностей в порядке правопреемства к другим лицам, принятое в установленном законом порядке (статья 61 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Ликвидация юридического лица влечет его прекращение без перехода в порядке универсального правопреемства его прав и обязанностей к другим лицам. Юридическое лицо ликвидируется по решению его учредителей (участников) или органа юридического лица, уполномоченного на то учредительным документом, в том числе в связи с истечением срока, на который создано юридическое лицо, с достижением цели, ради которой оно создано (пункты 1 и 2 статьи 61 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Юридические лица, за исключением предусмотренных статьей 65 настоящего Кодекса юридических лиц, по решению суда могут быть признаны несостоятельными (банкротами) и ликвидированы в случаях и в порядке, которые предусмотрены законодательством о несостоятельности (банкротстве) (пункт 6 статьи 61 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Пунктом 9 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что ликвидация юридического лица считается завершенной, а юридическое лицо - прекратившим существование после внесения сведений о его прекращении в Единый государственный реестр юридических лиц в порядке, установленном законом о государственной регистрации юридических лиц.

Федеральным законом от 26 октября 2002 г. №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации установлены основания для признания должника несостоятельным (банкротом), урегулированы порядок и условия осуществления мер по предупреждению несостоятельности (банкротства), порядок и условия проведения процедур, применяемых в деле о банкротстве, и иные отношения, возникающие при неспособности должника удовлетворить в полном объеме требования кредиторов. Действие данного Федерального закона распространяется на юридические лица, которые могут быть признаны несостоятельными (банкротами) в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (пункты 1 и 2 статьи 1 Федерального закона от 26 октября 2002 г. №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»).

Несостоятельность (банкротство) - признанная арбитражным судом или наступившая в результате завершения процедуры внесудебного банкротства гражданина неспособность должника в полном объеме удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам, о выплате выходных пособий и (или) об оплате труда лиц, работающих или работавших по трудовому договору, и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей (абзац второй статьи 2 Федерального закона от 26 октября 2002 г. №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»).

Согласно пункту 1 статьи 124 Федерального закона от 26 октября 2002 г. №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» принятие арбитражным судом решения о признании должника банкротом влечет за собой открытие конкурсного производства.

При принятии решения о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства арбитражный суд утверждает конкурсного управляющего в порядке, предусмотренном статьей 45 настоящего Федерального закона, о чем выносит определение. Указанное определение подлежит немедленному исполнению и может быть обжаловано. Конкурсный управляющий действует до даты завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве (пункты 1 и 2 статьи 127 Федерального закона от 26 октября 2002 г. №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»).

Пунктом 1 статьи 129 Федерального закона от 26 октября 2002 г. №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» предусмотрено, что с даты утверждения конкурсного управляющего до даты прекращения производства по делу о банкротстве, или заключения мирового соглашения, или отстранения конкурсного управляющего он осуществляет полномочия руководителя должника и иных органов управления должника в пределах, в порядке и на условиях, которые установлены этим федеральным законом.

В соответствии с полномочиями конкурсного управляющего, установленными статьей 129 Федерального закона от 26 октября 2002 г. №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», конкурсный управляющий обязан уведомлять работников должника о предстоящем увольнении не позднее чем в течение месяца с даты введения конкурсного производства (абзац 7 пункта 2 статьи 129 данного федерального закона), конкурсный управляющий вправе увольнять работников должника, в том числе руководителя должника, в порядке и на условиях, которые установлены федеральным законом (абзац третий пункта 3 статьи 129 Федерального закона от 26 октября 2002 г. №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»).

В пункте 6 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №2 (2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 6 июля 2016 года, разъяснено, что конкурсный управляющий, осуществляя права и обязанности работодателя в период конкурсного производства, вправе увольнять работников организации-должника в порядке и на условиях, которые предусмотрены трудовым законодательством.

После рассмотрения арбитражным судом отчета конкурсного управляющего о результатах проведения конкурсного производства арбитражный суд выносит определение о завершении конкурсного производства, а в случае погашения требований кредиторов в соответствии со статьей 125 этого федерального закона - определение о прекращении производства по делу о банкротстве (пункт 1 статьи 149 Федерального закона от 26 октября 2002 г. №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»).

В силу пункта 3 статьи 149 Федерального закона от 26 октября 2002 г. №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» основанием для внесения в Единый государственный реестр записи о ликвидации должника является определение арбитражного суда о завершении конкурсного производства.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в определении от 23 июля 2020 г. №1828-О, расторжение трудового договора с работником в случае ликвидации организации либо прекращения деятельности индивидуальным предпринимателем (пункт 1 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации) связано с реализацией работодателем гарантированного ему Конституцией Российской Федерации права на свободное осуществление предпринимательской и иной не запрещенной законом экономической деятельности (статья 34, часть 1; статья 35, часть 2) и производится в интересах работодателя, собственника имущества организации, ее учредителей (участников) или фактически контролирующих ее лиц. Устанавливая для этого случая специальную процедуру расторжения трудового договора, Трудовой кодекс Российской Федерации, в частности, обязывает работодателя персонально уведомить каждого работника под роспись о предстоящем увольнении не менее чем за два месяца (часть вторая статьи 180), что позволяет работнику, подлежащему увольнению, заблаговременно начать поиск подходящей работы. Поскольку ликвидация организации, будучи завершающей стадией ее существования как юридического лица, прекращением ее хозяйственной деятельности, представляет собой сложный, многостадийный и продолжительный процесс, требующий заблаговременной подготовки, планирования порядка и сроков проведения ликвидационных процедур (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2018 г. №45-П), оспариваемое положение пункта 1 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации, предусматривающее лишь соответствующее основание для расторжения трудового договора и не устанавливающее порядка увольнения работника, во взаимосвязи с положениями абзаца второго пункта 1 статьи 65 Гражданского кодекса Российской Федерации, пунктом 1 и абзацем третьим пункта 3 статьи 129 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" не может расцениваться как нарушающее права работников должника, находящегося в процессе ликвидации.

Из приведенных нормативных положений и правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации следует, что на основании решения суда юридические лица (должники) могут быть признаны несостоятельными (банкротами) и ликвидированы в случаях и в порядке, которые предусмотрены законодательством о несостоятельности (банкротстве). Принятие арбитражным судом решения о признании должника банкротом влечет за собой открытие конкурсного производства и утверждение конкурсного управляющего, осуществляющего полномочия руководителя должника и иных органов управления должника, действующего в пределах, в порядке и на условиях, установленных законом, с даты его утверждения до даты прекращения производства по делу о банкротстве, или заключения мирового соглашения, или отстранения конкурсного управляющего. Прекращение хозяйственной деятельности юридического лица (организации) представляет собой сложный, многостадийный и продолжительный процесс, требующий заблаговременной подготовки, планирования при проведении ликвидационных процедур, в рамках которых, в период конкурсного производства, конкурсный управляющий вправе увольнять работников должника (руководителя должника) в порядке и на условиях, установленных федеральным законом. Уведомление работников должника о предстоящем увольнении не позднее чем в течение месяца с даты введения конкурсного производства отнесено к обязанностям конкурсного управляющего. По завершении конкурсного производства на основании определения арбитражного суда в Единый государственный реестр вносится запись о ликвидации должника.

Таким образом, расторжение конкурсным управляющим организации трудовых договоров с работниками этой организации, в том числе по основанию, предусмотренному пунктом 1 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации, до вынесения арбитражным судом определения о завершении конкурсного производства является правомерным, поскольку осуществляется конкурсным управляющим в рамках полномочий, предоставленных ему Федеральным законом от 26 октября 2002 г. №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

Как следует из материалов дела, увольнению ФИО1 из ООО «ФИО28» на основании приказа конкурсного управляющего организации ФИО5 от 01 сентября 2025 года по пункту 1 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации (в связи с ликвидацией организации) предшествовало принятие Арбитражным судом города Москвы решения от 09 июня 2025 года (дело № № о признании организации несостоятельной (банкротом) и об открытии конкурсного производства, а также получение 23 июня 2025 года ФИО1 уведомления от конкурсного управляющего о предстоящем увольнении.

В связи с признанием ООО «ФИО29» несостоятельным (банкротом) у конкурсного управляющего имелись основания для увольнения ФИО1 по пункту 1 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации (в связи с ликвидацией организации), увольнение истца произведено конкурсным управляющим в рамках полномочий, предоставленных ему Федеральным законом от 26 октября 2002 г. №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», нарушений порядка увольнения ФИО1, которые могли бы повлечь признание увольнения незаконным, конкурсным управляющим не допущено, истец был уведомлен о предстоящем увольнении в установленный законом срок.

Доводы истца о незаконности увольнения по пункту 1 части 1 статьи 81 ТК РФ со ссылкой на то, что арбитражным судом определение о завершении конкурсного производства в отношении ответчика ни на момент увольнения истца, ни в период рассмотрения данного спора не вынесено, что ликвидация организации не завершена и из Единого государственного реестра юридических лиц ООО «Юридическая фирма» не исключено, являются ошибочными, основанными на неправильном толковании и применении норм материального права, регулирующих спорные отношения.

Поскольку увольнение истца произведено в связи с ликвидацией организации, положения статьи 261 ТК РФ, устанавливающей гарантии преимущественного оставления на работе определенной категории лиц, в частичности, женщин, имеющих ребенка в возрасте до трех лет, не подлежат применению (ч.4 ст.261 ТК РФ).

При указанных обстоятельствах, исковые требования ФИО1 о признании приказа № об увольнении от 01 сентября 2025 года, восстановлении на работе, обязании внести сведения о восстановлении на работе в электронную трудовую книжку удовлетворению не подлежат.

Рассматривая исковые требования о выдаче трудовой книжки на бумажном носителе либо ее дубликата, суд руководствуется следующим.

В части 4 статьи 84.1 Трудового кодекса Российской Федерации закреплено, что в день прекращения трудового договора работодатель обязан выдать работнику трудовую книжку или предоставить сведения о трудовой деятельности (статья 66.1 Трудового кодекса Российской Федерации) у данного работодателя и произвести с ним расчет в соответствии со статьей 140 этого кодекса. По письменному заявлению работника работодатель также обязан выдать ему заверенные надлежащим образом копии документов, связанных с работой.

Трудовая книжка установленного образца является основным документом о трудовой деятельности и трудовом стаже работника (ст.66 ТК РФ).

Приказом Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации от 19 мая 2021 г. №320н утвержден Порядок ведения и хранения трудовых книжек (далее - Порядок).

Согласно абзацу третьему пункта 36 Порядка работодатель обязан выдать работнику в день увольнения (последний день работы) его трудовую книжку с внесенной в нее записью об увольнении.

По общим правилам, предусмотренным ТК РФ и Порядком (п.42), трудовая книжка работника должна находиться у работодателя, а в случае признания работодателя несостоятельным (банкротом) и открытии конкурсного производства указанный документ подлежит передаче конкурсному управляющему.

Как указывает истец, при приеме на работу она передала работодателю трудовую книжку на бумажном носителе, в которой содержались записи о трудовой деятельности истца до поступления на работу к ответчику; после всех увольнений оригинал трудовой книжки истцу не выдавался.

Представитель ответчика не отрицал, что трудовую книжку не выдал, ссылаясь на то, что конкурсному управляющему бывшее руководство никаких документов не передавало.

Между тем, не передача конкурсному управляющему запрошенных им сведений, первичных документов, в том числе, кадровых документов, трудовых книжек, не может служить основанием для отказа в удовлетворении исковых требований в данной части, поскольку ответчиком не доказано, что указанные обстоятельства произошли по вине истца или ввиду его недобросовестного поведения.

Негативные последствия невозможности выдачи работнику трудовой книжки могут быть устранены только выдачей дубликата трудовой книжки.

В связи с чем, суд возлагает на ответчика обязанность выдать ФИО1 в течение одного месяца со дня вступления решения суда в законную силу трудовую книжку, а в случае утраты трудовой книжки – дубликат трудовой книжки, содержащий сведения о периодах работы в соответствии с пунктом 29 Приказа Минтруда России от 19 мая 2021 г. №320н «Об утверждении формы, порядка ведения и хранения трудовых книжек».

Относительно требования о взыскании судебной неустойки за неисполнение требований неимущественного характера.

В соответствии с пунктом 1 статьи 308.3 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае неисполнения должником обязательства кредитор вправе требовать по суду исполнения обязательства в натуре, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, иными законами или договором либо не вытекает из существа обязательства. Суд по требованию кредитора вправе присудить в его пользу денежную сумму (пункт 1 статьи 330) на случай неисполнения указанного судебного акта в размере, определяемом судом на основе принципов справедливости, соразмерности и недопустимости извлечения выгоды из незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1).

Судебная неустойка, по смыслу указанных положений, является правовым средством, обеспечивающим надлежащее и своевременное исполнение ответчиком требований неимущественного характера (об исполнении обязательства в натуре). Указанный институт должен мотивировать должника к исполнению соответствующего обязательства и, при этом, не должен становиться способом необоснованного обогащения кредитора.

С учетом наличия в Трудовом кодексе РФ иного способа восстановления нарушенных трудовых прав истца в случае несвоевременной выдачи трудовой книжки, суд не усматривает оснований для присуждения в пользу истца судебной неустойки.

Рассматривая исковые требования о взыскании компенсации по ст.236 ТК РФ, суд руководствуется следующим.

Истцом заявлено о взыскании компенсации в размере 539 139,27 руб., начисленной за период с 07 марта 2025 года по 12 декабря 2025 года на выплаты, присужденные решением Дмитровского городского суда Московской области от 06 марта 2025 года, а именно на средний заработок за период незаконного отстранения от работы (641 000,03 руб.) и на средний заработок за время вынужденного прогула (877 559,56 руб.).

В соответствии с положениями ст.236 ТК РФ при нарушении работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, работодатель обязан выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от начисленных, но не выплаченных в срок сумм и (или) не начисленных своевременно сумм в случае, если вступившим в законную силу решением суда было признано право работника на получение неначисленных сумм, за каждый день задержки начиная со дня, следующего за днем, в который эти суммы должны были быть выплачены при своевременном их начислении в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, по день фактического расчета включительно. При неполной выплате в установленный срок заработной платы и (или) других выплат, причитающихся работнику, размер процентов (денежной компенсации) исчисляется из фактически не выплаченных в срок сумм.

Из содержания приведенной нормы с учетом правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, изложенных Постановлениях от 11.04.2023 №16-П и от 04.04.2024 №15-П, проценты (денежная компенсация) подлежит начислению на средний заработок и на компенсацию морального вреда, которые взысканы вступившим в законную силу решением суда (с даты, следующей за днем вступления решения суда в законную силу, по дату фактической выплаты взысканных сумм).

Решением Дмитровского городского суда Московской области от 06 марта 2025 года по делу № с ООО «ФИО30» в пользу ФИО1 взыскано, среди прочего:

- 641 000,03 руб. - средний заработок за период незаконного отстранения от работы с 22 мая 2024 года по 17 сентября 2024 года;

- 877 559,56 руб. - средний заработок за время вынужденного прогула за период с 18 сентября 2024 года по 06 марта 2025 года.

Решение суда в апелляционном порядке не обжаловалось, вступило в законную силу 06 мая 2025 года, и поскольку указанные выплаты до настоящего времени истцу не выплачены, что ответчиком не оспаривалось, то ФИО1 имеет право на взыскание предусмотренных частью 1 статьи 236 Трудового кодекса Российской Федерации процентов (денежной компенсации) на сумму 1 518 559,59 руб. (641000,03+877559,59) за период с 07 мая 2025 года (с даты, следующей за днем вступления в законную силу решения суда от 06 марта 2025 года) по 12 декабря 2025 года (период окончания заявлен истцом) в размере 409 454,28 руб., исходя из следующего расчета:

Сумма задержанных средств 1 518 559,59 ?

Период

Ставка, %

Дней

Компенсация, ?

07.05.2025 – 08.06.2025

21

33

70 157,45

09.06.2025 – 27.07.2025

20

49

99 212,56

28.07.2025 – 14.09.2025

18

49

89 291,30

15.09.2025 – 26.10.2025

17

42

72 283,44

27.10.2025 – 12.12.2025

16,5

47

78 509,53

409 454,28

Таким образом, исковые требования ФИО1 о взыскании процентов (денежной компенсации) по ст.236 ТК РФ за период с 07 марта 2025 года по 06 мая 2025 года удовлетворению не подлежат. При этом суд разъясняет, что истец вправе требовать уплаты компенсации на причитающуюся сумму (1518559,59 руб.) вплоть до фактической выплаты.

Доводы ответчика о том, что санкции не подлежат начислению с момента признания ООО «ФИО31» банкротом, судом отклоняются, поскольку признание работодателя несостоятельным (банкротом) не освобождает его от ответственности за задержку выплаты работнику заработной платы и не является препятствием для взыскания с него процентов (денежной компенсации), предусмотренных ст.236 Трудового кодекса РФ. Данный вывод следует из Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №3 (2018), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 14.11.2018 (вопрос 27).

В силу привилегированного положения работников законодатель в п. 1 ст. 136 Закона о банкротстве установил особые правила о компенсациях, причитающихся им в связи с нарушением установленных трудовым законодательством сроков выплат: на требования работников по основному долгу начисляются проценты в соответствии с трудовым законодательством, которые удовлетворяются в составе требований кредиторов второй очереди. Размер указанных процентов определен ст. 236 Трудового кодекса Российской Федерации.

Ходатайство ответчика о снижении процентов (денежной компенсации) на основании ст.333 Гражданского Кодекса РФ, предусматривающей возможность уменьшения неустойки, удовлетворению не подлежит, поскольку основано на неправильном толковании норм материального права и ошибочном применении данной нормы к трудовым отношениям, в рамках которых снижение процентов (компенсации) за нарушение срока выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, не предусмотрено.

Далее, относительно требований о взыскании компенсации морального вреда в размере 500 000 руб.

В соответствии со ст.237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Поскольку ответчиком было нарушено право ФИО1 на своевременное получение взысканного судом среднего заработка и на получение трудовой книжки в день увольнения, то с ответчика в пользу истца подлежит взысканию компенсация морального вреда с учетом степени причиненных истцу нравственных страданий, длительности нарушения прав, конкретных обстоятельств дела, требований разумности и справедливости в размере 30 000 руб. Оснований для взыскания компенсации морального вреда в большем размере суд не усматривает.

В связи с тем, что истец в соответствии с п.1 ч.1 ст. 333.36 Налогового кодекса РФ был освобожден от уплаты государственной пошлины, то с ответчика ООО «ФИО32» в силу ст.103 ГПК РФ подлежит взысканию государственная пошлина в размере 15 736 руб. в доход местного бюджета.

Руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «ФИО33» о восстановлении на работе, обязании внести сведения о восстановлении на работе, выдаче трудовой книжки либо ее дубликата, взыскании компенсации за нарушение срока выплаты причитающихся сумм, компенсации морального вреда, судебной неустойки – удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «ФИО34» (ИНН №, ОГРН №) в пользу ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р., 439 454 (четыреста тридцать девять тысяч четыреста пятьдесят четыре) рубля 28 копеек, из которых:

- 409 454,28 руб. - компенсация за период с 07 мая 2025 года по 12 декабря 2025 года за нарушение срока выплаты причитающихся сумм;

- 30 000 руб. - компенсация морального вреда.

Обязать общество с ограниченной ответственностью «ФИО35» (ИНН №, ОГРН №) в течение одного месяца со дня вступления решения суда в законную силу выдать ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р., трудовую книжку, а в случае утраты трудовой книжки – дубликат трудовой книжки, содержащий сведения о периодах работы в соответствии с пунктом 29 Приказа Минтруда России от 19 мая 2021 г. №320н «Об утверждении формы, порядка ведения и хранения трудовых книжек».

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «ФИО36» о восстановлении на работе, обязании внести сведения о восстановлении на работе, взыскании компенсации за нарушение срока выплаты причитающихся сумм в большем размере, взыскании компенсации морального вреда в большем размере, взыскании судебной неустойки – отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «ФИО37» (ИНН №, ОГРН №) государственную пошлину в доход бюджета Дмитровского муниципального округа Московской области в размере 15 736 (пятнадцать тысяч семьсот тридцать шесть) рублей.

Решение суда может быть обжаловано в Московский областной суд путем подачи апелляционной жалобы через Дмитровский городской суд в течение одного месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Судья

Решение суда в окончательной форме изготовлено 13 февраля 2026 года.

Судья