Приговор № 1-143/2018 1-3/2019 от 19 февраля 2019 г. по делу № 1-143/2018

Дело № 1-3/2019


ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

с. Сосново-Озерское 20 февраля 2019 года

Еравнинский районный суд Республики Бурятия в составе председательствующего судьи Жигмитовой Е.В., с участием государственного обвинителя - прокурора Еравнинского района Манзаева Б.Э., подсудимого ФИО1, защитника по соглашению – адвоката Бланк В.А., представившего удостоверение № 1311 и ордер № 001 от 15.01.2019, потерпевшей ФИО2, при секретарях Галсанове А.Г., Найдановой К.Б.

рассмотрев в открытом судебном заседании в порядке общего судопроизводства материалы уголовного дела в отношении:

ФИО1, <данные изъяты>, не судимого,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

11 августа 2018 года у ФИО1 из-за ранее возникшей ссоры с С. и сложившихся между ними личных неприязненных отношений, возникших в результате противоправных действий С., повредившего дверные запоры дома, где проживал ФИО1, возник прямой преступный умысел, направленный на причинение ему тяжкого вреда здоровью.

В этот день около 22 часов ФИО3 подъехал к шиномонтажной мастерской, расположенной по адресу: <адрес>, возле которой находился С..

В это время ФИО3, реализуя умысел, направленный на причинение тяжкого вреда здоровью С., возле указанной шиномонтажной мастерской, умышленно, осознавая общественную опасность своих действий, предвидя наступление общественно опасных последствий в виде причинения тяжкого вреда здоровью, и желая этого, однако, не предвидя наступления смерти С., но при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть эти последствия, нанес не менее семи ударов руками по голове и шее С., причинив ему следующие телесные повреждения:

- закрытую черепно-мозговую травму: субарахноидальное кровоизлияние на основании левой лобной, левой теменной доли, на выпуклой поверхности левой височной доли, на боковой поверхности левой затылочной доли, в области червя мозжечка; кровоизлияние в мягкие ткани головы слева; ссадины на голове и лице, по своим свойствам расценивающуюся как причинившую тяжкий вред здоровью, по признаку опасности для жизни человека;

- перелом тела подъязычной кости слева, по своим свойствам, расценивающийся как причинивший вред здоровью средней тяжести, по признаку расстройства здоровья свыше трех недель;

- кровоподтеки на шее, по своим свойствам не расценивающиеся как причинившие вред здоровью.

Смерть С. наступила в этот же день на месте происшествия от закрытой черепно-мозговой травмы, сопровождавшейся субарахноидальным кровоизлиянием, осложнившейся отеком-набуханием вещества головного мозга, с дислокацией ствола и сдавлением его в большом затылочном отверстии.

Подсудимый ФИО1 вину в предъявленном обвинении по ч. 4 ст. 111 УК РФ признал частично, в содеянном раскаялся и суду показал, что 11 августа 2018 года вечером приехал С. и обнаружил дома погром, который устроила его (ФИО3) бывшая сожительница Ч. тот вечер она приезжала с Б. и С., последний повредил дверные запоры дома, сорвав металлические крючки, где он проживал.

Они решили поехать к Ч. и забрать свои вещи, которые она унесла. На крыльце шиномонтажной сидели Ч., Б. и С.. С. ударил кулаком Б.. С., находившийся в состоянии сильного алкогольного опьянения, с целью напасть на него, начал вставать, тогда он нанес предупреждающие удары: 2 сильных удара кулаком в область виска слева и в нос, затем толкнул его, тот упал и сильно ударился головой о пол крыльца. Когда С. стал падать, он следом ударил его ладонью несколько раз, не исключает, что нанес удар и по шее.

Из оглашенных по ходатайству гос. обвинителя показаний подозреваемого ФИО1 следует, что он подошел к А., который продолжал сидеть на ступеньке крыльца и нанес ему 2 сильных удара кулаком слева и справа в лицевую часть головы. От этих ударов А. стал раскачиваться из стороны в сторону как будто пьяный и упал назад. После этих ударов он нанес около 5 несильных ударов по лицу А., в то время, когда он падал назад, удары были нанесены кулаком, также несколько ударов он нанес ладошкой. Когда тот упал на крыльцо, больше удары ему не наносил. (л.д.171-176)

После оглашения указанных показаний, ФИО3 пояснил суду, что их не подтверждает частично, т.к. давал первоначальные показания в шоковом состоянии.

Показания, данные при допросе в качестве подозреваемого ФИО1 подтвердил в ходе проверки показаний на месте, продемонстрировал с помощью статиста, совершенные им действия, каким образом и куда им были нанесены 2 удара по голове С., пояснив, что от его ударов С., сидевший на крыльце, (лицо С. находилось на уровне его пояса), стал падать на крыльцо. В это время он нанес 5 несильных ударов кулаком и ладонью по голове С.. (л.д. 177-183)

Анализируя указанные показания подсудимого, суд считает необходимым положить в основу приговора стабильные и последовательные показания ФИО1, данные в ходе предварительного следствия, а также показания, данные в ходе судебного следствия в той части, в которой они не противоречат другим доказательствам по делу.

Показания ФИО1, данные в ходе предварительного следствия, подтверждаются показаниями свидетелей, протоколами осмотра места происшествия, заключениями экспертиз, протоколами проведенных по делу следственных действий.

Так, потерпевшая С. суду показала, что С. приходился сыном. Он работал у Ч. в шиномонтажной мастерской.

11 августа 2018 года примерно в 23 часа позвонила бывшая жена сына и сообщила, что Сашу убили в шиномонтажной мастерской по <адрес>.

А. никогда ни с кем не ругался, не дрался, алкогольные напитки употреблял в меру, курил. В состоянии алкогольного опьянения сын агрессии не проявлял.

В шиномонтажной Саша лежал на полу, сверху был накрыт простыней. На теле А. увидела кровь в области виска, следы удушения на шее, также на переносице имелись повреждения.

Там же находился Б. в состоянии алкогольного опьянения, у него были телесные повреждения. Ей он сообщил, что, когда они сидели на крыльце шиномонтажки, приехали Биликтуев Баир, С. С. и стали их троих бить.

Считает, что Биликтуев Баир не мог совершить преступление один, т.к. ее сын был физически сильнее и здоровее ФИО3.

Примерно через час к шиномонтажной подъехали ФИО3 и С., затем уехали.

Когда хоронили сына, Ч. сообщила, что ФИО3, С. и Буд. - сотрудник полиции втроем приезжали в шиномонтажную и их всех побили.

Недавно от З. стало известно, что в тот момент, когда он находился в гостях у Г., прибежала Ч. и сообщила, что Буд. убил С. А..

Кроме того, к ней приходила тетя ФИО3- Ж. и сказала, что ФИО3 не виновен, а всю вину берет на себя.

Свидетель Б. суду показал, что 11 августа 2018 г. находился на работе в шиномонтажной мастерской Ч. по <адрес>. С ним в тот день работал С. А.. Вечером около 21 часа, когда он, Ч., С. сидели на крыльце, подошли ФИО3 и С..

С., ничего не говоря, ударил его кулаком в височную часть головы, от удара он упал и на некоторое время потерял сознание. Возможно, ему нанесли еще удары, точно не помнит. Когда стал приходить в сознание, услышал голос Ч.: «Помогите». Увидел, что С. и ФИО3 пристают к Ч., которая находилась по пояс голой. Он подбежал к ней и стал её защищать, а после опять потерял сознание. Когда очнулся, рядом никого не было, кроме С., который лежал на крыльце. Затем кто-то подошел к С., он его не разглядел и сказал, что руки холодные, пульса нет.

Позже они занесли тело С. в шиномонтажную.

У С. в височной области слева заметил покраснение.

Кто наносил удары С., не видел, т.к. находился в тот момент без сознания, видел, как в сторону С. двигался ФИО3, поэтому не исключает, что тот его побил. Ни он, ни Ч. С. побои не наносили.

В тот день со С. распили 2 бутылки водки. До этого он выпил примерно 1,5 литра пива, потом Ч. забрала его из дома и они по дороге заехали в дом к ФИО6, где жил ФИО3. Через некоторое время ФИО3 крикнул ему, чтоб он увел Ч..

Ч. кричала, ругалась с ФИО3. Он услышал шум, звук бьющегося стекла от удара.

Из оглашенных в порядке ч.3 ст. 281 УПК РФ показаний свидетеля Б. (л.д. 110-112) следует, что Ч. ранее проходила лечение в психиатрической больнице, в настоящее время принимает какие-то лекарства.

Оглашенные показания свидетель подтвердил и дополнил, что о психическом расстройстве Ч. ему известно от жителей села.

Свидетель С. показал, что 11.08.2018 пришел в гости к отцу, с ним проживал ФИО5 доме все вещи, вся мебель валялись на полу. Отец с ФИО3 сообщили, что приезжали Ч. со С. и Б.. В доме отсутствовали чайник, фляга, телефон. Они с ФИО3 поехали к Ч. домой. Хотели поговорить с ней и забрать свои вещи. Приехали к шиномонтажной примерно в 22 часу, на улице было темно, увидели, что на крыльце сидят Ч., С., Б.. Все они были в нетрезвом состоянии. Он подошел к Б. и ударил его кулаком в голову 2-3 раза, тот от удара присел и упал. ФИО3 подошел к С.. Что происходило между ними далее, не видел. Когда повернулся, то увидел лежавшего на крыльце С.. Ч. напала на ФИО3. Он стал их разнимать. Ч. набросилась на него. Затем Б. стал ее удерживать и в этот момент он вырвался.

После они с ФИО3 сели в автомашину и уехали. ФИО3 ему рассказал, что 2-3 раза ударил С. в область головы кулаками.

Из оглашенных в порядке ч.3 ст. 281 УПК РФ показаний свидетеля ФИО6 (л.д. 113-116) следует, что подошел к Б. и нанес ему 2-3 удара кулаками по лицу, от чего он присел, затем упал спиной на землю. Баир пошел на С. Через некоторое время увидел, что Б. стоит рядом с А. на расстоянии около 1 метра от него. А. лежал на крыльце, на спине. Из оглашенных показаний свидетеля ФИО6 (л.д.118-124) следует, что С. удары не наносил, ему непонятно, почему Ч. утверждает, что он наносил побои С.. Ч. могла в темное время суток перепутать его с Б., т.к. у нее плохое зрение. Ранее у нее были галлюцинации, в связи с этим проходила лечение в психиатрическом стационаре.

Оглашенные показания С. подтвердил и дополнил, что не видел, как Ч. или Б. наносили удары С..

Из протокола очной ставки между Ч. и ФИО6 (л.д. 125-129) следует, что у Ч. имеются основания для его оговора, поскольку она испытывает к нему неприязненные отношения, полагая, что он виновен в том, что Б. не хочет к ней возвращаться.

Свидетель Ч. суду показала, что 11 августа 2018 года в вечернее время к ее шиномонтажной <адрес> подъехала автомашина.

Из нее вышел С.. Он быстро подбежал и молча, ударил кулаком Б. по голове, после ударил С., а третьим ударил ее. Когда она стала падать, тогда С. схватил ее за одежду, и она осталась на половину раздетой. С. продолжал ее бить, она стала прятаться и звать А. С. на помощь, но тот не вставал. Вслед за ФИО6 из автомашины выбежал ФИО3. После того, как С. упал, ФИО3 подбежал к нему и стал, видимо, избивать его, она услышала возню. Затем очнулся Б. и когда на нее стали нападать С. и ФИО3, он стал ее защищать. С. пытался ее изнасиловать. ФИО3 пальцем свернул с нее очки сзади и сломал их.

Ни она, ни Б. удары С. не наносили.

Потом С. и ФИО3 сели в автомашину и уехали.

Б. принес ей рубашку. С. лежал на крыльце, был весь бледный, из-за рта бежала кровь. Она испугалась, побежала к брату С., но не смогла до него достучаться.

В тот день она ходила к ФИО3, просила вернуть вещи дочери. Из-за того, что сошлась со С., Биликтуев был недоволен, возмущался.

Погром у них в доме не устраивала, у них в доме и так было грязно. Только уронила телевизор, холодильник, потому что они ее обвинили в хищении пульта управления от телевизора.

Поскольку ФИО3 звонил, угрожающие СМС-ки присылал, она приходила к нему домой, чтобы разобраться вместе с Б. и С..

Никаких отношений с ФИО6 не имеет, оснований для его оговора у нее не имеется.

Потерпевшей С. она не говорила, что Сашу убил Б Видимо, она ее не так поняла.

Из оглашенных в порядке ч.3 ст. 281 УПК РФ показаний свидетеля Ч. (л.д. 136-139) следует, что после того, как С. ударил С. и тот потерял сознание, он заломил ей руку, а ФИО3 надавил на ее глаз и у нее упали очки.

Из оглашенных в порядке ч.3 ст. 281 УПК РФ показаний свидетеля Ч. на л.д.141-144, следует, что С. после того, как ударил С., схватил ее за одежду и она слетела вниз. Затем С. нанес 10 ударов кулаками по ее лицу. Она слышала возню, слышала как ФИО3 дрался со С..

Противоречия в показаниях в части действий ФИО6 и ФИО3 в отношении ее, пояснила тем, что сразу все подробности произошедшего не могла вспомнить.

Эксперт . суду пояснила, что телесные повреждения, повлекшие смерть С. были получены от удара, нанесенного ФИО1 Вероятнее всего, образовались от удара в левую лобно-височную область головы, потому, что при падении чаще всего образуются повреждения на отдалении, на противоположной стороне головного мозга, данных повреждений не было.

Перелом подъязычной кости слева по своим свойствам расценивается как причинивший вред здоровья средней тяжести. Данное повреждение причинено прижизненно, об этом свидетельствуют кровоизлияния мягких тканей шеи слева в проекции перелома.

Удар вероятнее всего пришелся в верхнюю или среднюю часть шеи, от чего могла сломаться подъязычная кость, а кровоподтек сместился, т.к. это было прижизненное повреждение. В момент нанесения повреждения, потерпевший С., точнее голова С. находилась, скорее всего, в вертикальном положении и кровь могла сместиться в нижнюю часть шеи и там образовался кровоподтек.

Эксперт Х. суду пояснил, что телесное повреждение, от которого наступила смерть С., вероятнее, всего образовалось от удара, нанесенного ФИО3.

От падения и ударе о горизонтальную поверхность в лопаточной области были обнаружены повреждения, от этого С. не умер, умер он от удара по голове. Падения с высоты собственного роста, с ускорением от удара, способствует, усугубляет кровоизлияние в мозг.

Судом исследованы и приняты в качестве доказательств виновности подсудимого следующие материалы уголовного дела:

Рапорт старшего следователя Еравнинского межрайонного следственного отдела Ш. от 11.08.2018 о том, что в помещении шиномонтажной мастерской, расположенной по <адрес> обнаружен труп С. с признаками насильственной смерти. (л.д. 9)

Протокол осмотра места происшествия от 12.08.2018, из которого следует, что осмотрена шиномонтажная мастерская по адресу: <адрес>, а также осмотрен труп, обнаруженный в указанном помещении. С места происшествия были изъяты смыв вещества бурого цвета, оправа и стекло от очков. (л.д. 15-23)

Заключение судебно-медицинского эксперта № 1109 от 31.08.2018, согласно которому на трупе С. обнаружены следующие телесные повреждения:

- закрытая черепно-мозговая травма: субарахноидальное кровоизлияние на основании левой лобной, левой теменной доли, на выпуклой поверхности левой височной доли, на боковой поверхности левой затылочной доли, в области червя мозжечка; кровоизлияние в мягкие ткани головы слева; ссадины на голове и лице, по своим свойствам расценивающаяся как причинившая тяжкий вред здоровью, по признаку опасности для жизни;

- перелом тела подъязычной кости слева, по своим свойствам, расценивающийся как причинивший вред здоровью средней тяжести, по признаку расстройства здоровья свыше трех недель;

- кровоподтеки на шее и ссадины на туловище, по своим свойствам не расценивающиеся как причинившие вред здоровью.

Смерть С. наступила в этот же день от закрытой черепно-мозговой травмы, сопровождавшейся субарахноидальным кровоизлиянием, осложнившейся отеком-набуханием вещества головного мозга, с дислокацией ствола и сдавлением его в большом затылочном отверстии. (л.д. 56-65)

Заключение дополнительной судебно-медицинской экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которой получение закрытой черепно-мозговой травмы возможно при падении с высоты собственного роста с ускорением от удара. (л.д. 69-70)

Заключение судебно-медицинской экспертизы №178-18 от 14.08.2018, согласно которой у ФИО1 при осмотре телесных повреждений обнаружено не было. (л.д. 74)

Заключение судебно-медицинской экспертизы №179-18 от 14.08.2018 согласно которой у С.. при осмотре были обнаружены множественные поверхностные ссадины лобной области, левой щеки, боковой поверхности шеи, правого плеча, угла губы слева, грудной клетки, живота, которые могли быть причинены при повреждении твердыми тупыми предметами с острыми краями и не расцениваются как причинившие вред здоровью. (л.д. 78)

Оценив в совокупности, представленные государственным обвинителем доказательства, суд находит вину подсудимого ФИО1 в совершении преступления при обстоятельствах, изложенных в описательной части приговора, доказанной. Исследованные судом доказательства виновности подсудимого суд оценивает как допустимые, достоверные и достаточные для постановления обвинительного приговора.

Суд считает, что признательные показания ФИО1 данные им в ходе предварительного следствия, являются правдивыми и отражающими действительные обстоятельства совершенного преступления, показания объективно подтверждаются исследованными в судебном заседании доказательствами. Суд считает возможным положить в основу обвинения указанные показания ФИО1, т.к. они даны после разъяснения ему статьи 51 Конституции РФ, даны им в присутствии защитника, получены с соблюдением норм уголовно- процессуального законодательства.

Приведенные показания ФИО3 о характере применения к потерпевшему насилия, о нанесении ему ударов кулаками соответствуют заключению судебно-медицинского эксперта по результатам исследования трупа С..

Оснований к самооговору у ФИО3 не установлено. Все показания даны им с участием адвоката, после разъяснения прав и последствий дачи показаний, в каждом протоколе допроса все участники следственных действий своими подписями подтвердили правильность изложенных показаний допрашиваемого лица, замечаний на процедуру допроса не принесли. При таких обстоятельствах нет оснований сомневаться в допустимости показаний ФИО3.

Указанные ФИО3 сведения согласуются с показаниями свидетеля ФИО6 относительно фактических обстоятельств совершенного преступления ФИО3 в отношении С., ставших ему известными со слов подсудимого, пояснившего ему сразу после произошедшего, что он (ФИО3) нанес 2-3 удара кулаками в область головы С., а также видевшего, как ФИО3 подошел к С., когда тот сидел на крыльце шиномонтажной мастерской, затем увидевшего через некоторое время лежавшего там С.; с показаниями свидетеля Б., пояснившего, что момент нанесения ударов С. не видел, т.к. его ударил С., не исключает, что С. мог ударить ФИО3, поскольку тот двигался по направлению к нему (С.), ни он, ни Ч. ему удары не наносили; показаниями дополнительного свидетеля Ж., которая пояснила, что от сестры Валентины узнала о смерти С. и что к этому причастен ФИО5

Виновность подсудимого в им содеянном подтверждается также данными зафиксированными в протоколе осмотра места происшествия, выводами, содержащимися в заключении судебно-медицинского эксперта, в том числе о количестве, локализации, характере и степени тяжести обнаруженных на трупе потерпевшего телесных повреждений, причине смерти.

Принимая во внимание содержание приведенных показаний ФИО3 и ФИО6 на предварительном следствии, сообщение ими сведений не только о действиях друг друга, но и своих собственных действиях, отсутствие у них оснований к оговору и самооговору, соответствие их показаний показаниям Б., заключению эксперта, суд признает достоверными показания ФИО3 и ФИО6.

Противоречия в показаниях ФИО3, а также изменение им показаний в суде, суд расценивает как способ защиты, направленный на избежание ответственности за содеянное.

Суд критически относится к доводам подсудимого и его защитника- адвоката Бланк о том, что телесные повреждения, повлекшие смерть С. были получены не от удара, нанесенного ФИО3, а в результате удара головы потерпевшего при падении с высоты собственного роста о твердый тупой предмет, в связи с чем действия ФИО3 должны быть квалифицированы по ст. 109 УК РФ.

Также суд критически относится к доводам подсудимого и защитника о посмертном переломе подъязычной кости С., из-за якобы отсутствия кровоизлияния в месте перелома.

Доводы защитника Бланк о переломе подъязычной кости слева у С. от удара в подбородок, по предположению эксперта Х., также являются надуманными. Опровергаются показаниями эксперта Х. и ФИО7, показавших, что перелом тела подъязычной кости и кровоподтек на шее могли образоваться от одного удара в область шеи, прижизненно. ФИО7 предположила, что отсутствие кровоподтека в месте перелома, объясняется его наличием на поверхности нижней трети шеи слева, что могло произойти при вертикальном расположении тела, головы С.. Эксперт ФИО7 в суде подчеркнула, что произошло обширное кровоизлияние размером 6 на 10 см., на всю поверхность шеи.

Допрошенная в судебном заседании эксперт ФИО7, проводившая судебно-медицинскую экспертизу, пояснила, что все повреждения на трупе С. прижизненные и причинены незадолго до наступления смерти, а также исключила вероятность получения С. телесных повреждений при падении с высоты собственного роста.

С данными выводами согласился и допрошенный в суде эксперт Х.

Надуманными являются доводы защитника и подсудимого ФИО3 о том, что в момент нанесения ударов С. стоял, поскольку опровергаются показаниями ФИО3, данными в качестве подозреваемого и подтвердившего свои показания при проверке этих показаний на месте происшествия, показавшего на статисте, что в момент нанесения ударов лицо С. находилось на уровне его пояса.

Экспертиза № 1109 от 13.08.2018 проведена экспертом ., имеющей стаж работы 3 года, обладающей специальными познаниями в области судебной медицины. Заключение экспертизы не содержит неточностей и не вызывает каких-либо сомнений, выводы научно обоснованы, не вызывает сомнение и компетентность эксперта, имеющей высшее медицинское образование, сертификат специалиста о допуске к осуществлению медицинской или фармацевтической деятельности по специальности «Судебно-медицинская экспертиза» от 30.06.2015.

Показания эксперта Х. у суда сомнений также не вызывают, поскольку тот имеет медицинский стаж свыше 50 лет.

Судом были проверены доводы потерпевшей С. о том, что к смерти ее сына причастны и другие лица, кроме ФИО1, поскольку ее сын был физически сильнее и здоровее подсудимого.

Дополнительный свидетель Г. суду пояснил, что по факту причинения телесных повреждений, повлекших смерть С., ничего не может пояснить, т.к. очевидцем этих событий не был.

В тот день он не видел Ч., у него в тот день находился в гостях брат жены - З., который проживает в <адрес>.

Дополнительный свидетель К. суду пояснил, что когда они с братом З. стояли возле дома Г. и разговаривали, к ним подбежала Ч. и попросила довезти ее до главы администрации Б. Он ответил что у них автомашины нет, после этого Ч. ушла.

Для чего, зачем ей надо было к главе администрации, не помнит, т.к. был в состоянии сильного алкогольного опьянения.

Дополнительный свидетель Ж. суду пояснила, что о смерти С. ей известно со слов старшей сестры - Валентины В.. Она рассказала, что С. убили и к этому причастен Биликтуев Баир. Откуда это узнала сестра, ей неизвестно.

Она потерпевшей С. не говорила, что к смерти С. причастны и другие лица, кроме ФИО5

Дополнительный свидетель Буд. суду пояснил, что ДД.ММ.ГГГГ не был участников и очевидцем произошедшего со С. события. С ДД.ММ.ГГГГ находился в <адрес> по работе, ДД.ММ.ГГГГ дежурный по ОВД сообщил, что обнаружен труп С. и он стал дожидаться приезда следственно-оперативной группы. До их приезда ФИО6 и ФИО3 не видел.

Дополнительный свидетель З. суду пояснил, что летом, когда он находился на улице с братом К. возле дома Г., прибежала женщина и сказала, что убили С. Сашу, об этом необходимо сообщить главе администрации. Других подробностей она не рассказывала. К. сказал ему, что она лжет, поскольку имеет психические отклонения.

Свидетель Ч. суду пояснила, что потерпевшей С. она не говорила, что Б убил С.

Судом установлено, что потерпевший С. в момент смерти находился в тяжелой степени алкогольного опьянения, что подтверждено заключением экспертизы (л.д. 62), показаниями свидетелей Б., ФИО6 и подсудимого ФИО3.

Таким образом, версия потерпевшей о причастности к совершению данного преступления других лиц, кроме ФИО3 полностью опровергнута в судебном заседании. Ее показаниям являются предположением, очевидцем совершения преступления она не являлась.

Показания свидетеля Ч. о причастности к преступлению ФИО6 суд не может признать правдивыми и положить их в основу приговора, в силу того, что они не согласуются с другими исследованными доказательствами, в ее показаниях просматривается противоречивость и нестабильность в части действий ФИО3 и С. в отношении нее ДД.ММ.ГГГГ. Показания Ч. не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, установленным в ходе предварительного и судебного следствия, опровергаются показаниями подсудимого ФИО3 и свидетелей Б., ФИО6, последний показал, что Ч. имеет к нему личные неприязненные отношения. В ходе судебного следствия отрицала факт нахождения С. в состоянии алкогольного опьянения.

Кроме того, свидетели С., Б., З., подсудимый ФИО3 показали, что Ч. проходила лечение в психиатрической больнице.

По ходатайству стороны защиты оглашен протокол осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, из которого следует, что осмотрен дом С., на момент осмотра порядок вещей и их расположение нарушены, на полу лежит перевернутый кухонный стол с табуретом, холодильник, кухонный шкаф-комод, телевизор, стекла в окнах повреждены (л.д.24-31)

Свидетель Ч. суду пояснила, что вещи в доме ФИО6 перевернула она, при этом указала, что у них в доме и так было грязно.

Действия ФИО1 суд квалифицирует по ч. 4 ст. 111 УК РФ – умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего.

Об умысле подсудимого на причинение ФИО3 тяжких телесных повреждений С. свидетельствует характер его действий (умышленно нанес со значительной силой не менее семи ударов руками по голове и шее С., который находился в тяжелой степени опьянения) и их локализации в области жизненно важных органов-головы, шеи.

Нанося удары С., подсудимый осознавал, что совершает деяние, опасное для жизни человека и желал наступления данных последствий.

В отношении наступления смерти С., суд усматривает в действиях ФИО3 неосторожную форму вины. По делу видно, что подсудимый наступления смерти не желал, что подтверждается его показаниями, согласно которым он нанес семь ударов по голове, по лицу, шее, а также характером его действий. Каких-либо других данных, влияющих на выводы суда о форме вины подсудимого в этой части, суду не представлено. В связи с этим суд полагает, что ФИО3 не желал и не предвидел наступление смерти С., хотя при должной внимательности и предусмотрительности должен и мог предвидеть эти последствия.

Между действиями ФИО3 (умышленно нанес не менее семи ударов руками по голове и шее С.) и наступившими последствиями (смерть потерпевшего) имеется причинная связь.

При назначении наказания подсудимому суд в соответствии с ч.3 ст. 60 УК РФ учитывает характер и степень общественной опасности преступления, обстоятельства преступления, личность виновного, обстоятельства, влияющие на наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного, а также на условия жизни его.

Так, суд учитывает то, что подсудимый совершил умышленное особо тяжкое преступление против жизни и здоровья человека.

В качестве смягчающих наказание обстоятельств суд учитывает полное признание вины подсудимым в ходе предварительного следствия, частичное признание вины в ходе судебного следствия, раскаяние в содеянном, наличие на иждивении несовершеннолетнего ребенка, положительные характеристики с места жительства и работы, отсутствие судимости, противоправное поведение потерпевшего, явившегося поводом для преступления, активное способствование расследованию преступления путем дачи признательных показаний, подробных пояснениях о событии и обстоятельствах преступления, подтвержденных при проверке показаний на месте.

Обстоятельств, отягчающих наказание ФИО1, суд не установил.

Принимая во внимание все подлежащие при назначении наказания учету обстоятельства, суд считает, что степень общественной опасности совершенного преступления, а также лица, его совершившего, достаточна высока, и полагает необходимым назначить подсудимому наказание в виде лишения свободы на определенный срок.

В соответствии с п. «в» ч.1 ст.58 УК РФ отбывание наказания ФИО3 должно быть назначено в исправительной колонии строгого режима

Учитывая, что ФИО3 имеет постоянное место жительства и регистрацию, суд считает возможным назначить ему дополнительное наказание в виде ограничения свободы.

При определении размера наказания суд учитывает требования ч.1 ст. 62 УК РФ, о том, что наказание не может превышать 2\3 максимального срока наиболее строгого наказания при наличии смягчающего обстоятельства, предусмотренного п. «и» ч.1 ст. 61 УК РФ (активное способствование расследованию преступления) и отсутствии отягчающих обстоятельств.

Основания для изменения подсудимому категории преступления на менее тяжкую в соответствии с ч.6 ст. 15 УК РФ, отсутствуют.

Указанная норма закона предусматривает возможность изменения категории преступления на менее тяжкую с учетом фактических обстоятельств преступления и степени его общественной опасности при наличии одного или нескольких смягчающих наказание обстоятельств и при отсутствии отягчающих наказание обстоятельств, если назначенное за совершение особо тяжкого преступления наказание не превышает 7 лет лишения свободы.

Однако оснований для изменения категории преступления не имеется, учитывая фактические обстоятельства совершенного преступления, в частности, способ его совершения, степень реализации преступных намерений, вид умысла, мотив и цель совершения деяния, которые не свидетельствуют о меньшей степени общественной опасности содеянного.

Оснований для постановления приговора без назначения наказания, освобождения подсудимого от уголовной ответственности и наказания, назначения наказания ниже низшего предела, предусмотренного санкцией данной статьи либо более мягкого вида наказания, чем предусмотрено этой статьей и применения ст. 64 УК РФ, не имеется, также не имеется оснований и для применения ст. 73 УК РФ.

Вещественные доказательства по делу отсутствуют.

В соответствии со ст.ст.131,132 УПК РФ процессуальные издержки, состоящие из сумм, выплачиваемых адвокату Лошкаревой М.К. в ходе предварительного следствия в сумме 2475 руб., суд считает возможным возложить на подсудимого ФИО1

Руководствуясь ст.ст.307-309 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л :

Признать ФИО1, виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ и назначить ему наказание в виде 7 лет лишения свободы, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима, с ограничением свободы на 1 год.

После отбытия наказания в виде лишения свободы установить ФИО1 следующие ограничения: не уходить из дома в ночное время, не посещать увеселительные заведения (бары, кафе, ночные клубы) в пределах территории соответствующего муниципального образования, не посещать места массовых и иных мероприятий и не участвовать в них, не изменять место жительства или пребывания, место работы или учебы без согласия уголовно-исполнительной инспекции. Возложить на ФИО3 обязанность являться в уголовно-исполнительную инспекцию не реже 1 раза в месяц.

Меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении отменить, осужденного ФИО1 взять под стражу в зале суда.

Срок наказания исчислять с ДД.ММ.ГГГГ, зачесть в срок отбывания наказания время содержания под стражей с 12 по 14.02.2018, на основании п. «а» ч.3.1 ст. 72 УК РФ время содержания ФИО1 под стражей с ДД.ММ.ГГГГ по день вступления приговора в законную силу включительно зачесть в срок лишения свободы из расчета один день содержания под стражей за один день в исправительной колонии строгого режима, с учетом положений, предусмотренных ч.3.3 ст. 72 УК РФ.

Процессуальные издержки, связанные с вознаграждением адвоката Лошкаревой М.К. в ходе предварительного следствия в размере 2475 руб. возложить на ФИО1, взыскав с него в доход федерального бюджета 2475 рублей.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Бурятия в течение 10 суток со дня провозглашения, а осужденным, содержащимся под стражей, в этот же срок со дня вручения ему копии приговора. В случае подачи апелляционной жалобы, осужденный вправе ходатайствовать о своем участии и об участии адвоката при рассмотрении дела судом апелляционной инстанции, о чем должно быть заявлено в жалобе.

Отпечатано в совещательной комнате.

Судья Е.В. Жигмитова