Апелляционное постановление № 22К-3042/2024 от 21 мая 2024 г. по делу № 3/2-58/2024

Судья Полтавченко Н.П.

Дело № 22К-3042/2024


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Пермь 22 мая 2024 года

Пермский краевой суд в составе

председательствующего Александровой В.И.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Тепляшиной И.Н. рассмотрел в открытом судебном заседании с использованием систем видеоконференц-связи дело по апелляционной жалобе защитника Шаховой Т.Ю. в интересах обвиняемого К., на постановление Ленинского районного суда г. Перми от 14 мая 2024 года, которым

К., родившемуся дата в ****, обвиняемому в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 162УК РФ, продлен срок содержания под стражей на 1 месяц, а всего до 2 месяцев 29 суток, то есть до 19 июня 2024 года.

Изложив краткое содержание постановления, доводы апелляционной жалобы, заслушав выступления обвиняемого К., защитника Шаховой Т.Ю., поддержавших доводы жалобы, мнение прокурора Куницыной К.А. об оставлении судебного решения без изменения, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

19 марта 2024 года в отделе дознания ОП № 6 (дислокация Ленинский район) Управления МВД России по г. Перми возбуждено уголовное дело № 12401570056000302 по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 161 УК РФ.

20 марта 2024 года постановлением дознавателя отдела дознания ОП № 6 (дислокация Ленинский район) Управления МВД России по г. Перми действия неустановленного лица были переквалифицированы с ч. 1 ст. 161 УК РФ на п. «г» ч. 2 ст. 161 УК РФ, уголовное дело было направлено прокурору для направления по подследственности.

Постановлением заместителя прокурора Ленинского района г. Перми от 20 марта 2024 года уголовное дело было направлено для проведения предварительного расследования в СО по Ленинскому району г. Перми СУ СК РФ по Пермскому краю.

20 марта 2024 года по подозрению в совершении указанного преступления, в порядке ст.ст. 91. 92 УПК РФ был задержан К., в тот же день он был допрошен в качестве подозреваемого.

20 марта 2024 года К. было предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 162 УК РФ, он был допрошен в качестве обвиняемого.

22 марта 2024 года постановлением Ленинского районного суда г. Перми в отношении К. была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу на 1 месяц 29 суток, то есть до 19 мая 2024 года.

Срок предварительного следствия продлен 13 мая 2024 года надлежащим должностным лицом на 1 месяц, а всего до 3 месяцев, то есть до 19 июня 2024 года.

Следователь, в производстве которого находится уголовное дело, с согласия руководителя следственного органа, обратился с ходатайством о продлении срока содержания под стражей обвиняемого К., по результатам рассмотрения которого судьей вынесено указанное выше решение.

В апелляционной жалобе защитник Шахова Т.Ю. находит постановление суда незаконным, необоснованным, просит его отменить, избрать в отношении К. меру пресечения в виде домашнего ареста, поскольку в ходатайстве следователь не указывает причины, по которым не удалось выполнить следственные и процессуальные действия в срок, а в постановлении суда отсутствует анализ конкретных фактов и материалов, которые свидетельствуют о том, что обвиняемый, находясь под домашним арестом, может скрыться, препятствовать правосудию либо продолжить преступную деятельность. Кроме того, отсутствие постоянного места жительства само по себе не свидетельствует о вероятности того, что обвиняемый скроется. К. в судебном заседании пояснил, что имеет постоянное место жительства в г. Перми, проживает с сожительницей.

Проверив материалы дела, доводы апелляционной жалобы, заслушав участников процесса, суд апелляционной инстанции приходит к следующему выводу.

Согласно ч. 2 ст. 109 УПК РФ в случае невозможности закончить предварительное следствие в срок до 2 месяцев и при отсутствии оснований для изменения или отмены меры пресечения, этот срок может быть продлен судьей районного суда до 6 месяцев, а в отношении лиц, обвиняемых в совершении тяжких и особо тяжких преступлений, в случаях особой сложности уголовного дела и при наличии оснований для избрания этой меры пресечения, до 12 месяцев.

Согласно ст. 110 УПК РФ мера пресечения отменяется, когда в ней отпадает необходимость, или изменяется на более строгую или более мягкую, когда изменяются основания для избрания меры пресечения, предусмотренные ст. 97 и ст. 99 УПК РФ.

Принимая решение о продлении срока содержания под стражей в отношении К. суд руководствовался требованиями уголовно-процессуального закона и мотивировал свои выводы о необходимости такого продления.

Из материалов дела усматривается, что ходатайство следователя рассмотрено с соблюдением норм уголовно-процессуального закона, а также основополагающих принципов уголовного судопроизводства, в том числе принципов состязательности и равноправия сторон в процессе, сторонам обвинения и защиты были предоставлены равные возможности для реализации своих прав, при этом ограничений прав участников уголовного судопроизводства, допущено не было.

Представленные органом предварительного расследования доказательства свидетельствуют об обоснованности подозрения К. в причастности к инкриминируемому преступлению.

Выводы суда о необходимости продления К. срока содержания под стражей и невозможности применения иной меры пресечения, не связанной с изоляцией от общества, в постановлении надлежаще мотивированы. Оснований не согласиться с ними суд апелляционной инстанции не находит, поскольку они основаны на представленных суду и исследованных в судебном заседании материалах, подтверждающих законность и обоснованность принятого судьей решения.

В соответствии с действующим законодательством поводом для избрания (продления) подозреваемому (обвиняемому) меры пресечения является наличие оснований полагать, что он скроется от следствия или суда, может продолжить заниматься преступной деятельностью, может угрожать свидетелям, иным участникам судопроизводства, уничтожить доказательства. То есть, действующее законодательство не требует наличие бесспорных доказательств этому, а устанавливает лишь наличие оснований полагать (предполагать) возможность со стороны подозреваемого (обвиняемого) попыток уйти от ответственности хотя бы одним из вышеприведенных способов.

Проанализировав сведения о личности обвиняемого, характере и степени общественной опасности преступления, в совершении которого он обвиняется органом предварительного расследования, суд пришел к правильному выводу о том, что основания для применения к К. меры пресечения в виде заключения под стражу не изменились и сохраняют свою актуальность по настоящее время.

Так, К. органом предварительного следствия обвиняется в совершении умышленного тяжкого преступления, санкция которого предусматривает наказание в виде лишения свободы на срок свыше трех лет, он не трудоустроен, официального источника дохода не имеет, непродолжительное время проживает с сожительницей в принадлежащей ей коммунальной квартире, без соответствующего документального оформления факта своего проживания, места регистрации не имеет.

Учитывая изложенное, суд обоснованно сделал вывод о наличии достаточных оснований полагать, что, находясь на свободе, К. может скрыться от органа предварительного следствия, уклониться от явки к следователю, оказать воздействие на потерпевшего, данные которого ему известны, заниматься преступной деятельностью, чем может воспрепятствовать производству по уголовному делу, поэтому применение к нему иных, предусмотренных уголовно-процессуальным законом мер пресечения, в том числе в виде домашнего ареста, невозможно.

Альтернативные меры пресечения, вопрос о применении которых обсуждался в суде первой инстанции, не обеспечат надлежащего поведения обвиняемого и предупреждения совершения им действий, указанных в ст. 97 УПК РФ.

Продление срока содержания К. под стражей обусловлено необходимостью предъявления ему окончательного обвинения, его допроса в качестве обвиняемого, выполнения процессуальных действий, направленных на окончание предварительного расследования.

Принимая во внимание объем действий, о проведении которых заявлено в ходатайстве следователя, указанный в постановлении срок содержания под стражей является разумным и необходимым. Фактов волокиты, неэффективности организации расследования, несвоевременного проведения следственных действий, судом первой инстанций не установлено, не выявлено таковых и судом апелляционной инстанции, предварительное расследование не завершено по объективным причинам.

Наличие места фактического проживания, вопреки доводам жалобы, не является безусловным основанием для отмены обжалуемого решения.

Данных, свидетельствующих о невозможности содержания К. в условиях следственного изолятора по состоянию здоровья, не представлено, в настоящее время отсутствует медицинское заключение о проведении медицинского освидетельствования обвиняемого на предмет наличия у него тяжких заболеваний, включенных в перечень тяжких заболеваний, препятствующих содержанию под стражей.

Нарушений норм уголовно-процессуального закона при рассмотрении ходатайства следователя, влекущих отмену либо изменение постановления, судом первой инстанции допущено не было. Постановление суда соответствует положениям ч. 4 ст. 7 УПК РФ, оно основано на объективных данных, содержащихся в представленных материалах и исследованных в судебном заседании, является законным, обоснованным и мотивированным.

Руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Ленинского районного суда г. Перми от 14 мая 2024 года в отношении К. оставить без изменения, апелляционную жалобу защитника Шаховой Т.Ю. - без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке путем подачи кассационной жалобы, представления в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции, с соблюдением требований ст. 401.4 УПК РФ.

В случае передачи кассационной жалобы, представления с делом для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции лица, участвующие в деле, вправе заявить ходатайство о своем участии в рассмотрении материалов дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий: подпись