Решение № 2-1741/2023 2-1741/2023~М-1265/2023 М-1265/2023 от 16 июня 2023 г. по делу № 2-1741/2023

Дело № 2-1741/2023

УИД 23RS0036-01-2023-001816-40


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

16 июня 2023 года город Краснодар

Октябрьский районный суд г. Краснодара в составе: председательствующего судьи Ищенко Д.Ю.,

при секретаре Галаевой А.В.,

с участием: представителя истца ФИО1 по доверенности ФИО16, представителя ответчика ФИО2 по доверенности ФИО15, представителя ответчика ФИО9 по доверенности ФИО17,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2, ФИО9 о признании недействительным договора купли-продажи квартиры и применении последствий недействительности сделки,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с исковым заявлением к ФИО2, ФИО9 о признании недействительным договора купли-продажи квартиры и применении последствий недействительности сделки.

В обоснование заявленных требований указано, что ФИО1 и ФИО2 состоят в зарегистрированном браке с ДД.ММ.ГГГГ. В период брака ими была приобретена квартира, расположенная по адресу: <адрес>, кадастровый №, право собственности на которую было зарегистрировано в установленном порядке за ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 продал указанную квартиру своей родной сестре ФИО11, на основании договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, на основании которого право собственности на спорное имущество перешло к ФИО30 ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 умерла, наследником умершей являлся ее сын ФИО5, который обратился к нотариусу для вступления в наследство, было открыто наследственное дело. 16 февраля 2023 года ФИО5 умер, в связи с чем было открыто наследственное дело, наследником после его смерти по закону является его супруга ФИО9. Истец, оспаривая договор купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, кадастровый № от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ФИО2 и ФИО9 ссылается на то, что ФИО2 не было получено ее нотариальное согласие на отчуждение данного имущества. Также указывает, что о состоявшейся сделке ей стало известно лишь 20 октября 2022 года от своего супруга ФИО2 на похоронах его сестры ФИО31

На основании изложенного, с учетом уточнения заявленных исковых требований в порядке ст. 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации ФИО1 просила признать недействительным договор купли-продажи квартиры общей площадью 39,8 кв.м с кадастровым номером №, расположенной по адресу <адрес>, заключенный 16 марта 2020 года между ФИО2 и ФИО11 и применить последствия недействительности сделки.

Истец ФИО1 в судебное заседание не явилась, о дне и времени рассмотрения дела извещена надлежащим образом, в адрес суда направила заявление о рассмотрении дела в ее отсутствие (т. 1 л.д. 125).

Представитель истца ФИО1 по доверенности ФИО16 в судебном заседании заявленные требования поддержал в полном объеме, просил иск удовлетворить.

Ответчик ФИО2 в судебное заседание не явился, о дне и времени рассмотрения дела извещен надлежащим образом, в адрес суда направил заявление о рассмотрении дела в его отсутствии с участием его представителя по доверенности ФИО15 (т. 1 л.д. 126), которая в судебном заседании подтвердила надлежащее извещение истца, пояснила, что он признает заявленные исковые требования.

Ответчик ФИО9 в судебное заседание не явилась, извещена надлежащим образом о времени и месте слушания дела. В судебном заседании 11 мая 2023 года пояснила, что в спорной квартире по <адрес> ФИО11 проживала с 2013 года, оплачивала полностью коммунальные услуги. Указанную квартиру купил ФИО2, а ФИО33 заплатила ему половину от всей стоимости квартиры, а остальную часть выплачивала частями в 2020 году, после полного погашения ее стоимости, квартира была переоформлена на ФИО34 ФИО1 было известно о продаже квартиры ФИО32 поскольку в 2020 году уже после переоформления квартиры, ФИО1 была на дне рождении ФИО4 у неё в гостях с родственниками и мужем, на котором ФИО8 при всех за столом сказал тост о том, что его сестра заработала на квартиру сама. Кроме того пояснила, что ФИО4 умерла 19 октября 2022 года, на похоронах присутствовала вместе с ФИО2, ФИО1, ФИО35, ФИО36, ФИО37. Похороны проходили в <адрес>, а поминали ФИО4 в ресторане, после чего все поехали к ФИО38 домой, кроме ФИО2 и ФИО1, так как они уехали домой и к ФИО12 со всеми родственниками не поехали.

Представитель ФИО9 по доверенности ФИО17 в судебном заседании возражал против удовлетворения заявленных требований, по основаниям изложенным в возражениях, кроме того, просил о применении срока исковой давности.

При таких обстоятельствах суд признает извещение сторон надлежащим, в связи с чем рассматривает дело в порядке ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие не явившихся лиц.

Исследовав материалы дела, выслушав явившихся участников процесса, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных требований по следующим основаниям.

Так, в ст. 35 Конституции Российской Федерации право частной собственности охраняется законом. Никто не может быть лишен своего имущества иначе как по решению суда.

В соответствии с п. 2 ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых, не противоречащих законодательству условий договора.

В силу ст. 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами. В соответствии с этим, и наряду с другими основаниями, гражданские права и обязанности возникают из договоров и иных сделок, предусмотренных законом.

Согласно ст. 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Условия договора определяются по усмотрению сторон.

Согласно ст. 12 Гражданского кодекса Российской Федерации защита гражданских прав осуществляется, в частности, путем признания оспоримой сделки недействительной и применения последствий ее недействительности, применения последствий недействительности ничтожной сделки.

В соответствии с положениями ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

Из материалов дела следует, что ФИО1 и ФИО2 состоят в зарегистрированном браке с ДД.ММ.ГГГГ и по настоящее время.

В период брака ФИО2 приобрел квартиру, с кадастровым номером № расположенную по адресу: г. <адрес> на основании договора уступки прав требования от 17 июня 2010 года (т. 1 л.д.236-237), право собственности на которую было зарегистрировано в установленном законом порядке.

16 марта 2020 года ФИО2 (продавец) заключил договор купли-продажи квартиры с кадастровым номером №, расположенной по адресу: <адрес> ФИО40 (покупатель).

Согласно п.п. 2, 3 договора купли-продажи от 16 марта 2020 года стоимость имущества по соглашению сторон составляет 1 250 00 рублей, расчет между сторонами произведен полностью, финансовых и имущественных претензий у сторон не имеется.

В п. 4 договора купли-продажи спорного имущества, указано, что квартира продается свободной от прав третьих лиц, имеющих в соответствии с законом правом пользования указанной квартирой.

Кроме того, в п. 6 договора купли-продажи от 16 марта 2023 года установлено, что до заключения настоящего договора, квартира расположенная по адресу: <адрес>, с кадастровым номером № никому другому не продана, не подарена, не заложена, в споре, под арестом и запрещением не состоит. Продавец несет ответственность за сокрытие сведений о продаже недвижимости, о нахождении в споре, под арестом, либо под запрещением.

Право собственности ФИО4 на спорное имущество зарегистрировано в Едином государственном реестре недвижимости 26 марта 2020 года (т. 1 л.д. 45-46).

Согласно материалам реестрового дела, при переоформлении права собственности с ФИО8 на ФИО11, в филиал ГАУ КК «МФЦ КК» в г. Краснодар было представлено заявление о государственной регистрации права, в котором ФИО2 просил осуществить переход права собственности на квартиру по адресу: <адрес>, с кадастровым номером № предоставив свои паспортные данные и указав номер телефона для связи № (л.д. 243-245). Для регистрации перехода права собственности ФИО8 предоставил следующие документы: договор купли-продажи от 16 марта 2020 года, паспорта ФИО2 и ФИО9, свидетельство о государственной регистрации права от 13 марта 2021 года, договор уступки прав требования от 17 июня 2010 года, акт приема-передачи квартиры от 26 сентября 2012 года, кадастровый паспорт помещения, технический план, квитанция и заявления о государственной регистрации права от ФИО8 и ФИО4

19 октября 2022 года ФИО4 умерла, что подтверждается свидетельством о смерти от 8 ноября 2022 года (т. 1 л.д. 57).

15 ноября 2022 года нотариусом нотариальной палаты Краснодарского края ФИО18 было открыто наследственное дело, согласно которого наследником после смерти ФИО4 является ее сын ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ, который обратился к нотариусу с заявлением о принятии наследства, состоящего из квартиры, расположенной по адресу: <адрес> (т. 1 л.д. 58).

6 февраля 2023 года ФИО5 умер, наследником после его смерти является его супруга, ответчик по настоящему делу ФИО9.

Согласно материалам наследственного дела, открытого 2 марта 2023 года после смерти ФИО5, его супруга ФИО9 обратилась к нотариусу с заявлением о принятии наследства, из которого следует, что ФИО5, зарегистрированный на день смерти по адресу: <адрес>, принял наследство после смерти своей матери ФИО4, но не оформивший своего право, в связи со смертью. Наследственное имущество после смерти ФИО5 состоит из квартиры, расположенной по адресу <адрес> денежных средств в ПАО Сбербанк.

Обращаясь с настоящим иском в суд о признании сделки недействительной, ФИО1. указала на то, что сделка была совершена 16 марта 2020 года, в период нахождения ответчика ФИО2 с ней в браке, соответственно, сделка нарушает ее права как супруги продавца, не дававшей своего согласия на отчуждение имущества нажитого в период брака.

В соответствии со статьей 253 Гражданского кодекса Российской Федерации распоряжение имуществом, находящимся в совместной собственности, осуществляется по согласию всех участников, которое предполагается независимо от того, кем из участников совершается сделка по распоряжению имуществом (п. 2). Каждый из участников совместной собственности вправе совершать сделки по распоряжению общим имуществом, если иное не вытекает из соглашения всех участников. Совершенная одним из участников совместной собственности сделка, связанная с распоряжением общим имуществом, может быть признана недействительной по требованию остальных участников по мотивам отсутствия у участника, совершившего сделку, необходимых полномочий только в случае, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать об этом (п. 3).

Действующее законодательство устанавливает презумпцию согласия сособственника при совершении сделки по отчуждению общего совместного имущества другим собственником.

Пунктом 4 статьи 253 Кодекса предусмотрено, что правила настоящей статьи применяются постольку, поскольку для отдельных видов совместной собственности настоящим Кодексом или другими законами не установлено иное.

В частности, иные правила устанавливал пункт 3 статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации, согласно которому для совершения одним из супругов сделки по распоряжению имуществом, права на которое подлежат государственной регистрации, сделки, для которой законом установлена обязательная нотариальная форма, или сделки, подлежащей обязательной государственной регистрации, необходимо получить нотариально удостоверенное согласие другого супруга.

Супруг, чье нотариально удостоверенное согласие на совершение указанной сделки не было получено, вправе требовать признания сделки недействительной в судебном порядке в течение года со дня, когда он узнал или должен был узнать о совершении данной сделки (абзац 2 данного пункта).

Таким образом, по смыслу вышеприведенных норм материального права, отсутствие нотариального согласия на совершение сделки по отчуждению имущества, само по себе не свидетельствует о ничтожности сделки, а лишь предполагает право супруга, чье нотариальное согласие на совершение сделки не было получено, оспорить такую сделку.

При этом недействительность сделки, во исполнение которой передано имущество, не свидетельствует сама по себе о выбытии этого имущества из владения передавшего его лица помимо его воли; судам необходимо устанавливать, была ли воля собственника на передачу владения иному лицу (абзац второй пункта 39 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 года № 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав").

На основании п. 3 ст. 154 ГК РФ для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон.

В соответствии со ст. 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

При этом, одним из условий действительности сделки является, в частности соответствие воли (внутреннего намерения, желания субъекта, направленного на достижение определенного правового результата) и волеизъявления лица (внешнего проявления воли), являющегося стороной сделки, на ее совершение.

Обстоятельства конкретного дела могут свидетельствовать о том, что супруг не заинтересован судьбой своего имущества и (или) полагается на осуществление правомочий собственника в отношении общего имущества другим супругом. В таком случае - с учетом всех обстоятельств дела - допустим вывод, что спорное имущество, отчужденное другим супругом, не может считаться выбывшим из владения сособственника, не участвовавшего в отчуждении имущества, помимо его воли.

Таким образом, юридически значимым обстоятельством является выяснение вопроса как об осведомленности истца о совершении спорной сделки, так и отсутствие его воли на распоряжение супругом общим имуществом, бремя доказывания в соответствии с нормами статьи 56 Гражданского процессуального кодекса РФ данных обстоятельств возложено на истца.

Согласно доводам искового заявления ФИО1 указывает, что ей стало известно о продаже квартиры, расположенной по адресу: <адрес> только после смерти ФИО4 – ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно письменных объяснений ФИО1 по существу заявленных требований (т. 2 л.д. 8-10), ФИО4 была зарегистрирована по адресу: <адрес> с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, однако фактически ФИО4 проживала по указанному адресу с ДД.ММ.ГГГГ год. После сдачи квартиры по адресу: <адрес> 2013 году истец и ее супруг ФИО8 пустили ее туда пожить, где она проживала по 2022 год, за исключением 3-4 месяцев до смерти

Согласно справке № 17 от 24 марта 2023 года заверенной ТОС № 533, представленной стороной истца, которая выдана ФИО11 о том, что она действительно проживает и была прописана по адресу <адрес> с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

Однако суд критически относится к данным сведениям, поскольку из справки следует, что она выдана ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ, однако ФИО4 умерла ДД.ММ.ГГГГ.

Кроме того, стороной истца в судебном заседании к материалам дела приобщена копия справки № 709 от 12 ноября 2019 года, выданная ООО УК «<данные изъяты>» на имя ФИО4, согласно которой последняя прописана и проживает по адресу <адрес>.

Кроме того, в материалах наследственного дела на имя ФИО4 и ФИО5 имеется выписка из лицевого счета жилого помещения по адресу: <адрес>, согласно которой ФИО4 (собственник квартиры) зарегистрирована в указанном жилом помещении с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, ФИО5 зарегистрирован в указанной квартире с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (т.1 л.д. 40-42, 61).

Согласно возражениям представителя ответчика ФИО9 весь период владения спорной квартирой ФИО4 и ФИО5 проживали в ней и несли бремя содержания.

Так, в подтверждение указанных возражений в материалы дела представлены квитанции об оплате коммунальных услуг за период с октября 2020 года по ноябрь 2022 года, согласно которых плательщиком коммунальных услуг за квартиру по <адрес> является ФИО4 и налоговое уведомление от ДД.ММ.ГГГГ о необходимости уплатить налог на имущество за спорную квартиру на имя ФИО4

Кроме того, в судебном заседании 13 апреля 2023 года в качестве свидетеля был допрошен ФИО7 (сын истца и ответчика ФИО2), согласно показаниям которого спорная квартира была приобретена его родителями в <данные изъяты> году, в которой он делал частичный ремонт (согласно удостоверенных судом замечаний на протокол). Кроме того пояснил, что его мать знала о том, ФИО4 зарегистрирована в спорной квартире, однако о продаже квартиры ей не было известно, потому что отец – глава семьи, который всегда сам принимает решения. Также он пояснил, что ФИО4 с 2013 по 2022 годы проживала по адресу: <адрес>. На похоронах ФИО4 он не присутствовал, а о продаже квартиры узнал в день похорон ФИО4, когда вечером родители вернулись домой.

Вместе с тем, показания ФИО19 в части того, что им был произведен частичный ремонт в квартире, опровергаются представленными в материалы дела стороной ответчика ФИО9 чеками и заказ-нарядами на приобретение ФИО5 строительных и отделочных материалов, а также бытовой техники для дома (т. 1 л.д. 170-199).

Согласно показаниям свидетеля ФИО20, ФИО4 являлась ее соседкой с 2013 года. Свидетель ФИО20 указала, что начала жить в доме с апреля 2013 года, а ФИО4 уже жила там. По мимо ФИО4 в квартире проживала ФИО9 с мужем ФИО10. Ремонта в квартире не было до тех пор, пока ФИО9 с мужем не сделали его в 2022 году.

По смыслу закона, супруг (сособственник общего совместного имущества) сведений о котором не имеется в ЕГРН, будучи заинтересованным в сохранении за собой права на общее имущество супругов, должен сам предпринимать меры – в соответствии с требованиями разумности и предусмотрительности – по контролю за ним и в том числе, когда это отвечает его интересам, совершать действия, направленные на содержание и сохранение этого имущества (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 13 июля 2021 года № 35-П).

При этом пунктом 2 ст. 35 СК РФ, п. 2 ст. 253 ГК РФ установлена презумпция согласия супруга на действия другого супруга по распоряжению общим имуществом, то есть при совершении одним из супругов сделки по распоряжению общим имуществом супругов предполагается, что он действует с согласия другого супруга.

Таким образом, проверяя доводы истца о том, что ей не было известно о состоявшейся сделки, суд приходит к выводу, что истец считая себя собственником спорного имущества его судьбой не интересовалась до момента обращения в суд – 14 марта 2023 года, не оплачивала коммунальные платежи, налог на имущество, была безразлична к произведенному ответчиком ремонту, что свидетельствует о том, что ФИО1 не была заинтересована судьбой своего имущества и полагалась на осуществление правомочий собственника в отношении общего имущества ФИО6, который имел намерение продать квартиру, по адресу : <адрес>, поскольку получил от ее продажи денежные средства и согласно сведений регистрационного дела обратился совместно с ФИО4 в Управление Росрееста для подачи заявления о переоформлении спорного имущества на ФИО4 (т.1 л.д. 241-267).

Кроме того, в судебном заседании было установлено, что правопритязаний на спорное имущество до момента обращения в суд ни истец ФИО1, ни ее супруг ФИО8, при жизни ФИО4 и ФИО5 не высказывали.

В судебном заседании 13 апреля 2023 года также были допрошены свидетели ФИО21, ФИО22, ФИО23, которые пояснили, что похороны ФИО4 проходили ДД.ММ.ГГГГ в <адрес> края, вечером после похорон и поминок все собрались у ФИО42 дома, в том числе там присутствовали и ФИО1 и ФИО2, где последний в присутствии всех родственников сказал, что продал квартиру ФИО4 Все указанные свидетели пояснили, что ФИО1 была удивлена услышанному, в связи с чем сделали вывод, что ранее ей об этом известно не было.

Однако, суд не принимает во внимание показания данных свидетелей, поскольку они противоречат данным, имеющимися в материалах дела, а кроме того, являются родственниками истца ФИО1 и ответчика ФИО2, в связи с чем суд приходит к выводу, что данные обстоятельства свидетельствуют об их заинтересованности для положительного для ФИО1 и ФИО2 исхода дела.

Так, согласно протоколу осмотра доказательств 23АВ4139548 от 6 мая 2023 года, удостоверенного нотариусом ФИО24 по заявлению ФИО9 произвела осмотр доказательств в виде смс переписки (т.1 л.д. 116-118), с мобильного телефона с номером №, принадлежащего ФИО5, умершему 16 февраля 2023 года. Согласно осмотра переписки в чате программы WhatsApp с наименованием контакта «ФИО43» (свидетель по делу ФИО21) номер телефона абонента № и ФИО5 на дату 5 октября 2022 года, из которой следует, что контакт «ФИО44» направляет контакту ФИО5 фотографию налогового уведомления от 1 сентября 2022 года № 55446228 на имя ФИО4 – расчет налога на имущество физических лиц и текст сообщения «<данные изъяты>»; «<данные изъяты>».

Таким образом, с учетом текста переписки и фотоизображения налогового уведомления также усматривается, что собственником спорного имущества являлась ФИО4, о чем не могла не знать свидетель ФИО21

Кроме того, по ходатайству представителя ответчика ФИО9 по доверенности ФИО17 в ПАО «МТС» были истребованы сведения о принадлежности телефонных номеров участникам процесса и детализации телефонных переговоров за период с 19 октября 2022 года по 21 октября 2022 года с привязкой к базовым станциям.

Согласно предоставленных сведений из ПАО «МТС» от 15 июня 2023 года исх. № 14715-Ю-2023, телефонный № принадлежит ФИО1; № принадлежит ФИО7; № принадлежит ФИО7 (однако фактически указанным номером пользуется ФИО2, поскольку этот номер телефона указан в регистрационном деле в заявлении ФИО2 о государственной регистрации права (т.1 л.д. 242-243); № принадлежит ФИО5; № принадлежит ФИО9

Согласно детализации соединений вышеуказанных абонентских номеров за ДД.ММ.ГГГГ (день похорон ФИО3) усматривается, что ФИО13 и ФИО9 находились в <адрес> края <данные изъяты> до <данные изъяты>, при этом ФИО1 и ФИО2 с <данные изъяты><данные изъяты>.

Данные доказательства опровергают позицию истца о том, что о заключении оспариваемой сделки она узнала 20 октября 2022 года после поминок ФИО4 вечером в <адрес> у своей родственнице ФИО21, где ФИО8 в присутствии всех родственников (свидетелей по делу) сообщил о продаже квартиры ФИО4

Вместе с тем данные доказательства подтверждают позицию ФИО9, согласно которой ФИО1 и ФИО2 после похорон и поминок ФИО4 уехали домой в <адрес> и не оставались со всеми родственниками у ФИО21 При этом сама ФИО9 и ее супруг ФИО5 остались в <адрес>.

Таким образом показания свидетелей и доводы истца о том, что о сделке она узнала ДД.ММ.ГГГГ вечером после похорон и поминок ФИО4, когда все родственники собрались у ФИО21 в <адрес> края, противоречат материалам дела.

Общий срок исковой давности в соответствии со ст.196 Гражданского кодекса Российской Федерации устанавливается в три года.

Вместе с тем, как следует из положений ст. 197 ГК РФ, для отдельных видов требований законом могут устанавливаться специальные сроки исковой давности, сокращенные или более длительные по сравнению с общим сроком.

Согласно ч. 2 ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Срок исковой давности применительно к оспариванию сделок, совершенных одним из супругов без получения на это согласия второго супруга, законодателем определен в абзаце 2 пункта 3 статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации, согласно которому, супруг, чье нотариально удостоверенное согласие на совершение указанной сделки не было получено, вправе требовать признания сделки недействительной в судебном порядке в течение года со дня, когда он узнал или должен был узнать о совершении данной сделки.

Из буквального толкования приведенной нормы права следует, что законодатель связывает начало течения срока для предъявления иска об оспаривании сделки не только с моментом, когда супруг, согласие которого на сделку не было получено, узнал о совершении таковой, но и с моментом, когда этот супруг должен был узнать о совершении сделки.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в п. 1 постановления от 29 сентября 2015 г. № 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" разъяснил, что исходя из нормы ст. 195 ГК РФ под правом лица, подлежащим защите судом, следует понимать субъективное гражданское право конкретного лица. Если иное не установлено законом, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо, право которого нарушено, узнало или должно было узнать о совокупности следующих обстоятельств: о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела (п. 15).

В судебном заседании и в возражениях на исковое заявление представитель ФИО9 заявлял о пропуске истцом срока исковой давности.

Поскольку по делу бесспорно установлено, что ФИО1 и ФИО2 до настоящего времени находятся в зарегистрированном браке и ведут совместное хозяйство, доказательств, подтверждающих прекращение брачных отношений в материалы дела не представлено, как и доказательств, что стороны находятся в конфликтных отношениях, либо прекратили совместное хозяйство, принимая во внимание требования действующего законодательства о бремени содержания права собственности, суд оценивая представленные доказательства по правилам статьи 67 ГПК РФ, приходит к выводу, что истец не могла не знать о заключении оспариваемого договора.

Кроме того, суд отмечает, что представитель истца, представитель ответчика ФИО2 и допрошенные в ходе судебного разбирательства свидетели, поясняли, что между ФИО1 и ФИО2 всегда были хорошие и доверительные взаимоотношения.

В силу присущего гражданскому судопроизводству принципа диспозитивности эффективность правосудия по гражданским делам обусловливается в первую очередь поведением сторон как субъектов доказательственной деятельности. Наделенные равными процессуальными средствами защиты субъективных материальных прав в условиях состязательности процесса (часть 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации), стороны должны доказать те обстоятельства, на которые они ссылаются в обоснование своих требований и возражений (часть первая статьи 56 ГПК Российской Федерации), и принять на себя все последствия совершения или несовершения процессуальных действий.

Доказательств того, что ФИО1 не могла ранее октября 2022 года узнать о нарушении своего права, в силу норм ст. 56 ГПК РФ материалы дела не содержат, в связи с чем суд приходит к выводу, что истцом пропущен срок исковой давности.

Кроме того в силу пункта 1 статьи 1, статьи 12 Гражданского кодекса Российской Федерации предъявление любого требования должно иметь своей целью восстановление нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов обратившегося в суд лица, установление наличия у истца принадлежащего ему субъективного материального права, а также установление факта нарушения прав истца ответчиком.

В пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 5 ноября 1998 г. № 15 «О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака» даны разъяснения, согласно которым, учитывая, что в соответствии с пунктом 1 статьи 35 СК РФ владение, пользование и распоряжение общим имуществом супругов должно осуществляться по их обоюдному согласию, в случае, когда при рассмотрении требования о разделе совместной собственности супругов будет установлено, что один из них произвел отчуждение общего имущества или израсходовал его по своему усмотрению вопреки воле другого супруга и не в интересах семьи, либо скрыл имущество, то при разделе учитывается это имущество или его стоимость.

Суд приходит к выводу, что установленное пунктом 2 статьи 35 СК РФ право супруга оспаривать по суду сделку по распоряжению общим имуществом, совершенную другим супругом, не исключает применение иного способа защиты нарушенного права в виде предъявления к супругу, который произвел отчуждение общего имущества, иска о взыскании компенсации стоимости отчужденного имущества.

Учитывая изложенное, объективно исследовав, и оценив все представленные доказательства, суд находит доводы искового заявления основанными на недобросовестном поведении истца, с явным намерением путем избранного способа защиты права о признании сделки недействительной, причинить вред ответчику ФИО3 что является недопустимым в силу ст. 10 ГК РФ.

В соответствии с ч. 5 ст. 166 ГК РФ заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно.

Согласно разъяснениям п. 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» согласно п. 3 ст. 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу п. 4 ст. 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу п. 5 ст. 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (п. 2 ст. 10 ГК РФ), например, признает условие, которому недобросовестно воспрепятствовала или содействовала эта сторона соответственно наступившим или ненаступившим (п. 3 ст. 157 ГК РФ); указывает, что заявление такой стороны о недействительности сделки не имеет правового значения (п. 5 ст. 166 ГК РФ).

Принимая во внимание, что судом правовых оснований для признания сделки купли-продажи между ФИО2 и ФИО9 недействительным и применения последствий недействительности сделки не установлено, а также принимая во внимание явное недобросовестное поведение истца, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении заявленных ФИО1 требований в полном объеме.

Учитывая изложенное, руководствуясь ст. ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении искового заявления ФИО1 к ФИО2, ФИО9 о признании недействительным договора купли-продажи квартиры от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ФИО2 и ФИО11 и применении последствий недействительности сделки – отказать.

Решение суда может быть обжаловано в Краснодарский краевой суд через Октябрьский районный суд г. Краснодара в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Решение в окончательной форме изготовлено 22 июня 2023 года.

Председательствующий –