Решение № 2-1083/2017 2-1083/2017(2-13873/2016;)~М-12693/2016 2-13873/2016 М-12693/2016 от 18 мая 2017 г. по делу № 2-1083/2017

дело № 2-1083/2017г.


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

19 мая 2017 года город Казань

Советский районный суд города Казани в составе:

председательствующего судьи А.А. Шайдуллиной

при секретаре судебного заседания М.З. Мукатдесовой

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3, акционерному коммерческому банку «Инвестиционный торговый банк», обществу с ограниченной ответственностью «Финансовая корпорация СХЛ» о признании договоров купли-продажи квартиры недействительными, признании недействительным договор займа, а также по иску третьего лица ФИО4 к ФИО2, ФИО3 и ФИО1 о признании недействительным договора купли-продажи квартиры,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 и ее дочери ФИО4 по ? доле в праве общей долевой собственности за каждой на основании договора приватизации принадлежала квартира под номером <адрес изъят>

21 ноября 2013 года ими заключен договор о продаже этой квартиры ФИО2, а 10 декабря 2013 года заключен договор о продаже квартиры ФИО3.

В настоящее время ФИО1 является собственницей вышеуказанного жилого помещения на основании заключенного с ФИО3 договора купли-продажи от 17 января 2014 года с использованием заемных средств в сумме 2 320 000 рублей от общества с ограниченной ответственностью «Рутберг Люция Талгатовна» ( в настоящее время общество с ограниченной ответственностью «Финансовая корпорация СХЛ»)

ФИО1 обратилась первоначально в суд с иском о признании недействительными сделок с вышеуказанной квартирой мотивируя свои требования тем, что оспариваемые сделки являются мнимыми, поскольку их участниками не исполнялись, ФИО1 с семьей постоянное проживает в вышеуказанной квартире, расчет по договорам не производился, все сделки совершены лишь для вида, без намерения создать реальные правовые последствия.

Ссылаясь на мнимость договора купли-продажи от 21 ноября 2013 года просит признать недействительным этот договор купли-продажи также и дочь ФИО1 – ФИО4, заявившая в рамках настоящего гражданского дела, самостоятельные требования.(иск принят к производству определением от 09 февраля 2017 года)

При дальнейшем рассмотрении дела ФИО1 в порядке части 1 статьи 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации уточнила исковые требования, добавив требование к акционерному коммерческому банку «Инвестиционный торговый банк» (далее АКБ «Инвесторгбанк», обществу с ограниченной ответственностью «Финансовая корпорация СХЛ» (далее ООО «ФК СХЛ») о признании недействительным договор займа № 257-ЧЗ от 17 января, обеспеченного залогом спорной недвижимости, заключенного между истицей и обществом с ограниченной ответственностью «ФИО5.» (в настоящее время в связи с изменением наименования - общество с ограниченной ответственностью «Финансовая корпорация СХЛ»). Эти требования обосновываются тем, что при заключении договора займа ФИО1 не отдавала отчет своим действиям и не могла руководить ими. По данному поводу ФИО1 заявлялось ходатайство о назначении по делу комплексной психолого-психиатрической экспертизы. Определением суда в удовлетворении данного ходатайства отказано.

В судебном заседании ФИО1 и ее представитель по ордеру - адвокат ФИО6 - Желева Ю.С. уточненные требования поддержали.

ФИО4 в судебное заседание не явилась, ее представитель по доверенности ФИО7 требования о признании недействительным договор купли продажи от 21 ноября 2013 года также поддержала.

Ответчики ФИО2 и ФИО3 в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены. Участвуя в судебных заседаниях ранее, подтверждали мнимость оспариваемых сделок от 21 ноября 2013 года и от 10 декабря 2013 года, поскольку денежный расчет по ним не производился, квартира лицам, которые выступали покупателями, не передавалась. Фактически эти сделки были заключены для вида, с целью обеспечить ФИО4 возможность получить денежный займ, якобы для приобретения ее же квартиры.

АКБ«Инвестторгбанк» (ПАО), ООО «Финансовая корпорация СХЛ» представителей в судебное заседание не направили, представили письменные возражения на иск, в которых в частности ходатайствовали о применении сроков исковой давности относительно сделок от 21 ноября 2013 года и от 10 декабря 2013 года. В иске о признании недействительным договор займа просили отказать в том числе на том основании, что действия истцов являются недобросовестными, с целью уклонения от исполнения решения суда о взыскании задолженности по договору займа с обращением взыскания на предмет залога, каковым является спорная квартира.

Третье лицо – мать истицы ФИО8 в судебное заседание не явилась, о времени и месте рассмотрения дела извещена.

Выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, допросив свидетелей и исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с ч. 1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная).

Собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом (ст. 209 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 2 статьи 218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

Согласно пункту 1 статьи 549 ГК РФ по договору купли-продажи недвижимого имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество.

Переход права собственности на недвижимость по договору продажи недвижимости к покупателю подлежит государственной регистрации (п. 1 ст. 551 ГК РФ).

Граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством (ст. 421 ГК РФ).

В соответствии с п. 1 ст. 170 Гражданского кодекса РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Данная норма применяется в том случае, если стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений ее исполнять или требовать исполнения, при заключении сделки подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при ее совершении.

Согласно позиции Пленума Верховного Суда РФ, изложенной в абзаце 2 пункта 86 Постановления от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части 1 Гражданского кодекса РФ" следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение.

Из материалов дела следует, что ФИО1 и ее дочери ФИО4 по ? доле в праве общей долевой собственности за каждой на основании договора приватизации принадлежала квартира под номером <адрес изъят>.

На основании договора купли-продажи от 21 ноября 2013 года квартира ими продана за 1000 000 рублей ФИО2 которая в свою очередь на основании договора купли-продажи от 10 декабря 2013 года перепродала спорную квартиру за эту же сумму ФИО3.

Из копии дела правоустанавливающих документов в отношении спорной квартиры, представленного в материалы дела Управлением Росреестра по Республике Татарстан по запросу суда, следует, что в обоих случаях участники вышеуказанных сделок осуществили их формальное исполнение, договоры подписаны участниками сделок лично, также подписаны передаточные акты, состоялась государственная регистрация перехода права собственности на недвижимое имущество на имя покупателей Эти действия были направлены на сокрытие действительного смысла сделок и находилось в интересах всех участников сделок.

При этом ФИО1, ее дочь ФИО4, а также другие члены их семьи из квартиры не выезжали, денежный расчет по этим сделкам между их участниками не производился.

Таким образом, анализ фактических обстоятельств, подтверждает реальную цель этих сделок обеспечить ФИО4 возможность получить денежный займ, поскольку она испытывала трудность в получении кредита ввиду отрицательной кредитной истории, что дает основание квалифицировать вышеуказанные сделки со спорной недвижимостью, как мнимые.

Представителями АКБ«Инвестторгбанк» (ПАО) и ООО «Финансовая корпорация СХЛ заявлено о пропуске истцами срока исковой давности, что является основанием для отказа в удовлетворении иска о признании недействительными сделок по отчуждению квартиры под номером <адрес изъят> на основании договоров купли-продажи, заключенных от 21 ноября и 10 декабря 2013 года.

В соответствии со статьей 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованию о применении последствий недействительности ничтожной сделки составляет три года. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда началось исполнение этой сделки. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске. ( ст. 199 ГК РФ)

Исходя из обстоятельств дела, с учетом требования ст. 219 ГК РФ, исполнение оспариваемых договоров купли-продажи недвижимого имущества началось с момента регистрации перехода права собственности на такое имущество к покупателям, т.е. с 29 ноября 2013 г. и 13 декабря 2013 г. Поэтому срок исковой давности по требованиям о применении последствий ничтожности данной сделки истек 29 ноября 2016 г. и 13 декабря 2016 года. Исковое заявление ФИО1 подано в суд 12.12.2016 г., ФИО4 09.02.2017г. т.е. по истечении срока исковой давности. Учитывая, что ходатайства о восстановлении данного срока не заявлено, в удовлетворении иска о признании недействительными сделок по отчуждению квартиры под номером <адрес изъят> на основании договоров купли-продажи, заключенных от 21 ноября и 10 декабря 2013 года надлежит отказать в связи с пропуском срока для обращения в суд в соответствии со ст. 199 ГК РФ.

В остальной части требования ФИО1 удовлетворению не подлежат на основании нижеследующего.

Частью 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации установлено, что осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Данному конституционному положению корреспондирует пункт 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

Согласно пункту 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

В целях реализации указанного выше правового принципа абзацем 1 пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации установлена недопустимость осуществления гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действий в обход закона с противоправной целью, а также иного заведомо недобросовестного осуществления гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения данного запрета суд на основании пункта 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

Как следует из разъяснений, данных в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015г. № 25, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ), например, признает условие, которому недобросовестно воспрепятствовала или содействовала эта сторона соответственно наступившим или ненаступившим (пункт 3 статьи 157 ГК РФ); указывает, что заявление такой стороны о недействительности сделки не имеет правового значения (пункт 5 статьи 166 ГК РФ).

Исходя из смысла приведенных выше правовых норм и разъяснений под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

Под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права.

Из материалов дела следует, что 17 января 2014 года между ФИО3 (продавец) и ФИО1 (покупатель) заключен договор купли-продажи по условиям которого последняя купила в собственность за 2 900 000 рублей квартиру по адресу: <адрес изъят> Квартира приобретена за счет собственных средств и за счет заемных средств в сумме 2 320 000 рублей, предоставленных ООО «ФИО5.» на основании договора займа от 17 января 2017 года.

По условиям указанного договора сумма займа предоставлена ФИО1 для целевого использования (приобретения квартиры для постоянного проживания) сроком на 168 месяцев под 15.5 % годовых. Размер ежемесячного платежа в счет погашения долга сторонами согласован в сумме 30 929 рублей. Сумма займа перечислена на банковский счет, открытый на имя ФИО1 платежным поручением № 11 от 17 января 2014 года.

ФИО1 в порядке обеспечение обязательств, принятых ею по договору займа передала в ипотеку (залог) ООО «Рутберг Люция Талгатовна» квартиру, заложенное имущество остается у залогодателя в его владении и пользовании. В порядке удостоверения прав займодавца ФИО1 составила закладную, которая была выдана ООО «ФИО5.» органом, осуществляющим регистрацию прав на недвижимое имущество и сделок с ним по Республике Татарстан. Закладная зарегистрирована в установленном законом порядке.

В настоящее время владельцем закладной является АКБ «Инвестторгбанк» (ПАО) на основании договора купли-продажи закладных с отсрочкой поставки № 13-06/ДКПЗ/36 от 03.06.2013г.

В счет исполнения обязательства по возврату займа, ФИО1 внесла несколько платежей в феврале 2014 года и феврале 2015 года, что подтверждается выписками по лицевому счету на ее имя, а также было подтверждено истицей в судебном заседании. В дальнейшем обязательства по возврату займа и процентов за пользование денежными средствами, предоставленными в долг, ФИО1 не исполняла.

Заочным решением Советского районного суда города Казани от 03 октября 2016 года по делу № 2-102=379/2016 удовлетворены требования АКБ «Инвестторгбанк» (ПАО) о расторжении договора займа, взыскании задолженности по договору, процентов за пользование займом, неустойки. А также обращено взыскание на предмет ипотеки – квартиру, являющуюся предметом спора в рамках настоящего гражданского дела.

Основания для признания недействительным договор купли-продажи от 17 января 2014 отсутствуют, поскольку в этом случае заключая договор купли-продажи, стороны достигли именно того правового результата, на который рассчитывали, истице перешло право собственности на спорную квартиру. В договоре купли-продажи от 17 января 2014г., заключенного между ФИО3 и ФИО1, указаны все существенные условия договора купли-продажи жилого помещения, предусмотренные статьями 554, 555, 558 ГК РФ, договор подписан сторонами, денежный расчет по договору произведен, в том числе за счет заемных средств, переход права собственности зарегистрирован Управлением Росреестра по Республике Татарстан в установленном порядке, договор исполнен всеми участниками сделки. То обстоятельство, что квартира приобретена с привлечением заемных средств о недействительности как сделки по приобретению истицей квартиры, так и сделки по предоставлению займа, не свидетельствует, поскольку деньги в долг были предоставлены, а также израсходованы.

Довод ФИО1 о том, что при заключении договора займа она не отдавала отчет своим действиям и не могла руководить ими, доказательно не подтвержден. В амбулаторной карточке на имя истицы, истребованной из поликлиники № 20 города Казани, где ФИО1 прикреплена с 2001 года, отсутствуют какие-либо сведения, позволяющие принять вышеприведенный аргумент истицы. Из истории наблюдения за состоянием здоровья ФИО1 не следует, что она когда либо-нуждалась в психиатрической помощи, в том числе и в значимый для рассмотрения настоящего гражданского дела, период.

То обстоятельство, что ФИО1 однократно, 27 апреля 2017 года, через четыре с половиной месяца после возбуждения настоящего гражданского дела, и спустя более трех лет после заключения оспариваемого договора обратилась в медицинскую организацию, оказывающую психиатрическую помощь, также не позволяет сделать такой вывод, поскольку сведения о состоянии здоровья истицы, отраженные в карте амбулаторного больного, представленной по запросу суда из РКПБ, не относятся к юридически значимому, для разрешения настоящего спора, периоду.

Показания свидетелей ФИО объективные сведения о состоянии ее здоровья не содержат, с другими доказательствами не согласуются.

Анализ совокупности установленных по делу обстоятельств позволяет суду сделать вывод о том, что из поведения ФИО1 явствовала ее воля сохранить силу сделки, поскольку она в счет исполнения обязательства по возврату займа внесла несколько платежей в феврале 2014 года и феврале 2015 года, что подтверждается выписками по лицевому счету на ее имя, оспаривание договора купли-продажи с привлечением заемных средств, а также договора займа по основаниям, изложенным в иске по мнению суда необходимо квалифицировать как нарушение принципа добросовестности и злоупотребление субъективным правом, что на основании системного толкования положений ст. 10, 166 ГК РФ влечет отказ в удовлетворении иска.

С учетом вышеизложенного не подлежат удовлетворению как требования, заявленные ФИО1, так и заявленные ФИО4

Руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В иске ФИО1 к ФИО2, ФИО3, акционерному коммерческому банку «Инвестиционный торговый банк», обществу с ограниченной ответственностью «Финансовая корпорация СХЛ» о признании договоров купли-продажи квартиры недействительными, признании недействительным договор займа – отказать.

В иске ФИО4 к ФИО2, ФИО3 и ФИО1 о признании договора купли-продажи квартиры недействительными – отказать.

Решение может быть обжаловано в Верховный суд Республики Татарстан в течение одного месяца через Советский районный суд.

Судья- А.А. Шайдуллина