Решение № 2-11/2019 2-11/2019(2-1319/2018;)~М-1310/2018 2-1319/2018 М-1310/2018 от 14 января 2019 г. по делу № 2-11/2019

Дело № 2-11/2019 (№ 2-1319/2018)


Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г.Борисоглебск 15 января 2019 года

Борисоглебский городской суд Воронежской области в составе: председательствующего-судьи СТРОКОВОЙ О.А.

при секретаре МАКЕЕВОЙ Е.В.,

с участием истцов: ФИО3, ФИО4, ФИО5,

представителя ответчика ООО ОП «ЩИТ-3» ФИО6,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело по иску ФИО3, ФИО4 и ФИО5 к ООО ОП «Щит-3» о признании отстранения от работы незаконным, признании отсутствие на работе вынужденным прогулом, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, о внесении изменений в пункт трудового договора сведений об оплате работы за ночное время и в праздничные и выходные дни,

у с т а н о в и л:

Истцы ФИО3, ФИО4, ФИО5 обратились в суд с иском, пояснив, что 24.07.2018 Первомайским районным судом г.Краснодара было рассмотрено гражданское дело № 2-6564/18 по их иску к ООО ОП «Щит-3» об установлении факта трудовых отношений, которым постановлено, в том числе, обязать ответчика заключить с ними трудовые договоры и предоставить им работу в прежней должности охранников и прежнему месту работы. Указанное решение вступило в законную силу 05.09.2018.

Истцы поясняют, что поскольку ответчиком добровольно решение не исполнено, Первомайским районным судом г. Краснодара в службу судебных приставов по вышеназванному решению были направлены исполнительные листы.

Как указывают истцы, по приглашению ответчика они за свой счет прибыли 16.10.2018 в офис ответчика в г. Краснодаре, где с ними были заключены трудовые договоры, и передали сотруднику отдела кадров необходимый для трудоустройства пакет документов, однако работа им до настоящего времени не предоставлена по причине того, что ответчиком издан приказ об отстранении их от работы с 16.10.2018.

Истцы поясняют, что ответчик мотивирует отстранение их от работы тем, что они отказались представить в ООО ОП «Щит-3» удостоверения частного охранника для оформления личных карточек охранника.

Истцы не согласны с утверждением ответчика о том, что они не представили ему удостоверения, утверждая, что ими дважды 16.10.2018 и 31.10.2018 предпринимались попытки лично вручить ответчику удостоверения, от получения которых ответчик всячески уклоняется. По их мнению, доказательствами указанных обстоятельств могут служить: приглашение работодателя для трудоустройства, проездные билеты, копии приказов о приеме на работу, с которыми они ознакомлены 16.10.2018, трудовые договоры, заключенные 16.10.2018, заявления в службу судебных приставов, факт передачи ими фотографий.

Таким образом, истцы считают, что ответчик своим необоснованными и незаконными действиями воспрепятствует исполнению решения суда о восстановлении их на работе, чем подрывает авторитет судебной власти, а также причиняя им нравственные страдания.

Кроме того, истцы указывают, что трудовые договоры, заключенные с ответчиком, не соответствуют требованиям трудового законодательства в части установления им размера заработной платы. Истцы считают, ссылаясь на Федеральный закон от 07.03.2018 N 41-ФЗ «О внесении изменения в статью 1 Федерального закона «О минимальном размере оплаты труда», что ответчик с ними должен заключить дополнительные соглашения к договорам об установлении им с 01.05.2018 заработной платы в размере не менее установленного Федеральным законом МРОТ – 11 163 рубля.

Также истцы считают, что трудовые договоры, заключенные ответчиком с ними, не соответствуют положениям трудового законодательства в части не указания в них причины заключения срочных трудовых договоров.

Истцы отмечают, что причина заключения с ними срочных трудовых договоров заключается в том, что ответчик осуществляет охрану объектов Воронежского филиала ПАО Ростелеком на основании договорных отношений, установленных на период с 01.01.2018 по 31.12.2018, которые могут быть продлены с 01.01.2019, о чем ООО ОП «Щит-3» будет известно заблаговременно. При таких обстоятельствах, заключение работодателем с ними срочных трудовых договоров является необоснованным. Истцы полагают, что ответчик обязан заключить с ними дополнительное соглашение к трудовым договорам о продлении действия трудовых договоров на определенный срок, а именно с 01.01.2019 по 31.12.2019.

Истцы просили: - признать приказ № 63 ООО ОП «Щит-3» об отстранении от работы с 16.10.2018 ФИО3, приказ № 64 ООО ОП «Щит-3» об отстранении от работы с 16.10.2018 ФИО4, приказ № 62 ООО ОП «Щит-3» об отстранении от работы с 16.10.2018 ФИО5 необоснованными и незаконными, а отсутствие их на работе с 16.10.2018 вынужденным прогулом по вине работодателя ООО ОП «Щит-3», подлежащем оплате за все время вынужденного прогула;

- взыскать с ООО ОП «Щит-3» за время вынужденного прогула денежные средства в пользу:

ФИО3 в сумме 15 051 руб. 90 коп.;

ФИО4 в сумме 15 051 руб. 90 коп.;

ФИО5 в сумме 13 502 руб. 57 коп.;

- обязать ООО ОП «Щит-3» незамедлительно с даты принятия решения по настоящему иску от 13.11.2018 допустить их к работе по охране объектов Воронежского филиала ПАО Ростелеком в городе Борисоглебске по адресам, указанным в трудовых договорах;

- обязать ООО ОП «Щит-3» внести изменения в раздел IV пункт 14 подпункт «а» трудовых договоров: № 1/а от 01.01.2018, заключенного с ФИО3, № 2/а от 01.01.2018, заключенного с ФИО5, № 3/а от 01.01.2018, заключенного с ФИО4, установив тарифную ставку за 1 час работы в размере 0,00548 МРОТ, установленному с 01.05.2018;

- обязать ООО ОП «Щит-3» в разделе I пункте 6 трудовых договоров: № 1/а от 01.01.2018, заключенного с ФИО3, № 2/а от 01.01.2018, заключенного с ФИО5, № 3/а от 01.01.2018, заключенного с ФИО4, указать причину, послужившую основанием заключения срочного трудового договора;

- взыскать в их пользу с ответчика ООО ОП «Щит-3» компенсацию морального вреда по 10 000 руб. каждому;

- возложить расходы по оплате госпошлины на ответчика.

В ходе судебного разбирательства истцами были уточнены исковые требования, они просят:

- признать отсутствие их на работе с 16.10.2018 до момента фактического допуска к работе вынужденным прогулом по вине работодателя ООО ОП «Щит-3», подлежащем оплате за все время вынужденного прогула;

- взыскать с ООО ОП «Щит-3» за часть времени вынужденного прогула за период с 16.10.2018 по 24.12.2018 денежные средства в пользу:

- ФИО3 в сумме 33 866 руб. 79 коп.;

- ФИО4 в сумме 33866 руб. 79 коп.;

- ФИО5 в сумме 34 720 руб. 88 коп.;

- обязать работодателя ООО ОП «Щит-3» подпункт «а» пункта 18 раздела V пункт трудовых договоров: № 1/а от 01.01.2018, заключенного с ФИО3, № 2/а от 01.01.2018, заключенного с ФИО5, № 3/а от 01.01.2018, заключенного с ФИО4, в предыдущей редакции, а именно слова «неполная рабочая неделя» заменить словами «согласно графику сменности»;

- обязать ООО ОП «Щит-3» указать в подпункте «б» пункта 14 раздела IV трудовых договорах № 1/а от 01.01.2018, заключенного с ФИО3, № 2/а от 01.01.2018, заключенного с ФИО5, № 3/а от 01.01.2018, заключенного с ФИО4, размер тарифной ставки за работу в ночное время, порядок оплаты сверхурочной работы и работы в праздничные дни;

- обязать ООО ОП «Щит-3» указать в подпункте «а» пункта 15 раздела IV трудовых договорах № 1/а от 01.01.2018, заключенного с ФИО3, № 2/а от 01.01.2018, заключенного с ФИО5, № 3/а от 01.01.2018, заключенного с ФИО4, сведения о порядке повышения уровня содержания заработной платы.

Остальные требования, указанные в первоначальном иске от 13.11.2018 истцы оставили без изменения.

Истцы ФИО3, ФИО4, ФИО5 в судебном заседании, в связи с исполнением ответчиком части требований, отказались от исковых требований в части возложения на ответчика обязанности:

- «а» пункта 18 раздела V пункт трудовых договоров: № 1/а от 01.01.2018, заключенного с ФИО3, № 2/а от 01.01.2018, заключенного с ФИО5, № 3/а от 01.01.2018, заключенного с ФИО4, слова «неполная рабочая неделя» заменить словами «согласно графику сменности» поддержали свои требования, с учетом их уточнения, в полном объеме;

- внести в подпункт «а» пункта 15 раздела IV трудовых договорах № 1/а от 01.01.2018, заключенного с ФИО3, № 2/а от 01.01.2018, заключенного с ФИО5, № 3/а от 01.01.2018, заключенного с ФИО4, сведения о порядке повышения уровня содержания заработной платы; возложения на ответчика обязанность внести изменения в раздел IV пункт 14 подпункт «а» трудовых договоров: № 1/а от 01.01.2018, заключенного с ФИО3, № 2/а от 01.01.2018, заключенного с ФИО5, № 3/а от 01.01.2018, заключенного с ФИО4, установив тарифную ставку за 1 час работы в размере 0,00548 МРОТ, установленному с 01.05.2018;

- в разделе I пункте 6 трудовых договоров: № 1/а от 01.01.2018, заключенного с ФИО3, № 2/а от 01.01.2018, заключенного с ФИО5, № 3/а от 01.01.2018, заключенного с ФИО4, указать причину, послужившую основанием заключения срочного трудового договора;

- допустить их до работы.

Определением суда от 15.01.2019 принят отказ от части исковых требований и производство по делу в этой части прекращено.

Остальные исковые требования истцы поддержали, уточнив сумму заработной платы за время вынужденного прогула, и просили взыскать в пользу: ФИО3 – 35 748,27 руб., ФИО4 – 35 748,27 руб., ФИО5 – 36 649,82 руб.

В судебном заседании представитель ООО ОП «Щит-3» ФИО6, действующая на основании доверенности от 10.05.2018, исковые требования не признала, указывая, что приказ об отстранении истцов от работы вызван тем обстоятельством, что они не сдали оригиналы удостоверений частного охранника, что не позволило получить личные карточки охранника и соответственно допустить их к работе, поэтому, по мнению представителя ответчика, время отстранения от работы нельзя расценивать как вынужденный прогул по вине работодателя. Требования относительно внесения изменений в трудовые договоры относительно сведений о компенсационных выплатах, по мнению представителя ответчика, нет необходимости удовлетворять, так как сведения о всех доплатах содержатся в Положении о премировании работников ООО «ОП «Щит-3» и Положении об оплате труда и премировании работников ООО ОП «Щит-3».

Выслушав объяснения сторон по делу, суд приходит к следующему.

В ходе судебного разбирательства было установлено, что заочным решением Первомайского районного суда г. Краснодара от 24.07.2018, вступившим в законную силу 05.09.2018 (л.д. 9-18 т.1), был установлен факт трудовых отношений ФИО3, ФИО4, ФИО5 с ООО «Охранное предприятие «Щит-3». Этим же решением на ООО «Охранное предприятие «Щит-3» возложена обязанность заключить с ФИО3, ФИО4, ФИО5 трудовые договоры в письменной форме; внести в трудовые книжки ФИО3, ФИО4, ФИО5 записи о приеме на работу в ООО Охранное Предприятие «Щит-3» с 01.01.2018 на должность охранника; признано отсутствие на рабочем месте ФИО3, ФИО4 Ю ФИО5 с 17.02.2018 вынужденным прогулом; на ООО Охранное предприятие «Щит-3» возложена обязанность предоставить истцам работу в прежней должности охранников и по прежнему месту работы: ФИО3 – <...>, пост охраны № 2; ФИО5 – <...>, пост охраны № 2; ФИО4 – <...>, пост охраны № 1. Кроме того, с ООО Охранное предприятие «Щит-3» в пользу ФИО3 ФИО4, ФИО5 взыскана заработная плата за отработанное время, за время вынужденного прогула, компенсация морального вреда, а также на ответчика возложена обязанность оплатить взносы в Пенсионный фонд, Фонд обязательного медицинского страхования, налог на доходы физических лиц за ФИО3, ФИО4, ФИО5

Добровольно данное решение ООО ОП «Щит-3» не было исполнено своевременно, поэтому исполнительные листы по данному решению были переданы на исполнение в отдел судебных приставов-исполнителей.

В ходе исполнения решения суда ответчик пригласил истцов в офис ООО ОП «Щит-3» по адресу: <...>, для заключения трудового договора, внесения записи в трудовую книжку, направив истцам письменное приглашение почтовой связью (л.д. 19 т.1).

ФИО3, ФИО4 и ФИО5 16 октября 2018 года явились в офис предприятия, где они подписали трудовые договоры, знакомились с приказами № 1/а, № 2/а, № 3/а от 01.01.2018 о приеме их на работу на должности охранника с указанием места работы (л.д. 20-22 т. 1). Ознакомившись с приказами, истцы поставили свои подписи об ознакомлении с приказами, а также написали в них свои замечания о том, что в приказе не указана дата, с которой они должны приступить к работе. В тот же день подписали трудовые договоры (л.д.26-43 т.1). Они также сдали свои трудовые книжки в отдел кадров предприятия.

Для допуска к работе в качестве охранника необходимо получение личной карточки охранника.

В ст. 12 ФЗ «О частной детективной и охранной деятельности в Российской Федерации» указано, что дополнительным обязательным условием осуществления частной охранной деятельности у работников частной охранной организации является наличие личной карточки охранника, выданной органами внутренних дел.

Так же в Административном регламенте МВД РФ по предоставлению государственной услуги по выдаче лицензии на частную охранную деятельность, утвержденном Приказом МВД № 1039 от 29 сентября 2011 г. «Об утверждении административных регламентов министерства внутренних дел российской федерации по предоставлению государственных услуг по выдаче лицензии на частную детективную (сыскную) деятельность, лицензии на частную охранную деятельность и удостоверения частного охранника» сказано, что для выдачи личной карточки требуется предоставить копию и оригинал удостоверения частного охранника, в котором делается отметка о выдаче личной карточки.

По утверждению представителя ответчика, 16.10.2018, когда истцы прибыли в г. Краснодар для установления трудовых отношений, им были разъяснены условия допуска до работы, а именно наличие личной карточки охранника. Сотрудник предприятия по лицензионно-разрешительной работе ФИО1 . готов был взять удостоверения частного охранника для изготовления личных карточек под расписку, но истцы отказались от их передачи, сославшись на отсутствие печати предприятия для удостоверения расписки, хотя расписку в приёме оригиналов трудовых книжек они приняли и подписали без печати.

Комиссией в составе начальника ОЛРР ФИО1 , ФИО6 и ФИО2 16.10.2018 был составлен Акт об отказе в предоставлении оригиналов удостоверений частного охранника (л.д. 69 т.1), на основании которого ФИО1 написал служебную записку в адрес генерального директора ООО «Щит-3» о невозможности допуска ФИО3, ФИО4, ФИО5 к осуществлению трудовой деятельности до момента получения ими личных карточек (л.д.68 т.1).

На основании упомянутых документов приказами № 62-64 от 16.10.2018 ФИО3, ФИО4, ФИО5 были отстранены от исполнения должностных обязанностей без сохранения заработной платы (л.д.75-77 т.1), так как, по мнению представителя ответчика, непредоставление оригиналов удостоверений не является виной работодателя и полностью зависит от Истцов.

Приказы об отстранении согласно действующему законодательству были направлены Истцам заказным письмом с описью вложений и уведомлением о вручении (л.д. 79-80 т.1), что подтверждает факт исполнения работодателем обязанности по ознакомлению сотрудников с Приказами об отстранении.

Так же в адрес ФИО3, ФИО4, ФИО5 были отправлены уведомления о необходимости предоставления оригиналов удостоверений, которые они могут выслать почтовым отправлением в адрес организации (с описью вложений и уведомлением о вручении) (л.д.78, 80-85 т.1).

Статьей 76 Трудового кодека Российской Федерации предусмотрены случаи, когда работодатель обязан отстранить от работы (не допускать к работе) работника, а также в других случаях, предусмотренных настоящим кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации. Работодатель отстраняет от работы (не допускает к работе) на весь период времени до устранения обстоятельств, явившихся основанием для отстранения от работы или недопущения к работе, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими федеральными законами. В период отстранения от работы (недопущения к работе) заработная плата не начисляется, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом или иными федеральными законами.

Истцы утверждают, что 16.10.2018 они были готовы отдать удостоверения частного охранника при условии вручения им расписки о получении этих документов, скрепленной печатью предприятия, поскольку не верили представителям предприятия, так как им было заявлено, что работать они у них все равно не будут. По почте они также не решились отправить удостоверения, так как не знали по какому адресу: по адресу регистрации юридического лица или фактическому нахождению охранного предприятия, поскольку от ответчика получали корреспонденцию с двух адресов. Истцы направляли свои обращения ответчику по юридическому адресу ООО ОП «Щит-3»: <...>, однако письмо вернулось с отметкой «истек срок хранения». В подтверждение они представили суду вернувшийся конверт (л.д. 3 т.2). Однако, на конверте указан юридический адрес и адресат: ФИО7, то есть фамилия и инициалы директор предприятия, но не указано само предприятие. Вместе с тем, другое письмо истцов с фактическим адресом предприятия: <...>, и указанием адресата: ООО ОП «Щит-3», получено ответчиком (л.д. 4 т.2).

Истцы, будучи охранниками уже несколько лет, и ранее работая в охранных предприятиях, знают о порядке выдачи личных карточек охранника, а также допуске к работе охранника.

Указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что истцы знали об обязанности передать работодателю удостоверения частного охранника.

В предварительном судебном заседании 04.12.2018 истцы передали представителю ответчика свои удостоверения частного охранника (л.д. 123-125, 126-137 т.1). В судебном заседании 24.12.2018 представитель ответчика ФИО6 вручила ФИО3, ФИО4 и ФИО5 их удостоверения частного охранника с отметкой о выдаче личной карточки охранника ООО «Щит-3» и личные карточки охранника, выданные 12.12.2018 заместителем начальника ГУ – начальника ЦЛРР ГУ ФСВНГ России по Краснодарскому краю (л.д. 174-183 т.1).

В соответствии с Положением о проведении органами внутренних дел Российской Федерации периодических проверок частных охранников и работников юридических лиц с особыми уставными задачами на пригодность к действиям в условиях, связанных с применением огнестрельного оружия и специальных средств, утвержденным Приказом МВД России от 29.06.2012 № 647, комиссии по периодическим проверкам частных охранников, созданные в управлениях МВД России по субъектам Российской Федерации, проводят, в том числе плановые проверки в отношении работников, ранее прошедших первичную периодическую проверку для частных охранников и других категорий работников один раз в год в течение месяца, предшествующего дню и месяцу даты прохождения последней периодической проверки (п.п. 8.2). По завершении периодической проверки работника членом комиссии составляется акт о результатах проведения периодической проверки частных охранников и работников юридических лиц с особыми уставными задачами на пригодность к действиям в условиях, связанных с применением оружия и специальных средств, второй экземпляр (или копия) которого вручается работнику. Одновременно с актом проверки работнику возвращается его карточка опроса по проверке теоретических знаний.

Последняя периодическая проверка истцов, работавших в ООО ЧОО «Алекс» проводилась 17.11.2017 (л.д. 165-167 т.1). Очередная плановая проверка должна была проводиться в период с 17.10.18 по 17.11.2018. Однако к этому времени истцы не сдали работодателю свои удостоверения частного охранника и не получили личные карточки охранника.

По поводу не прохождения плановой проверки истцы написали начальнику ЦЛРР Управления Росгвардии по Воронежской области и начальнику ЦЛРР Управления Росгвардии по Краснодарскому краю. В результате в адрес ответчика Главное управление Федеральной службы войск национальной гвардии Российской Федерации по Краснодарскому краю 22.11.2018 за № 425/9/50-КЛ-12 направило предписание о недопустимости нарушения обязательных требований (л.д. 184-185 т. 1), в котором имеется ссылка на коллективное обращение сотрудников ООО «ОП «Щит-3», в том числе истцов, оказывающих охранные услуги на объектах Воронежского филиала ПАО Ростелеком в Воронежской области, о том, что у них истекает период прохождения периодической проверки на пригодность к действиям в условиях, связанных с применением огнестрельного оружия и (или) специальных средств, а руководитель охранного предприятия в нарушении Положения о проведении органами внутренних дел Российской Федерации периодических проверок частных охранников и работников юридических лиц с особыми уставными задачами на пригодность к действиям в условиях, связанных с применением огнестрельного оружия и специальных средств, утвержденного приказом МВД России от 29.06.2012 № 647 до настоящего времени не приняты меры для направления указанных сотрудников на сдачу периодической проверки, а также оформления личных карточек охранника. Ответчику было предложено принять меры по обеспечению соблюдения обязательных требований, и уведомить в срок до 31.12.2018 об исполнении предостережения.

ООО «ОП «Щит-3» после получения личных карточек охранника истцов направило необходимый запрос в Главное управление Рогвардии по Краснодарскому краю по поводу периодической проверки истцов. От Врио начальника отдела ЛРР РУ Росгвардия по Краснодарскому краю поступило приглашение (датированное 17.12.2018) для прохождения периодической проверки ФИО3, ФИО4 и ФИО5 21.01.2019 в Учебном центре «Право и Практика» по адресу: <...> (л.д.186-187 т.1).

Однако в судебном заседании 24.12.2018 истцы представили суду акты о результатах проведения периодической проверки на пригодность к действиям в условиях, связанных с применением оружия и специальных средств, частных охранников и работников юридических лиц с особыми уставными задачами от 19.12.2018 и карточки опроса (л.д. 156-164 т.1), согласно которым они прошли периодическую проверку в ЧУ ДПО «Учебный центр Ветеран Динамо» по направлению другого охранного предприятия – ООО ЧОО «Безопасность-плюс», где истцы работают по совместительству. По результатам проведения периодической проверки истцы признаны пригодными к действиям в условиях, связанных с применением специальных средств. Копии этих актов были переданы представителю ответчика. Одновременно истцы представили медицинские заключения об отсутствии медицинских противопоказаний к владению оружием от 07.12.2018 и Медицинские заключения об отсутствии в организме человека наркотических средств, психотропных веществ и их метаболитов от 14.12.2018 и 11.12.2018 (л.д.168-173 т.1).

Приказами ООО «ОП «Щит-3» №№ 92, 93, 95 от 28.12.2018 охранники ФИО3, ФИО4 и ФИО5 были допущены к работе с 28.12.2018 (л.д. 224-226 т.1).

29.12.2018 телеграммами истцы были приглашены на пост охраны для ознакомления с графиком работы (л.д. 201, 202, 205 т.1). В настоящее время истцы приступили к работе у ответчика.

Указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что отстранение от работы истцов было связано только с тем, что они не передали 16.10.2018 уполномоченным лицам ООО ОП «Щит-3» свои удостоверения частного охранника, без которого невозможно получить личные карточки охранника, а значит, приступать к работе, поскольку наличие личной карточки охранника является дополнительным обязательным требованием для работников частной охранной организации, осуществляющих охранные услуги.

Истцы утверждают, что 16.10.2018 уполномоченные сотрудники предприятия отказались выдавать расписку о получении от них удостоверений частного охранника, поэтому они и не оставили удостоверения. Вместе с тем, истцы передали свои трудовые книжки, о чем получили расписку (л.д. 73 т.1). В дальнейшем ООО ОП «Щит-3» письменно уведомил их о необходимости предоставить подлинники удостоверений частного охранника, что истцами не было выполнено. Ссылка истцов на то, что 31.10.2018 в Первомайском районном суде г. Краснодара при рассмотрении другого дела между теми же сторонами представитель ответчика ФИО6 отказалась принимать от них удостоверения частного охранника взамен на расписку в их получении, ничем не подтверждаются, другая сторона этот факт отрицает.

Таким образом, у суда нет оснований признать отстранение от работы ФИО3, ФИО4 и ФИО5 незаконным и необоснованным, а соответственно время отстранения от работы нельзя считать вынужденным прогулом по вине работодателя.

Также не подлежит удовлетворению требование о взыскании заработной платы за время вынужденного прогула.

Истцы, подписывая очередные варианты трудового соглашения с ответчиком, каждый раз указывали на определенные их недостатки. В судебном заседании 14.01.2019 представителем ответчика истцам был предложен еще один вариант трудового договора, с учетом поправок, предложенных истцами (л.д. 227-236 т.1). Истцы подписали эти варианты трудового договора и отказались от своих требований в части возложения на ответчика обязанности:

- «а» пункта 18 раздела V пункт трудовых договоров: № 1/а от 01.01.2018, заключенного с ФИО3, № 2/а от 01.01.2018, заключенного с ФИО5, № 3/а от 01.01.2018, заключенного с ФИО4, слова «неполная рабочая неделя» заменить словами «согласно графику сменности» поддержали свои требования, с учетом их уточнения, в полном объеме;

- внести в подпункт «а» пункта 15 раздела IV трудовых договорах № 1/а от 01.01.2018, заключенного с ФИО3, № 2/а от 01.01.2018, заключенного с ФИО5, № 3/а от 01.01.2018, заключенного с ФИО4, сведения о порядке повышения уровня содержания заработной платы; возложения на ответчика обязанность внести изменения в раздел IV пункт 14 подпункт «а» трудовых договоров: № 1/а от 01.01.2018, заключенного с ФИО3, № 2/а от 01.01.2018, заключенного с ФИО5, № 3/а от 01.01.2018, заключенного с ФИО4, установив тарифную ставку за 1 час работы в размере 0,00548 МРОТ, установленному с 01.05.2018;

- в разделе I пункте 6 трудовых договоров: № 1/а от 01.01.2018, заключенного с ФИО3, № 2/а от 01.01.2018, заключенного с ФИО5, № 3/а от 01.01.2018, заключенного с ФИО4, указать причину, послужившую основанием заключения срочного трудового договора.

Свои требования в части внесения в подпункт «б» пункта 14 раздела IV их трудовых договоров с ответчиком сведений о компенсационных выплатах, предусмотренных Трудовым кодексом и локальными нормативными актами, они поддержали.

Представитель ответчика ФИО6 возражала против удовлетворения данного требования, ссылаясь на то, что данные компенсационные выплаты предусмотрены трудовым законодательством и локальными нормативными актами. На предприятии имеется Положение о премировании работников ООО «ОП «Щит-3», а также Положение об оплате труда и премировании работников ООО «Щит-3», в котором предусмотрены доплаты (надбавки), предусмотренные трудовым законодательством за особые условия труда (вредные, опасные, тяжелые работы и иные особые условия труда), а также за условия труда, отклоняющиеся от нормальных (при выполнении работ различной квалификации, совмещении профессий, работы за пределами нормальной продолжительности рабочего времени, в ночное время, выходные и нерабочие праздничные дни и другие). Истцы в судебном заседании 14.01.2019 ознакомились с данными Положениями, также как и должностной инструкцией (л.д. 239-251 т.1).

Согласно ст. 149 ТК РФ при выполнении работ в условиях, отклоняющихся от нормальных (при выполнении работ различной квалификации, совмещении профессий (должностей), сверхурочной работе, работе в ночное время, выходные и нерабочие праздничные дни и при выполнении работ в других условиях, отклоняющихся от нормальных), работнику производятся соответствующие выплаты, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

В соответствии со ст. 57 ТК РФ в трудовом договоре должны быть указаны условия оплаты труда (в том числе размер тарифной ставки или оклада (должностного оклада) работника, доплаты, надбавки и поощрительные выплаты).

В последнем варианте трудовых договоров (от 14.01.2019) (л.д. 227-236 т.1), подписанных сторонами, имеется подпункт «б» пункта 14 раздела IV «Оплата труда работника», который указан как «компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера) (при наличии)», далее графы «Наименование выплаты», «Размер выплаты», «Фактор, обусловливающий получение выплаты» не заполнены. Вместе с тем, в тексте договора имеется пояснение: «(указать при наличии сведений о всех доплатах и надбавках компенсационного характера, в том числе за выполнение работ с вредными и (или) опасными условиями труда, за работу в местностях с особыми климатическими условиями, за работу в ночное время, за сверхурочную работу, иные выплаты)», однако ни о каких доплатах в данном подпункте трудового договора не указано, и ссылки на локальные нормативные акты нет.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что требования истцов в части внесения в подпункт «б» пункта 14 раздела IV их трудовых договоров с ответчиком сведений о компенсационных выплатах, предусмотренных Трудовым кодексом и локальными нормативными актами являются обоснованными и подлежат удовлетворению.

В соответствии со ст. 21 ТК РФ Работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном настоящим Кодексом, иными федеральными законами.

В данном случае ответчик ненадлежаще подготовил трудовые договоры с истцами. От части требований по трудовым договорам истцы отказались после внесения исправлений в трудовые договоры. Последний вариант трудовых договоров также исправлен настоящим решением.

Учитывая обстоятельства дела, суд считает возможным взыскать с ответчика в пользу истцов компенсацию морального вреда, снизив размер компенсации до 1 000 руб. в пользу каждого истца.

При подаче иска истцы освобождались от уплаты госпошлины, поэтому с ответчика надлежит взыскать госпошлину в доход местного бюджета в размере 6 000 руб.

Руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

р е ш и л:

Исковые требования ФИО3, ФИО4 и ФИО5 удовлетворить частично.

Обязать Общество с ограниченной ответственностью «Охранное предприятие «Щит-3» дополнить подпункт «б» пункта 14 раздела IV трудового договора № 1а от 01.01.2018, заключенного между ООО ОП «Щит-3» и ФИО3, сведениями о компенсационных выплатах, предусмотренных Трудовым кодексом РФ и локальными нормативными актами.

Обязать Общество с ограниченной ответственностью «Охранное предприятие «Щит-3» дополнить подпункт «б» пункта 14 раздела IV трудового договора № 2а от 01.01.2018, заключенного между ООО ОП «Щит-3» и ФИО5, сведениями о компенсационных выплатах, предусмотренных Трудовым кодексом РФ и локальными нормативными актами.

Обязать Общество с ограниченной ответственностью «Охранное предприятие «Щит-3» дополнить подпункт «б» пункта 14 раздела IV трудового договора № 3а от 01.01.2018, заключенного между ООО ОП «Щит-3» и ФИО4, сведениями о компенсационных выплатах, предусмотренных Трудовым кодексом РФ и локальными нормативными актами.

Взыскать с ООО ОП «Щит-3» компенсацию морального вреда в пользу ФИО3, ФИО4 и ФИО5 по 1 000 (одной тысяче) руб. в пользу каждого.

Взыскать с ООО ОП «Щит-3» госпошлину в доход местного бюджета в размере 6 000 (шесть тысяч) руб.

В остальной части исковых требований ФИО3, ФИО4 и ФИО5 отказать.

Решение может быть обжаловано в Воронежский облсуд в течение одного месяца со дня изготовления мотивированного решения.

Председательствующий