Апелляционное определение № 33-6443/2025 от 8 декабря 2025 г.

Судья Свинова Е.Е. Дело 33-6443/2025 (№ 2-1720/2025)

УИД86RS0002-01-2023-006809-32


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

9 декабря 2025 года г. Ханты-Мансийск

Судебная коллегия по гражданским делам суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры в составе:

председательствующего судьи Мочегаева Н.П.,

судей Евтодеевой А.В., Сокоревой А.А.,

при ведении протокола и аудиозаписи судебного заседания секретарём Пачгановой И.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Обществу с ограниченной ответственностью «РН-Сервис», Публичному акционерному обществу «Приобьнефть», Акционерному обществу «Самотлорнефтегаз» о взыскании компенсации морального вреда,

по апелляционной жалобе Акционерного общества «Самотлорнефтегаз» на решение Нижневартовского городского суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 17.07.2025.

Заслушав доклад судьи Евтодеевой А.В. об обстоятельствах дела, доводы апелляционной жалобы, заключение прокурора Аникиной А.А., судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратился в суд с исковым заявлением к Обществу с ограниченной ответственностью «РН-Сервис» (далее - ООО «РН-Сервис») о взыскании компенсации морального вреда в размере 1 500 000 руб.

В обоснование исковых требований указывал, что в период с 01.01.2003 по 30.06.2023 работал в ООО «РН-Сервис» (до реорганизации ООО «ЧНС») в должностях помощника бурильщика, оператора подземного ремонта скважин, машиниста подъемника. 06.02.2023 истцу было установлено <данные изъяты>. Отмечал, что в связи с <данные изъяты>.

В возражениях на исковое заявление ответчик ООО «РН-Сервис» с требованиями истца не согласился и указал, что истцом не представлено доказательств о получении <данные изъяты> непосредственно от действий ООО «РН-Сервис». В причинении вреда здоровью не исключена вина работника, медицинского учреждения, проводившего медицинские осмотры. Истцом ошибочно указан период работы в должности помощника бурильщика, в связи с чем, общий стаж работы у ответчика определен не верно. Полагал, что определение стажа работы истца у ответчика в условиях, связанных с воздействием на организм человека вредных производственных факторов следует исчислять исключительно по должности машиниста подъемника 6 разряда, поскольку оценка условий труда работы истца по другим должностям не проводилась. На протяжении работы в ООО «РН-Сервис» истец был обеспечен средствами индивидуальной защиты, периодически проходил медицинские осмотры и противопоказаний к работе у истца не выявлялось, проводилась аттестация рабочего места по условиям труда. Работодателем производились мероприятия, направленные на выявление и предотвращение <данные изъяты>. У ответчика имеются сомнения относительно качества проведенных медицинских осмотров и объективности их выводов и не исключается вина в причинении вреда здоровью истца. Кроме того, действия самого истца могли способствовать увеличению тяжести вреда при осуществлении им работ, связанных с вредными и опасными условиями труда. Отмечал, что установленная <данные изъяты> не свидетельствует о <данные изъяты>. Заявленная истцом сумма компенсации морального вреда необоснованно завышена, не соответствует требованиям разумности и справедливости и подлежит снижению до 250 000 руб.

Решением Нижневартовского городского суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 18.12.2023, оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 07.05.2024, с ООО «РН-Сервис» в пользу ФИО1 взыскана компенсация морального вреда в размере 900 000 руб. Кроме того, с ООО «РН-Сервис» в доход бюджета города Нижневартовска взыскана государственная пошлина в размере 300 руб.

Определением судебной коллегии по гражданским делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции от 08.10.2024 решение Нижневартовского городского суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 18.12.2023 и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 07.05.2024 отменены, дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении гражданского дела ФИО1 заявлено об изменении исковых требований, привлечении соответчиков Публичного акционерного общества «Приобьнефть», (далее - ПАО «Приобьнефть»), Акционерного общества «Самотлорнефтегаз» (далее - АО «Самотлорнефтегаз») и взыскании компенсации морального вреда в связи с получением <данные изъяты> с ООО «РН-Сервис» в размере 1 500 000 руб., с ПАО «Приобьнефть» в размере 500 000 руб., с АО «Самотлорнефтегаз» в размере 500 000 руб.

Протокольными определениями Нижневартовского городского суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 10.02.2025, от 23.04.2025, от 26.05.2025 к участию в деле в качестве соответчиков привлечены АО «Самотлорнефтегаз», ПАО «Приобье», в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора - ОСФР по ХМАО-Югре, ПАО «РН-Западная Сибирь».

В возражениях на исковое заявление ответчик АО «Самотлорнефтегаз» с требованиями истца не согласился и указал, что работники предприятия регулярно обеспечивались бесплатной специальной одеждой, обувью и другими средствами индивидуальной защиты. На предприятии проводилась аттестация рабочего места по условиям труда, по итогам которого предпринимались меры по улучшению условий труда работников, которые выражались в социальных гарантиях, обеспечении дополнительным питанием, предоставлении дополнительных дней отдыха и оплаты вредных условий труда. В коллективных договорах, действующих на предприятии в период работы ФИО1 предусматривалось премирование, бесплатное питание, организация медицинского обследования, выделение путевок на профилактическое и санаторно-курортное лечение, дополнительные дни к отпуску, а также иные меры социальной защиты. По итогам медицинских осмотров противопоказаний к работе в условиях воздействия вредных производственных факторов у ФИО1 не выявилось, он был признан годным к работе и допускался к выполнению труда помощника бурильщика капитального ремонта скважин 5 разряда. За непродолжительное время работы ФИО1 - 2 года 6 месяцев 14 дней работодатель проводил мероприятия, направленные на выявление и предотвращение <данные изъяты>. Отмечал, что средний срок развития <данные изъяты> составляет от 8 до 10 лет, при этом, ФИО1 находился в трудовых отношениях с АО «Самотлорнефтегаз» 23 года назад, в связи с чем, доводы истца о том, что он получил <данные изъяты> в АО «Самотлорнефтегаз» считал необоснованным.

В возражениях на исковое заявление ответчик ПАО «Приобьнефть» с требованиями истца не согласился, ссылаясь на отсутствие доказательств причинно-следственной связи между действиями работодателя и возникновением <данные изъяты>.

Решением Нижневартовского городского суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 17.07.2025 исковые требования ФИО1 удовлетворены частично, в пользу ФИО1 взыскана компенсация морального вреда С ООО «РН-Сервис» в размере 870 154 руб. 82 коп., с ПАО «Приобьнефть» в размере 22 996 руб. 95 коп., с АО «Самотлорнефтегаз» в размере 119 211 руб. 21 коп. Также, с ответчиков в доход бюджета города Нижневартовска взыскана государственная пошлина в размере 300 руб. с каждого. Решение в части взыскания с ООО «РН-Сервис» в пользу ФИО1 компенсации морального вреда в размере 870 154 руб. 82 коп. и в доход бюджета города Нижневартовска государственной пошлины в размере 300 руб. признано судом исполненным.

В апелляционной жалобе ответчик АО «Самотлорнефтегаз» просит решение суда первой инстанции отменить, принять по делу новое решение об отказе в удовлетворении исковых требований. В обоснование доводов апелляционной жалобы выражает несогласие с выводами суда первой инстанции о наличии причинно-следственной связи между работой истца и возникновением <данные изъяты>. Отмечает, что вина АО «Самотлорнефтегаз» в получении истцом <данные изъяты> отсутствует, поскольку ФИО1 работал не более 40 часов в неделю, был обеспечен средствами индивидуальной защиты, предусматривалось премирование, бесплатное питание, организация медицинского обследования, выделение путевок на профилактическое и санаторно-курортное лечение, дополнительные дни к отпуску, а также иные меры социальной защиты, в период работы истец проходил обязательный предварительный и периодический медицинские осмотры с целью определения состояния здоровья работника, поручаемой ему работе, динамического наблюдения за состоянием здоровья, своевременного выявления начальных форм профессиональных заболеваний, ранних признаков воздействия вредных и опасных производственных факторов на состояние здоровья, формирования групп риска. Указывает, что при наличии <данные изъяты>, причиной которой послужила работа в условиях длительного воздействия на организм вредных производственных факторов, не соответствующих санитарно-гигиеническим требованиям по величине воздействия тяжести трудового процесса в течение всего профессионального маршрута, и которая сопровождается <данные изъяты>, истец не смог бы работать во вредных условиях труда помощником бурильщика, начиная с 2015 года. Обращает внимание, что истец проработал в ООО «РН-Сервис» в должности помощника бурильщика капитального ремонта скважин 19 лет 1 месяц, что составляет 91,1% от общего стажа работы истца в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов, при этом в АО «Самотлорнефтегаз» истец отработал 2 года 7 месяцев, что составляет 6,7% от общего стажа работы истца в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов. Кроме того, ответчик считает, что расчет размера компенсации морального вреда должен быть произведен, исходя из цены иска и процента отработанного времени в АО «Самотлорнефтегаз» и составлять 73 700 руб. Взысканный судом размер компенсации морального вреда не отвечает требованиям разумности и справедливости.

Истец ФИО1, представители ответчиков ООО «РН-Сервис», ПАО «Приобьнефть», АО «Самотлорнефтегаз», представители третьих лиц ОСФР по ХМАО-Югре, ПАО «РН-Западная Сибирь», надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного заседания, в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились, доказательств, подтверждающих уважительность неявки в судебное заседание суда апелляционной инстанции не представили, в связи с чем, судебная коллегия на основании статей 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации признала возможным рассмотреть дело в их отсутствие.

Прокурор Аникина А.А. в заключении указала, что решение суда первой инстанции является законным, обоснованным и отмене не подлежит.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, заслушав заключение прокурора, судебная коллегия приходит к следующему.

Судом установлено и следует из материалов дела, что истец ФИО1 08.12.1997 принят помощником бурильщика по капитальному ремонту скважин 4 разряда в АООТ «Нижневартовскнефтегаз», 10.06.1998 уволен по собственному желанию; 14.01.1999 принят помощником бурильщика по капитальному ремонту скважин 4 разряда в ЗАО «Самотлорское управление повышения нефтеотдачи пластов и капитального ремонта скважин», 06.04.2000 уволен по собственному желанию; 17.05.2000 принят помощником бурильщика по капитальному ремонту скважин 4 разряда в ОАО «ТНК-Нижневартовск», 26.08.2000 переведен помощником бурильщика по капитальному ремонту скважин 5 разряда, 31.12.2002 уволен в связи с переходом в ООО «Черногорнефтеремонт»; 01.01.2003 принят помощником бурильщика по капитальному ремонту скважин 5 разряда в ООО «Черногорнефтеремонт», 30.04.2004 уволен в прядке перевода в ООО «Черногорнефтесервис»; 01.05.2004 принят помощником бурильщика по капитальному ремонту скважин 5 разряда в ООО «Черногорнефтесервис», 01.01.2007 переведен оператором подземного ремонта скважин 5 разряда, 22.06.2009 переведен машинистом подъемника 6 разряда, 22.12.2016 ООО «ЧНС» реорганизована в форме присоединения к ООО «РН-Сервис», 29.09.2018 переведен машинистом подъемника 6 разряда в цех подъемных агрегатов, 30.06.2023 трудовой договор расторгнут в связи с отсутствием у работодателя работы, необходимой работнику в соответствии с медицинским заключением (т. 2 л.д. 45-52).

Согласно акту о случае <данные изъяты> от 30.05.2023 у ФИО1 установлено <данные изъяты>, <данные изъяты>, возникло в результате работы в условиях длительного воздействия на организм производственного фактора - вибрации общей, не соответствовавшего санитарно-гигиеническим требованиям по величине воздействия в течение профессионального маршрута, вина работника не установлена (т. 1 л.д. 32-38).

Согласно санитарно-гигиенической характеристике условий труда работника от 09.08.2022 № 18 условия труда ФИО1 согласно профессиональному маршруту не соответствовали санитарно-эпидемиологическим требованиям по величине воздействия вредных производственных факторов: шума, вибрации общей и тяжести трудового процесса (отмечается превышение гигиенических нормативов) (т. 1 л.д. 10-31).

Из справки ФКУ «ГБ МСЭ по ХМАО-Югре» Минтруда России от 27.06.2023 № 0034445 следует, что в связи с <данные изъяты> ФИО1 на срок до 01.07.2024 установлена <данные изъяты> (т. 1 л.д. 40).

Разрешая заявленные исковые требования и руководствуясь положениями статей 21, 22, 209, 214, 216.1, 237 Трудового кодекса Российской Федерации, статей 151, 1064, 1080 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 3, пункта 3 статьи 8 Федерального закона от 24.07.1998 N 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», пунктов 46, 47 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», пунктов 4, 6, 7, 11, 12, 30, 32 постановления Правительства Российской Федерации от 15.12.2000 N 967 «Об утверждении Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний», суд первой инстанции исходил из того, что <данные изъяты> возникло у ФИО1 вследствие длительного воздействия на организм производственных факторов на протяжении всего профессионального маршрута, в связи с чем, определив вину ответчиков исходя из продолжительности работы истца в условиях труда, не соответствующих санитарно - гигиеническим требованиям по величине воздействия вредных производственных факторов в ООО «Нижневартовскнефтегаз» (ПАО «Приобьнефть») - 185 дней, в ОАО «ТНК-Нижневартовск» (АО «Самотлорнефтегаз») - 959 дней, в ООО «Черногорнефтесервис» (ООО «РН-Сервис») - 7 000 дней из общего стажа работы в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов в сумме 8 849 дней, пришел к выводу о взыскании в пользу истца компенсации морального вреда в размере 1 100 000 руб.

При определении размера компенсации морального вреда, суд первой инстанции, с учетом вышеприведенных норм материального права и разъяснений, содержащихся в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» принял во внимание тяжесть причиненного ФИО1 вреда здоровью, характер причиненных ему физических и нравственных страданий вследствие полученных <данные изъяты>, индивидуальные особенности потерпевшего, степень вины работодателей, требования разумности и справедливости, а также учет соотношения времени работы истца в каждом предприятии к общему стажу работы во вредных условиях труда, пришел к выводу о взыскании с ПАО «Приобьнефть» денежных средств в размере 22 996 руб. 95 коп., с АО «Самотлорнефтегаз -119 211 руб. 21 коп., с ООО «РН-Сервис» - 870 154 руб. 82 коп.

Оснований не согласиться с выводами суда первой инстанции у судебной коллегии не имеется, поскольку они подробно и обстоятельно мотивированы, должным образом отражены в обжалуемом решении, основаны на правильном применении норм материального и процессуального права, регулирующих возникшие отношения, и на имеющихся в деле доказательствах, которым суд дал оценку в соответствии с требованиям статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Частью 3 статьи 37 Конституции Российской Федерации предусмотрено, что каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности.

Работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором (абзац четвертый части первой статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации).

Работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (часть 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

Статьей 209 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что охрана труда - это система сохранения жизни и здоровья работников в процессе трудовой деятельности, включающая в себя правовые, социально-экономические, организационно-технические, санитарно-гигиенические, лечебно-профилактические, реабилитационные и иные мероприятия (часть первая статьи 209 Трудового кодекса Российской Федерации).

Вредный производственный фактор - производственный фактор, воздействие которого на работника может привести к его заболеванию (часть третья названной статьи).

Безопасные условия труда - это условия труда, при которых воздействие на работающих вредных и (или) опасных производственных факторов исключено либо уровни их воздействия не превышают установленных нормативов (часть пятая статьи 209 Трудового кодекса Российской Федерации).

Обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда (абзац второй части 1 статьи 210 Трудового кодекса Российской Федерации).

В силу части первой статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации, установленные в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда (абзацы второй и тринадцатый части 1 статьи 219 Трудового кодекса Российской Федерации).

Порядок возмещения вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору, регулируется Федеральным законом от 24.07.1998 N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" (далее - Федеральный закон от 24.07.1998 N 125-ФЗ), абзац второй пункта 3 статьи 8 которого предусматривает, что возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Согласно статье 3 Федерального закона от 24.07.1998 N 125-ФЗ профессиональное заболевание - хроническое или острое заболевание застрахованного, являющееся результатом воздействия на него вредного (вредных) производственного (производственных) фактора (факторов) и повлекшее временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности и (или) его смерть.

Порядок и условия возмещения морального вреда работнику определены статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которой моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Ввиду отсутствия в Трудовом кодексе Российской Федерации норм, регламентирующих иные основания возмещения работнику морального вреда, помимо неправомерных действий или бездействия работодателя, к отношениям по возмещению работнику морального вреда применяются нормы Гражданского кодекса Российской Федерации, регулирующие обязательства вследствие причинения вреда.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации (статья 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Исходя из приведенного нормативного правового регулирования работник имеет право на труд в условиях, отвечающих государственным нормативным требованиям охраны труда, включая требования безопасности. Это право работника реализуется исполнением работодателем обязанности создавать такие условия труда. При получении работником во время исполнения им трудовых обязанностей травмы или иного повреждения здоровья, исходя из положений трудового законодательства, предусматривающих обязанности работодателя обеспечить работнику безопасные условия труда и возместить причиненный по вине работодателя вред, в том числе моральный, а также норм гражданского законодательства о праве на компенсацию морального вреда, работник имеет право на возмещение работодателем, не обеспечившим работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности, морального вреда, причиненного в результате повреждения здоровья работника.

В соответствии с пунктом 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы

При этом, согласно пункту 27 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

В соответствии с пунктом 46 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей, осуществляется в рамках обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (часть восьмая статьи 216.1 Трудового кодекса Российской Федерации). Однако компенсация морального вреда в порядке обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний не предусмотрена и согласно пункту 3 статьи 8 Федерального закона от 24.07.1998 N 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» осуществляется причинителем вреда.

Оценив представленные по делу доказательства в их совокупности и взаимосвязи, установив, что длительное воздействие в период работы у ответчиков на организм истца вредных производственных факторов, привели к возникновению у него <данные изъяты>, учтя все заслуживающие внимание фактические обстоятельства, индивидуальные особенности истца, степень нравственных и физических страданий, невозможности полноценного ведения прежнего образа жизни, трудиться, вины ответчиков в причинении вреда здоровью истца, отсутствие вины истца в развитии <данные изъяты>, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о наличии правовых оснований для взыскания с ответчиков в пользу истца компенсации морального вреда.

Учитывая конкретные обстоятельства дела, объем, длительность и характер причиненных ФИО1 нравственных страданий, установлении <данные изъяты>, которое привело к ухудшению состояния его здоровья, <данные изъяты>, причинения истцу физических страданий, которые он испытывает в результате этих <данные изъяты>, исходя из требований разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав, суд первой инстанций посчитал, что сумма компенсации морального вреда в зависимости от количества отработанного времени, подлежащая взысканию с ПАО «Приобьнефть» составляет 22 996 руб. 95 коп., с АО «Самотлорнефтегаз -119 211 руб. 21 коп., с ООО «РН-Сервис» - 870 154 руб. 82 коп.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд первой инстанции в полном мере учел физические и нравственные страдания в связи с полученным истцом <данные изъяты>, характера, объема и последствий, причиненных истцу телесных повреждений ввиду исполнения трудовых обязанностей, принципа разумности и справедливости.

Применяя общее правовое предписание к конкретным обстоятельствам дела, суд принял решение в пределах предоставленной ему законом свободы усмотрения, что не может расцениваться как нарушение единообразия правоприменительной практики и гарантированного Конституцией Российской Федерации принципа равенства всех перед законом, а также не свидетельствует о несоответствии взысканной судом компенсации морального вреда требованиям разумности и справедливости.

Поскольку размер морального вреда является оценочной категорией и не поддается точному денежному подсчету, возмещение морального вреда производится с целью смягчения эмоционально-психологического состояния потерпевшего, взысканная в пользу истца в счет компенсации морального вреда денежная сумма, по мнению судебной коллегии, соразмерна причиненным ему физическим и нравственным страданиям и в полной мере отвечает принципам разумности и справедливости.

Доводы апелляционной жалобы ООО «РН-Сервис» о завышенной сумме компенсации морального вреда отклоняются судебной коллегией, поскольку оснований для переоценки собранных по делу доказательств, а также снижения размера компенсации морального вреда не имеется, судом первой инстанции данные доказательства оценены по внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании всех имеющихся в деле доказательств. Как видно из постановленного решения, каждое представленное суду доказательство оценены судом с точки зрения их относимости, допустимости и достоверности. Судом первой инстанции оценены достаточность и взаимная связь всех собранных по делу доказательств в их совокупности, в соответствии со статьей 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. Результаты оценки доказательств суд отразил в постановленном решении.

Вопреки доводам апелляционной жалобы ООО «РН-Сервис», изучение материалов дела показывает, что выводы суда первой инстанций о наличии вины ответчика в необеспечении безопасных условий и охраны труда, наличие причинно-следственной связи между выявленным у истца <данные изъяты> и длительным воздействием на протяжении трудовой деятельности у ответчика вредных производственных факторов – общей и локальной вибрации подтверждаются материалами дела, основаны на приведенном выше правовом регулировании спорных отношений, установленных судом обстоятельствах и доводами апелляционной жалобы не опровергаются.

Фактически приведенные в апелляционной жалобе доводы не содержат обстоятельств, которые не были бы проверены и учтены судом первой инстанций при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта, влияли на законность постановленного судебного акта, либо опровергали выводы суда.

Само по себе несогласие, выраженное в апелляционной жалобе с выводами суда первой инстанции, иная оценка фактических обстоятельств дела и иное толкование положений закона не означают, что при рассмотрении дела допущена судебная ошибка, а также не подтверждают, что имеет место нарушение судом норм материального или процессуального права.

Таким образом, решение суда первой инстанции является законным, обоснованным и по доводам апелляционной жалобы отмене не подлежит.

Руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Нижневартовского городского суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 17.07.2025 оставить без изменения, апелляционную жалобу Акционерного общества «Самотлорнефтегаз» - без удовлетворения.

Определение вступает в законную силу со дня его вынесения и может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Седьмой кассационный суд общей юрисдикции в течение трех месяцев через суд первой инстанции.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 11.12.2025.

Председательствующий Мочегаев Н.П.

Судьи коллегии Евтодеева А.В.

Сокорева А.А.