Приговор № 1-30/2019 от 22 августа 2019 г. по делу № 1-30/2019

ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

23 августа 2019 года пос. Чернь Тульской области

Чернский районный суд Тульской области в составе:

председательствующего судьи Митина О.Ю.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Григоривой А.А.,

с участием

государственного обвинителя помощника прокурора Чернского района Тульской области Чумарина И.А.,

подсудимого ФИО1,

защитника адвоката Миняйчева А.В., представившего удостоверение № от ДД.ММ.ГГГГ и ордер № от ДД.ММ.ГГГГ,

потерпевших К, Е, Н и Ж,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда уголовное дело в отношении подсудимого

ФИО1, <данные изъяты>, судимого 01.04.2019 приговором Чернского районного суда Тульской области по ст.264.1 УК РФ к 480 часам обязательных работ с лишением права заниматься деятельностью по управлению транспортными средствами сроком на 3 года,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.264 УК РФ,

у с т а н о в и л :

ФИО1, управляя автомобилем в состоянии алкогольного опьянения, нарушил правила дорожного движения, что повлекло по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью трех человек и повлекло по неосторожности смерть человека, при следующих обстоятельствах.

08 сентября 2018 года, в период с 04 часов 30 минут до 04 часов 50 минут, ФИО1, в нарушение пунктов 2.1.1 и 2.7 Правил дорожного движения РФ (ПДД РФ), утвержденных постановлением Правительства РФ № 1090 от 23.10.1993 «О Правилах дорожного движения», не имея водительского удостоверения на право управления автомобилем и находясь в состоянии алкогольного опьянения, управлял личным технически исправным автомобилем «Ауди-А4», <данные изъяты>, и двигался на нём по автодороге М2 «Крым» в направлении г. Москвы. При этом в нарушение пункта 2.1.2 ПДД РФ ФИО1 не был пристегнут ремнем безопасности, а также перевозил в автомобиле пассажира, не пристегнутого ремнем безопасности. Следуя по 283 км указанной автодороги, проходящей по территории Чернского района Тульской области вне населенного пункта, он в нарушение пунктов 1.3 и 10.1 ПДД РФ вел автомобиль со скоростью, которая не обеспечивала ему возможности постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил. Проявив преступную неосторожность в форме легкомыслия, предвидя возможность наступления общественно опасных последствий своих действий, но без достаточных к тому оснований самонадеянно рассчитывая на предотвращение этих последствий, ставя под угрозу жизнь и здоровье перевозимого пассажира и других участников дорожного движения, ФИО1 неправильно оценил дорожную обстановку, в силу алкогольного опьянения не справился с управлением автомобиля и в нарушение п.1.4 ПДД РФ выехал на полосу, предназначенную для встречного движения на г. Орел, где в нарушение п.1.5 ПДД РФ создал опасность для движения во встречном направлении автомобиля «HYUNDAI SOLARIS», <данные изъяты>, под управлением водителя Б, и произвел с ним столкновение. В результате ДТП водителю автомобиля «HYUNDAI SOLARIS» Б были причинены телесные повреждения: <данные изъяты> в совокупности имеют медицинские критерии тяжкого вреда здоровью. Его смерть наступила от <данные изъяты>. Вышеуказанные повреждения имеют прямую причинную связь с наступлением смерти ДД.ММ.ГГГГ в ГУЗ ТО «ТОКБ». Пассажиру автомобиля «HYUNDAI SOLARIS» Е были причинены телесные повреждения: <данные изъяты>, в совокупности имеют медицинские критерии тяжкого вреда здоровью, как опасные для жизни в момент причинения. Пассажиру автомобиля «HYUNDAI SOLARIS» Н были причинены телесные повреждения: <данные изъяты>, в совокупности имеют медицинские критерии тяжкого вреда здоровью, как опасные для жизни в момент причинения. Пассажиру автомобиля «Ауди-А4» Ж были причинены телесные повреждения: <данные изъяты>, в совокупности имеют медицинские критерии тяжкого вреда здоровью, как опасные для жизни в момент причинения. Учитывая изложенное, нарушение водителем ФИО1 требований п.п.1.3, 1.4, 1.5, 2.1.1, 2.1.2, 2.7 и 10.1 ПДД РФ находятся в прямой причинной связи с наступившими тяжкими последствиями - причинением тяжкого вреда здоровью Е, Н и Ж, а также причинением смерти Б

Подсудимый ФИО1 вину в предъявленном ему обвинении не признал и пояснил, что вечером 07.09.2018 ему позвонил знакомый Ж и попросил забрать его из дома в <адрес>. Он на своем автомобиле Ауди А-4, <данные изъяты>, заехал за Ж, после чего они поехали отдохнуть в кафе, расположенное на автостанции пос. Чернь Тульской области. В кафе он спиртное практически не употреблял, выпил только банку пива. Около 3-4 часов 08.09.2018 он повез Ж домой в <адрес>. Двигался он с небольшой скоростью по своей полосе дороги на г. Москву. В районе с. Велье-Никольское Чернского района перед его автомобилем внезапно появился свет фар, после чего произошел удар. Поскольку он не выезжал на встречную полосу дороги, то столкновение произошло на его полосе на г. Москву. Считает, что не совершал преступления, которое ему вменяется.

Виновность подсудимого ФИО1 подтверждена совокупностью следующих доказательств.

Показаниями потерпевшей К о том, что 07.09.2018 её муж Б уехал на автомобиле Хендай Солярис встречать детей из аэропорта. 08.09.2018, ранним утром, она позвонила мужу и спросила, где они. Он ответил, что все хорошо и они отдыхают на дороге. Утром, около девяти часов, она снова стала звонить мужу и дочери, но никто не брал трубку. Потом телефон дочери кто-то взял. Ей сказали, что это скорая помощь и ей необходимо приехать в г. Плавск, так как после ДТП все живы. Мужа она увидела уже в коме, а дочь показала ей какие вещи нужно забрать. Зять в это время находился на операции. Затем при ней их всех отправили в Тульскую больницу. Её муж не пил и не курил. Стаж вождения у него около тридцати лет. В последнее время он работал в такси и очень педантично относился к машине и ПДД. В больнице г. Плавска ей сказали, что водитель ФИО2 находился в сильном опьянении. После ДТП ФИО3 даже не извинился.

Показаниями потерпевшего Е о том, что 07.09.2018 в десять часов вечера они выехали из аэропорта Шереметьево. Ехали с остановками и перекусывали. Ближе к утру они остановились на АЗС и поспали около 2-3 часов. Потом, когда начало светать, они поехали. В дороге он беседовал с тестем и рассказывал об отдыхе. Тесть ехал по своей полосе около 100 км/ч, не нарушая скоростной режим. Видимость была хорошая. Потом внезапно перед их машиной появился резкий свет фар, а затем удар. Очнулся он уже в реанимации.

Показаниями потерпевшей Н о том, что в ночь с 7 на 8 сентября 2018 года они ехали из аэропорта Москвы на машине, управлял которой её отец. В дороге они разговаривали между собой. Несколько раз они останавливались, чтобы отдохнуть, заправить машину, размяться и походить. На последней заправке они остановились, чтобы поспать. Спали где-то 1.5-2 часа. Когда они спали, позвонила её мама и спросила, где они. Потом они поехали дальше. Отец ехал по своей полосе движения, когда внезапно она увидела впереди резкий свет фар, после чего произошел удар. Очнулась она в машине, лежа на сиденье, и поняла, что авария. Потом она опять «отключилась».

Показаниями потерпевшего Ж о том, что вечером 07.09.2018 он позвонил знакомому ФИО3 и попросил за ним приехать. ФИО3 приехал в десятом часу на Ауди А-4, после чего они поехали в кафе «Торнадо» на автостанции п. Чернь. В кафе они отдыхали. Потом в 3 или в 4 часа утра они поехали к нему домой в пос. Подгорный.

Показаниями потерпевшего Ж от 11 февраля 2019 года (т.1, л.д.228-232), оглашенными частично в судебном заседании, из которых следует, что в кафе они с ФИО1 начали распивать спиртное, а именно пиво и водку. Распивали вдвоём. Затем он сильно опьянел и что было дальше не помнит. Очнулся он уже в больнице. Впоследствии от ФИО3 он узнал, что они попали в ДТП на повороте в с. Велье-Никольское Чернского района Тульской области.

Показаниями свидетеля В о том, что в один из дней он ехал на автомобиле из г. Орла в г. Москву. Увидев на дороге ДТП с участием двух машин, он остановился. Обе машины после ДТП располагались перпендикулярно автодороге. На месте было много водителей, которые оказывали помощь пострадавшим. Водитель Орловской машины лежал на земле, пассажир был в автомобиле зажат дверью, а на заднем сиденье лежала девушка. Водитель попросил достать из машины видеорегистратор и два сотовых телефона. Он и другой парень достали из машины видеорегистратор, который был разбит, а также один сотовый телефон, после чего положили их в рюкзак водителя. Также по просьбе водителя он сфотографировал на свой телефон место происшествия. В другой машине были два парня без сознания. Приехали сотрудники МЧС и начали собирать свое оборудование. После приезда скорой помощи и полиции он уехал.

Показаниями свидетеля З о том, что он работает в МЧС. В один из дней сентября 2018 года он заступил на дежурство в качестве и.о. начальника караула. Утром произошло ДТП, куда они выехали в составе одного отделения. На месте ДТП были две машины - Хендай Солярис и Ауди А-4. Водителя Хендай достали из машины проезжающие. Пострадавшему парню, сидевшему на сиденье, он оказал медицинскую помощь - остановил кровотечение на голове. После этого они приступили к вскрытию двери автомобиля и вытащили пострадавшего парня, положив его на носилки. Девушка, которая также лежала в машине, жаловалась на боль в животе. Во второй машине Ауди было два человека. Они были в сознании, но пояснить ничего не могли.

Показаниями свидетеля И о том, что во время её дежурства 08.09.2018 поступил вызов на ДТП с неизвестным количеством пострадавших в районе с. Велье-Никольское Чернского района. Когда они прибыли на место в течение 5 минут, там уже находились сотрудники МЧС. Осмотрев пострадавших, она позвонила диспетчеру и вызвала дополнительную бригаду скорой помощи, после чего начала оказывать помощь наиболее тяжелым пострадавшим. Мужчину, который лежал на обочине, увезла в больницу дополнительная бригада. Она оказывала помощь парню, который был в крови и зажат в машине, а также девушке на заднем сиденье автомобиля. Потом, подойдя ко второй машине, она увидела, что пассажир спит, а водитель, сидевший за рулем, самостоятельно вышел из машины. На её вопрос, что беспокоит, водитель сказал, что ничего, а пассажир выругался.

Показаниями свидетеля А о том, что утром 08.09.2018, когда она была на дежурстве, поступил вызов на ДТП. Сначала уехала одна бригада, а потом отправили её, так как было большое количество пострадавших. На месте ДТП уже была И, которая сказала оказывать помощь водителю Б. Она начала оказывать помощь, после чего они повезли пострадавшего в г. Плавск. Во время транспортировки состояние пострадавшего ухудшилось. По прибытии в Плавскую больницу, они передали пострадавшего врачебной бригаде.

Показаниями свидетеля Г о том, что в один из дней под утро поступило сообщение от дежурного ОБ ГИБДД о том, что возле деревни Велье-Никольское Чернского района произошло ДТП. Они с напарником М незамедлительно выехали. На месте уже была скорая помощь и МЧС. В автомобиле Ауди А-4 находились два человека. Водитель был за рулем, а пассажир без сознания. В автомобиле Хендай Солярис было три человека: водитель, который в дальнейшем скончался, мужчина на переднем пассажирском сиденье и девушка на заднем сиденье. Он подходил к водителю ФИО2, у которого изо-рта шел запах алкоголя, то есть были явные признаки алкогольного опьянения, чтобы тот продул в трубку прибора, но его забрала скорая. В дальнейшем он занимался регулировочной деятельностью, а также написал протокол направления водителей на медицинское освидетельствование. На месте ДТП он видел прямолинейные «сдиры» асфальта на полосе в сторону г. Орла, осыпь на обеих полосах, а также разлитую жидкость на полосе в сторону Москвы.

Показаниями свидетеля М о том, что ДТП было на 283 км автодороги М-2 «Крым» с участием автомобилей Хендай и Ауди А-4. Ауди находилась посредине дороги передней частью в направлении г. Москвы. Автомобиль Хендай находился частично на обочине на г. Москву и частично на полосе на г. Москву. На месте ДТП были скорая помощь и МЧС. От водителя Ауди исходил запах алкоголя изо-рта, пояснить по обстоятельствам ДТП он ничего не мог. Второй пассажир Ауди был в непонятном состоянии - просто лежал в машине и ничего не говорил. В дальнейшем он занимался осмотром автомобилей, попавших в ДТП.

Протоколом осмотра места происшествия от 08 сентября 2018 года со схемой и фототаблицей, <данные изъяты>

Протоколом осмотра транспортного средства – автомобиля «HYUNDAI SOLARIS», <данные изъяты>, от 08 сентября 2018 года, <данные изъяты>

Протоколом осмотра транспортного средства – автомобиля «Ауди-А4», <данные изъяты>, от 08 сентября 2018 года, <данные изъяты>

Протоколом осмотра предметов (документов) от 01 ноября 2018 года, <данные изъяты>.

Протоколом осмотра предметов (документов) от 01 февраля 2019 года, <данные изъяты>

Заключением эксперта № от 28 ноября 2018 года, <данные изъяты>

Заключением эксперта № от 31 января 2019 года, <данные изъяты>

Заключением эксперта № от 14 декабря 2018 года, <данные изъяты>

Заключением эксперта № от 04 декабря 2018 года, <данные изъяты>

Заключением эксперта № от 15 января 2019 года, <данные изъяты>

Заключением эксперта № от 07 ноября 2018 года, <данные изъяты>

Заключением эксперта № от 07 декабря 2018 года, <данные изъяты>

Заключением эксперта № от 07 декабря 2018 года, <данные изъяты>

Заключением эксперта № от 07 марта 2019 года, <данные изъяты>

Справкой об участниках ДТП (т.1, л.д.79).

Протоколом о направлении на медицинское освидетельствование 71 № от 08.09.2018 (т.1, л.д.135).

Справкой о результатах химико-токсикологических исследований № от 14.09.2018, <данные изъяты>

Актом медицинского освидетельствования на состояние опьянения № от 01.11.2018 (т.1, л.д.139).

Суд, оценивая в соответствии с требованиями ст.88 УПК РФ все исследованные в судебном заседании доказательства в их совокупности, признает относимыми, допустимыми и достоверными: протокол осмотра места происшествия от 08 сентября 2018 года со схемой и фототаблицей, 2 протокола осмотра транспортного средства от 08 сентября 2018 года, протокол осмотра предметов (документов) от 01 ноября 2018 года, протокол осмотра предметов (документов) от 01 февраля 2019 года, справку об участниках ДТП, протокол о направлении на медицинское освидетельствование № от 08.09.2018, справку о результатах химико-токсикологических исследований № от 14.09.2018 и акт медицинского освидетельствования на состояние опьянения № от ДД.ММ.ГГГГ, так как данные доказательства устанавливают обстоятельства дела и получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона - следственные действия проведены надлежащим лицом, при участии понятых, которым перед началом действий были разъяснены их права, ответственность, а также порядок производства следственных действий, о чем они расписались в протоколах. По окончании следственных действий протоколы были подписаны всеми участвующими лицами, в том числе и понятыми, каких-либо ходатайств относительно процедур, лица, участвующие в следственных действиях, не заявляли. Иные документы предоставлены следователю должностными лицами и учреждениями, составившими данные документы, и надлежащим образом оформлены. При таких обстоятельствах у суда отсутствуют основания сомневаться в достоверности и законности проведения следственных действий, а также в достоверности иных документов.

Оценивая заключение эксперта № от 28 ноября 2018 года, заключение эксперта № от 31 января 2019 года, заключение эксперта № от 14 декабря 2018 года, заключение эксперта № от 04 декабря 2018 года, заключение эксперта № от 15 января 2019 года, заключение эксперта № от 07 ноября 2018 года, заключение эксперта № от 07 декабря 2018 года, заключение эксперта № от 07 декабря 2018 года, заключение эксперта № от 07 марта 2019 года, суд признает их выводы достоверными, поскольку они не содержат противоречий между собой, дополняют друг друга, а также соответствуют содержанию протоколов следственных действий. Экспертизы проведены надлежащими экспертами, компетентность которых сомнений не вызывает, так как они имеют соответствующее образование и стаж работы по специальности. Составленные экспертами заключения соответствуют требованиям ст.204 УПК РФ и Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации». В них приведены содержание и результаты исследований с указанием примененных методик, выводы по поставленным перед экспертом вопросам и их обоснование, в связи с чем сомневаться в достоверности заключений экспертов у суда нет оснований.

Оценивая показания потерпевших К, Е, Н и Ж в части последовательности их совместного с подсудимым передвижения на автомобиле «Ауди А-4», показания свидетелей В., З, И, А, Г, М, суд признает их допустимыми и достоверными, так как данные показания не находятся в противоречии друг с другом, соответствуют друг другу, а также исследованным в ходе судебного заседания протоколам следственных действий, заключениям экспертов и иным документам.

Показания потерпевшего Ж о том, что ФИО1 непосредственно перед столкновением с автомобилем «HYUNDAI SOLARIS» не выезжал на полосу дороги, предназначенную для встречного движения на гор. Орел, суд признает недостоверными, поскольку они противоречат его показаниям на предварительном следствии, где потерпевший пояснял, что в кафе пос. Чернь он сильно опьянел и что было дальше не помнит. Очнулся он уже в больнице, а обстоятельства ДТП узнал позже от ФИО1 При этом причину изменения показаний в суде потерпевший объяснить не смог. Показания потерпевшего в суде в данной части суд оценивает, как попытку Ж, который является знакомым ФИО1, помочь подсудимому избежать ответственности за содеянное.

Оценивая показания подсудимого ФИО1 в части обстоятельств его передвижения на автомобиле «Ауди А-4» совместно с потерпевшим Ж в ночь с 07.09.2018 на 08.09.2018, до момента выезда на полосу дороги, предназначенную для встречного движения, суд признает их достоверными. Данные показания согласуются с другими доказательствами по делу, признанными судом допустимыми и достоверными.

Показания подсудимого ФИО1 о том, что он не выезжал на полосу дороги М-2 «Крым», предназначенную для встречного движения, непосредственно перед ДТП 08.09.2018, суд признает недостоверными, поскольку они опровергаются доказательствами, признанными судом допустимыми и достоверными.

Так, из показаний потерпевших Е и Н следует, что утром 08.09.2018, после отдыха и сна на придорожной стоянке, они ехали в сторону гор. Орла по своей полосе движения на автомобиле «HYUNDAI SOLARIS», которым управлял Б. Е сидел на переднем пассажирском сиденье и всю дорогу рассказывал Б об их с женой отдыхе в Турции, а Л находилась на заднем пассажирском сиденье автомобиля и смотрела в окно. Видимость на дороге была хорошая, так как стало «рассветать». Внезапно перед их автомобилем появился свет фар и произошел удар.

Согласно протоколу осмотра места происшествия от 08 сентября 2018 года со схемой и фототаблицей, на полосе движения на гор. Орел имеется осыпь осколков стекла и мелких частиц кузовов автомобилей на площади 5,2 м х 3,5 м. Внутри данной осыпи обнаружены 4 «сдира» поверхности асфальта, а также подушка крепления двигателя автомобиля «Ауди А-4».

Кроме того, из заключений эксперта № от 07 ноября 2018 года и № от 07 марта 2019 года следует, что столкновение автомобилей «HYUNDAI SOLARIS», <данные изъяты>, и «Ауди-А4», <данные изъяты>, произошло на полосе проезжей части, предназначенной для движения в направлении гор. Орла, то есть на полосе движения автомобиля «HYUNDAI SOLARIS».

Таким образом, вопреки доводам подсудимого и его защитника, указанные доказательства в совокупности подтверждают вину ФИО1 в нарушении ПДД, выезде на полосу дороги, предназначенную для встречного движения, и столкновении с автомобилем «HYUNDAI SOLARIS».

Не опровергают доказательства вины ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.264 УК РФ, и показания в судебном заседании свидетеля стороны защиты Д, поскольку они не противоречат протоколу осмотра места происшествия от 08 сентября 2018 года, заключениям эксперта № от 07 ноября 2018 года и № от 07 марта 2019 года, а лишь указывают на наличие на полосе движения на гор. Москву следов разлитого автомобильного масла и фрагментов осколков частей автомобиля, о чем указано и в заключениях эксперта.

Суд считает, что имеющиеся в уголовном деле и исследованные в судебном заседании доказательства в совокупности подтверждают вину ФИО1 в нарушении лицом, управляющим автомобилем в состоянии алкогольного опьянения, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью трех человек и повлекшее по неосторожности смерть человека, и являются достаточными для разрешения уголовного дела.

Суд приходит к убеждению, что подсудимый ФИО1 ссылается на то, что непосредственно перед ДТП двигался на автомобиле по своей полосе движения на гор. Москву и не нарушал Правила дорожного движения РФ, с целью уклонения от уголовной ответственности за содеянное, и признает такую позицию подсудимого, как избранный способ защиты.

Суд считает доказанным факт нарушения ФИО1, управлявшим автомобилем в состоянии алкогольного опьянения, правил дорожного движения, что повлекло по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью трех человек и повлекло по неосторожности смерть человека.

При изложенных обстоятельствах суд, исследовав все доказательства по данному делу в их совокупности, считает, что ФИО1, управляя автомобилем в состоянии алкогольного опьянения, совершил нарушение правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью трех человек, а также повлекшее по неосторожности смерть человека, и квалифицирует его действия по ч.4 ст.264 УК РФ.

С учетом фактических обстоятельств совершенного подсудимым преступления и степени его общественной опасности суд считает, что оснований для применения к ФИО1 положения ч.6 ст.15 УК РФ не имеется.

Согласно справок ГУЗ <данные изъяты> от 13.12.2018 ФИО1 на учёте у врача нарколога и врача психиатра не состоит.

Из заключения комиссии экспертов № от 08 апреля 2019 года (т.2, л.д.200-202) следует, что ФИО1 в период времени, относящийся к инкриминируемому ему деянию, хроническим психическим расстройством, слабоумием, иным болезненным состоянием психики не страдал, не обнаруживал какого-либо временного расстройства психической деятельности и мог осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. Действия его носили целенаправленный характер, в поведении отсутствовали признаки болезненно-искаженного восприятия действительности. В настоящее время он обнаруживает органическое эмоционально-лабильное расстройство в связи с травмой головного мозга. <данные изъяты> и не лишает его способности осознавать фактический характер своих действий и руководить ими. В настоящее время по своему психическому состоянию ФИО1 в принудительных мерах медицинского характера не нуждается.

Указанное заключение составлено комиссией компетентных врачей-психиатров, соответствует требованиям закона, оформлено надлежащим образом, выводы заключения научно обоснованы, поэтому оснований ставить под сомнение выводы, изложенные в заключении, у суда не имеется. Суд признает заключение комиссии экспертов № 704 от 08 апреля 2019 года обоснованным и достоверным.

Поведение ФИО1 в судебном заседании адекватно происходящему. Свою защиту он осуществляет обдуманно, активно, мотивированно, дает последовательные показания, поэтому у суда не возникло сомнений в его психической полноценности. Учитывая изложенные обстоятельства, суд считает, что ФИО1 является вменяемым и подлежит уголовной ответственности и наказанию.

При назначении наказания суд учитывает: характер и степень общественной опасности содеянного; личность виновного - по месту жительства и работы характеризуется положительно, отсутствие обстоятельств, отягчающих наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

С учетом всех данных о личности подсудимого, суд приходит к выводу о том, что исправление ФИО1 возможно только в условиях изоляции от общества, и назначает ему наказание в виде лишения свободы с отбыванием на основании п. «а» ч.1 ст.58 УК РФ в колонии-поселении. Оснований для применения к подсудимому ст.ст.64, 73 УК РФ суд не усматривает, поскольку считает, что применение иного наказания либо условного осуждения к лишению свободы не обеспечит реализации задач уголовной ответственности.

Учитывая характер совершенного подсудимым преступления, связанного с безопасностью дорожного движения, суд приходит к выводу о необходимости назначения ФИО1 дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью по управлению транспортными средствами.

В связи с тем, что приговором Чернского районного суда Тульской области от 01 апреля 2019 года ФИО1 назначено основное наказание в виде обязательных работ на срок 480 часов и дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью по управлению транспортными средствами на срок 3 года, суд считает необходимым назначить ФИО1 окончательные основное и дополнительное наказания по правилам, предусмотренным ч.ч.4,5 ст.69 УК РФ, по совокупности преступлений, путем частичного сложения основных наказаний, назначенных по данному приговору и по приговору Чернского районного суда Тульской области от 01 апреля 2019 года, а также путем поглощения менее строгого дополнительного наказания более строгим, с зачетом основного и дополнительного наказаний, отбытых по первому приговору Чернского районного суда Тульской области от 01 апреля 2019 года, пересчитав не отбытый им срок основного наказания в виде 312 часов обязательных работ в соответствии с требованиями п. «г» ч.1 ст.71 УК РФ.

Меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, избранную ФИО1, суд считает необходимым оставить без изменения до вступления приговора в законную силу.

Потерпевшими К, Е и Н по делу заявлены гражданские иски.

В судебном заседании гражданский истец К просила взыскать с подсудимого ФИО1 компенсацию причиненного ей гибелью супруга Б морального вреда в сумме 1500000 рублей, а также причиненный ей материальный ущерб на сумму 1076328 рублей.

Гражданский истец Е просил взыскать с подсудимого ФИО1 компенсацию причиненного ему морального вреда в сумме 1000000 рублей.

Гражданский истец Л просила взыскать с подсудимого ФИО1 компенсацию причиненного ей повреждением здоровья и гибелью отца Б морального вреда в сумме 2000000 рублей.

Гражданский ответчик ФИО1 возражал против удовлетворения исков, ссылаясь на то, что он не совершал вменяемого ему преступления.

В соответствии со ст.151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно ст.1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Разрешая вопрос о гражданских исках К, Е и Н в части компенсации морального вреда, суд признает, что в результате совершенного преступления Е и Н, а также близкому родственнику погибшего в ДТП Б – потерпевшей К были причинены нравственные и физические страдания, поэтому компенсация морального вреда подлежит взысканию с подсудимого ФИО1, который совершил преступление. При определении размера компенсации морального вреда по каждому иску суд принимает во внимание фактические обстоятельства, при которых был причинен моральный вред, степень вины подсудимого ФИО1, его материальное положение, объем нравственных и физических страданий потерпевших, характер причиненных страданий, поэтому, основываясь на принципах разумности и справедливости, в соответствии со ст.ст.151, 1099-1101 ГК РФ, считает, что гражданские иски К, Е и Н в этой части подлежат удовлетворению частично.

В силу ч.2 ст.309 УПК РФ, при необходимости произвести дополнительные расчеты, связанные с гражданским иском, требующие отложения судебного разбирательства, суд может признать за гражданским истцом право на удовлетворение гражданского иска и передать вопрос о размере возмещения гражданского иска для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства.

Решая вопрос о гражданском иске К в части взыскания имущественного вреда, суд приходит к выводу о невозможности разрешения данных требований в уголовном деле, поскольку для рассмотрения указанных исковых требований необходимо исследование дополнительных доказательств, производство дополнительных расчетов, а также привлечение к участию в деле страховой компании, что повлечет за собой отложение судебного разбирательства. Учитывая изложенное, суд считает необходимым признать за гражданским истцом К право на удовлетворение гражданского иска в данной части и передать вопрос о размере возмещения имущественного вреда, причиненного в результате преступления, для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства.

Руководствуясь ст.ст.303, 304, 307 - 309 УПК РФ,

п р и г о в о р и л :

признать ФИО1 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.264 УК РФ, и назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок 5 (пять) лет с лишением права заниматься деятельностью по управлению транспортными средствами на срок 2 года.

На основании ч.ч.4,5 ст.69, п. «г» ч.1 ст.71 УК РФ, по совокупности преступлений, путем частичного сложения основных наказаний, назначенных по данному приговору и по приговору Чернского районного суда Тульской области от 01 апреля 2019 года, а также путем поглощения менее строгого дополнительного наказания более строгим, окончательно назначить ФИО1 наказание в виде лишения свободы на срок 5 лет 1 месяц с лишением права заниматься деятельностью по управлению транспортными средствами на срок 3 года с отбыванием основного наказания в виде лишения свободы в колонии-поселении.

Зачесть в срок отбытия окончательных основного наказания в виде лишения свободы и дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью по управлению транспортными средствами, основное и дополнительное наказания, отбытые ФИО1 по приговору Чернского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, в виде лишения свободы сроком 1 месяц 9 дней (312 часов обязательных работ), а также в виде лишения права заниматься деятельностью по управлению транспортными средствами.

ФИО1 к месту отбывания основного наказания следовать самостоятельно, после получения предписания в территориальном органе уголовно-исполнительной системы.

Срок отбытия основного наказания ФИО1 исчислять с момента прибытия осужденного в колонию-поселение.

Зачесть ФИО1 в срок лишения свободы время следования осужденного к месту отбывания наказания в соответствии с предписанием.

До вступления приговора в законную силу ранее избранную в отношении ФИО1 меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении оставить без изменения.

Вещественных доказательств по делу нет.

Гражданский иск К удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО1 в пользу К компенсацию морального вреда в сумме 500000 (пятьсот тысяч) рублей.

Гражданский иск Е удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО1 в пользу Е компенсацию морального вреда в сумме 200000 (двести тысяч) рублей.

Гражданский иск Н удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО1 в пользу Н компенсацию морального вреда в сумме 700000 (семьсот тысяч) рублей.

Признать за К право на удовлетворение гражданского иска в части возмещения имущественного вреда, причиненного в результате преступления, и передать вопрос о размере возмещения гражданского иска в данной части для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства.

Приговор суда может быть обжалован в течение 10 суток со дня его постановления в судебную коллегию по уголовным делам Тульского областного суда путём подачи апелляционных жалобы или представления через Чернский районный суд Тульской области.

Председательствующий: О.Ю.Митин

23 октября 2019 года апелляционным постановлением Тульского областного суда приговор оставлен без изменения, а апелляционные жалобы без удовлетворения.