Апелляционное постановление № 22К-927/2025 от 26 марта 2025 г. по делу № 3/2-11/2025

Судья первой инстанции – Зацепилина О.В. № 22К-927/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

27 марта 2025 года г. Иркутск

Суд апелляционной инстанции Иркутского областного суда в составе председательствующего Федоровой Е.В.,

при ведении протокола помощником судьи Бронниковой А.А.,

с участием прокурора Эйсбруннер К.В.,

обвиняемого ФИО1 посредством видео-конференц-связи,

адвокатов Семенова В.С., Хантаева А.В.,

рассмотрел в открытом судебном заседании материал по апелляционным жалобам адвокатов Семенова В.С. и Хантаева А.В. в интересах обвиняемого ФИО1 на постановление Свердловского районного суда г. Иркутска от 11 марта 2025 года, которым продлен срок содержания под стражей обвиняемому

ФИО1, родившемуся Дата изъята в <адрес изъят> Иркутской <адрес изъят>, гражданину РФ,

на 2 месяца, а всего до 3 месяцев 27 суток, то есть по 13 мая 2025 года включительно.

По докладу судьи Федоровой Е.В., заслушав мнения сторон, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

Органами предварительного следствия ФИО1 обвиняется в совершении преступления, предусмотренного (данные изъяты)

14 января 2025 года по признакам указанного преступления возбуждено уголовное дело. Дата изъята ФИО1 был задержан в порядке ст. 91, 92 УПК РФ. На следующий день вынесено постановление о привлечении ФИО1 в качестве обвиняемого, проведен его допрос.

17 января 2025 года в отношении ФИО1 Свердловским районным судом г. Иркутска (с учетом апелляционного постановления Иркутского областного суда от 27 января 2025 года) избрана мера пресечения в виде заключения под стражу по 13 марта 2025 года.

Срок предварительного следствия по уголовному делу продлен всего до 4 месяцев, то есть по 14 мая 2025 года.

Следователь с согласия уполномоченного должностного лица обратился в суд с ходатайством о продлении срока содержания ФИО1 под стражей на 2 месяца, а всего до 3 месяцев 29 суток, то есть по 14 мая 2025 года включительно.

Постановлением Свердловского районного суда г. Иркутска от 11 марта 2025 года ходатайство следователя удовлетворено, срок содержания под стражей обвиняемому ФИО1 продлен на 2 месяца, а всего до 3 месяцев 27 суток, то есть по 13 мая 2025 года включительно.

В апелляционной жалобе адвокат Семенов В.С. находит вынесенное постановление не отвечающим требованиям ст. 7 УПК РФ.

Судом без приведения мотивов отклонены доводы защиты о допущенных нарушениях уголовного и уголовно-процессуального законов, в том числе при производстве расследования, что свидетельствует об его обвинительном уклоне.

Суд проигнорировал требования ч. 8 ст. 109 УПК РФ, согласно которым в ходатайстве о продлении меры пресечения должны быть приведены сведения о проведенных следственных или иных действиях в период после избрания меры пресечения, и посчитал достаточными пояснения следователя о проведении за прошедший период иных следственных действий, что объективно ничем не подтверждено. Следователем в обоснование ходатайства представлен фактически аналогичный перечень материалов, помимо протокола допроса свидетеля ФИО7, по сравнению с тем, что был представлен при решении вопроса об избрании меры пресечения. При этом, с того момента с ФИО1 не проведено ни одно следственное или процессуальное действие, в том числе и очные ставки, на которые ссылался следователь в обоснование ходатайства об избрании меры пресечения. Указанное, вопреки выводам суда, свидетельствует о неэффективной организации расследования.

Расследование настоящего уголовного дела не представляет сложности, с учетом установления фактических обстоятельств дела и их закрепление посредством проведения допросов, очных ставок и иных следственных действий. Приведенное следователем обоснование о необходимости получения заключения экспертизы ДНК по оружию не имеет отношения к расследуемому в отношении ФИО1 уголовному делу.

Таким образом, необходимость продления срока предварительного следствия не может выступать в качестве основания для продления срока содержания обвиняемого под стражей, поскольку те следственные и процессуальные действия, на которые ссылается следователь, могут быть выполнены и без изоляции ФИО1 от общества.

В представленной справке о наличии оперативной информации о причастности обвиняемых к совершению иных преступлений ФИО1 не фигурирует, приведенные формулировки размыты и не конкретизированы, что говорит о необоснованности доводов следствия о необходимости проверки ФИО1 на причастность к другим преступлениям. К тому же, имелось достаточно времени для осуществления такой проверки, вместе с тем, до настоящего времени иные уголовные дела в отношении ФИО1 не возбуждены, тем самым, доводы следствия о необходимости продления меры пресечения и содержании обвиняемого в СИЗО фактически направлены на ограничение его конституционных прав на свободу.

В нарушение положений п. 21 Постановления Пленума Верховного суда РФ № 41, суд формально проверил доводы следствия об обоснованности подозрений в причастности ФИО1 к совершенному преступлению, вместе с тем, такие данные в представленном материале отсутствуют. Показания потерпевшего, обвиняемого, свидетеля ФИО7 и протоколы очных ставок явно свидетельствуют об отсутствии события инкриминируемого ФИО1 преступления, а, следовательно, необоснованности его подозрения в причастности и последующего предъявления обвинения, поскольку лицо, требующее возврата долга не может нести ответственность по ст. 163 УК РФ.

Обращает внимание на неприкрытое стремление органа следствия к завышению квалификации действий ФИО1 в целях его содержания под стражей, о чем свидетельствует факт возбуждения уголовного дела по (данные изъяты) о вымогательстве (данные изъяты) рублей после подачи потерпевшим заявления о привлечении к уголовной ответственности неизвестных лиц, в котором такая сумма не фигурировала.

Кроме того, из заявления потерпевшего Потерпевший №1, положенного в основу вывода суда о том, что обвиняемый, находясь на иной мере пресечения, может оказать на него давление, следует, что он опасается давления со стороны ФИО1 и ФИО8, которые находятся в СИЗО. Указанные обстоятельства ставят под сомнение серьезность опасений потерпевшего, учитывая, что в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого фигурирует и третье лицо, находящееся на свободе. О фактическом отсутствии опасений у потерпевшего свидетельствуют и его показания об обстоятельствах встречи с обвиняемыми, назначенной в целях разговора о возврате долга.

Следует учитывать и факт надлежащего закрепления показаний потерпевшего Потерпевший №1, данных в том числе и в ходе проведения очных ставок, подтверждающих позицию обвиняемого по факту предъявления им требований по возврату потерпевшим долга ФИО7 в размере (данные изъяты) рублей. При таких обстоятельствах, у ФИО1 отсутствуют причины для оказания воздействия на потерпевшего в целях изменения его показаний, а органом следствия какие-либо следственные действия с участием потерпевшего не запланированы, что свидетельствует о достаточности данных им показаний. При этом, судом не дана оценка по факту отсутствия противоречий между показаниями обвиняемого и потерпевшего о произошедших событиях.

Выводы суда в части возможного воздействия обвиняемого на потерпевшего фактически основаны только на заявлении последнего, который на протяжении более 3 лет уклоняется от возврата признаваемого им денежного долга, что говорит об их немотивированности и необоснованности с учетом иных вышеуказанных обстоятельств.

Приводя сведения об установлении административного надзора в отношении ФИО1 после его освобождения из мест лишения свободы, указывает, что, начиная с Дата изъята обвиняемый каких-либо нарушений не допускал, строго соблюдал наложенные на него судом ограничения, при этом, находясь под постоянным наблюдением органов внутренних дел. Указанные обстоятельства, наряду с положительной бытовой характеристикой на ФИО1, свидетельствуют о том, что его надлежащее и законопослушное поведение может быть обеспечено и без применения столь строгой меры пресечения.

На основании изложенного, просит вынесенное постановление отменить, избрать в отношении ФИО1 меру пресечения в виде домашнего ареста по адресу: <адрес изъят>, либо запрета определенных действий.

В апелляционной жалобе адвокат Хантаев А.В. находит вынесенное постановление подлежащим отмене ввиду существенных нарушений уголовно-процессуального закона и несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам дела.

В нарушение позиции Конституционного и Верховного судов РФ, надлежащим образом не исследованы основания правомерности продления меры пресечения, не приняты во внимание доводы защиты о том, что органом следствия действиям ФИО1 дана неверная квалификация, о чем свидетельствуют показания допрошенных по делу лиц, из которых следует, что требование ФИО1 о возврате долга, предъявленное потерпевшему, является правомерным, что исключает уголовную ответственность.

Имеющейся в материалах уголовного дела перепиской, наряду с иными обстоятельствами, в том числе показаниями потерпевшего, опровергаются заявление последнего о наличии у него опасений в части оказания на него давления со стороны обвиняемого.

Находит действия потерпевшего Потерпевший №1 намеренной провокацией обвиняемых, в том числе ФИО1, на агрессию и выдвижение требований с такой формулировкой, чтобы могло сложиться ложное впечатление о незаконном характере их действий по правомерному требованию о возврате денежного долга. При указанных событиях потерпевшим велась скрытая видеосъемка, из полученной видеозаписи, осмотренной органом следствия, следует, что предъявляемые обвиняемыми требования действительно носили правомерный характер. Нанесение в последующем побоев потерпевшему, не причинивших вреда здоровью, обусловлено исключительно личными неприязненными отношениями к потерпевшему и не связаны с предъявленным к нему требованием.

При таких обстоятельствах, общественная опасность содеянного несоразмерна по сравнению с примененной в отношении ФИО1 мерой пресечения и говорит о ее несправедливости.

Приводя доводы о неэффективной организации расследования, имеющие аналогичное содержание с доводами адвоката Семенова В.С., указывает, что в период, прошедший с момента избрания ФИО1 меры пресечения, никто из лиц, с участием которых было запланировано проведение следственных действий, не скрывался, не помещался в медицинский стационар и не был конвоирован. Таким образом, препятствий для проведения указанных действий в установленный срок не имелось.

Назначение следствием судебно-психиатрической экспертизы в отношении ФИО1 накануне рассмотрения вопроса о продлении меры пресечения также говорит о грубой волоките по делу, так как данная экспертиза могла быть назначена и в течение предыдущих двух месяцев, прошедших с момента избрания меры пресечения в виде заключения под стражу.

Приводя доводы о неотносимости иных назначенных по делу экспертиз к ФИО1, а также факт закрепления показаний потерпевшего и свидетелей, полагает, что основания для продления срока содержания обвиняемого под стражей отпали.

В нарушение ч. 5 ст. 162 УПК РФ срок следствия по уголовному делу продлен в отсутствие сведений об особой сложности расследования уголовного дела, что оставлено судом без внимания. Отсутствие таких сведений позволяет говорить и о нарушении требований ч. 1 ст. 162 УПК РФ, регламентирующей срок окончания предварительного следствия.

Кроме того, в представленном материале отсутствуют сведения о наделении следователя ФИО10 полномочиями в рамках расследования данного уголовного дела, а в постановлении следователя указано, что ФИО1 обвиняется по уголовному делу с иным номером, нежели указан в постановлении о возбуждении уголовного дела.

Таким образом, суд занял явную обвинительную позицию, формально перечислив основания, предусмотренные ст. 97, 99 УПК РФ.

Судом неверно указан и срок, на который принято решение о продлении срока содержания под стражей, с учетом момента задержания ФИО1

Между тем, в случае смягчения меры пресечения на домашний арест или запрет определенных действий, ФИО1 будет находиться в жилом помещении ФИО11, чье нотариально заверенное согласие имеется в материале, под постоянным контролем со стороны специализированного органа, что связано с существенным ограничением прав и свобод обвиняемого и способно обеспечить нормальный ход уголовного судопроизводства.

Учитывая изложенное, а также положительно характеризующий обвиняемого материал, просит вынесенное постановление отменить, избрать в отношении ФИО1 меру пресечения в виде домашнего ареста или запрета определенных действий.

В возражениях на апелляционные жалобы помощник прокурора Свердловского района г. Иркутска Знайдюк М.С. находит вынесенное решение законным, обоснованным и мотивированным, просит оставить его без изменения.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции обвиняемый ФИО1, его защитники-адвокаты Семенов В.С., Хантаев А.В. поддержали апелляционные жалобы и просили их удовлетворить.

Прокурор Эйсбруннер К.В. высказалась об оставлении апелляционных жалоб без удовлетворения, судебного решения - без изменения.

Изучив материалы судебного производства, доводы апелляционных жалоб и поступивших возражений, выслушав выступления сторон, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Из протокола судебного заседания следует, что судом были созданы все необходимые условия для осуществления сторонами предоставленных прав и исполнения ими процессуальных обязанностей, обеспечено соблюдение принципа состязательности сторон, не допущено действий и не принято таких решений, которые свидетельствуют об обвинительном уклоне состоявшегося судебного разбирательства.

При таких обстоятельствах, одно только несогласие стороны защиты с принятым судом решением не может свидетельствовать об обратном.

Суд при рассмотрении ходатайства следователя руководствовался требованиями ч.2 ст. 109, 110 УПК РФ, не вдаваясь в вопрос о виновности ФИО1, проверил актуальность обстоятельств, предусмотренных ст. 97, 99 УПК РФ, послуживших основанием для избрания меры пресечения в виде заключения под стражу, пришел к обоснованному выводу о необходимости продления обвиняемому срока содержания под стражей.

Обоснованность подозрения обвиняемого в причастности к совершенному деянию в достаточной степени подтверждена представленными материалами. При этом, как верно отмечено в обжалуемом постановлении, суд на стадии предварительного расследования не вправе входить в обсуждение вопросов, касающихся существа уголовного дела, правильности квалификации и допустимости собранных по делу доказательств.

Судом установлено, что срок предварительного следствия продлен надлежащим должностным лицом, с согласия руководителя следственного органа, с учетом объективной невозможности закончить следственные и иные запланированные действия в целях расследования уголовного дела.

Признаков волокиты, безусловно препятствующих продлению срока содержания под стражей, не установлено. Доводы о непроведении каких-либо следственных и иных процессуальных действий в период, прошедший с момента избрания меры пресечения, и в отсутствие объективных препятствий нельзя признать состоятельными, с учетом положений ст. 38 УПК РФ, регламентирующих процессуальную самостоятельность следователя, в том числе в вопросе сбора и закрепления доказательств по делу.

Согласно представленным материалам, продление срока содержания под стражей объясняется объективными причинами, связанными со спецификой расследования. Следователем указаны следственные и иные процессуальные действия, которые запланировано провести. В соответствии с конкретными обстоятельствами, продление срока содержания ФИО1 под стражей является разумным и оправданным.

Отсутствие в ходатайстве следователя перечня проведенных действий в период, прошедших с момента избрания ФИО1 меры пресечения, не влияет на законность принятого судом решения, с учетом представленных в материалы протоколов и постановлений, вынесенных следователем по расследуемому уголовному делу в рамках указанного периода.

Установленные судом основания, послужившие поводом для продления срока содержания обвиняемому под стражей, соответствуют требованиям уголовно-процессуального закона, не противоречат разъяснениям, изложенным в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2013 года №41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста и залога», соответствуют фактическим обстоятельствам и подтверждаются представленными материалами, при которых они не изменились, не отпали и не утратили свою актуальность.

При разрешении ходатайства следователя суд правильно принял во внимание данные о состоянии здоровья и личности ФИО1, который имеет место жительства, по которому характеризуется удовлетворительно, холост, имеет на иждивении ребенка, а также фактические обстоятельства дела, на основании которых сделан верный вывод о том, что, находясь на мере пресечения, не связанной с изоляцией от общества, ФИО1 может продолжить заниматься преступной деятельностью, с учетом наличия неснятой и непогашенной судимости, его нахождения под административным надзором, в период которого ему вновь предъявляется обвинение в совершении особо тяжкого преступления.

Принимая во внимание, что в настоящее время продолжается проведение следственных и иных процессуальных действий по делу, с учетом характера инкриминируемого преступления и представленных материалов, выводы суда о том, что ФИО1 может оказать давление на потерпевшего Потерпевший №1, который, согласно указанному в заявлении, опасается за свою жизнь и здоровье, тем самым воспрепятствовать производству по делу, являются верными.

Оснований подвергать сомнению указанные в волеизъявлении потерпевшего обстоятельства у суда апелляционной инстанции не имеется, в том числе по доводам, приведенным стороной защиты.

Изложенные в апелляционных жалобах доводы о безосновательном вменении ФИО1 указанных фактов, подтверждающих обоснованность решения о продлении срока содержания его под стражей, суд апелляционной инстанции находит несостоятельными, поскольку они являлись предметом проверки суда первой инстанции, так как были доведены стороной защиты в ходе судебного заседания, и верно не возымели влияния на выводы, положенные в основу обжалуемого постановления.

Представленные суду первой инстанции документы, в том числе характеризующий материал и нотариальное согласие ФИО11 о проживании обвиняемого в принадлежащем ей жилом помещении в случае избрания меры пресечения в виде домашнего ареста или запрета определенных действий, с учетом иных обстоятельств, не влияют на законность решения суда первой инстанции о продлении срока содержания под стражей, так как иная мера пресечения, помимо содержания под стражей, с учетом изложенных выше обстоятельств будет неэффективной и не сможет обеспечить нормальное производство по уголовному делу, а также надлежащее и правопослушное поведение обвиняемого.

Нарушений гарантированных законом прав и свобод обвиняемого, в том числе, в связи с длительным содержанием под стражей, суд апелляционной инстанции не установил, расследование дела и содержание ФИО1 под стражей осуществляется в предусмотренные нормами уголовно-процессуального закона сроки.

Обстоятельств, препятствующих содержанию обвиняемого под стражей, судом первой инстанции не установлено, поскольку не представлено медицинских документов, свидетельствующих о невозможности содержания последнего в условиях следственного изолятора.

Таким образом, суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда, изложенными в обжалуемом постановлении, поскольку только мера пресечения в виде заключения под стражу обеспечит, помимо прочего, баланс между публичными интересами, связанными с применением меры пресечения ФИО1, и важностью его права на свободу.

Вместе с тем, как верно отмечено в апелляционной жалобе, судом неверно указан срок, на который продлена избранная обвиняемому мера пресечения, с учетом момента его задержания, что требует внесения соответствующих изменений в постановление суда. При этом, вносимые изменения не нарушают права обвиняемого на защиту и не свидетельствуют о незаконности судебного решения.

Иных нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену или изменение обжалуемого постановления, в том числе по доводам защиты, судом апелляционной инстанции не установлено.

При таких обстоятельствах, апелляционная жалобы адвоката Хантаева А.В. подлежит частичному удовлетворению, апелляционная жалоба адвоката Семенова В.С. – оставлению без удовлетворения.

На основании изложенного, и руководствуясь ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Свердловского районного суда г. Иркутска от 11 марта 2025 года о продлении обвиняемому ФИО1 меры пресечения в виде заключения под стражу изменить.

Считать срок содержания под стражей продленным на 2 месяца, а всего до 3 месяцев 27 суток, то есть по 11 мая 2025 года.

В остальной части постановление оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката Семенова В.С. оставить без удовлетворения, апелляционную жалобу адвоката Хантаева А.В. - удовлетворить частично.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, непосредственно в судебную коллегию по уголовным делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции (г. Кемерово).

В случае обжалования обвиняемый вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении кассационной жалобы судом кассационной инстанции.

Судья Е.В. Федорова