Приговор № 2-58/2017 от 22 декабря 2017 г. по делу № 2-58/2017

ИРКУТСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД

Дело № 2-58/2017


П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

г. Братск 22 декабря 2017 года

Иркутский областной суд в составе:

председательствующего судьи Тюниной И.И.,

при секретарях Дедюхиной О.М., Гусаровой Л.А.,

с участием государственных обвинителей Шурыгиной Л.А., Павлик И.Н.,

подсудимых ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4 и их защитников – адвокатов Пономаренко В.Д., Федковича С.А., Наумовой А.В., Щукиной Н.С., Куракина М.В., Тарасенко И.А., Гурского П.И., Полосина И.В.,

при потерпевшей Ф.,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении:

ФИО1, <...> года рождения, уроженца к. <...>, зарегистрированного по адресу: <...>, проживающего по адресу: <...>, гражданина РФ, имеющего образование 11 классов, не состоящего в браке, имеющего дочь <...> года рождения и сына <...> года рождения, официально не трудоустроенного, не состоящего на воинском учете, не судимого,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного частью 3 статьи 33, пунктами «ж», «з» части 2 статьи 105 УК РФ,

ФИО2, <...> года рождения, уроженца з/с <...>, зарегистрированного и проживающего по адресу: <...>, имеющего образование 8 классов, неженатого, со слов имеющего сына <...> года рождения и дочь <...> года рождения, неработающего, не состоящего на воинском учете, судимого 13.09.2011 Свердловским районным судом г. Иркутска по п.п. «а», «в», «г», «з» ч. 2 ст. 126, п.п. «а», «в», «з» ч. 2 ст. 126, п.п. «а», «в» ч. 2 ст. 163, п.п. «а», «в» ч. 2 ст. 158, ч. 1 ст. 161 УК РФ, ч. 3 ст. 69 УК РФ к 5 годам 6 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии особого режима; 10.07.2012 кассационным определением наказание снижено до 5 лет 4 месяцев лишения свободы, освобожден 29.05.2015 по отбытии наказания,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного пунктами «ж», «з» части 2 статьи 105 УК РФ,

ФИО3, <...> года рождения, уроженца <...>, зарегистрированного и проживающего по адресу: <...>, имеющего образование 10 классов, холостого, детей не имеющего, неработающего, не состоящего на воинском учете, судимого: 03.08.2012 Братским городским судом Иркутской области по ч. 1 ст. 161 УК РФ к 1 году лишения условно с испытательным сроком в два года; 25.04.2014 Братским городским судом Иркутской области по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ к 1 году 6 месяцам лишения свободы, условное осуждение ФИО3 по приговору от 03.08.2012 отменено, назначено наказание на основании ст. 70 УК РФ на 1 год 9 месяцев лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима, освобожденного 22.01.2016 по отбытии наказания,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного пунктами «ж», «з» части 2 статьи 105 УК РФ,

ФИО4, <...> года рождения, уроженца <...>, зарегистрированного и проживающего по адресу: <...>, имеющего среднее специальное образование, не состоящего в браке, со слов имеющего дочь <...> года рождения и дочь <...> года рождения, работающего инженером в ООО «Рик», не состоящего на воинском учете, судимого 30.06.2015 Октябрьским районным судом г. Иркутска по ч. 1 ст. 111 УК РФ к 4 годам лишения свободы условно с испытательным сроком на 5 лет,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного частью 5 статьи 33, пунктами «ж», «з» части 2 статьи 105 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

Подсудимый ФИО1 из личной неприязни совершил подстрекательство к убийству С. и пособничество в убийстве С. по найму, ФИО4 совершил пособничество в убийстве С. по найму, ФИО2, ФИО3 группой лиц совершили убийство С. по найму.

Преступление было совершено при следующих обстоятельствах:

В период времени с 01 января 2016 года по 19 мая 2016 года в г. Иркутске к ФИО2 обратилось неустановленное лицо с предложением проехать в г. Братск для встречи с ФИО1, который даст указания о действиях в отношении С.

В период времени с 05 мая 2016 года по 19 мая 2016 года в г. Братске Иркутской области ФИО1 с целью убийства С. из личной неприязни, сложившейся в процессе осуществления предпринимательской деятельности, предложил ФИО2 совершить убийство С. за вознаграждение в один миллион рублей, на что ФИО2 согласился. ФИО1 предоставил ФИО2 автомобиль «Тойота Калдина», государственный регистрационный номер №, два мобильных телефона с сим-картами, денежные средства в неустановленном размере, информацию о личности, местах работы и проживания С.

В период времени с 05 мая 2016 года по 19 мая 2016 года ФИО2, находясь г. Братске Иркутской области, предложил ФИО3 и ФИО4 совершить убийство С. за денежное вознаграждение. ФИО3 и ФИО4 дали согласие участвовать в убийстве С. ФИО2 приобрел нож и обрез одноствольного охотничьего ружья модели ИЖ-18 16 калибра отечественного производства заводской номер № для убийства С.

С 05 мая 2016 года по 19 мая 2016 года ФИО2, ФИО3, ФИО4 на автомобиле «Тойота Калдина», государственный регистрационный номер №, под управлением ФИО4 следили за потерпевшим С. и его водителем с целью установления распорядка дня С.

19 мая 2016 года в вечернее время в квартире <...> ФИО2 распределил между соучастниками преступления роли, согласно которым ФИО4 должен был привезти ФИО2 и ФИО3 к дому потерпевшего по адресу: <...> на вышеуказанном автомобиле, после чего проследовать к месту жительства водителя С. и предупредить по телефону ФИО2 и ФИО3, когда водитель поедет за С., что будет свидетельствовать о времени выхода С. из квартиры. ФИО2 в подъезде № <...> должен был нанести удары ножом С., а ФИО3 с обрезом подстраховать его. После убийства ФИО4 должен был на указанном выше автомобиле увезти ФИО2 и ФИО3 с места преступления.

20 мая 2016 года в период времени с 07 часов 00 минут до 09 часов 07 минут ФИО4 привез ФИО2 и ФИО3 на вышеуказанном автомобиле согласно распределению ролей в лесной массив, расположенный у дома № по <...>. После чего ФИО2 и ФИО3 проследовали к дому № по <...>, а ФИО4 на автомобиле «Тойота Калдина» проследовал к дому, где проживал водитель С., и сообщил ФИО2 о том, что водитель С. выехал. После этого ФИО2 и ФИО3 зашли в подъезд № <...>, и, находясь на площадке между первым и вторым этажами подъезда № <...> в указанное выше время, где, действуя группой лиц, с целью убийства С., по найму ФИО2 нанес имевшимся при себе ножом множественные удары по различным частям тела С., а ФИО3 с близкого расстояния произвел выстрел из имеющегося у него обреза одноствольного охотничьего ружья модели ИЖ-18 16 калибра отечественного производства заводской номер № в живот С., тем самым причинив С. колото-резаное ранение передней поверхности груди справа, проникающее в правую плевральную полость с повреждением верхней доли правого легкого; колото-резаное ранение передней поверхности груди слева, с повреждением хрящевых частей 3, 4 ребер слева, перикарда, сердца; колото-резаное ранение передней поверхности груди слева, проникающее в левую плевральную и брюшную полости, с повреждением хрящевой части 5 ребра, диафрагмы; колото-резаное ранение правой боковой поверхности груди, проникающее в правую плевральную и брюшную полости, с повреждением диафрагмы, правой доли печени; колото-резаное ранение передней поверхности груди справа, проникающее в брюшную полость; колото-резаное ранение правой боковой поверхности живота, проникающее в брюшную полость, с повреждением правой доли печени; колото-резаное ранение правой боковой поверхности живота, проникающее в брюшную полость с повреждением правой доли печени; колото-резаное ранение правой боковой поверхности живота, проникающее в брюшную полость; колото-резаное ранение передней поверхности живота слева, проникающее в брюшную полость; колото-резаное ранение ладонной поверхности правой кисти; колото-резаное сквозное ранение левой кисти; огнестрельное, слепое, дробовое ранение передней поверхности живота, проникающее в брюшную полость с повреждением желудка, поперечной ободочной кишки, поджелудочной железы, брюшной аорты, нижней полой вены. После убийства С. ФИО4 на автомобиле «Тойота Калдина» увез ФИО2 и ФИО3 с места совершения преступления. В период времени с 20 мая 2016 года по 31 мая 2016 года ФИО2 получил от неустановленного лица часть денежного вознаграждения за убийство С. в размере 300 000 рублей.

Смерть С. наступила на месте происшествия в результате умышленных преступных действий ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4 от множественных колото-резаных ранений груди, живота с повреждением костей скелета и внутренних органов, колото-резаных ранений левой и правой кистей, огнестрельного, слепого, дробового ранения передней поверхности живота с повреждением внутренних органов, осложнившихся массивной кровопотерей.

Подсудимый ФИО1 свою вину в убийстве С. по найму не признал, от дачи показаний по существу предъявленного обвинения отказался, указав, что подтверждает показания, данные им в ходе дополнительного допроса в качестве обвиняемого (т. 7 л.д. 176-181), где он пояснил, что не знал о готовящемся убийстве С., предоставил автомобиль, телефоны с сим-картами Давуду (Райдеру) по просьбе Ч., С. знал как работника З., долговых обязательств между ними не было, пояснил, что оговорил себя на следствии в убийстве С. под физическим насилием со стороны сотрудников полиции и из-за страха перед Ч., обстоятельства, изложенные в его признательных показаниях о причастности к убийству С. он выдумал.

Подсудимый ФИО2 вину в убийстве С. по найму не признал и показал, что на предварительном следствии показания записаны следователем с его слов, показания сочинил, оговорив себя, поскольку обещал ФИО3 «взять преступление на себя». Давление на следствии на него никто не оказывал. С предложением убить С. за вознаграждение в сумме один миллион рублей к нему обратился Саид и пообещал простить ему долг в сумме ста тысяч рублей, он согласился. Ч. передал ему нож и обрез. В Братске ФИО1 передал ему автомобиль, телефоны с сим-картами. Мусин об убийстве не знал, он должен был привезти к дому С. его и ФИО3, затем поехать к дому водителя С. сообщить ему, когда тот поедет за С. и потом забрать его и ФИО3 в том месте, где их высадил. ФИО3 согласился участвовать в убийстве за деньги. С Булкиным договорился, что в подъезде, если появится кто-то, то ФИО3 напугает обрезом. Но в подъезде, увидев глаза потерпевшего, передумал убивать, сказал ФИО3 уходить, но услышал звук выстрела, выронил нож и спустился к выходу из подъезда. Что делал ФИО3, он не видел, что было с потерпевшим, он тоже не видел. Первым из подъезда вышел ФИО3, передав ему нож, затем вышел он. ФИО5 забрал их в том же месте, где высадил, проехали в овраг, в автомобиле он переоделся. Его одежду, обрез и нож ФИО5 выбросил по пути. В этот день ФИО5 уехал в Иркутск, а он в Чуну, затем в Иркутск. Показал, что ФИО1 он называет Ахи, ему он представлялся как Давуд.

Подсудимый ФИО3 в начале судебного заседания вину в убийстве С. по найму признал, от дачи показаний отказался, сославшись на показания на предварительном следствии. Затем изменил свое отношение к предъявленному обвинению, вину признал частично, отрицая заказной характер убийства, и показал, что на следствии он давал такие показания, потому что «так хотел», показания неправдивые. Все телесные повреждения С. были причинены им, это было его решение убить С., так как «в нем он видел проблему», сначала он выстрелил в С., затем поднял нож, который выронил Райдер и нанес потерпевшему удары ножом. Выходя из подъезда, отдал нож Райдеру.

Подсудимый ФИО4 вину в убийстве С. по найму не признал и показал, что о готовящемся убийстве С. не знал, возил на автомобиле Райдера и ФИО3 по просьбе Райдера. Он подписал в июне 2016 года чистые бланки и протокол допроса в качестве обвиняемого без указания даты допроса, в котором указано было, что он знал об убийстве, так как следователь сказала, что его свобода зависит от выполнения условий договоренности Райдером со следствием, который ему сказал подписать протокол, и он будет свободен. При проверке показаний на месте он признал вину и подтвердил показания, поскольку у него имелся условный срок, и он боялся ухудшить свое положение.

Виновность подсудимых в описанном выше преступном деянии подтверждается следующими доказательствами:

Потерпевшая Ф. суду показала, что погибший С. приходился ей мужем. 20 мая 2016 года С. утром вышел из квартиры на работу. Она услышала какие-то звуки в подъезде, С. звал ее по имени. Выйдя из квартиры, спустившись по лестнице, увидела мужа лежащим на лестничной площадке между первым и вторым этажами, он хрипел, ничего не говорил, глаза были открыты, был в крови. Находилась рядом с телом умершего мужа до прибытия скорой. Муж совместно с Б. открыли сеть магазинов «Светофорчик», занимались розничной продажей продуктов питания. До этого С. работал у ИП «З.», в феврале 2015 года он уволился от З., проработав у него 6 лет. У З. С. был заместителем, занимался закупками товаров оптом.

Свидетель Б. суду показал, что был знаком с С. 3 года, поддерживали приятельские отношения. Познакомился с С., когда закупал у З. продукты питания для продажи, а С. работал у З. менеджером с крупными покупателями, поставщиками. После того как С. уволился от З., они стали работать вместе, открыли магазины по продаже продуктов питания. Фамилию ФИО1 он неоднократно слышал от С. на протяжении времени общения с ним. Об убийстве С. ему стало известно от жены С..

Свидетель К. суду показала, что сожительствовала с ФИО1 6 лет, воспитывали сына. ФИО1 активно участвовал в воспитании сына, хороший отец, материально содержал ее и сына. ФИО1 в 2016 году работал у Ц. экспедитором неофициально. Когда она с ним познакомилась, он работал, отправляя товары на Север.

Из показаний свидетеля Ш. суду и на предварительном следствии (т. 5 л.д. 55-57, т. 9 л.д. 46-50) следует, что примерно в конце апреля, в начале мая 2016 года он продал Умарову Зайиру два бывших в употреблении мобильных телефона без сим-карт примерно по 500 рублей за каждый телефон. При покупке телефонов ФИО1 пояснил, что телефоны нужны его знакомым.

Из показаний свидетеля Е. суду и на предварительном следствии (т. 1 л.д. 72-75) следует, что в мае 2016 года она работала специалистом в сотовой компании МТС. 14 мая 2016 года по просьбе Э. она передала ему четыре сим-карты, оформленные на несуществующих лиц. Зачем ему нужны были такие сим-карты, она не спрашивала.

Свидетель Э. суду показал, что в мае 2016 года он приобретал три сим-карты для ФИО1 у своей знакомой Е. в салоне МТС. Сим-карты были оформлены на вымышленных людей. Сим-карты передал ФИО1.

Из показаний свидетеля Н. суду и на предварительном следствии (т. 6 л.д. 157-160) следует, что знал погибшего С., который работал в фирме его отца, З. Ему известно, что ФИО1 работал в сфере торговли до 2012 года, занимался продажей продуктов в Северные районы, в Якутию. ФИО1 приобретал товар у его отца и продавал в северные районы, заключая сделки. ФИО1, работая с его отцом, работал и с С.. О взаимоотношениях С. и ФИО1 ему неизвестно.

Из показаний свидетеля З. суду и на предварительном следствии (т. 2 л.д. 175-179) следует, что он является частным предпринимателем, владеет сетью магазинов в г. Братске. С 2009 года по февраль 2015 года С. работал у него в должности коммерческого директора, занимался всеми финансовыми вопросами в магазинах, кассой. Знает подсудимого ФИО1, никаких дружеских, деловых отношений с ним не поддерживал. Несколько лет назад ФИО1 покупал у него товар и отправлял на Север, приобретал товар ФИО1 через С., поскольку тот занимался всеми вопросами по закупкам и продажам. Без его разрешения ФИО1 не мог покупать товар через С., все расчеты ведутся через него.

Свидетель М. суду показала, что работает риелтором. 02 апреля 2016 года с ФИО3 заключила договор аренды квартиры по адресу: <...>, 12 мая 2016 года. В связи с чем встречалась ним, при этом присутствовал Райдер и еще мужчина, которого не помнит. Затем до 20 мая 2016 года ФИО3 арендовал квартиру по ул. Малышева.

Свидетель Щ. суду показал, что работал водителем у С. на автомобиле «Тойота-Королла» в течение трех недель до убийства. 20 мая 2016 года в 8 часов 45 минут он выехал и приехал к дому С. в 8 часов 55 минут. На его звонок С. не ответил. Перезвонила жена С. и сказала, что его убили. Он зашел в подъезд, и на площадке между первым и вторым этажами он увидел окровавленное тело С., С. был мертв, не дышал. Он вышел из подъезда и до приезда полиции находился у подъезда.

Из показаний свидетеля Т. суду и на предварительном следствии (т. 1 л.д. 83-86) следует, что у него имеется автомобиль «Тойота-Калдина» темно-зеленого цвета, №. В мае 2016 года ФИО1 брал автомобиль. 18 мая 2016 года с ФИО1 подъезжал к дому по ул. Комсомольская, где ФИО1 разговаривал с Райдером, передал тому ключи от машины, и он с ФИО1 уехали на такси. 20 мая 2016 года вечером ФИО1 вернул ему автомобиль.

Свидетель П. суду показала, что работает управляющей организации «Букмекер ПАП». Организация предоставляет услуги по ставкам на спортивные события. ФИО1 ей знаком, является клиентом организации. Как часто он посещал контору, какие были ставки, она не знает.

Свидетель Р. суду показала, что проживает в <...> на третьем этаже в пятом подъезде дома. Ее квартира оборудована камерой видеонаблюдения, которая снимает территорию у ее подъезда и прилегающую территорию в режиме реального времени.

Из протокола выемки следует, что у свидетеля Р. изъят DVD-диск с видеозаписями с камер наружного видеонаблюдения, установленных на доме по адресу: <...> (т. 1 л.д. 116-120).

Из исследованной в судебном заседании видеозаписи изъятого у Р. DVD-диска следует, что из подъезда быстрым шагом выходит мужчина, как следует из показаний ФИО3 и ФИО2 – это ФИО3, затем выходит второй мужчина – это ФИО2

В судебном заседании кинолог О. показал, что в мае 2016 года при осмотре места происшествия по <...> применялась служебная собака. Собака взяла след и привела к месту в районе лесного массива.

Свидетель Д. суду показал, что он знаком с подсудимым ФИО3 Летом 2016 года ФИО3 пришел к нему домой и оставил вещи.

Из протокола выемки у свидетеля Д. следует, что у него была изъята куртка черного цвета, принадлежащая ФИО3 (т. 1 л.д. 183-187).

Из протокола предъявления предмета для опознания следует, что ФИО3 опознал изъятую в ходе выемки у свидетеля Д. куртку черного цвета, в которой он находился 20 мая 2016 года в момент убийства С. (т. 2 л.д. 206-209).

Из протокола осмотра места происшествия следует, что на лестничной площадке между первым и вторым этажами подъезда <...> обнаружен труп С., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, с признаками насильственной смерти. В ходе осмотра места происшествия применялась служебная собака (т. 1 л.д. 4-23).

Из протокола осмотра места происшествия от 01 июня 2016 года следует, что в овраге за домами <...> в месте, указанном ФИО2, был обнаружен и изъят предмет, похожий на обрез ружья, черные перчатки, трико черного цвета, мастерка черного цвета (т. 2 л.д. 118-122).

Из протокола предъявления предмета для опознания следует, что ФИО3 опознал обрез ружья, изъятый при осмотре места происшествия от 01 июня 2016 года, пояснив при этом, что это обрез ружья, из которого он 20 мая 2016 года застрелил С. в подъезде <...> (т. 7 л.д. 157-160).

Из протокола осмотра места происшествия от 21 июля 2016 года следует, что в лесном массиве около федеральной автомобильной дороги А331 «Вилюй» в районе улицы Курчатова г. Братска в месте, указанном ФИО2, был обнаружен и изъят чехол от ножа, выполненный из материала кожа, обмотан веревочкой черно-белого цвета (т. 3 л.д. 27-32).

Из протокола предъявления предмета для опознания следует, что ФИО2 опознал чехол от ножа, изъятый при осмотре места происшествия от 21 июля 2017 года, пояснив при этом, что это чехол от ножа, которым 20 мая 2016 года он совершил убийство С. в подъезде <...> нож он приобрел и хранил в этом чехле (т. 7 л.д. 77-80).

Из протокола предъявления предмета для опознания следует, что ФИО3 опознал чехол от ножа, изъятый при осмотре места происшествия от 21 июля 2017 года, пояснив при этом, что это чехол от ножа, которым 20 мая 2016 года Райдер Анатолий совершил убийство С. в подъезде <...> (т. 7 л.д. 57-60).

Из протокола предъявления для опознания по фотографии следует, что ФИО2 опознал С., которому 20 мая 2016 года в подъезде дома <...> он нанес ножевые ранения, ФИО3 произвел выстрел из обреза ружья в С. (т. 6 л.д. 85-88).

Из протокола предъявления для опознания по фотографии следует, что ФИО3 опознал С., в которого 20 мая 2016 года в подъезде дома <...> он произвел выстрел из обреза ружья, а ФИО2 применил нож (т. 6 л.д. 81-84).

Из протокола предъявления предмета для опознания следует, что ФИО3 опознал автомобиль «Тойота-Калдина» темно-зеленого цвета государственный регистрационный знак №, на котором он совместно с ФИО2 и ФИО4 передвигались при слежке за С. и в день убийства С. (т. 2 л.д. 210-213).

Из протокола выемки следует, что у свидетеля М. изъят договор найма жилого помещения от 02 апреля 2016 года, согласно которому М. сдала в аренду квартиру, расположенную по адресу: <...> ФИО3 (т. 1 л.д. 160-163).

Согласно детализации телефонных соединений абонентских номеров ФИО1, ФИО2 они действительно созванивались в периоды, указанные ими в ходе предварительного следствия, в мае 2016 года (т. 8 л.д. 28-38).

Из выписок по банковским счетам на имя ФИО1 с января 2015 года по май 2016 года следует, что разовая сумма банковских операций по указанным счетам составляла от 1000 до 200 000 рублей (т. 4 л.д. 21-73).

Из протокола предъявления лица для опознания следует, что свидетель М. из трех предоставленных ей для опознания лиц опознала ФИО3, который в мае 2016 года совместно со своим другом по имени Анатолий арендовали квартиру, расположенную по адресу: <...>, а также ФИО3 арендовал квартиру по адресу: <...> (т. 7 л.д. 51-53).

Из протокола предъявления лица для опознания следует, что свидетель М. опознала ФИО2, который в апреле-мае 2016 года вместе с ФИО3 арендовали квартиру, расположенную по адресу: <...> (т. 7 л.д. 70-72).

Из заключений судебно-медицинских экспертиз следует, что смерть С. наступила в результате комбинированной травмы в виде множественных колото-резаных ранений груди, живота с повреждением костей скелета и внутренних органов, колото-резаных ранений левой и правой кистей, огнестрельного, слепого, дробового ранения передней поверхности живота с повреждением внутренних органов, осложнившихся массивной кровопотерей. При исследовании трупа обнаружены повреждения: колото-резаное ранение передней поверхности груди справа, проникающее в правую плевральную полость с повреждением верхней доли правого легкого; колото-резаное ранение передней поверхности груди слева с повреждением хрящевых частей 3, 4 ребер слева, перикарда, сердца; колото-резаное ранение передней поверхности груди слева, проникающее в левую плевральную и брюшную полости с повреждением хрящевой части 5 ребра, диафрагмы; колото-резаное ранение правой боковой поверхности груди, проникающее в правую плевральную и брюшную полости с повреждением диафрагмы, правой доли печени; колото-резаное ранение передней поверхности груди справа, проникающее в брюшную полость; колото-резаное ранение правой боковой поверхности живота, проникающее в брюшную полость с повреждением правой доли печени; колото-резаное ранение правой боковой поверхности живота, проникающее в брюшную полость с повреждением правой доли печени; колото-резаное ранение правой боковой поверхности живота, проникающее в брюшную полость; колото-резаное ранение передней поверхности живота слева, проникающее в брюшную полость; колото-резаное ранение ладонной поверхности правой кисти; колото-резаное сквозное ранение левой кисти, которые образовались от воздействия твердого плоского предмета, обладающего колюще-режущими свойствами, чем мог быть клинок ножа. Кроме этого, обнаружено огнестрельное, слепое, дробовое ранение передней поверхности живота, проникающее в брюшную полость с повреждением желудка, поперечной ободочной кишки, поджелудочной железы, брюшной аорты, нижней полой вены, которое образовалось в результате выстрела из огнестрельного оружия дробовым снарядом с близкой дистанции. Все обнаруженные повреждения в совокупности оцениваются как причинившие тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни и образовались незадолго до наступления смерти и состоят в причинной связи с наступлением смерти. Смерть наступила около 3-4 суток ко времени исследования трупа (23 мая 2016 года). Учитывая характер и локализацию обнаруженных на трупе повреждений, не исключается возможность образования колото-резаных повреждений при обстоятельствах и в период времени указанных в протоколе допроса подозреваемого ФИО2 от 31 мая 2016 года, кроме колото-резаных ранений в область рук. Не исключается возможность образования указанных выше телесных повреждений, кроме колото-резаного ранения в область правой кисти при обстоятельствах и в период времени, указанных в ходе проведения проверки показаний на месте с его участием от 01 июня 2016 года. Не исключается возможность образования огнестрельного ранения при обстоятельствах и в период времени, указанных ФИО3 в ходе его допроса в качестве подозреваемого от 31 мая 2016 года и в ходе проведения проверки показаний на месте от 02 июня 2016 года (т. 9 л. <...>).

Из заключения эксперта следует, что на мастерке (изъята при проверке показаний на месте ФИО2 01 июня 2016 года) обнаружена кровь С. и смешанный биологический (генетический) материал, в котором содержится ДНК ФИО3 и ФИО2; на рукояти обреза ружья (изъят при проверке показаний на месте ФИО2 01 июня 2016 года) обнаружен генетический материал ФИО2, на стволе ружья обнаружен генетический материал ФИО3; на перчатке на левую руку (изъята при проверке показаний на месте ФИО2 01 июня 2016 года) обнаружен генетический материал ФИО2; на перчатке на правую руку (изъята при проверке показаний на месте ФИО2 01 июня 2016 года) обнаружен смешанный генетический материал, в котором содержится ДНК ФИО3 и ФИО2; штанах (изъяты при проверке показаний на месте ФИО2 01 июня 2016 года) обнаружен генетический материал ФИО2 (т. 9 л.д. 159-167).

Из заключения эксперта следует, что на поверхности куртки ФИО3 присутствуют следы продуктов выстрела (т. 9 л.д. 181-183).

Из заключения эксперта следует, что представленный на экспертизу обрез ружья относится к огнестрельному оружию и является обрезом, самодельно переделанным из одноствольного охотничьего ружья модели Иж-18, 16-го калибра, отечественного производства, заводской номер № путем укорочения ствола и изготовления самодельной рукояти, который пригоден к стрельбе. Выстрелы из представленного на экспертизу обреза невозможны без нажатия на спусковой крючок. Представленный на экспертизу контейнер являлся частью патрона 16-го калибра для гладкоствольного охотничьего оружия. Полиснаряды, изъятые из трупа С., являются картечью. Представленные на экспертизу пластмассовый контейнер и картечь, извлеченные из трупа С., могли быть частями одного патрона (т. 9 л.д. 198-201).

Кроме этого, как усматривается из исследованных в соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 276 УПК РФ показаний ФИО1 на предварительном следствии, с С. он познакомился 6-7 лет назад, когда тот работал у З.. С. занимался закупками товаров, работал с поставщиками, у него была база данных по движению денежных средств. До 2014 года он покупал продукты оптом у С. и перепродавал в северные районы, Якутию, документы не оформляли, доверяли друг другу. В мае 2014 года он передал С. один миллион рублей двести пятьдесят тысяч рублей, но С. товар ему не передал, деньги не вернул. До марта 2016 года на его требования вернуть деньги или товар, С. только обещал. Понимая, что С. деньги не отдаст, он решил отомстить ему, убить. В конце апреля-начале мая позвонил Давуду, который находился в г. Иркутске, и предложил встретиться. Через несколько дней он и Давуд встретились в г. Братске, и он предложил Давуду один миллион рублей, если тот убьет человека, который должен ему деньги. Давуд согласился. Через три дня он и Давуд встретились у <...>. Тот попросил деньги для оплаты аренды квартиры, телефоны с сим-картами, автомобиль. Он передал 20 тысяч рублей, затем еще 80 тысяч и 100 тысяч, телефоны и автомобиль, показал, где живет С.. Когда и каким образом будет убит С., он с Давудом не обговаривал. 20 мая 2016 года он узнал об убийстве С.. С Давудом больше не встречался (т. 1 л.д. 199-206, 212-215).

На предварительном следствии, будучи допрошенным в качестве подозреваемого и обвиняемого, ФИО2 показал, что 20 мая 2016 года он и ФИО3 совершили убийство С., Мусин оказал содействие в этом, а предложил убить за вознаграждение Ахи. В начале мая 2016 года позвонил Амир и сказал, что он должен в Братске встретиться с человеком по имени Ахи и тот скажет, что нужно сделать с С., за которым по просьбе Амира он следил в марте и апреле 2016 года. В Братск он приехал 05 мая 2016 года с ФИО5. Встретились с Ахи, который предложил убить С. за вознаграждение в сумме один миллион рублей, он согласился. Он предложил ФИО3 и ФИО5 убить С. и заработать деньги. ФИО3 и ФИО5 согласились участвовать в убийстве С.. По его просьбе Ахи предоставил ему автомобиль «Тойота-Калдина», два телефона с сим-картами. До 20 мая 2016 года он, ФИО3 и ФИО5, который управлял автомобилем, следили за С., чтобы знать его распорядок дня, он приобрел нож и обрез. 19 мая 2016 года ФИО3 и Мусину он сказал, что 20 мая 2016 года они будут ставить точку в этом деле, что бизнесмена придется убирать, то есть убивать. Договорились, что он убьет С. ножом в подъезде, ФИО3 с обрезом для подстраховки будет находиться рядом, а ФИО5 должен был привезти их к месту преступления, затем уехать следить за водителем С. и сообщить ему о том, когда водитель поедет за С. и затем должен был забрать его и ФИО3 после совершения убийства. 20 мая 2016 года утром ФИО5 привез его и ФИО3 в лесной массив у дома С. и поехал к дому водителя С.. После звонка ФИО5 о том, что водитель выехал, он с ножом, а ФИО3 с обрезом зашли в подъезд. Увидев спускающегося по лестнице С., он пошел ему навстречу, поравнявшись на лестничной площадке между первым и вторым этажами, увидев в его руке нож, С. попятился от него, ФИО3 находился на 2-3 ступеньки ниже от лестничной площадки. Он услышал хлопок, подумал, что ФИО3 не попал в С., нанес хаотично удары ножом не менее 3-4, допускает, что и больше 10. Выбежали с ФИО3 из подъезда, в лесном массиве выбросил нож, сели в машину к ФИО5. По дороге к дому по ул. Малышева, где снимали квартиру, выбросили его одежду, обрез, телефоны, сим-карты. В этот же день он уехал в Чуну, а затем в Иркутск, а ФИО5 в Иркутск. 24 мая 2016 года Амир передал ему триста тысяч рублей, сказав при этом, что тот, кто платит, посчитал все расходы, которые были затрачены на него (т. 2 л.д. 4-15, 21-24, 171-174).

В процессе проверки показаний на месте происшествия 01 июня 2016 года, с применением видеозаписи, ФИО2 воспроизвел показания, данные им при предыдущих допросах. Показал, что от Ахи поступило предложение убить С. за вознаграждение в один миллион рублей, тот предоставил автомобиль, на котором передвигались он и ФИО3 под управлением ФИО5, телефоны для связи его с ФИО5 во время слежки последнего за водителем С.. В частности, пояснил, что в день убийства ФИО5 привез его и ФИО3 к месту проживания потерпевшего, затем уехал следить за водителем С., позвонил ему по телефону, предупредил о передвижении водителя С., что послужило сигналом к убийству С.. Показал место на лестничной площадке, где он и ФИО3 убили С.. На манекене продемонстрировал свои действия по нанесению ударов ножом по телу потерпевшего, как перемещался на лестничной площадке во время нападения, где находился ФИО3 в тот момент, когда выстрелил в С.. Кроме этого указал место, где выбросили одежду, в которой он находился во время убийства, перчатки, обрез, из которого стрелял ФИО3. В месте, указанном подсудимым, были обнаружены указанные вещи и обрез. О том, что он наносил удары ножом, а ФИО3 выстрелил из обреза, Райдер пояснил при опознании потерпевшего по фотографии, опознании обреза, опознании чехла от ножа (т. 2 л.д. 94-113, 118-122).

Будучи допрошенным в ходе предварительного следствия в качестве подозреваемого и обвиняемого, ФИО4 показал, что в апреле 2016 года по предложению Райдера он и Райдер ездили в г. Братск следить за бизнесменом. Как сказал Райдер, за поездку заплатят деньги. Он был в качестве водителя. В Братске находились неделю. В начале мая он и Райдер вновь приехали в Братск следить за бизнесменом. Он приехал первым, Райдер через два дня. Проживали в арендованной квартире по ул. Комсомольская, затем на квартире по ул. Малышева. Он, Райдер и ФИО3 ездили на автомобиле «Тойота-Калдина», который где-то взял Райдер, следили за тем же бизнесменом. Автомобилем управлял он. 19 мая 2016 года на квартире по ул. Малышева Райдер сказал ему и ФИО3, что нужно закрывать это дело, ставить точку, убирать этого бизнесмена, то есть убить, так как Райдеру был сделан заказ на убийство бизнесмена, то есть убить за вознаграждение. Райдер распределил роли следующим образом: он должен был привезти Райдера и ФИО3 не к дому, где проживал потерпевший, а в лесной массив в районе этого дома, затем он должен проехать к дому водителя С. и позвонить Райдеру, когда тот поедет за С.. Это означало, что бизнесмен должен выходить из квартиры, а Райдер и Булкин должны были его встретить. Как должны были Райдер и ФИО3 расправиться с бизнесменом, он не знал. После убийства он должен был забрать Райдера и ФИО3. 20 мая 2016 года в 8.00 втроем выехали из дома, Райдер передал ему телефон. Райдера и ФИО3 он высадил в обозначенном ранее месте, затем проехал к дому, где живет водитель. Водитель, как обычно, в начале 9 часа сел в автомобиль и поехал. Он поехал за ним. Маршрут движения автомобиля, на котором ездил бизнесмен, и время он знал хорошо, так как следили до этого. Во время движения он потерял из виду автомобиль, о чем сообщил по телефону Райдеру. Он поехал к месту, где высадил Райдера и ФИО3. Они его ждали, сразу сели в автомобиль. На переднее сиденье бросили обрез. По дороге к дому по ул. Малышева в лесном массиве выбросили обрез и одежду. Райдер сказал, что бизнесмен убит. Райдер обещал заплатить за пособничество в убийстве, но не заплатил (т. 3 л.д. 78-84, 91-94, 109-112).

При проверке показаний на месте ФИО4 указал, что придерживается показаний, данных им при допросе в качестве подозреваемого и обвиняемого, указал дом, где он, Райдер и ФИО3 снимали квартиру по <...>, указал места, когда они следили за бизнесменом, где расположены магазины потерпевшего, куда он подвозил Райдера, в районе <...>, указал дом <...>, где проживал водитель бизнесмена. Указал место, куда привез и затем забрал ФИО2 и ФИО3 в день убийства (т. 3 л.д. 95-106).

На предварительном следствии при допросе в качестве подозреваемого, обвиняемого, на очной ставке с ФИО2 и при проверке показаний на месте ФИО3 показал, что в апреле 2016 года по просьбе Райдера снял квартиру по <...>. Райдер приехал с Олегом, который был за рулем автомобиля «Тойота-Королла». Ездили на автомобиле по разным адресам, к дому по ул. Есенина, к домам, где расположены магазины «Светофорчик». В конце месяца уехали и вернулись в первых числах мая. Проживали также в указанной квартире. Райдер сказал, что есть бизнесмен, на котором можно заработать деньги, убить, получить за это хорошие деньги, которые разделят поровну. Он согласился. Втроем следили за мужчиной, который, как сказал Райдер, и был «их клиент». На квартире по ул. Малышева, куда они переехали после ул. Комсомольская, вечером перед днем убийства, Райдер распределил роли. ФИО5 привезет его и Райдера к дому бизнесмена, затем поедет следить за водителем бизнесмена и когда тот поедет за бизнесменом, сообщит им, что будет являться сигналом того, что бизнесмен выйдет из квартиры и затем забрать их после убийства. Он и Райдер в подъезде должны были напасть на бизнесмена и убить. Райдер должен был убить бизнесмена ножом, а он должен быть с обрезом помочь ему. На следующий день около 8.00 часов Олег привез его и Райдера в лесной массив напротив дома бизнесмена. Олег уехал к дому водителя бизнесмена, после звонка Олега о том, что водитель выехал, он с обрезом, Райдер с ножом зашли в подъезд. Райдер пошел навстречу бизнесмену, он остался на лестничной площадке, вытащил обрез, который он ранее зарядил. Как только бизнесмен поравнялся с Анатолием, между ними началась борьба, и он выстрелил в бизнесмена. После этого развернулся и выбежал из подъезда. Как наносил Райдер удары ножом, он не видел. Через несколько минут его догнал Райдер. Сели в автомобиль Олега и поехали в сторону ул. Малышева. На грунтовой дороге Райдер выбросил обрез. После этого он ушел к себе домой, а Олег и Анатолий уехали в г. Иркутск. О том, что он стрелял из обреза, а Райдер применил нож, ФИО3 пояснил при опознании потерпевшего по фотографии, опознании обреза, опознании чехла от ножа (т. 2 л.д. 35-43, 50-53, 54-62, 145-160).

Суд, оценивая вышеизложенные доказательства, которые каждое в отдельности соответствуют требованиям закона о допустимости доказательств, считает их достаточными в своей совокупности для признания подсудимых ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4 виновными в описанном выше преступном деянии, и при квалификации действий каждого из подсудимых приходит к следующим выводам.

Показания потерпевшей Ф. и свидетелей Э., Т., Е., Ш., М., Д., Щ., Б., Р., П., З., Н. являются достоверными, поскольку они в своей совокупности не противоречат друг другу и согласуются между собой и с другими доказательствами по делу. У суда нет оснований не доверять показаниям потерпевшей и свидетелей, поскольку поводов для оговора подсудимых у них не имелось, отсутствуют какие-либо данные, указывающие на их заинтересованность в исходе дела.

Указанные выше показания подсудимых ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, данные ими при допросах в качестве подозреваемых и обвиняемых, проверках показаний на месте, на очных ставках суд признает достоверными по обстоятельствам направленности умысла и характеру действий подсудимых на месте происшествия в той части, в какой они объективно подтверждаются и согласуются с другими доказательствами по делу: результатами осмотров места происшествия и вещественных доказательств, заключениями судебных экспертиз, показаниями потерпевшей, свидетелей. Подсудимые ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, допрошенные на предварительном следствии, давшие признательные показания об обстоятельствах совершения ими преступления, изобличают, дополняют, конкретизируют показания друг друга. Все сообщенные ими сведения совпадают по существенным обстоятельствам и подтверждаются приведенными судом доказательствами.

Показания подсудимых не содержат в себе неустранимых противоречий в части описания существенных для установления обстоятельств дела данных, причина возникновения которых не была бы исследована. Отдельные несовпадения и некоторая разница в описании деталей происшествия в показаниях соучастников преступления объяснима как особенностями субъективного восприятия действий других лиц, так и занятой каждым из них позиции по реализации им своего права на защиту против выдвинутого в отношении них обвинения.

Так, утверждение подсудимого ФИО2 о том, что он нанес множественные удары ножом по различным частям потерпевшего, а ФИО3 причинил огнестрельное ранение из обреза, объективно подтверждается выводами судебно-медицинских экспертиз о характере, локализации, механизме образования телесных повреждений, обнаруженных при исследовании трупа С.

Указанное подсудимым ФИО2 и ФИО3 при допросах орудие преступления – обрез – установлен при проведении следственных действий, изъят, приобщен к материалам уголовного дела и при экспертном исследовании сделаны выводы о том, что не исключается возможность причинения огнестрельного ранения потерпевшему этим предметом, на нем обнаружен генетический материал ФИО2 и ФИО3, обнаружена кровь С. на одежде ФИО2

Показания подсудимых ФИО2, ФИО3, ФИО4 о времени, месте совершения преступления подтверждается протоколом осмотра места происшествия, выводами судебно-медицинских экспертиз о времени наступления смерти потерпевшего С., показаниями потерпевшей Ф.

Показания ФИО1 о том, что он обещал ФИО2 вознаграждение за убийство С. в сумме один миллион рублей, согласуются с показаниями ФИО2, ФИО3, ФИО4 о заказном характере убийства. Показания ФИО1 о неприязненных отношениях с С., возникших из-за денежного долга последнего в процессе имущественных отношений между ними, согласуются с показаниями свидетелей З., Н., Б.

Доводы стороны защиты ФИО1 о его имущественной несостоятельности, об отсутствии у него мотива для убийства потерпевшего, которого мало знал, с ним не общался, противоречат установленным в судебном заседании обстоятельствам, поскольку мотивом убийства С., как установлено в суде, послужили личные неприязненные отношения ФИО1 с потерпевшим, которые сформировались в результате денежных отношений. Действительно, в указанный период ФИО1 отправлял продукты в северные районы, которые приобретал у ИП «З.», где в этот период работал С., который осуществлял расчеты с поставщиками и покупателями, в том числе и с ФИО1 и, согласно выписке по операциям на счетах в банке на имя ФИО1 о наличных денежных средствах, снятие и поступление денежных средств ФИО1 исчислялось сотнями тысяч рублей. Свидетель Б. показал, что неоднократно слышал фамилию ФИО1 от С., свидетели З. и Н. поясняли об общении С. и ФИО1, который приобретал товар через С., поскольку тот занимался всеми вопросами по закупкам и продажам.

Доводы ФИО1 о том, что в показаниях в качестве подозреваемого и обвиняемого он оговорил себя в убийстве по найму под физическим, психическим воздействием сотрудников полиции и из-за страха перед Саидом, судом тщательно проверялись и не нашли своего подтверждения.

Так, согласно постановлению старшего следователя СО по Падунскому району г. Братска Иркутской области, доводы ФИО1 об оказании на него давления со стороны сотрудников полиции не нашли своего подтверждения, и в возбуждении уголовного дела отказано.

Допрошенные в судебном заседании в качестве свидетелей сотрудники полиции Я., Г. пояснили, что доставляли в следственный отдел г. Братска ФИО1 по поручению следователя. На ФИО1 воздействия не оказывали.

Кроме этого, как усматривается из протоколов допросов ФИО1, исследованных в суде, он был допрошен неоднократно, и при этом присутствовал защитник подсудимого, который своей подписью удостоверил правильность записи в протоколах допросах. Присутствие указанного лица при даче показаний ФИО1 объективно исключает какое-либо давление на допрашиваемого при проведении следственных действий.

Суд находит надуманным заявление ФИО1 о том, что показания о признании в убийстве С. продиктованы страхом за свою жизнь и жизнь своих близких, поскольку полагал, что если Ч. организовал убийство С., то может убить его и членов семьи, если он расскажет о его причастности к убийству и поэтому оговорил себя.

Показания ФИО1 и ФИО2 о том, что изложенные в их протоколах допросов показания ими придуманы, суд находит надуманными, продиктованными желанием избежать ответственности за содеянное. Суд также учитывает, что источниками изложенной в протоколах допросах информации являлись ФИО1, ФИО2, сведения, изложенные в протоках допросов, свидетельствуют о том, что они могли быть известны только очевидцу преступления.

Пояснения подсудимого ФИО4 о том, что он подписывал чистые бланки протоколов допросов, опровергаются исследованными в судебном заседании материалами уголовного дела, показаниями следователя А. Как следует из протоколов допроса ФИО4, при его допросе участвовал адвокат, при проверке показаний на месте понятые, имеется запись от имени ФИО4, что он лично прочитал протокол и записано с его слов. Имеются подписи участвующих лиц.

Свидетель А. суду показала, что расследовала уголовное дело по факту убийства С. Допросы подозреваемых, обвиняемых ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4 проводились в строгом соответствии с требованиями норм УПК РФ с участием адвокатов, указанным лицам разъяснялись права, в том числе право делать заявления, замечания. Показания изложены в протоколах с их слов, после допроса протоколы прочитаны были указанными лицами, о чем они лично указали в протоколах допросов и подписали.

Суд не может не учитывать, что в начале судебного заседания подсудимый ФИО3 подтвердил правдивость признательных показаний об убийстве С. им и ФИО2, но после дачи показаний подсудимым ФИО2 изменил показания, подтвердив версию ФИО2 о непричастности последнего к убийству С., пояснив, что и ножевые ранения потерпевшему нанес он.

Изменение показаний подсудимым ФИО3 в судебном заседании суд расценивает как способ оказать содействие подсудимому ФИО2 избежать ответственности за совершенное преступление и справедливого наказания.

Противоречия в показаниях подсудимого ФИО2 в досудебном производстве и в суде о заказчике убийства С., об осведомленности ФИО4 о готовящемся убийстве С. и о его действиях по причинению смерти С., которые являются существенными, по убеждению суда сами по себе свидетельствуют о том, что в процессе судебного разбирательства им придумана ложная версия в целях помочь ФИО1, ФИО4 и самому избежать ответственности за совершенное ими умышленное преступление, изложенное в описательно-мотивировочной части настоящего приговора.

Суд, анализируя показания подсудимых ФИО1, ФИО2, ФИО6 в совокупности с другими доказательствами, исследованными в суде, находит их недостоверными и оценивает их как способ защиты подсудимых от обвинения в совершении особо тяжкого преступления.

В прениях сторон государственный обвинитель просила исключить из обвинения ФИО2, ФИО3 «убийство группой лиц по предварительному сговору», а квалифицировать их действия в этой части как убийство группой лиц по найму, а из обвинения ФИО1, ФИО4 просила исключить квалифицирующий признак убийства пункт «ж» части 2 статьи 105 УК РФ – убийство группой лиц по предварительному сговору.

С учетом поддержанного обвинения и мнения потерпевшей Ф. суд квалифицирует действия ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4 по убийству С. следующим образом:

Как установлено в судебном заседании, ФИО1 предложил ФИО2 за материальное вознаграждение убить С., который согласился с его предложением. При этом как установлено в судебном заседании и изложено в обвинительном заключении он предоставил ФИО2 автомобиль «Тойота-Калдина», государственный регистрационный номер №, два мобильных телефона с сим-картами, денежные средства в неустановленном размере, информацию о личности, местах работы и проживания С.

И указанные выше действия ФИО1 органы предварительного следствия квалифицировали как организацию убийства по найму. Суд считает, что органы предварительного следствия, установив обстоятельства происшедшего, неправильно квалифицировали действия подсудимого ФИО1 Организация совершения преступления выражается как минимум в планировании преступных действий других соучастников, даче им указаний, которые они соглашаются выполнять. Предложение ФИО1 ФИО2 совершить убийство за вознаграждение и частичная оплата, по мнению суда, образует признаки подстрекателя убийства. Его содействие в совершении преступления путем предоставления исполнителю информации о потерпевшем С., передача средств совершения преступления образует соучастие в форме пособничества.

В связи с чем суд квалифицирует действия ФИО1 по частям 4, 5 статьи 33, пункту «з» части 2 статьи 105 УК РФ – как подстрекательство и пособничество в убийстве, то есть умышленном причинении смерти, по найму. При этом суд не ухудшает положение ФИО1, а лишь правильно квалифицирует действия подсудимого, право на его защиту при этом не нарушается.

Суд исключает из обвинения ФИО1 указание на то, что в неустановленный следствием период времени и месте ФИО1 вступил с неустановленным следствием лицом в предварительный преступный сговор, направленный на убийство С., поскольку сторона обвинения не представила доказательств, что ФИО1 и неустановленное лицо, которое сообщило ФИО2 о необходимости связаться по телефону с ФИО1 по поводу С. и затем передало деньги после убийства, договорились между собой организовать убийство С. ФИО1 ни в досудебном производстве по делу, ни в судебном заседании не пояснял, что вступил с неустановленным лицом в преступный сговор на убийство С. При этом суд считает доказанным, что неустановленное лицо предложило ФИО2 в мае 2016 года проехать в г. Братск, встретиться с ФИО1 по поводу С. и затем после убийства передало деньги ФИО2, что само по себе лишь свидетельствует о соглашении между ФИО1 и этим лицом по поводу указанных выше действий, но не является безусловно преступной договоренностью.

Суд исключает из обвинения ФИО2 действия по слежке за С. с 01 января 2016 года по 04 мая 2016 года, поскольку эти действия, как изложено в обвинительном заключении, не охватывались умыслом ФИО2 на убийство С. по найму, и отсутствуют доказательства этому.

Подсудимый ФИО2, дав согласие ФИО1 совершить убийство С., подыскал соучастников убийства ФИО3 и ФИО4, которые согласились участвовать в убийстве С. за вознаграждение и он вместе с ФИО3 причинил смерть С. при пособничестве ФИО4

Поскольку действия ФИО2 и ФИО3 были объединены единством умысла на лишение жизни С., и каждый из них применил физическое насилие над потерпевшим, суд признает каждого из них соисполнителем убийства.

Об умысле подсудимых ФИО2, ФИО3 на убийство С. свидетельствует способ и орудия преступления: подсудимый ФИО2 ножом с достаточной силой, о чем свидетельствует проникающий характер ранений, нанес множественные удары по телу потерпевшего, а ФИО3 с близкого расстояния произвел выстрел в С.

Действия ФИО2, ФИО3, каждого из них, суд квалифицирует по пунктам «ж», «з» части 2 статьи 105 УК РФ – как убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку, группой лиц, по найму.

Подсудимый ФИО4, дав согласие на участие в убийстве С. за вознаграждение, как установлено в судебном заседании, управляя автомобилем, привез ФИО2 и ФИО3 к месту совершения преступления, сообщил о времени, когда потерпевший выйдет из квартиры и будет находиться в подъезде, на автомобиле увез ФИО2 и ФИО3 с места совершения преступления после убийства. Данные действия ФИО4 образуют соучастие в убийстве в форме пособничества.

Вместе с тем, из объема предъявленного обвинения подсудимому ФИО4 суд считает необходимым исключить указание на то, что он скрывал следы преступления – выбросил обрез ружья, мобильные телефоны, одежду ФИО2 и ФИО3, в которой те находились в момент совершения преступления, поскольку пособник несет ответственность только за заранее обещанное укрывательство следов преступления, таких обстоятельств в судебном заседании стороной обвинения представлено не было.

Суд квалифицирует действия ФИО4 по части 5 статьи 33, пункту «з» части 2 статьи 105 УК РФ – как пособничество в убийстве, то есть умышленном причинение смерти, по найму.

Поскольку совершение убийства С. было обусловлено получением исполнителем преступления материального вознаграждения, что охватывалось умыслом каждого из соучастников преступления, то суд находит правильным квалификацию действий каждого из соучастников преступления по пункту «з» части 2 статьи 105 УК РФ.

Из сведений о личности потерпевшего С. следует, что он на учете у врачей психиатра и нарколога не состоял, не судим, состоял в браке, работал, по месту жительства характеризовался положительно (т. 11 л.д. 96, 97, 98, 99, 105).

Из сведений о личности подсудимого ФИО1 следует, что он не судим, по месту регистрации характеризуется посредственно, местной религиозной организацией и городской Федерацией футбола характеризуется положительно как доброжелательный, ответственный, трудолюбивый человек, на учете у врачей психиатра, нарколога не состоит, не состоит на воинском учете, не состоит в браке, имеет двоих малолетних детей 2003 и 2014 годов рождения, работал по договорам возмездного оказания услуг, характеризуется как добросовестный, исполнительный, ответственный сотрудник (т. 10 л.д. 114-115, 116-117, 119, 120, т. 5 л.д. 39, т. 15 л.д. 220, 222, 224, 225).

Из сведений о личности подсудимого ФИО2 следует, что он судим за совершение особо тяжких преступлений, в отношении него был установлен административный надзор, допускал нарушение ограничения, установленного ему при административном надзоре судом, не работал, на учете у врачей психиатра и нарколога не состоит, не состоит на воинском учете, по месту жительства характеризуется положительно, со слов воспитывал ребенка сожительницы ДД.ММ.ГГГГ года рождения, со слов имеет малолетнюю дочь ДД.ММ.ГГГГ года рождения (т. 10 л.д. 131-133, 136, 137-138, 181-203, 207, 208, 209-210, 211, 212, т. 17 л.д. 39).

Из сведений о личности подсудимого ФИО3 следует, что он судим за совершение преступлений корыстной направленности, не работал, по месту жительства характеризуется посредственно, на учете у врача психиатра не состоит, состоит на учете у врача нарколога с диагнозом – опийная наркомания 2 степени, не состоит на воинском учете (т. 10 л.д. 220-221, 222-224, 226, 229-231, т. 11 л.д. 6-11, 12-15, 20, 21, 22, 24, 28).

Из сведений о личности подсудимого ФИО4 следует, что он судим, по месту жительства характеризуется посредственно, по месту работы характеризуется положительно, на учете у врачей психиатра и нарколога не состоит, на воинском учете не состоит, со слов имеет детей 2008 и 2010 годов рождения (т. 11 л.д. 36-37, 38-39, 41, 43, 46-57, 78, 80, 81-92, 93, т. 17 л.д. 31).

Из заключения судебной психолого-психиатрической экспертизы в отношении подсудимого ФИО1 следует, что он каким-либо хроническим или временным психическим расстройством, слабоумием или иным болезненным состоянием психики не страдал ранее и не страдает в настоящее время, в период исследуемой юридически значимой ситуации вышеперечисленных психических расстройств не обнаруживал. В момент инкриминируемого ему деяния мог осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. В настоящее время он также может осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, в применении принудительных мер медицинского характера не нуждается (т. 10 л.д. 91-96).

Из заключения судебной психолого-психиатрической экспертизы в отношении подсудимого ФИО2 следует, что он в момент инкриминируемого ему деяния и в настоящее время обнаруживает диссоциальное расстройство личности, но это не лишает его способности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. В период инкриминируемого ему деяния мог осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. В настоящее время он также может осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, в применении принудительных мер медицинского характера не нуждается (т. 10 л. д. 8-13).

Из заключения судебной психолого-психиатрической экспертизы в отношении подсудимого ФИО3 следует, что он обнаруживает органическое расстройство личности, осложненное синдромом зависимости от нескольких наркотических средств (опийной группы и амфетаминов) средней стадии, которым страдал в юридически значимый период времени и страдает в настоящее время. Однако это не лишает его способности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий. В момент инкриминируемого ему деяния мог осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. В настоящее время он также может осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, в применении принудительных мер медицинского характера не нуждается (т. 10 л. д. 54-60).

Из заключения судебной психолого-психиатрической экспертизы в отношении подсудимого ФИО4 следует, что он хроническим психическим расстройством, временным расстройством психической деятельности, слабоумием не страдал ранее и не страдает в настоящее время, обнаруживал в юридически значимый период времени и обнаруживает в настоящее время признаки диссоциального расстройства личности в состоянии компенсации, но выявленные изменения не лишают его способности осознавать фактический характер своих действий и руководить ими. В момент инкриминируемого ему деяния мог осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. В настоящее время он также может осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, в применении принудительных мер медицинского характера не нуждается (т. 10 л. д. 73-78).

Кроме выводов экспертов, суд учитывает наблюдаемое судом поведение подсудимых в судебном заседании, которые поддерживали адекватный речевой контакт, критически относились к предъявленному обвинению и активно защищались от него, а также суд учитывает исследованные в судебном заседании данные о личности подсудимых, условия их жизни.

С учетом изложенного, суд признает подсудимых вменяемыми лицами, способными осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, и поэтому подсудимые должны нести уголовную ответственность за содеянное.

Решая вопрос о назначении наказания подсудимым ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, суд руководствуется положениями ст.ст. 6, 60 УК РФ.

Обстоятельствами, смягчающими наказание подсудимому ФИО1, являются признание вины, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, изобличению и уголовному преследованию других соучастников преступления на предварительном следствии, наличие малолетних детей.

Обстоятельствами, смягчающими наказание подсудимому ФИО2, являются признание вины, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, изобличению и уголовному преследованию других соучастников преступления на предварительном следствии, наличие малолетних детей, состояние здоровья, возмещение материального ущерба потерпевшей.

Обстоятельством, смягчающим наказание подсудимому ФИО3, являются признание вины, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, изобличение и уголовное преследование других соучастников преступления на предварительном следствии, состояние здоровья.

Обстоятельствами, смягчающими наказание подсудимому ФИО4, являются признание вины, активное способствование расследованию преступления, изобличению и уголовному преследованию других соучастников преступления на предварительном следствии, наличие малолетних детей.

Обстоятельств, отягчающих наказание подсудимым ФИО1 и ФИО4, суд не усматривает.

Обстоятельством, отягчающим наказание подсудимому ФИО2, в соответствии с п. «б» ч. 3 ст. 18 УК РФ, является особо опасный рецидив преступлений, поскольку ФИО2 совершил особо тяжкое преступление, будучи осужденным 13 сентября 2011 года приговором Свердловского районного суда г. Иркутска по п.п. «а», «в», «г», «з» ч. 2 ст. 126, п.п. «а», «в», «з» ч. 2 ст. 126, п.п. «а», «в» ч. 2 ст. 163, п.п. «а», «в» ч. 2 ст. 158, ч. 1 ст. 161 УК РФ за совершение тяжкого и особо тяжких преступлений, и суд назначает ему наказание с учетом требований ст. 68 УК РФ.

Обстоятельством, отягчающим наказание подсудимому ФИО3, в соответствии с п. «а» ч. 2 ст. 18 УК РФ, является опасный рецидив преступлений, поскольку он совершил особо тяжкое преступление, будучи осужденным 03 августа 2012 года Братским городским судом Иркутской области по ч. 1 ст. 161 УК РФ, 25 апреля 2014 года Братским городским судом Иркутской области по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ за совершение преступлений средней тяжести, и суд назначает ему наказание с учетом требований ст. 68 УК РФ.

Поскольку отсутствуют исключительные обстоятельства, значительно уменьшающие степень общественной опасности совершенного подсудимыми ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4 особо тяжкого преступления, то суд не применяет при определении размера и вида наказания подсудимым требования ст.ст. 64 и 73 УК РФ.

С учетом установленных фактических обстоятельств дела, суд не находит оснований для применения ч. 6 ст. 15 УК РФ при оценке тяжести совершенного подсудимыми ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4 особо тяжкого преступления.

Наказание в соответствии со ст. 58 УК РФ подсудимые ФИО1, ФИО3, ФИО4 должны отбывать в исправительной колонии строгого режима, а подсудимый ФИО2 в исправительной колонии особого режима.

Принимая во внимание обстоятельства совершенного преступления, учитывая роль ФИО2 в совершении преступления, повышенную опасность и тяжесть преступления, данные, характеризующие ФИО2, совершение им преступления в период административного надзора через непродолжительное время после отбытия наказания за совершение тяжкого и особо тяжких преступлений, наличие в его действиях особо опасного рецидива преступлений, суд в соответствии с ч. 2 ст. 58 УК РФ назначает ФИО2 отбывание части срока наказания в виде лишения свободы в тюрьме.

Поскольку ФИО4 совершил особо тяжкое преступление в течение испытательного срока, то суд на основании ч. 5 ст.74 УК РФ принимает решение отменить условное осуждение по приговору Октябрьского районного суда г. Иркутска от 30 июня 2015 года и окончательное наказание ему назначает по правилам, предусмотренным ст. 70 УК РФ.

Хранение и передача вещественных доказательств разрешается судом в порядке ст. 82 УПК РФ.

Решая вопрос о мере пресечения в отношении ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, принимая во внимание данные о личности подсудимых, изложенные обстоятельства дела, суд не находит оснований для изменения меры пресечения в виде заключения под стражу, в целях обеспечения исполнения назначенного наказания по приговору суда и приходит к выводу о необходимости оставить без изменения меру пресечения в виде заключения под стражу в отношении ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4 до вступления приговора в законную силу.

В судебном заседании установлено, что ФИО2 и ФИО3 фактически были задержаны 30 мая 2016 года, а не 31 мая 2016 года, как указано в протоколах задержания (т. 1 л.д. 238-242, т. 2 л.д. 25-29), а ФИО4 фактически задержан 04 августа 2016 года, а не 05 августа 2016 года, как указано в протоколе задержания (т. 3 л.д. 68-72), в связи с чем в срок отбытия наказания засчитывается время с момента фактического задержания: ФИО2, ФИО3 с 30 мая 2016 года, а ФИО4 с 04 августа 2016 года. Как установлено в судебном заседании и следует из материалов уголовного дела, ФИО1 был задержан 26 мая 2016 года (т. 1 л.д. 189-193).

В судебном заседании потерпевшей Ф. были заявлены исковые требования в счет компенсации морального вреда 4 000 000 (четыре миллиона) рублей. Обосновывая свои исковые требования, указала, что она, потеряв мужа, который был ей опорой и поддержкой, испытывает нравственные страдания и мучения.

Обсуждая исковые требования, заявленные гражданским истцом, суд принимает во внимание, что в соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания), суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

С учетом степени вины подсудимых ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4 в содеянном, характера и объема причиненных потерпевшей со всей очевидностью глубоких нравственных страданий, материального положения осужденных при разрешении гражданского иска о компенсации морального вреда, суд, руководствуясь ст.ст. 1099-1101 ГК РФ, с соблюдением требований разумности и справедливости считает, что иск потерпевшей о компенсации морального вреда подлежат удовлетворению частично.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 296, 307, 308, 309 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

ФИО1 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного частями 4, 5 статьи 33, пунктом «з» части 2 статьи 105 УК РФ, и назначить наказание в виде лишения свободы сроком на 17 (семнадцать) лет с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима с ограничением свободы сроком на 2 (два) года.

В соответствии со ст. 53 УК РФ возложить на ФИО1 в период отбывания ограничения свободы обязанность являться два раза в месяц в специализированный орган для регистрации, не изменять место жительства или пребывания, место работы, а также не выезжать за пределы территории муниципального образования, где осужденный будет проживать после отбывания лишения свободы, без разрешения специализированного органа, не уходить из места постоянного проживания (пребывания) в период с 22.00 часов до 06.00 часов.

Срок наказания исчислять с 22 декабря 2017 года. Зачесть в срок отбытия наказания время содержания под стражей с 26 мая 2016 года по 21 декабря 2017 года включительно.

Меру пресечения ФИО1 в виде заключения под стражу до вступления приговора в законную силу оставить без изменения.

ФИО2 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного пунктами «ж», «з» части 2 статьи 105 УК РФ, и назначить наказание в виде лишения свободы сроком на 19 (девятнадцать) лет 6 (шесть) месяцев с ограничением свободы сроком на 2 (два) года, с отбыванием первых 7 (семи) лет лишения свободы в тюрьме, а остальной части срока наказания в исправительной колонии особого режима.

В соответствии со ст. 53 УК РФ возложить на ФИО2 в период отбывания ограничения свободы обязанность являться два раза в месяц в специализированный орган для регистрации, не изменять место жительства или пребывания, место работы, а также не выезжать за пределы территории муниципального образования, где осужденный будет проживать после отбывания лишения свободы, без разрешения специализированного органа, не уходить из места постоянного проживания (пребывания) в период с 22.00 часов до 06.00 часов.

Срок наказания исчислять с 22 декабря 2017 года. Время содержания ФИО2 под стражей с 30 мая 2016 года до вступления приговора в законную силу зачесть в срок отбывания наказания в тюрьме.

Меру пресечения ФИО2 в виде заключения под стражу до вступления приговора в законную силу оставить без изменения.

ФИО3 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного пунктами «ж», «з» части 2 статьи 105 УК РФ, и назначить наказание в виде лишения свободы сроком на 17 (семнадцать) лет с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима, с ограничением свободы сроком на 2 (два) года.

В соответствии со ст. 53 УК РФ возложить на ФИО3 в период отбывания ограничения свободы обязанность являться два раза в месяц в специализированный орган для регистрации, не изменять место жительства или пребывания, место работы, а также не выезжать за пределы территории муниципального образования, где осужденный будет проживать после отбывания лишения свободы, без разрешения специализированного органа, не уходить из места постоянного проживания (пребывания) в период с 22.00 часов до 06.00 часов.

Срок наказания исчислять с 22 декабря 2017 года. Зачесть в срок отбытия наказания время содержания под стражей с 30 мая 2016 года по 21 декабря 2017 года включительно.

Меру пресечения ФИО3 в виде заключения под стражу до вступления приговора в законную силу оставить без изменения.

ФИО4 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 5 статьи 33 УК РФ, пунктом «з» части 2 статьи 105 УК РФ, и назначить наказание в виде лишения свободы сроком на 16 (шестнадцать) лет с ограничением свободы сроком на 2 (два) года.

В соответствии с ч. 5 ст. 74 УК РФ отменить условное наказание по приговору Октябрьского районного суда г. Иркутска от 30 июня 2015 года.

На основании ст. 70 УК РФ к назначенному наказанию частично присоединить неотбытое наказание по приговору Октябрьского районного суда г. Иркутска от 30 июня 2015 года и окончательно назначить наказание в виде лишения свободы сроком на 19 (девятнадцать) лет с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима, с ограничением свободы сроком на 2 (два) года.

В соответствии со ст. 53 УК РФ возложить на ФИО4 в период отбывания ограничения свободы обязанность являться два раза в месяц в специализированный орган для регистрации, не изменять место жительства или пребывания, место работы, а также не выезжать за пределы территории муниципального образования, где осужденный будет проживать после отбывания лишения свободы, без разрешения специализированного органа, не уходить из места постоянного проживания (пребывания) в период с 22.00 часов до 06.00 часов.

Срок наказания исчислять с 22 декабря 2017 года. Зачесть в срок отбытия наказания время содержания под стражей с 04 августа 2016 года по 21 декабря 2017 года включительно.

Меру пресечения ФИО4 в виде заключения под стражу до вступления приговора в законную силу оставить без изменения.

Взыскать с подсудимого ФИО1 в пользу Ф. <***> (один миллион пятьсот тысяч) рублей в счет компенсации морального вреда.

Взыскать с подсудимого ФИО2 в пользу Ф. <***> (пятьсот тысяч) рублей в счет компенсации морального вреда.

Взыскать с подсудимого ФИО3 в пользу Ф. <***> (пятьсот тысяч) рублей в счет компенсации морального вреда.

Взыскать с подсудимого ФИО4 в пользу Ф. <***> (пятьсот тысяч) рублей в счет компенсации морального вреда.

Вещественные доказательства по уголовному делу: детализации с номеров телефонов №, DVD-диск с видеозаписью с камер видеонаблюдения, установленных на перекрестке улицы Курчатова с автодорогой «Вилюй А331», DVD-диск с видеозаписью с камер видеонаблюдения, установленных на здании ОГБУСО «Братский дом-интернат для престарелых и инвалидов», DVD-диск с видеозаписью камеры наружного видеонаблюдения, установленных на доме <...>, дактокарту трупа С. – хранить при деле; вещественные доказательства, находящиеся в материалах уголовного дела: анкету арендатора на имя ФИО2, копию паспорта и водительского удостоверения ФИО2, договор аренды транспортного средства без экипажа физическим лицом № от 11.03.2016, приложение № к договору аренды от 11.03.2016, акт приема-передачи транспортного средства к договору № от 11.03.2016, детальный отчет системы Глонасс по объекту «Сorolla 522» за период с 11.03.2016 по 01.04.2016, детальный отчет системы Глонасс по объекту «Сorolla 522» за период с 01.04.2016 по 20.05.2016, распечатку телефонных соединений ФИО1 – хранить при деле; вещественные доказательства, находящиеся в камере хранения вещественных доказательств СО по г. Братску СУ СК России по Иркутской области: чехол от ножа, одежду С. – куртку черного цвета, джемпер сиреневого цвета, джинсы синего цвета, трусы мужские тёмно-синего цвета, кроссовки коричневого цвета, носки мужские чёрного цвета, ремень черного цвета; фрагмент забора, образцы биологического происхождения, объект, похожий на волокно, 12 отрезков липкой ленты скотч с подложкой из бумаги белого цвета со следами рук, пачку стирального порошка, жевательную резинку, вырез материи – уничтожить; мастерку черного цвета, перчатки, штаны черного цвета – передать осужденному ФИО2, в случае отказа от получения уничтожить; куртку черного цвета, пуховик синего цвета – передать осужденному ФИО3, в случае отказа от получения уничтожить; мобильный телефон «Самсунг» в корпусе черного цвета в чехле с логотипом футбольного клуба «Барселона», два блокнота с номерами мобильных телефонов, сим-карту «Билайн», мобильный телефон Нокиа, флеш-карту – передать осужденному ФИО1, в случае отказа от получения уничтожить; ноутбук «Самсунг», сотовый телефон «Нокиа» в корпусе серебристого цвета, планшет «Самсунг» в корпусе белого цвета, записную книжку С., USB-накопитель – передать потерпевшей Ф. до вступления приговора в законную силу; договор найма жилого помещения – передать М., в случае отказа уничтожить; картечь в виде 11 металлических объектов, контейнер, обрез ружья, переданный в МУ МВД России «Братское» – передать в ГУ МВД РФ по Иркутской области для распоряжения ими в соответствии с требованиями законодательства; автомобиль «Тойота-Калдина» темно-зеленого цвета, государственный регистрационный знак №, переданный на ответственное хранение Т. – передать Т.

Приговор может быть обжалован в Верховный Суд Российской Федерации через Иркутский областной суд в г. Братске в течение 10 суток со дня его провозглашения, а осужденными ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, содержащимися под стражей, в тот же срок со дня вручения им копии приговора. В случае обжалования приговора, осужденные в тот же срок вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Председательствующий