Решение № 2-200/2017 2-200/2017~М-188/2017 М-188/2017 от 29 июня 2017 г. по делу № 2-200/2017

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

30 июня 2017 года п. Тазовский ЯНАО

Тазовский районный суд Ямало-Ненецкого автономного округа в составе: председательствующего судьи Евдокимовой О.А.,

с участием помощника прокурора Тазовского района Шальнова А.А.,

при секретаре Гусевой А.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к Государственному бюджетному учреждению Ямало-Ненецкого автономного округа «Тазовская центральная районная больница» о восстановлении на работе, признании приказов об увольнении и привлечение к дисциплинарной ответственности не законными, взыскании заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

Истец обратилась с указанным заявлением в суд, ссылаясь на то, что она 05 ноября 2012 года была принята на должность сторожа в Газ-Салинскую участковую больницу Государственного бюджетного учреждения Ямало-Ненецкого автономного округа «Тазовская центральная районная больница» (далее Учреждение).

01 апреля 2014 года её перевели на должность сторожа общего немедицинского персонала в Учреждение.

01 февраля 2015 года её перевели сторожем общебольничного немедицинского персонала в Учреждение.

Приказом № № от ДД.ММ.ГГГГ года она была привлечена к дисциплинарной ответственности в виде замечания за неисполнение своих трудовых обязанностей. ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ она не почистила крыльцо и пожарные выходы от снега, о чем были составлены акты.

Считает, что данный приказ вынесен незаконно и подлежит отмене, поскольку согласно трудовому договору она принята в Учреждение на должность сторожа, и в её обязанности не входит уборка снега с крыльца и пожарных выходов.

Она с другими сторожами обратилась в департамент социального развития Администрации Тазовского района за разъяснениями, и им дали ответ, что в трудовых договорах им не вменены обязанности дворника, и Учреждение не вправе требовать от них исполнение этих обязанностей. Дополнительных соглашений о внесении изменений в трудовой договор Учреждение с ней не заключало.

В апреле 2017 года она получила направление на внеочередной медицинский осмотр (обследование) и заключением врачебной комиссии ВК № от ДД.ММ.ГГГГ ей противопоказана работа, связанная с физическими нагрузками и ночными сменами.

05 мая 2017 года Учреждение направило ей уведомление и ей предложили перевод на другие вакантные должности, не противопоказанные по состоянию здоровья.

Соглашением об изменении условий трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ она была переведена на должность уборщика служебных помещений аптеки Газ-Салинской участковой больницы Государственного бюджетного учреждения Ямало-Ненецкого автономного округа «Тазовская центральная районная больница» и ей выдали направление для прохождения медицинского осмотра.

Заключением врачебной комиссии ВК № от ДД.ММ.ГГГГ ей противопоказана работа, связанная с физическими нагрузками и ночными сменами постоянно.

16 мая 2017 года Учреждение направило ей уведомление, что в связи с отсутствием в Учреждении вакантных должностей, не противопоказанных ей по состоянию здоровья, трудовой договор будет прекращен с ней 16 мая 2017 года.

Приказом №-к от ДД.ММ.ГГГГ трудовой договор с ней был прекращен по п. 8 ч. 1 ст. 77 ТК РФ.

Считает увольнение незаконным.

Просит признать приказ № от ДД.ММ.ГГГГ о применении дисциплинарного взыскания в связи с неисполнением трудовых обязанностей не законным, признать приказ №-к от ДД.ММ.ГГГГ о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнение) незаконным, восстановить на работе, взыскать с ответчика заработную плату за время вынужденного прогула, взыскать компенсацию морального вреда в сумме 50 000 руб.

Истец, извещенная о времени и месте судебного заседания, в суд не явилась, просила рассмотреть дело в её отсутствие. Дело рассмотрено в отсутствие истца, согласно ч. 5 ст. 167 ГПК РФ.

В судебном заседании представитель истца ФИО4, действующий по доверенности, поддержал требования истца по основаниям, изложенным в исковом заявлении истца, просил их удовлетворить, пояснив, что сам диагноз, выставленный истцу и заключение врачебной комиссии они не оспаривают.

Представитель Учреждения ФИО5, действующий по доверенности, не согласился с требованиями истца, иск не признал по основаниям, изложенном в отзыве, просил в иске отказать, пояснив, что процедура привлечения истца к дисциплинарной ответственности и увольнение проведены в соответствие с требованиями закона. При поступлении на работу на должность сторожа в 2012 году истец была ознакомлена с должностной инструкцией под роспись, возражений или несогласие не выразила. Должностные обязанности для всех сторожей в Учреждении одинаковые. Истец сама просила провести медицинское обследование, ссылаясь на плохое состояние здоровья. В ходе проведения обследования у истца было выявлено заболевание, при котором противопоказаны ночные смены и физические нагрузки. Истцу предложили должность уборщика служебных помещений, от которой она сначала отказалась, а потом согласилась, и её перевели. При прохождении медосмотра было установлено, что и работа в должности уборщика истцу по состоянию здоровья противопоказана, иных вакантных должностей, на которых истец могла бы работать, в Учреждении отсутствуют. Считает, что у Учреждения имелись законные основания для увольнения истца по п. 8 ч. 1 ст. 77 ТК РФ.

Выслушав участников процесса, свидетелей, изучив материалы дела, заслушав заключение помощника прокурора Тазовского района Шальнова А.А., полагавшего, что иск не подлежит удовлетворению, суд приходит к следующему.

В силу положений ст. 21 ТК РФ работник обязан добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, соблюдать трудовую дисциплину и другие обязанности.

В соответствии со ст. 192 ТК РФ за совершение дисциплинарного проступка, то есть за неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить следующие дисциплинарные взыскания: замечание, выговор, увольнение по соответствующим основаниям.

При этом под дисциплинарным проступком понимается виновное, противоправное неисполнение или ненадлежащее исполнение работником возложенных на него обязанностей, в том числе нарушение должностных инструкций, положений, приказов работодателя.

При наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен.

Ст. 193 ТК РФ предусматривает порядок применения дисциплинарных взысканий.

Согласно п. 53 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации трудового кодекса Российской Федерации» (с изменениями) в силу статьи 46 (часть 1) Конституции РФ, гарантирующей каждому судебную защиту его прав и свобод, и корреспондирующих ей положений международно-правовых актов, в частности статьи 8 Всеобщей декларации прав человека, статьи 6 (пункт 1) Конвенции о защите прав человека и основных свобод, а также статьи 14 (пункт 1) международного пакта о гражданских и политических правах, государство обязано обеспечить осуществление права на судебную защиту, которая должна быть справедливой, компетентной, полной и эффективной,

Учитывая это, а также принимая во внимание, что суд, являющийся органом по разрешению индивидуальных трудовых споров, в силу части 1 статьи 195 ГПК РФ должен вынести законное и обоснованное решение, обстоятельством, имеющим значение для правильного рассмотрения дел об оспаривании дисциплинарного взыскания или о восстановлении на работе и подлежащим доказыванию работодателем, является соблюдение им при применении к работнику дисциплинарного взыскания, вытекающих из статей 1,2,15,17,18,19,54 и 55 Конституции РФ и признаваемых Российской Федерацией как правовым государством общих принципов юридической, а, следовательно, и дисциплинарной ответственности, таких как справедливость, равенство, соразмерность, законность, вина, гуманизм.

Из пояснений участников процесса, материалов дела следует, что 05 ноября 2012 года истец была принята на должность сторожа в Учреждение, и с ней был заключен трудовой договор.

При приеме на работу истец была ознакомлена с должностной инструкцией сторожа Газ-Салинской участковой больницы № ДД.ММ.ГГГГ и при переименовании должности в 2014 году с должностной инструкцией сторожа общего немедицинского персонала Газ-Салинской участковой больницы № ДД.ММ.ГГГГ, п. 2.3. которых предусматривал обязанность сторожа очищать снег с крыльца охраняемого здания к рабочему дню. Возражений, несогласия с данным пунктом должностной инструкции истец не высказывала. При этом должностные инструкции для всех работников Газ-Салинский участковой больницы, занимающих должности сторожей, типовые.

Из пояснений представителя Учреждения, материалов дела следует, что ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ истец отказалась очистить снег с крыльца и пожарных выходов, о чем были составлены соответственно акты № 1, № 2 и № 3 о неисполнении сторожем ФИО2 без уважительных причин трудовых обязанностей, от подписи которых истец отказалась. ДД.ММ.ГГГГ и.о. заведующей Газ-Салинской участковой больницы ФИО9 написала служебную записку на имя главного врача Учреждения о том, что ФИО2 отказалась очистить снег с крыльца и пожарных выходов в нарушение своих должностных обязанностей. На устное замечание о выполнении своих должностных обязанностей ФИО2 отреагировала не должным образом, снег не убрала.

Из пояснений участников процесса, материалов дела следует, что ДД.ММ.ГГГГ истцу было предложено дать объяснения в письменной форме причины неисполнения п. 2.3. должностной инструкции, от дачи которых истец отказалась, пояснив, что ей этого не советует делать адвокат, ДД.ММ.ГГГГ был составлен акт об отказе работника от дачи объяснений.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 издало приказ № «О применении дисциплинарного взыскания в связи с неисполнением трудовых обязанностей ФИО2», из которого следует, что в связи с неисполнением ФИО2, сторожем общебольничного немедицинского персонала Газ-Салинской участковой больницы своих трудовых обязанностей, возложенных на нее должностной инструкцией от ДД.ММ.ГГГГ №, выразившихся в невозможности соблюдения санитарно-эпидемиологических требований при посещении участковой больницы, ФИО2 объявлено замечание.

Ст. 193 ТК РФ предусматривает порядок применения дисциплинарного взыскания.

Ст. 192 ТК РФ дает определение дисциплинарного проступка и предусматривает виды дисциплинарных взысканий, которые работодатель вправе применить к работнику, совершившему дисциплинарный проступок.

Доводы истца в исковом заявлении, доводы представителя истца в судебном заседании о том, что истец работает в должности сторожа и в её обязанности не входит уборка снега с крыльца и пожарных выходов Учреждения, поскольку она была принята на должность сторожа, а дополнительных соглашений о внесение изменений в трудовой договор о выполнение обязанностей дворника с истцом не заключалось, суд считает не обоснованными.

Так в ст. 22 и ст. 68 ТК РФ регламентируется ознакомление работника с инструкцией на стадии трудоустройства.

Должностная инструкция является документом, содержащим весь перечень трудовых обязанностей работника.

Трудовой кодекс не обязывает работодателя оформлять соответствующие должностные инструкции. Вместе с тем должностная инструкция позволяет:

- определить объем обязанностей работника;

- установить взаимосвязи между структурными подразделениями;

- определить перечень требований к кандидату.

Таким образом, должностная инструкция является документом, содержащим весь перечень трудовых обязанностей работника. Разрабатывая должностную инструкцию, работодатель должен учитывать требования трудового законодательства и положения Квалификационных справочников, а также учитывать специфику организации. Таким образом, в должностной инструкции могут появиться пункты, которые отвечают именно внутренним условиям работодателя.

Должностная инструкция в виде отдельного документа является локальным нормативным актом и не является соглашением между работодателем и работником. Утверждается этот документ работодателем, и заверяется печатью предприятия.

Как следует из письма Федеральной службы по труду и занятости от 31.10.2007 года № 4412-6 «О порядке внесения изменений в должностные инструкции работников», носящего рекомендательный характер, порядок составления инструкции нормативными правовыми актами не урегулирован, работодатель самостоятельно решает, как её оформить и вносить в неё изменения. Если должностная инструкция была утверждена как отдельный документ и при этом внесение в нее изменений не влечет за собой необходимость изменения обязательных условий трудового договора, то удобнее всего утвердить должностную инструкцию в новой редакции, письменно ознакомив с ней работника.

Доводы стороны истца о том, что трудовой договор, заключенный с истцом не содержит выполнение обязанностей дворника, и руководитель Учреждения не вправе требовать от работника исполнение несвойственных для него обязанностей дворника, основаны на ошибочной замене понятия «трудовая функция» понятием «трудовые обязанности». В силу ч. 2 ст. 57 ТК РФ трудовая функция – это работа по должности в соответствии со штатным расписанием, профессией, специальностью с указанием квалификации. Трудовые обязанности определяются конкретным видом работ, и в условиях регулярных изменений в действующем законодательстве у работодателя возникает необходимость включить новые обязанности, не меняющие при этом должность, профессию, квалификацию, специальность работника.

Анализ предоставленных суду должностных инструкций позволяет прийти к выводу, что в результате утверждения руководителем Учреждения должностных инструкций сторожа Газ-Салинской участковой больницы № ДД.ММ.ГГГГ и при переименовании должности в 2014 году с должностной инструкцией сторожа общего немедицинского персонала Газ-Салинской участковой больницы № ДД.ММ.ГГГГ трудовая функция истца не изменилась.

Следовательно, работодатель вправе самостоятельно по своему усмотрению определять трудовую функцию работника с учетом общих квалификационных требований к должности (ЕКТС) и особенностей собственного производственного процесса.

Таким образом, отсутствуют правовые основания, позволяющие утверждать об одностороннем изменении трудового договора работодателем.

Из показаний свидетеля ФИО10 следует, что она лично в 2012 году принимала на работу ФИО2, разъяснила ей должностные обязанности, в том числе, и о том, что уборка снега с крыльца и пожарных выходов входит в обязанности сторожа и носит сезонный характер. ФИО2 согласилась с условиями, с должностной инструкцией ознакомилась под роспись. Со стороны Государственной инспекции по труду, куда истец обратилась с заявлением о привлечении её к дисциплинарной ответственности за отказ от уборки снега, в адрес Учреждения предписаний не поступало.

Из информации №, предоставленной Государственной инспекцией труда в Ямало-Ненецком автономном округе 29 июня 2017 года следует, что 24 мая 2017 года в Государственную инспекцию труда в Ямало-Ненецком автономном округе поступило обращение ФИО2 о нарушении её трудовых прав, а именно применение дисциплинарного взыскания. В ходе проведения проверки установлено, что процедура применения дисциплинарного взыскания соблюдена. Нарушений норм трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, подведомственные Государственной инспекции труда не установлено.

Оценивая представленные сторонами доказательства в соответствии со ст. 67 ГПК РФ, суд приходит к выводу, что истец совершила дисциплинарный проступок, т.е. не исполняла свои должностные обязанности, обозначенные в должностной инструкции, с которой была ознакомлена, что влечет наложение дисциплинарного взыскания.

Следовательно, требования истца в этой части не обоснованы и не подлежат удовлетворению.

В соответствие с п. 8 ч. 1 ст. 77 ТК РФ трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае отказа работника от перевода на другую работу, необходимого ему в соответствии с медицинским заключением, выданным в порядке, установленном федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, либо отсутствие у работодателя соответствующей работы (часть третья и четвертая статьи 73 настоящего кодекса).

Такое увольнение, как отказ работника от перевода на другую работу, необходимого ему в соответствии с медицинским заключением, либо отсутствие у работодателя соответствующей работы предусмотрено в целях недопущения выполнения работником работы, противопоказанной ему по состоянию здоровья, направлено на охрану здоровья работника, а потому не может рассматриваться как нарушающее его права. Кроме того, необходимость перевода работника на другую работу должна быть установлена специализированным органом и зафиксирована в медицинском заключении, выданном в порядке, установленном федеральным законом и иными нормативными правовыми актами РФ, что предполагает использование объективных критериев при установлении указанного факта и исключает произвольное применение данного основания прекращения трудового договора, что согласуется с позицией Конституционного Суда РФ, отраженной в Определении Конституционного Суда РФ от 14.07.2011 № 887-О-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки ФИО6 на нарушение ее конституционных прав пунктом 8 части первой статьи 77 и положением части первой статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации».

Таким образом, для расторжения трудового договора по рассматриваемому основанию необходимо наличие двух условий: медицинского заключения, в соответствии с которым выполняемая работа не подходит работнику, а также требуется, чтобы у работодателя не было соответствующей работы, на которую такого работника можно было перевести.

Как следует из пояснений участников процесса, материалов дела и установлено в судебном заседании, 05 ноября 2012 года истец была принята на должность сторожа в Учреждение, и с ней был заключен трудовой договор. 14 апреля 2017 года на имя руководителя Учреждения поступила служебная записка и.о. заведующей Газ-Салинской участковой больницы ФИО9 с просьбой решить вопрос о внеочередном профосмотре сторожа ФИО2, поскольку та не может выполнять должностные обязанности по состоянию здоровья.

17 апреля 2017 года ФИО2 выдано направление № на медицинский осмотр. Согласно заключению терапевта, профпатолога ФИО11, ФИО2 противопоказана работа, связанная с физическими нагрузками и ночными сменами.

Заключением врачебной комиссии № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 установлен основной диагноз и противопоказана работа, связанная с физическими нагрузками и ночными сменами.

05 мая 2017 года Учреждение направило истцу уведомление. Из уведомления следует, что истцу в связи с медицинским заключением № от ДД.ММ.ГГГГ были предложены вакантные должности, не противопоказанные по состоянию здоровья. Со списком вакантных должностей истец была ознакомлена под роспись, разъяснено, что в случае отказа от перевода на другую должность трудовой договор может быть прекращен по п. 8. ч. 1 ст. 77 ТК РФ, от перевода на предложенные вакантные должности истец отказалась 06 мая 2017 года.

10 мая 2017 года истец обратилась с заявлением в отдел кадров Учреждения о переводе её на должность уборщика служебных помещений аптеки и 11 мая 2017 года выдано направление на медицинский осмотр для установления возможности выполнять обязанности уборщика служебных помещений, поскольку согласно специальной оценке условий труда, проведенной в 2016 году, присутствуют вредные факторы на рабочем месте.

11 мая 2017 года ФИО2 выдано направление № на медицинский осмотр. Согласно заключению терапевта, профпатолога ФИО11, ФИО2 противопоказана работа, связанная с физическими нагрузками и ночными сменами.

Заключением врачебной комиссии № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 установлен основной диагноз и противопоказана работа, связанная с физическими нагрузками и ночными сменами постоянно.

Поэтому у Учреждения имелись законные основания для увольнения истца по п. 8 ч. 1 ст. 77 ТК РФ. Приказом №-к от ДД.ММ.ГГГГ истец уволена на основании п. 8 ч. 1 ст. 77 ТК РФ (в связи с отсутствием у работодателя соответствующей работы, согласно медицинскому заключению) с 16 мая 2017 года.

Доводы истца, представителя истца о незаконном увольнении не нашли подтверждения в суде и опровергаются совокупностью исследованных судом доказательств. Представителем Учреждения представлены доказательства, подтверждающие законность и обоснованность увольнения истца, соблюдение процедуры увольнения. Увольнение по п. 8 ч. 1 ст. 77 ТК РФ допускается, в связи с отсутствием у работодателя соответствующей работы, согласно медицинскому заключению.

Так согласно Приказу Минздравсоразвития России от 02.05.2012 № 441н «Об утверждении Порядка выдачи медицинскими организациями справок и медицинских заключений», медицинские заключения выдаются гражданам по результатам проведенных медицинских освидетельствований, медицинских осмотров, диспансеризации, решений, принятых врачебной комиссией, а также в иных случаях, когда законодательством Российской Федерации предусматривается наличие медицинского заключения.

Медицинские заключения выдаются на основании медицинского обследования гражданина, в том числе комиссионного, и содержат комплексную оценку состояния здоровья гражданина, включая обоснованные выводы о соответствии состояния здоровья работника поручаемой ему работе.

Медицинские заключения оформляются в произвольной форме (за исключением случаев, предусмотренных пунктом 19 настоящего порядка) с проставлением штампа медицинской организации или на бланке медицинской организации (при наличии), подписываются врачами-специалистами, участвующими в вынесении медицинского заключения, руководителем медицинской организации, заверяются личными печатями врачей-специалистов и печатью медицинской организации, в оттиске которой должно быть идентифицировано полное наименование медицинской организации, соответствующее наименованию указанному в уставе медицинской организации. В случае вынесения медицинского заключения врачебной комиссией медицинской организации медицинское заключение также подписывается членами и руководителем врачебной комиссии.

Из пояснений представителя Учреждения, материалов дела следует, что приказом Государственного бюджетного учреждения Ямало-Ненецкого автономного округа «Тазовская центральная районная больница» № 21 от 09 января 2017 года «Об утверждении Врачебной комиссии» в Учреждении создана врачебная комиссия, утвержден её состав, утверждено положение о врачебной комиссии.

Из показаний свидетеля ФИО11 следует, что она работает терапевтом, является профпатологом в Учреждении, ФИО2 проходила медицинский осмотр, и пришла к ней 28 апреля 2017 года, уже после прохождения медицинского осмотра всех специалистов на прием, у ФИО2 по заболеванию имелись противопоказания к работе в ночное время и с физической нагрузкой. После лечения в июле 2016 года ФИО2 таблетированные препараты не принимала, пояснив, что она здорова. Свидетель направила ФИО2 на очную врачебную комиссию, которая вынесла заключение, что той противопоказана работа, связанная с физическими нагрузками и ночными сменами. 15 мая 2017 года ФИО2 вновь пришла на прием для прохождения медицинского осмотра, она показала той приказ № от ДД.ММ.ГГГГ, который утвердил перечень вредных и опасных производственных факторов и работ, при выполнении которых проводятся обязательные предварительные и периодические медицинские осмотры (обследования), дала подписать согласие, но ФИО2 вырвала у ней карточку, стала её рвать. Свидетель написала докладную по поводу случившегося и 16 мая 2017 года провели заочную врачебную комиссию, которая вынесла заключение, что ФИО2 противопоказана работа, связанная с физическими нагрузками и ночными сменами постоянно. Считает, что работа уборщицы производственных помещений - аптеки связана с физическими нагрузками и противопоказана ФИО2

Из показаний свидетеля ФИО10 следует, что ФИО2 в апреле 2017 года обратилась к и.о. заведующей Газ-Салинской участковой больницы и просила, чтобы провели обследование, поскольку та по состоянию здоровья не может выполнять свои должностные обязанности, что и было сделано: инженер по охране труда выдал ФИО2 направление, врачебная комиссия вынесла заключение. В 2016 году в Учреждение проводилась оценка условий труда и практически все должности имеют вредные (опасные) факторы. ФИО2 для перевода предложили имевшиеся вакантные должности, от которых она отказалась, но спустя несколько дней написала заявление о переводе её на должность уборщика служебных помещений аптеки. После этого ей дали направление на медицинский осмотр, и заключением врачебной комиссии ей противопоказана работа с физическими нагрузками и ночными сменами постоянно, а работа уборщика связана с физическими нагрузками. Все должности уборщиков в Учреждении относятся к третьему классу, оценку условий труда проводили сертифицированные специалисты, которые оценивают только наличие вредных факторов, а не норму их воздействия. Других вакантных должностей, на которых по состоянию здоровья ФИО2 могла бы работать, не было и Учреждение уволило её.

Показания вышеуказанных свидетелей логичны, последовательны, взаимно дополняют друг друга, не искажают обстоятельства дела, согласуются и не противоречат друг другу, а также письменным документам.

У суда нет оснований не верить показаниям этих свидетелей, поскольку обстоятельств, свидетельствующих об их заинтересованности, судом не установлено.

Из карты № специальной оценки условий труда уборщика служебных помещений структурного подразделения аптеки от ДД.ММ.ГГГГ следует, что тяжесть трудового процесса по вредным (опасным) факторам – 3,1.

Довод стороны истца о нарушении процедуры медицинского осмотра не нашел подтверждения в судебном заседании, поскольку выполнение работодателем установленной законом обязанности по направлению работника на медицинский осмотр само по себе не может рассматриваться как нарушение права работника на труд, так как данные действия проводятся работодателем прежде всего в интересах самого работника и безопасности рабочего процесса в целом.

При этом сторона истца не отрицала диагноз, выставленный истцу и наличие у неё противопоказаний.

Следовательно, заключение врачебной комиссии выдано в установленном законом порядке медицинским учреждением, имеющим лицензию на осуществление медицинской деятельности, правомочным решать вопросы определения трудоспособности и пригодности работников, оснований сомневаться в заключении врачебной комиссии у суда не имеется.

Доказательств того, что в Учреждении имелись вакансии, которые могли быть предложены истцу с учетом состояния её здоровья, суду не представлены.

Из пояснений представителя Учреждения, материалов дела следует, что в Учреждении отсутствовала возможность предоставить истцу работу по другой должности, соответствующей установленным ограничениям, что подтверждается информацией о наличии вакантных мест, штатным расписанием.

Таким образом, установленная законом процедура при прекращении трудовых отношений с ФИО2 Учреждением была соблюдена.

Согласно ст. ст. 56,57 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено законом. Доказательства представляются сторонами и другими лицами, участвующими в деле.

Других доказательств суду не представлено.

Объяснение стороны по делу является актом ее волеизъявления, и поэтому его содержание отражает, как правило, ту субъективную позицию стороны, которая ей предпочтительна для обоснования своих требований. Доводы, приведенные истцом, представителем истца в судебном заседании, ничем не подтверждены, опровергаются изученными по делу доказательствами.

При таких обстоятельствах и с учетом материального права оснований для удовлетворения иска о восстановлении на работе не имеется. Суд считает установленным и доказанным, что имелись законные основания для увольнения истца по п. 8 ч. 1 ст. 77 ТК РФ.

При таких обстоятельствах не подлежат удовлетворению и требования истца о взыскании средней заработной платы за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда, поскольку они производны от первоначального требования о восстановлении на работе.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ,

РЕШИЛ:

В иске ФИО2 к Государственному бюджетному учреждению Ямало-Ненецкого автономного округа «Тазовская центральная районная больница» о восстановлении на работе, признании приказов об увольнении и привлечении к дисциплинарной ответственности не законными, взыскании заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда – отказать.

Решение может быть обжаловано в суд Ямало-Ненецкого автономного округа в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Тазовский районный суд.

Председательствующий: О.А. Евдокимова