Апелляционное постановление № 22К-3176/2025 от 18 декабря 2025 г.

Судья: Амиров А.З. 22К-3176/2025

ВЕРХОВНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ ДАГЕСТАН


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

19 декабря 2025 г. г. Махачкала

Верховный Суд Республики Дагестан в составе председательствующего судьи Хайретдинова М.Ф.,

при секретаре судебного заседания Алиеве Т.М.,

с участием:

прокурора Ибрагимовой М.М.,

подозреваемого ФИО1 и его защитников – адвокатов ФИО6, ФИО10,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу защитника ФИО10 на постановление Кировского районного суда г. Махачкалы от 23 ноября 2025 года об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу в отношении подозреваемого ФИО1,

УСТАНОВИЛ:

Постановлением Кировского районного суда г. Махачкалы от 23 ноября 2025 года в отношении ФИО1, подозреваемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ, избрана мера пресечения в виде заключения под стражу сроком на 2 месяца, т.е. по 20 января 2026 года.

В апелляционной жалобе защитник просит отменить указанное постановление и избрать в отношении подозреваемого меру пресечения в виде домашнего ареста, считая выводы суда первой инстанции незаконными и необоснованными.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, заслушав стороны, суд апелляционной инстанции находит апелляционную жалобу не подлежащей удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 97, 108 УПК РФ, избрание меры пресечения в виде заключения под стражу допускается при наличии достаточных оснований полагать, что подозреваемый скроется от следствия и суда, может продолжать заниматься преступной деятельностью, угрожать участникам процесса, уничтожить доказательства либо иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу. Закон также предусматривает, что эта мера может применяться в отношении подозреваемых в совершении тяжких преступлений, когда иная, более мягкая мера пресечения не может обеспечить цели уголовного судопроизводства (ч. 1 ст. 108 УПК РФ).

Суд первой инстанции, руководствуясь положениями ст. 99 УПК РФ и разъяснениями Пленума Верховного Суда РФ (Постановление от 19 декабря 2013 № 41), тщательно оценил представленные материалы. Материалами дела, включая рапорт об обнаружении признаков преступления, справку об исследовании, показания представителя потерпевшего и свидетелей (ФИО7, ФИО8, ФИО9), подтверждается обоснованность подозрения в причастности ФИО1 к совершению инкриминируемого преступления. Данных доказательств достаточно для вывода о наличии оснований подозревать лицо в совершении преступления, что соответствует требованиям уголовно-процессуального закона.

Довод апелляционной жалобы о том, что отсутствуют конкретные доказательства возможности скрыться от следствия, являются необоснованными. Суд первой инстанции правомерно исходил из того, что подозреваемый обвиняется в совершении тяжкого преступления (ч. 4 ст. 159 УК РФ), санкция которого предусматривает длительное лишение свободы. В соответствии с п. 5 Постановления Пленума ВС РФ № 41 от 19 декабря 2013, тяжесть предъявленного подозрения и реальная возможность назначения строгого наказания сами по себе могут свидетельствовать о риске уклонения от следствия. Указанный вывод суда является законным и соответствует сложившейся судебной практике. Факт явки по повестке в прошлом, на который ссылается защита, не опровергает выводов суда о наличии такого риска в настоящем, учитывая изменившийся процессуальный статус и тяжесть инкриминируемого деяния.

К доводу об отсутствии оснований полагать, что подозреваемый может препятствовать следствию суд апелляционной инстанции отклоняет по тем основаниям, что судом первой инстанции установлено, что уголовное дело характеризуется значительной сложностью: преступление совершено при содействии неустановленных должностных лиц, все обстоятельства дела не установлены, другие фигуранты не выявлены. В таких условиях сохранена возможность оказания влияния на других участников процесса, согласования показаний, что может воспрепятствовать установлению истины. Данный вывод суда основан на материалах дела и является мотивированным.

Довод апелляционной жалобы, о состоянии здоровья подозреваемого, так же не может служить основанием к отмене судебного акта, поскольку, судом первой инстанции были исследованы представленные медицинские документы, относящиеся к 2022 году. В соответствии с ч. 2.1 ст. 108 УПК РФ препятствием для заключения под стражу является наличие заболевания, включенного в установленный Правительством РФ Перечень, подтвержденного медицинским заключением, выданным по результатам освидетельствования в порядке, установленном Постановлением Правительства РФ от 14 января 2011 № 3. На момент вынесения обжалуемого постановления такое заключение в отношении ФИО1 представлено не было. Представленные выписки за 2022 год не являются актом освидетельствования, проведенного в установленном законом порядке для решения вопроса о применении меры пресечения. Суд первой инстанции верно констатировал отсутствие документально подтвержденных медицинских противопоказаний к содержанию под стражей на момент рассмотрения ходатайства. Отказ суда в удовлетворении ходатайства о привлечении кардиолога является правомерным, поскольку вопрос о наличии заболевания, препятствующего содержанию под стражей, подлежит разрешению в специальной процедуре медицинского освидетельствования, а не через показания специалиста в судебном заседании.

Вопреки доводу о возможности применения более мягкой меры пресечения, то суд первой инстанции в полном объеме выполнил требование п. 3 Постановления Пленума ВС РФ № 41 и ст. 110 УПК РФ, обсудив возможность применения домашнего ареста, залога или запрета определенных действий. В постановлении приведены конкретные мотивы, почему в данной ситуации эти меры не могут гарантировать достижение целей, указанных в ст. 97 УПК РФ. Учитывая тяжесть подозрения, характер преступления, связанного с использованием служебного положения, наличие неустановленных соучастников и необходимость обеспечения беспрепятственного расследования, суд пришел к обоснованному выводу об исключительности случая, требующего избрания именно заключения под стражу. Семейное положение и наличие малолетнего ребенка, безусловно, учтены судом (как отмечено в постановлении), однако само по себе не является безусловным препятствием для избрания строгой меры пресечения, если того требуют интересы следствия.

В связи с чем, суд первой инстанции рассмотрел ходатайство следователя в порядке, установленном главой 13 УПК РФ, с соблюдением прав участников процесса.

Основания для избрания меры пресечения, предусмотренные ст. 97, 99, 108 УПК РФ, были установлены и подтверждены материалами дела. Суд дал надлежащую оценку всем представленным доказательствам и доводам сторон, в том числе доводам защиты, и мотивированно изложил, почему они не опровергают выводов следствия о необходимости заключения под стражу.

Срок содержания под стражей избран в точном соответствии с требованиями ст. 109 УПК РФ, с учетом даты задержания.

Таким образом, постановление Кировского районного суда от 23 ноября 2025 года является законным, обоснованным и мотивированным. Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих его отмену или изменение, судебной коллегией не установлено. Доводы апелляционной жалобы не опровергают выводов суда и не свидетельствуют о его ошибках в применении норм материального и процессуального права.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Постановление Кировского районного суда г. Махачкалы от 23 ноября 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу защитника ФИО10 – без удовлетворения.

Настоящее апелляционное постановление вступает в законную силус момента его провозглашения и может быть обжаловано в порядке выборочной кассации, предусмотренном ст.ст.401.10-401.12 УПК РФ, непосредственно в Пятый кассационный суд общей юрисдикции. При этом подозреваемый вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении материала судом кассационной инстанции.

Председательствующий: М.Ф. Хайретдинов