Апелляционное постановление № 22К-1998/2025 от 8 апреля 2025 г. по делу № 3/1-30/2025

Судья Перов В.Л.

Дело № 22К-1998


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Пермь 9 апреля 2025 года

Пермский краевой суд в составе

председательствующего судьи Погадаевой Н.И.,

при секретаре Рожневой А.Д.,

рассмотрел в открытом судебном заседании с использованием систем видео-конференц-связи апелляционную жалобу адвоката Распопова Д.Ю. в защиту обвиняемого Н. на постановление Индустриального районного суда г. Перми от 4 апреля 2025 года, которым

Н., дата рождения, уроженцу ****, избрана мера пресечения в виде заключения под стражу на 1 месяц 29 суток, то есть до 31 мая 2025 года.

Изложив содержание постановления суда, существо апелляционной жалобы, заслушав выступление обвиняемого Н. и адвоката Распопова Д.Ю. по доводам жалобы, мнение прокурора Путина А.А. об оставлении постановления без изменения, суд

УСТАНОВИЛ:

31 марта 2025 года старшим следователем отдела по расследованию преступлений на обслуживаемой территории Индустриального района СУ Управления МВД России по г. Перми возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ, по факту причинения тяжкого вреда здоровью К.

2 апреля 2025 года по подозрению в совершении указанного преступления в порядке ст. ст. 91, 92 УПК РФ задержан Н., в тот же день ему предъявлено обвинение по п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью, совершенном с применением оружия или предметов, используемых в качестве оружия.

Следователь следственного отдела по Индустриальному району г. Перми СУ СК России по Пермскому краю С. с согласия руководителя следственного органа обратился в суд с ходатайством об избрании в отношении Н. меры пресечения в виде заключения под стражу на 1 месяц 29 суток, то есть до 31 мая 2025 года, которое судом удовлетворено.

В апелляционной жалобе адвокат Распопов Д.Ю., считая постановление суда незаконным и необоснованным, поставил вопрос об его отмене, указав, что при избрании меры пресечения в виде заключения под стражу суд должен в каждом случае обсуждать возможность применения в отношении лица иной, более мягкой меры пресечения вне зависимости от наличия ходатайств об этом сторон, а также от стадии производства по уголовному делу. Обращает внимание, что в качестве оснований для применения меры пресечения в виде заключения под стражу могут быть признаны такие фактические обстоятельства, которые свидетельствуют о реальной возможности совершения подозреваемым, обвиняемым действий, указанных в ст. 97 УПК РФ, и невозможности беспрепятственного осуществления уголовного судопроизводства посредством применения иной меры пресечения. Однако, по мнению защитника, представленный следователем материал не содержит доказательств тех оснований, которые следователь указал в качестве причин для избрания Н. меры пресечения в виде заключения под стражу и на которые ссылался в судебном заседании, а имеются только предположения о наличии таковых. Полагает, что тяжесть преступления не может являться единственным основанием для ареста. Учитывая, что Н. имеет постоянное место жительства, свою вину признал, дал полные и исчерпывающие показания, от следствия скрываться не намерен, то имеются все основания для избрания ему более мягкой меры пресечения. Однако суд, ограничиваясь формальными фразами, не оценил возможность применения более мягкой меры пресечения и ходатайство защиты об этом по существу не рассмотрел, в связи с чем обжалуемое постановление не может быть признано законным, просит его отменить, избрать Н. иную, более мягкую меры пресечения.

Проверив материалы дела, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы.

В соответствии со ст. 97 УПК РФ суд вправе избрать меру пресечения в виде заключения под стражу при наличии достаточных оснований полагать, что обвиняемый (подозреваемый) скроется от органов дознания, предварительного следствия и суда, может продолжать заниматься преступной деятельностью, угрожать свидетелю, иным участникам уголовного судопроизводства, уничтожить доказательства либо иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу.

В соответствии со ст. 99 УПК РФ при избрании меры пресечения учитываются тяжесть преступления, сведения о личности подозреваемого: его возраст, состояние здоровья, семейное положение, род занятий и другие обстоятельства.

На основании ч. 1 ст. 108 УПК РФ (в редакции Федерального закона от 28.02.2025 № 13-ФЗ) заключение под стражу в качестве меры пресечения применяется по судебному решению в отношении подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления средней тяжести с применением насилия либо с угрозой его применения, тяжкого или особо тяжкого преступления, если иное не предусмотрено частями первой.1, первой.2 и второй настоящей статьи, при невозможности применения иной, более мягкой, меры пресечения.

Указанные требования уголовно-процессуального закона судом соблюдены.

Постановление об избрании Н. меры пресечения в виде заключения под стражу принято в соответствии с указанными положениями уголовно-процессуального закона, со ссылкой на обстоятельства, подтвержденные достоверными сведениями, отвечает требованиям ст. 7 УПК РФ и разъяснениям, содержащимся в постановлении Пленума Верховного Суда РФ № 41 от 19.12.2013 (в редакции от 11.06.2020) «О практике применения судами мер пресечения в виде заключения под стражу, залога, домашнего ареста и запрета определенных действий».

Принимая решение об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу в отношении Н., судья надлежащим образом проверил обоснованность подозрения его в причастности к совершению расследуемого преступления и законность задержания, учел как обстоятельства дела, так и данные о его личности, исходя из которых он участковым уполномоченным характеризуется посредственно, неоднократно в 2024 году привлекался к административной ответственности, официально не трудоустроен, достоверных сведений о регистрации в качестве самозанятого, наличии постоянного источника дохода не представлено, семьи и малолетних детей не имеет.

Учитывая изложенное, предъявление Н. обвинения в умышленном тяжком преступлении против личности, совершенном с применением насилия, характер которого свидетельствует о склонности обвиняемого к противоправному поведению, доводы следователя и выводы судьи о наличии риска и оснований полагать, что, находясь на свободе, он может скрыться под страхом неотвратимости ответственности в случае осуждения за тяжкое преступление, наказание за которое установлено до 10 лет лишения свободы, оказать давление на потерпевшую и свидетелей, которые знакомы ему и известно их место проживания, а также иным образом воспрепятствовать производству по уголовному делу, предварительное следствие по которому находится на первоначальном этапе, связанном с выполнением неотложных следственных действий по сбору и закреплению доказательств, чему Н., находясь на свободе, будет иметь возможность воспрепятствовать, являются обоснованными.

Указанная позиция, вопреки доводам жалобы, соответствует разъяснению, данному в п. 5 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2013 № 41 (в редакции от 11.06.2020) «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста, залога и запрета определенных действий», согласно которому на первоначальном этапе производства по уголовному делу, связанном с выполнением неотложных следственных действий по сбору и закреплению доказательств, вывод о том, что лицо может скрыться от предварительного следствия или суда, может быть обоснован лишь тяжестью предъявленного обвинения (подозрения) и возможностью назначения наказания в виде лишения свободы на длительный срок.

Применяя самую строгую меру пресечения в отношении Н., суд располагал сведениями о наличии у него места жительства, признании им вины в инкриминируемом преступлении и в полной мере учел их, но в совокупности с представленными материалами сделал правильный вывод о невозможности избрания ему на первоначальном этапе расследования иной меры пресечения, не связанной с заключением под стражу, учитывая отсутствие гарантий тому, что находясь на свободе, он не примет мер к созданию условий, препятствующих эффективному производству предварительного расследования по делу, а в дальнейшем – правосудию.

Вопреки доводам жалобы защитника, судебное решение основано на представленных органами следствия материалах, которые, как видно из протокола судебного заседания, исследовались с участием сторон, и принято с соблюдением норм уголовно-процессуального законодательства, регламентирующих порядок избрания обвиняемому меры пресечения в виде заключения под стражу, не согласиться с которым у суда апелляционной инстанции оснований не имеется.

Вопрос о возможности применения к Н. иной меры пресечения, не связанной с содержанием под стражей, судом обсуждался, однако оснований для этого суд первой инстанции с учетом обстоятельств расследуемого дела, данных о личности и поведении обвиняемого не нашел и свои выводы в достаточной степени мотивировал, которые формальными не являются.

Принятое судом решение соответствует требованиям уголовно-процессуального закона, нарушений, влекущих его отмену или изменение, в результате апелляционного рассмотрения не выявлено.

На основании изложенного и, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Индустриального районного суда г. Перми от 4 апреля 2025 года в отношении Н. оставить без изменения, а апелляционную жалобу адвоката Распопова Д.Ю. – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в кассационном порядке путем подачи кассационной жалобы, представления в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции с соблюдением требований ст. 401.4 УПК РФ.

В случае передачи кассационной жалобы, представления с делом для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции лица, участвующие в деле, вправе заявить ходатайство о своем участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий