Апелляционное определение № 33-3-4361/2025 33-3-67/2026 от 23 февраля 2026 г.

дело № 33-3-67/2026

Судья Новикова В.В. ГД № 2-1161/2024

УИД: 26RS0012-01-2024-001689-82


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Ставрополь 24.02.2026

Судебная коллегия по гражданским делам Ставропольского краевого суда в составе:

председательствующего Калоевой З.А.,

судей Берко А.В., Куцурова П.О.,

при секретаре судебного заседания Ртищевой Д.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционную жалобу представителя истца ФИО1 по доверенности ФИО2 на решение Ессентукского городского суда Ставропольского края от 12.09.2024 по гражданскому делу по исковому заявлению ФИО1 к ФИО3 о возмещении вреда, причиненного здоровью в результате дорожно-транспортного происшествия, возмещении ущерба, компенсации морального вреда, взыскании судебных расходов.

Заслушав доклад судьи Калоевой З.А., судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратилась с иском, уточненным в ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции, к ФИО3 о возмещении вреда, причиненного здоровью в результате ДТП, возмещении ущерба, компенсации морального вреда, взыскании судебных расходов (т. 1 л.д. 5-13).

Просила суд: взыскать с ФИО3 стоимость восстановительного ремонта а/м JUKE, р/з <…>, в размере 194727 рублей 90 копеек; расходы на восстановления здоровья, полученного от ДТП в профилакториях, санаториях КМВ в размере 201 712 рублей; упущенную выгоду в размере 96 350 рублей; компенсацию морального вреда в размере 300 000 рублей; судебные расходы на оказании юридических услуг в размере 50 000 рублей, на проведение автотехнической экспертизы в размере 15 000 рублей, на оплату госпошлины в размере 8418 рублей.

Обжалуемым решением Ессентукского городского суда Ставропольского края от 12.09.2024 исковые требования ФИО1 удовлетворены частично.

Суд взыскал с ФИО3 в пользу ФИО1 денежные средства в счет возмещения причинённого ущерба от ДТП в размере 180 597 рублей 42 копейки; в счет компенсации морального вреда 10 000 рублей; государственную пошлину в размере 6794 рублей 17 копеек.

В удовлетворении требований ФИО1 о взыскании с ФИО3 денежных средств в счет возмещения причинённого ущерба в размере 14 130 рублей 48 копеек, расходов на восстановления здоровья, полученного от ДТП в профилакториях, санаториях КМВ в размере 201 712 рублей, упущенной выгоды в размере 96 350 рублей, компенсации морального вреда в размере 290 000 рублей; судебных расходов на оказании юридических услуг в размере 50 000 рублей, на проведение автотехнической экспертизы в размере 15 000 рублей, расходов по оплате госпошлины в размере 1623 рублей 83 копеек, - отказано (т. 2 л.д. 27-42).

В апелляционной жалобе представитель истца ФИО1 по доверенности ФИО2 просит отменить вышеуказанное решение суда, как незаконное и необоснованное, принятое с нарушением норм материального и процессуального права. Выражает несогласие с выводами проведенной по делу судебной экспертизы, потому, что экспертиза проводилась на момент ДТП и расчеты произведены по состоянию на дату ДТП. Суд не учел длительное нахождение истца на лечение, нахождение на её иждивении дочери, отсутствие возможности предоставить санаторно-курортное лечение. Полагает необоснованным отказ во взыскании упущенной выгоды. Ссылается на то, что удовлетворяя частично требования о взыскании морального вреда, суд не учел моральные и нравственные страдания истца, нахождение его на длительном лечении, лишение заработка. Отказывая во взыскании с ответчика судебных расходов, суд не разъяснил право истца на предоставление необходимых доказательств (т. 2 л.д. 51-57).

В письменных возражениях на апелляционную жалобу ФИО3 просит решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу оставить без удовлетворения (т. 2 л.д. 128-130, 139-141).

Стороны в суд апелляционной инстанции не явились, извещались о дате, месте и времени рассмотрения дела судом апелляционной инстанции своевременно и надлежащим образом, что подтверждается имеющейся в материалах дела информацией. Кроме того, информация о дате и времени рассмотрения дела также была размещена на официальном сайте Ставропольского краевого суда в сети «Интернет». Доказательств, подтверждающих уважительность причин неявки, не предоставили и не просили об отложении дела слушанием. Ранее ответчик ФИО3 представил заявление о рассмотрении дела в его отсутствие. Принимая во внимание изложенное, судебная коллегия полагает возможным рассмотреть жалобу в порядке, предусмотренном ст.ст. 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ), в отсутствие не явившихся лиц, по имеющимся в деле материалам.

В соответствии с ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, возражениях относительно жалобы.

Выслушав представителя истца ФИО1 по доверенности ФИО2, поддержавшую доводы апелляционной жалобы, просившую отменить решение суда, как незаконное и необоснованное; заключение прокурора отдела по обеспечению участия прокуроров в гражданском и арбитражном процессе прокуратуры Ставропольского края Марчукова М.Б., полагавшего, что имеются основания для изменения решения суда в части разрешения требований о взыскании компенсации морального вреда и судебных расходов. Обсудив доводы, изложенные в апелляционной жалобе, возражениях на жалобу, проверив законность и обоснованность решения суда в пределах доводов жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

Как следует из материалов данного дела, ФИО1 является собственником а/м Ниссан Жук, р/з <…> (т. 1 л.д. 59).

17.06.2023 произошло ДТП с участием а/м Ниссан Жук, р/з <…>, под управлением ФИО1 и а/м Ниссан Патфайндер, р/з <…>, под управлением ФИО3 (т. 1 л.д. 15-16).

Виновником ДТП признан водитель ФИО3, автогражданская ответственность которого, на момент ДТП, не застрахована.

При рассмотрении дела об административном правонарушении установлено, что 17.06.2023 в 09 часов 30 минут на <…>, водитель ФИО3, управляя а/м Ниссан, р/з <…>, нарушил требования п. 13.9 ПДД РФ, на перекрестке неравнозначных дорог двигаясь по второстепенной дороге, не уступил дорогу транспортному средству, приближающемуся по главной дороге, в результате чего, допустил столкновение с а/м Ниссан Жук, р/з <…>, под управлением ФИО1

В результате ДТП водитель ФИО1 получила телесные повреждения.

Согласно заключению эксперта ГБУЗ СК «<…>» № 920 от 29.06.2023 ФИО1 диагностирована <…>. Вышеуказанные повреждения причинили легкий вред здоровью по квалифицирующему признаку кратковременного расстройства продолжительностью до 3 недель (т. 2 л.д. 11-13).

В результате ДТП а/м Ниссан Жук, р/з <…>, причинены механические повреждения.

ФИО1 обратилась к независимому эксперту.

Как следует из заключения ООО «<…>» № 001/24 от 09.01.2024, стоимость восстановительного ремонта а/м Ниссан Жук, р/з <…>, без учета износа составляет 223 759 рублей (т. 1 л.д. 81-108).

В ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции, определением от 10.06.2024 назначена судебная автотехническая экспертиза (т. 1 л.д. 163-167).

Как следует из заключения АНО «<…>» № 49 от 26.07.2024, стоимость восстановительного ремонта а/м Ниссан Жук, р/з <…>, без учета износа на момент ДТП оставляет 180597 рублей 42 копейки (т. 1 л.д. 178-216, т. 2 л.д. 20).

ФИО1 представлены: <…> (т. 1 л.д. 109-127).

Разрешая возникший между сторонами спор, установив указанные обстоятельства, исследовав и оценив в совокупности представленные доказательства по правилам ст. 67 ГПК РФ, руководствуясь ст.ст. 15, 150, 151, 1064, 1079, 1099, 1101 ГК РФ, положениями Федеральных законов от 25.04.2002 № 40-ФЗ, от 29.11.2010 № 326-ФЗ, разъяснениями Пленума ВС РФ от 23.06.2015 № 25, от 08.11.2022 № 31, от 26.01.2010 № 1, с учетом заключений экспертов АНО «<…>» № 49 от 26.07.2024, ГБУЗ СК «<…>» № 920 от 29.06.2023, суд первой инстанции пришел к выводу о частичном удовлетворении исковых требований ФИО1, возложив ответственность по его возмещению на ФИО3, исходя того, что риск гражданской ответственности виновника ДТП ФИО3 на момент ДТП не застрахован. Истец не имеет возможности в установленном законом порядке обратиться к страховщику с заявлением о выплате страхового возмещения. Стоимость восстановительного ремонта автомобиля без учета износа не опровергнута, сведений о возможности восстановления автомобиля менее затратным и разумным способом, ответчиком не представлено. Доказательств несения истцом расходы на восстановление причинённого вреда здоровью в профилакториях, санаториях КМВ, наличия причинно-следственной связи между произошедшим ДТП, в результате которого причинен легкий вред здоровью и наличием у истца диагнозов, указанных в представленных медицинских документах, истцом не представлено. Не согласившись с представленным истцом расчетом упущенной выгоды, суд исходил из отсутствия документов, подтверждающие доход истца (справка о доходах, или выписка из ИФНС не представлена). Период нетрудоспособности истцом указан неверно. Определяя размер компенсации морального вреда, суд исходит из степени причинения нравственных и физических страданий истца, вины ответчика, обстоятельств ДТП и имевших место последствий. Доказательств несения судебных расходов не представлено.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции о наличии правовых оснований для частичного удовлетворения заявленных исковых требований ФИО1

Анализируя доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии с п. 1 ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода). Если лицо, нарушившее право, получило вследствие этого доходы, лицо, право которого нарушено, вправе требовать возмещения наряду с другими убытками упущенной выгоды в размере не меньшем, чем такие доходы (п. 2 ст. 15 ГК РФ).

Согласно п. 1 ст. 1064 ГК РФ, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Для применения ответственности, предусмотренной ст.ст. 15, 1064 ГК РФ, необходимо доказать противоправное поведение причинившего вред лица, его вину, наличие причинно-следственной связи между противоправным поведением и возникшими у потерпевшего неблагоприятными последствиями, размер убытков.

В силу п. 1 ст. 1079 ГК РФ, юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным п.п. 2, 3 ст. 1083 ГК РФ.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

На основании п. 2 ст. 1079 ГК РФ, владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причиненный этим источником, если докажет, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц. Ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, в таких случаях несут лица, противоправно завладевшие источником. При наличии вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания ответственность может быть возложена как на владельца, так и на лицо, противоправно завладевшее источником повышенной опасности.

В соответствии с п. 1 ст. 1085 ГК РФ, при причинении гражданину увечья или ином повреждении его здоровья возмещению подлежит утраченный потерпевшим заработок (доход), который он имел либо определенно мог иметь, а также дополнительно понесенные расходы, вызванные повреждением здоровья, в том числе расходы на лечение, дополнительное питание, приобретение лекарств, протезирование, посторонний уход, санаторно-курортное лечение, приобретение специальных транспортных средств, подготовку к другой профессии, если установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение.

Утрата потерпевшим заработка или иного дохода находится в причинно-следственной связи с повреждением здоровья, поскольку в результате вреда потерпевший не может трудиться как прежде или заниматься иными видами деятельности, в том числе предпринимательской.

Под заработком, который потерпевший определенно мог иметь, следует понимать те доходы потерпевшего, которые при прочих обстоятельствах совершенно точно могли бы быть им получены, но не были получены в результате причинения вреда здоровью.

Как следует из разъяснений, изложенных в п. 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», размер утраченного заработка, под которым следует понимать средства, получаемые потерпевшим по трудовым и (или) гражданско-правовым договорам, а также от предпринимательской и иной деятельности (например, интеллектуальной) до причинения увечья или иного повреждения здоровья. При этом надлежит учитывать, что в счет возмещения вреда не засчитываются пенсии, пособия и иные социальные выплаты, назначенные потерпевшему как до, так и после причинения вреда, а также заработок (доход), получаемый потерпевшим после повреждения здоровья.

Из приведенных нормативных положений и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что лицо, причинившее вред здоровью гражданина (увечье или иное повреждение здоровья), обязано возместить потерпевшему утраченный заработок, то есть заработок (доход), который он имел либо определенно мог иметь. Поскольку в результате причинения вреда здоровью потерпевшего он лишается возможности трудиться как прежде, а именно осуществлять прежнюю трудовую деятельность или заниматься иными видами деятельности, между утратой потерпевшим заработка (дохода) и повреждением здоровья должна быть причинно-следственная связь. Под заработком (доходом), который потерпевший имел, следует понимать тот заработок (доход), который был у потерпевшего на момент причинения вреда и который он утратил в результате причинения вреда его здоровью. Под заработком, который потерпевший определенно мог иметь, следует понимать те доходы потерпевшего, которые при прочих обстоятельствах совершенно точно могли бы быть им получены, но не были получены в результате причинения вреда его здоровью. При этом доказательства, подтверждающие размер причиненного вреда, в данном случае доказательства утраты заработка (дохода), должен представить потерпевший.

Согласно п. 1 ст. 1086 ГК РФ, размер подлежащего возмещению утраченного потерпевшим заработка (дохода) определяется в процентах к его среднему месячному заработку (доходу) до увечья или иного повреждения здоровья либо до утраты им трудоспособности, соответствующих степени утраты потерпевшим профессиональной трудоспособности, а при отсутствии профессиональной трудоспособности - степени утраты общей трудоспособности.

В состав утраченного заработка (дохода) потерпевшего включаются все виды оплаты его труда по трудовым и гражданско-правовым договорам как по месту основной работы, так и по совместительству, облагаемые подоходным налогом. Не учитываются выплаты единовременного характера, в частности компенсация за неиспользованный отпуск и выходное пособие при увольнении. За период временной нетрудоспособности или отпуска по беременности и родам учитывается выплаченное пособие. Доходы от предпринимательской деятельности, а также авторский гонорар включаются в состав утраченного заработка, при этом доходы от предпринимательской деятельности включаются на основании данных налоговой инспекции. Все виды заработка (дохода) учитываются в суммах, начисленных до удержания налогов (п. 2 ст. 1086 ГК РФ).

Определение в рамках действующего гражданско-правового регулирования объема возмещения вреда, причиненного здоровью, исходя из утраченного заработка (дохода), который потерпевший имел или определенно мог иметь, предполагает, - в силу компенсационной природы ответственности за причинение вреда, обусловленной относящимися к основным началам гражданского законодательства принципом обеспечения восстановления нарушенных прав (п. 1 ст. 1 ГК РФ), а также требованием возмещения вреда в полном, по общему правилу, объеме, - необходимость восполнения потерь, объективно понесенных потерпевшим в связи с невозможностью осуществления трудовой (предпринимательской) деятельности в результате противоправных действий третьих лиц (абз. 3 п. 3 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 05.06.2012 № 13-П).

По мнению судебной коллегии, исходя из заявленных ФИО1 требований о взыскании с ФИО3 в её пользу упущенной выгоды утраченного заработка, судом первой инстанции, с учетом подлежащих применению к спорным отношениям норм материального права, следовало установить юридически значимые по настоящему делу обстоятельства, а именно: являлась ли ФИО1 временно нетрудоспособной по причине получения травмы в результате произошедшего 17.06.2023 ДТП; какова продолжительность периодов временной нетрудоспособности после 17.06.2023 по этой причине, имелась ли причинно-следственная связь между повреждением здоровья ФИО1 в результате ДТП и её временной нетрудоспособностью, повлекшей утрату заработка (дохода) за заявленный в иске период (17.06.2023 по 14.07.2023 и с 16.07.2023 по 28.07.2023); каков размер дохода ФИО1 до получения 17.06.2023 повреждения здоровья в результате ДТП.

Исходя из обстоятельств дела, в ходе рассмотрения дела в суде апелляционной инстанции, для проверки доводов апелляционной жалобы, установления юридически значимых обстоятельств по делу, определением судебной коллегии от 17.07.2025 по делу назначена судебная медицинская экспертиза (т. 3 л.д. 10-17).

Как следует из заключения судебно-медицинской экспертной комиссии ГБУЗ СК «<…>» № 518 от 12.01.2026 изучение подлинника карты стационарного больного № 23206148/315 свидетельствует о том, что ФИО1 доставлена в ГБУЗ СК «<…>» 17.06.2023 в 10:05 после ДТП. Госпитализирована в нейрохирургическое отделение. В стационаре установлен диагноз - <…>. Находилась на стационарном лечении с 17.06.2023 по 22.06.2023 с данным диагнозом. Диагноз выставлен на основании общемозговой и легкой неврологической симптоматики. Согласно п. 5.3.1. «Об утверждении Порядка определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержден приказом МЗ РФ от 08.04.2025 № 172н с дополнением № 490 от 19.08.2025, ФИО1 при ДТП 17.06.2023 причинен легкий вред здоровью по квалифицирующему признаку - кратковременного расстройства здоровья сроком не свыше 3-х недель. После ДТП с 16.07.2023 по 28.07.2023 ФИО1 находилась на стационарном лечении в кардиологическом отделении ГБУЗ СК «<…>» с диагнозом: <…> С 29.06.2023г. по 14.07.2023г. находилась на амбулаторном лечении у невролога поликлиники с диагнозом: «<…>. Заболеванием - <…>, страдала до травмы, поэтому в причинно-следственной связи с травмой не находится. Данные литературы и медицинской практики свидетельствуют о том, что последствий легкой ЧМТ - сотрясения головного мозга не бывает. Данная травма требует лечения до 3-х недель. Согласно п. 17 приложения «Об утверждении Порядка определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека» утвержден приказом МЗ РФ от 08.04.2025 № 172н с дополнением № 490 от 19.08.2025 обострение предшествующих травме хронических заболеваний не учитывается и экспертной оценке по степени вреда они не подлежат. Длительное лечение ФИО1 не связано с травмой, полученной при ДТП 17.06.2023, а обусловлено стационарным и амбулаторным лечением хронических заболеваний, которыми страдала до травмы и в причинно-следственной связи с ДТП 17.06.2023 не находятся. Таким образом, лечение травмы проводилось в стационаре с 17.06.2023 по 22.06.2023, а затем находилась на амбулаторном лечении с 29.06.2023 по 14.07.2023. В последующий период медицинская помощь оказывалась по поводу хронических заболеваний, которые не находятся в связи с травмой 17.06.2023.

Руководствуясь разъяснениями Верховного Суда Российской Федерации, изложенными в п. 42 постановления Пленума от 22.06.2021 № 16 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции», абз. 2 ч. 2 ст. 327 ГПК РФ, суд апелляционной инстанции принял полученное заключение ГБУЗ СК «<…>» № 518 от 12.01.2026 в качестве дополнительного (нового) доказательства, поскольку оно подтверждает юридически значимые обстоятельства по делу.

У судебной коллегии нет оснований не доверять заключению судебной экспертизы, проведенной судебно-медицинской экспертной комиссией ГБУЗ СК «<…>», сомневаться в объективности и достоверности изложенных в нем выводов, поскольку выводы эксперта последовательны, непротиворечивы, логичны, оно отвечает требованиям, установленным в ст. 25 Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», эксперт предупреждался об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ. Какие-либо неясности либо противоречия в заключение судебной экспертизы отсутствуют.

Согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Конституционного суда РФ от 10.03.2017 № 6-П, в силу закрепленного в ст. 15 ГК РФ принципа полного возмещения причиненных убытков лицо, право которого нарушено, может требовать возмещения расходов, которые оно произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, компенсации утраты или повреждения его имущества (реальный ущерб), а также возмещения неполученных доходов, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Принимая во внимание установленные по делу обстоятельства, анализируя, в совокупности, представленные в материалы данного дела доказательства, с учетом заключения ГБУЗ СК «<…>» № 518 от 12.01.2026, судебная коллегия приходит к выводу о том, что длительное нахождение истца на лечении в заявленный в иске период – с 16.07.2023 по 28.07.2023, не связано с травмой, полученной в результате ДТП от 17.06.2023, а обусловлено стационарным и амбулаторным лечением хронических заболеваний, которыми ФИО1 страдала до травмы и в причинно-следственной связи с ДТП от 17.06.2023 не находится. В связи с чем, судебная коллегия не находит оснований для отмены обжалуемого решения суда в части отказа в удовлетворении исковых требований ФИО1 о взыскании упущенной выгоды в заявленный ею период с 16.07.2023 по 28.07.2023, поскольку в указанный период медицинская помощь оказывалась по поводу хронических заболеваний, которые не находятся в связи с травмой 17.06.2023.

При этом судебная коллегия также не находит оснований для отмены решения суда в части в части отказа в удовлетворении исковых требований ФИО1 о взыскании упущенной выгоды в заявленный ею период с 17.06.2023 по 14.07.2023, исходя из следующего.

Действительно, как следует из заключения вышеуказанной судебной экспертизы, лечение травмы проводилось в стационаре с 17.06.2023 по 22.06.2023, а затем находилась на амбулаторном лечении с 29.06.2023 по 14.07.2023.

В обоснование требований о взыскании упущенной выгоды в виде неполучения дохода, который истец получила бы при обычных условиях гражданского оборота, ФИО1 ссылалась на отсутствие возможности осуществления предпринимательской деятельности в указанный период, в связи с травмой, полученной в результате ДТП.

Как следует из материалов данного дела, ФИО1 является индивидуальным предпринимателем. Основным видом деятельности является торговля розничная офисными машинами и оборудованием в специализированных магазинах Дополнительным видом деятельности являются: торговля розничная непродовольственными товарами, не включенными в другие группировки, в специализированных магазинах; деятельность по оказанию услуг в области бухгалтерского учета; ремонт компьютеров и периферийного компьютерного оборудования.

Обращаясь с настоящим иском в суд, ФИО1 просила взыскать упущенную выгоду, исходя из представленного ею дохода за 2023 г., отраженного в выписке по счету за период с 01.01.2023 по 31.12.2023, в размере 343127 рублей.

В суде апелляционной инстанции представителем истца ФИО1 по доверенности ФИО2 заявлено об ином размере дохода за 2023 г. - 144 421 рублей, в подтверждение которого представлена налоговая декларация по налогу на доходы физических лиц (форма 3-НДФЛ) за 2023, сданная в налоговый орган 25.06.2025, то есть в период рассмотрения данного спора в суде апелляционной инстанции (т. 2 л.д. 204-208).

Также представителем истца ФИО1 по доверенности ФИО2 представлена «Книга доходов и расходов организаций и индивидуальных предпринимателей, применяющих упрощенную систему налогообложения» на 2022 г., согласно которой, сумма дохода истца за период с 17.06.2022 по 29.12.2022 составила 24957536 рублей.

При этом по информации межрайонной ИФНС России № 15 по СК от 09.07.2025 сведения о доходах и суммах налога физического лица ФИО1 за 2021, 2022, 2023 г.г. в налоговые органы не предоставлялись (т. 2 л.д. 197).

По информации отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Ставропольскому краю от 04.07.2025 в региональной базе данных на ФИО1 имеются сведения, составляющие пенсионные права, работодателем ООО «<…>» представлены сведения о факте работы истца в феврале-марте 2022 г.. Однако на индивидуальном лицевом счете ФИО1 сведения о суммах выплат и иных вознаграждений за февраль-март 2022 г. отсутствуют (т. 2 л.д. 193а).

Также, по информации отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Ставропольскому краю от 04.07.2025, пособия по обязательному социальному страхованию на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством ФИО1 в период с 17.06.2023 по 04.07.2025 не назначались и не выплачивались (т. 2 л.д. 195).

Оценивая представленные доказательства, судебная коллегия исходит из того, что в силу ст. 2 ГК РФ предпринимательской деятельностью признается самостоятельная, осуществляемая на свой риск деятельность, направленная на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг.

Как указывалось выше, основным видом деятельности ИП ФИО1 является торговля розничная офисными машинами и оборудованием в специализированных магазинах, торговля розничная непродовольственными товарами, не включенными в другие группировки, в специализированных магазинах; оказание услуг в области бухгалтерского учета; ремонт компьютеров и периферийного компьютерного оборудования.

Вместе тем, доказательств наличия у истца договоров, услуги, товары по которым ему не оплачены в связи с невозможностью их выполнения (поставки, продажи) в результате причинения вреда здоровью, не представлено.

Предпринимательская деятельность - это самостоятельная, осуществляемая на свой риск деятельность. Наличие у лица, осуществляющего предпринимательскую деятельность, доходов в прошлом, само по себе не может являться свидетельством обязательного получения аналогичных доходов в последующие периоды.

Судебная коллегия исходит из того, что истец не доказал, что на момент причинения вреда здоровью он работал или занимался иной деятельностью, где утраченный доход мог быть очевиден. Не доказан истцом и факт того, что требуемую сумму неполученного дохода он мог бы получить без утраты трудоспособности.

Кроме того, фактически при обращении в суд с требованием о взыскании утраченного дохода от предпринимательской деятельности, истцом поставлен вопрос о взыскании убытков в форме упущенной выгоды.

При определении упущенной выгоды учитываются меры, предпринятые кредитором для ее получения, а также сделанные с этой целью приготовления (п. 4 ст. 393 ГК РФ).

Следовательно, заявляя в настоящем деле требование о взыскании упущенной выгоды, ввиду невозможности осуществления предпринимательской деятельности, истец должен доказать, что им были предприняты необходимые меры для получения дохода и сделаны необходимые для этой цели приготовления, что действия ответчика являлись единственным препятствием к получению им дохода, на который он мог рассчитывать.

Однако ФИО1 доказательств уменьшения её дохода в спорный период не представлено. Доказательств, свидетельствующих о том, что в результате ДТП произошло уменьшение дохода истца, материалы дела также не содержат. В частности, в материалах дела отсутствуют доказательства, которые бы подтверждали совпадение снижения дохода с периодом нетрудоспособности.

С учетом изложенного, судебная коллегия не принимает представленные истцом в суд апелляционной инстанции «Книгу доходов и расходов организаций и индивидуальных предпринимателей, применяющих упрощенную систему налогообложения» за 2022 г., налоговую декларацию о доходах за 2023 г., как обоснование определенно не полученных доходов в период нетрудоспособности истца, который фактически взыскивает с ответчика возможные убытки от занятия предпринимательской деятельностью.

С учетом изложенного судебная коллегия не находит оснований для отмены обжалуемого решения суда в части отказа в удовлетворении исковых требований о взыскании упущенной выгоды.

Также судебная коллегия отклоняет доводы апелляционной жалобы о несогласии с установленным судом первой инстанции размером причиненного ущерба, поскольку он определен на основании заключения эксперта АНО «<…>» № 49 от 26.07.2024, отвечающего требованиям относимости, допустимости, достоверности и объективности, доказательств в опровержение которого стороной истца, в нарушение требований ст. 56 ГПК РФ, не представлено.

Доводы апелляционной жалобы о необоснованном отказе в удовлетворении требований о взыскании расходов на восстановление здоровья в профилакториях, санаториях КМВ, также отклоняются судебной коллегией, как основанные на ином толковании норм права.

Как следует из разъяснений, изложенных в п. 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», в объем возмещаемого вреда, причиненного здоровью, включаются расходы на лечение и иные дополнительные расходы (расходы на дополнительное питание, приобретение лекарств, протезирование, посторонний уход, санаторно-курортное лечение, приобретение специальных транспортных средств, подготовку к другой профессии и т.п.). Судам следует иметь в виду, что расходы на лечение и иные дополнительные расходы подлежат возмещению причинителем вреда, если будет установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение. Однако если потерпевший, нуждающийся в указанных видах помощи и имеющий право на их бесплатное получение, фактически был лишен возможности получить такую помощь качественно и своевременно, суд вправе удовлетворить исковые требования потерпевшего о взыскании с ответчика фактически понесенных им расходов.

Таким образом, необходимыми условиями для возложения обязанности по возмещению расходов на лечение и иных дополнительных расходов, предусмотренных законом, являются: нуждаемость потерпевшего в соответствующих видах помощи и отсутствие права на их бесплатное получение либо фактическая невозможность получения такой помощи качественно и своевременно.

При этом, бремя доказывания указанных обстоятельств лежит на лице, требующем взыскания указанных расходов, в данном случае - на стороне истца.

Между тем, ни в ходе рассмотрения настоящего дела в суде первой инстанции, ни в суде апелляционной инстанции, надлежащих доказательств, подтверждающих наличие совокупности указанных условий, для взыскания расходов на восстановление здоровья в профилакториях, санаториях КМВ в размере 201 712 рублей, стороной истца, в нарушение положений ст. 56 ГПК РФ, не представлено.

Между тем, судебная коллегия находит подлежащими частичному удовлетворению доводы апелляционной жалобы истца о необоснованном снижении размера компенсации морального вреда по следующим основаниям.

Определяя размер компенсации морального вреда, с учетом индивидуальных особенностей истца, степени близости родственных отношений, характера причиненных нравственных страданий, а также принципа разумности и справедливости, суд первой инстанции пришел о взыскании с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда в размере 10 000 рублей.

Судебная коллегия, соглашаясь с выводами суда первой инстанции о наличии оснований для взыскания с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда, вместе с тем приходит к выводу, что при определении размера компенсации причиненного морального вреда суд не в полной мере учел все заслуживающие внимания обстоятельства.

На основании ст.ст. 1100, 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности. Размер компенсации морального вреда определяется в денежной форме с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, индивидуальных особенностей потерпевшего, а также в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения ущерба. При определении размера компенсации вреда учитываются так же требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Как следует из разъяснений, изложенных в абз. 3 п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» (далее – постановление Пленума ВС РФ от 15.11.2022 № 33), под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права, либо нарушающими имущественные права гражданина

Под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции) (п. 14 постановления Пленума ВС РФ от 15.11.2022 № 33).

В п. 21 постановления Пленума ВС РФ от 15.11.2022 № 33 разъяснено, что моральный вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих, подлежит компенсации владельцем источника повышенной опасности (ст. 1079 ГК РФ).

Как следует из разъяснений, изложенных в п. 25 постановления Пленума ВС РФ от 15.11.2022 № 33, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из ст.ст. 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований.

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (п. 26 постановления Пленума ВС РФ от 15.11.2022 № 33).

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

В п. 28 постановления Пленума ВС РФ от 15.11.2022 № 33 разъяснено, что под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего.

При определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (п. 2 ст. 1101 ГК РФ) (п. 30 постановления Пленума ВС РФ от 15.11.2022 № 33).

В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (ст. 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.

Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем, исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении.

Вместе с тем, по мнению судебной коллегии, определенный судом первой инстанции размер компенсации морального вреда – 10 000 рублей, сделан без учетом всех заслуживающих внимания обстоятельств, требований разумности и справедливости.

Учитывая указанные выше нормы законодательства, оценивая представленные по делу доказательства, принимая во внимание обстоятельства, при которых истцу причинен легкий вред здоровью, связанный с установленным диагнозом - сотрясение головного мозга, ушиб мягких тканей левой височной области, нахождение на стационарном лечении с 17.06.2023 по 22.06.2023 с данным диагнозом, а также исходя из требований разумности и справедливости, судебная коллегия приходит к выводу об изменении решения суда в части размера компенсации морального вреда, взысканной в пользу истца. Судебная коллегия полагает возможным увеличить размер компенсации морального вреда, считая соответствующим требованиям разумности, справедливости и достаточности при имеющихся в деле доказательствах размер компенсации, до 60 000 рублей. В удовлетворении остальной части данных требований отказать.

С учетом изложенного судебная коллегия приходит к выводу об изменении решения суда в части размера компенсации морального вреда и взыскании с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда в размере 60 000 рублей.

Указанный размер компенсации морального вреда, по мнению судебной коллегии, в полной мере соответствует требованиям ст. ст. 151, 1101 ГК РФ, согласуется с принципами конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности (ст.ст. 21, 53 Конституции Российской Федерации), а также с принципами разумности и справедливости, позволяющими, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой - не допустить неосновательного обогащения потерпевшего и не поставить в чрезмерно тяжелое имущественное положение лицо, ответственное за возмещение вреда.

Принимая во внимание вышеизложенное, судебная коллегия приходит к выводу об изменении решения суда в части взыскания с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда в размере 10 000 рублей, увеличив размер компенсации морального вреда до 60 000 рублей, в удовлетворении остальной части данного требований отказать.

Кроме того, судебная коллегия соглашается с доводами апелляционной жалобы о необоснованном отказе в удовлетворении требований о взыскании судебных расходов, исходя из следующего.

В соответствии с ч. 1 ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Согласно ст. 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе, расходы на оплату услуг представителей.

В силу ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

На основании ч. 1 ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в п. 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек.

Отказывая в удовлетворении требований о взыскании расходов по оплате услуг представителя, суд первой инстанции исходил из того, что доказательств несения истцом ФИО1 указанных расходов не представлено.

Вместе с тем, в обоснование требований о взыскании судебных расходов ФИО1 представлены:

- договор № б/н на оказание юридической помощи от 29.01.2024, заключенный между ФИО1 (доверитель) и адвокатским кабинетом «Адвокат Орловский Д.Ю.» (адвокат) об оказании юридических услуг и представлению интересов по данному гражданскому делу. Стоимость услуг определена сторонами в размере 50 000 рублей (т. 2 л.д. 62);

- квитанция к ПКО № б/н, приходной кассовый ордер № б/н от 29.01.2024 об оплате ФИО1 денежных средств в размере 50000 рублей (т. 2 л.д. 63, 175);

- договор об оказании услуг № 01/26/12/2023 от 26.12.2023, заключенный между ООО «Независимый Эксперт» (исполнитель) и ФИО1 (заказчик) о выполнении работ по проведению автотехнической экспертизы. Стоимость услуги определена сторонами в размере 15000 рублей (т. 2 л.д. 148-149);

- акт об оказании услуг от 09.01.2024 (т. 2 л.д. 150);

- квитанция в ПКО № 01 от 26.12.2023 об оплате ФИО1 денежных средств в размере 15000 рублей (т. 2 л.д. 147).

Разрешая заявление о взыскании судебных расходов, руководствуясь ст.ст. 88, 98, 100 ГПК РФ, разъяснениями Пленума ВС РФ от 21.01.2016 № 1, судебная коллегия приходит к следующему.

Как следует из разъяснений, изложенных в п. 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», при неполном (частичном) удовлетворении требований судебные расходы на оплату услуг представителя присуждаются каждой из сторон в разумных пределах и распределяются в соответствии с правилом о пропорциональном распределении судебных расходов (ст.ст. 98, 100 ГПК РФ).

С учетом возможности соединения имущественных и неимущественных требований в одном заявлении, при распределении судебных расходов необходимо определить первоначальную пропорцию исходя из заявленных требований и удовлетворенных требований, как имущественного, так и неимущественного характера, установить пропорцию по имущественным требованиям и с учетом существующего подхода в отношении неимущественных требований (пропорция по такому требованию не выстраивается) принять по существу процессуальное решение.

Таким образом, при заявлении нескольких самостоятельных требований, в отношении одного из которых подлежит применению пропорциональный подход распределения судебных расходов, а на другое требование такой подход не распространяется, судебные расходы подлежат разделу соответственно количеству требований и возмещаются по каждому требованию отдельно, исходя из удовлетворения, частичного удовлетворения либо отказа в удовлетворении каждого из требований.

Вышеизложенной согласуется с правовой позицией Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определение № 309-ЭС17-12761 от 25.09.2017.

Как указывалось выше, истцом ФИО1 заявлено несколько требований, как имущественного, так и неимущественного характера.

Как усматривается из вышеуказанного договора № б/н на оказание юридической помощи от 29.01.2024, стоимость представительских услуг по каждому требованию отдельно не определена.

Таким образом, по каждому требованию услуги представителя оплачены ФИО1 в равной сумме, то есть 25 000 рублей, исходя из расчета:

50 000 рублей : 2 = 25 000 рублей.

Исковые требований ФИО1 имущественного характера удовлетворены частично (36,6 %), в связи с чем, понесенные ею расходы на оплату услуг представителя подлежат возмещению пропорционально удовлетворенным исковым требованиям, а именно в размере 9 150 рублей, исходя из расчета: 25 000 рублей х 36,6 % : 100 = 9 150 рублей.

С учетом изложенного, принимая во внимание частичное удовлетворение исковых требований ФИО1 имущественного характера, с ответчика подлежат взысканию судебные расходы по оплате услуг представителя в размере 9 150 рублей.

Как следует из разъяснений, изложенных в абз. 2 п. 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1, правило о пропорциональном возмещении (распределении) судебных издержек не подлежат применению при разрешении, в частности исков неимущественного характера, в том числе имеющего денежную оценку требования направленного на защиту личных неимущественных прав (например, о компенсации морального вреда).

Таким образом, с ответчика подлежат взысканию судебные расходы по оплате услуг представителя в размере 25 000 рублей за рассмотрение требования неимущественного характера.

Общая сумма судебных расходов по оплате услуг представителя расходов, подлежащих взысканию в пользу ФИО1, составит 34 150 рублей, исходя из расчета: 9150 рублей + 25000 рублей = 34150 рублей.

При этом, судебная коллегия, учитывая позицию представителя истца, проявленную в процессе рассмотрения дела, категорию и сложность данного гражданского спора, объем и качество оказанных им услуг, в том числе: подготовка искового заявления; участие в 2-х судебных заседаниях суда первой инстанции, приходит к выводу о том, что указанный размер расходов по оплате услуг представителя позволяет соблюсти необходимый баланс процессуальных прав и обязанностей сторон, учитывает соотношение расходов с объемом защищенного права.

При этом стоимость оказанных представителем услуг, в рассматриваемом случае, не превышает установленные решением Совета Адвокатской палаты Ставропольского края минимальные расценки при заключении соглашения на оказание юридической помощи, а также сложившейся в регионе среднестатистической стоимости оплаты услуг адвоката по сведениям Федеральной палаты адвокатов Российской Федерации.

Надлежащих доказательств, свидетельствующих о явном превышении указанной суммы разумным пределам, не представлено.

С учетом изложенного, руководствуясь вышеизложенными нормами права, разъяснениями постановления Пленума ВС РФ, судебная коллегия приходит к выводу об отмене решение суда в части отказа в удовлетворении требований о взыскании судебных расходов и принятии в отмененной части нового решения о взыскании с ответчика в пользу истца расходов по оплате услуг представителя в размере 34150 рублей; расходы по оплате услуг эксперта в размере 5 490 рублей (15 000 х 36,6 % = 5490).

В удовлетворении остальной части данных требований отказать.

В остальной части решение Ессентукского городского суда Ставропольского края от 12.09.2024 оставить без изменения.

В соответствии с п. 2 ст. 328 ГПК РФ, по результатам рассмотрения апелляционных жалобы, представления суд апелляционной инстанции вправе отменить или изменить решение суда первой инстанции полностью или в части и принять по делу новое решение.

Руководствуясь ст.ст. 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия

определила:

решение Ессентукского городского суда Ставропольского края от 12.09.2024 изменить в части взыскания с ФИО3 в пользу ФИО1 в счет компенсации морального вреда 10 000 рублей, увеличив размер компенсации морального вреда до 60000 рублей.

В удовлетворении остальной части данного требования отказать.

Решение Ессентукского городского суда Ставропольского края от 12.09.2024 отменить в части отказа в удовлетворении требований ФИО1 о взыскании судебных расходов на оказании юридических услуг в размере 50 000 рублей, на проведение автотехнической экспертизы в размере 15 000 рублей.

Принять в отмененной части новое решение.

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО1 судебные расходы на оказании юридических услуг в размере 18 323 рублей 97 копеек, на проведение автотехнической экспертизы в размере 5 490 рублей.

В удовлетворении остальной части данных требований отказать.

В остальной части решение Ессентукского городского суда Ставропольского края от 12.09.2024 оставить без изменения.

Апелляционное определение судебной коллегии вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в срок, не превышающий трех месяцев со дня его вступления в законную силу в кассационном порядке в Пятый кассационный суд общей юрисдикции (г. Пятигорск) по правилам, установленным главой 41 ГПК РФ через суд первой инстанции.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 27.02.2026.

Председательствующий:

Судьи: