Апелляционное определение № 22-3198/2025 22-74/2025 22-74/2026 22-74/26 от 19 января 2026 г.

Судья Омаров У.О. Дело №22-74/2025 (22-3198/2025)

ВЕРХОВНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ ДАГЕСТАН


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Махачкала 20 января 2026 г.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Республики Дагестан в составе:

председательствующего судьи Мраморовой Н.Н.,

судей Хайретдинова М.Ф., Курбанова Р.Д.,

при секретаре судебного заседания Хизриеве Ш.А.,

с участием прокурора Устина А.А.,

осужденного ФИО1,

защитника – адвоката ФИО8,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу осужденного ФИО1 на приговор Ленинского районного суда г. Махачкалы от 26 сентября 2025 года.

Выслушав участников процесса, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

Приговором Ленинского районного суда г. Махачкалы от 26 сентября 2025 года ФИО1 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 234 УК РФ, и ему назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 1 (один) год. На основании ч. 2 ст. 53.1 УК РФ назначенное наказание в виде лишения свободы заменено принудительными работами сроком на 1 (один) год с удержанием 10 (десяти) процентов заработка в доход государства.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО1 просит приговор отменить либо изменить, смягчив назначенное наказание, а именно – заменить принудительные работы на штраф. Свою позицию апеллянт мотивирует следующими доводами:

Назначенное наказание в виде принудительных работ является, по его мнению, чрезмерно суровым и несправедливым, не соответствующим принципам справедливости и индивидуализации наказания (ст. 6, 60 УК РФ).

Суд первой инстанции не в полной мере учел имеющиеся смягчающие наказание обстоятельства: полное признание вины, раскаяние, активное способствование раскрытию преступления, а также наличие на его иждивении малолетнего ребенка и пожилой матери-инвалида.

Санкция ч. 3 ст. 234 УК РФ предусматривает наряду с принудительными работами возможность назначения наказания в виде штрафа, которым суд не воспользовался.

Отсутствие осужденного в связи с отбыванием наказания негативно скажется на его несовершеннолетнем ребенке.

Проверив материалы уголовного дела в пределах доводов апелляционной жалобы, обсудив приведенные в ней аргументы, выслушав объяснения осужденного ФИО1, позицию его защитника и возражения государственного обвинителя, полагавшего приговор законным и обоснованным, судебная коллегия приходит к следующему.

Вина ФИО1 в совершении инкриминируемого ему преступления была доказана в суде первой инстанции совокупностью исследованных, допустимых, относимых и достоверных доказательств, образующих прочную и непротиворечивую систему. Суд первой инстанции всесторонне, полно и объективно оценил представленные доказательства в их взаимной связи, руководствуясь требованиями ст. 17, 88, 307 УПК РФ.

В основу обвинительного приговора были положены следующие доказательства:

Признательные показания самого осужденного, данные на предварительном следствии в присутствии защитника и оглашенные в судебном заседании в соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 276 УПК РФ. В своих показаниях ФИО1 детально, конкретно и последовательно изложил обстоятельства незаконного приобретения сильнодействующего вещества «Трамал» 3 января 2025 года через мессенджер «Telegram», его оплаты с привлечением постороннего лица, получения координат тайника, изъятия 4 блистеров с таблетками, а также последующего сбыта части этого вещества 27 января 2025 года своему знакомому ФИО9 за 28 000 рублей по предварительной договоренности. Его показания носят исчерпывающий характер и согласуются со всей совокупностью иных доказательств по делу

Показания свидетелей – участников оперативно-розыскного мероприятия (ОРМ) «проверочная закупка»:

Условного покупателя ФИО9, подтвердившего факт обращения в правоохранительные органы, переписку и договоренность с ФИО1 о приобретении вещества, получение от оперативных сотрудников денежных средств, их маркировку, личную встречу с осужденным, в ходе которой последний передал ему 4 блистера с таблетками «Трамал ретард» в обмен на деньги, а также последующую добровольную выдачу изъятого вещества.

Оперуполномоченных Свидетель №5, ФИО10, Свидетель №6, Свидетель №3, объективно и последовательно описавших подготовку, проведение, фиксацию и результаты ОРМ, включая выдачу денежных средств, наблюдение за встречей, задержание осужденного и его личный досмотр.

Понятых Свидетель №1 и Свидетель №2, удостоверивших соблюдение закона при вручении денег условному покупателю, обследовании его транспортного средства до проведения ОРМ, а также при оформлении результатов мероприятия. Их показания носят нейтральный характер и подтверждают объективность фиксации процессуальных действий.

Вещественные доказательства и заключения экспертиз:

Заключение эксперта ЭКО Махачкалинского ЛУ МВД России на транспорте №21 от 10 февраля 2025 года, согласно которому представленные на исследование 40 таблеток содержат сильнодействующее вещество трамадол (трамал) общей массой 12,8 грамма. Данная масса в соответствии с п. 4 Постановления Правительства РФ № 964 от 29 декабря 2007 является крупным размером для целей ст. 234 УК РФ.

Документы, оформленные в ходе ОРМ и предварительного следствия: акт осмотра, пометки и вручения денежных средств от 27 января 2025, акт добровольной сдачи от 27 января 2025, протокол личного досмотра от 27-28 января 2025, протоколы осмотра предметов (денежных средств и мобильного телефона), которые в совокупности объективно зафиксировали ход и результаты процессуальных действий.

Изъятые у осужденного денежные средства в сумме 28 000 рублей, идентичные выданным условному покупателю, и мобильный телефон марки «Samsung Galaxy S10», использованный для переписки о приобретении и сбыте вещества.

Суд первой инстанции дал надлежащую оценку допустимости результатов ОРМ, указав на отсутствие провокации сбыта со стороны сотрудников полиции, соблюдение требований Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности» и УПК РФ при их проведении и оформлении. Оснований для исключения этих доказательств как недопустимых не имелось.

Таким образом, приведенная совокупность доказательств является достаточной для однозначного вывода о виновности ФИО1 в незаконном сбыте сильнодействующего вещества в крупном размере. Суд первой инстанции верно пришел к выводу о доказанности вины осужденного, а сам приговор является законным, обоснованным и мотивированным. Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих в силу ст. 389.15 УПК РФ отмену или изменение приговора, при его постановлении не допущено.

Суд первой инстанции, назначая наказание, руководствовался требованиями ст. 6, 43, 60 УК РФ и всесторонне учел все представленные и подтвержденные данные о личности осужденного.

В соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ, суд признал и учел в качестве смягчающих наказание обстоятельств полное признание вины осужденным, а также наличие на его иждивении несовершеннолетнего ребенка.

В приговоре суда первой инстанции ошибочно указано, что в качестве смягчающего обстоятельства учтено «рассмотрение уголовного дела в особом порядке». Как усматривается из материалов дела, уголовное дело рассматривалось в общем порядке, а не в особом. Таким образом, данное указание является технической (опиской) ошибкой, не соответствующей фактическим обстоятельствам судопроизводства.

Суд апелляционной инстанции исключает данное ошибочное указание из мотивировочной части приговора. Важно подчеркнуть, что данное исключение носит характер уточнения и исправления процессуальной ошибки в мотивировке и не влечет и не может повлечь какого-либо ухудшения положения осужденного. Это объясняется тем, что суд первой инстанции при назначении наказания и замене лишения свободы принудительными работами в действительности руководствовался иными, правильно установленными и учтёнными законными смягчающими обстоятельствами (признание вины, наличие ребенка на иждивении), а также комплексной оценкой личности осужденного. Никаких процессуальных последствий, связанных с особым порядком (например, ограничение наказания двумя третями от максимального срока), в данном деле не применялось, и наказание было назначено в пределах санкции статьи без каких-либо подобных ограничений. Таким образом, исключение ошибочного указания на несуществующий особый порядок не отменяет и не изменяет назначенное наказание и не затрагивает его законность и справедливость.

Суд первой инстанции обоснованно не нашел оснований для признания смягчающим обстоятельством активного способствования раскрытию преступления (п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ). Преступление было раскрыто в результате планового ОРМ «проверочная закупка» в условиях очевидности, инициированного на основе заявления ФИО9 Осужденный, признавая вину, не сообщил следствию никакой новой, ранее неизвестной информации, которая способствовала бы раскрытию и расследованию данного или иных преступлений.

Довод о наличии на иждивении пожилой матери-инвалида судом первой инстанции был проверен и обоснованно принят во внимание в качестве смягчающего наказания обстоятельства, как усматривается из приговора судом учтено в качестве смягчающего наказания обстоятельства наличия на иждивении несовершеннолетнего ребенка, в том числе пожилых родителей имеющих инвалидность, а соответственно и матери - инвалида.

Довод апеллянта о необоснованном неприменении штрафа и чрезмерной суровости принудительных работ является несостоятельным. Санкция ч. 3 ст. 234 УК РФ действительно предусматривает наказание в виде штрафа, принудительных работ или лишения свободы. Выбор конкретного вида наказания из альтернатив, предусмотренных санкцией, относится к исключительной компетенции суда первой инстанции и осуществляется на основе его внутреннего убеждения с учетом всех обстоятельств дела (ст. 60 УК РФ).

Суд первой инстанции, правильно квалифицировав содеянное как тяжкое преступление (ст. 15 УК РФ), верно оценил его высокую общественную опасность, связанную с незаконным оборотом сильнодействующих веществ в крупном размере, корыстный мотив, а также данные о личности осужденного. При этом суд пришел к обоснованному выводу, что достижение целей наказания – восстановление социальной справедливости, исправление осужденного и предупреждение совершения новых преступлений (ст. 43 УК РФ) – невозможно путем назначения лишь штрафа, который не обеспечил бы должного карательного и превентивного эффекта.

Более того, суд первой инстанции, уже смягчил положение осужденного, применив положения ч. 2 ст. 53.1 УК РФ. Изначально определив наказание в виде лишения свободы, суд, учитывая смягчающие обстоятельства и положительные данные о личности, пришел к выводу о возможности исправления ФИО1 без реального отбывания наказания в местах лишения свободы и заменил лишение свободы на принудительные работы. Данное решение является актом гуманизма и прямым следствием учета обстоятельств, смягчающих наказание. Таким образом, избранный вид наказания является не только законным, но и справедливым, отражающим разумный баланс между тяжестью содеянного и личностью виновного.

Довод жалобы о негативном влиянии на ребенка, является необоснованным, поскольку, данный довод был учтен судом первой инстанции (признан в качестве смягчающего обстоятельства) и нашел свое отражение при решении вопроса о замене лишения свободы принудительными работами. Назначенный вид наказания в значительно меньшей степени, чем лишение свободы, нарушает социальные и семейные связи осужденного, позволяя ему проживать в специальном учреждении и трудиться, сохраняя возможность общения с семьей. Данное обстоятельство не свидетельствует о необходимости дальнейшего смягчения наказания.

Вопреки доводам защитника, о признании смягчающим наказание обстоятельствам явки с повинной и предоставление мобильного телефона то судебная коллегия отмечает, что основания для признания указанных обстоятельств в качестве смягчающих наказание обстоятельств не имеется, поскольку преступление было пресечено в рамках ОРМ в условиях явной очевидности совершенного преступления, какой либо новой информации связи с осмотром телефона, которая ранее не была бы не известна правоохранительным органам не получена. Так же в материалах дела отсутствует явка с повинной. Каких либо иных процессуальных действий совершенных осужденным и позволяющих признать их как явку с повинной материалы дела не содержат.

Суд первой инстанции правильно применил нормы Уголовного кодекса РФ:

Квалификация действий по ч. 3 ст. 234 УК РФ соответствует установленным фактическим обстоятельствам и размеру изъятого вещества.

Верно определена категория преступления как тяжкого (ст. 15 УК РФ).

Всесторонне проанализированы положения ст.ст. 6, 43, 60, 61, 63 УК РФ при назначении наказания.

Решение о замене лишения свободы принудительными работами основано на прямом применении ч. 2 ст. 53.1 УК РФ и мотивировано.

Вопрос о истечении срока давности по предыдущему приговору (ч. 1 ст. 83 УК РФ) и, как следствие, отсутствии судимости (ч. 2 ст. 86 УК РФ) разрешен правильно.

Отсутствие оснований для применения ст. 64, 73 УК РФ, положений о малозначительности (ч. 2 ст. 14 УК РФ) или для освобождения от уголовной ответственности мотивировано в приговоре.

Нарушений уголовного закона, влекущих отмену приговора, судебная коллегия не находит.

Руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Приговор Ленинского районного суда г. Махачкалы от 26 сентября 2025 года в отношении ФИО1 изменить.

Исключить из мотивировочной части приговора ошибочное указание на «рассмотрение уголовного дела в особом порядке» как на обстоятельство, смягчающее наказание.

В остальном приговор Ленинского районного суда г. Махачкалы от 26 сентября 2025 года оставить без изменения, а апелляционную жалобу осужденного ФИО1 оставить без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в Пятый кассационный суд общей юрисдикции в порядке сплошной кассации, предусмотренном ст. 401.7 и 401.8 УПК РФ, в течение 6 месяцев со дня его вынесения, через суд первой инстанции. При этом осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий

Судьи: