Решение № 2-300/2026 от 4 мая 2026 г. по делу № 2-300/2026

66RS0039-01-2025-000950-78

Дело № 2-300/2026


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

22 апреля 2026 года город Кировград

Кировградский городской суд Свердловской области в составе председательствующего Охотиной С.А.,

при секретаре судебного заседания Миллер В.Е.,

с участием ответчиков К.И.А. и Ч.А.В. (посредством организации видеоконференц-связи);

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Федерального казенного учреждения Следственный изолятор № ГУФСИН России по <адрес> к К.И.А. и Ч.А.В. о взыскании материального ущерба,

УСТАНОВИЛ:

Истец - Федеральное казенное учреждение Следственный изолятор № ГУФСИН России по <адрес>, в лице представителя по доверенности обратился в суд с исковым заявлением к К.И.А. и Ч.А.В. о взыскании денежных средств в общем размере 87 099 рублей 92 копейки, а именно, с учетом уточнения в порядке ст. 39 ГПК РФ иска (л.д. 90-93 и 175), просит взыскать с ответчиков материальный ущерб в виде затрат, понесенных в связи с пресечением их побега и розыском в размере 38 638 рублей 23 копейки с Ч.А.В. и в размере 48 461 рубль 69 копеек с К.И.А..

Определением Нижнесергинского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ гражданское дело передано по подсудности в Кировградский городской суд <адрес>.

В обоснование иска, с учетом его уточнения, указано, что Ч.А.В. и К.И.А. были осуждены ДД.ММ.ГГГГ приговором Центрального окружного военного суда <адрес> по <данные изъяты> УК РФ к наказанию в виде лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима с ограничением свободы. Ответчики с ДД.ММ.ГГГГ по настоящее время содержатся в СИЗО-1 ГУФСИН России по СО. ДД.ММ.ГГГГ ответчики совершили побег из-под стражи ФКУ СИЗО-1. Во время проведения утренней проверки выявлен факт отсутствия в камерах Ч.А.В. и К.И.А.. Данный факт зарегистрирован в КРСП. В целях установления местонахождения ответчиков, ГУФСИН России по <адрес> приказано силами розыскных постов перекрыть вероятные направления их движения в городах <адрес>, <адрес>, <адрес>, <адрес>, <адрес>, <адрес>, <адрес> и <адрес>, взяв под особое наблюдение вокзалы, автостанции, выезда из города. Приказом № от ДД.ММ.ГГГГ были сформированы группы боевого порядка, в том числе привлечены сотрудники учреждения – истца, с изданием приказа о привлечении сотрудников к исполнению служебных обязанностей в ночное время, выходные и нерабочие дни, а также о выплате денежной компенсации таким работникам (привлечено <данные изъяты> в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ и <данные изъяты> с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ). В качестве денежной компенсации за привлечение сотрудников к исполнению служебных обязанностей сверх установленной нормальной продолжительности служебного времени, в ночное время, выходные дни, сотрудникам выплачено: с учетом надбавки 10% за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – 69 644,02 рубля (указанная сумма разделена на 2, учитывая осуществление в данный период розыска обоих ответчиков); с учетом надбавки 10% за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – 1 518,87 рублей. При проведении розыскных мероприятий использовался служебный транспорт, находящийся в ведении колонии и соответственно понесены затраты, связанные с пресечением побега ответчиков, в виде расходов при эксплуатации служебного автотранспорта на горюче-смазочные материалы во время розыска, а также амортизация на служебный транспорт, на общую сумму 15 090,92 рубля (6 441,32– ГСМ, 8 649,60 – амортизация). В ходе проведения розыскных мероприятий отрабатывались адреса возможного местонахождения осужденного, патрулирования мест его возможного появления. Также согласно указания ГУФСИН от ДД.ММ.ГГГГ для розыскных мероприятий в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, поставлен на приход сухой корм для служебных собак в количестве 16,2кг стоимостью 136,47 руб./1 кг.. В период розыскных мероприятий для питания служебных собак всего израсходовано 6,2 кг сухого корма на сумму 846,11 рублей (из них в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ израсходовано 1,2 кг сухого корма на сумму 163,76 руб., в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ израсходовано 5 кг сухого корма на сумму 682,35 руб.). ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ при проведении розыскных мероприятий были обнаружены и задержаны Ч.А.В. и К.И.А. соответственно; в настоящее время содержатся в СИЗО-1. С учетом осуществления в период по ДД.ММ.ГГГГ розыска обоих ответчиков, а впоследствии только К.И.А., истцом в уточненном иске от ДД.ММ.ГГГГ заявлено о взыскании расходов в размере 38 638 рублей 23 копейки с Ч.А.В. (<данные изъяты> часть от понесенных затрат в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ) и в размере 48 461 рубль 69 копеек с К.И.А. (1/2 часть от понесенных затрат в период с 01 по ДД.ММ.ГГГГ и полностью в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ). ФКУ СИЗО-5 ГУФСИН России по <адрес> является юридическим лицом, участником бюджетного процесса - получателем бюджетных средств, лицевой счет которого открыт в органах федерального казначейства. Главным распорядителем бюджетных средств, выделенных уголовно исполнительной системе РФ, является ФСИН России. Средства, затраченные на пресечения побега осужденного, являются федеральной собственностью, и соответственно подлежат возмещению истцу в установленном законодательством порядке лицом, винновым в причинении ущерба. Учитывая изложенное, факт привлечения сотрудников колонии к осуществлению розыскных мероприятий в установленном порядке, а также учитывая приведенные в иске нормы права, истец обратился в суд с иском о взыскании с ответчиков материального ущерба в заявленном в иске размере.

Определением Нижнесергинского районного суда от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле привлечены в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, на стороне истца – ГУ МВД России по <адрес>, УМВД России по <адрес>, УГИБДД ГУ МВД России по <адрес>, ОГИБДД УМВД России по <адрес>, Управление Федеральной службы войск национальной гвардии Российской Федерации.

Определением Кировградского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле привлечены в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, на стороне истца – ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес>, а также ГУФСИН России по <адрес> и ФСИН России; а также определением суда от ДД.ММ.ГГГГ разрешены ходатайства представителя ответчика, изложенные в письменном отзыве от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.135-140).

Представитель истца ФКУ СИЗО-5 ГУФСИН России по <адрес> в судебное заседание не явился, о рассмотрении дела извещены надлежащим образом, о чем в деле имеются отчеты, отзывов на возражения ответчика в адрес суда не представлено, при этом направили в суд заявление от ДД.ММ.ГГГГ о рассмотрении дела в их отсутствие, поддержав заявленные с учетом уточнения требования в полном объеме.

Ответчик К.И.А. в судебном заседании заявленные требования не признал, просил в удовлетворении иска отказать, в том числе поддержав представленные в дело письменные возражения. Факт побега из СИЗО-1 ответчиком не оспаривается, как не оспаривается время, обстоятельства задержания. Ответчиком в судебном заседании, а также в письменном отзыве, в т.ч. его представителя от ДД.ММ.ГГГГ, указано, что ст. 102 УИК РФ в данном случае применению не подлежит, поскольку он не относился на момент побега к осужденным лицам, т.к. приговор, в связи с которым содержался под стражей в СИЗО-1, в законную силу не вступил; до вступления приговора в законную силу лицо не является осужденным и на него не распространяется режим отбывания наказания. Полагает, что до момента вынесения приговора по уголовному делу по <данные изъяты> УК РФ вина ответчика в побеге не доказана и соответственно не имеется оснований для разрешения вопроса о вине в рамках настоящего гражданского дела, в частности без учета и обстоятельств побега. Сторона ответчика полагает, что какого-либо ущерба истцу причинено не было, поскольку прямая обязанность органов исполнения наказания - содержать обвиняемых под стражей и соответственно денежные средства выделяются для исполнения данной обязанности, осуществления пресечения побега и расходы на пресечения побега выделяются из бюджета ФСИН; сторона ответчика пролагает необоснованным привлечение такого количества сотрудников различных исправительных учреждений <адрес>, в том числе расположенных в отдалении от места совершения побега, что безосновательно увеличивало расходы и не являлось необходимым, учитывая задействованные в поисках и иные органы. Использование транспортных средств учреждений, также расположенных на значительном удалении от Екатеринбурга и места поисков, учитывая необходимость его проезда и до назначенного места, полагает необоснованным и явно излишним, повлекшим необоснованное увеличение расходов. Просит учесть, что в приказах сведений о необходимости привлечения учреждения СИЗО-5 не имеется; и уже ДД.ММ.ГГГГ числа их местонахождение было установлено, однако поиски продолжались также с привлечением значительного количества лиц, что полагает необоснованным. Также ответчик просил учесть и его затруднительное материальное положение, поскольку дохода не имеет, возможности получить доход также не имеется в связи с содержанием под стражей; имущества и денежных средств, за счет которых возможно возмещение ущерба, не имеет. Представитель ответчика извещена о рассмотрении дела, ходатайств об отложении и дополнений не представила, в связи с чем, было определено о рассмотрении дела в ее отсутствие.

Ответчик Ч.А.В. в судебном заседании также возражал против заявленных требований, поддержав в полном объеме доводы ответчика К.И.А., которые изложены в решении выше; пояснил, что факт побега с К.И.А. из СИЗО-1 не оспаривает, при этом период побега был разный, учитывая различное время задержания каждого из них после побега; однако приговора в отношении него по указанным обстоятельствам не имеется, в том числе указав, что просит учесть вину потерпевшего. Также просил учесть состояние здоровья, затруднительное материальное положение, отсутствие имущества и денежных средств, а также дохода и возможности его получения.

Представители третьих лиц, привлеченных к участию в деле - УМВД России по <адрес>, УГИБДД ГУ МВД России по <адрес>, ОГИБДД УМВД России по <адрес>, ГУ МВД России по <адрес>, Управление Федеральной службы войск национальной гвардии Российской Федерации по <адрес>, ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес>, ГУФСИН России по свердловской области и ФСИН России в судебное заседание не явились, о рассмотрении дела извещены надлежащим образом, о чем в деле имеются отчеты, отзывов и ходатайств в адрес суда не представлено. Прокурором, извещенным о рассмотрении дела, явка сотрудников не обеспечена, указано об отсутствии указанных в законе обязательных оснований для привлечения и участия в рассмотрении данного спора (о чем в деле имеется телефонограмма).

Суд, с учетом положений статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, учитывая, надлежащее извещение лиц участвующих в деле, принимая во внимание, что участие в судебном заседании является правом, а не обязанностью лица, участвующего в деле, но каждому гарантируется право на рассмотрение дела в разумные сроки, определил рассмотреть дело при данной явке в отсутствие не явившихся лиц, участвующих в деле.

Огласив исковое заявление и уточненное исковое заявление, возражения стороны ответчика, заслушав лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела и проанализировав представленные сторонами доказательства в их совокупности, суд приходит к следующему.

В соответствии с частью 1 статьи 46 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод.

В соответствии со статьей 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или иными такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

Статьей 41 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» установлено, что подозреваемые и обвиняемые несут материальную ответственность за причиненный государству во время содержания под стражей материальный ущерб: причиненный в ходе трудовой деятельности, - в размерах, предусмотренных законодательством о труде; причиненный иными действиями, - в размерах, предусмотренных гражданским законодательством.

Размер материального ущерба, причиненного государству подозреваемым или обвиняемым, определяется постановлением начальника места содержания под стражей.

Постановление объявляется подозреваемому или обвиняемому под расписку и может быть обжаловано вышестоящему должностному лицу, прокурору или в суд.

В случае отказа от добровольного возмещения материального ущерба он взыскивается в судебном порядке в соответствии с законом.

Статьей 102 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации также предусмотрено, что в случае причинения во время отбывания наказания материального ущерба государству или физическим лицам и юридическим лицам осужденные к лишению свободы несут материальную ответственность за ущерб, причиненный иными действиями осужденных, - в размерах, предусмотренных гражданским законодательством. Осужденный должен возмещать ущерб, причиненный исправительному учреждению, дополнительные затраты, связанные с пересечением его побега, а также лечением в случае умышленного причинения вреда своему здоровью.

Учреждения, исполняющие наказания, являются юридическими лицами. Территориальные органы уголовно-исполнительной системы создаются на территориях субъектов; и осуществляют руководство подведомственными им учреждениями. Финансовое обеспечение функционирования уголовно-исполнительной системы, прав, социальных гарантий сотрудников является расходным обязательством РФ (статьи 6, 7, 9 Закона РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «Об учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы РФ»).

Пунктом 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2).

Как разъяснено в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Судом установлено из представленных материалов, в том числе справки по личному делу ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес> и копии приговора, материалов служебного расследования, что К.И.А. и Ч.А.В. с ДД.ММ.ГГГГ были задержаны в порядке ст. <данные изъяты>,<данные изъяты> УПК РФ; ДД.ММ.ГГГГ постановлениями суда им была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу. С ДД.ММ.ГГГГ по настоящее время содержатся в СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес>, числились за <данные изъяты>. Так, приговором <данные изъяты><адрес> от ДД.ММ.ГГГГ К.И.А. и Ч.А.В. были осуждены - каждый по <данные изъяты> УК РФ (в ред. Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ №501-ФЗ) к наказанию в виде лишения свободы (Ч.А.В. – <данные изъяты>, К.И.А. – <данные изъяты>), с отбыванием наказания в <данные изъяты>. Сведений о вступлении приговора в законную силу на момент подачи иска, в частности на момент совершения побега, не имелось.

Также установлено и не оспаривается ответчиками К.И.А. и Ч.А.В., что ДД.ММ.ГГГГ К.И.А. и Ч.А.В. совершили побег из под стражи, а именно, из СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес>. При этом из материалов служебной проверки (заключений о результатах служебных проверок от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ) установлено, что: ДД.ММ.ГГГГ в ДД.ММ.ГГГГ при проведении утренней количественной проверки на посту № корпусного отделения № ФКУ СИЗО-1, сотрудниками учреждения установлено отсутствие осужденных Ч.А.В. в камере № и К.И.А. в камере №. В результате просмотра видеоархива за ДД.ММ.ГГГГ установлено, что в ДД.ММ.ГГГГ Ч.А.В. вышел из камеры №, в ДД.ММ.ГГГГ открыл камерную дверь № с помощью отмычки, где содержался К.И.А.; впоследствии при просмотре видеозаписей установлены действия Ч.А.В. и К.И.А., позволившие им осуществить побег из СИЗО-1, в частности установлено, что линия охраны была пересечена указанными лицами в ДД.ММ.ГГГГ; дальнейшее движение при помощи видеонаблюдения отследить не удалось. В ДД.ММ.ГГГГ объявлен сбор личного состава ГУФСИН и организованы оперативно-розыскные мероприятия.

Впоследствии, в результате розыскных мероприятий, проводившихся сотрудниками ГУФСИН России по <адрес> совместно с иными органами (ФСБ, МВД), местонахождение ответчиков было установлено, а именно, К.И.А. задержан ДД.ММ.ГГГГ, а Ч.А.В. ДД.ММ.ГГГГ; с указанной даты данные лица водворены в СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес>, где содержатся по настоящее время.

Вопреки доводам ответчиков, судом учитывается, что следственные изоляторы входят в уголовно-исполнительную систему (ст. 8 ФЗ РФ от ДД.ММ.ГГГГ №103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений»); и в данном конкретном случае ФКУ СИЗО-1, как и ФКУ СИЗО-5, фактически входят в структуру ГУФСИН России по <адрес> (соответствующий территориальный орган ФСИН).

При этом как указано выше, в связи с побегом из учреждения ФСИН области, ГУФСИН России по СО были организованы оперативно-розыскные мероприятия, направленные на установление местонахождение Ч.А.В. и К.И.А., их задержание. Так, вопреки доводам ответчиков о необоснованности участия сотрудников истца в проводимых розыскных мероприятиях, суду представлены документы, подтверждающие как основания привлечения к данным мероприятиям, так и определенный объем мероприятий, поручаемых сотрудникам конкретного учреждения – ФКУ СИЗО-5 в установленном порядке. В частности, ДД.ММ.ГГГГ ГУФСИН России по <адрес> вынесен Приказ № «О переходе подразделений ГУФСИН России по СО на усиленный вариант несения службы» в целях организации содействия в розыске и задержании особо опасных преступников, совершивших побег из СИЗО-1, которым в том числе начальникам учреждений ГУФСИН: организовать круглосуточное дежурство руководящего состава и оперативных групп; а также Приказ № «О проведении специальной операции», в соответствии с которым: силами розыскных постов перекрыть вероятные направления движения (с указанием количества постов и вероятных маршрутов движения), розыскным нарядам приступить к выполнению задач в соответствии с планом действий при чрезвычайных обстоятельствах; сформированы группы боевого порядка и посты; определено розыскным нарядам приступить к выполнению задач в соответствии с планом действия при чрезвычайных обстоятельствах; а также определены задачи боевого порядка с привлечением транспортных средств (служебных, а также и личных) и места дислокации групп. При этом суду представлены решения оперативного штаба на ведение розыска бежавших преступников за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (включительно) с указанием ежедневных мероприятий по розыску и запланированных мероприятий на следующий день, выставленных постов с указанием сотрудников конкретных учреждений, привлеченных к розыску; в том числе в части сотрудников СИЗО-5 – решением опершатаба от ДД.ММ.ГГГГ определено сформировать сводный отряд оперативной зоны, из ряда сотрудников учреждений ГУФСИН, в частности и сотрудников СИЗО-5, задачи которого также определены Приказом № (в т.ч. в виде отработки мест возможного появления ответчиков). Дальнейшими решениями оперштаба и указанием на проводимые мероприятия подтверждается факт привлечения сотрудников СИЗО-5 и участие в ВРП.

На основании указанных приказов и распоряжений, в частности и Приказа руководителя Учреждения (врионачальника ФКУ СИЗО-5 ГУФСИН России по <адрес>) № от ДД.ММ.ГГГГ, сотрудники СИЗО-5 также несли службу в усиленном варианте, в частности принимая участие в оперативно-розыскных мероприятиях (выезжали на место предполагаемого нахождения осужденных, осуществлялся выезд на территорию <адрес>, <адрес>, <адрес>, и в <адрес> для проведения оперативно-розыскных мероприятий по установлении нахождения ответчиков), что подтверждено помимо вышеприведенных Приказов, также представленными табелями и графиками несения службы, утвержденными врио начальника Учреждения, изданным Приказом начальника ФКУ СИЗО-5 ГУФСИН России по <адрес> за номером № об оплате денежной компенсации за работу сверх установленной нормальной продолжительности рабочего времени, в выходные дни и ночное время; в том числе подтверждается и представленной истцом справкой от ДД.ММ.ГГГГ.

Таким образом, судом, вопреки доводам стороны ответчиков установлено, что участие сотрудников ФКУ СИЗО-5 ГУФСИН России по <адрес> было обусловлено принятыми решениями уполномоченных лиц (территориальным органом ФСИН), с учетом установленного комплекса мер для розыска сбежавших лиц, перевода сотрудников учреждений ГУФСИН России по <адрес> на усиленный вариант несения службы, привлечения сотрудников истца непосредственно к оперативно-розыскным мероприятиям в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. При этом как следует из представленной суду информации и документов, мероприятия по розыску определялись и осуществлялись, принимая во внимание Приказ Министерства юстиции РФ от ДД.ММ.ГГГГ №дсп «Об утверждении Инструкции по подготовке уголовно-исполнительной системы к действиям при чрезвычайных обстоятельствах». Учитывая обстоятельства побега, временной период до обнаружения факта побега, значительную территорию области и возможных направлений движения, а также представленные справки-характеристики в отношении сбежавших лиц и сведения о преступлении, его тяжести в соответствии с приговором, на основании которого указанные лица были осуждены и находились в СИЗО-1 (несмотря на то, что таковой не вступил в законную силу), суд приходит к выводу, что оснований полагать по доводам ответчика о необоснованности привлечения сотрудников ФКУ СИЗО-5 ГУФСИН России по <адрес> (одного из учреждений ГУФСИН России по СО) к розыску ввиду отдаленности нахождения от места побега, фактически не имеется. Оснований полагать, что сбежавшие лица, в частности ответчик, будут находиться на территории Екатеринбурга и не предпримут попыток скрыться в иных направлениях, не имелось, а меры розыска приняты с учетом конкретных обстоятельств, необходимости осуществления контроля большей территории в целях пресечения попыток скрыться, установить местонахождение сбежавших лиц.

Доводы стороны ответчиков о том, что их местонахождение было установлено ДД.ММ.ГГГГ в <адрес> и впоследствии не обосновано привлечение значительного количества сотрудников к поиску, в т.ч. в отдалении от указанного места, судом не могут быть приняты в основу решения об отказе в удовлетворении иска, учитывая вышеприведенное, а также принимая во внимание, что после указанной даты поиски осуществлялись с учетом полученной значимой оперативной информации о возможном местонахождении ответчиков, что следует из решений оперштаба и безусловных доказательств нецелесообразности привлечения сотрудников СИЗО-5 к осуществлению содействия в мероприятиях по розыску не представлено.

Учитывая вышеприведенное, судом отклоняются доводы стороны ответчика, в том числе в лице представителя, о том, что оснований для взыскания с ответчиков ущерба (убытков), причиненных в результате побега, не имеется со ссылкой на ст. 102 УИК РФ, поскольку, несмотря на то, что приговор суда в отношении ответчиков не вступил в законную силу на момент побега, Ч.А.В. и К.И.А. фактически совершили действия (самовольное оставление СИЗО-1, побег), которые привели к привлечению сотрудников ФКУ СИЗО-5 ГУФСИН России по <адрес> к оперативно-розыскным мероприятиям наряду с иными сотрудниками Учреждений ГУФСИН России по <адрес>, что не противоречит подлежащим применению положениям закона и вышеприведенным нормативным актам. Соответственно, что привело к причинению материального ущерба; в связи с чем, имеется причинная связь между действиями ответчика и причиненным ущербом истцу в виде материальных затрат именно в виде понесенных затрат на совершение сотрудниками истца действий по розыску ответчиков.

Таким образом, учитывая положения ст. 41 ФЗ РФ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» и ст.1064 ГК РФ у ответчиков возникла обязанность возместить ущерб, причиненный фактически неправомерными действиями, поскольку побег из мест содержания под стражей сам по себе свидетельствует о несоответствии таких действий требованиям закона; и вопреки доводам ответчиков осуществление оперативно-розыскной деятельности в случае чрезвычайных обстоятельств (в частности в случае побега заключенных и перехода на усиленный вариант несения службы в связи с данным фактом) не относится к повседневной деятельности сотрудников учреждения истца, что и вызывает необходимость дополнительного привлечения сотрудников к работе сверх нормальной продолжительности рабочего времени (установленного для них графика), направление на посты для выполнения установленных оперштабом и Приказами территориального органа задач, а также дополнительного времени использования служебного транспорта именно для целей розыска, выполнения поставленных оперативных задач.

Так, фактически Ч.А.В. и К.И.А., которым избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, приговором назначено наказание в виде лишения свободы, были в соответствии с законом ограничены в своих правах, в частности в праве передвижения, принудительно изолированы от общества; однако допустили самовольное оставление СИЗО-1, поскольку доказательств иного при рассмотрении дела не представлено.

Приказом Министерства юстиции РФ № от ДД.ММ.ГГГГ утверждены Правила внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы. В частности такими правилами предусмотрено, что при осуществлении подозреваемыми и обвиняемыми своих прав не должны нарушаться порядок и условия содержания под стражей (п.7). В п. 9 указано, что подозреваемые и обвиняемые обязаны: соблюдать порядок и условия содержания под стражей, установленный Федеральным законом N 103-ФЗ и настоящими Правилами; не препятствовать работникам СИЗО, а также иным лицам, обеспечивающим порядок содержания под стражей, в выполнении ими служебных обязанностей. Согласно п. 11 подозреваемым и обвиняемым запрещается: без разрешения администрации покидать камеры и другие помещения режимных корпусов; приближаться без сопровождения сотрудников УИС к ограждениям запретных зон, пересекать их, нарушать границу территории СИЗО либо линию охраны объектов СИЗО, нарушать (повреждать) целостность конструкции ограждений запретных зон.

Согласно ст. 15 ФЗ РФ № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» в местах содержания под стражей устанавливается режим, обеспечивающий, в том числе изоляцию подозреваемых и обвиняемых. Обеспечение режима возлагается на администрацию, а также на сотрудников мест содержания под стражей. Статьей 36 названного закона предусмотрено, что подозреваемые и обвиняемые обязаны соблюдать порядок содержания под стражей, не препятствовать сотрудникам мест содержания под стражей, в выполнении ими служебных обязанностей.

В связи с чем, безусловных оснований, вопреки доводам ответчиков, о приостановлении производства по делу до разрешения уголовного дела о привлечении к ответственности по факту побега, не имелось (что отражено и в отдельно вынесенном определении), поскольку отсутствие приговора в данном случае не свидетельствует об отсутствии установленных законом оснований для наступления гражданско-правовой ответственности в связи с самим фактом самовольного оставления СИЗО (без установленных законом оснований) и понесенных в связи с этим затрат учреждениями ГУФСИН России по СО для розыска. В нарушение ст. 56 ГПК РФ ответчиками не представлено доказательств отсутствия их вины в причинении ущерба истцу; в частности ст. 49 указанного выше закона № 103-ФЗ также предусмотрены основания освобождения из под стражи, наличие которых на момент совершения побега со стороны ответчиков не доказано при рассмотрении дела.

Несоблюдение в полном объеме требований ст. 41 ФЗ РФ № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» о необходимости объявления постановления об ущербе, не соблюдение установленного порядка возмещения ущерба, не является безусловным основанием для отказа в иске, поскольку как следует из фактических обстоятельств дела, ответчики не признают требования о возмещении ущерба, не оспаривая факт самовольного оставления места содержания под стражей (побег), что не препятствует разрешению фактически возникшего между сторонами спора в гражданском порядке с учетом положений гражданского законодательства, о чем прямо указано и в приведенной норме.

Вопреки доводам ответчиков, со стороны истца представлены достоверные и относимые доказательства размера ущерба, причиненного в связи с пресечением побега указанных лиц, которые в своей совокупности подтверждают размер заявленной ко взысканию суммы, с учетом уточнения требований, в общем размере 87 099 рублей 92 копейки, в частности: с К.И.А. в размере 48 461,69 рублей и с Ч.А.В. в размере 38638,23 рублей.

В целях проведения оперативно-розыскных мероприятий, распоряжениями начальника СИЗО-5 ГУФСИН России по <адрес> (впоследствии оформленными приказами, в т.ч. о выплате денежной компенсации), с учетом приведенных выше Приказов ГУФСИН России по <адрес>, к работе сверх установленной нормальной продолжительности рабочего времени, а также в ночное время, в выходные и не рабочие дни был привлечен ряд сотрудников с учетом информации о выплаченной денежной компенсации на момент уточненного иска (с указанием в табличной форме конкретных сотрудников, и расчета). Кроме того, учитываются помимо приказов о привлечении к работе, установленный порядок работы каждого из привлеченных сотрудников. Истцом представлены сведения в отношении каждого привлеченного сотрудника согласно приказам, расчетные документы, свидетельствующие о начислениях за выполнение работы в соответствии с Приказами, а также произведенных доплатах за сверхурочную работу, работу в выходные дни, в ночное время.

Также в розыскных мероприятия и в целях организации содействия, использовался служебный транспорт: <данные изъяты> с г.н. №, что следует из Приказа врио начальника № от ДД.ММ.ГГГГ, а также из представленных путевых листов и сведениях о водителях в них указанных, которые являясь сотрудниками Учреждения и привлекались к выполнению розыскных мероприятий; в путевых листах указано и направление движения, учитывая сведения о принимаемых мерах и постах в ежедневных решениях оперативного штаба, сведения в приказах. Данные обстоятельства подтверждаются совокупностью всех представленных доказательств и фактически не опровергнуты при рассмотрении дела; обоснованность привлечения сотрудников и транспортных средств обоснована представленными документами, в том числе справками главного бухгалтера учреждения – истца; и вопреки доводам стороны ответчиков, подтверждается принятыми в установленном порядке решениями оперштаб, руководителя ГУФСИН России по СО и приказами начальника Учреждения. Представленные справки учреждения – начальника и главного бухгалтера не оспорены, составлены уполномоченными лицами и оснований не доверять им не имеется, принимая во внимание и представленные документы по служебной деятельности.

При этом судом учитывается, что за период совместного розыска ответчиков К.И.А. и Ч.А.В. истцом понесены расходы в следующих размерах с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ:

- размер компенсации сотрудникам, привлеченным к службе в ночное время, выходные дни, составил за указанный период 69 644 рубля 02 копейки (с учетом уточненного иска, надбавки 10 процентов);

- горюче-смазочные материалы (бензин АИ-92, согласно расчету и представленным кассовым чекам) при эксплуатации служебного транспорта в размере 2 855 рублей 56 копеек (из расчета затраченного бензина с учетом пробега и стоимости топлива); при этом в данной части суд исходит из заявленных требований и не имеет оснований для выхода за пределы требований, учитывая наличие в представленных чеках стоимости бензина явно выше указанной в расчете, а также учитывая наличие имевшегося и установленного лимита бензина);

- расходы по амортизации служебного автотранспорта в размере 4 613 рублей 12 копеек;

- расход сухого корма для служебных собак (за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ) в размере 163 рубля 76 копеек.

Указанные выше расходы понесены истцом в связи с осуществлением розыска двоих сбежавших из СИЗО-1 лиц (К.И.А. и Ч.А.В.), при этом судом учитываются обстоятельства совершения побега, указанные в заключении служебной проверки (в т.ч. исходя из просмотра видеозаписей). В связи с чем, суд полагает, что за указанный выше период ответчики фактически являются лицами совместно причинившими вред (ст. 1080 ГК РФ), поскольку не возможно в безусловном порядке определить размер ущерба (затрат), причиненного каждым из указанных лиц, в том числе принимая во внимание, что осуществлялся поиск обоих лиц совместно.

При этом с учетом заявленных истцом уточненных требований (л.д.175), а также применительно к положениям ч.2 ст.1080 ГК РФ и п.2 ст. 1081 ГК РФ суд приходит к выводу о возможности определения ответственности ответчика К.И.А. и Ч.А.В. – каждого из них в отдельности в размере ? доли от суммы понесенных расходов в связи с розыском за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

В связи с чем, за указанный период размер ущерба составит для Ч.А.В. и К.И.А. в сумме по 38 638 рублей 23 копейки для каждого из двух ответчиков, из расчета: ((69644,02+2855,56+4613,12+163,76)\2).

За период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, когда осуществлялся только розыск К.И.А., истцом понесены следующие расходы:

- расходы при эксплуатации служебного автотранспорта на горюче-смазочные материалы во время розыска в размере 3 585 рублей 76 копеек;

- расходы по амортизации служебного автотранспорта (за период с ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ) в размере 4 036,48 рублей;

- размер компенсации сотрудникам, привлеченным к службе, составил за указанный период 1 518,87 рублей (с учетом уточненного иска, надбавки 10 процентов);

- расход сухого корма для служебных собак в размере 682,35 рублей.

Таким образом, размер ущерба за заявленный в иске период, с учетом существа требований истца, подлежащий определению в отношении ответчика К.И.А. составит в общем размере 48 461 рубль 69 копеек (38638,23+3585,76+4036,48+1518,87+682,35).

Безусловных оснований не согласиться с представленными истцом расчетами у суда не имеется, поскольку расчеты произведены математически верно, являются проверяемыми и соответствуют Приказам о привлечении сотрудников колонии к выполнению розыскных мероприятий, первичным документам – табелям учета рабочего времени, графикам сменности, в том числе расчетными документами и справками по начислениям конкретных сотрудников, подтверждающим выплату компенсации в связи с исполнением обязанностей сверх установленной нормальной продолжительности служебного времени, в ночное время и выходные дни за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ; правилам внутреннего служебного и трудового распорядка, регламента работы сотрудников ФКУ СИЗО-5. Все табеля, расчеты задолженности подписаны руководителем Учреждения, бухгалтером. В части расчетов горюче-смазочных материалов в связи с использованием служебного транспорта судом учитывается, что заявленные требования основаны на первичных документах – путевых листах автомобилей, задействованного в розыске и содержащими ежедневный пробег, указание на место направления, и на представленных кассовых чеках по оплате топлива за указанный в иске период, с учетом остатка топлива на начало каждой поездки, отраженного в путевых листах; а также амортизация автомобиля подтверждена справкой бухгалтера.

Каких-либо объективных возражений ответчиками непосредственно против расчетов ущерба и заявленных ко взысканию сумм не указано, при этом стороне ответчика вручены документы, подтверждающие расчет задолженности. Доводы ответчиков в части не согласия с размером ущерба носят общий характер, при этом оснований не доверять всей совокупности представленных документов не имеется, приказы вынесены в установленном порядке, начисления подтверждены справками бухгалтерии и первичными документами.

Принимая во внимание расчет истца судом учитываются разъяснения в пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 2015 г. N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» о том, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ). Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 ГК РФ в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

Принимая во внимание вышеуказанное и в совокупности представленные доказательства, суд приходит к выводу, что размер ущерба (фактически убытков) определен истцом достаточно полно и верно в заявленных размерах.

Вместе с тем, учитывая доводы ответчиков и представленные заключения по итогам служебной проверки, вопреки доводам стороны истца, наличие или отсутствие вины каждой из сторон в соблюдении требований Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» является обстоятельством, имеющим юридическое значение для правильного разрешения настоящего дела, в том числе в части разрешения вопроса о наличии (либо отсутствии) оснований для применения положений ст. 1083 ГК РФ.

Суд именно в рамках гражданского дела должен установить характер и степень вины участников произошедшего события при рассмотрении дела о возмещении ущерба.

Так, в соответствии с ч.2 ст. 1083 ГК РФ если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда, размер возмещения должен быть уменьшен.

При этом под грубой неосторожностью понимают явное пренебрежение лица к очевидным мерам предосторожности. Так, согласно постановлению Пленума ВС РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина» (п.17) – вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характер деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояние и др.).

В данном случае судом учитываются результаты служебной проверки по факту побега, проведенной ГУФСИН России по <адрес> в отношении сотрудников СИЗО-1 на основании Приказа № от ДД.ММ.ГГГГ, по результатам которой установлена степень вины 26 сотрудников, часть из которых привлечена к ответственности (дисциплинарные взыскания), в том числе с тремя сотрудниками расторгнут контракт в связи с нарушением условий контракта. Судом принимается во внимание, что проверкой установлены факты различных нарушений сотрудниками СИЗО-1 Инструкций, положений закона о содержании лиц под стражей и сделаны выводы о том, что в результате ряда нарушений (подробно приведены в заключении) стал возможен факт совершения побега К.И.А. и Ч.А.В.. Данные обстоятельства установлены непосредственно служебной проверкой, в настоящем судебном заседании не оспорены.

Одной из основных причин любого происшествия следует считать действия того из участников события, которые находятся в противоречии с требованиями Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», а также, удовлетворяют условиям необходимости и достаточности для создания опасной ситуации. В связи с чем, суд, проанализировав произошедшее событие, полагает установленным нарушение сотрудниками Инструкций, Правил и закона о содержании лиц под стражей, обеспечения их изоляции от общества, что подлежит учету, как грубая неосторожность. Кроме того, при определении степени вины судом принимаются во внимание, как весь комплекс нарушений, допущенных сотрудниками СИЗО-1, так и обстоятельства временного периода выявления самовольного оставления лицами (побега) следственного изолятора, что также, по мнению суда, привело к необходимости расширения территории поиска, большего объема розыскных мероприятий. С учетом изложенного, оценив в совокупности представленные по делу доказательства, исследовав материалы проверки, устанавливая степень вины каждого в произошедшем событии, руководствуясь положениями ст.15, 393, 401, 404, 1064, 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд приходит к выводу о наличии вины в произошедшем событии не только ответчика, но и частично в размере 10% потерпевшего (учреждения уголовно-исполнительной системы <адрес>, в частности третьего лица – сотрудников СИЗО-1).

Доводы стороны истца о том, что вины сотрудников ФКУ СИЗО-5 ГУФСИН России по <адрес> в побеге ответчика не имеется и оснований для уменьшения размера ущерба не имеется, суд во внимание принять не может, поскольку сотрудники истца были привлечены к розыску как сотрудники одного из учреждений ГУФСИН России по <адрес> и на основании приказа ГУФСИН России по СО именно в связи с побегом лиц из СИЗО-1, также входящим в структуру учреждений ГУФСИН России по <адрес>; в связи с чем, действия ответчика и находятся в причинной связи с ущербом, причиненным учреждениям ФСИН, в т.ч. истцу.

При этом, как указано выше, следует из приведенных положений закона и фактических обстоятельств данного дела, вопреки доводам ответчиков, судом учитывается, что если бы ответчики не совершили побег, то ФКУ СИЗО-5 ГУФСИН России по <адрес>, сотрудники которой были привлечены к розыскным мероприятиям в установленном порядке, не понесла бы затраты на компенсацию работы сотрудников сверх установленной нормальной продолжительности рабочего времени, в нерабочие праздничные и выходные дни, а также затраты на корм для служебных собак и эксплуатацию служебного транспорта именно в указанных целях.

Безусловных оснований для применения положений ч.3 ст. 1083 ГК РФ по доводам ответчиков судом не установлено, поскольку из обстоятельств дела с очевидностью следует самовольное (без установленных законом оснований) умышленное оставление ответчиком места содержание под стражей. Кроме того, отсутствие заработка в настоящее время в связи с нахождением в СИЗО не свидетельствует о невозможности последующего трудоустройства в местах лишения свободы в установленном порядке и принятие мер к возмещению ущерба; при этом наличие обращение за медицинской помощью Ч.А.В. и установленные ему диагнозы также не являются препятствием к возмещению ущерба.

Таким образом, с ответчиков ко взысканию в пользу истца в качестве возмещения материального ущерба (убытков) судом определяются следующие суммы с каждого: с ответчика Ч.А.В. подлежит взысканию сумма в размере 34 774 рубля 41 копейка (38638,23*90%, т.е. за вычетом 10% вины потерпевшего); с ответчика К.И.А. подлежит взысканию сумма в размере 43 615 рублей 52 копейки (48461,69*90%, т.е. за вычетом 10% вины потерпевшего). В остальной части иска отказать.

Согласно положений части 1 статьи 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

На основании части 1 статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации государственная пошлина, от уплаты которой истец освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов в доход местного бюджета пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

На этом основании и в соответствии со статьей 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации, с учетом удовлетворенных требований в доход бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 4 000 рублей за требования имущественного характера (учитывая общий размер удовлетворенных требований). При этом принимая во внимание характер сложившихся правоотношений, размер удовлетворенных требований и соотношение к данному размеру взысканных с каждого из ответчика сумм, с К.И.А. подлежит взысканию 2 224 рубля (55,6% от общего размера удовлетворенного иска) и с Ч.А.В. подлежит взысканию 1 776 рублей (44,4%). Иных требований не заявлено.

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования Федерального казенного учреждения Следственный изолятор № ГУФСИН России по <адрес> к К.И.А. и Ч.А.В. о возмещении материального ущерба, связанного с розыском обвиняемого, свершившего побег - удовлетворить частично.

Взыскать с К.И.А. (ИНН №) в пользу Федерального казенного учреждения Следственный изолятор № ГУФСИН России по <адрес> (ИНН №) в счет возмещения материального ущерба денежную сумму в размере 43 615 рублей 52 копейки.

Взыскать с Ч.А.В. (ИНН №) в пользу Федерального казенного учреждения Следственный изолятор № ГУФСИН России по <адрес> (ИНН №) в счет возмещения материального ущерба денежную сумму в размере 34 774 рубля 41 копейка.

В остальной части иска - отказать.

Взыскать с К.И.А. (ИНН №) в доход бюджета государственную пошлину в размере 2 224 рубля.

Взыскать с Ч.А.В. (ИНН №) в доход бюджета государственную пошлину в размере 1 776 рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме с подачей жалобы через Кировградский городской суд Свердловской области.

Судья - С.А. Охотина

Текст решения в окончательной форме изготовлен 05.05.2026.

Судья - С.А. Охотина