Решение № 2-144/2020 2-144/2020~М-172/2020 М-172/2020 от 24 ноября 2020 г. по делу № 2-144/2020

Дело № 2-144/2020


Решение в окончательной форме принято 25 ноября 2020 г.

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

20 ноября 2020 г. р.п. Охотск

Хабаровского края

Суд Охотского района Хабаровского края

В составе: единолично, председательствующий судья Джерелейко Н.Н.,

при секретаре Цой Т.В.,

с участием истца ФИО1, представителя ответчика по доверенности ФИО2,

прокурора в лице помощника прокурора Охотского района Хабаровского края Мариенко А.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Рыболовецкому колхозу имени Ленина об оспаривании увольнения, восстановлении на работе в прежней должности, взыскании компенсации морального вреда и оплаты вынужденного прогула

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к Рыболовецкому колхозу имени Ленина (далее – Колхоз), указав, что работал у ответчика в соответствии с трудовым догвоором № 11-08 от 26.08.2008 г. в должности машиниста амиачно-холодильных установок 3 разряда, в период с марта 2017по сентябрь 2019 г. исполнял обязанности по выборной должности председателя Колхоза, после прекращения полномочий в соответствии с дополнительным соглашением от 05.09.2019 г. к трудовому договору переведен на должность инженера механика холодильных установок. На основании приказа от 28.08.2020 г. № 517-к уволен с занимаемой должности на основании подп. «а» пункта 6 части 1 статьи 81 ТК РФ – прогул. С увольнением не согласен, указав, что дисциплинарного проступка не совершал, поскольку отсутствовал на рабочем месте по уважительной причине – участии 17.08.2020 г. в заседании Арбитражного суда Хабаровского края, рассматривавшего дело по его иску к р/к им. Ленина, о чем уведомлял работодателя, подав на электронную почту колхоза о предсоатвлении ему дней отпуска без содержания, также получил устное разрешение на убытие на заседание суда от председателя Колхоза, отсутствовал в период со второй половины дня 16.08.2020 г. по 20.08.2020 г., что обусловлено режимом работы авиатранспорта, а также необходимостью получения медицинской справки на отсутствие новой коронавирусной инфекции для предъявления авиаперевозчику. Кроме того сослался на нарушение ответчиком порядка применения дисциплинарного взыскания в виде увольнения, поскольку у него в установленном порядке не было затребования письменное объяснение до вынесения приказа об увольнении. Кроме того, решение об увольнении принято правлением Колхоза, который не уполномочен в соответствии с Уставом на данные действия.

В связи с незаконным увольнением, просил взыскать с ответчика оплату вынужденного прогула исходя из составленного расчета среднего дневного заработка за период с 29.08.2020 г. по 31.10.2020 г. в сумме 235 072 руб. 64 коп. Также просил взыскать компенсацию причиненного морального вреда в сумме 1 000 000 руб., мотивировав данное требование тем, что в результате незаконного увольнения, и утраты деловой репутации претерпел нравственные страдания, был лишен возможности получить значительные денежные средства, поскольку уволен до окончания рыбопромысловой путины, а также возможности трудоустроится в связи с указанной формулировкой увольнения, получив письменный отказ в трудоустройстве от ряда компаний аналогичного с ответчиком профиля, осуществляющих деятельность в Охотском районе.

В судебном заседании истец иск поддержал по доводам, изложенным в нем изложенным, уточнил материальное требование о взыскании оплаты вынужденного прогула, просив взыскать данную выплату с расчетом по день восстановления на работе судом и исходя из сведений о среднем дневной заработке, приведенной в справке ответчика, предъявленной им в суд с отзывом.

Ответчик в письменных возражениях представленных суду в ходе производства по делу, доводы истца оспаривал, исковые требования не признал в полном объеме, сославшись на то, что истец в период с 17.08.2020 г. по 20.08.2020 г. без уважительной причины отсутствовал на рабочем месте – холодильной установке рыбоперерабатывающего завода, не подав в установленном порядке соответствующего заявления о предоставлении дней отдыха или отпуска без содержания, соответствующий приказ ответчиком не издавался, в связи с чем полагал, что истец самовольно использовал дни отдыха, то есть допустил прогул. Руководителем Колхоза был издан приказ об увольнении истца за допущенный проступок с соблюдением установленного срока и порядка привлечения к ответственности, а также тяжести данного проступка, поскольку истец поставил своим отсутствием под угрозу деятельность холодильной установки, отнесенной к опасным промышленным объектам, а также и деятельность рыбозавода. Доводы истца о допущенных нарушениях при увольнении полагал не соответствующими фактическим обстоятельствам. Доводы истца об уважительности причин отсутствия – в целях участия в заседании Арбитражного суда, счел необоснованными, поскольку это не освобождало истца от обязанности надлежащего оформления соответствующего заявления, и получения от работодателя разрешения на оставление рабочего места, кроме того, истец располагал возможностью дистанционного участия в заседании суда, а также имел в суде своего представителя, осуществлявшего представительство его интересов.

Представитель ответчика в судебном заседании также иск не признал, по вышеприведенным доводам, настаивал, что в отношении истца не издавался в установленном порядке распорядительный документ разрешающий ему оставить место работы, истцом предъявлено на электронную почту Колхоза заявление которое не позволяло установить запрашиваемый работником период не выхода на работу, а также основания для его предоставления.

Изучив доводы сторон, исследовав представленные сторонами доказательства, допросив в судебном заседании заявленных свидетелей, заслушав заключение прокурора, полагавшего, что иск подлежит удовлетворению в полном объеме, с восстановлением истца в прежней должности, суд приходит к следующему.

Статья 55 ГПК РФ предусматривает, что доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.

В соответствии со ст.56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В соответствии со ст.195 ГПК РФ суд основывает решение только на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании. В соответствии со ст.67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Основания расторжения трудового договора по инициативе работодателя определены статьей 81 Трудового кодекса РФ.

Так, подпунктом «а» пункта 6 части первой статьи 81 Трудового кодекса РФ определено, что трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае однократного грубого нарушения работником трудовых обязанностей - прогула, то есть отсутствия на рабочем месте без уважительных причин в течение всего рабочего дня (смены), независимо от его (ее) продолжительности, а также отсутствия на рабочем месте без уважительных причин более четырех часов подряд в течение рабочего дня (смены).

Как неоднократно указывал Конституционный Суд РФ, решение работодателя о признании конкретной причины отсутствия работника на работе неуважительной и, как следствие, об увольнении его за прогул может быть проверено в судебном порядке. При этом, осуществляя судебную проверку и разрешая конкретное дело, суд действует не произвольно, а исходит из общих принципов юридической, а следовательно, и дисциплинарной ответственности (в частности, таких, как справедливость, соразмерность, законность) и, руководствуясь подпунктом «а» пункта 6 части первой статьи 81 Трудового кодекса РФ во взаимосвязи с другими его положениями, оценивает всю совокупность конкретных обстоятельств дела, в том числе причины отсутствия работника на работе (определения Конституционного Суда РФ от 19 февраля 2009 г. № 75-0-0, от 24 сентября 2012 г. № 1793-0, от 24 июня 2014 г. № 1288-0, от 23 июня 2015 г. № 1243-О и др.).

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 23 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, трудовой договор с которым расторгнут по инициативе работодателя, обязанность доказать наличие законного основания увольнения и соблюдение установленного порядка увольнения установленных в ст.ст. 192 и 193 Трудового кодекса РФ, возлагается на работодателя.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пунктах 38 и 42 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, уволенного по пункту 6 части первой статьи 81 Кодекса, работодатель обязан представить доказательства, свидетельствующие о том, что работник совершил одно из грубых нарушений трудовых обязанностей, указанных в этом пункте. При этом перечень грубых нарушений трудовых обязанностей, дающих основание для расторжения трудового договора с работником по пункту 6 части первой статьи 81 Кодекса, является исчерпывающим и расширительному толкованию не подлежит.

В подпункте «д» пункта 39 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 г. № 2 разъяснено, что, если трудовой договор с работником расторгнут по подпункту «а» пункта 6 части первой статьи 81 Трудового кодекса РоРФ за прогул, необходимо учитывать, что увольнение по этому основанию, в частности, может быть произведено за самовольное использование дней отгулов, а также за самовольный уход в отпуск (основной, дополнительный). При этом необходимо учитывать, что не является прогулом использование работником дней отдыха в случае, если работодатель в нарушение предусмотренной законом обязанности отказал в их предоставлении и время использования работником таких дней не зависело от усмотрения работодателя (например, отказ работнику, являющемуся донором, в предоставлении в соответствии с частью четвертой статьи 186 Кодекса дня отдыха непосредственно после каждого дня сдачи крови и ее компонентов).

Исходя из содержания приведенных нормативных положений Трудового кодекса РФ, правовой позиции Конституционного Суда РФ и разъяснений Пленума Верховного Суда РФ при рассмотрении судом дела по спору о законности увольнения работника на основании подпункта «а» пункта 6 части первой статьи 81 Трудового кодекса РФ обязательным для правильного разрешения спора является установление обстоятельств и причин (уважительные или неуважительные) отсутствия работника на рабочем месте, а также соблюдение сроков и порядка увольнения.

Судом признается установленным по представленным письменным доказательствам, что истец состоял с ответчиком в трудовых отношениях в должности машиниста амиачно-холодильных установок 3 разряда, в период с марта 2017по сентябрь 2019 г. исполнял обязанности по выборной должности председателя Колхоза, после прекращения полномочий в соответствии с дополнительным соглашением от 05.09.2019 г. к трудовому договору переведен на должность инженера механика холодильных установок, что подтверждено представленными документами: трудовой книжкой, трудовым договором и дополнительным соглашением к нему.

Из должностной инструкции инженера – механика холодильных установок, утв. Председателем правления Колхоза им Ленина 01.04.2020 г. следует, что должность по которой истец исполнял трудовые обязанности, отнесена к категории специалистов, непосредственно подчиняется в технической части главному инженеру, в части других функциональных обязанностей – начальнику рыбозавода (п.1.3). В период временного отсутствия его обязанности исполняются назначенным в установленном порядке лицом (п.1.8)

Из приказа № 136-п от 28.08.2020 г. «О применении меры дисциплинарного взыскания в виде увольнения к ФИО1.» следует, что истец в течение рабочих дней 17.08.2020 г. с 08-00 до 20-20, 18.08.2020 г. с 08-00 до 20-00, 19.08.2020 г. с 08-00 до 20-00, 19.08.2020 с 08-00 до 20-00, 20.08.2020 с 08-00 до 20-00 отсутствовал на работе, чем допустил грубое нарушение трудовой дисциплины – отсутствие на рабочем месте без уважительной причины в течение рабочего дня и более 4 часов, чем нарушил ст.21 ТК РФ и Правила внутреннего трудового распорядка рыбколхоза им. Ленина. Указанные дни было постановлено считать прогулами с подготовкой приказа о расторжении с истцом трудового договора по подп.6 части 1 статьи 81 ТК РФ.

Кроме того, факт отсутствия истца на рабочем месте зафиксирован также в объяснительный начальника рыбозавода ФИО32 а также актах об отсутствии на рабочем месте за 17-е, 18-е, 19-е, 20-е августа 2020 г.

Согласно приказа от 28.08.2020 г. № 517-к истец уволен с занимаемой должности на основании подп. «а» пункта 6 части 1 статьи 81 ТК РФ – прогул.

Сведений о привлечении истца к дисциплинарной ответственности за период работы, о действующих дисциплинарных взысканиях, сведений об отношении истца к исполнению трудовых обязанностей иные имеющие для дела характеристики по отношению к истцу, ответчик суду не предоставил.

Судом признается установленным также, что истец в период с 16.08.2020 по 20.08.2020 находился в г. Хабаровск. Заявленной целью его убытия являлось участие в заседании Арбитражного суда Хабаровского края по делу № А73-5423/2020, по рассмотрению иска ФИО1 к рыболовецкому колхозу им. Ленина о признании недействительным решения общего собрания членов Колхоза в части исключения из числа членов Колхоза истца.

Факт пребывания истца в данное время в г. Хабаровске подтвержден представленными маршрут-квитанциями к электронным билетам, которые приобретены истцом 12.08.2020 г., копиями посадочных талонов, а факт участия истца в заседании Арбитражного суда – копией протокола судебного заседания от 17.08.2020 г.

Из дополнительных пояснений истца следует, что он 13.08.2020 посредством электронной почты подал в Колхоз заявление о предоставлении ему отпуска без сохранения заработной платы или отгулов с целью выезда в г. Хабаровск для участия в судебном заседании. При этом он неверно указал даты для предоставления такого отпуска – с 16.07.2020 г. по 20.07.2020 г., в действительности имелся в виду август 2020 г., однако на эту описку ему никто внимания не обратил, отказа в удовлетворении просьбы не поступило, кроме того, он устно и непосредственно общался на тему возможности выезда в г. Хабаровск для указанных целей с председателем Колхоза, получил от него устное согласие на предоставление отпуска без сохранения заработной платы. Также предупредил о своем отсутствии непосредственного руководителя – начальника рыбзавода ФИО14 главного инженера Колхоза ФИО13 По поводу подачи заявления посредством электронной почты также пояснил, что предпринимал попытку подать заявление непосредственно в канцелярии Колхоза 14.08.2020 г., однако секретаря, ответственного за получение и регистрацию входящей корреспонденции на месте не было, по полученной им информации данный работник болел, в связи с чем он оставил данное заявление у специалиста планового отдела ФИО15. для последующей передачи на регистрацию. Также утверждал, что убытие работника в отпуск, в том числе без сохранения зарплаты, до издания приказа является обычной практикой в Колхозе, равно как и оставление рабочего места с согласия руководителя.

Ответчик факт получения заявления о предоставлении дней отдыха от истца посредством электронной почты подтвердил, о чем указал в отзыве, кроме того, представитель ответчика пояснила суду, что данное заявление фактически было получено вечером 14.08.2020 г., данный день являлся пятницей, таким образом, к дате вылета истца 16-го августа (в воскресенье) приказ, разрешающий ему отсутствовать на рабочем месте, не мог быть издан, истец не принял мер к подаче данного заявления заблаговременно, не соблюл порядок визирования заявления у непосредственного руководителя, заявление содержало некорректные формулировки основания предоставления дней отдыха, а также даты их предоставления.

ФИО12 в судебном заседании, будучи допрошенными в качестве свидетелей, факт такого обращения подтвердили, указав при этом, что заявление о предоставлении дней за свой счет истцу они не видели, не визировали такового, приказ о предоставлении истцу таких дней не издавался.

Кроме того, как показал свидетель ФИО16 истец приходил к нему накануне вылета в г. Хабаровск, в субботу 15-го числа в первой половине дня, поставил в известность о необходимости вылета в г Хабаровск, просил подписать заявление о предоставлении отпуска без содержания, однако получил отказ, поскольку как пояснил свидетель он не имел полномочий для этого так как не исполнял обязанности председателя колхоза, и поскольку не является непосредственным руководителем истца, а только контролирует техническую часть его работы, визу согласования в заявлении об отпуске также не проставил.

Свидетель ФИО17. также показала суду, что истец подходил к ней по вопросу убытия в г. Хабаровск в пятницу 14.08.2020 г., поставил ее в известность о необходимости вылета, разрешения на оставление своего рабочего места она ему не давала, какого–либо заявления на внеочередной отпуск он ей для визирования не предоставлял и она такого заявления не видела. О его намерении не выйти на работу никого в известность не ставила, мер по замене убывающего работника не предпринимала. В 17.08.2020 г. установила факт отсутствия истца на рабочем месте, о чем в конце рабочего дня составила акт об отсутствии истца на работе, в дальнейшем оформила за каждый день отсутствия истца на рабочем месте объяснительные на имя председателя колхоза и аналогичные акты, подписав их с участием других работников рыбозавода. О том, что истец отсутствует на рабочем месте в известность никого не ставила. 18.08.2020 г. на рыбозавод прибыла комиссия, которая установила факт отсутствия истца на рабочем месте, затребовала у нее объяснительную по данному поводу. По факту истребования объяснительной у истца, показала, что ее ознакомили с приказом о необходимости затребовать у истца объяснительную, она подходила к нему с данным предложением неоднократно 21, 22, 24 августа, предлагала устно дать объяснения по факту его отсутствия на рабочем месте, пояснив что такую объяснительную требуют в конторе, истец что-либо оформлять отказался, о чем ею с участием других работников колхоза был составлен соответствующий акт.

Из показаний свидетеля ФИО18 которая в рассматриваемый период времени являлась исполняющей обязанности начальника отдела кадров рыболовецкого колхоза им. Ленина, данных судебном заседании следует, что 14.08.2020 г. истец вызывался в отдел кадров Колхоза, куда прибыл во второй половине дня, был ознакомлен с приказом об утверждении методических рекомендаций для начальников структурных подразделений, о порядке и требованиях к оформлению документов внутреннего оборота. Во время ознакомления истец поинтересовался о праве подать заявление о предоставлении отпуска без сохранения зарплаты для выезда в г. Хабаровск, однако получив положительный ответ о наличии такого права никакого заявления не оформил, в кадры не подал, о намерении просить о предоставлении такого отпуска не заявил, более в отдел кадров не являлся. 17 августа в понедельник утром к ней явилась начальник рыбозавода и сообщила о том, что истец улетел в город Хабаровск, взяв отпуск без содержания, по поводу подачи им заявления на отпуск информацией не располагала. В отдел кадров Колхоза заявление истца посредством электронной почты поступило только 18.08.2020 г., имело некорректное содержание, отсутствовали визы о согласовании запрошенного истцом отпуска у непосредственного руководителя истца – начальника рыбозавода и виза председателя колхоза. Пояснила, что такое согласование в Колхозе является обязательным, что истцу было известно, поскольку он ранее являлся председателем колхоза и неоднократно сам требовал такого визирования на заявлениях работников. Указала при этом, что локального нормативного акта, который обязывал бы истца в силу его должностного положения получать такое согласование, в Колхозе не принималось. Данное согласование было принято в силу устоявшейся практики организации производства. Кроме того, свидетель подтвердила, что общалась с истцом относительно поданного им заявления 18.08.2020 г., как следует из данных показаний, свидетель поинтересовалась соблюдением порядка оформления заявления на предоставление отпуска, относительно уточнений периода отпуска, пояснила, что явного ответа истец ей не дал. 18 августа был выезд на рабочие места по проверке цехов, было установлено, что истец отсутствует на рабочем месте и было составлен акт проверки, также поступили акты об отсутствии на рабочем месте от непосредственного начальника структурного подразделения ФИО3, за 17-е, 18-е, 19-е и 20-е августа. После выхода истца на работу 21.08.2020 г. ему было предложено предоставить повестку или больничный, или иной оправдательный документ, однако истец ничего не предоставил, на контакт не шел, после чего был издан приказ об истребовании у истца объяснительной, такого объяснения им составлено не было, о чем также был составлен акт. Также пояснила, что в протоколе собрания правления Колхоза относительно обстоятельств подачи истцом заявления о предоставлении отпуска без сохранения заработной платы изложено не верно, ей истец такого заявления не подавал.

Свидетель ФИО19 также показала в суду что, работает в плановом отделе Колхоза, но не помнит чтобы истец передавал ей какое-либо заявление, принятие таких заявлений не входит в ее обязанности, при этом она не оспаривает что он мог посещать их отдел, в том числе и 14.08.2020 г.

Кроме того, судом исследована также выписка из протокола № 28 заседания правления Колхоза совместно с наблюдательным советом от 27.08.2020 г., предоставленная ответчиком, из которой в ходе обсуждения вопроса о привлечении истца к ответственности за невыход на работу 17 – 20 августа 2020 г. установлено следующее.

Истец пояснил участвующим, что 14.08.2020 приходил в отдел кадров где уточнил о возможности взятия отпуска без сохранения зарплаты, на что получил утвердительный ответ, и проинформирован о необходимости подать заявление через секретаря. Поскольку его не оказалось на рабочем месте оба экземпляра заявления были оставлены у врио главного экономиста для последующей подписи, после чего о том что берет отпуск устно уведомил ФИО31. – начальника рыбоперерабатывающего завода и ФИО30 – главного инженера, последний подписывать ему заявление на отпуск без сохранения не стал. После чего 16-го утром пришел к председателю колхоза и спросил его мнение относительно возможности выезда в г. Хабаровск, на что тот пообещал проконсультироваться с юристом и позже ему перезвонить. Получил позднее устное разрешение председателя Колхоза ФИО4, сообщившего что подпишет заявление, убыл в г. Хабаровск.

Из протокола также следует, что председатель Колхоза ФИО4 подтвердил на общем собрании, что такое устное согласие истцу на отпуск им давалось, однако, увидев заявление выяснилось, что оно не имело резолюции непосредственного начальника, а также указал, что подписал бы данное заявление, если бы оно не было подано с нарушениями. На этом же настаивала и начальник отдела кадров ФИО20 указавшая на отсутствие визы на заявлении об отпуске непосредственного начальника истца – ФИО21 а также некорректность формулировок в заявлении.

Оценивая вышеизложенные положения трудового законодательства, доводы сторон, исследованные доказательства суд приходит к выводу о необходимости удовлетворения заявленных требований.

В частности, при наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен, что, по мнению суда, ответчиком соблюдено не было.

Так, из пояснений представителя ответчика в суде, показаний свидетелей ФИО3, ФИО5, следует, что действующих дисциплинарных взысканий у истца не имеется, к работе и исполнению им своих обязанностей нарекания отсутствуют.

Ссылки на то, что истец поставил под угрозу безопасность производства и непрерывность технологического процесса в период путины, судом отклоняются. Как установлено в судебном заседании из показаний свидетеля ФИО23 обязанности истца на время его отсутствия исполняли старшие по смене на холодильной установке ФИО25, при этом, ФИО26 ранее занимал должность истца на период его пребывания в должности председателя Колхоза. По пояснениям свидетеля ФИО24 каких-либо чрезвычайных происшествий в период отсутствия истца на производстве не имелось, при этом, как следует из показаний и ФИО22 ими каких-либо мер к кадровым перестановкам на производстве не предпринималось, усиленного контроля за производством на холодильной установке и компрессорной в период временного отсутствия истца не осуществлялось.

Указанное, а именно: обстоятельства, при которых истец оставил свое рабочее место – в целях осуществления права на судебную защиту, предпринимавшиеся им меры к получению у ответчика соответствующего разрешения, информирование непосредственных руководителей о необходимости убытия в г. Хабаровск, отсутствие фактических и правовых последствий его отсутствия на работе, предыдущее отношение к труду, в совокупности свидетельствует о явной несоразмерности наложенного на истца дисциплинарного наказания.

Кроме того, суд приходит к выводу о том, что отсутствовало само событие дисциплинарного проступка.

Так, частью первой статьи 128 Трудового кодекса РФ предусмотрено, что по семейным обстоятельствам и другим уважительным причинам работнику по его письменному заявлению может быть предоставлен отпуск без сохранения заработной платы, продолжительность которого определяется по соглашению между работником и работодателем.

Ответчик указывал на самовольность использования истцом данного отпуска, поскольку работодатель не оформлял соответствующий приказ, а заявление о его предоставлении, поданное истцом не могло являться основанием для предоставления такого отпуска, поскольку не надлежаще оформлено и истцом не соблюден порядок его подачи, в частности обязанность проставления согласия на такой отпуск от непосредственного руководителя истца – начальника рыбоперерабатывающего завода.

Истец пояснял, что билеты для выезда на заседание суда приобрел только 12.08.2020 г., ранее не имел возможности убыть в п. Охотск из п. Булгин для посещения авиакассы, так как ежедневно был занят на производстве. Кроме того, ставил в известность о намерении уйти в отпуск без сохранения зарплаты своих непосредственных руководителей, а также получил устное согласие на предоставление ему данного отпуска от председателя Колхоза, являющегося высшим должностным лицом, 14.08.2020 г. подав в Колхоз соответствующее письменное заявление.

Вопреки доводам представителя ответчика и показаниям свидетеля ФИО29 суд признает доказанным, что заявление о предоставлении истцу отпуска без сохранения подано им на электронный адрес Колхоза RKILOT@mail.ru, являющийся официальным адресов электронной почты Колхоза 14.08.2020 г., о чем в деле представлен скриншот страницы почтового сервера, удостоверенный гл.инженером Колхоза ФИО27 из которого следует, что 14.08.2020 г в 17-09 было получено соответствующее письмо истца, с пояснениями о невозможности его предъявления лично ввиду болезни секретаря.

Доказательства того, что ответчик, получив заявление истца, принял по нему решение, и уведомил надлежащим образом истцу об отказе в предоставлении отпуска, материалы дела не содержат. Ответчиком в нарушение положений ст.56 ГПК РФ надлежащих доказательств этому предоставлено не было. При этом, суд учитывает, что 14-го, 15-го и 16-го истец находился на рабочем месте, в связи с чем у ответчика в лице уполномоченного должностного лица, не имелось затруднений сообщить истцу о таком отказе, однако доказательств того, что это было осуществлено – суду ответчик не предоставил.

Кроме того, суд приходит к выводу, что истец действовал с непосредственного разрешения работодателя, выраженного в устном согласии на предоставлении такого отпуска со стороны высшего должностного лица Колхоза - председателя ФИО4

Факт такого согласия суд признает достоверно установленным, так как он подтвержден выпиской из протокола собрания Правления от 27.08.2020 г., подписанной лично председателем Колхоза. Причина оставления истцом работы в период с 17-го по 20-е августа и убытия истца в г. Хабаровск уполномоченным должностным лицам Колхоза была достоверно известна, о дате судебного заседания в Арбитражном суде Хабаровского края ответчик был извещен надлежаще, располагал достоверными сведениями о наличии в производстве данного суда дела, в котором учитывает Колхоз и ФИО1, поскольку, как следует из определения суда от 09.06.2020 г., предоставлял в суд соответствующий отзыв. Иными доказательствами перечисленные обстоятельства ответчик не опроверг.

Отсутствие на заявлении истца резолюции начальника рыбозавода ФИО28 о согласии на предоставление истцу отпуска при таких условиях не может являться основанием к признанию действий истца по использованию отпуска без сохранения зарплаты самовольными.

Кроме того, обязанность по получению такого согласия локальными нормативными актами ответчика не предусмотрено, представителем ответчика данное утверждение истца не оспорено и доказательств опровергающих – не предъявлено, в представленном суду приказе № 88-о от 02.07.2020 г. «Об установлении форм первичных документов и сроков их подачи в отдел кадров и бухгалтерию» таких требований не имеется.

При этом, довод ответчика что желание истца участвовать в судебном заседании не может само по себе являться уважительной причиной его отсутствия на рабочем месте, судом отклоняется. Статьей 128 ТК РФ как само предоставление отпуска работнику, так и его продолжительность определяется соглашением сторон трудового договора, таким образом, работодатель может признать любые причины для предоставления отпуска работнику заслуживающими внимания, в данном случае, такое согласие от работодателя в лице руководителя Колхоза было получено, и при этом закон не устанавливает, что такое согласие должно быть получено в письменной форме.

Суд учитывает, что 28.08.2020 г. ответчик издал приказ, в котором дни отсутствия истца на работе признал прогулами, однако в этом же порядке ответчик мог издать приказ и о признании истца находившимся в этот же период в отпуске без сохранения зарплаты по соглашению сторон, и обстоятельств препятствовавших изданию такого приказа ответчик ни в отзыве, ни в судебном заседании суду не привел, при том, что фактическое согласие председателя колхоза на предоставление отпуска истцу имелось.

Вопреки собственной позиции руководителя Колхоза по прибытии истца из г. Хабаровска и выходу на работу, ответчик инициирует дисциплинарное производство, квалифицирует действия истца как прогул, при этом фактически ставя ему в вину не сам факт оставления рабочего места, а неправильное предъявление заявления о предоставлении отпуска, что само по себе не позволяет признать убедительной позицию ответчика о наличии достаточных оснований для применения к истцу по обстоятельствам его отсутствия на работе крайней меры дисциплинарного взыскания в виде увольнения.

При этом, суд отклоняет доводы истца о несоблюдении ответчиком порядка привлечения его к дисциплинарной ответственности, представленными письменными доказательствами, в частности актами об отсутствии на рабочем месте, показаниями свидетеля ФИО3, актом об отказе от дачи объяснительной, подтверждено, что данный порядок в соответствии со ст.192-193 Трудового кодекса РФ работодателем соблюден.

Как указывается в п.60 Постановления Пленума ВС РФ от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», работник, уволенный без законного основания или с нарушением установленного порядка увольнения, подлежит восстановлению на прежней работе. При таких условиях увольнение истца по вышеуказанному основанию не может быть признано судом законным, вследствие несоблюдения работодателем требований ст.74 ТК РФ, в связи с чем истец подлежит восстановлению на работе в прежней должности.

Требование о взыскании оплаты вынужденного прогула также подлежит удовлетворению.

В соответствии со ст.234 ТК РФ работодатель обязан возместить работнику не полученный им заработок во всех случаях незаконного лишения его возможности трудиться.

Согласно ст.394 ТК РФ в случае признания увольнения незаконным работник должен быть восстановлен на прежней работе органом, рассматривающим индивидуальный трудовой спор. Орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, принимает решение о выплате работнику среднего заработка за все время вынужденного прогула.

Истцом предоставлен расчет среднего заработка, основанный на неточных данных о своем заработке, что им признано в судебном заседании, в связи с чем он ходатайствовал при расчете суммы компенсации принять во внимание справку ответчика о размере своего среднего заработка.

Поскольку уточненного расчета истец суду не предоставил, ответчик также расчет к отзыву не приложил, судом указанная сумма рассчитывается самостоятельно.

Размер среднедневного заработка на основании справки ответчика от 08.10.2020 г. составляет 4 009,63 руб.

Период вынужденного прогула в соответствии с производственным календарем на 2020 гг. по день принятия решения судом то есть за период с 29.08.2020 г. по 20.11.2020 г. составит 59 рабочих дня.

Расчет суммы оплаты вынужденного прогула, таким образом, составит 4 009.63 руб. х 59 дн. = 236 568 руб. 17 коп.

Относительно требований истца о взыскании компенсации морального вреда суд приходит к следующему. Как указано в п.63 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 г. № 2, суд в силу статей 21 и 237 Кодекса вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела, с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Вместе с тем, не предполагается презумпция наличия такого вреда у работника, уволенного с нарушением требований закона, в связи с чем, его наличие и размер подлежат доказыванию в порядке ст.56 ГПК РФ на общих основаниях.

В обоснование данных требований истец в иске сослался на то, что претерпел нравственные страдания в связи с утратой деловой репутации, внесением в трудовую книжку записи о причине увольнения, которая, по его мнению, препятствовала трудоустройству после увольнения, о чем предоставил уведомления от компаний, расположенных в Охотском районе. Однако, из уведомлений об отказе в приеме на работу Р/а «Иня от 11.09.2020 г.,ООО «Морское» от 16.09.2020 г. не следует, что такой отказ обусловлен основаниями увольнения с прежнего места работы, так как указанные юридические лица сослались на отсутствие у них соответствующих вакансий.

Иных доводов в судебном заседании истец не привел, каких-либо доказательств в этой части суду не представлял.

Размер компенсации морального вреда, исходя из обстоятельств дела, с учетом объема и характера причиненных истцу нравственных страданий, степени вины работодателя, а также соразмерности компенсации причиненному вреду, суд полагает необходимым определить в размере 45 000 руб., поскольку находит данную сумму соразмерной объему физических и нравственных страданий, которые претерпел истец в связи с незаконным лишением возможности трудиться, умалению его деловой репутации, и с учетом степени вины ответчика в нарушении его конституционных прав. Заявленный истцом размер компенсации морального вреда суд полагает явно несоразмерным существу допущенного ответчиком нарушения его трудовых прав, степени вины ответчика и степени умаления неимущественных прав истца.

Кроме того, в соответствии со ст. 103 ГПК РФ государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. Государственная пошлина зачисляется в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством РФ. Согласно ст.61.1 БК РФ госпошлина по делам, рассматриваемым судами общей юрисдикции, отнесена к налоговым доходам муниципальных районов.

Истец от уплаты госпошлины освобожден как заявитель по трудовому спору, таким образом, госпошлина подлежит взысканию с ответчика, который от таких расходов не освобожден, и в том размере, который надлежало уплатить истцу с учетом положений ст.333.20 НК РФ.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194 – 198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Иск ФИО1 к Рыболовецкому колхозу имени Ленина об оспаривании увольнения, восстановлении на работе в прежней должности, взыскании компенсации морального вреда и оплаты вынужденного прогула – удовлетворить частично.

Увольнение ФИО1 с должности инженера механика холодильных установок согласно подп. «а» пункта 6 части 1 статьи 81 Трудового кодекса РФ, произведенное на основании приказа Рыболовецкого колхоза имени Ленина от 28.08.2020 г. № 517-к – признать незаконным, восстановив его на работе в прежней должности.

Взыскать с Рыболовецкого колхоза имени Ленина в пользу ФИО1 оплату вынужденного прогула за период с 29.08.2020 г. по 20.11.2020 г. (59 рабочих дня) в сумме 236 568 руб. 17 коп., компенсацию морального вреда в сумме 45 000 руб., а всего в сумме 281 568 (двести восемьдесят одна тысяча пятьсот шестьдесят восемь) рублей 17 копеек.

Взыскать с Рыболовецкого колхоза имени Ленина госпошлину в доход Охотского муниципального района Хабаровского края, от уплаты которой истец был освобожден, с требования имущественного характера – 5 565,68 руб., с требования неимущественного характера - 300 руб., а всего 5 865 (пять тысяч восемьсот шестьдесят пять) рублей 68 копеек.

Решение в части восстановления ФИО1 на работе подлежит немедленному исполнению.

На решение может быть подана апелляционная жалоба, а прокурором - принесено представление, в Хабаровский краевой суд через Охотский районный суд Хабаровского края в течение месяца со дня принятия в окончательной форме.

Судья Н.Н. Джерелейко