Апелляционное определение № 33-10033/2025 33-510/2026 от 21 января 2026 г.

Судья Гаранина Е.В.

Дело № 33-510/2026

№ 2-2508/2025

64RS0046-01-2025-002876-90


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

22 января 2026 года

город Саратов

Судебная коллегия по гражданским делам Саратовского областного суда в составе:

председательствующего судьи Гладченко А.Н.,

судей Бартенева Ю.И., Совкича А.П.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Зеленцовой В.Ю.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «М-пресс» о взыскании компенсации морального вреда по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Ленинского районного суда города Саратова от 11 августа 2025 года, которым в удовлетворении исковых требований отказано,

заслушав доклад судьи Бартенева Ю.И., объяснения истца ФИО1, поддержавшей доводы жалобы, исследовав материалы дела, обсудив доводы жалобы, поступивших возражений,

установила:

ФИО1 обратилась в суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью «М-пресс» (далее – ООО «М-пресс») о взыскании компенсации морального вреда.

Требования истца мотивированы тем, что с <дата> по настоящее время она работает на должности ведущего менеджера регионального центра <адрес>, обособленного подразделения ООО «М-пресс». Руководителем структурного подразделения - <данные изъяты> с <дата> и по настоящее время является ФИО7 ФИО1 указывает на причинение ей нравственных и физических страданий, вызванных дискриминацией и умышленным психологическим давлением со стороны администрации РЦ ООО «М-ПРЕСС» и руководителя группы ФИО7, которая относится к ней предвзято и умышленно создает для истца неравные с другими менеджерами группы условия труда с целью принуждения к увольнению по собственному желанию. В период с <дата> за периодическое невыполнение плана продаж, но с формулировкой «по собственному желанию», было уволено 11 менеджеров группы. <дата> ФИО7 в ультимативной форме потребовала от истца написать заявление на увольнение по собственному желанию, угрожала применить увольнение как наказание за дисциплинарный проступок, пояснив что укажет в табеле рабочего времени сведения о прогуле, лишит наработок а также всех перспективных инструментов для выполнения плана продаж. После выхода с больничного с <дата> ФИО1 отказались вернуть переданные <дата> другим менеджерам все наработки истца, прекратили распределять заказы, сформированные клиентами в интернет-магазине, отказали в использовании неголосовых каналов продаж, постоянно требовали объяснительные, безосновательно придиралась к ведению переговоров с клиентами. <дата> ФИО7 вынудила истца написать заявление об увольнении по собственному желанию с <дата>.

Считая свои права нарушенными, ФИО1 просила суд взыскать с ответчика в счет компенсации морального вреда 1 228 896 руб. 90 коп.

Решением Ленинского районного суда города Саратова от 11 августа 2025 года в удовлетворении исковых требований отказано.

Истец, не согласившись с постановленным решением, подала апелляционную жалобу, в которой ставит вопрос об отмене решения суда как незаконного и необоснованного, постановленного с нарушением норм материального и процессуального права, просит вынести новое решение об удовлетворении требований, указывая, что судом не определены юридически значимые обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения настоящего спора, а также выражая несогласие с оценкой доказательств.

В возражениях на апелляционную жалобу ответчик выражает согласие с постановленным судебным актом, просит оставить его без изменения, жалобу – без удовлетворения.

В судебное заседание явилась истец ФИО1, поддержавшая доводы жалобы.

Иные лица, участвующие в деле, на заседание судебной коллегии не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом, уважительных причин неявки судебной коллегии не представили, об отложении судебного разбирательства не ходатайствовали.

Информация о времени и месте рассмотрения настоящего гражданского дела размещена на официальном сайте Саратовского областного суда (http://oblsud.sar.sudrf.ru) (раздел судебное делопроизводство).

В силу ч. 3 ст. 167 ГПК РФ неявка лиц, участвующих в деле и извещенных о времени и месте рассмотрения дела, не является препятствием к разбирательству дела, в связи с чем, судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Проверив законность и обоснованность обжалуемого судебного решения, согласно требованиям ст. 327.1 ГПК РФ исходя из доводов, изложенных в апелляционной жалобе, судебная коллегия приходит к следующему.

Судом установлено и из материалов дела следует, что на основании трудового договора от <дата> ФИО1 принята на работу в ООО «М-пресс» на должность менеджера отдела <данные изъяты> регионального центра <адрес>, обособленное подразделение.

Руководителем группы, т.е. непосредственным начальником ФИО1, с <дата> являлась ФИО7

<дата> ФИО1 обращалась с жалобами в прокуратуру <адрес> и ГИТ по <адрес> на то, что с приходом ФИО7 в качестве руководителя группы в коллективе сложился тяжелый психоэмоциональный климат, который можно охарактеризовать как психологический террор и травлю в отношении ряда менеджеров, целью которого являлось увольнение по собственному желанию.

<дата> ФИО1 подала заявление об увольнении по собственному желанию.

<дата> ФИО1 обратилась с жалобой к генеральному директору ООО «М-пресс» по указанному выше вопросу моббинга со стороны ФИО7

<дата> с аналогичным обращением ФИО1 обратилась к Президенту РФ.

На приведенные выше обращения ФИО1 получила ответ разъясняющий порядок обращения в суд за защитой своих прав.

<дата> ФИО1 направила в ООО «М-пресс» претензию в порядке досудебного урегулирования, в которой предлагала рассмотреть вопрос об отзыве ее заявления об увольнении, после чего создать нормальные условия труда и выплатить компенсацию морального вреда в размере 370 000 руб.

<дата> ФИО1 вручено уведомление о том, что ее претензия, в которой содержится информация об отзыве ею заявления об увольнении, получена, однако надлежащим образом не подписана, в связи с чем предлагалось подтвердить свое намерение об отзыве заявления об увольнении.

Уведомление о возможности работником отозвать свое заявление об увольнении направлялось истцу неоднократно: <дата>, <дата>, <дата>, <дата>, <дата>.

<дата> ФИО1 направила претензию с собственноручной подписью.

Поскольку претензия содержала сведения об отзыве заявления об увольнении, то ФИО1 не была уволена и продолжила работу в ООО «М-пресс», о чем отражено в уведомлении ООО «М-пресс» от <дата>.

Приказом ООО «М-пресс» от <дата> руководителю РЦ <адрес> ФИО6 было поручено предложить ФИО1 перевод в под управление руководителя группы, работы которого она оценивала бы с положительной стороны, и в случае получения такого согласия произвести перевод; в связи с переводом установить адаптационный план на первый месяц работы в новом подразделении.

<дата> ФИО1 дала согласие на перевод в другое подразделение.

<дата> и <дата> ФИО1 направляла руководителю ООО «М-пресс» обращения с просьбой разобраться с ситуацией травли и моббинга на работе и указывала на необходимость компенсации претерпеваемых ею моральных страданий.

<дата> в адрес ФИО1 от ООО «М-пресс» направлено письмо, согласно которому работодатель изучил обращения по вопросу компенсации морального вреда и полагает, что оснований для удовлетворения данных требований не имеется.

В подтверждение своих доводов о том, что за период работы с <дата> ФИО1 со стороны руководителя группы ФИО7 подвергалась моббингу, в ее отношении осуществлялась психоэмоциональная травля, и к ней обращено излишнее внимание среди всех работающих менеджеров группы, истцом представлены: сведения по рейтингу группы, скриншоты переписки, медицинские документы.

В сведениях по рейтингу группы указано на выполнение плана менеджерами и распределение премии между ними, где ФИО1 занимает среднюю позицию.

Из представленной переписки в мессенджере с ФИО7 следует, что ФИО1 посредством вопросов пытается получить от ФИО7 подтверждение требований об увольнении. ФИО7 указывает на обсуждение рабочих тем в рабочее время посредством рабочей переписки, а также на то, что все требования и решения озвучивались и не требуют повторения. Указанная переписка не содержит необоснованных претензий, грубых фраз и выражений в адрес истца.

В рабочей переписке истцу разъясняется, что ее клиенты были перераспределены между другими менеджерами, в связи с уходом на больничный длительностью более трех недель, поскольку формат работы не предполагает дистанционного способа и работа по продажам не может ждать выхода сотрудника.

Согласно медицинским документам в период с <дата> по <дата> ФИО1 находилась на <данные изъяты> лечении в <данные изъяты><данные изъяты>, а в период с <дата> по <дата> на <данные изъяты> лечении.

Истцу разъяснялось право на представление устных доказательств (показаний свидетелей) относительно сложившегося на работе климата в подразделении ФИО7 и отношения руководителя лично к ней, однако таких доказательств суду не представлено. Доводы истца о том, что из группы ФИО7 было вынуждено уволиться около 10 менеджеров, материалами дела не подтверждены, указанные лица, которые в настоящее время не связаны с работодателем ООО «М-пресс», не были приглашены истцом в качестве свидетелей.

Из расчетных листков по заработной плате следует, что за 13 рабочих дней в <дата> заработная плата ФИО1 составила 20 171 руб. 41 коп., за 21 рабочий день в <дата> – 33 231 руб. 18 коп., за 21 рабочий день <дата> – 71 087 руб., за 23 рабочих дня <дата> – 56 732 руб., за 21 рабочий день в <дата> – 34 982 руб., за <дата> – 48 720 руб., за 10 рабочих дней <дата> – 21 198 руб. 41 коп., за 4 рабочих дня в <дата> – 11 341 руб. 54 коп., за 6 рабочих дней в <дата> с учетом 10 дней отпуска – 33 460 руб. 50 коп., за <дата> – 38 478 руб. 52 коп., за <дата> – 35 164 руб., за <дата> – 39 514 руб.

Разрешая спор по существу, суд первой инстанции, руководствуясь положениями ст.ст. 2, 3, 15, 16, 21, 237 ТК РФ, ст.ст. 151, 1099 ГК РФ, оценив представленные доказательства по правилам ст. 67 ГПК РФ, исходил из того, что доводы ФИО1 об ущемлении и нарушении ее трудовых прав со стороны ответчика в период осуществления трудовой деятельности под руководством ФИО7 являются не обоснованными. Установив, что истцом не представлено достаточной совокупности допустимых доказательств, позволяющих прийти к однозначному выводу о том, что она подвергалась моббингу, травле со стороны ФИО7, понуждению ее к увольнению, психическому насилию и психическому давлению, а также, что имело место создание ответчиком невыносимых условии для продолжения работы, суд пришел к выводу об отказе в удовлетворении требований.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции, полагает их основанными на правильном применении норм материального права к спорным правоотношениям, при этом исходит из следующего.

В соответствии со ст. 19 Конституции РФ государство гарантирует равенство прав и свобод человека и гражданина независимо от пола, расы, национальности, языка, происхождения, имущественного и должностного положения, места жительства, отношения к религии, убеждений, принадлежности к общественным объединениям, а также других обстоятельств. Запрещаются любые формы ограничения прав граждан по признакам социальной, расовой, национальной, языковой или религиозной принадлежности. Мужчина и женщина имеют равные права и свободы и равные возможности для их реализации.

Конституционный принцип равенства всех перед законом в области трудовых отношений получил воплощение в ст. 3 ТК РФ.

В ст. 3 ТК РФ указано, что никто не может быть ограничен в трудовых правах и свободах или получать какие-либо преимущества в зависимости от пола, расы, цвета кожи, национальности, языка, происхождения, имущественного, семейного, социального и должностного положения, возраста, места жительства, отношения к религии, убеждений, принадлежности или непринадлежности к общественным объединениям или каким-либо социальным группам, а также от других обстоятельств, не связанных с деловыми качествами работника.

Каждый имеет равные возможности для реализации своих трудовых прав.

Дискриминация это нарушение прав, свобод и законных интересов человека и гражданина в зависимости от его пола, расы, цвета кожи, национальности, языка, происхождения, имущественного, семейного, социального и должностного положения, возраста, места жительства, отношения к религии, убеждений, принадлежности или непринадлежности к общественным объединениям или каким-либо социальным группам (ст. 5.62 КоАП Российской Федерации). Аналогичное определение содержится в ст. 136 УК РФ.

Лица, считающие, что они подверглись дискриминации в сфере труда, вправе обратиться в суд с заявлением о восстановлении нарушенных прав, возмещении материального вреда и компенсации морального вреда (ч. 4 ст. 3 ТК РФ).

В п. 3 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28 января 2014 года № 1 разъяснено, что по смыслу ст. 3 ТК РФ под дискриминацией в сфере труда следует понимать различие, исключение или предпочтение, имеющее своим результатом ликвидацию или нарушение равенства возможностей в осуществлении трудовых прав и свобод или получение каких-либо преимуществ в зависимости от любых обстоятельств, не связанных с деловыми качествами работника (в том числе не перечисленных в указанной статье ТК РФ), помимо определяемых свойственными данному виду труда требованиями, установленными федеральным законом, либо обусловленных особой заботой государства о лицах, нуждающихся в повышенной социальной и правовой защите. В связи с этим в отношении женщин, лиц с семейными обязанностями и несовершеннолетних не допускаются различия при приеме на работу, установлении оплаты труда, продвижении по службе, установлении или изменении индивидуальных условий труда, подготовке (профессиональное образование и профессиональное обучение) и дополнительном профессиональном образовании, расторжении трудового договора и т.д., не основанные на деловых качествах работников, характеристиках условий их труда.

Оценив представленные переписки между сторонами, суд обоснованно указал, что скриншоты в мессенджере, а также в рабочей переписке не содержат каких-либо фраз, из которых можно сделать вывод о предвзятом отношении руководства ООО «М-пресс» к ФИО1

Из медицинских документов истца невозможно сделать вывод о наличии причинно-следственной связи имеющихся заболеваний и диагнозов именно с условиями, графиком и атмосферой на работе, а не иными жизненными ситуациями, не связанными с работой, или имеющимися ранее заболеваниями.

Анализ выплаченных сумм заработной платы не позволяет сделать вывод, что в период работы под руководством ФИО7 истец получала более низкую заработную плату, чем, например, в <дата>, когда работала в другом подразделении.

Применив положения ст. 3 ТК РФ, суд не установил дискриминационного характера в действиях работодателя в отношении истца при рассмотрении дела, в том смысле, который придается данному понятию законодательством.

При этом суд справедливо указал на неоднократное уведомление работодателем ФИО1 о возможности отозвать свое заявление об увольнении, а также на перевод истца на работу в другое подразделение для создания всем участникам рабочего процесса комфортных условий труда.

В рассматриваемом случае, суд первой инстанции сделал обоснованный вывод о том, что в отношении временного периода, начиная с <дата> истцом не представлено доказательств, что она подвергалась моббингу, травле, оскорблениям, провокации на конфликты и грубости, понуждению к увольнению, психическому насилию и давлению, а также, что имело место создание ответчиком невыносимых условии для продолжения работы. Бремя доказывания дискриминации лежит на истце, однако фактов предвзятого отношения ответчика к истцу в ходе судебного разбирательства не установлено.

Несогласие истца с оценкой, данной судом доказательствам, не может служить основанием для отмены судебного решения, поскольку суд воспользовался правом, предоставленным ему ст. 67 ГПК РФ.

Предоставление суду соответствующих полномочий по оценке доказательств вытекает из принципа самостоятельности судебной власти и является одним из проявлений дискреционных полномочий суда, необходимых для осуществления правосудия, что вместе с тем не предполагает возможность оценки судом доказательств произвольно и в противоречии с законом.

У судебной коллегии отсутствуют основания для переоценки доказательств, поскольку судом первой инстанции выполнены требования ст. 67 ГПК РФ: всесторонне, полно, объективно и непосредственно исследованы имеющиеся в деле доказательства с точки зрения относимости, допустимости, достоверности каждого доказательства в отдельности и достаточности и взаимной связи доказательств в их совокупности; результаты оценки доказательств суд отразил в решении, в котором привел мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими.

Иные доводы ФИО1, вновь приведенные в апелляционной жалобе, сводятся к несогласию с выводами суда первой инстанции, не опровергают выводы, содержащиеся в обжалуемом судебном постановлении, не содержат обстоятельств, которые нуждались бы в дополнительной проверке, а потому не могут быть приняты судебной коллегией в качестве основания к отмене состоявшегося судебного акта.

Выводы, содержащиеся в обжалуемом судебном постановлении, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, установленным судом первой инстанции. Нарушений норм материального либо процессуального права, влекущих отмену состоявшегося по делу судебного акта, по делу не допущено.

Таким образом, оснований для отмены решения суда, предусмотренных ст. 330 ГПК РФ, не имеется.

Руководствуясь ст.ст. 327.1, 328, 329 ГПК РФ,

определила:

решение Ленинского районного суда города Саратова от 11 августа 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Апелляционное определение в окончательной форме изготовлено 03 февраля 2026 года.

Председательствующий

Судьи