Решение № 2-83/2019 2-83/2019~М-48/2019 М-48/2019 от 17 апреля 2019 г. по делу № 2-83/2019

Дело № 2-83/2019


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской федерации

18 апреля 2019 года г. Пласт

Пластский городской суд Челябинской области в составе:

председательствующего судьи Данилкиной А.Л.,

при секретаре Бобылковой П.И.,

с участием прокурора Журавлевой К.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к акционерному обществу «Южуралзолото Группа Компаний» о признании приказов незаконными, восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, недополученной заработной платы, компенсации морального вреда,

у с т а н о в и л:

ФИО1 обратился в суд с иском к АО «Южуралзолото Группа Компаний» (далее – АО «ЮГК») и с учетом уточнения исковых требований просил признать незаконным приказ № от 04 января 2019 года в части указания не выплачивать ему премии за декабрь 2018 года; признать незаконным и отменить приказ № от 13 марта 2019 года, в соответствии с которым он уволен из АО «ЮГК» с должности машиниста буровой установки 4 разряда на поземном участке Вентиляции, техники безопасности и взрывных работ шахты «Центральная» с 13 марта 2019 года по пп. «д» п. 6 ст. 81 ТК РФ; восстановить его на работе в АО «ЮГК» в должности машиниста буровой установки 4 разряда на подземном участке «Вентиляции, техники безопасности и взрывных работ шахты «Центральная»; взыскать с АО «ЮГК» в его пользу заработную плату за декабрь 2018 года в размере 27 190 руб. 15 коп., компенсацию за время вынужденного прогула с момента его увольнения 13 марта 2019 года до момента восстановления на работе из расчета 1 348 руб. 63 коп. за каждый календарный день вынужденного прогула, компенсацию морального вреда в связи с нарушением его трудовых прав в размере 20 000 руб., а также судебные расходы в размере 8 000 руб. (л.д. 3, 49, 60).

В обоснование заявленных требований указал, что он работал в АО «ЮГК» в должности бурильщика, его средняя заработная плата на протяжении последнего года его работы составила 27 969 руб. 55 коп. В декабре 2018 года ему необоснованно сократили заработную плату, в декабре он получил только 8 356 руб. На работе ему пояснили, что сломался буровой станок и поэтому вся бригада штрафуется снижением зарплаты. Он с этим не согласен его вины в поломке станка нет. Его вина в установленном законом порядке не установлена. В декабре 2018 года он отработал 14 смен, ему должно быть начислено 38 152 руб. 15 коп. (14 см. х 2725,15 руб.) Фактически ему начислено за декабрь 2018 года 10 962 руб. В декабре 2018 года ему не доплатили зарплату в размере 27 190 руб. 15 коп. (38152,15 - 10962). Он не ознакомлен с приказами о его депремировании или привлечении к дисциплинарной ответственности, поэтому полагает лишение его заработной платы незаконно. В соответствии с приказом № от 04 января 2019 года со стороны членов буровой бригады не производилась регулировка подшипников, что привело к преждевременному выходу из строя раздаточной коробки бурового станка БСК-2 РПА. Приказом № за неправильную эксплуатацию бурового станка и преждевременному выходу из строя раздаточной коробки, ему не начисляется премия за декабрь 2018 года. С данным приказом он не согласен, считает его незаконным. Работодатель не установил его вину в поломке станка БСК-2 РПА, экспертиза причин поломки станка не производилась. Раздаточная коробка станка сломалась в ночь с 30 на 31 декабря 2018 года. В это время он находился на выходном, о чем свидетельствует табель учета рабочего времени. Указывает, что бурильщики не могут регулировать подшипники, в обязанность бурильщика входит только проверка уровня масла в раздаточной коробке. Он не привлекался к дисциплинарной ответственности, следовательно в его действиях нет нарушений трудовой дисциплины. 13 марта 2019 года приказом № он был уволен из АО «ЮГК» в связи с нарушением работником требований по охране труда, на основании подпункта «д» пункта 6 части 1 ст. 81 ТК РФ. Копия приказа ему не выдавалась. Требования по охране труда он не нарушал, поэтому считает приказ № от 13 марта 2019 года незаконным. Он намерен восстановиться на работе в АО «ЮГК» в должности. В связи с увольнением он лишился источника дохода, поэтому в случае признания его увольнения незаконным с ответчика подлежит взысканию компенсация за время вынужденного прогула с момента увольнения до момента восстановления на работе из расчета средней зарплаты за 1 календарный день работы до момента увольнения, которая составляет 1348,63 руб./день.

В судебном заседании истец ФИО1 и его представитель ФИО2 настаивали на удовлетворении требований по основаниям, изложенным в иске и в уточнениях к иску.

Представитель ответчика АО «Южуралзолото Группа Компаний» ФИО3, действующая на основании доверенности № от 12 ноября 2018 года, в судебном заседании с исковыми требованиями не согласилась, полагая, что увольнение истца является законным и обоснованным, поскольку ФИО1 грубо нарушил правила техники безопасности, в декабре 2018 года истцу на законном основании снижен размер премии ввиду поломки станка. Письменные возражения на исковое заявление приобщены к материалам дела (л.д. 71-73).

Заслушав истца, представителя истца, представителя ответчика, мнение прокурора полагавшей, что исковые требования о восстановлении на работе подлежат удовлетворению, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Положения ст. 37 Конституции Российской Федерации, обусловливая свободу трудового договора, право работника и работодателя по соглашению решать вопросы, связанные с возникновением, изменением и прекращением трудовых отношений, предопределяют вместе с тем обязанность государства обеспечивать надлежащую защиту прав и законных интересов работника как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении, что согласуется с основными целями правового регулирования труда в Российской Федерации как социальном правовом государстве.

При этом законодатель учитывает не только экономическую (материальную), но и организационную зависимость работника от работодателя (в распоряжении которого находится основные доказательства по делу), в силу чего устанавливает процессуальные гарантии защиты трудовых прав работников при рассмотрении трудовых споров в суде.

Согласно ч. 1 ст. 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на: заключение, изменение и расторжение трудового договора в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, иными федеральными законами; предоставление ему работы, обусловленной трудовым договором; рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором; своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, сложностью труда, количеством и качеством выполненной работы; защиту своих трудовых прав, свобод и законных интересов всеми не запрещенными законом способами; возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном настоящим Кодексом, иными федеральными законами.

В силу ч. 2 ст. 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан: соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; обеспечивать работникам равную оплату за труд равной ценности; выплачивать в полном размере причитающуюся работникам заработную плату в сроки, установленные в соответствии с настоящим Кодексом, коллективным договором, правилами внутреннего трудового распорядка, трудовыми договорами.

В соответствии с пп. «д» п. 6 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае установленного комиссией по охране труда или уполномоченным по охране труда нарушения работником требований охраны труда, если это нарушение повлекло за собой тяжкие последствия (несчастный случай на производстве, авария, катастрофа) либо заведомо создавало реальную угрозу наступления таких последствий.

Согласно ст. 84.1 Трудового кодекса Российской Федерации прекращение трудового договора оформляется приказом (распоряжением) работодателя.

С приказом (распоряжением) работодателя о прекращении трудового договора работник должен быть ознакомлен под роспись. По требованию работника работодатель обязан выдать ему надлежащим образом заверенную копию указанного приказа (распоряжения). В случае, когда приказ (распоряжение) о прекращении трудового договора невозможно довести до сведения работника или работник отказывается ознакомиться с ним под роспись, на приказе (распоряжении) производится соответствующая запись.

Днем прекращения трудового договора во всех случаях является последний день работы работника, за исключением случаев, когда работник фактически не работал, но за ним, в соответствии с настоящим Кодексом или иным федеральным законом, сохранялось место работы (должность).

Как установлено в ходе судебного разбирательства и следует из материалов дела, ФИО1 принят на работу в АО «Южуралзолото Группа Компаний» с 01 августа 2007 года должность поземного электрослесаря (слесаря) по обслуживанию и ремонту оборудования (приказ № от 01 августа 2017 года л.д. 41). С работником заключен трудовой договор б/н от 01 августа 2018 года, согласно которого условия труда – вредные (л.д. 42-43).

С 16 февраля 2015 года ФИО1 переведен машинистом буровой установки БСК 4 разряда на подземный участок «Вентиляция, техника безопасности и взрывных работ», БСК-2, шахты «Центральная» (приказ № от 16 февраля 2015 года л.д. 44). С истцом заключено дополнительное соглашение к трудовому договору, которым установлен должностной оклад (тариф) в размере 70,4 руб.; премии, надбавки и иные виды вознаграждений и компенсационных выплат выплачиваются работнику в порядке и размерах, установленных работодателем (л.д. 45).

Приказом № от 13 марта 2019 года ФИО1 машинист буровой установки БСК 4 разряда (подземный) уволен с 13 марта 2019 года в связи с установленным комиссией по охране труда или уполномоченного по охране труда нарушение работником требований охраны труда, пп. «д» п. 6 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации. Документы основания в приказе не указаны. С приказом ФИО1 ознакомлен 13 марта 2019 года, о чем имеется подпись (л.д. 125).

При рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, трудовой договор с которым расторгнут по инициативе работодателя, обязанность доказать наличие законного основания увольнения и соблюдение установленного порядка увольнения возлагается на работодателя.

В силу ст. 192 Трудового кодекса Российской Федерации за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить следующие дисциплинарные взыскания:

1) замечание;

2) выговор;

3) увольнение по соответствующим основаниям.

К дисциплинарным взысканиям, в частности, относится увольнение работника по основаниям, предусмотренным пунктами 5, 6, 9 или 10 части первой статьи 81, пунктом 1 статьи 336 или статьей 348.11 настоящего Кодекса, а также пунктом 7, 7.1 или 8 части первой статьи 81 настоящего Кодекса в случаях, когда виновные действия, дающие основания для утраты доверия, либо соответственно аморальный проступок совершены работником по месту работы и в связи с исполнением им трудовых обязанностей.

Не допускается применение дисциплинарных взысканий, не предусмотренных федеральными законами, уставами и положениями о дисциплине.

При этом на работодателе лежит обязанность представить доказательства, свидетельствующие о том, что совершенное работником нарушение, явившееся поводом к увольнению, в действительности имело место и могло являться основанием для расторжения трудового договора; работодателем были соблюдены предусмотренные п. 3, 4 ст. 193 Трудового кодекса Российской Федерации сроки для применения дисциплинарного взыскания.

Согласно ст. 193 Трудового кодекса Российской Федерации до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт.

Приказ (распоряжение) работодателя о применении дисциплинарного взыскания объявляется работнику под роспись в течение трех рабочих дней со дня его издания, не считая времени отсутствия работника на работе. Если работник отказывается ознакомиться с указанным приказом (распоряжением) под роспись, то составляется соответствующий акт.

Вместе с тем, работодателем АО «ЮГК» не представлено законных оснований увольнения, установленный законом порядок применения дисциплинарного взыскания в виде увольнения соблюден не был.

Как следует из материалов дела, в АО «ЮГК» издан приказ № от 11 февраля 2019 года о нарушении требований ПБ и ОТ, в котором указано, что 10 февраля 2019 года в ходе проведения проверки по шахте «Центральная» были выявлены нарушения, в частности в камере БСК-2 гор. 700 м. – повышенное заколообразование по бортам и кровле – предыдущая смена, работающая 09 февраля 2019 года, то есть У.В.М. и ФИО1 не обобрали заколы и не привели рабочее место в порядок. Машинист буровой установки ФИО1 предупрежден, что при повторном нарушении требований ОТ и ПБ, к нему будет применено дисциплинарное взыскание (л.д. 74). Сведения об ознакомлении ФИО1 с приказом отсутствуют.

Согласно приказа АО «ЮГК» № от 14 февраля 2019 года в ходе проведения проверки 14 февраля 2019 года по шахте «Центральная» на соответствие требований охраны труда и промышленной безопасности были выявлены нарушения: камера БСК-2 гор. 700 м, повышенное заколообразование по бортам и кровле – смена, работающая 13 и 14 февраля 2019 года, а именно М.А.И. и ФИО1, не обобрали заколы и не привели рабочее место в порядок, чем нарушили п. 2.6, 2.9, 2.10, 3.1 инструкции № 6 по охране труда для машиниста буровой установки. Приказано получить объяснения с лиц, ответственных за допущенные нарушения, после получения объяснительных, подготовить приказы о дисциплинарном наказании машинистов буровой установки шахты «Центральная» ФИО1 и М.А.И. В основание приказа указан приказ от 11 февраля №, докладная начальника участка «БВР» А.С.А. (л.д. 75).

Документы, подтверждающие о том, что ФИО1 был ознакомлен с данным приказом, ответчиком не представлены.

Из докладной начальника участка «БВР» А.С.А. (без даты) следует, что 13 февраля 2019 года машинистам буровой установки М.А.И. и ФИО1 был выдан наряд: 1. ликвидировать заколо-образование в буровой камере, 2. навести порядок на рабочем месте, убрать мусор, 3. упорядочить кабельную продукцию, 4. упорядочить, подвесить трубопровод, 5. освободить проход к буровому станку. 14 февраля 2019 года была проведена проверка рабочего мести. Ни один пункт наряда не выполнен (л.д. 120).

Согласно пояснительной ФИО1 от 15 февраля 2019 года, приходя на рабочее место, он оберает кровлю от заколов, отслоение кровли происходит каждую смену от горных ударов. 14 февраля 2019 года произвели порядок в буровой камере, упорядочили кабеля, водную и воздушную магистраль, провели ТО станка, провели оборку кровли (л.д. 115).

В приказе № 20 февраля 2019 года указано о проведении проверки 20 февраля 2019 года по шахте «Центральная» на соответствие требований охраны труда и промышленной безопасности, согласно которой в камере БСК-2 гор 700 м. повышенное заколообразование по бортам и кровле, что создает угрозу жизни и здоровью (машинист буровой установки ФИО1). Приказано расторгнуть договор с машинистом буровой установки ФИО1 за неоднократное грубое нарушения охраны труда в части по непринятию мер по оборке заколов (нарушения п.2.6, 2.9, 2.10, 3.1 инструкции по охране труда машиниста буровой установки (нарушение требований по охране труда, создавшие реальную угрозу жизни и здоровью пп. «д» п. 6 ст. 81 ТК РФ) (л.д. 76-77).

22 февраля 2019 года ФИО1 написана пояснительная, где он указал, что когда Шакалов был на станке 1 раз, он был на выходных (л.д. 125).

23 февраля 2019 года составлен акт об отказе ФИО1 от ознакомления с приказом № от 20 февраля 2019 года (л.д. 78).

В судебном заседании ФИО1 пояснил, что его с приказами не знакомили и о том, что его уволили, он узнал 15 марта 2019 года.

Из листа ознакомления с приказом № от 28 февраля 2019 года следует, что ФИО1 ознакомлен с приказом 13 марта 2019 года, указал, что не согласен (л.д. 79).

В п. 2.6 инструкции № 6 по охране труда для машиниста буровой установки указано, что перед началом работы на рабочем месте работник должен проверить состояние крепи, кровли и бортов выработки в районе работ и провести оборку заколов (п. «б»).

Вместе с тем, из приложенного листа ознакомления следует, что работники ознакомлены с инструкцией № 5 по охране труда для машиниста буровой установки, сведения об ознакомлении ФИО1 с инструкцией № 6 отсутствуют (л.д. 91). Истец в судебном заседании отрицал, что его знакомили с инструкцией № 6.

Более того, согласно книги наряд-заданий 13 февраля 2019 года ФИО1 и М.А.И. выдано задание – навести порядок на рабочем месте, ликвидировать заколообразование. Место работы указано –шахта «Восточная» гор. 712 БСК-РПА-2 (л.д. 112-114).

Таким образом, место работы, где надлежало истцу выполнить задание 13 февраля 2019 года, и место работы, где ФИО1 указывают на нарушение требований охраны труда и промышленной безопасности, указанное в приказах №, №, №, являются разными.

Из представленных в материалы дела фото- и видеоматериала (л.д. 94-111, 117) не представляется возможным установить, что они сделаны именно в месте работы ФИО1 и в то время, за которое ему работодателем вменяются указанные нарушения.

Оценив представленные ответчиком в материалы дела документы, суд приходит к выводу, что ответчиком не доказан факт нарушения истцом требований охраны труда и промышленной безопасности, за который он привлечен к дисциплинарной ответственности в виде увольнения.

Более того, суд считает недоказанным факт нарушения работником ФИО1 требований охраны труда, нарушение которых повлекло за собой тяжкие последствия (несчастный случай на производстве, авария, катастрофа) либо заведомо создавало реальную угрозу наступления таких последствий, поскольку в силу прямого указания в подпункте «д» п. 6 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации, такие нарушения должны быть установлены комиссией по охране труда или уполномоченным по охране труда.

Ответчиком АО «ЮГК» в нарушение положений статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не представлено каких-либо заключения, акта комиссии по охране труда или уполномоченного по охране труда, которыми было бы установлено, что действия истца, выразившиеся в нарушении норм охраны труда, создали реальную угрозу наступления тяжких последствий (несчастного случая, аварии, катастрофы) либо заведомо создавали реальную угрозу наступления таких последствий.

В силу требований ст.ст. 192, 193 Трудового кодекса Российской Федерации в приказе об увольнении должны быть указаны: проступок, который совершил работник, со ссылками на документы, подтверждающие это нарушение; обстоятельства совершения проступка, степень его тяжести и вины работника; вид налагаемого дисциплинарного взыскания.

В приказе об увольнении истца отсутствуют данные о том, какие нарушения каких норм охраны труда совершил ФИО1, документы-основания в приказе не указаны.

Несоблюдение процедуры увольнения работника по основанию пп. «д» п. 6 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации, а также недоказанности нарушения работником ФИО1 требований охраны труда, нарушение которых повлекло за собой тяжкие последствия (несчастный случай на производстве, авария, катастрофа) либо заведомо создало реальную угрозу наступления таких последствий, является основанием для восстановления работника на работе и как следствие признания приказа № от 13 марта 2019 года о прекращении (расторжении) трудового договора с ФИО1 по указанному основанию незаконным.

На основании изложенного, суд приходит к выводу о незаконности увольнения истца и считает необходимым восстановить истца на работе в ранее занимаемой им должности машиниста буровой установки БСК 4 разряда (подземный) в акционерном обществе «Южуралзолото Группа Компаний» шахта «Центральная» подземный участок Вентиляции, техники безопасности и взрывных работ с 13 марта 2019 года.

В силу ст. 394 Трудового кодекса Российской Федерации в случае признания увольнения или перевода на другую работу незаконными работник должен быть восстановлен на прежней работе органом, рассматривающим индивидуальный трудовой спор. Орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, принимает решение о выплате работнику среднего заработка за все время вынужденного прогула.

Установив наличие нарушения трудовых прав истца в виде незаконного увольнения, суд на основании ст. 394 Трудового кодекса Российской Федерации считает необходимым взыскать в пользу истца заработную плату за время вынужденного прогула с 13 марта 2019 года по 18 апреля 2019 года (дату вынесения решения), исходя из среднего дневного заработка истца за последние 12 месяцев в размере 1348 руб. 63 коп. и с учетом дней вынужденного прогула, количество которых составило 36 дней, в размере 48 550 руб. 68 коп. (1348,63 x 36).

Истец ФИО1 также просит признать незаконным № от 04 января 2019 года в части указания не выплачивать ему премии за декабрь 2018 года и взыскать с ответчика недоначисленную ему заработную плату за декабрь 2018 года в размере 27 190 руб., указывая в обоснование, что его вина в поломке станка БСК-2 РПА не установлена, и поэтому у работодателя отсутствовали основания лишать его премии.

Согласно приказа № от 04 января 2019 года за неправильную эксплуатацию бурового станка и преждевременному выходу из строя раздаточной коробки премию за декабрь 2018 года не выплачивать всем членам бригады, в числе которых указан ФИО1 (л.д. 24). В приказе указано, что она основании акта расследования аварийной остановки бурового станка БСК-2 РПА на шахте «Восточная» было установлено, что со стороны членов буровой бригады не производилась регулировка подшипников, что привело к преждевременному выходу их строя раздаточной коробки бурового станка БСК-2 РПА.

Вместе с тем, акт расследования, подтверждающий аварийную остановку станка из-за нарушения его эксплуатации ФИО1, суду не представлен.

Истец ФИО1 в судебном заседании пояснил, что 30 и 31 декабря 2018 года являлись его выходными днями, когда он вышел на смену 04 января 2019 года станок уже был сломан.

Пояснения истца о выходных и рабочих днях истца, подтверждаются табелями рабочего времени за декабрь 2018 года и за январь 2019 года (л.д. 21, 122).

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о незаконности приказа АО «ЮГК» № от 04 января 2019 года в части принятия решения не выплачивать ФИО1 премии за декабрь 2018 года. А потому требования истца полежат удовлетворении, а недоначисленная и не выплаченная истцу заработная плата за декабрь 2018 года подлежит взысканию с ответчика.

Согласно расчетному листку за декабрь 2018 года ФИО1 начислена заработная плата в размере 10 962 руб. 00 коп. (л.д. 36).

Поскольку в декабре 2018 года ФИО1 отработал 14 смен (л.д. 21), следовательно, сумма заработной платы за декабрь 2018 года составляет 38 152 руб. 10 коп. (2725,15 руб. (средний дневной заработок) х 14 смен).

Ответчиком начислена и выплачена истцу заработная плата за декабрь 2018 года в размере 10962 руб., следовательно, взысканию в пользу истца подлежат денежные средства в размере 27 190 руб. 10 коп. (38152,10 руб. – 10962,00 руб.).

В силу ст. 211 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации решение суда в части восстановления на работе, взыскании заработной платы подлежит немедленному исполнению.

Истцом заявлены требования о взыскании с ответчика компенсации морального вреда в размере 20 000 рублей в связи с нарушением его трудовых прав.

Согласно ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Согласно ст. 394 Трудового кодекса Российской Федерации в случаях увольнения без законного основания или с нарушением установленного порядка увольнения либо незаконного перевода на другую работу суд может по требованию работника вынести решение о взыскании в пользу работника денежной компенсации морального вреда, причиненного ему указанными действиями. Размер этой компенсации определяется судом.

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», в соответствии с частью четвертой статьи 3 и частью девятой статьи 394 Кодекса суд вправе удовлетворить требование лица, подвергшегося дискриминации в сфере труда, а также требование работника, уволенного без законного основания или с нарушением установленного порядка увольнения либо незаконно переведенного на другую работу, о компенсации морального вреда.

Учитывая, что Кодекс не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда и в иных случаях нарушения трудовых прав работников, суд в силу статей 21 (абзац четырнадцатый части первой) и 237 Кодекса вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав (например, при задержке выплаты заработной платы).

Из пояснений истца следует, что моральный вред выражается в перенесенных им нравственных страданиях, связанных с тем, что он был незаконно и необоснованно уволен, лишился права трудиться и получать заработную плату.

Суд полагает требования истца о взыскании компенсации морального вреда обоснованными и подлежащими удовлетворению, однако размер компенсации считает явно завышенным.

Учитывая конкретные обстоятельства дела, характер причиненных истцу нравственных страданий, руководствуясь принципом разумности и справедливости, суд считает возможным определить сумму компенсации морального вреда в размере 10 000 рублей. В удовлетворении требований в остальной части взыскания компенсации морального вреда следует отказать.

В силу ч. 1 ст. 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

В материалы дела представлены квитанции об оплате юридических услуг представителю ФИО2 в общей сумме 8 000 рублей (л.д. 14), а также соглашение на оказание юридической помощи № от 23 января 2019 года (л.д. 15).

При определении размера подлежащих взысканию судебных расходов на оплату услуг представителя, суд учитывает категорию и сложность спора, степень участия представителя истца ФИО2 при рассмотрении дела, количество судебных заседаний, а именно: представитель участвовал при подготовке дела к судебному разбирательству 19 февраля 2019 года, в судебных заседаниях 12 марта 2019 года, 16 и 18 апреля 2019 года, подготовил в суд исковое заявление, заявления об изменении исковых требований, а также объем и характер оказанных представителем услуг.

Таким образом, с учетом разумности суд считает возможным удовлетворить требования истца о возмещении указанных расходов частично, взыскав с ответчика в его пользу 8 000 рублей.

Согласно ч. 1 ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина – в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

Подпункт 1 пункта 1 ст. 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации предусматривает освобождение от уплаты государственной пошлины по делам, рассматриваемым в судах общей юрисдикции, истцов – по искам о взыскании заработной платы (денежного содержания) и иным требованиям, вытекающим из трудовых правоотношений.

Согласно подпункту 8 пункта 1 ст. 333.20 Налогового кодекса Российской Федерации государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается с ответчика (если он не освобожден от уплаты государственной пошлины) пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований.

Размер государственной пошлины с учетом удовлетворенной части исковых требований составляет 2 772 руб. 22 коп. и подлежит взысканию с ответчика в доход местного бюджета.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 12, 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л :

Исковые требования ФИО1 к акционерному обществу «Южуралзолото Группа Компаний» о признании приказов незаконными, восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, недополученной заработной платы, компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Признать незаконным и отменить приказ № от 04 января 2019 года в части принятия решения не выплачивать ФИО1 премии за декабрь 2018 года.

Признать незаконным приказ (распоряжение) акционерного общества «Южуралзолото Группа Компаний» № от 13 марта 2019 года о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении) ФИО1 с должности машиниста буровой установки БСК 4 разряда (подземный) шахты «Центральная» с 13 марта 2019 года в связи с установленным комиссией по охране труда или уполномоченным по охране труда нарушением работником требований охраны труда, пп. «д» п. 6 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации.

Восстановить ФИО1 на работе в акционерном обществе «Южуралзолото Группа Компаний» шахта «Центральная» подземный участок Вентиляции, техники безопасности и взрывных работ в должности машиниста буровой установки БСК 4 разряда (подземный).

Взыскать с акционерного общества «Южуралзолото Группа Компаний» в пользу ФИО1 заработную плату за декабрь 2018 года в размере 27 190 (двадцать семь тысяч сто девяносто) рублей 10 копеек, заработную плату за время вынужденного прогула с 13 марта 2019 года по 18 апреля 2019 года в сумме 48 550 (сорок восемь тысяч пятьсот пятьдесят) рублей 68 копеек, компенсацию морального вреда в размере 10 000 (десять тысяч) рублей 00 копеек, судебные расходы в размере 8 000 (восемь тысяч) рублей 00 копеек.

Взыскать с акционерного общества «Южуралзолото Группа Компаний» государственную пошлину в доход местного бюджета в сумме 2 772 (две тысячи семьсот семьдесят два) рубля 22 копейки.

Решение в части восстановления на работе и в части взыскания заработной платы за декабрь 2018 года и заработной платы за время вынужденного прогула 13 марта 2019 года по 18 апреля 2019 года подлежит немедленному исполнению.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме в Судебную коллегию по гражданским делам Челябинского областного суда через Пластский городской суд Челябинской области.

Председательствующий: