Решение № 2-5633/2017 2-600/2018 2-600/2018 (2-5633/2017;) ~ М-5101/2017 М-5101/2017 от 12 февраля 2018 г. по делу № 2-5633/2017

Дело №


РЕШЕНИЕ СУДА

ИМЕНЕМ Р. Ф.

13 февраля 2018 года

Ногинский городской суд <адрес> в составе:

председательствующего судьи Беляковой Е. Е.,

при секретаре Чистяковой Н.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о признании договора дарения жилого дома и земельного участка недействительным, применении последствий недействительности сделки,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2, ФИО3 о признании договора дарения жилого дома и земельного участка недействительным, применении последствий недействительности сделки, просил суд: признать договор дарения земельного участка общей площадью 2 611 кв.м. с кадастровым номером 50:16:01:03021:0126 и расположенного на данном земельном участке жилого дома, общей площадью 693,7 кв.м., кадастровый № по адресу: <адрес>, д. Пешково, <адрес>, заключенный ДД.ММ.ГГГГ между ФИО2 и ФИО3, недействительным; применить последствия недействительности сделки. В обоснование заявленных требований истец ссылался на следующее: согласно договору займа от ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 и ответчиком ФИО2 ответчику ФИО2 была выдана на руки сумму в размере 18 500 350 рублей для развития бизнеса со сроком возврата основной суммы долга и процентов ДД.ММ.ГГГГ. При наступлении указанного срока ФИО2 денежные средства и положенные к выплате проценты истцу не верн<адрес> предложение возвратить денежные средства за счет реализации части из большого объема принадлежащего ответчику имущества, ФИО2 ответил отказом, при этом предложил оценить часть принадлежащего ответчику имущества: здания столярной мастерской и земельного участка по адресу: <адрес>, с Ямкино, Центральная усадьба. Согласно отчету, выполненному ООО «ВолгаТраст», стоимость указанного имущества составила 32 226 000 рублей. С отчетом ответчик не согласился, считая цену низкой, сам ответчик оценил стоимость имущества в 70 000 000 рублей, что является завышенной ценой. С февраля 2017 года истец практически ежедневно звонил ответчику ФИО2 с требованием возврата долга. Не намереваясь исполнять взятые на себя долговые обязательства, ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 по договору купли- продажи отчудил принадлежащий ему земельный участок с кадастровым номером <данные изъяты>, расположенный по адресу: <адрес>, д. Пешково, <адрес>П, третьему лицу, после чего распорядился денежными средствами по своему усмотрению, не погасив долг по договору займа. ДД.ММ.ГГГГ ответчик совершил новые сделки по отчуждению имущества путем дарения дочери – ответчику ФИО3 жилого дома площадью 693,7 кв.м. и земельного участка площадью 2611 кв.м., расположенных по адресу: <адрес>, д. Пешково, <адрес>, и земельного участка площадью 18 990 кв.м. по адресу: <адрес>, д. Пешково. ДД.ММ.ГГГГ истец обратился с исковым заявлением к ФИО2 о взыскании денежных средств по договору займа в Реутовский городской суд. ДД.ММ.ГГГГ Определением судьи Реутовского городского суда были приняты обеспечительные меры, наложен арест на жилой дом площадью 693,7 кв.м. и земельный участок площадью 2611 кв.м., расположенные по адресу: <адрес>, д. Пешково, <адрес>. Определение о наложении ареста ответчик не оспаривал. ДД.ММ.ГГГГ была произведена государственная регистрация перехода прав на спорные дом и земельный участок от ФИО2 к ФИО4, т.о. переход прав на указанное имущество от отца к дочери по договору дарения от ДД.ММ.ГГГГ состоялся в период, когда спорное имущество уже находилось под арестом. Решением Реутовского городского суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ иск ФИО1 к ФИО2 о взыскании суммы долга, процентов и судебных расходов удовлетворен частично, с должника в пользу заемщика взыскана сумма в размере 52 225 614 руб. Истец считает, что договор дарения недвижимого имущества, заключенный ДД.ММ.ГГГГ, и зарегистрированный Управлением Росреестра по МО ДД.ММ.ГГГГ, следует считать недействительным, поскольку он заключен между отцом и дочерью лишь для вида, а настоящей целью его заключения являлось сокрытие ФИО2 имущества от ареста, обращения на него взыскания по решению суда и как следствие уклонение ответчика от выплаты истцу заемных средств. О формальном характере оспариваемой сделки свидетельствует, по мнению истца, тот факт, что стороны договора дарения пребывают в том же положении, что и до его заключения, даритель ФИО2 в течение 20 лет и сейчас фактически проживает в спорном доме, пользуется земельным участком, одаряемая ФИО3 зарегистрирована и продолжает проживать в <адрес>.

Истец ФИО1 в суд не явился, о явке в судебное заседание извещен.

Представитель истца ФИО1 – ФИО5 в судебном заседании поддержала заявленные требования по основаниям и доводам, изложенным в исковом заявлении, пояснениях по иску (т.1, л.д.233-236), согласно которым указала, что возражения представителя ответчиков в части того, что у ФИО2 отсутствуют долговые обязательства перед ФИО1, и что между сторонами существовала устная договоренность о возврате долга в натуре, являются несостоятельными, не могут рассматриваться как основания для отказа в удовлетворении искового требования о признании недействительным договора дарения жилого дома и земельного участка, оценка указанным фактам была дана в решении Реутовского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ Как при рассмотрении гражданского дела о возврате займа Реутовским городским судом, так и в возражениях, поданных в Ногинский городской суд на данный иск, ответчик ФИО2 не оспаривает дату возврата долга ФИО1, а именно – ДД.ММ.ГГГГ. Истец ФИО1 отрицает любые контакты и обсуждения с ФИО2 совместного ведения бизнеса, покупки долей в Уставном капитале организации ответчика и т.<адрес>, с момента наступления срока возврата долга, т.е. с ДД.ММ.ГГГГ и до конца марта 2017 г. ФИО1 неоднократно звонил, лично и в присутствии свидетелей приезжал на фирму ответчика ООО «АГ.ма Г. Л.», в <адрес> для решения вопроса о возврате ФИО2 суммы займа в денежном выражении, что в том числе подтверждается представленной ответчиками распечаткой звонков, поступивших с телефона истца на телефон ответчика за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, которых было 34. Поскольку требования ФИО1 о возврате денежных средств были настойчивыми, ФИО2 сначала предложил эксперту ФИО6 завысить сумму стоимости оцененного им имущества: здания столярной мастерской и земельного участка по адресу: <адрес>, Центральная Усадьба, вдвое, на что получил отказ, а затем с ДД.ММ.ГГГГ и по ДД.ММ.ГГГГ совершил действия по отчуждению всего, принадлежащего ему имущества, а именно: ДД.ММ.ГГГГ продал земельный участок с кадастровым номером 50:16:0103021:143, расположенный по адресу: МО, <адрес> П - другому лицу, при этом вырученную от данной сделки сумму присвоил, не выплатив ФИО1 долг, после этого, ДД.ММ.ГГГГ большую часть еще остававшегося у него имущества - дом и два земельных участка ФИО2 подарил дочери ФИО3 Данное имущество с ДД.ММ.ГГГГ документально принадлежит ФИО3, однако для принятия данного имущества фактически, ФИО3 никаких действий не совершала, ФИО2 как проживал в течение многих лет в доме по адресу: <адрес>, так и продолжает в нем проживать со своей супругой, что также не отрицается ответчиками в своих возражениях от ДД.ММ.ГГГГ ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2 о взыскании суммы долга. ДД.ММ.ГГГГ Определением судьи Реутовского городского суда были приняты обеспечительные меры, наложен арест на жилой дом площадью 693,7 кв.м. и земельный участок площадью 2611 кв.м., расположенные по адресу: <адрес>, д. Пешково, <адрес>. Исходя из даты заключения ФИО12 сделки – договора дарения, принятия судом обеспечительных мер, и регистрации прав ФИО4 на данное имущество, следует, что на момент предъявления истцом ФИО1 иска в Реутовский городской суд (ДД.ММ.ГГГГ) и вынесения определения о наложении ареста (ДД.ММ.ГГГГ) именно ответчик ФИО2 являлся собственником дома и земельного участка по <адрес> в <адрес>. Право собственности на спорное имущество у ФИО3 возникло ДД.ММ.ГГГГ Ссылка представителя ответчиков на то, что впервые ответчики узнали о факте наложения ареста на имущество лишь при рассмотрении настоящего дела является несостоятельной, поскольку, двое из трех имеющихся у ФИО2 представителей, неоднократно принимали участие в судебных заседания, как до, так и после вынесения судом решения (ДД.ММ.ГГГГ), в полном объеме знакомились с материалами дела, подавали возражения, жалобы, ходатайства и ставили отметки об ознакомлении. По мнению представителя истца, довод ответчиков о том, что договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ имел целью избежать волокиту с оформлением наследственных прав дочери после смерти отца, является несостоятельным, поскольку из представленных ответчиками медицинских документов следует, что заболевание у ответчика было диагностировано в феврале 2013 года, т.е. за 4 года до совершения сделки. Истец считает, что юридически значимым обстоятельством по настоящему делу является именно дата перехода прав на имущество от ФИО2 к дочери ФИО3, а именно в период времени, когда по делу были приняты меры обеспечения, действующие до настоящего времени. Обращение ФИО1 с настоящим иском в суд до вступления в законную силу решения Реутовского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ, обусловлено опасениями истца о том, что ФИО3 произведет отчуждение данного имущества сторонним лицам, а также связано с тем, что в течение 10 месяцев ФИО2 всячески препятствует вступлению данного решения в силу.

Ответчики ФИО2, ФИО3 в суд не явились, о явке в судебное заседание извещены надлежащим образом.

Представитель ответчиков ФИО2, ФИО3 – ФИО7 в судебном заседании возражала против удовлетворения иска по письменным возражениям <данные изъяты> согласно которым указала, что ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 и ФИО2 был заключен договор кредитования (инвестиций), по условиям которого истец кредитовал ответчика ФИО2 денежными средствами в размере 18 000 000 рублей, срок возврата кредита ДД.ММ.ГГГГ, денежные средства были предоставлены под – 6% в месяц без капитализации. Вышеуказанный займ был получен для развития бизнеса по производству эксклюзивной деревянной мебели и дальнейшей ее реализации. При выдаче займа истец планировал получить долю уставного капитала в ООО «АГ.МА «Г. Л.», учредителем и генеральным директором которой является ответчик. Согласно устной договоренности между истцом и ответчиком денежные средства, полученные от реализации произведенной ответчиком мебели, должны были пойти на возврат суммы займа. Поскольку по согласию истца финансовый займ был заменен на отгрузку товара, ответчик считает, что обязательства по возврату тела кредита исполнены им в полном объеме на сумму 17 679 350 (семнадцать миллионов шестьсот семьдесят девять тысяч триста пятьдесят) рублей, подтверждающейся распиской. С момента выдачи займа и до получения мебели истец регулярно посещал и поддерживал связь с ответчиком ФИО2, но с марта 2017 года общение прекратилось. В исковом заявлении истец указывает на тот факт, что он почти ежедневно звонил ответчику ФИО2 с требованиями о возврате долга, и об уклонении последнего от разговоров с ним, однако детализация звонков по номеру телефона зарегистрированного на ФИО2 говорят о намерении ввести суд в заблуждение. Истцом приложен к исковому заявлению отчет № от ДД.ММ.ГГГГ об определении рыночной стоимости комплекса имущества, расположенного по адресу: <адрес>, Центральная усадьба, указывая на то, что данное имущество ему предложил оценить и продать ответчик ФИО2, однако ответчику ФИО2 данное имущество на праве собственности ни когда не принадлежало, и реализовывать его он не мог. О проведенном отчете истец поставил в известность ответчика лишь в конце января 2017 года. При проведении осмотра объекта оценки ответчик ФИО2 не присутствовал, своего согласия на проведение оценки не давал (и не мог дать в силу отсутствия прав на него). В марте 2017 года истец при личных встречах с ответчиком ФИО2 пояснил последнему, что его знакомый ФИО8, получивший от истца мебель, переданную ему на реализацию ФИО2, уклоняется от передачи выручки. Истцом ни во время встреч, ни в телефонных разговорах, ни разу не высказывались намерения о подаче искового заявления к ответчику ФИО2, наоборот он предлагал подать в суд на его знакомого ФИО8 В виду того, что ответчик ФИО2 неоднократно переносил инфаркт и находился на лечении в медицинских учреждениях, состояние его здоровья вызывало у него опасение, он принял решение о передаче имущества принадлежащего ему на праве собственности, своей дочери путем дарения, во избежание документальной волокиты оформления наследства в будущем. ДД.ММ.ГГГГ ответчики заключили договор дарения. ДД.ММ.ГГГГ вышеуказанный договор был сдан в Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по <адрес>. ДД.ММ.ГГГГ Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по <адрес> был зарегистрирован переход права собственности согласно договору дарения. ДД.ММ.ГГГГ ответчиком ФИО2 посредствам почтовой связи было получено исковое заявление и повестка о явке 04.05.2017г. на предварительное судебное заседание, только из этого письма ответчику стало известно о судебном разбирательстве. При ознакомлении с материалами гражданского дела № ответчику ФИО2 стало известно, что ДД.ММ.ГГГГ истцом в Реутовский городской суд <адрес> было подано ходатайство о принятии мер по обеспечению иска, однако 07.04.2017г. в данном ходатайстве было отказано. Поскольку истцом помимо полученной мебели в счет исполнения договора было так же подано исковое заявление в суд, ответчиком ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ было подано заявление в МВД России «Ногинское» о возбуждении уголовного дела по признакам преступления, предусмотренного ст. 159 УК РФ. ДД.ММ.ГГГГ МУ МВД России «Ногинское» было вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела. Не согласившись с данным решением, ДД.ММ.ГГГГ ответчик ФИО2 подал жалобу в Ногинскую городскую прокуратуру. ДД.ММ.ГГГГ заместителем Ногинского городского прокурора жалоба была удовлетворена в полном объеме, принято решение о направлении материала на дополнительную проверку. ДД.ММ.ГГГГ МУ МВД России «Ногинское» вновь приняло постановление об отказе в возбуждении уголовного дела. Не согласившись с данным решением, ДД.ММ.ГГГГ ответчик ФИО2 подал жалобу в Ногинскую городскую прокуратуру. ДД.ММ.ГГГГ заместителем Ногинского городского прокурора жалоба была удовлетворена в полном объеме, принято решение о направлении материала на дополнительную проверку. В настоящее время материал находится на дополнительной проверке, решение по нему еще не вынесено. Истцом в исковом заявлении указано, что определение Реутовского городского суда <адрес> о наложении ареста на имущество от ДД.ММ.ГГГГ ни ответчиком ФИО2 ни его представителем не обжаловались, однако о принятии данного определения стало известно лишь из настоящего судебного процесса, поскольку в нарушение требований ст. 167 ГПК РФ Реутовским городским судом <адрес> определение не было направлено в адрес ответчика ФИО2, в материалах гражданского дела №, при этом ответчиками М-выми документы в Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по <адрес> для регитсрации перехода права собственности были поданы ранее вынесения определения Реутовским городским судом <адрес> о наложении ареста на имущество. ДД.ММ.ГГГГ Реутовским городским судом <адрес> постановлено решение, которым исковые требования ФИО1 удовлетворены частично, решение в силу не вступило, оспаривается ответчиком ФИО2 в апелляционном порядке. Согласно п. 1 ст. 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. Для признания сделки недействительной на основании ст. 170 ГК РФ необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать правовые последствия, характерные для сделок данного вида, либо совершали ее с целью прикрыть другую сделку. При этом обязательным условием признания сделки мнимой либо притворной является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка характеризуется тем, что ее стороны (или сторона) не преследуют целей создания соответствующих сделке правовых последствий, то есть совершают ее лишь для вида. В этом проявляется ее дефект - отсутствие направленности сделки на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей. Мнимость сделки вызвана расхождением воли и волеизъявления, объектом мнимой сделки являются правоотношения, которых стороны стремятся избежать, целью мнимой сделки является создание видимости перед третьими лицами возникновения реально несуществующих прав и обязанностей. Истцом не представлены доказательства тому, что при заключении спорной сделки у ответчиков отсутствовала направленность на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей, свойственных данным сделкам, и что действия ответчиков являются недобросовестными. Отсутствуют основания полагать, что оспариваемая сделка является мнимой, либо что она совершена недобросовестно, исключительно с намерением причинить вред другому лицу, в частности, истцу. После заключения договора дарения стороны исполнили свои обязательства в полном объеме, даритель по собственной воле и безвозмездно передал одаряемому в собственность недвижимое имущество, новый собственник обозначил себя в качестве титульного владельца имущества, зарегистрировав право собственности в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по <адрес>. Претензий относительно исполнения договора стороны друг к другу не имеют. При этом запрет на совершение регистрационных действий в отношении указанного имущества в период заключения договора дарения наложен не был. Нельзя признать злоупотреблением правом действия собственника имущества по его владению и распоряжению, которое ничем не ограничено. Наличие у гражданина неисполненных обязательств не лишает его права распорядиться принадлежащим ему имуществом. Ответчик ФИО2 как собственник распорядился принадлежащим ему имуществом по своему усмотрению (пункт 2 статьи 209 Гражданского кодекса Российской Федерации), что само по себе прав истца не нарушает, поскольку какие- либо обязательства по поводу спорной недвижимости между указанными лицами отсутствуют. Изложенные в исковом заявлении доводы о том, что ответчик ФИО2 умышленно совершил отчуждение принадлежавшей ему на праве собственности недвижимости, несостоятельны. Умозаключения истца по поводу формальности заключения между отцом и дочерью договора дарения не имеют под собой правовой основы, поскольку ни кто не ограничен в распоряжении своим имуществом, в законодательстве Российской Федерации отсутствуют ограничения по отчуждению имущества лицам, находящимся в прямом родстве с дарителем. Доводы о том, что стороны договора дарения пребывают в том же положении, что до его заключения так же не состоятельны, поскольку заключение договора дарения не предусматривает под собой освобождение ранее занимаемого спорного жилого дома ответчиком ФИО2, а так же обязательной регистрации по месту жительства ответчиком ФИО3 Сам факт проживания дарителя в спорном жилом доме не может являться основанием признания недействительным оспариваемого договора дарения, так как проживание в спорном жилом доме ответчика ФИО2 может затрагивать права только собственника данного имущества, то есть дочь - ответчика ФИО3 Истцом в нарушение ст. 56 ГПК РФ не представлены допустимые и относимые доказательства, бесспорно свидетельствующие о том, что ответчики заключили договор дарения с целью сокрытия имущества.

Дополнительно представитель ответчиков в судебном заседании указала, что стороне ответчика не понятно, почему имея информацию о совершении сделок, истцом оспаривается лишь часть из них. Истец ссылается на то, что после заключения сделки стороны остались в том же статусе, что и до нее, а именно, что ФИО2 проживает в спорном доме, а его дочь ФИО3 лишь приезжает туда, однако законодатель не обязывает смену места жительства при перемене права собственности. У ответчика ФИО3 есть регистрации по месту жительства и по месту пребывания. Ответчики полагают, что доказательств, свидетельствующих о том, что ответчик однозначно уклонялся от исполнения обязательств по возврату долга стороной истца не представлено. Ранее ФИО2 неоднократно обращался к истцу за займом, истец зарабатывает данным видом деятельности. Также представитель ответчиков указала, что расписку и наступление срока возврата долга ответчик ФИО2 не оспаривал, сумму долга он оспаривалась в размере 860 000 рублей.

Представитель третьего лица Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по МО в суд не явился, о явке в судебное заседание извещен.

Суд с учетом мнения представителей истца и ответчиков, счел возможным рассмотреть дело в отсутствие истца, ответчиков, представителя третьего лица.

В ходе судебного разбирательства по ходатайству представителя истца по делу был допрошен свидетель ФИО9, который показал суду, что он знаком с истцом ФИО1 и ответчиком ФИО2, ответчика ФИО3 не знает, у свидетеля с ФИО1 и ФИО2 коммерческие и товарищеские отношения. Последний раз совместно с истцом и ответчиком свидетель общался весной 2017 года, он – свидетель имел намерение купить дом, ФИО1 сказал, что ФИО2 продает дом, свидетель приехал посмотреть и обсудить цену, ФИО2 хотел за дом и земельный участок около 70 млн. рублей, но его реальная цена, по мнению свидетеля, составляла около 30-40 млн., они не договорились, и свидетель купил дом в другом месте. Свидетель знал, что ФИО2 должен был ФИО1 деньги. Свидетель думает, что ФИО10 предполагал, что деньги от продажи дома ФИО2 отдаст ему в счет возврата долга. Свидетель слышал, что ФИО10 сказал, если ФИО2 не вернет ему деньги, он будет подавать в суд, еще свидетель слышал, как ФИО10 говорил, что ФИО2 специально завышает цену, чтобы не продать дом, это было приблизительно в марте.

Выслушав объяснения представителей истца и ответчиков, исследовав письменные доказательства по делу, допросив свидетеля, суд приходит к следующему.

Согласно ст. 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

В соответствии со ст. 166 ГК РФ, сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

2. Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

В случаях, когда в соответствии с законом сделка оспаривается в интересах третьих лиц, она может быть признана недействительной, если нарушает права или охраняемые законом интересы таких третьих лиц.

Сторона, из поведения которой явствует ее воля сохранить силу сделки, не вправе оспаривать сделку по основанию, о котором эта сторона знала или должна была знать при проявлении ее воли.

3. Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

4. Суд вправе применить последствия недействительности ничтожной сделки по своей инициативе, если это необходимо для защиты публичных интересов, и в иных предусмотренных законом случаях.

5. Заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки.

Согласно п. 1, 2 ст. 167 недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. Лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно (ч.1). При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (ч.2).

Согласно п. 3 ст. 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (п. 4 ст. 1 ГК РФ).

В п. 1 ст. 10 ГК РФ закреплена недопустимость действий граждан и юридических лиц, осуществляемых исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

Согласно ст. 168 ГК РФ за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

По смыслу приведенных законоположений, добросовестность при осуществлении гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей предполагает поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующее ей.

При этом установление злоупотребления правом одной из сторон влечет принятие мер, обеспечивающих защиту интересов добросовестной стороны от недобросовестного поведения другой стороны.

Злоупотребление правом при совершении сделки нарушает запрет, установленный ст. 10 ГК РФ, поэтому такая сделка признается недействительной на основании ст. ст. 10, 168 ГК РФ.

В соответствии с п. 1 ст. 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать правовые последствия, ничтожна.

В соответствии с п. 86 Постановления Пленума ВС РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса РФ» мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 ГК РФ). Следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним. Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ.

Согласно ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора.

В силу положений ст. 218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества. Право собственности у приобретателя вещи по договору возникает с момента ее передачи на основании ст. 223 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии п. 1 ст. 572 Гражданского кодекса РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом. При наличии встречной передачи вещи или права либо встречного обязательства договор не признается дарением. К такому договору применяются правила, предусмотренные пунктом 2 статьи 170 настоящего Кодекса.

Судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 и ФИО2 был заключен договор кредитования, по условиям которого истец ФИО1 брал на себя обязательства кредитовать ФИО2 в размере 18 000 000 рублей, ответчик ФИО2 по условиям договора должен был оплачивать ФИО1 6% в месяц за пользование кредитом без капитализации. Согласно п. 5 договора кредитования, срок исполнения ФИО2 обязательств по договору – ДД.ММ.ГГГГ (<данные изъяты>

В ходе судебного разбирательства представитель ответчика ФИО2 показала, что ответчик не оспаривает факт передачи истцом ответчику денежных средств по договору кредитования от ДД.ММ.ГГГГ, ответчиком ФИО2 оспаривается получение только денежных средств в сумме 860 000 рублей.

Из искового заявления, объяснений представителя истца усматривается, что по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ обязательства ответчика ФИО2 перед истцом по возврату денежных средств по договору кредитования исполнены не были, ответчик ФИО2 начал уклоняться от исполнения обязательств, ДД.ММ.ГГГГ истец ФИО1 обратился в Реутовский городской суд <адрес> с исковым заявлением к ФИО2 о взыскании суммы долга, процентов и судебных расходов.

Из письменного возражения на исковое заявление, объяснений представителя ответчика ФИО2 в судебном заседании усматривается, что между истцом и ответчиком ФИО2 имелась устная договоренность о том, что на возврат суммы займа должны были пойти денежные средства от реализации продукции, произведенной организацией ответчика ООО «АГ.ма «Г. Л.».

В ходе судебного разбирательства представитель истца ФИО1 возражал против наличия указанной договоренности.

Решением Реутовского городского суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ требования ФИО1 к ФИО2 о взыскании суммы долга, процентов и судебных расходов удовлетворены частично, с ФИО2 в пользу ФИО1 взыскана сумма долга в размере 17 679 350 рулей, проценты в размере 34 466 264 рубля, судебные расходы 600 000 рублей, услуги представителя 20 000 рублей, а всего взыскано 52 225 614 рублей <данные изъяты>

Решение Реутовского городского суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ оспаривается ответчиком ФИО2 в апелляционном порядке, в силу не вступило.

В ходе судебного разбирательства по иску ФИО1 к ФИО2 о взыскании суммы долга, процентов и судебных расходов определением Реутовского городского суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ наложен арест на земельный участок площадью 2611 кв.м. с кадастровым номером № и расположенный на данном участке жилой дом с кадастровым номером № по адресу: <адрес>, д. Пешково, <адрес>, принадлежащих ФИО2 (т.1, <данные изъяты>

Из искового заявления, объяснений лиц, участвующих в деле, копии дела правоустанавливающих документов на объекты недвижимости, расположенные по адресу: <адрес>, д. Пешково, <адрес> (т<данные изъяты>), судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ между ответчиками ФИО2 и ФИО3 заключен договор дарения следующего недвижимого имущества:

- земельного участка для индивидуального жилищного строительства, категория земель: земли населенных пунктов, общей площадью 2611 кв.м., кадастровый № и расположенного на указанном земельном участке жилого дома с надворными постройками, назначение: жилое, 2-этажного, общей площадью 693,70 кв.м., инв №Д, лит. А-А1-А2,Г,Г1,Г2, по адресу: <адрес>, д. Пешково, <адрес>;

- земельного участка – земли сельскохозяйственного назначения для ведения крестьянского (фермерского) хозяйства, общей площадью 18990 кв.м., кадастровый №, расположенного по адресу: <адрес>. Севернее д. Пешково.

Переход право собственности на спорное недвижимое имущество к ответчику ФИО3 зарегистрировано в ЕГРН ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается выписками из ЕГРН (т.1,<данные изъяты>

Истец просил суд признать договор дарения земельного участка общей площадью 2 611 кв.м. с кадастровым номером 50:16:01:03021:0126 и расположенного на данном земельном участке жилого дома, общей площадью 693,7 кв.м., кадастровый № по адресу: <адрес>, д. Пешково, <адрес>, заключенный ДД.ММ.ГГГГ между ФИО2 и ФИО3 недействительным, в силу того, что он является мнимым.

Исходя из правового смысла ч.1 ст. 170 ГК РФ, признание сделки недействительной в связи с ее мнимостью возможно в случае, если стороны, участвующие в сделке, не имеют намерения ее исполнять или требовать исполнения. В обоснование мнимости необходимо доказать, что подлинная воля сторон не направлена на создание правовых последствий, которые наступают при ее совершении.

Заявляя требования о признании договора дарения недействительным, истец, представитель истца ссылались на то, что у сторон договора дарения недвижимого имущества от ДД.ММ.ГГГГ не было намерение на отчуждение спорного имущества в пользу ответчика ФИО3, договор заключен для вида, с целью сокрытия ФИО2 имущества от ареста, обращения на него взыскания по решению суда, и как следствие уклонения ответчика от выплаты истцу заемных средств.

Для сделок дарения недвижимого имущества правовым последствием является переход прав владения, пользования и распоряжения имуществом к покупателю.

Анализируя исследованные по делу доказательства, суд критически относится к доводам представителя истца о мнимости совершенной между ответчиками ФИО2 и ФИО3 сделки дарения недвижимого имущества.

Судом установлено, заключенный между ответчиками договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ, в том числе в части земельного участка с жилым домом по адресу: <адрес>, д. Пешково, <адрес>, соответствует правовой природе договора дарения, договор дарения реализован, договор в установленном порядке прошел государственную регистрацию, право собственности на спорный земельный участок и жилой дом оформлены на ответчика ФИО3 надлежащим образом.

Заключая оспариваемый договор дарения, стороны исходя из его содержания, имели намерения создать соответствующие правовые последствия на достигнутых в добровольном порядке условиях.

Договор дарения был подписан лично ФИО2 и ФИО3, волеизъявление ответчика ФИО2 было направлено именно на составление договора дарения в пользу ФИО3, на переход права собственности от дарителя ФИО2 к одаряемому ФИО11, целью оспариваемого договора явилось наделение дочери ФИО3 на безвозмездной основе спорным недвижимым имуществом. Как следует из объяснений представителя истца, указанный договор был заключен ответчиками, с целью избежать в дальнейшем проблем с оформлением наследства, в случае смерти ответчика ФИО2

Довод истца, представителя истца о том, что заключая оспариваемый договор дарения, стороны не имели намерение создать правовые последствия заключенной сделки, поскольку после заключения договора дарения стороны остались в первоначальном положении, ответчик ФИО2 остался проживать в спорном доме, а ответчик ФИО3 проживать в городе Москве, суд оценивает критически, судом установлено, что ответчик ФИО3 приняла дар от ответчика ФИО2, переход права на спорное имущество по договору дарения прошел государственную регистрацию. Ответчик ФИО3 вступила в фактическое владение и пользование спорным имуществом, что подтверждается представленными стороной ответчика актом об осуществлении технологического присоединения от ДД.ММ.ГГГГ и квитанциями об оплате электроэнергии <данные изъяты>

Из выписки из домовой книги на жилой дом <данные изъяты> справки заместителя Главы администрации муниципального образования «Сельское поселение Аксено-<адрес>» от ДД.ММ.ГГГГ № усматривается, что ответчик ФИО11 зарегистрирована в спорном жилом доме по адресу: <адрес>, д. Пешково, <адрес>, по месту пребывания с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

Из объяснений представителя ответчиков следует, что ответчик ФИО11 проживает в спорном жилом доме с понедельника по пятницу, на выходные дни уезжает в Москву.

Не проживание ответчика ФИО11 постоянно в спорном жилом доме при наличии государственной регистрации договора дарения, не свидетельствует об отсутствии воли ФИО3 на распоряжение принадлежащим ей недвижимым имуществом по вышеуказанному договору дарения, а также о непринятии дара, поскольку после заключения договора дарения, ФИО3 обращалась в Управление Росреестра, с заявлением о государственной регистрации перехода права собственности, что свидетельствует о передаче дома и земельного участка ответчиком ФИО2 и принятии дара ФИО3 Действующим законодательством не предусмотрена обязанность собственника жилого помещения проживать исключительно в принадлежащем ему на праве собственности жилом помещении.

Тот факт, что в доме после заключения сделки остался проживать ответчик ФИО2, также не является доказательством мнимого характера совершенной сделки, судом установлено, что ответчики являются близкими родственниками, членами одной семьи.

В силу ч. 2 ст. 31 ЖК РФ члены семьи собственника жилого помещения имеют право пользования данным жилым помещением наравне с его собственником, если иное не установлено соглашением между собственником и членами его семьи. Члены семьи собственника жилого помещения обязаны использовать данное жилое помещение по назначению, обеспечивать его сохранность.

Таким образом, оспариваемая истцом сделка – договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ не подпадает под признаки мнимой сделки, в основе которой имеется место порок воли субъекта и содержания, когда ответчики, заключая сделку, на самом деле преследуют иные цели, нежели те, которые обозначены в этой сделки. Заявляя о мнимости сделки, истец не представил доказательств ее совершения лишь для вида, а также доказательств того, что стороны не имели намерения породить какие-либо последствия, присущие данной сделке и не исполняли ее.

В ходе судебного разбирательства стороной истца не представлены бесспорные доказательства тому, что заключая оспариваемый договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ, ответчики преследовали цель причинить вред истцу, сокрыть имущество от ареста, обращения на него взыскания по решению суда и как следствие уклонение ответчика ФИО2 от исполнения заемных обязательств перед истцом.

Судом установлено, что определение Реутовского городского суда о наложение ареста на спорные жилой дом и земельный участок было принято ДД.ММ.ГГГГ, из дела правоустанавливающих документов на недвижимое имущество, расположенное по адресу: <адрес>, д. Пешково, <адрес>, следует, что ответчики ФИО2 и ФИО3 обратились в Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по МО с заявлениями о регистрации перехода права ДД.ММ.ГГГГ, т.е. до принятия Реутовским городским судом обеспечительных мер.

Переход права собственности на спорное имущество от ответчика ФИО2 к ответчику ФИО3 зарегистрирован ДД.ММ.ГГГГ, до вступления в силу определения Реутовского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ, доказательства тому, что на дату совершения сделки – договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ и на дату возникновения у ответчика ФИО3 права собственности на жилой дом и земельный участок по адресу: <адрес>, д. Пешково, <адрес>, ответчики ФИО2 и ФИО3 были уведомлены о намерении истца наложить арест на спорное имущество, стороной истца суду не представлены.

Суд считает не состоятельным довод представителя истца в обоснование заявленных требований о признании недействительным договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ, о наличии установленных судом денежных обязательств ответчика ФИО2 перед истцом.

Как следует из представленных суду доказательств, решение Реутовского городского суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ о взыскании с ФИО2 в пользу ФИО1 денежных средств в силу не вступило, оспаривается стороной ответчика в апелляционном порядке.

Истечение срока оплаты по договору кредитования от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между истцом ФИО1 и ответчиком ФИО2, при отсутствии вступившего в законную силу решения суда о взыскании суммы долга, и возражений ответчика ФИО2, относительно неисполнения им обязательств по договору, что подтверждается его обращениями в органы полиции, не является бесспорным доказательством наличия долговых обязательств ответчика ФИО2 перед истцом ФИО1

Суд критически относится к доводам стороны истца о том, что заключая договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ, ответчики имели намерение сокрыть земельный участок и жилом дом по адресу: <адрес>, д. Пешково, <адрес>, от обращения на него взыскания по решению суда, поскольку стороной истца не представлены доказательства возможности обращения взыскания на спорное имущество, а также доказательства тому, что ответчик будет уклоняться от исполнения решения суда, при условии вступления его в законную силу, в будущем. Поэтому сам факт совершения сделки в период предъявления к ответчику ФИО2 исковых требований о взыскании денежных сумм не является достаточным доказательством мнимости договора дарения дома и земельного участка, свидетельствующим о злоупотреблении правом по смыслу и значению ст. 10 ГК РФ.

Представленные истцом доказательства в обоснование заявленных требований в виде отчета об оценке части имущества, принадлежащего компании, в которой ответчик ФИО2 является учредителем и генеральным директором, показания допрошенного в ходе судебного разбирательства свидетеля о намерении ответчика ФИО2 продать спорные жилой дом и земельный участок, не являются относимыми доказательствами, свидетельствующими о мнимом характере заключенной ответчиками сделки, совершенной якобы с целью причинить вред истцу.

Таким образом, анализируя исследованные по делу доказательства, суд приходит к выводу, что истцом в нарушение ст. 56 ГПК РФ не представлены бесспорные доказательства тому, что подлинная воля сторон при заключении договоров дарения от ДД.ММ.ГГГГ, не была направлена на создание правовых последствий, которые наступают при ее совершения, т.е. на отчуждение спорного имущества ответчиком ФИО2 в собственность ответчика ФИО3, и что сделка дарения была совершена с целью причинить вред истцу ФИО1 и уклониться от исполнения обязательств по возврату долга, а потому суд приходит к выводу, что требования истца ФИО1 о признании недействительными договора дарения земельного участка общей площадью 2611 кв.м. с кадастровым номером № и расположенного на данном земельном участке жилого дома, общей площадью 693,7 кв.м., кадастровый № по адресу: <адрес>, д. Пешково, <адрес>, заключенного ДД.ММ.ГГГГ между ФИО2 и ФИО3, удовлетворению не подлежат.

При рассмотрении дела судом учитывается, что несмотря на то, что исходя из заявленных требований и пояснений представителя истца в судебном заседании, истцом ФИО1 оспаривался договор дарения земельного участка и жилого дома, расположенных по адресу: <адрес>, д. Пешково, <адрес>, заключенный ДД.ММ.ГГГГ между ответчиками, фактически им оспаривался договор дарения от 01.04.22017 года в части, поскольку из содержания договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ усматривается, что предметом оспариваемого истцом договора является также земельный участок площадью 18990 кв.м., кадастровый № по адресу: <адрес>, севернее д. Пешково, в отношении которого истцом требования заявлены не были.

Поскольку в удовлетворении требований о признании недействительным договора дарения в части земельного участка и жилого дома, расположенных по адресу: <адрес>, д. Пешково, <адрес>, отказано, не подлежат удовлетворению и требования о применения последствий недействительности оспариваемой сделки.

Учитывая изложенное и руководствуясь ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении иска ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о признании договора дарения жилого дома и земельного участка недействительным, применении последствий недействительности сделки, отказать.

Решение суда может быть обжаловано в Московский областной суд через Ногинский городской суд в течение месяца со дня изготовления решения суда в окончательной форме.

Мотивированное решение суда изготовлено ДД.ММ.ГГГГ.

Судья: