Апелляционное определение № 33-2810/2026 от 1 апреля 2026 г.

Дело № 33-2810/2026

№ 2-6636/2025

УИД: 36RS0002-01-2025-006507-86

Строка № 2.213

ВОРОНЕЖСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Воронеж 02 апреля 2026 г.

Судебная коллегия по гражданским делам Воронежского областного суда в составе:

председательствующего судьи Юрченко Е.П.,

судей Косаревой Е.В., Очневой О.В.,

при секретаре Полякове А.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в здании Воронежского областного суда по докладу судьи Юрченко Е.П.,

гражданское дело по иску ФИО2 к ФИО3, обществу с ограниченной ответственностью «СВК Стандарт» о взыскании задолженности по договору займа, процентов за пользование займом, обращении взыскания на заложенное имущество

по апелляционному представлению прокурора Коминтерновского района г. Воронежа

на решение Коминтерновского районного суда г. Воронежа от 26 декабря 2025 г.

(судья районного суда Иванова Т.Е.)

У С Т А Н О В И Л А:

ФИО2 обратилась с иском к ФИО3, ООО «СВК Стандарт», с учетом уточнения просила:

- взыскать с ФИО3 в ее пользу задолженность по договору займа б/н от 15 февраля 2022 г., соглашению о переводе долга от 16 июня 2025 г.: сумму займа в размере 20000000 рублей; проценты на сумму займа 198904,11 рубля за период с 15 февраля 2022 г. по 16 июня 2025 г.; процентыза пользование кредитом в размере 3% годовыхнасуммуосновного

Долга, начиная с 17 июня 2025 г. по деньфактическогоисполнения решения суда;

- обратить взыскание на предметы залога:

нежилое здание - гараж (в кооперативе), площадью 497,6 кв. м., 1-2 этажи, адрес объекта: <адрес> стоимостью 10041000 рублей;

долю в праве общей долевой собственности в размере 277/1000 на земельный участок, площадью 1691 кв.м, адрес (местоположение) объекта: <адрес> б стоимостью 3145000, 00 рублей;

транспортное средство «<данные изъяты>» (2016 г. выпуска) гос. рег. знак №, стоимостью 1723 000 рублей;

транспортное средство «<данные изъяты>» 2019 г. выпуска, гос. рег. знак №, стоимостью 5269000 рублей;

транспортное средство <данные изъяты> 2017 г. выпуска, гос. рег. знак №, стоимостью 924000 рублей,

общая стоимость заложенного имущества 21 102000 руб., принадлежащего ООО «СВК Стандарт» и переданное по договору залога имущества б/н от 15 февраля 2022 г. в пользу ФИО2 в связи с неисполнением ФИО3 обязательств по договору займа б/н от 15 февраля 2022 г., соглашению о переводе долга от 16 июня 2025 г., путем его продажи в порядке, установленном законодательством РФ, с публичных торгов,

- взыскать солидарно с ФИО3 и ООО «СВК Стандарт» расходы по оплате госпошлины в размере 125696 рублей (Т. 1 л.д. 9-13, 119-123).

В обоснование иска указано, что 15 февраля 2022 г. между ФИО2 (заимодавец) и ФИО4 (заемщик) заключен договор займа б/н (далее – договор займа), согласно которому заимодавец передает в собственность заемщику денежные средства в размере 20 000000 рублей с фиксированной процентной ставкой 3% годовых, на срок до 20 апреля 2022 г.

Дополнительными соглашениями от 20 апреля 2022 г., от 05 июля 2022 г. срок возврата займа был продлен до 05 июля 2022 г., 08 июля 2022 г. соответственно.

15 февраля 2022 г. в целях обеспечения обязательств по указанному договору займа между ФИО2 (залогодержатель) и ООО «СВК Стандарт» (залогодатель) заключен договор залога имущества, (далее – договор залога имущества), в соответствии с которым залогодатель передает в залог залогодержателю в обеспечение полного и надлежащего исполнения всех обязательств, возникших из договора займа, заключенного между залогодержателем и ФИО4 имущество, предусмотренное договором. Общая сумма стоимость имущества составляет 20076 000 рублей.

11 июня 2025 г. соглашением к договору залога имущества ответчик (залогодатель) и истец договорись, что в случае перевода долга по договору займа на третье лицо залог сохраняется по договору залога имущества, заключенному между залогодержателем и залогодателем.

Соглашением от 16 июня 2025 г. о переводе долга был осуществлен перевод долга с первоначального должника (ФИО4) на нового должника (ФИО3), сумма задолженности ответчика (ФИО3) перед истцом по состоянию на 16 июня 2025 г. составляет 20198904, 11 рублей, срок возврата долга - не позднее 01 июля 2025 г.

В указанный срок сумма займа не была возвращена, ввиду чего истцом в адрес ответчиков направлены претензии об исполнении обязательства, однако, до настоящего момента обязательства не исполнены, ответы на претензию не поступили, что послужило основанием для обращения в суд.

Решением Коминтерновского районного суда г. Воронежа от 26 декабря 2025 г. постановлено исковые требования ФИО2 к ФИО3, ООО «СВК Стандарт» о взыскании задолженности по договору займа, процентов за пользование займом, обращении взыскания на заложенное имущество удовлетворить.

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО2 задолженность по договору займа б/н от 15 февраля 2022 г., соглашению о переводе долга от 16 июня 2025 г. в размере 20 000 000 рублей, проценты на сумму займа за период с 15 февраля 2022 г. по 26 декабря 2025 г. в размере 514 520 рублей 55 копеек.

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО2 проценты за пользование кредитом в размере 3 % годовых на сумму основного долга 20 000 000 рублей, начиная с 27 декабря 2025 г. по день фактического исполнения решения суда.

Обратить взыскание на предмет залога по договору залога имущества от 15 февраля 2022 г., заключенному между ФИО5 и ООО «СВК Стандарт», по соглашению о переводе долга от 16 июня 2025 г., на следующее имущество, принадлежащее ООО «СВК Стандарт» (ИНН <***>, ОГРН <***>), путем его продажи в порядке, установленном законодательством РФ, с публичных торгов, а именно:

нежилое здание - гараж (в кооперативе), площадью 497,6 кв. м., 1-2 этажи, кадастровый №, адрес объекта: <адрес> стоимостью 10 041 000 рублей;

право в общей долевой собственности доля в праве в размере 277/1000 на земельный участок с кадастровым номером №, площадью 1 691 кв.м., категория земель: земли населенных пунктов, вид разрешенного использования: проектирование и строительство комплекса гаражей, адрес (местоположение) объекта: <адрес>, стоимостью 3 145 000 рублей;

транспортное средство «<данные изъяты>», 2016 г. выпуска, гос. рег. знак №, V1N: № стоимостью 1 723 000 рублей;

транспортное средство «<данные изъяты>» 2019 г. выпуска, гос. рег. знак №, VIN: № стоимостью 5 269 000 рублей;

транспортное средство «<данные изъяты>», 2017 г. выпуска, гос. рег. знак №, VIN № стоимостью 924 000 рублей.

Взыскать солидарно с ФИО3, ООО «СВК Стандарт» в пользу ФИО2 расходы по оплате госпошлины в размере 125 696 рублей (Т. 1 л.д. 255-259).

В апелляционном представлении прокурор просит отменить вышеназванное решение суда, вынести по делу новое решение, которым в удовлетворении исковых требований отказать, ссылаясь на то, что применительно к данному спору суд не осуществил проверку действительности намерений сторон в момент совершения сделок, не установил, не связаны ли они с намерением совершения незаконных финансовых операций, не определил круг обязательств, позволяющих устранить указанные сомнения для оценки действительности сделки. Истец не отрицала, что с первоначальным заемщиком ФИО4 она едва знакома, а с ФИО3 не знакома вовсе, однако, передала значительную сумму наличных денежных средств малознакомому человеку в отсутствие очевидной экономической целесообразности. При этом, представитель ООО «СВК Стандарт» не возражал против удовлетворения требований, указав, что в настоящее время ведутся переговоры о погашении задолженности. При том сам факт несения риска утраты ООО «СВК Стандарт» значительной части своих активов в обеспечение исполнения обязательств по договорам займа ФИО2, ФИО4, и в последующем ФИО3, также не свидетельствуют о целенаправленности и согласованных действий участников сделок по приданию правомерности вида владению, пользованию и распоряжению указанными денежными средствами и имуществом. Само по себе наличие договора займа и расписки в получении денежных средств, в отсутствие совокупности иных доказательств, в данном случае не является достаточным доказательством, подтверждающим реальное заключение сторонами договора займа с намерением его исполнить (Т. 2 л.д. 3-8).

ФИО2 в возражениях на апелляционное представление просила оставить решение суда без изменения, ссылаясь на то, что ее платежеспособность подтверждена, прокурор не доказал необычный, запутанный характер сделки. ФИО4 является дочерью знакомой ФИО2, работавшей в ООО «СВК Стандарт», с ООО «СВК Стандарт» у истца также имелись длительные деловые отношения. Залог обеспечен имуществом, которое ООО «СВК Стандарт» не использовало в своей деятельности, намеревалось продать, то есть указанное имущество не имело ценности для предпринимательской деятельности. Необоснованные предположения и домыслы лишают займодавца права на возврат денежных средств (Т.2 л.д. 19-22).

Прокурор отдела прокуратуры Воронежской области Кривцов В.А. в судебном заседании поддержал доводы апелляционного представления, просил решение суда первой инстанции отменить, принять по делу новое решение об отказе в удовлетворении исковых требований.

ФИО2 в судебном заседании поддержала доводы возражений на апелляционную жалобу, просила решение суда оставить без изменения, апелляционное представление – без удовлетворения.

Ответчик ФИО3, третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО4 в судебное заседание не явились, ООО «СВК «Стандарт», Межрегиональное управление Федеральной службы по финансовому мониторингу по Центральному федеральному округу явку представителей в судебное заседание не обеспечили. О времени, дате и месте рассмотрения дела извещены (Т.2 л.д.27-30).

В соответствии со статьями 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) судебная коллегия сочла возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся участников процесса.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, возражений, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

В силу пункта 1 статьи 807 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) по договору займа одна сторона (заимодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить заимодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества.

Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

В соответствии со статьей 808 ГК РФ договор займа между гражданами должен быть заключен в письменной форме, если его сумма превышает не менее чем в десять раз установленный законом минимальный размер оплаты труда, а в случае, когда заимодавцем является юридическое лицо, независимо от суммы (пункт 1). В подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему заимодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей (пункт 2).

Пунктами 1 и 2 статьи 809 ГК РФ определено, что, если иное не предусмотрено законом или договором займа, займодавец имеет право на получение с заемщика процентов за пользование займом в размерах и в порядке, определенных договором. Размер процентов за пользование займом может быть установлен в договоре с применением ставки в процентах годовых в виде фиксированной величины, с применением ставки в процентах годовых, величина которой может изменяться в зависимости от предусмотренных договором условий, в том числе в зависимости от изменения переменной величины, либо иным путем, позволяющим определить надлежащий размер процентов на момент их уплаты.

В соответствии с пунктом 3 этой статьи при отсутствии иного соглашения проценты за пользование займом выплачиваются ежемесячно до дня возврата займа включительно.

В силу пункта 5 статьи 809 ГК РФ размер процентов за пользование займом по договору займа, заключенному между гражданами или между юридическим лицом, не осуществляющим профессиональной деятельности по предоставлению потребительских займов, и заемщиком-гражданином, в два и более раза превышающий обычно взимаемые в подобных случаях проценты и поэтому являющийся чрезмерно обременительным для должника (ростовщические проценты), может быть уменьшен судом до размера процентов, обычно взимаемых при сравнимых обстоятельствах.

В силу пункта 3 статьи 810 ГК РФ, если иное не предусмотрено договором займа, сумма займа считается возвращенной в момент передачи ее заимодавцу или зачисления соответствующих денежных средств на его банковский счет.

На основании статей 309, 310 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом.

Согласно пункту 1 статьи 329 ГК РФ исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием вещи должника, поручительством, независимой гарантией, задатком, обеспечительным платежом и другими способами, предусмотренными законом или договором.

В соответствии с пунктом 1 статьи 334 ГК РФ в силу залога кредитор по обеспеченному залогом обязательству (залогодержатель) имеет право в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения должником этого обязательства получить удовлетворение из стоимости заложенного имущества (предмета залога) преимущественно перед другими кредиторами лица, которому принадлежит заложенное имущество (залогодателя).

В случаях и в порядке, которые предусмотрены законом, требование залогодержателя может быть удовлетворено путем передачи предмета залога залогодержателю (оставления у залогодержателя).

Как следует из положений статьи 348 ГК РФ, взыскание на заложенное имущество для удовлетворения требований залогодержателя может быть обращено в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения должником обеспеченного залогом обязательства.

Обращение взыскания на заложенное имущество не допускается, если допущенное должником нарушение обеспеченного залогом обязательства незначительно и размер требований залогодержателя вследствие этого явно несоразмерен стоимости заложенного имущества. Если не доказано иное, предполагается, что нарушение обеспеченного залогом обязательства незначительно и размер требований залогодержателя явно несоразмерен стоимости заложенного имущества при условии, что одновременно соблюдены следующие условия: 1) сумма неисполненного обязательства составляет менее чем пять процентов от размера стоимости заложенного имущества; 2) период просрочки исполнения обязательства, обеспеченного залогом, составляет менее чем три месяца.

Если договором залога не предусмотрено иное, обращение взыскания на имущество, заложенное для обеспечения обязательства, исполняемого периодическими платежами, допускается при систематическом нарушении сроков их внесения, то есть при нарушении сроков внесения платежей более чем три раза в течение двенадцати месяцев, предшествующих дате обращения в суд или дате направления уведомления об обращении взыскания на заложенное имущество во внесудебном порядке, даже при условии, что каждая просрочка незначительна.

В силу пункта 1 статьи 349 ГК РФ требования залогодержателя (кредитора) удовлетворяются из стоимости заложенного имущества, по решению суда.

В соответствии с действующим законодательством залог является способом обеспечения исполнения обязательств, при котором кредитор-залогодержатель приобретает право в случае неисполнения должником обязательств получить удовлетворение за счет заложенного имущества преимущественно перед другими кредиторами за изъятиями, предусмотренными законом.

Реализация (продажа) заложенного недвижимого имущества, на которое в соответствии со статьей 349 ГК РФ обращено взыскание, осуществляется в порядке, установленном законом об ипотеке, если иное не предусмотрено законом (пункт 1 статьи 350 ГК РФ).

Из материалов дела следует, что 15 февраля 2022 г. между ФИО2 (займодавец) и ФИО4 (заемщик) заключен договор займа б/н, согласно которому заимодавец передает в собственность Заемщику денежные средства в размере 20 000000 рублей, а заемщик обязуется вернуть займодавцу сумму займа в сроки и в порядке, которые предусмотрены договором (Т. 1 л.д.17-18).

Пунктом 1.3. договора займа установлено, что сумма займа предоставляется на срок до 20 апреля 2022 г.

Дополнительными соглашениями от 20 апреля 2022 г., от 05 июля 2022 г. срок возврата займа был продлен до 05 июля 2022 г., и до 08 июля 2022 г., соответственно (Т. 1 л.д.21-22).

В соответствии с пунктом 3.3. договора займа за пользование займом заемщик уплачивает заимодавцу проценты из расчета процентной ставки в размере 3% годовых. Процентная ставка является фиксированной на весь срок действия договораи изменению не подлежит (Т. 1 л.д. 17).

15 февраля 2022 г. в целях обеспечения обязательств по указанному договору займа между ФИО2 (залогодержатель) и ООО «СВК Стандарт» (залогодатель) заключен договор залога имущества, в соответствии с которым залогодатель передает в залог залогодержателю в обеспечение полного и надлежащего исполнения всех обязательств, возникших из договора займа б/н от 15 февраля 2022 г., заключенного между залогодержателем и ФИО4 (далее - должник) имущество, предусмотренное договором. В соответствии с договором залога имущества ответчик передал в залог:

нежилое здание - гараж (в кооперативе), площадью 497,6 кв. м., 1-2 этажи, кадастровый №, адрес объекта: <адрес> стоимостью 10219000 рублей;

право в общей долевой собственности доля в праве в размере 277/1000 на земельный участок с кадастровым номером №, площадью 1691 кв.м., категория земель: земли населенных пунктов, вид разрешенного использования: проектирование и строительство комплекса гаражей, адрес (местоположение) объекта: <адрес> стоимостью 1 877000 рублей;

транспортное средство «<данные изъяты>», 2016 г. выпуска, гос. рег. №, VIN: № стоимостью 1580000 рублей;

транспортное средство «<данные изъяты>», 2019 г. выпуска, гос. рег. знак №, VIN: № стоимостью 5500000 рулей;

транспортное средство <данные изъяты>, 2017 г. выпуска, гос. рег. знак №, VIN № стоимостью 900000 рублей.

Согласно пункту 1.2 договора залога имущества стоимость имущества по соглашению сторон составляет 20076 000 рублей (Т. 1 л.д. 22-24).

Залоговая стоимость недвижимого имущества была установлена сторонами на основании отчета № от 10 февраля 2022 г. об оценке объектов недвижимости и средней рыночной стоимости транспортных средств.

11 июня 2025 г. ответчик (залогодатель) и истец договорись, что в случае перевода долга по договору займа на третье лицо, залог сохраняется по договору залога имущества, заключенному между залогодержателем и залогодателем, согласно дополнительному соглашению к договору залога имущества б/н от 15 февраля 2022 г. (Т. 1 л.д. 28).

Соглашением от 16 июня 2025 г. о переводе долга был осуществлен перевод долга с первоначального должника (ФИО4) на нового должника (ФИО3), сумма задолженности ответчика (ФИО3) перед истцом по состоянию на 16 июня 2025 г. составляет 20198904, 11 рублей, в том числе: основной долг 20000000 рублей; проценты за пользование займом в соответствии с пунктом 3.3 договора займа в размере198904, 11 рублей за период с 15 февраля 2022 г. по 16 июня 2025 г. (с учетом частичного погашения первоначальным должником 14 января 2025 г. и 16 июня 2025 г. в размере 1800000, 00 рублей, согласно распискам о получении денежных средств) (Т. 1 л.д.27).

В соответствии с пунктом 5 соглашения о переводе долга от 16 июня 2025 г. новый должник обязуется осуществить кредитору возврат долга, предусмотренный пунктом 4 настоящего соглашения, не позднее 1 июля 2025 г. (Т. 1 л.д. 27 оборот).

В указанный срок сумма займа не была возвращена истцу.

02 июля 2025 г. истцом в адрес ответчиков направлены претензии об исполнении обязательства, которые, как утверждает истец, исполнены не были (Т. 1 л.д.31-38).

Ввиду отсутствия сведений о возвращении заимодавцу предоставленной в долг суммы займа и процентов по указанному выше договору, суд инстанции пришел к выводу о законности и обоснованности требований истца, взыскании в его пользу с ФИО3 задолженности по расписке в размере 20000 000 рублей.

Руководствуясь положениями статей 395 ГК РФ, пунктом 3.3. договора займа суд первой инстанции также пришел к выводу о взыскании с ответчика процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 15 февраля 2022 г. по 26 декабря 2025 г. в размере 514520,55 рублей, а также процентов за пользование кредитом в размере 3% годовых на сумму основного долга 20000000 рублей, начиная с 27 декабря 2025 г. по день фактического исполнения решения суда.

Разрешая требования в части обращения взыскания на заложенное имущество, суд первой инстанции руководствовался статьями 309, 348, 350 ГК РФ, а также пунктом 4.3. договора залога имущества, согласно которому за неисполнение или неполное исполнение залогодателем принятых обязательств по договору займа б/н от 15 февраля 2022 г. перед залогодержателем, обеспеченных настоящим договором, взыскание на заложенное имущество может быть обращено только по решению суда, исходя их отчетов об оценке рыночной стоимости заложенного имущества ООО «НПЦ «ПрофАльянс» №789/2025 от 31 июля 2025 г., №790/2025 от 31 июля 2025 г., суд первой инстанции пришел к выводу, что поскольку представленными истцом доказательствами подтверждено, что обязательства по возврату займа и уплате процентов за пользование займом исполнялись ФИО3 ненадлежащим образом систематически, а сумма неисполненного обязательства составляет более 5% от размера стоимости заложенного имущества, имеются достаточные основания для обращения взыскания на заложенное имущество путем продажи его с публичных торгов.

Отклоняя доводы помощника прокурора Жирновой В.Ф. об отсутствии у истца денежных средств на момент заключения договора займа, суд первой инстанции исходил из того, что в материалы дела представлен договор купли – продажи от 17 января 2022 г., согласно которому ФИО6 (продавец) продала, а ООО «Технологии Холодовой Цепи» (покупатель) купило недвижимое имущество: нежилое здание, цех товаров народного потребления, одноэтажное, площадью 2067,4 кв.м., кадастровый номер №, находящееся по адресу: <адрес>, <адрес> В стоимостью 21667000 рублей (Т. 1 л.д. 173-175).

Указанное здание принадлежало ФИО2 на праве собственности на основании договора купли – продажи № 1 от 17 сентября 2020 г. и акта приема – передачи от 17 октября 2020 г. Право собственности зарегистрировано Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Воронежской области, о чем в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним 04 марта 2021 г. сделана запись регистрации 36:1262100033:91-36/181/2021-3.

Также суд первой инстанции исходил из того, что истцом в материалы дела представлены расходные кассовые ордера, подтверждающие снятие денежных средств ФИО2 в спорный период времени (Т. 1 л.д. 187- 191), а так же налоговая декларация (форма 3 – НДФЛ) (Т. 1 л.д. 192-195).

Доводы прокурора об отсутствии экономической целесообразности и создание вида передачи денежных средств в действиях участников процесса, суд первой инстанции также отклонил, посчитав, что они не нашли своего подтверждения в ходе рассмотрения дела.

Судебная коллегия не может согласиться с указанными выводами суда первой инстанции.

Согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ, при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

Не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом) согласно пункту 1 статьи 10 ГК РФ.

В соответствии со статьей 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Конституционного Суда РФ от 25 октября 2016 г. № 2283-О, в силу присущего гражданскому судопроизводству принципа диспозитивности эффективность правосудия по гражданским делам обусловливается, в первую очередь, поведением сторон как субъектов доказательственной деятельности; наделенные равными процессуальными средствами защиты субъективных материальных прав в условиях состязательности процесса, стороны должны доказать те обстоятельства, на которые они ссылаются как на основания своих требований и возражений (часть 1 статьи 56 ГПК РФ).

Как следует из пункта 6 Обзора по отдельным вопросам судебной практики, связанным с принятием судами мер противодействия незаконным финансовым операциям, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 8 июля 2020 г. (далее – Обзор, утвержденный Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 8 июля 2020 г.), выявление при разрешении экономических и иных споров, возникающих из гражданских отношений, обстоятельств, свидетельствующих о направленности действий участников оборота на придание правомерного вида доходам, полученным незаконным путем, может являться основанием для вывода о ничтожности соответствующих сделок как нарушающих публичные интересы и для отказа в удовлетворении основанных на таких сделках имущественных требований, применении последствий недействительности сделок по инициативе суда.

При оценке того, имеются ли признаки направленности действий участвующих в деле лиц на придание правомерного вида владению, пользованию и распоряжению денежными средствами или иным имуществом, приобретенными незаконным путем, судам необходимо исходить из того, что по смыслу пункта 2 статьи 7 Закона № 115-ФЗ такие признаки могут усматриваться, в частности, в запутанном или необычном характере сделок, не имеющих очевидного экономического смысла или очевидной законной цели, а также учитывать разъяснения, данные в пункте 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 7 июля 2015 г. № 32 «О судебной практике по делам о легализации (отмывании) денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем, и о приобретении или сбыте имущества, заведомо добытого преступным путем», принимать во внимание типологии незаконных финансовых операций, подготовленные Росфинмониторингом.

Как указано в пункте 8.1 Обзора, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 08 июля 2020 г., поскольку для возникновения обязательства по возврату займа требуется фактическая передача кредитором должнику денежных средств (или других вещей, определенных родовыми признаками), то в случае спора на кредиторе лежит обязанность доказать факт передачи должнику предмета займа и то, что между сторонами возникли отношения, регулируемые главой 42 ГК РФ, а на заемщике - факт надлежащего исполнения обязательств по возврату займа либо безденежность займа.

С учетом характера спора и представленных участвующими в деле лицами доказательств у суда могут возникнуть обоснованные сомнения в реальности долгового обязательства и в возможной направленности действий каких-либо лиц на совершение незаконных финансовых операций. В связи с этим суд вправе вынести на обсуждение сторон вопрос о фактическом наличии у заимодавца на момент заключения договора заявленной денежной суммы в наличной форме и ее реальной передаче заемщику.

При этом следует исходить из того обстоятельства, что хотя в силу пункта 1 статьи 812 ГК РФ бремя доказывания обстоятельств безденежности договора займа лежит на заемщике, однако указанное не освобождает суд от обязанности создать условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законодательства при рассмотрении и разрешении дела.

При наличии сомнений в реальности договора займа в предмет доказывания входит изучение обстоятельств, подтверждающих, что финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) позволяло предоставить должнику соответствующие денежные средства, фактическое наличие у заимодавца денежных средств в размере суммы займа к моменту их передачи должнику (в частности, о размере его дохода за период, предшествующий заключению сделки; сведения об отражении в налоговой декларации, подаваемой в соответствующем периоде, сумм, равных размеру займа или превышающих его; о снятии такой суммы со своего расчетного счета либо об ином источнике их получения и.т.п.), а также иные (помимо приходного кассового ордера) доказательства передачи денег должнику).

Кроме того, обстоятельства подлежат оценке в совокупности, включая предшествующие и последующие взаимоотношения сторон, в частности их денежный оборот.

С учетом разъяснений, изложенных в пункте 1 Обзора, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 08 июля 2020 г., процессуальная заинтересованность органов прокуратуры при рассмотрении указанных дел обусловлена осуществлением прокурорского надзора в сфере противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансового терроризма (статья 14 Федерального закона от 7 августа 2001 г. № 115-ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма»).

При этом, как указано в Обзоре, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 08 июля 2020 г., в судебной практике выявляются факты обращения в суд недобросовестных участников гражданского оборота в целях легализации доходов, полученных в результате нарушения законодательства, в том числе обращение в суд при действительном отсутствии спора для получения исполнительных документов и вывода денежных средств за рубеж без соблюдения ограничений и правил, установленных Федеральным законом от 07 августа 2001 г. № 115-ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма», валютным, налоговым и таможенным законодательством; предъявление в органы принудительного исполнения и кредитные организации поддельных исполнительных документов судов; выраженное в иных формах намерение использовать механизм принудительного исполнения судебных актов для придания правомерного вида доходам, полученным незаконным путем.

На основании статьи 170 ГК РФ сделки участников оборота, совершенные в связи с намерением создать внешне легальные основания осуществления передачи денежных средств или иного имущества, в том числе для легализации доходов, полученных незаконным путем, в зависимости от обстоятельств дела могут быть квалифицированы как мнимые (совершенные лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия) или притворные (совершенные с целью прикрыть другие сделки, в том числе сделки на иных условиях) ничтожные сделки.

Разъяснения Пленума Верховного Суда Российской Федерации по вопросам, связанным с оценкой мнимости (притворности) сделок, содержатся в пунктах 86 - 88 постановления от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», в которых внимание судов обращено на то, что мнимой может быть признана в том числе сделка, исполнение которой стороны осуществили формально лишь для вида, например, посредством составления актов приема-передачи в отсутствие действительной передачи имущества или осуществления государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество без реальной передачи владения (пункт 86), а притворной - сделка или несколько сделок, совершенных на иных условиях, например, на иную сумму, в сравнении с действительной суммой исполнения (пункты 87 и 88).

Как разъяснено Верховным судом Российской Федерации, мнимость или притворность сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их главным действительным намерением. При этом сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но при этом стремятся создать не реальные правовые последствия, а их видимость. Поэтому факт такого расхождения волеизъявления с действительной волей сторон устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность их намерений.

При наличии сомнений в реальности существования обязательства по сделке в ситуации, когда стороны спора заинтересованы в сокрытии действительной цели сделки, суд не лишен права исследовать вопрос о несовпадении воли с волеизъявлением относительно обычно порождаемых такой сделкой гражданско-правовых последствий, в том числе, оценивая согласованность представленных доказательств, их соответствие сложившейся практике взаимоотношений вытекающих из договора займа, наличие или отсутствие убедительных пояснений разумности действий и решений сторон сделки и т.п.

Приведенные подходы к оценке мнимости (притворности) сделок являются универсальными и в полной мере применимы к тем случаям, когда совершение таких сделок обусловлено намерением придать правомерный вид передаче денежных средств или иного имущества, полученного с нарушением закона (пункт 7 Обзора, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 8 июля 2020 г.).

Исходя из вышеназванных положений закона и разъяснений, судебная коллегия принимает во внимание, что со стороны истца представлены доказательства, подтверждающие ее платежеспособность, но не обоснована экономическая целесообразность заключения вышеуказанных сделок. Кроме того, судебная коллегия полагает заслуживающими внимания доводы апелляционного представления о нестандартном поведении ответчиков и третьего лица при рассмотрении настоящего спора.

Представитель ответчика ООО «СВК Стандарт» не возражал против удовлетворения исковых требований, представив при этом краткий письменный отзыв, в котором возражал против удовлетворения иска, ссылаясь на ведение переговоров о погашении задолженности, указав при этом, что поскольку ФИО4 была близким родственником бухгалтера ООО «СВК Стандарт», то Общество не было против передачи спорного имущества в залог займодавцу ФИО2, так как целью займа было приобретение указанного имущества, ссылаясь также на то, что указанное имущество не использовалось Обществом (Т. 1 л.д. 105, 243-244).

При этом сам факт несения риска утраты ООО «СВК Стандарт» значительной части своих активов (объекта капитального строения, земельного участка, транспортных средств, общей стоимостью свыше 20 000 000 рублей) в обеспечения исполнения обязательств по договорам займа между ФИО2, ФИО4, которая даже не являлась сотрудником общества, и в последующем ФИО3, не свидетельствует о экономической целесообразности заключения вышеуказанных сделок.

Также заслуживают внимания доводы апелляционного представления о том, что в подтверждение доводов о необходимости получения заемных денежных средств ФИО4 в столь значительном размере, письменные доказательств суду первой инстанции были представлены не ФИО4, а ООО «СВК Стандарт», по ходатайству представителя которого были приобщены протокол одобрения крупной сделки от 15 февраля 2022 г. и предварительный договор купли-продажи от 11 февраля 2022 г. (далее –предварительный договор), заключенный между ООО «СВК Стандарт» и ФИО4, в соответствии с которым ФИО4 намеревалась приобрести за 12 500 000 рублей гараж, площадью 497,6 кв. м. и земельный участок, площадью 1691 кв.м. Пунктом 3.1 предварительного договора предусмотрена обязанность заключить основной договор купли-продажи 01 июня 2022 г. (Т. 1 л.д. 230-231).

При этом согласно пункту 4.1 предварительного договора предусмотрено, что в случае, если одна из сторон будет уклоняться от заключения основного договора, другая стороны вправе обратиться в суд с требованием о понуждении заключить договор (Т. 1 л.д. 231).

Несмотря на то, что ФИО4 уклонилась от заключения основного договора купли продажи, доказательств обращения ООО «СВК Стандарт» в суд с требованиями о понуждении ФИО4 заключить основной договор купли-продажи спорного недвижимого имущества не представлено.

Напротив, оспариваемым судебным постановлением обращено взыскание на имущество Общества, тогда как указанное имущество не приобретено ФИО4, то есть выбывает из владения Общества безвозмездно, в обеспечение исполнения обязательств иных лиц, а не Общества. Отсутствие апелляционной жалобы на решение суда в части обращения взыскания на имущество ООО «СВК Стандарт» свидетельствует о согласии Общества отчуждением принадлежащего ему имущества, стоимость которого составляет более 20000000 рублей.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, - первоначальный заемщик ФИО4 также представила краткий отзыв на иск, из которого следует, что денежные средства она взяла у истца для создания бизнеса, в последующем большую часть денежных средств в размере 19500000 рублей передала ответчику ФИО3, поскольку денежные средства ФИО3 не возвратил, она с ним заключила соглашение о переводе долга, голословно указывает, что ею были предприняты меры по возвращению долга, но безуспешно (Т. 1 л.д. 165).

Сведений о платежеспособности первоначального заемщика ФИО4 материалы дела не содержат.

Как следует из письменных возражений на апелляционную жалобу, ФИО2 знала, что первоначальный заемщик ФИО4 передала практически всю сумму заемных денежных средств (19500000 рублей) своему знакомому ФИО3, который возврат долга не осуществил, ввиду чего истец обратилась к залогодержателю ООО «СВК Стандарт» о переводе долга, и 16 июля 2025 г. соглашением, подписанным истцом, первоначальным заемщиком ФИО4 и ответчиком ФИО3, был осуществлен перевод долга.

Между тем, у ФИО3 имеется значительное количество исполнительных производств, что подтверждается общедоступными сведениями с официального сайта Федеральной службы судебных приставов (Т. 1 л.д. 95-99), о чем истец, действуя добросовестно, могла осведомиться, соглашаясь о переводе значительной суммы долга незнакомому лицу.

Кроме того, в материалах дела имеется ответ Межрайонной ИФНС России №13 по Воронежской области, из которого следует, что инспекция сведениями о доходах за 2022-2024 г. по физическому лицу ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ рождения, ИНН № не располагает (Т. 1 л.д. 185).

Таким образом, перевод значительной суммы долга на незнакомого должника в отсутствие сведений о его платежеспособности, не свидетельствует об экономической целесообразности заключенной сделки.

ФИО1 факт заключения соглашения о переводе долга, наличие задолженности и ее размер не оспаривал, вместе с тем, ответчиком также не было принято действий по использованию своих процессуальных прав и защите своих интересов, в рамках настоящего дела поведение ответчика являлось пассивным, свою позицию он выразил в кратких письменных возражениях, указав, что займ он взял для создания бизнеса и погашения долговых обязательств, которые им были погашены, но реализовать бизнес идеи не удалось, однако, доказательств фактического получения денежных средств в размере 19500000 рублей, а также доказательств их расходования, а именно, подтверждающих погашение имеющихся долговых обязательств, не представил, как и не представил возражений относительно доводов апелляционного представления.

Таким образом, судебная коллегия находит, что с учетом обстоятельств, установленных в рамках гражданского дела, возникшие сомнения в реальности долгового обязательства сторонами спора не опровергнуты.

С учетом совокупности установленных по делу обстоятельств судебная коллегия приходит к выводу о недоказанности материалами дела наличия в данном случае всех необходимых и достаточных оснований для удовлетворения заявленных требований.

Учитывая изложенное, решение суда первой инстанции подлежит отмене с принятием по делу нового решения об отказе в удовлетворении исковых требований в полном объеме.

Руководствуясь статьями 328, 330 ГПК РФ, судебная коллегия

О П Р Е Д Е Л И Л А:

решение Коминтерновского районного суда г. Воронежа от 26 декабря 2025 г. отменить.

Принять по делу новое решение.

В удовлетворении иска ФИО2 к ФИО3, обществу с ограниченной ответственностью «СВК Стандарт» о взыскании задолженности по договору займа, процентов за пользование займом, обращении взыскания на заложенное имущество отказать в полном объеме.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 16 апреля 2026 г.

Председательствующий

Судьи коллегии