Приговор № 1-107/2019 1-660/2018 от 26 июня 2019 г. по делу № 1-107/2019

Дело № 1-107/2019


П Р И Г О В О Р

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

27 июня 2019 г. Выборг

Выборгский городской суд Ленинградской области в составе судьи Хмелевой М.А.,

при секретаре Павлюковой О.С.,

с участием государственного обвинителя Праудзинскас М.О.,

обвиняемого ФИО17,

защитника – адвоката Данилина В.В.,

а также потерпевших ФИО9., ФИО11., ФИО12 ФИО13

представителя потерпевших – адвоката Никитина А.С.,

рассмотрев материалы уголовного дела в отношении ФИО17, Дата., уроженца <адрес>, <данные изъяты>, зарегистрированного и проживающего по адресу: <адрес>, <данные изъяты>, ранее не судимого,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ,

содержащегося под стражей с 30.07.2018 (задержанного в порядке ст.ст. 91, 92 УПК РФ 29.07.2018),

У С Т А Н О В И Л:

ФИО17 совершил убийство, то есть умышленное причинение смерти другому лицу.

Преступление совершено при следующих обстоятельствах:

В период времени с 18 часов 00 минут до 23 часов 55 минут 28 июля 2018 ФИО17, будучи в состоянии алкогольного опьянения, находясь на участке местности, на берегу Финского залива на территории <адрес>, на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений с ФИО3., действуя умышленно, с целью причинения смерти последнему, нанес ФИО3 один удар неустановленным предметом, обладающим колюще-режущим действием, имеющим плоскую форму, режущее лезвие и обух в следообразующей части, в область расположения жизненно-важных органов – грудную клетку.

Своими действиями ФИО17 причинил ФИО3 проникающее колото-резаное ранение груди слева с повреждением сердца и сердечной сорочки, которое по признаку опасности для жизни расценивается как тяжкий вред здоровью, от чего по пути следования в медицинское учреждение от места происшествия до участка местности, расположенного <адрес>, в автомашине «АВТО» ГРЗ №, в период с 21 часа 55 минут до 23 часов 55 минут 28 июля 2018 последовала смерть ФИО3.

В судебном заседании ФИО17 виновным себя признал частично. Не оспаривая фактические обстоятельства, изложенные в обвинении, пояснил, что он убивать ФИО3. не хотел. Показал суду, что 27 июля 2018 он и его сын ФИО1 приехали на <адрес>. Там собралась вся их семья для отдыха. Когда они приехали, там уже находились его сыновья Владислав и Виталий с невестками, их дети. Там установили палатки и отдыхали, спиртное он в тот вечер не употреблял, т.к. принимал лекарства. На следующий день они проснулись, гуляли, отдыхали. Около 17.00 приехал товарищ его сына Владислава – ФИО3, с ним были его трое друзей и девушка по имени ФИО10, данных друзей не знает. Около 21 часа, когда спала жара, они сели за стол. Употребляли спиртное, он выпил немного коньяка и виски, примерно 150гр, был не пьян. За столом сидели ФИО3, его сыновья Виталий, Олег, Владислав, невестки. Все находились в движении, вставали, уходили, снова садились за стол. В какой-то момент между ФИО3 и Виталием возник словесный конфликт, который быстро погас. Все снова продолжали отдыхать. Через какое-то время конфликт возник снова. Тогда его сын Олег подошел к ФИО3, сидящему за столом, чтобы урегулировать конфликт. Что он говорил ФИО3, ФИО17 не слышал, но увидел, как ФИО3 нанес один удар Олегу в голову, от чего последний упал на землю. После этого трое друзей ФИО3 стали Олега бить. ФИО17 и жена Олега – Катя, подбежали к нему. ФИО17 показалось, что сын не дышал. Тогда он стал делать Олегу искусственное дыхание и в этот момент Катя закричала «Олежку убили!». Он спросил: «Кто?», на что кто-то из невесток ответил: «Алексей». Тогда ФИО17 взял нож, лежащий на земле, и, подойдя к ФИО3 нанес ему один удар ножом. Он хотел сделать ему больно и намеревался ударить ФИО3 в плечо, но тот повернулся и удар пришелся в грудь. При этом ФИО17 что-то говорил ФИО3, но что – не помнит. В какой-то момент, но это было, как ему кажется, уже после, он сказал, что за свою семью убивать будет. После нанесения удара он вынул нож и сразу пошел на Финский залив, где нож выбросил в воду. После этого вернулся, подошел к Олегу и увидел, что тот открыл глаза. ФИО3 увезли, а он пошел спать. На следующее утро его разбудили сотрудники полиции и сказали, что ФИО3 умер.

Суд считает, что вина подсудимого в совершении преступления нашла свое подтверждение в судебном заседании и доказана исследованными судом доказательствами:

Из показаний потерпевшей ФИО9., данных в судебном заседании, следует, что погибший ФИО3 приходится ей сыном. О случившемся узнала со слов девушки сына – ФИО10, которая позвонила ей в ночь с 28 на 29 июля 2018 и сообщила о смерти сына. Она рассказала, что они были на отдыхе и отец ФИО8 ударил ее сына ножом. Сын проживал совместно с ней и отцом, был добрый, не конфликтный, работал, помогал им во всем.

Из показаний потерпевшей ФИО11 данных в судебном заседании, следует, что погибший ФИО3. приходился ей братом. О случившемся ей также известно со слов ФИО10. Характеризует своего брата, как доброго, отзывчивого человека. Проживал брат чаще всего совместно с ней и родителями, оказывал ей материальную и моральную поддержку. Последние полгода жил с ФИО10.

Из показаний свидетеля ФИО10 данных в судебном заседании следует, что 28 июля 2018 года она со своим другом ФИО3 и его друзьями ФИО5, ФИО4, ФИО6 приехали на Финский залив к другу ФИО3 – ФИО8. Там находилась вся семья ФИО17. У них был разбит лагерь, люди отдыхали. На столе стояли виски, коньяк и бутылка водки, семья ФИО17 употребляла указанные напитки. Не пили только жена ФИО8 и она, т.к. ФИО3 сказал ей, что все скоро лягут спать, и они поедут домой. ФИО17 к моменту их приезда уже находился в состоянии алкогольного опьянения. Они ходили гулять с ФИО3 к Финскому заливу. Потом вернулись, сели за стол. За столом ФИО3 пил пиво, подсудимый сидел напротив ФИО3, ФИО7 жарил шашлык. Потом Виталий стал придираться к ФИО3. Потом они вроде как помирились, Виталий хотел обнять ФИО3, но тот отказался. В этот момент она слышала, как подсудимый сказал: «Если ты тронешь моих сыновей, то я тебя убью.». Как только разговор стал переходить на повышенные тона, она пошла собирать вещи. Стоя за машиной, услышала перебранку, мужские голоса, она обернулась и увидела, как началась какая-то потасовка. Увидела, как Алексей шатается, и начинает приседать на стул. Были крики, кто-то кричал: «Батя, ты что наделал?». Она побежала туда и услышала, как Алексей кричит, чтобы она принесла полотенце. Она побежала к машине, на переднем сидении сидел ФИО4. После этого побежала к ФИО3, он в тот момент кричал, чтобы она срочно вызвала скорую помощь. Она побежала опять к машине, т.к. телефоны были там. Это было около 23.30. Двери машины были открыты, сзади открыли дверь, кинули Алексея, и кричали ей, чтобы она ехала вперед. Она видела у ФИО3 ножевое ранение, ФИО4 сказал, что это сделал отец ФИО8, о чем ему сказал ФИО3. Она выехала на шоссе, повернула направо и начала давить педаль газа. По встречной полосе ехала машина скорой помощи, она ее подрезала и побежала к врачу, сказала, что у них ножевое ранение. Врач посмотрела и сказала, что Алексей мертв.

Из показаний свидетеля ФИО6 как данных в судебном заседании, так и оглашенных в соответствии с ч. 3 ст. 281 УПК РФ, следует, что погибший ФИО3. был его другом. 28 июля 2018 года он со своими друзьями ФИО5 и ФИО4 гуляли по городу. Около 15-16 часов ФИО5 позвонил ФИО3 и предложил выехать на природу. Они встретились на автозаправке, куда приехали на такси, сели в машину к ФИО3 и поехали, куда ехали – ФИО6 не знал. Остановились на дороге, где их встретил ФИО8, показал место, где они отдыхают. Они приехали на берег, там находились Виталий, Олег, ФИО8, были девушки и несколько детей. Все отдыхали, жарили шашлык, выпивали. Около 23 часов ФИО3 начал выяснять отношения с ФИО8, они общались на повышенных тонах. ФИО17 сидел напротив ФИО3. При этом ФИО6 стоял за спиной ФИО3, сидевшего за столом, рядом стоял ФИО5 и еще девушка. Когда ФИО3 ругался с Виталием, внезапно упал ФИО1, одна из девушек стала обвинять в этом ФИО3, кричать «Ты убил его!», но кому она кричала, он не понял. К ФИО3 побежал ФИО7, но они с ФИО5 его успокоили. ФИО3 встал и пошел в сторону палаток, ФИО6 и ФИО5 пошли за ним. В этот момент ФИО17 подошел к ФИО3, после чего ФИО3 стал приседать. Началась паника, кто-то кричал: «Батя, ты что наделал?». После этого ФИО6 пошел в сторону дороги. Через минуты 2-3 мимо проехала машина «АВТО». Он вышел на дорогу и увидел ФИО5, у которого спросил, что произошло, но тот не мог ничего сказать. Потом он позвонил ФИО4, который сказал, что Алексея ударили ножом. Сам момент нанесения удара ФИО3 он не видел (Т. 1 л.д.152-155).

Из показаний свидетеля ФИО4., как данных в судебном заседании, так и оглашенных в соответствии с ч. 3 ст. 281 УПК РФ, в целом аналогичных показаниям свидетеля ФИО6., указанным выше, следует, что сам момент нанесения удара ФИО3 он не видел, т.к. спал в машине. Проснулся от шума, вышел из машины, увидел, как ФИО3А. шатается, начинает приседать. Была какая-то потасовка. Слышал, как мужской голос сказал: «Батя, ты что наделал?». Он стал подходить к ФИО3, который сказал, что это сделал «батя», показывая на ФИО17. ФИО4 посмотрел на ФИО17, который сказал: «Я за детей убивать буду!». После этого они повезли ФИО3 в больницу (Т. 1, л.д. 106-109).

Показаниями свидетеля ФИО5., данными в ходе предварительного следствия и оглашенными в соответствии с ч. 3 ст. 281 УПК РФ, в целом аналогичными вышеприведенным показаниям свидетелей ФИО6., ФИО4., при этом свидетель пояснил, что когда ФИО3. и Виталий начали ругаться, к ФИО3 подошел ФИО1, сел по правую руку от него, и в этот момент ФИО3 нанес удар в голову Олегу, от которого тот упал на землю. Также из показаний следует, что удар ФИО3 был нанесен ФИО17 (Т. 1, л.д. 163-166).

Показаниями свидетеля ФИО2., как данными в ходе судебного следствия, так и оглашенными судом в соответствии с ч. 3 ст. 281 УПК РФ, из которых следует, что 27.07.2018 семья ФИО1 приехала отдыхать на берег Финского залива, 37км Приморского шоссе. На следующий день 28.07.2018 около 18.00 приехали ФИО3 его девушка и трое друзей. В какой-то момент между ФИО3 и ФИО7 возник конфликт. Ее муж ФИО1, услышав, что Виталия провоцируют, подсел к ФИО3, спросил, что случилось. После этого она увидела, как ФИО3 ударил Олега в голову локтем. Начались крики, она подбежала к Олегу, он лежал и не шевелился. Она стала делать ему искусственное дыхание, ей помогал ФИО17. ФИО18 встал и пошел в сторону палатки. В какой-то момент она повернулась и увидела, что ФИО3 лежит на боку, с левой стороны в области подреберья у него было кровавое пятно, она подошла к нему, пыталась оказать помощь. После этого его положили в машину «АВТО» и увезли. Она вернулась к мужу, слышала, как отец ее мужа – ФИО17, сказал, что это он убил ФИО3, что он «за каждого сына любого убьет». При этом ФИО17 сказал, что он целился ножом в сердце, на что она ответила ему, что в сердце он не попал. На месте, где лежал ФИО3, она видела нож. ФИО17 сказал, что нож нужно выкинуть в Финский залив. Как ФИО17 выкинул нож, она не видела (Т. 1, л.д. 121-124, 141-145).

Показаниями свидетеля ФИО1., как данными в судебном заседании, так и оглашенными в соответствии с ч. 3 ст. 281 УПК РФ, в целом аналогичными вышеприведенным показаниям свидетеля ФИО2., из которых следует, что о случившемся с ФИО3. ему известно со слов жены – ФИО2. При этом свидетель пояснил, что 28.07.2018, что после того, как он подсел к ФИО3, последний нанес ему удар локтем в область виска, от чего он потерял сознание и далее уже ничего не видел. Однако жена рассказывала ему, что удар ножом ФИО3 нанес его отец – ФИО17. В дальнейшем он обращался в травмпункт в связи с действиями ФИО3, были диагностированы ЗЧМТ, СГМ (Т. 1, л.д. 132-135).

Показаниями свидетеля ФИО14 как данными в судебном заседании, так и оглашенными в соответствии с ч. 3 ст. 281 УПК РФ, в целом аналогичными показаниям свидетелей ФИО2, ФИО1., при этом свидетель пояснил, что о том, что его отец нанес удар ножом ФИО3., он узнал тогда, когда отец признался в этом. Было это, когда приехали сотрудники полиции на место преступления (Т. 1, л.д. 146-151).

Показаниями свидетеля ФИО15, как данными в судебном заседании, так и оглашенными в соответствии с ч. 3 ст. 281 УПК РФ, в целом аналогичными вышеуказанным показаниям свидетелей, при этом свидетель пояснила, что моментов нанесения ударов ФИО1 и ФИО3А. она не видела. Когда ФИО3 увезли, ФИО17 сказал, что это он порезал ФИО3, что он за сына любого убьет, был очень возбужден, находился в состоянии сильного алкогольного опьянения (Т. 1, л.д. 97-100).

Также вина доказана:

Из протокола явки с повинной от 29.07.2018, полученной от ФИО17, следует, что он 28.07.2018 около 23 часов, находясь <адрес>, умышленно нанес удар ножом в область сердца малознакомому мужчине по имени Алексей (Т. 1, л.д. 43).

Согласно протоколу установления смерти человека, фельдшером ФИО16 констатирована смерть ФИО3, Дата наступившая в 23.40 28.07.2018 в <адрес> (Т. 1, л.д. 70).

Из протокола осмотра места происшествия от 29.07.2018 с фототаблицей следует, что осмотрен участок местности и автомашина «АВТО» на <адрес>, а также труп ФИО3 Автомобиль «АВТО» ГРЗ № расположен на дорожном полотне на Приморском шоссе возле обочины на полосе движения в сторону Ленинградской области в <адрес>. В автомашине находится труп ФИО3, время фиксации трупных явлений 05.55 29.07.2018 (Т. 1, л.д. 71-82).

Из протокола осмотра места происшествия от 29.07.2018 следует, что осмотрен участок местности в <адрес>. На участке имеются стулья, стол, четыре палатки, мешки с продуктами, мешки с мусором. В ходе осмотра ФИО17 добровольно выдал футболку серого цвета с пятнами вещества бурого цвета (Т. 1, л.д. 83-90).

Указанный предмет осмотрен в установленном законом порядке и приобщен к делу в качестве вещественного доказательства (Т. 1, л.д. 95-96, Т. 2, л.д. 41).

Из заключения судебно-медицинской экспертизы трупа ФИО3. от 27.08.2018 № с приложениями следует, что при судебно-медицинской экспертизе обнаружено проникающее колото-резаное ранение груди слева с повреждениями сердца и сердечной сорочки, которое опасно для жизни, расценивается как тяжкий вред здоровью.

Рана груди является колото-резаной, причинена предметом, обладающим колюще-режущим действием, имеющим плоскую форму, режущее лезвие и обух в следообразующей части. Направление движения плоскости клинка указанного предмета в момент следообразования было спереди назад снизу вверх. Рана причинена в результате одного воздействия травмирующего предмета.

Ранение груди является прижизненным и могло быть получено за единичные минуты до наступления смерти.

Смерть ФИО3 наступила от проникающего колото-резаного ранения груди слева с повреждением сердца и сердечной сорочки, осложнившегося развитием гемотампонады полости перикарда излившейся кровью, за 6-8 часов до фиксации трупных явлений на месте обнаружения трупа.

Возможность совершение самостоятельных действий после получения ранения груди не исключается до момента утраты сознания.

При судебно-химическом исследовании в крови трупа обнаружен этиловый спирт в концентрации 1,0+(-)0,2%, что у живых лиц со средней устойчивостью к алкоголю соответствует легкой степени алкогольного опьянения (Т. 1, л.д. 200-223).

Из заключения биологической судебной экспертизы № от 24.10.2018 следует, что на футболке, изъятой у ФИО17, обнаружена кровь человека, которая могла произойти от ФИО3. (Т. 2, л.д. 2-5).

Оценивая собранные по делу доказательства, суд считает их допустимыми, относимыми, достоверными и в своей совокупности достаточными, а вину ФИО17 в совершении преступления установленной и доказанной.

Суд доверяет показаниям свидетелей ФИО10 ФИО6В., ФИО4., ФИО15 ФИО2., ФИО1., ФИО14., поскольку они последовательны, и кладет их в основу приговора. При этом суд принимает во внимание, что противоречия в показаниях свидетелей, установленные судом, устранены в ходе судебного следствия в установленном законом порядке. Показания указанных лиц согласуются как между собой, так и с иными доказательствами по делу, в связи с чем суд приходит к выводу об их достоверности. Оснований для оговора ФИО17 со стороны указанных лиц суд не усматривает.

Оценивая показания свидетеля ФИО5., данные в судебном заседании, о том, что удар ФИО1 был нанесен им, а не ФИО3 суд не находит оснований доверять им, поскольку они не согласуются с совокупностью доказательств, исследованных судом, а также показаниями свидетеля, данными им в ходе следствия, которые суд признает допустимым доказательством. Суд также учитывает, что показания ФИО5 в этой части, данные суду, противоречат показаниям свидетелей ФИО6., ФИО2., ФИО1., утверждавшими, что удар ФИО1 был нанесен ФИО3. Оснований не доверять показаниям свидетелей суд не находит. Принимая во внимание изложенное, суд находит показания ФИО5, данные в этой части в судебном заседании, недостоверными.

Оценивая же показания ФИО5.Б., данные им в ходе следствия и исследованные судом, суд считает, что они получены без нарушения закона, согласуются с иными доказательствами по делу, соответствуют требованиям, предъявляемым ч. 1 ст. 74 УПК РФ к доказательствам по делу, а потому суд принимает их в качестве доказательства и кладет в основу приговора. К пояснениям ФИО5 о том, что он показания в ходе следствия не давал, протокол был изготовлен в г. Выборге, суд относится критически, поскольку сам свидетель пояснял суду, что его допрашивали в г. Луза по данному факту, составлялся протокол допроса.

Оценивая показания ФИО17, суд, проверив их путем сопоставления с иными исследованными доказательствами по делу, доверяет им, поскольку они согласуются с доказательствами, исследованными судом. Признаков самооговора суд не усматривает. При этом суд учитывает, что противоречия, установленные судом, устранены в ходе судебного разбирательства в установленном законом порядке, путем оглашения в соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 276 УПК РФ, показаний ФИО17, данных им в ходе предварительного расследования (Т. 2, л.д. 75-78), из которых следует, что удар был нанесен ФИО17 ФИО3 ножом в грудь, при этом подсудимый находился в состоянии алкогольного опьянения. Свои показания ФИО17 подтвердил при проверке показаний на месте, протокол которой исследован судом (Т. 2, л.д. 120-124). Указанные показания судом проверены, признаны допустимым доказательством, поскольку они соответствуют требованиям ст. 74 УПК РФ.

Действия ФИО17 суд квалифицирует как убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку, т.е. по ч. 1 ст. 105 УК РФ, не усматривая оснований для переквалификации его действий на ч. 4 ст. 111 УК РФ. При этом суд исходит из того, что об умысле на убийство ФИО3. свидетельствуют действия подсудимого, который нанес удар предметом, обладающим колюще-режущим действием, в грудь потерпевшего, то есть в место расположения жизненно важных органов, что повлекло наступление смерти пострадавшего; высказывания подсудимого о том, что он будет убивать за свою семью. При этом ФИО17 не мог не осознавать общественную опасность своих действий и, при необходимой внимательности, не мог не предполагать наступление любых последствий своих действий, в том числе и смерти потерпевшего. Между действиями ФИО17 и наступившими последствиями в виде смерти ФИО3 имеется прямая причинная связь.

При назначении наказания суд учитывает характер и степень общественной опасности преступления, личность подсудимого, обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи.

Согласно заключению комиссионной судебно-психиатрической экспертизы ФИО17 хроническим, временным психическим расстройством, слабоумием или иным болезненным состоянием психики, как в период инкриминируемых ему деяний, так и в настоящее время не страдает. Мог и может в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. В применении принудительных мер медицинского характера не нуждается. Клинических признаков алкоголизма, наркомании не отмечается. ФИО17 в момент инкриминируемого ему деяния в состоянии аффекта, ином эмоциональном состоянии, которое могло существенно повлиять на его сознание и поведение, не находился (Т. 2, л.д. 31-36).

Данная экспертиза проведена в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, компетентными лицами, в связи с чем суд признает заключение экспертов обоснованным, ФИО17 в отношении инкриминируемого ему деяния вменяемым.

Изучением личности подсудимого установлено, что ФИО17 является <данные изъяты> (Т. 2, л.д. 44), судимостей не имеет (Т. 2, л.д. 45), на учетах у врачей психиатра и нарколога не состоит (Т. 2, л.д. 46, 47), по месту жительства характеризуется удовлетворительно (Т. 2, л. 48).

Родственники ФИО17 – ФИО2., ФИО1., ФИО14., ФИО15 будучи допрошенными судом, положительно охарактеризовали подсудимого, пояснили суду, что ФИО17 в содеянном сильно раскаивается.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание ФИО17, суд, в соответствии с п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ, учитывает явку с повинной, активное способствование раскрытию и расследованию преступления; в соответствии с п. «з» ч. 1 ст. 61 УК РФ – противоправность поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления, что выражается в нанесении удара ФИО3. сыну подсудимого – ФИО1

В качестве иных смягчающих наказание ДОЦЕНКО обстоятельств суд, в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ, учитывает, что ФИО17 вину в совершении преступления признал, в содеянном раскаялся, является инвалидом. Суд также учитывает пожилой возраст и состояние здоровья подсудимого.

Обстоятельством, отягчающим наказание ФИО17, суд, в соответствии с ч. 1.1 ст. 63 УК РФ, учитывая характер и степень общественной опасности преступления, обстоятельства его совершения, признает совершение преступления в состоянии алкогольного опьянения. Указанное установлено в ходе судебного разбирательства и следует из показаний свидетелей. При этом суд считает, что нахождение ФИО17 в период совершения преступления в состоянии алкогольного опьянения повлияло на его оценку сложившейся ситуации и последующее совершение преступных действий в отношении ФИО18, которые повлекли за собой смерть последнего.

С учетом обстоятельств совершения преступления, степени его общественной опасности и последствий, принимая во внимание принцип справедливости наказания, суд считает, что достижение целей наказания в отношении подсудимого и его исправление возможно только в условиях изоляции от общества, не усматривая оснований для применения положений ст. 73 УК РФ.

Исключительных обстоятельств, позволяющих применить положения ст. 64 УК РФ при определении размера наказания, суд не усматривает. Однако, с учетом обстоятельств, смягчающих наказание, суд считает возможным не назначать ФИО17 дополнительное наказание в виде ограничения свободы, предусмотренное санкцией статьи.

Принимая во внимание наличие обстоятельства, отягчающего наказание, суд не применяет положения ч. 1 ст. 62 УК РФ при определении размера наказания.

Принимая во внимание обстоятельства совершенного преступления, суд не находит оснований для изменения категории преступления на менее тяжкую в соответствии с ч.6 ст.15 УК РФ.

Определяя вид исправительного учреждения, в котором ФИО17 надлежит отбывать наказание, суд руководствуется требованиями п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ, и назначает отбывание наказания подсудимому в исправительной колонии строгого режима.

Потерпевшей ФИО9. заявлен гражданский иск о компенсации морального вреда, причиненного преступлением, на сумму 1 000000 рублей, а также о возмещении имущественного ущерба в сумме 335 850 рублей 90 копеек.

Потерпевшей ФИО11. заявлен гражданский иск о компенсации морального вреда, причиненного преступлением, на сумму 1 000000 рублей.

Обсуждая вопрос об исковых требованиях, заявленных потерпевшими, суд учитывает, что вина подсудимого в совершении преступления нашла свое подтверждение. При определении размера компенсации морального вреда, подлежащего выплате каждой из потерпевших, суд руководствуется положениями ст.ст. 151, 1099, 1100, 1101 ГК РФ и принимает во внимание степень вины ФИО17, его материальное положение, характер нравственных страданий потерпевших, степень родства, а также учитывает требования разумности и справедливости.

Суд находит обоснованными изложенные потерпевшей ФИО9. доводы о причиненных ей смертью единственного сына нравственных страданиях. Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащей взысканию в пользу ФИО9., учитывая вышеуказанные требования Закона, суд считает, что исковые требования потерпевшей в данной части подлежат частичному удовлетворению и определяет размер компенсации в размере 500 000 рублей.

Суд находит обоснованными изложенные потерпевшей ФИО11. доводы о причиненных ей смертью брата нравственных страданиях. Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащей взысканию в пользу ФИО11., учитывая вышеуказанные требования Закона, суд считает, что исковые требования потерпевшей подлежат частичному удовлетворению и определяет размер компенсации в размере 400 000 рублей.

Обсуждая вопрос об исковых требованиях потерпевшей ФИО9. о возмещении имущественного ущерба – расходов на погребение, суд, учитывая, что указанные расходы подтверждены финансовыми документами, представленными ФИО9 приходит к выводу о необходимости их удовлетворения и взыскании с ФИО17 60 363 рублей 90 копеек.

Обсуждая вопрос об исковых требованиях потерпевшей ФИО9. о возмещении имущественного ущерба – суммы в размере 137 487 рублей, затраченной на организацию поминок, суд, принимая во внимание, что указанный вред непосредственно преступлением не причинен и его совершением не обусловлен, считает необходимым в удовлетворении гражданского иска в этой части отказать.

Обсуждая вопрос об исковых требованиях потерпевшей ФИО9. о возмещении имущественного ущерба - суммы, затраченной на косметические услуги (бланк-заказ №), в размере 35 000 рублей, транспортные услуги (квитанция №), в размере 12 000 рублей, приобретение сопутствующих товаров (квитанция №), в размере 91 000 рублей, в общей сумме 138 000 рублей, суд приходит к выводу о необходимости произвести дополнительные расчеты, связанные с гражданским иском в этой части, требующие отложения судебного разбирательства. Принимая во внимание, что разрешение гражданского иска не влияет на решение суда о квалификации преступления, мере наказания и по другим вопросам, возникающим при постановлении приговора, суд считает необходимым признать за ФИО9 право на удовлетворение гражданского иска в части взыскания указанного имущественного ущерба и передать вопрос о размере его возмещения для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства.

Обсуждая вопрос о судьбе вещественного доказательства - футболки, суд считает, что она подлежит уничтожению.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 307, 308 и 309 УПК РФ, суд,

П Р И Г О В О Р И Л:

Признать ФИО17 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ и назначить ему наказание в виде лишения свободы сроком на 08 (восемь) лет с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Срок отбывания наказания ФИО17 исчислять с 27 июня 2019, зачесть в срок отбывания наказания время содержания под стражей – с 29 июля 2018 (с учетом времени задержания в порядке ст.ст. 91, 92 УПК РФ) до вступления приговора в законную силу, из расчета, установленного п. «а» ч. 3.1. ст. 72 УК РФ, один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Меру пресечения ФИО17 – заключение под стражей, оставить без изменения, отменив по вступлении приговора в законную силу.

Взыскать с ФИО17 в пользу ФИО9 в счет компенсации морального вреда 500 000 (пятьсот тысяч) рублей.

Взыскать с ФИО17 в пользу ФИО9 в счет возмещения имущественного ущерба 60 363 (шестьдесят тысяч триста шестьдесят три) рубля 90 (девяносто) копеек.

Признать за ФИО9 право на удовлетворение гражданского иска о взыскании имущественного ущерба - суммы, затраченной на косметические услуги (бланк-заказ №), транспортные услуги (квитанция №), приобретение сопутствующих товаров (квитанция №), и передать вопрос о размере его возмещения для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства.

В удовлетворении гражданского иска в части взыскания с ФИО17 суммы в размере 137 487 рублей, затраченной на организацию поминок, ФИО9 отказать.

Взыскать с ФИО17 в пользу ФИО11 в счет компенсации морального вреда 400 000 (четыреста тысяч) рублей.

Вещественные доказательства: серую футболку, хранящуюся при уголовном деле, уничтожить.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Ленинградский областной суд в течение 10 суток со дня провозглашения.

Судья: Хмелева М.А.