Решение № 2-735/2017 2-735/2017~М-609/2017 М-609/2017 от 6 ноября 2017 г. по делу № 2-735/2017

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

7 ноября 2017 года п. Чунский

Чунский районный суд Иркутской области в составе председательствующего судьи Качиной Г.М., при секретаре Танатиной И.В., с участием помощника прокурора Чунского района Дресвянской Е.С., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-735/2017 по иску ФИО1 к Муниципальному дошкольному общеобразовательному бюджетному учреждению детский сад № 1 р.п. Чунский о признании приказа об увольнении незаконным, о восстановлении на работе, о взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратилась в суд с иском к Муниципальному дошкольному общеобразовательному бюджетному учреждению детский сад № 1 р.п. Чунский о признании приказа об увольнении незаконным, о восстановлении на работе, о взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, пояснив, что она работает в МДОБУ детский сад № 1 с 6 мая 2005 года. Приказом № 128 от 6 мая 2005 года была принята на должность помощника воспитателя на 0,5 ставки и на 0,5 ставки швеи. Приказом № от 1 августа 2011 года переведена с должности швеи на должность уборщика служебного помещения. Работу швеи исполняла по совместительству. 6 мая 2015 года она была уволена с должности уборщика служебного помещения. Приказом №-лс от 13 августа 2015 года была вновь принята на должность уборщика служебного помещения. Согласно трудовому договору № от 20 августа 2015 года она работает уборщиком служебных помещений на 0,5 ставки. 27 июня 2017 года ей вручили уведомление о сокращении должности уборщика служебного помещения 0,5 ставки. 4 сентября 2017 года её уволили по сокращению. С приказом она была ознакомлена под роспись, но копию приказа ей не выдали. Считает, что увольнение её незаконно. Она убирала 251 квадратный метр помещения, второй уборщик ФИО22 – 500 квадратных метров. ФИО22 полностью не вымывала положенные площади – не мыла мастерские. После того, как у ФИО22 убрали часть площадей, которые та не мыла, произошло сокращение 0,5 ставки уборщика. Но, сократили ни ФИО22, у которой убрали невымываемые площади, а её, хотя вымываемые ею площади остались прежними. Работодатель отдал её ставку другому работнику. При увольнении ей предложили 0,5 ставки дворника, которая на тот момент не была свободной. Не предложили ей должность кухонного работника, хотя были свободны три ставки кухонного работника. ФИО12 ушла в отпуск с последующем увольнением. В это время была принята кухработником ФИО13. Не была предложена и должность кастелянши, хотя именно швея и кастелянша совмещены в других садах. Не предложили ей и должность помощника воспитателя, сославшись на то, что ранее на неё были жалобы от родителей. Но это произошло давно, и все было не так, как представила бывшая заведующая детсадом. При увольнении не учли, что у неё стаж работы в должности уборщика с 1 января 2011 года, у неё не было дисциплинарных взысканий. Кроме этого она живет одна, кроме себя ей рассчитывать не на кого. Предпенсионный возраст уменьшает её шансы куда-нибудь трудоустроиться. Считает, что заведующая могла перераспределить ставки. Ставку кастелянши убрать у прачек и принять её, так как это её специфика работы. Вторая уборщица ФИО22 имеет образование повар-кондитер, а её поставили уборщиком. Могли поставить кухработником. Но перевели туда ФИО13, которую даже не спросили, так как та безвольный человек. ФИО11 после уведомления о сокращении вышла замуж через два дня. Считает, что имеет место дискриминация: одних работников оставляют, не сокращают, поощряют, а её всего лишают, не дают возможности трудиться. Увольнением ей были причинены нравственные страдания. Все её родственники живут в <адрес>. Она хочет получать достойную зарплату. Она чувствует, что это незаконно, это ухудшает её жизнь. Считает, что её права постоянно нарушают. Просила признать приказ № от 4 сентября 2017 года об увольнении незаконным, восстановить её на работе в должности уборщика служебных помещений МДОБУ детский сад № 1 п. Чунский, взыскать средний заработок за время вынужденного прогула в размере 9728 рублей 190 копеек, компенсацию морального вреда в связи с увольнением в размере 50000 рублей, судебные расходы в сумме 500 рублей, связанные с изготовлением ксерокопий документов к исковому заявлению.

Представитель ответчика заведующая МДОБУ детский сад № 1 п. Чунский ФИО4 исковые требования не признала и пояснила, что 6 сентября 2005 года ФИО1 была принята на работу помощником воспитателя на 0,5 ставки и подсобного рабочего на 0,5 ставки. 1 июня 2006 года на основании приказа от 29 мая 2006 года № 83 ФИО1 переведена с должности 0,5 ставки воспитателя и 0,5 ставки подсобного рабочего кухни и на полную ставку помощника воспитателя. 1 октября 2007 года ФИО1 была переведена с должности помощника воспитателя на 0,5 ставки швеи и 0,5 ставки помощника воспитателя. 30 ноября 2007 года была уволена с должности помощника воспитателя по соглашению сторон и принята на должность швеи 0,5 ставки. Уволена с должности помощника воспитателя была в связи с тем, что от родителей поступило заявление о жестоком обращении с ребенком. 1 августа 2011 года ФИО1 была переведена с должности швеи на должность уборщика помещений. 6 мая 2015 года была уволена с должности уборщика служебных помещений, продолжала трудовую деятельность в качестве швеи на 0,5 ставки. Приказом № от 6 мая 2015 года должность швеи стала основным местом работы. 20 августа 2015 года ФИО1 была принята на 0,5 ставки на должность уборщика служебных помещений на условиях внутреннего совместительства. В связи с уменьшением количества образовательных услуг представляемых детским садом администрацией детского сада было принято решение о переукомплектовании групп, а именно сокращении количества групп. Было принято решение о сокращении количества групп с 11 на 9, что повлекло за собой сокращение штатных единиц. В связи с систематическим обращением ФИО1 в различные инстанции о том, что площади, закрепленные за вторым уборщиком служебных помещений полностью не вымываются, администрацией было принято решение о создании комиссии для замера убираемых площадей уборщиками служебных помещений в соотвествиии с установленными нормативами и определением необходимости содержания 1,5 штатных единиц уборщика служебных помещений. В ходе проверки было установлено, что площади мастерских 202,8 квадратных метров, вентиляционной 12 квадратных метров, складские помещения 96 квадратных метров не подлежат влажной уборке. Исходя из результатов проверки, суммирования убираемых площадей, которые составили 511 квадратных метров, что соответствует 1 ставке должности уборщика служебных помещений, было принято решение о выведении из штатного расписания 0,5 штатных единиц должности уборщика служебных помещений. Сокращение 0,5 ставки уборщика было совмещено с общим сокращением должностей по детскому саду. 15 июня 2017 года был издан приказ об исключении из штатного расписания ряда должностей, в том числе 0,5 ставки уборщика служебных помещений. Была создана комиссии по сокращению, в которую вошли председатель профсоюзной организации детсада ФИО9., пригласили председателя Чунского райкома профсоюза народного образования ФИО10., представителей отдела образования. 23 июня 2017 года состоялось заседание комиссии по сокращению, где рассматривался вопрос о преимущественном праве на оставление на работе работников, подлежащих сокращению. Комиссия пришла к выводу, что у ФИО11. - второго уборщика служебных помещений имеется преимущественное право на оставление на работе. ФИО11. на момент сокращения одна воспитывала несовершеннолетнего ребенка. Кроме этого, должность уборщика была основным местом работы ФИО11.. ФИО1 занимала должность уборщика по внутреннему совместительству, иждивенцев не имеет. 27 июня 2017 года ФИО1 было вручено уведомление об увольнении, в котором предупредили о предстоящем расторжении договора. ФИО1 расписалась в уведомлении. На момент проведения процедуры сокращения, вакантной должностью являлась должность дворника в размере 0,5 ставки. При сокращении ФИО1 была предложена свободная должность дворника, от данной должности ФИО1 отказалась. 4 сентября 2017 года ФИО1 была уволена по сокращению. С приказом об увольнении ФИО1 была ознакомлена под роспись. Считает, что порядок увольнения нарушен не был. Должности кухработника, кастелянши ФИО1 не предлагались, так как на момент увольнения данные должности не были вакантными. Должность кастелянши была разделена по 0,33 ставки между прачками, должность кухработника по 0,5 ставки между кухонными работниками, до принятия решения о сокращении. Кухработник ФИО12., уходя в очередной отпуск, не предупреждала администрацию о том, что будет увольняться. По окончании отпуска, 18 июля 2017 года ФИО12. было подано заявление об увольнении. Возникла производственная необходимость в скорейшем принятии на работу на 1,5 ставки кухонного работника, так как по графику в отпуск уходил второй кухработник. В связи с тем, что кухработник должен иметь медицинское заключение, то было принято решение о переводе на данную должность ФИО13., у которой были свежие результаты прохождения медосмотра. ФИО1 в это время была в отпуске, медосмотр не проходила. 3 сентября 2017 года уволился работник с должности помощника воспитателя. Должность помощника воспитателя ФИО1 не была предложена, так как ранее, работая помощником воспитателя, допустила жестокое обращение с ребенком. По данному факту имеются документы. ФИО1 была уволена с должности помощника воспитателя. Утверждения ФИО1 о том, что должны были сократить второго уборщика, а её оставить, так как забирали не вымываемые площади вторым уборщиком, не состоятельны, так как провели сокращение штатных единиц. Работники принимались на конкретную ставку, а не на определенный объект. В дальнейшем уже были распределены объекты, подлежащие уборке каждым уборщиком. ФИО1 были определены площади с учетом её пожеланий. И в соотвествиии с требованиями ФИО1 был сокращен объем убираемых площадей. Никакой дискриминации со стороны администрации в отношении ФИО1 не было. Каждое её заявление рассматривалось администрацией, комиссией по трудовым спором. За последнее время было несколько проверок различными контролирующими организациями. Нарушений трудовых прав ФИО1 не было выявлено. Считает, что требование ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда является не обоснованным, так как увольнение истца носило законный и обоснованный характер. Никакой дискриминации в отношении ФИО1 не было. Факт дискриминации ФИО1 не доказан. Просила требования ФИО1 оставить без удовлетворения в полном объеме.

Представитель ответчика ФИО5, действующая на основании доверенности, исковые требования ФИО1 не признала, поддержав доводы заведующей ФИО4, добавила, что на момент увольнения вакантной должности кухработника не было. На 1,5 ставки кухработника работала ФИО12, которая на момент проведения процедуры сокращения находилась в очередном отпуске. О том, что ФИО12 после окончания отпуска будет увольняться, никто не знал. ФИО12 администрацию об этом не ставила в известность. Перед выходом на работу, 18 июля 2017 года, ФИО12 поставила администрацию в известность, что не будет работать. Когда ФИО12 написала заявление об увольнении, ФИО1 была в отпуске. На пищеблок принимаются работники только с заключением медкомиссии. Второй кухрабочий уходил в отпуск. Нужен был рабочий. В это время ФИО13 была принята на работу помощником воспитателя. Так как ФИО13 только что прошла медицинское освидетельствование, то в связи с производственной необходимостью ФИО13, с согласия последней, была переведена на должность кухработника, которая освободилась после увольнения ФИО12. Человек, который принят постоянно на должность кастелянши, находится в декретном отпуске. На время декретного отпуска данная ставка распределена по 0,33 ставки между прачками. 16 декабря 2017 года заканчивается декретный отпуск, и работник выходит на работу. Считает, что сокращение было проведено с соблюдением законодательства. Никакой дискриминации в отношении ФИО1 не допускалось. Никакого морального вреда ФИО1 не было причинено. Просила требования ФИО1 оставить без удовлетворения в полном объеме.

Выслушав объяснения сторон, допросив свидетелей, исследовав материалы дела, заслушав заключение помощника прокурора Чунского района Дресвянской Е.С., полагавшей требования истицы не подлежащими удовлетворению, суд приходит к следующему.

Приказом № А-ЛС от 6 мая 2015 года ФИО1 принята на 0,5 ставки швеи как по основному месту работы.

Приказом №-ЛС от 28 августа 2015 года ФИО1 принята уборщиком служебных помещений 0,5 ставки по внутреннему совместительству.

20 августа 2015 года между МДОБУ детский сад №1 р.п. Чунский и ФИО1 был заключен трудовой договор, по которому работодатель предоставил ФИО1 должность уборщик служебных помещений на 0,5 ставки, работа является внутренним совмещением.

Приказом №-ЛС от 4 сентября 2017 года ФИО1 уволена с 0,5 ставки уборщика служебных помещений в связи с сокращением штата сотрудников, по ст. 81ч.2 ТК РФ, основание увольнения приказ от 15 июня 2017 года № О-113 «О приведении в соответствие штатного расписания», уведомление о предстоящем увольнении от 27 июня 2017 года.

В соответствии со ст.81 п.2 ТК РФ в случае сокращения численности или штата работников организации, трудовой договор может быть расторгнут работодателем.

Согласно ст.82ч.1 ТК РФ при принятии решения о сокращении численности или штата работников организации, индивидуального предпринимателя и возможном расторжении трудовых договоров с работниками в соответствии со ст. 81 ч.1 п.2 ТК РФ работодатель обязан в письменной форме сообщить об этом выборному органу первичной профсоюзной организации не позднее, чем за два месяца до начала проведения соответствующих мероприятий.

По смыслу ст.22 ч.1 абзаца 2 ТК РФ и правовой позиции, изложенной в п.10 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса РФ», работодатель самостоятельно под свою ответственность принимает необходимые кадровые решения. Право определять численность или штат работников принадлежит исключительно работодателю. Принятие решения об изменении структуры штатного расписания работников организации относится к прерогативе работодателя, который вправе расторгнуть трудовой договор в связи с сокращением численности или штата работников (ст.81ч.1 ТК РФ) при условии соблюдения законодательства и порядка увольнения.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, высказанной в Определении от 18 декабря 2007 года № 867-О-О, работодатель в целях осуществления эффективной деятельности организации и рационального управления имуществом вправе самостоятельно, под свою ответственность принимать необходимые кадровые решения (подбор, расстановка, увольнение персонала), обеспечивая при этом в соответствии с требованиями ст. 37 Конституции Российской Федерации, закрепленные трудовым законодательством гарантии трудовых прав работников. Принятие решения об изменении структуры, штатного расписания, численного состава работников организации относится к исключительной компетенции работодателя, который вправе расторгнуть трудовой договор с работником в связи с сокращением численности или штата работников организации, при условии соблюдения закрепленного Трудовым кодексом РФ порядка увольнения и гарантий, направленных против возможного произвольного увольнения.

Из системного толкования вышеприведенных правовых норм и правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации следует, что принятие решения об изменении штатного расписания, численного состава работников организации относится к исключительной компетенции работодателя. Трудовое законодательство не содержит норм, запрещающих работодателю производить сокращение штата организации, руководствуясь определенными им критериями. Поэтому суд не вправе входить в обсуждение вопроса целесообразности либо нецелесообразности сокращения штата. Не входит в компетенцию суда и оценка обоснованности сокращения численности или штата работников. Иное свидетельствовало бы о неправомерном ограничении права работодателя самостоятельно и под свою ответственность принимать необходимые кадровые решения по вопросу подбора и расстановки кадров.

Приказом от 15 июня 2017 года № О-113 «О приведении в соответствие штатного расписания» в связи с уменьшением количества потребителей, нуждающихся в образовательных услугах МДОБУ детского сада № 1 р.п. Чунский, сокращением количества групп, необходимостью приведения штатного расписания в соответствие с «Нормативами по определению численности персонала, занятого обслуживанием дошкольных учреждений (ясли, ясли-сад, детские сады)», утвержденными постановлением Минтруда Российской Федерации от 21 апреля 1993 года № 88 из организационной структуры учреждения выведены штатные единицы: с 16 июня 2017 года две ставки помощника воспитателя; с 1 сентября 2017 года: воспитатель в количестве 3,5 ставки, музыкальный руководитель в количестве 0,25 ставки, уборщик служебных помещений в количестве 0,5 ставки, грузчик в количестве 0,5 ставки.

С данным приказом были ознакомлены все работники учреждения, в том числе и ФИО1, что подтверждается её подписью от 16 июня 2017 года.

Факт сокращения численности работников учреждения подтвержден представленными штатными расстановками учреждения по состоянию на 1 января 2017 года, на 1 сентября 2017 года, на 5 сентября 2017 года, на 9 сентября 2017 года, приказом от 15 июня 2017 года № О-113 о внесении изменений в штатное расписание, из которого следует, что в связи с сокращением численности учреждения из организационной структуры исключена, в числе прочих, 0.5 ставки уборщика служебных помещений.

Ссылка истицы на то, что необходимость в выполнении работы по должности 0,5 ставки уборщика служебных помещений не отпала, и к уборке объектов привлекаются иные работники ответчика, не может служить основанием для вывода о том, что сокращение штата в действительности не имело место.

В соответствии со ст.81ч.1 ТК РФ при принятии решения о сокращении численности или штата работников организации, индивидуального предпринимателя и возможном расторжении трудовых договоров с работниками в соответствии с п. 2 ч.1 ст. 81 настоящего Кодекса работодатель обязан в письменной форме сообщить об этом выборному органу первичной профсоюзной организации не позднее чем за два месяца до начала проведения соответствующих мероприятий, а в случае, если решение о сокращении численности или штата работников может привести к массовому увольнению работников - не позднее чем за три месяца до начала проведения соответствующих мероприятий.

Как разъяснено в подп. "а", "в" п. 24 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», в случаях, когда участие выборного профсоюзного органа при рассмотрении вопросов, связанных с расторжением трудового договора по инициативе работодателя, является обязательным, работодателю надлежит, в частности, представить доказательства того, что при увольнении работника по п. 2 ч.1 ст. 81 Кодекса (сокращение численности или штата работников организации, индивидуального предпринимателя) были соблюдены сроки уведомления, установленные ч.1 ст.82 Кодекса, выборного органа первичной профсоюзной организации о предстоящем сокращении численности или штата работников организации, индивидуального предпринимателя, а также обязательная письменная форма такого уведомления.

В соответствии с правовой позицией, изложенной Конституционным Судом РФ в определении от 15 января 2008 года № 201-О-П, под моментом начала проведения мероприятий по сокращению численности или штата работников организации, предусмотренным ч. 1 ст. 82 ТК РФ, понимается момент начала увольнения работников, соответственно, с учетом вытекающих из Конституции РФ требований справедливого согласования прав и интересов работников с правами и интересами работодателей как сторон трудового договора на работодателя возлагается обязанность сообщить выборному органу в письменной форме о предстоящем сокращении численности или штата работников и возможном расторжении с ними трудовых договоров в соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 81 ТК РФ не позднее, чем за два месяца до начала увольнения работников.

Ответчиком с соблюдением требований ст.82 ч.1 ТК РФ 15 июня 2017 года направлено в первичный профсоюзный орган уведомление о предстоящем сокращении работников.

Судом установлено, что ФИО1 не является членом профсоюза. Данный факт подтвердила сама ФИО1, пояснив, что она вышла из профсоюза до процедуры сокращения.

Согласно ст. 180 ч.2 ТК РФ при проведении мероприятий по сокращению численности или штата работников организации работодатель обязан о предстоящем увольнении в связи с ликвидацией организации, сокращением численности или штата предупредить работников организации персонально и под роспись не менее чем за два месяца до увольнения.

Ответчиком, как того требует ст. 180 ч.2 ТК РФ, 27 июня 2017 года ФИО1 под роспись вручено уведомление о сокращении 0,5 штатной единицы должности уборщика служебных помещений.

Ст. 179 ТК РФ установлено, что при сокращении численности или штата работников преимущественное право на оставление на работе предоставляется работникам с более высокой производительностью труда и квалификацией (ч.1); при равной производительности труда и квалификации предпочтение в оставлении на работе отдается: семейным - при наличии двух или более иждивенцев (нетрудоспособных членов семьи, находящихся на полном содержании работника или получающих от него помощь, которая является для них постоянным и основным источником средств к существованию); лицам, в семье которых нет других работников с самостоятельным заработком; работникам, получившим в период работы у данного работодателя трудовое увечье или профессиональное заболевание; инвалидам Великой Отечественной войны и инвалидам боевых действий по защите Отечества; работникам, повышающим свою квалификацию по направлению работодателя без отрыва от работы (ч.2).

Часть 4 ст. 261 ТК РФ запрещает расторжение трудового договора по инициативе работодателя (кроме так называемых виновных оснований увольнения, предусмотренных п.1,5-8,10,11 ч.1 ст.81, 336 п.2 ТК РФ) со следующими лицами: с женщиной, имеющей ребенка в возрасте до 3 лет; с одинокой матерью, воспитывающей ребенка в возрасте до 14 лет или ребенка-инвалида в возрасте до 18 лет; с другим лицом, воспитывающим указанных выше детей без матери; с родителем (иным законным представителем ребенка), являющимся единственным кормильцем ребенка-инвалида в возрасте до 18 лет; с родителем (иным законным представителем ребенка), являющимся единственным кормильцем ребенка в возрасте до 3 лет в семье, воспитывающей трех и более малолетних детей, если другой родитель (иной законный представитель ребенка) не состоит в трудовых отношениях.

Приказом № от 15 июня 2017 года была утверждена комиссия по сокращению в составе: председатель - заведующая ФИО4, члены комиссии: заместитель заведующей ФИО15, воспитатель ФИО16, председатель профсоюзной организации ФИО9, заместитель начальника МКУ «Отдел образования администрации Чунского района» ФИО17, консультант по правовым вопросам МКУ «Отдел образования администрации Чунского района» ФИО18, ведущий специалист по правовой работе МКУ «Отдел образования администрации Чунского района» ФИО19, делопроизводитель ФИО20.

Из протокола заседания комиссии по сокращению от 23 июня 2017 года следует, что на комиссии присутствовали в качестве приглашенных методист по дошкольному образованию МКУ «Отдел образования администрации Чунского района» ФИО21, председатель Чунского райкома профсоюзов народного образования и науки РФ ФИО10. На комиссии решался вопрос о преимущественном праве на оставление на работе работников, подлежащих сокращению. Комиссия пришла к выводу, что преимущественное право на оставление на работе принадлежит ФИО11, так как ФИО11 имеет иждивенца, находящегося на полном содержании работника, а так же является одиноким родителем. Кроме того для ФИО1 работа в должности уборщика служебных помещений является работой по совместительству (основное место работы швея).

Указанный протокол подтверждает, что преимущественное право на оставление на работе имеет ФИО11. Согласно протоколу ФИО11 вдова, имеет на иждивении малолетнего ребенка, дополнительного источника дохода не имеет. Указанные обстоятельства подтверждены копией свидетельства о смерти ФИО3, копией свидетельства о рождении ФИО2, из которого следует, что отцом последнего является ФИО3. Как следует из приказа № от 20 августа 2015 года, ФИО1 принята уборщиком служебных помещений 0,5 ставки по внутреннему совместительству. Приказом № от 6 мая 2015 года переведена швей как по основному месту работы.

Свидетель ФИО20 пояснила, что ФИО1 работала по 0,5 ставки швеи по основной должности и по 0,5 уборщика помещений по внутреннему совместительству. В детском саду было сокращение. Администрацией было решено сократить несколько ставок, в том числе 0,5 ставки уборщика помещений. Была создана комиссия для рассмотрения вопроса о преимущественном праве на оставлении на работе. На комиссии рассматривались две кандидатуры ФИО1 и ФИО11. Комиссия решила, что у ФИО22 имеется преимущественное право, так как у ФИО22 малолетний сын на иждивении. У ФИО1 малолетних детей нет. ФИО1 замещает 0.5 ставки уборщика по внутреннему совместительству, а основная должность у ФИО1 – швея. Поэтому ФИО22 было отдано предпочтение. Когда ФИО1 была в должности уборщика, то ФИО1 высказывались замечания по состоянию убираемых площадей. ФИО1 не признавала замечания, отказывалась подписывать акты.

Свидетель ФИО9 пояснила, что она была председателем профкома в то время, когда проходила процедура сокращения в детском саду. Была создана комиссия по сокращению. Одним из членов комиссии была она. На комиссии рассматривался вопрос о преимущественном праве работников на оставление на работе. ФИО1 работает швеей, и работала уборщиком помещений на 0,5 ставки по совместительству. Администрацией было решено сократить 0,5 ставки уборщика, так как после проверки, которая была проведена по заявлению ФИО1, было установлено, что убираемая площадь составляет 511 квадратных метров, что по нормативу соответствует одной ставке уборщика. Комиссия решила, что преимущественное право имеет второй уборщик ФИО11, так как та воспитывает малолетнего ребенка одна, и это её основная работа. У ФИО1 основная работа – швея.

Свидетель ФИО11 пояснила, что она работала помощником воспитателя, но после того как ФИО46, замещающая должность уборщика уволилась, её перевели уборщиком помещений по состоянию здоровья. В настоящее время она вымывает 500 квадратных метров площади: которые мыла ФИО1 и те, что мыла она. Ранее за ней были закреплены мастерские, подвал. Там она не делала влажную уборку, только подметала. В настоящее время она подвал, мастерские не убирает. Сейчас она моет больше площадей, чем ранее. Она вдова, имеет на иждивении малолетнего ребенка, которого воспитывает одна. 30 июня 2017 года она вышла замуж.

Свидетель ФИО23 пояснила, что она секретарь комиссии по трудовым спорам. На комиссии рассматривался вопрос о сокращении по площади убираемых площадей. ФИО1 несколько раз обращалась в комиссию, что у неё объем вымываемых площадей больше, чем у второго уборщика. Была проверка, все соответствовало нормативам. В дальнейшем комиссией было проверено, какие площади вымываются. В результате проверки было установлено, что количество вымываемых площадей соответствует по норме 1 ставке уборщика. Поэтому администрацией было принято решение сократить 0,5 ставки уборщика. Она трижды входила в комиссию по проверке качества уборки объектов. Было выявлено, что ФИО1 не совсем качественно моет, составлялись акты, но ФИО1 бурно реагировала на замечания и не подписывала акты.

Тщательно исследовав данные доказательства, суд приходит к выводу об обоснованности принятого решения комиссией.

Оценивая представленные доказательства в совокупности по правилам ст. 67 ГПК РФ, суд приходит к обоснованному выводу о том, что ФИО1 на момент сокращения по сравнению с другим работником, являлась наиболее социально защищенной, а потому преимущественным правом на оставление на работе, предусмотренным ст. 179 ТК РФ, не обладала.

Согласно ст. 180ч.1 ТК РФ при проведении мероприятий по сокращению численности или штата работников организации работодатель обязан предложить работнику другую имеющуюся работу (вакантную должность) в соответствии с ч.3 ст. 81 настоящего Кодекса.

В силу положений ст.81ч.3 ТК РФ увольнение работника в связи с сокращением численности или штата работников организации, индивидуального предпринимателя допускается, если невозможно перевести работника с его письменного согласия на другую имеющуюся у работодателя работу (как вакантную должность или работу, соответствующую квалификации работника, так и вакантную нижестоящую должность или нижеоплачиваемую работу), которую работник может выполнять с учетом его состояния здоровья. При этом работодатель обязан предлагать работнику все отвечающие указанным требованиям вакансии, имеющиеся у него в данной местности. При решении вопроса о переводе работника на другую работу необходимо также учитывать реальную возможность работника выполнять предлагаемую ему работу с учетом его образования, квалификации, опыта работы.

Требования вышеуказанной нормы закона ответчиком были исполнены.

Истцу в уведомлении о предстоящем сокращении было указано о наличии вакантной должности дворника, от которой ФИО1 отказалась.

Утверждения ФИО1, что данная должность не была вакантной, опровергаются представленными тарификационными списками на 1 января 2017 года, на 1 сентября 2017 года.

Истица заявила, что ей не были предложены должности кастелянши, кухонного работника.

Как установлено в судебном заседании данные должности на момент увольнения не были вакантными.

Как следует из штатного расписания на 1 января 2017 года, тарификационного списка на 1 января 2017 года, из штатного расписания на 1 сентября 2017 года, тарификационного списка на 1 сентября 2017 года должность кастелянши была распределена по 0,33 ставки на прачек, должность кухработника распределена по 0,5 ставке между двумя кухработниками.

Свидетель ФИО24 пояснила, что она работает прачкой и по совместительству на 0,33 ставки кастеляншей. Кроме неё прачками работают еще двое и также совмещают по 0,33 ставки кастелянши. Кастеляншей она работает уже более полутора лет. На момент сокращения ФИО1 должность кастелянши не была свободна. Работник, замещающий должность кастелянши в настоящее время в декретном отпуске, выходит на работу в декабре этого года.

Утверждения истицы о том, что ей не предоставили должность кухработника, освобожденную после увольнения ФИО12, также не состоятельны.

Согласно приказу о предоставлении отпуска работнику №-ОЛ от 10 мая 2017 года ФИО12 кухонному рабочему и кухонному рабочему по внутреннему совместительству предоставлен отпуск с 5 июня 2017 года по 18 июля 2017 года на основании заявлений от 3 мая 2017 года. Из заявлений следует, что ФИО12 просит предоставить ей очередной отпуск.

Приказами от №-ЛС от 18 июля 2017 года, №-ЛС от 18 июля 2017 года ФИО12 была уволена с 18 июля 2017 года с должности кухонного работника и с 0,5 ставки кухонного работника.

Приказами №-ЛС, №-ЛС от 18 июля 2017 года на должность кухонного работника 1 ставка и кухонного работника на 0,5 ставки по совместительству была переведена ФИО13, замещающая должность помощника воспитателя на время ежегодного отпуска помощника воспитателя ФИО25.

Согласно приказам №-ОЛ от 19 июня 2017 года, №-ОЛ от 19 июня 2017 года ФИО1 замещающей 0,5 ставки швеи, 0,5 ставки уборщика помещений был предоставлен отпуск с 12 июля по 31 июля 2017 года.

Свидетель ФИО12 пояснила, что она работала в должности кухработника на 1,5 ставки. С 5 июня 2017 года ушла в отпуск. 19 июля 2017 года должна была выйти на работу. Однако 18 июля 2017 года написала заявление об увольнении, так как поняла, что не сможет дальше работать. Уходя в отпуск, она не писала заявление о предстоящем увольнении, думала, что выйдет на работу, но поняла, что не сможет работать. Получилось, что поставила администрацию перед фактом.

Свидетель ФИО13 пояснила, что она 6 июля 2017 года устроилась на работу помощником воспитателя на время отпуска помощника воспитателя ФИО48. 18 июля 2017 года она написала заявление о переводе на должность кухонного работника, так как в это время работник, замещающий данную должность уволился. С 19 июля 2017 года она стала работать на 1,5 ставки кухработника.

Таким образом, доводы истицы не состоятельны, поскольку работник, выполняющий трудовую функцию по совместительству, обладает равными правами с работником, выполняющим работу на постоянной основе.

Кроме того, должности временно свободные на период декретного отпуска работника, на период ежегодного отпуска не считаются вакантными, поэтому обязанности предлагать их ФИО1 у ответчика не было.

В судебном заседании ФИО1 пояснила, что на момент увольнения имелась вакантная должность помощника воспитателя, которую ей не предложили.

Представитель ответчика ФИО4 пояснила, что данная ставка открылась 3 сентября 2017 года в связи с увольнением работника. Однако данная ставка не была предложена ФИО1, так как ранее, замещая должность помощника воспитателя, ФИО1 допустила жестокое обращение с ребенком.

Данные утверждения подтверждаются тарификационными списками на 1 сентября 2017 года, на 5 сентября 2017 года, из которых следует, что на 1 сентября 2017 года вакантной должности помощника воспитателя не имеется, вакансия открылась на 5 сентября 2017 года.

Факт жестокого обращения с ребенком подтверждается заявлением родительницы ФИО26 от 26 ноября 2007 года, из которого следует, что последняя просит разобраться и принять меры к ФИО1, которая ударила по голове её сына. Из заявления 12 сотрудников детского сада следует, что они просят не ставить на группу помощником воспитателя ФИО1, так как та не выполняет обязанности помощника воспитателя, груба с детьми, зная детей и их родителей, рассказывает о всех неприятные истории, всех обсуждает, осуждает, не оказывает помощи воспитателям.

ФИО1 была уволена с должности помощника воспитателя приказом № от 30 ноября 2007 года.

Разрешая спор в части признания увольнения незаконным, незаконным сокращение численности или штата, восстановлении на работе, суд, дав оценку собранным по делу доказательствам в соответствии со ст. 67 ГПК РФ, и с учетом требований закона, приходит к достоверному выводу об отказе ФИО1 в данной части требований, поскольку у ответчика имелись основания для увольнения истицы по ст.81 ч.1 п.2 ТК РФ, установленный законом порядок увольнения по данному основанию был соблюден, с приказом о расторжении трудового договора по вышеуказанному основанию истец была уведомлена в установленные законом сроки, работодателем истцу были предложены вакантные должности от занятия которых истец отказалась, положения ст. 179 ТК РФ ответчиком нарушены не были. Работодателем рассматривался вопрос преимущественного права оставления на работе, что также подтверждено материалами дела.

Факт реального сокращения занимаемой истцом должности нашел подтверждение в процессе судебного разбирательства, и, более того, в силу положений действующего трудового законодательства, издание приказа о сокращении работников и проведение соответствующих мероприятий по сокращению штата работников относится к компетенции работодателя, как хозяйствующего субъекта, вследствие чего суд не вправе вмешиваться в вопросы расстановки кадров и законности изменения штатного расписания работодателем. Детский сад является самостоятельным юридическим лицом, в связи с чем, право руководителя на определение структуры и штата учреждения и вопросы, связанные с изменением структуры учреждения, штатной численности подлежат оценке исключительно работодателем.

Учитывая, что суд пришел к выводу об отказе в удовлетворении требований истца о признании увольнения незаконным, оснований для восстановления истца на работе, взыскания заработной платы за время вынужденного прогула, судебных расходов не имеется

Не подлежат удовлетворению и требования о взыскании компенсации морального вреда в порядке ст. 237 ТК РФ, так как основанием такой компенсации являются факты нарушения работодателем трудовых прав работника, неправомерные действия работодателя. Указанные обстоятельства в ходе рассмотрения дела не нашли своего подтверждения.

Ссылка в исковом заявлении о наличии признаков дискриминации при сокращении занимаемой истцом должности надлежащими доказательствами не подтверждена, в связи с чем суд находит ее несостоятельной.

В судебном заседании истицей так же не приведены факты её дискриминации.

С учетом положений ст. 8, 34 ч. 1, 35 ч. 1, 2 Конституции РФ и ст.22ч.1 абз.2 ТК РФ работодатель в целях эффективной экономической деятельности и рационального управления имуществом, самостоятельно, под свою ответственность принимает необходимые кадровые решения. Перевод работников на те, или иные должности, распределение свободных ставок является правом, а не обязанностью работодателя.

В связи с этим утверждения истицы об обязанности ответчика произвести перераспределение ставок, которые замещены работниками, находящимися в отпусках, с целью освобождения ставки для замещения данной ставки ею, являются несостоятельными.

Таким образом, в судебном заседании не установлено каких-либо данных о факте дискриминации истицы ни по одному из обстоятельств указанных в законе, в частности в ст. 1 Конвенции Международной организации труда «Относительно дискриминации в области труда и занятий» (Женева, 04.06.1958), в ст. 3 ТК РФ.

Следовательно, требования ФИО1 в части взыскания компенсации морального вреда в связи с её дискриминацией, удовлетворению не подлежат.

Руководствуясь ст. 194,198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 к Муниципальному дошкольному общеобразовательному бюджетному учреждению детский сад № 1 р.п. Чунский о признании приказа №-ЛС от 4 сентября 2017 года об увольнении незаконным, о восстановлении в должности уборщика служебных помещений Муниципального дошкольного общеобразовательного бюджетного учреждения детский сад № 1 р.п. Чунский, о взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Иркутский областной суд через Чунский районный суд в течение месяца.

Председательствующий