Апелляционное определение № 33-9715/2025 от 9 декабря 2025 г.

Судья Барышникова М.И.

Дело № 33-9715/2025

№ 2-1619/2025 (УИД 59RS0001-01-2025-002414-09)

Мотивированное
апелляционное определение

изготовлено 10.12.2025

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Пермь 4 декабря 2025 года

Судебная коллегия по гражданским делам Пермского краевого суда в составе:

председательствующего Журавлевой В.М.,

судей Сокоренко А.Ю., Калашниковой Е.А.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Шубиной А.О.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Б1., действующего также в интересах несовершеннолетней Б2., о взыскании компенсации морального вреда, убытков, по апелляционной жалобе Б1. на решение Дзержинского районного суда города Перми от 8 сентября 2025 года.

Заслушав доклад судьи Журавлевой В.М., изучив материалы дела, судебная коллегия

установила:

Б1., действующий в интересах несовершеннолетней дочери Б2., обратился в суд с иском к МАДОУ «Детский сад № **» г. Перми о взыскании денежных средств в размере 190 000 рублей, в том числе: убытки в размере 90 000 рублей, компенсация морального вреда в размере 100 000 рублей.

В обоснование исковых требований указав, что в ходе прокурорской проверки, проведенной по жалобе Б3., матери Б2., были выявлены следующие нарушения со стороны детского сада, изложенные в письме прокуратуры г. Перми от 25.05.2023 № **: «Приказ МАДОУ «Детский сад № **» 23.09.2022 № ** о недопущении ребёнка Б2. в дошкольную образовательную организацию не противоречит закону. Однако родители с указанным приказом надлежащим образом не были ознакомлены. По данному факту прокуратурой Дзержинского района г. Перми 22.05.2023 заведующей детского сада вынесено представление об устранении нарушений законодательства». Кроме того, в указанном письме прокуратуры также указано: «С целью соблюдения прав на дошкольное образование Вы, как законный представитель, не лишены возможности обратиться в департамент образования администрации города Перми для рассмотрения вопроса о переводе ребенка - Б2. при наличии свободных мест в детский сад города Перми, воспитанники которого привиты более 60-ти календарных дней назад». При этом ранее о такой возможности истцу никто не сообщал, в связи с чем имеется место ограничение (нарушение) конституционного права на бесплатное получение дошкольного образования. Кроме того, в письме прокуратуры Дзержинского района г. Перми от 20.06.2023 № ** указано: «Образовательным учреждением не были использованы все меры о надлежащем уведомлении законных представителей несовершеннолетнего о принятом в отношении него решении (приказе от 23.09.2022 № **), что нарушает права родителей ребенка на установленную законом возможность защищать права и законные интересы обучающегося. В связи с выявленными нарушениями закона прокуратурой района 22.05.2023 вынесено представление заведующей МАДОУ «Детский сад № **» (на рассмотрении). О результатах рассмотрения акта прокурорского реагирования Вам будет сообщено дополнительно». Во исполнение представления прокуратуры района от 25.05.2023 копия указанного приказа от 23.09.2022 № ** родителям Б2. была направлена лишь 28.06.2023 письмом МАДОУ «Детский сад № **» г. Перми от 28.06.2023 № **. Письмом прокуратуры Дзержинского района г. Перми от 06.09.2023 № ** им сообщили о результатах рассмотрения акта прокурорского реагирования: «В адрес прокуратуры района поступила информация по представлению прокуратуры, по результатам рассмотрения которого МАДОУ «Детский сад № **» г.Перми прияты меры по устранению нарушений, а также причин и условий, послуживших выявленным нарушениям, а именно заведующим издан приказ о назначении ответственного за информирование родителей (законных представителей) о каких-либо изменениях при посещении воспитанника дошкольного учреждения. О всех изменениях посещения воспитанников дошкольного учреждения родители (законные представители) будут информироваться в обязательном порядке». При этом в пункте 2 приказа от 23.09.2022 № ** указано: «Предложить родителям (законным представителям) альтернативные формы предоставления услуг (освоение образовательной программы через электронную платформу «Мобильное электронное образование»). Учитывая, что у детского сада отсутствовали объективные препятствия для направления родителям Б2. копии указанного приказа от 23.09.2022 №** сразу же после его вынесения, очевидно, что именно по вине детского сада в период с 23.09.2022 до 28.06.2023 (около 9 месяцев) Б2. была лишена возможности освоения образовательной программы через электронную платформу «Мобильное электронное образование» (в целях подготовки к школе). Для расчета размера убытков взята средняя стоимость оплаты услуг за час частного репетитора по подготовке к школе в г. Перми - это сумма не менее 500 рублей. Учитывая, что исходя из общедоступной информации, занятия с репетиторами, связанными с подготовкой к школе, составляют не менее 500 рублей за одно занятие, можно рассчитать примерный размер убытков. При этом в расчет берется минимальное (разумное) количество занятий, которые могла посещать Б2. в неделю (в месяц), а именно: 5 занятий в неделю или 20 занятий в месяц (5*4 недели), размер убытков, причиненных Б2. действиями (бездействием) детского сада, составляет 90 000 рублей (9 мес. *20 занятий*500 руб. = 90 000 рублей). Данные убытки возникли по вине детского сада, который надлежащим образом не сообщил родителям Даши о возможности освоения образовательной программы через электронную платформу «Мобильное электронное образование» (в целях подготовки к школе). Вышеизложенные неправомерные действия (бездействие) детского сада привели к тому, что Даша была лишена права получения образования дошкольного образования через электронную платформу «Мобильное электронное образование» в период с 23.09.2022 до 28.06.2023 (около 9 месяцев). При этом стоимость получения аналогичного образования у частных репетиторов в г. Перми за указанный период составляет 90 000 рублей. В связи с неправомерными действиями детского сада, изложенными в иске, Даше также был причинен моральный вред, выразившийся в нравственных страданиях, связанных с длительным отсутствием в детском саду (около 9 месяцев), с длительным расставанием со своими друзьями, а самое главное с неопределённостью того, сможет ли она ещё хотя бы раз пойти в детский сад перед школой и побывать на выпускном (01.09.2023 Б2. пошла в 1 класс). Согласно письма МАДОУ «Детский сад № **» г. Перми от 28.06.2023 № ** «в настоящее время срок прививочной кампании продлился до сентября 2023 года», то есть Б2. так и не смогла больше попасть в детский сад. При этом в пункте 1 Приказа от 23.09.2022 № ** указано: «В связи с отсутствием в детском саду возможности в предоставлении места в другой группе «непривитому» ребенку, не допускать Б2. дата рождения до образовательного процесса в дошкольном учреждении сроком на 60 дней. Срок отстранения может продлиться в связи с увеличением количества вакцинированных воспитанников». Вместе с тем, в нарушение правовой позиции, изложенной в письме прокуратуры Дзержинского района г. Перми от 20.06.2023 № **, детский сад не только своевременно не до вел до родителей Б2. приказ от 23.09.2022 № **, но и ни разу не уведомил о продлении сроков отстранения Б2. от посещения детского сада, что также просит учесть при определении размера морального вреда. Кроме того, добиться истцу приказа от 23.09.2022 № ** удалось только после длительной переписки с прокуратурой Дзержинского района г. Перми, прокуратурой г. Перми и прокуратурой Пермского края (обжалования действий детского сада) - период с февраля 2023 года до сентября 2023 года (около 7 месяцев), что также негативно сказалось на моральном состоянии Б2., так как она постоянно интересовалась тем, когда она сможет пойти в детский сад и пообщаться со своими друзьями. В итоге Б2. очень расстроилась, так как ей после 23.09.2022 не удалось больше пойти в детский сад перед школой и побывать на выпускном, а также из-за того, что по вине детского сада она была лишена права получения дошкольного образования через электронную платформу «Мобильное электронное образование» в период с 23.09.2022 до 28.06.2023 (около 9 месяцев). В данном случае, нравственные страдания причинены Б2. действиями (бездействием) детского сада посягающими на её личное неимущественное право - право на бесплатное получение дошкольного образования. Таким образом, в данном случае, истец полагает разумным и справедливым определить размер компенсации морального вреда - 100 000 рублей. При определении размера компенсации морального вреда истец просит суд также учитывать характер причиненных Б2. нравственных страданий, заключавшихся в негативных переживаниях Б2., испытывавшей в течение длительного времени - в период с 23.09.2022 до 28.06.2023 (около 9 месяцев) неопределенность своего положения из-за отказа ей в допуске в детский сад, несообщении причин, послуживших основанием к такому отказу приказ от 23.09.2022 № ** был направлен Детским садом в адрес родителей Б2. только 28.06.2023 во исполнение соответствующего представления прокуратуры Дзержинского района г. Перми от 22.05.2023), а также необходимости предпринимать родителям Б2. дополнительные усилия для восстановления нарушенного права путем неоднократного обращения в органы прокуратуры с жалобами на действия (бездействие) детского сада, кроме того, просит суд учитывать значимость сложившейся ситуации для Б2., нуждавшейся в получении дошкольного образования непосредственно перед школой (в том числе, через электронную платформу «Мобильное электронное образование»).

Решением Дзержинского районного суда города Перми от 08.09.2025 исковые требования удовлетворены частично. С муниципального автономного дошкольного образовательного учреждения «Детский сад № **» г. Перми в пользу Б1. взыскана компенсация морального вреда в размере 10000 рублей. В удовлетворении остальной части требований отказано. С муниципального автономного дошкольного образовательного учреждения «Детский сад № **» г. Перми в доход бюджета муниципального образования «город Пермь» взыскана государственная пошлина в размере 3000 рублей.

Истец Б1., не согласившись с постановленным решением, обратился с апелляционной жалобой об изменении решения как незаконного и необоснованного, вынесенного при неправильном применении норм процессуального права, указав, что суд первой инстанции не дал надлежащей правовой оценки доводам истца, изложенные в исковом заявлении, не указал мотивов, по которым отклонил их. Автор жалобы полагает, что доказана совокупность обстоятельств, являющихся основанием для привлечения ответчика к гражданско-правовой ответственности в виде взыскания в пользу Б1. убытков в размере 90000 рублей, компенсации морального вреда, отметив, что истцу в будущем необходимо будет обратиться к частным репетиторам для получения соответствующих образовательных услуг, планирует произвести данные расходы после рассмотрения дела и вступления решения суда в законную силу. Апеллянт полагает разумным определить ко взысканию компенсацию морального вреда в размере 100000 рублей, учесть при этом характер причиненных ребенку нравственных страданий. Заявитель жалобы отметил, что ответчик не представил в материалы дела письменные возражения на исковое заявление, тем самым признав исковые требования в полном объеме.

Прокуратурой Дзержинского района г. Перми представлены возражения на апелляционную жалобу истца, в которых просит решение суда первой инстанции оставить без изменения.

Лица, участвующие в деле, в суд апелляционной инстанции не явились, своих представителей не направили, извещены надлежащим образом.

Управлением Роспотребнадзора по Пермскому краю представлено заявление о рассмотрении дела в отсутствие своего представителя.

При указанных обстоятельствах в соответствии со статьями 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

Проверив законность и обоснованность постановленного судом решения в пределах доводов апелляционной жалобы (часть 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

В силу статьи 12 Гражданского кодекса Российской Федерации защита гражданских прав осуществляется путем возмещения убытков и компенсации морального вреда.

Согласно статье 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации, основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 настоящего Кодекса. Моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом. Компенсация морального вреда осуществляется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда.

Пунктом 1 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно пункту 2 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации при определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме (пункт 1 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.)

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

При определении размера компенсации морального вреда суду необходимо устанавливать, допущено причинителем вреда единичное или множественное нарушение прав гражданина или посягательство на принадлежащие ему нематериальные блага.

Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

В соответствии с положениями статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями пункта 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Судом первой инстанции установлено и следует из материалов дела, что Б1. и Б3. являются родителями Б2., дата рождения (л.д. 16).

23.09.2022 заведующим МАДОУ «Детский сад № **» г. Перми вынесен приказ № ** о недопущении Б2. до образовательного процесса в дошкольном учреждении сроком на 60 дней, в связи с отсутствием в детском саду возможности в предоставлении места в другой группе «непривитому» ребенку, родителям предложены альтернативные формы предоставления услуг (освоение образовательной программы через электронную платформу «Мобильное электронное образование») (л.д. 20).

08.02.2023 Б3. подана жалоба в прокуратуру Пермского края о проведении проверки (л.д. 33-35).

21.04.2023 подана повторная жалоба на ответ прокуратуры Дзержинского района г. Перми о принятии мер прокурорского реагирования, проведении повторной прокурорской проверки (л.д. 36-39).

Согласно ответу прокуратуры г. Перми от 25.05.2023 № ** на обращение Б3., приказ МАДОУ «Детский сад № **» 23.09.2022 № ** о недопущении ребёнка Б2. в дошкольную образовательную организацию не противоречит закону. Однако родители ребенка с указанным приказом надлежащим образом не были ознакомлены. По данному факту Прокуратурой Дзержинского района г. Перми 22.05.2023 заведующей детского сада вынесено представление об устранении нарушений законодательства. Кроме того, с целью соблюдения прав на дошкольное образование родители ребенка, как законные представители, не лишены возможности обратиться в департамент образования администрации города Перми для рассмотрения вопроса о переводе ребенка Б2. при наличии свободных мест в детский сад города Перми, воспитанники которого привиты более 60-ти календарных дней назад (л.д. 26-29).

28.06.2023 МАДОУ «Детский сад № **» г. Перми в адрес Б3. направлено письмо от № ** о направлении приказа об отстранении Б2. от посещения дошкольного учреждения с 23.09.2022 в связи с отказом ее родителей от всех видов медицинских вмешательств, так как согласно национальному календарю прививок в это время началась прививочная кампания во всех группах (л.д. 18-19, 20).

Согласно письму прокуратуры Дзержинского района г. Перми 20.06.2023 № **, о приказе от 23.09.2022 № ** Б3. была уведомлена устно по телефону, в письменном виде с приказом ознакомлена не была, почтой либо иным образом приказ не направлялся. Образовательным учреждением не были использованы все меры о надлежащем уведомлении законного представителя несовершеннолетнего о принятом в отношении него решении, что нарушает права родителей и ребенка на установленную законом возможность защищать права и законные интересы обучающегося. 25.05.2023 прокуратурой районы вынесено представление завещающей детского сада (л.д. 30-31).

Письмом прокуратуры Дзержинского района г. Перми от 06.09.2023 № ** Б3. сообщено о результатах рассмотрения акта прокурорского реагирования: «В адрес прокуратуры района поступила информация по представлению прокуратуры, по результатам рассмотрения которого МАДОУ «Детский сад № **» г. Перми прияты меры по устранению нарушений, а также причин и условий, послуживших выявленным нарушений, а именно заведующим издан приказ о назначении ответственного за информирование родителей (законных представителей) о каких-либо изменениях при посещении воспитанника дошкольного учреждения. О всех изменениях посещения воспитанников дошкольного учреждения родители (законные представители) будут информироваться в обязательном порядке» (л.д. 32).

Управлением Роспотребнадзора по Пермскому краю представлено заключение, согласно которого управление полагает, что реальный ущерб должен быть документально подтвержден (в том числе договор, заключенный с репетитором, чеки или иные документы подтверждающие расходы на обучение) (л.д. 55).

Проанализировав и оценив представленные доказательства в их совокупности, руководствуясь статьями 12, 151, 1099, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также разъяснениями, содержащимися в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», разрешая исковые требования Б1. о компенсации морального вреда, суд первой инстанции, принимая во внимание, что материалами дела установлен факт нарушения ответчиком закона, выраженный в не ознакомлении родителей ребенка с приказом образовательного учреждения надлежащим образом, пришел к выводу о наличии правовых оснований для частичного удовлетворения исковых требований Б1. о взыскании компенсации морального вреда.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд первой инстанции исходил из того, что каких-либо иных нарушений закона ответчиком, помимо несвоевременного ознакомления истца с приказом, из материалов дела не усматривается, наличие иных нравственных страданий истца либо ребенка в судебном заседании не подтверждено, в связи с чем исходя из требований разумности и справедливости соблюдения принципа баланса интересов сторон, пришел к выводу о взыскании с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда в сумме 10000 рублей, не усмотрев оснований для взыскания компенсации морального вреда в большем размере и удовлетворения иска в остальной части.

Разрешая исковые требования о возмещении убытков в размере 90000 рублей, суд первой инстанции, руководствуясь статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, принимая во внимание, что не представлено доказательств несения истцом расходов в связи с оказанием ребенку дополнительных образовательных услуг на сумму 90000 рублей, отказал в удовлетворении требований в данной части.

Суд первой инстанции отметил, что имеющиеся в материалах сведения о стоимости услуг репетитора не подтверждают несение истцом расходов.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции, поскольку они основаны на исследованных судом доказательствах, которым дана аргументированная правовая оценка. При этом мотивы, по которым суд пришел к указанным выводам, изложены в решении суда и являются обоснованными.

Доводы апелляционной жалобы истца Б1. повторяют его позицию в суде первой инстанции, данные доводы получили правовую оценку в решении, оснований не соглашаться с которой суд апелляционной инстанции не усматривает.

Вопреки доводам апелляционной жалобы истца, суд первой инстанции, учитывая изложенные выше обстоятельства дела, пришел к правильному выводу о том, что правовые основания для удовлетворения исковых требований о возмещении убытков отсутствуют, поскольку доказательств причинения истцу убытков на сумму 90000 рублей, материалы дела не содержат.

Как следует из надзорного (наблюдательного) производства № ** по жалобе Б3., законный представитель Б2., дата рождения, Б3. 24.06.2019 подписала отказ от видов медицинских вмешательств, в том числе от профилактических прививок, в данном отказе Б3. была предупреждена о том, что отказываясь от вакцинации против полиомиелита в дальнейшем при поступлении в ДДУ ее ребенок будет выводиться из группы сроком на 60 дней с момента проведения прививки другому ребенку.

В указанном надзорном производстве имеется объяснение заведующей МАДОУ «Детский сад №**» Г. от 06.2023 года, в котором она указывала о том, что родители Б2. устно были проинформированы о проведении вакцинации, в ноябре 2022 маме Б2. предлагалась иная группа подготовительная, подходящая по возрасту Б2. (6-7 лет). Законный представитель от посещения ее ребенком данной группы отказалась. С сентября 2022 по февраль 2023 возможность перевести Б2. в альтернативную группу отсутствовала.

Таким образом, при подписании отказа законный представитель Б2. 24.06.2019 была предупреждена о возможных последствиях, в том числе об отстранении ее ребенка от образовательного процесса в целях ее же безопасности. Кроме того, законному представителю предлагалась альтернативная группа для обучения, от которой законный представитель отказался.

Доводы апелляционной жалобы о том, что расходы на сумму 90000 рублей для оказания дочери услуг репетитора будут им произведены после рассмотрения дела по существу, что в силу пункта 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации являются убытками истца, судом апелляционной инстанции отклоняются как основанные на неправильном понимании норм материального права.

Согласно пункту 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии с пунктом 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

В силу пункта 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» при разрешении споров, связанных с возмещением убытков, необходимо иметь в виду, что в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которые это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Под реальным ущербом понимаются расходы, которые кредитор произвел или должен будет произвести для восстановления нарушенного права, а также утрата или повреждение его имущества (абзац второй пункта 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств».

Из приведенных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда вытекает, что применение такой меры гражданско-правовой ответственности, как возмещение убытков, допустимо при любом умалении имущественной сферы участника оборота.

Между тем исходя из буквального смысла пункта 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации и разъяснений, изложенных в пункте 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», допускается возмещение как непосредственно понесенных расходов, так и расходов, которые будут понесены в будущем. При этом будущие расходы требующей их стороны должны быть необходимыми и подтверждаться соответствующими расчетами, сметами и калькуляциями, а ответчик вправе представлять доказательства того, что расходы могут быть уменьшены.

Доводы апелляционной жалобы о том, что судом первой инстанции не принято во внимание то, что в убытки входят расходы, которые истец должен будет произвести в будущем, подлежат отклонению, поскольку необходимость несения истцом заявленных расходов в сумме 90000 рублей не доказана.

Как следует из материалов дела, в настоящее время несовершеннолетняя Б2. достигла возраста 9 лет. Из апелляционной жалобы усматривается, что Б2. пошла в первый класс 1 сентября 2023 года. Таким образом, в настоящее время необходимости в получении ребенком образовательных услуг в виде услуг репетиторов для подготовки к школе, не имеется.

Сам по себе факт непосещения ребенком образовательной организации, обращения истца в суд с настоящим иском при отсутствии доказательств необходимости несения истцом указанных расходов, не свидетельствует о взыскании с ответчика убытков.

Кроме того, суд апелляционной инстанции принимает во внимание тот факт, что законным представителям несовершеннолетней предлагалась альтернативная группа для посещения детского дошкольного учреждения, однако законный представитель от данной группы отказался.

Доводы апелляционной жалобы о несоответствии размера компенсации морального вреда требованиям разумности и справедливости, не являются основанием для отмены либо изменения судебного акта, поскольку в соответствии с пунктом 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред. По настоящему спору судом первой инстанции учтены все предусмотренные законом критерии определения размера компенсации морального вреда и заслуживающие внимания обстоятельства.

В пункте 25 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав.

Принимая во внимание характер физических и нравственных страданий, фактические обстоятельства дела, при которых причинен моральный вред, а также требования разумности и справедливости, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу о взыскании с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда в размере 10 000 рублей.

Доводы апелляционной жалобы о неверных выводах суда первой инстанции по исследованию и оценке доказательств, являются несостоятельными, сводятся к несогласию заявителя с оценкой представленных доказательств и не могут быть основанием для отмены постановленного судебного решения. В соответствии со статьей 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (часть 1).

Суд первой инстанции произвел оценку доказательств в соответствии со статьей 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, оснований соглашаться с доводами апелляционной жалобы о неверной оценке судом первой инстанции доказательств, у суда апелляционной инстанции не имеется.

Иные изложенные в апелляционной жалобе доводы фактически выражают несогласие истца с выводами суда, однако по существу их не опровергают, оснований к отмене или изменению решения не содержат, в связи с чем признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными.

Доводы, содержащиеся в апелляционной жалобе, не ставят под сомнение законность постановленного решения, а сводятся к несогласию истца с выводами суда об отсутствии правовых оснований для удовлетворения иска, направлены на переоценку установленных судом обстоятельств и основаны на неверном толковании норм материального права.

Предусмотренных статьей 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации оснований для отмены решения суда в апелляционном порядке не имеется.

Руководствуясь статьями 199, 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Дзержинского районного суда города Перми от 8 сентября 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу Б1. – без удовлетворения.

Председательствующий: подпись

Судьи: подписи