Апелляционное постановление № 22-7549/2023 22К-7549/2023 от 9 октября 2023 г. по делу № 3/1-34/2023

Судья Оврах В.Е. дело № 22-7549/2023


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Краснодар 10 октября 2023 года

Суд апелляционной инстанции по уголовным делам Краснодарского краевого суда в составе

Председательствующего Еремеевой А.Г.

При секретаре судебного заседания Кобзевой Т.Ю.

С участием прокурора Дегтярева М.А.

Адвоката Тишиной И.А.

Обвиняемого Б.

рассмотрел в открытом судебном заседании материал по апелляционной жалобе адвоката Тишиной И.А., действующей в интересах обвиняемого Б., на постановление Новокубанского районного суда от 28 сентября 2023 года, которым

Б., родившемуся .......... в ............, обвиняемому в совершении преступления, предусмотренного п. «з» ч.2 ст.111 УК РФ,

избрана мера пресечения в виде содержания под стражей на 1 месяц 6 суток, то есть до 1 ноября 2023 года.

Отказано в удовлетворении ходатайства обвиняемого и адвоката Тишиной И.А. об избрании Б. меры пресечения в виде домашнего ареста.

Заслушав доклад судьи Еремеевой А.Г., изложившей дело, доводы апелляционной жалобы, объяснения адвоката Тишиной И.А. и обвиняемого Б., поддержавших доводы жалобы об отмене постановления суда, мнение прокурора Дегтярева М.А. об оставлении судебного решения без изменения, суд апелляционной инстанции

установил:

постановлением Новокубанского районного суда от 28 сентября 2023 года Б., обвиняемому в совершении преступления, предусмотренного п. «з» ч.2 ст.111 УК РФ, избрана мера пресечения в виде содержания под стражей на 1 месяц 6 суток, то есть до 1 ноября 2023 года.

В апелляционной жалобе адвокат Тишина И.А., действующая в защиту интересов обвиняемого, просит постановление отменить как незаконное и необоснованное, избрать Б. меру пресечения в виде запрета определенных действий, либо в виде домашнего ареста.

В обоснование доводов указывает, что постановление суда не отвечает требованиям ч.4 ст.7 УПК РФ, и вынесено с нарушениями норм уголовно-процессуального закона. Судом не проверено, содержит ли ходатайство и приобщенные к нему материалы конкретные сведения, указывающие на причастность к совершенному преступлению именного этого лица, и не дал этим сведениям оценку, что противоречит позиции, изложенной в постановлении Пленума ВС РФ от 19.12.2013 г. №41.

Обвинение основано на показаниях свидетеля А., с которой у Б. сложились конфликтные отношения, что может свидетельствовать об оговоре обвиняемого.

Кроме того, в постановлении формально перечислены основания, предусмотренные ст.97 УПК РФ. Представленный материал не содержит сведений о том, что Б. намеревается скрыться от органов предварительного следствия и суда, может оказать воздействие на свидетеля, продолжить заниматься преступной деятельностью, иным образом воспрепятствовать установлению истины по уголовному делу. На момент объявления обвиняемого в розыск, Б. проживал в г.Санкт-Петербурге, куда уехал на заработки. Связь с родственниками не поддерживал. О нахождении в розыске узнал от матери по приезду в г.Армавир, незамедлительно обратился за юридической помощью к адвокату, самостоятельно явился в отдел полиции с целью выяснить, по какому поводу его разыскивают, где и был задержан. До задержания повестки и уведомления о вызове к следователю ему не направлялись и не вручались.

Суд формально подошел к рассмотрению ходатайства следователя об избрании меры пресечения, без учета реальных обстоятельств, при отсутствии доказательств его причастности, без учета данных о личности обвиняемого, который ранее не судим, по месту жительства характеризуется положительно, на учете у нарколога не состоит, работает не официально в г.Санкт-Петербурге водителем по перевозке грузов.

Кроме того, на момент задержания Б., следователю были представлены справка о наличии у обвиняемого тяжелых хронических заболеваний, препятствующих его содержанию в условиях ИВС и СИЗО. А к представленной следователем медицинской справке о том, что Б. может по состоянию здоровья содержаться в СИЗО, суду было необходимо отнестись критически, поскольку она содержит ошибки. Согласно справке военного комиссариата Новокубанского и Успенского районов Краснодарского края, Б. не годен к военной службе ввиду имеющихся заболеваний.

Просит учесть, что в оспариваемом постановлении не дана оценка доказательствам, представленным стороной защиты, а также доводам о возможности избрания Б. меры пресечения в виде домашнего ареста по месту его регистрации при наличии согласия собственника жилого помещения.

Возражения на жалобу не приносились.

Проверив материал, обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав стороны, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

На основании ч. 1 ст. 108 УПК РФ, заключение под стражу в качестве меры пресечения применяется по судебному решению в отношении подозреваемого или обвиняемого в совершении преступлений, за которые уголовным законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок свыше 3 лет при невозможности применения иной, более мягкой, меры пресечения.

Как видно из представленного материала, в производстве следователя следственного отдела ОМВД России по Новокубанскому району ФИО1 находится уголовное дело №12301030029000300, возбужденное 3 мая 2023 года в отношении Б. по признакам преступления, предусмотренного п. «з» ч.2 ст.111 УК РФ.

6 июня 2023 года Б. был объявлен в розыск и 27 сентября 2023 года задержан по подозрению в совершении преступления, предусмотренного п. «з» ч.2 ст.111 УК РФ, в порядке, предусмотренном ст.ст. 91-92 УПК РФ.

Из представленных материалов следует, что постановление следователя о возбуждении перед судом ходатайства об избрании меры пресечения в отношении Б. составлено с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства и представлено в суд по возбужденному уголовному делу, в период производства предварительного следствия в установленные законом сроки.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, суд первой инстанции в соответствии с положениями постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2013г. №41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста, залога и запрета определенных действий» (в ред. постановления от 11.06.2020 №7), ст.ст. 100 и 108 УПК РФ, убедился в достаточности данных об имевшем место событии преступления, и проверил обоснованность подозрений о причастности Б. к совершению инкриминируемого деяния, а также наличие оснований к его содержанию под стражей.

Суд первой инстанции, принимая решение об удовлетворении ходатайства следователя об избрании Б. меры пресечения в виде заключения под стражу, обоснованно исходил из того, что он обвиняется в совершении тяжкого преступления, наказание за которые предусмотрено в виде лишения свободы на срок до 10 лет, не работает, скрылся от органов предварительного следствия и постановлением следователя СО ОМВД России по Новокубанскому району от 06.06.2023 года был объявлен в розыск и задержан 27 сентября 2023 года. Указанные обстоятельства на первоначальных этапах производства по уголовному делу свидетельствуют о невозможности избрания иной, более мягкой меры пресечения, чем заключение под стражу, так как с учётом конкретных обстоятельств преступления, по которому Б. предъявлено обвинение и возможности назначения наказания в виде лишения свободы, а также данных о личности обвиняемого, нахождение его в розыске, имеются основания полагать, что находясь на свободе, опасаясь реального наказания в виде лишения свободы, он может вновь скрыться от органов предварительного следствия и суда, тем самым воспрепятствует производству по уголовному делу.

Изложенный вывод суда соответствует правовой позиции Верховного Суда РФ (п.21 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2013 №41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста, залога и запрета определенных действий» (в ред. постановления от 11.06.2020 №7), согласно которому на первоначальных этапах производства по уголовному делу тяжесть предъявленного обвинения и возможность назначения по приговору наказания в виде лишения свободы на длительный срок могут служить основанием для заключения подозреваемого или обвиняемого под стражу ввиду того, что он может скрыться от дознания и предварительного следствия.

Таким образом, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о невозможности избрания иной меры пресечения, не связанной с заключением под стражу, поскольку предоставленные следователем материалы, в обоснование заявленного ходатайства, содержат достаточные данные о том, что иная, более мягкая мера пресечения, в отношении обвиняемого будет неэффективна.

Учитывая конкретные обстоятельства и личность обвиняемого, принцип разумной необходимости в ограничении его права на свободу, суд апелляционной инстанции также не находит оснований для избрания обвиняемому иной меры пресечения, не связанной с содержанием под стражей, в том числе в виде запрета определенных действий и домашнего ареста. Выводы суда, положенные в основу решения, соответствуют требованиям закона. При этом суд апелляционной инстанции отмечает, что само по себе наличие жилого помещения, где обвиняемый может находиться под домашним арестом, не является единственным и безусловным основанием для принятия решения именно о такой мере пресечения.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, при решении вопроса об избрании Б. меры пресечения в виде содержания под стражей, судом приняты во внимание положения уголовно-процессуального закона, регулирующие разрешение ходатайства следователя, и в постановлении приведены конкретные фактические обстоятельства, на основании которых принято данное решение. Формального подхода при рассмотрении судом первой инстанции ходатайства следователя, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Довод жалобы о том, что обвиняемому не было известно об объявлении его в розыск, не уведомлении его о явке к следователю, является несостоятельным, поскольку после совершения преступления, Б. покинул место регистрации, как указано в жалобе адвоката и пояснениях обвиняемого Б. в судебном заседании, он уехал в г. Санкт Петербург, работал неофициально, связь с родственниками не поддерживал.

Довод адвоката о том, что суду необходимо было отнестись критически к справке врачебной комиссии ГБУЗ «Новокубанская Центральная больница» МЗ Краснодарского края, поскольку невозможно идентифицировать лицо, в отношении которого выдана справка, являются необоснованными, так как имеющиеся в справке на л.д. 76 ошибки в имени обвиняемого и в указании аббревиатуры изолятора временного содержания, являются описками, и не могут ставить под сомнения изложенные в ней сведения.

Оснований, предусмотренных ст. 110 УПК РФ для отмены или изменения действующей меры пресечения, судом не установлено и по материалам дела не имеется.

Сведений о наличии у Б. заболеваний, включенных в перечень тяжких заболеваний, препятствующих содержанию под стражей подозреваемых или обвиняемых в совершении преступлений, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации №3 от 14.01.2001 г., в ходе предварительного следствия по уголовному делу не установлено, суду стороной защиты не представлено.

Таким образом, постановление суда отвечает требованиям ч. 4 ст. 7 УПК РФ и является законным и обоснованным.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

постановил:

постановление Новокубанского районного суда от 28 сентября 2023 года, которым Б. избрана мера пресечения в виде содержания под стражей на 1 месяц 6 суток, то есть до 1 ноября 2023 года оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в Четвертый кассационный суд общей юрисдикции в порядке главы 47.1 УПК РФ.

Председательствующий