Апелляционное постановление № 10-164/2026 10-7128/2025 от 20 января 2026 г.

Дело № 10-164/2026 (10-7128/2025) судья Хакимова Д.Н.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ постановление

г. Челябинск 21 января 2026 года

Челябинский областной суд в составе судьи Иванова С.В.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Беленковым В.Н.,

с участием:

прокурора Шестакова А.А.,

осужденного ФИО1 и его защитника – адвоката Мухамедеева А.Х.

рассмотрел в открытом судебном заседании с использованием системы видеоконференц-связи уголовное дело по апелляционной жалобе осужденного на приговор Озерского городского суда Челябинской области от 16 октября 2025 года, которым

ФИО1, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, гражданин <данные изъяты>, не судимый, содержащийся под стражей по иному уголовному делу,

осужден по ч. 1 ст. 228 УК РФ к наказанию в виде ограничения свободы на срок 2 года с установлением ограничений и возложением обязанности, указанных в приговоре, и с применением меры уголовно-правового характера в виде конфискации мобильного телефона марки «Redmi», использованного при совершении названного преступления.

Заслушав выступления осужденного и его защитника, поддержавших доводы жалобы, и возражавшего против ее удовлетворения прокурора, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 признан виновным и осужден за незаконные приобретение и хранение без цели сбыта наркотического средства – метадона (фенадона, долофина) массой 0,24 грамма, то есть в значительном размере, совершенный 04 декабря 2024 года, совместно с ФИО10 в период до 15:40 в г. Озерске Челябинской области при обстоятельствах, приведенных в приговоре.

Самостоятельно в части осуждения ФИО10 приговор не обжалован.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО1 просит изменить приговор в части разрешения судом вопроса о вещественном доказательстве – принадлежащем ему мобильном телефоне марки «Redmi», считая, что таковой не являлся орудием преступления, а представляет собой «косвенное вещественное доказательство, в связи с чем просит его возвратить ему этот телефон.

Стороной обвинения приговор, в том числе по мотивам, влекущим ухудшение положения осужденного, не обжалован, в связи с чем проверка его законности и обоснованности осуществляется судом апелляционной инстанции с учетом положений ч. 1 ст. 389.24 УПК РФ.

Вывод о необходимости осуждения ФИО1 по итогам разрешения уголовного дела по существу суд апелляционной инстанции расценивает как соответствующий правильно установленным судом первой инстанции фактическим обстоятельствам, поскольку он базируется на совокупности относимых, допустимых и достоверных доказательств, достаточно подробный и убедительный анализ которых приведен в обжалуемом приговоре.

Проверка сведений об обстоятельствах, подлежащих доказыванию, осуществлена судом первой инстанции в соответствии с требованиями ст.ст. 85-88 УПК РФ и по существу сторонами не оспаривается.

Так, в заседании суда первой инстанции ФИО1 вину признал полностью, сообщив, что является наркозависимым, в связи с чем 04 декабря 2024 года он попросил ФИО10 для совместного с нею употребления приобрести наркотическое средство у ФИО6, на что ФИО10 согласилась, связалась с последней и договорилась о приобретении такового. Он встретился с ФИО10 у торгового центра, откуда они вместе пошли к месту «закладки», координаты которой поступили в сообщении на телефон последней. Они вместе нашли «закладку», он взял сверток, после чего были задержаны сотрудниками полиции, которым он сообщил о наличии при нем наркотического средства (т. 3, л.д. 129-132).

Об аналогичных обстоятельствах, согласующихся с показаниями ФИО1, пояснила в ходе судебного следствия и ФИО10, дав аналогичные показания об обстоятельствах совершении ими преступления (т. 3, л.д. 126-129).

Помимо признания вины ФИО1 и ФИО10, выводы суда о виновности олсужденного подтверждаются сообразующимися с ними доказательствами: показаниями свидетеля ФИО7 – начальника ОНК УМВД России по ЗАТО г. Озерск об обстоятельствах проведения оперативно-розыскного мероприятия «Наблюдение», в результате которого был задержан ФИО1 (т. 1, л.д. 80-82); свидетеля ФИО8 – сотрудника названного отдела об обстоятельствах задержания ФИО1 и проведения его личного досмотра, в ходе которого у последнего был изъят сверток из изоленты синего цвета (т. 1, л.д. 83-85); показаниями ФИО6 об обстоятельствах приобретения у нее «метадона» и размещения ею «закладки» с данным наркотическим средством (т. 1, л.д. 88-89).

Эти показания не противоречат содержанию рапортов сотрудников УМВД России по ЗАТО г. Озерск (т. 1, л.д. 41, 42, 43); протокола личного досмотра ФИО1, в ходе которого в левом кармане джинсовых брюк, надетых на последнем, обнаружен и изъят сверток из изоленты синего цвета (т. 1, л.д. 44); справки об исследовании содержащегося в нем вещества (т. 1, л.д. 53) и заключения эксперта (т. 1, л.д. 63-66), которыми установлены вид и масса изъятого наркотического средства; протокола проверки показаний на месте, в ходе которого ФИО1 детально рассказал, где и при каких обстоятельствах он приобрел наркотическое средство «метадон» (т. 1, л.д. 155-160); протоколам осмотра мобильных телефонов марок «Самсунг» и «Редми», детализации соединений между использующих их ФИО10 и ФИО1, а также видеозаписи с камеры видеодомофона (т. 1, л.д. 93-95, 235-239; т. 2, л.д. 4-6).

Данных, свидетельствующих о предвзятости кого-либо из указанных свидетелей при даче показаний, мотивов и признаков оговора ими осужденного, равно как и существенных противоречий в их пояснениях, которые повлияли или могли повлиять на выводы суда о виновности ФИО1, а равно о самооговоре последнего либо об оговоре его ФИО10, судом апелляционной инстанции не установлено, равно как и судом первой инстанции.

При этом суд не допустил при оценке доказательств отступления от правовой позиции Конституционного Суда РФ, исключающей восполнение показаний обвиняемого, в том числе, полученных в отсутствие адвокатов, посредством допросов как свидетелей сотрудников правоохранительных органов. Показаний, связанных с такого рода восполнением, в приговоре не приведено, поскольку ФИО1 обвинения в какой-либо части не отрицал, а закон не исключает для задержанных возможности делать заявления в присутствии сотрудников правоохранительных органов и понятых, в том числе и до возбуждения уголовного дела, и занесения их содержания в соответствующие протоколы. Дача показаний незаинтересованными лицами, привлеченными для удостоверения факта производства проверочных и следственных действий, их хода и результатов, также не противоречит требованиям закона, в том числе и в части фактов, непосредственно наблюдаемых ими в ходе осмотров мест происшествия, личных досмотров, а равно и в части заявлений участвующих лиц.

Вывод о значительном размере наркотического средства массой 0,24 грамма соответствует постановлению Правительства РФ от 01 октября 2012 года № 1002, предусматривающему нижнюю границу такового применительно к метадону (фенадону, долофину) в 0,2 грамма.

Сомнений во вменяемости ФИО1 с учетом выводов заключения экспертов № № от 10 февраля 2025 года (т.1, л.д. 202-205) не имеется.

В связи с этим каких-либо сомнений в доказанности виновности ФИО1 в совершении совместно с ФИО10 действий группой лиц по предварительному сговору действий, направленных на незаконные приобретение и хранение наркотического средства, по итогам рассмотрения уголовного дела в апелляционном порядке не имеется.

В соответствии с установленными в ходе судебного разбирательства фактическими обстоятельствами и с соблюдением требований ст. 252 УПК РФ суд первой инстанции правильно квалифицировал действия ФИО1 по ч. 1 ст. 228 УК РФ – как незаконные приобретение и хранение без цели сбыта наркотического средства в значительном размере.

Наличие в действиях ФИО1 всех обязательных признаков состава вмененного ему преступления в описательно-мотивировочной части приговора аргументировано судом первой инстанции с приведением мотивов, которые соответствуют смыслу уголовного закона, в том числе разъясненному в пп. 6 и 7 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 июня 2006 года № 14 «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с наркотическими средствами, психотропными, сильнодействующими и ядовитыми веществами».

При назначении наказания ФИО1 суд обоснованно и в соответствии с требованиями ст.ст. 6, 43 и 60 УК РФ учел характер и степень общественной опасности преступления, фактические обстоятельства его совершения подсудимым, данные о личности виновного, а также влияние назначенного наказания на его исправление и условия жизни его семьи.

Совершенное ФИО1 деяние является оконченным, отнесено к категории преступлений небольшой тяжести, направлено против здоровья населения.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание, в отношении ФИО1 суд первой инстанции надлежаще учел полное признание им своей вины, раскаяние в содеянном; <данные изъяты> ; активное способствование расследованию преступления в форме участия при проверке показаний на месте; активное способствование раскрытию иного преступления в сфере незаконного оборота наркотических средств, изобличению и уголовному преследованию иного лица в его совершении; <данные изъяты>.

Должным образом приведены в приговоре и учтены судом конкретные данные о личности осужденного, связанные с его семейным положением, характеристиками в быту и по месту работы, отсутствием судимости и иными юридически значимыми обстоятельствами.

Правильность установления и истолкования судом указанных данных о личности виновного, включая обстоятельства смягчающие наказание, стороной обвинения не обжалуются.

Иные обстоятельства, которые применительно к совершенному деянию и личности осужденного в данном случае должны были бы быть признаны смягчающими наказание в соответствии с чч. 1 и 2 ст. 61 УК РФ, судом апелляционной инстанции не усматриваются.

Совершение преступления группой лиц по предварительному сговору не является квалифицирующим признаком преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 228 УК РФ, а потому обосновано признано в качестве обстоятельства, отягчающего наказание ФИО1, на основании п. «в» ч. 1 ст. 63 УК РФ, вывод суда о чем надлежаще мотивирован.

Принимая во внимание отсутствие каких-либо исключительных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности содеянного, равно как и обстоятельств, связанных с целями и мотивами виновного, его поведением до и непосредственно после совершения преступления, оснований для применения по уголовному делу положений ст. 64 УК РФ при назначении наказания по ч. 1 ст. 228 УК РФ ФИО1 не установлено правильно, поскольку по смыслу закона, степень общественной опасности преступного деяния определяется именно конкретными обстоятельствами его совершения, в частности, способом, видом умысла, а также обстоятельствами, смягчающими наказание, относящимися к преступлению.

С учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, конкретных обстоятельств содеянного, а также данных о личности ФИО1 суд первой инстанции пришел к правильному выводу о наличии оснований для назначения ему наказания в виде ограничения свободы с установлением ограничений и возложением обязанности в соответствии со ст. 53 УК РФ. Каких-либо оснований для смягчения назначенного ФИО1 наказания не имеется, поскольку все заслуживающие внимания обстоятельства, известные суду на момент постановления приговора, были надлежащим образом учтены. Вид наказания применен судом с учетом положений ч. 1 ст. 56 УК РФ, его срок соразмерен характеру и степени общественной опасности совершенного преступления и личности осужденного и не является чрезмерно суровым.

Положения ч. 1 ст. 72.1 УК РФ правильно применены судом с учетом разъяснения, данного в п. 35.1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 июня 2006 года № 14 «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с наркотическими средствами, психотропными, сильнодействующими и ядовитыми веществами» и выводам приведенного выше заключения судебно-психиатрической экспертизы, согласно которой ФИО1 <данные изъяты> (т. 1, л.д. 205).

Вместе с тем судебное решение подлежит отмене в части применения конфискации мобильного телефона, принадлежащего ФИО1, а доводы его жалобы заслуживают внимания.

Так, в соответствии с требованиями ч. 1 ст. 389.17 УПК РФ основаниями отмены судебных решений в апелляционном порядке являются существенные нарушения уголовного и (или) уголовно-процессуального закона, повлиявшие на исход дела. При этом в силу ч. 4 ст. 7 УПК РФ, судебное решение должно быть законным, обоснованным и мотивированным, то есть постановленным в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и основанном на правильном применении уголовного закона.

Согласно положениям п. 1 ч. 3 ст. 81 УПК РФ орудия, оборудование или иные средства совершения преступления, принадлежащие обвиняемому, при вынесении приговора подлежат конфискации или передаются в соответствующие учреждения или уничтожаются. Равным образом, в соответствии с п. «г» ч. 1 ст. 104.1 УК РФ подлежат принудительному безвозмездному изъятию и обращению в собственность государства на основании обвинительного приговора орудия, оборудование или иные средства совершения преступления, принадлежащие обвиняемому. Вместе с тем, в соответствии с разъяснениями, содержащимися, в том числе, в п. 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 14 июня 2018 года № 17 «О некоторых вопросах, связанных с применением конфискации имущества в уголовном судопроизводстве», суд предоставляет сторонам в прениях и подсудимому в последнем слове возможность высказаться, в том числе по вопросу о возможной конфискации имущества.

Принимая во внимание особенности производства по настоящему уголовному делу, связанные с <данные изъяты> ФИО1, обуславливающим <данные изъяты>; отсутствие в обвинительном акте при описании инкриминируемого последнему преступления каких-либо указаний на его мобильный телефон как на орудие совершения преступления, позицию государственного обвинителя в прениях сторон, непосредственно указавшего на необходимость возвращения мобильного телефона марки «Редми» его собственнику – ФИО1 (т. 3, л.д. 136), суд апелляционной инстанции, приходит к выводу о том, что вопрос о конфискации названного имущества, принадлежащего осужденному, не был надлежащим образом обсужден в суде первой инстанции, поскольку ни подсудимому, ни его защитнику не была предоставлена возможность выразить отношение к возможному применению данной меры уголовно-правового характера, оснований оспаривать позицию стороны обвинения, просившей о возврате телефона подсудимому, не имелось, мнение ФИО1 и его защитника в стадии прений сторон не выяснялось, равно как и не разъяснялась председательствующим возможность высказаться по данному вопросу в последнем слове.

Таким образом, с учетом невыяснения судом первой инстанции факта осознания ФИО1 последствий в части применения судом конфискации имущества и его отношения к этому, учитывая правовую природу нормы уголовного закона о принудительном безвозмездном изъятии и обращении в собственность государства на основании обвинительного приговора имущества как меры уголовно-правового характера, которая связана с ограничением конституционного права граждан на частную собственность, допустимой при условии обеспечения возможности ее оспаривания при рассмотрении уголовного дела по существу, суд апелляционной инстанции усматривает в этой части существенное нарушение уголовно-процессуального закона, повлиявшее на исход дела в части конфискации названного сотового телефона, что влечет его отмену в части разрешения указанного вопроса с направлением данного вопроса на новое судебное рассмотрение в порядке гл. 47 УПК РФ.

Допущенные нарушения с учетом требований ч. 1 ст. 389.24 УПК РФ неустранимы судом апелляционной инстанции, поскольку касаются оспаривания правильности установления судом первой инстанции обстоятельств совершенного преступления в части использования названного сотового телефона как орудия преступления.

Согласно разъяснению, данному в абз. 2 п. 15 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 14 июня 2018 года № 17 «О некоторых вопросах, связанных с применением конфискации имущества в уголовном судопроизводстве» в случае отмены судебного решения в части вопросов о вещественных доказательствах и об ином имуществе, подлежащем конфискации с передачей уголовного дела в этой части на новое судебное разбирательство, данные вопросы подлежат разрешению в порядке, предусмотренном ст. 399 УПК РФ.

Иных нарушений норм уголовно-процессуального законодательства, влекущих необходимость отмены приговора или внесения в него изменений, допущенных в ходе предварительного расследования по делу и при его рассмотрении судом первой инстанции, не установлено.

Руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28 и 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Озерского городского суда Челябинской области от 16 октября 2025 года в отношении ФИО1 в части разрешения вопроса о судьбе вещественного доказательства – мобильного телефона марки «Redmi» (IMEI 1: №, IMEI 2: №) отменить и передать уголовное дело в этой части на новое судебное рассмотрение в порядке, предусмотренном ст. 397 УПК РФ, в тот же суд первой инстанции в ином составе суда.

В остальном этот же приговор оставить без изменения, частично удовлетворив апелляционную жалобу.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции путем подачи через суд первой инстанции кассационных жалоб или представления, соответствующих требованиям ст. 401.4 УПК РФ, в течение шести месяцев с момента его вынесения, а осужденным, содержащимся под стражей, – в тот же срок со дня вручения ему копии настоящего судебного решения.

В случае пропуска срока кассационного обжалования или отказа в его восстановлении кассационные жалоба, представление подаются непосредственно в суд кассационной инстанции и рассматриваются в порядке, предусмотренном ст. 401.10 – 401.12 УПК РФ.

При подаче кассационных жалоб, представления лица, участвующие в деле, вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Судья