Апелляционное определение № 2-70/2025 33-11043/2025 33-556/2026 от 27 апреля 2026 г.

Судья ФИО21 Дело № (2-70/2025)

25RS0№-78


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

28 апреля 2026 года <адрес>

Судебная коллегия по гражданским делам <адрес>вого суда

в составе: председательствующего ФИО22,

судей ФИО43, ФИО23,

при секретаре ФИО24,

рассмотрела в открытом судебном заседании по правилам производства в суде первой инстанции гражданское дело по иску прокурора <адрес> в интересах неопределенного круга лиц к ФИО13, ФИО17, ФИО15, ФИО8, ФИО1, ФИО12, ФИО10, ФИО16, ФИО2, Управлению Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по <адрес>, третьи лица, не заявляющие самостоятельные требования: администрация <адрес>, Инспекция по охране объектов культурного наследия <адрес>, Инспекция регионального строительного надзора и контроля в области долевого строительства <адрес>, ФИО3, ФИО4, ФИО5 и ФИО6 в лице законного представителя ФИО4, ФИО7 в лице законного представителя ФИО8, ФИО9 о признании постройки самовольной, признании права собственности отсутствующим, возложении обязанности,

Заслушав доклад судьи ФИО43, выслушав представителя истца – прокурора ФИО25, возражения ответчика ФИО8, представителя ответчика ФИО13 – ФИО29, представителя ФИО42, представителя ФИО2 – ФИО30, пояснения представителя администрации <адрес> – ФИО26, представителя Инспекция по охране объектов культурного наследия <адрес> – ФИО27, судебная коллегия

у с т а н о в и л а:

прокурор <адрес> обратился в суд с названным иском в интересах неопределенного круга лиц, указав, что при проведении проверки прокуратурой установлено, что многоквартирный жилой дом, расположенный по адресу: <адрес>, отнесен к объектам культурного наследия регионального значения «Жилой дом лейтенантского состава Тихоокеанского флота». Постановлением <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ объект принят на государственную охрану. ДД.ММ.ГГГГ администрацией <адрес> ФИО28 было выдано разрешение на реконструкцию чердачного пространства (устройство мансарды) указанного здания на основании постановления администрации Владивостока № о реконструкции объектов муниципальной собственности, срок действия разрешения до ДД.ММ.ГГГГ ДД.ММ.ГГГГ на основании договора на реализацию инвестиционного проекта по комплексной реконструкции объекта муниципальной собственности от ДД.ММ.ГГГГ, дополнительного соглашения о внесении изменений и дополнений от ДД.ММ.ГГГГ, акта готовности от ДД.ММ.ГГГГ, представленных ФИО28, Управлением Росреестра по <адрес> произведена государственная регистрация права собственности ФИО28 в отношении объекта недвижимости - объект незавершенного строительства (мансардный этаж над жилым домом), готовностью 28%. На основании акта приемки в эксплуатацию законченного строительством объекта от ДД.ММ.ГГГГ без номера, помещений мансардного этажа были образованы помещения с кадастровыми номерами ФИО57, ФИО67, ФИО46, ФИО85. Администрацией <адрес> разрешение на ввод объекта капитального строительства в эксплуатацию не выдавалось. Согласно предоставленным Инспекцией регионального строительного надзора и контроля в области долевого строительства <адрес> сведениям, за указанным № от ДД.ММ.ГГГГ проведена учетная запись акта приемки в эксплуатацию законченного строительством объекта «Гаражи с эксплуатируемой кровлей», расположенного по адресу: <адрес> знамени, <адрес>, застройщиком которого являлось ГСК «Ясный». Полагает, что спорный объект капитального строительства – мансардный этаж <адрес> в <адрес>, был введен в эксплуатацию при отсутствии действующего разрешения на строительство и отсутствии акта, подтверждающего соответствие реконструированного объекта проектной документации, а также с нарушениями требований градостроительных норм, положений Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 73-ФЗ «Об объектах культурного наследия (памятниках истории и культуры) народов Российской Федерации», в связи с чем, является самовольной постройкой и подлежит приведению в соответствие с установленными законом требованиями.

В окончательной редакции исковых требований прокурор просил суд признать постройку в виде помещений (мансарды) здания, расположенного по адресу: <адрес>, с кадастровыми номерами: ФИО58, ФИО68, ФИО47, 25:28:010016:957, 25:28:010016:980, 25:28:010016:959, 25:28:010016:961, 25:28:010016:956, 25:28:010016:960 самовольной постройкой; признать право собственности на указанные объекты отсутствующим; снять с кадастрового учета указанные объекты; возложить на собственников названных объектов обязанность привести объект, в первоначальное состояние, в котором здание находилось до момента начала проведения строительных работ.

В судебном заседании истец настаивал на исковых требованиях по доводам и основаниям, изложенным в иске и уточненных исковых требованиях.

Представитель ответчика ФИО15, ФИО14 – ФИО42, представитель ФИО13, ФИО41 – ФИО29, ответчик ФИО8 возражали против удовлетворения исковых требований по доводам и основаниям, изложенным в письменных возражениях.

Представитель администрации <адрес> настаивала на удовлетворении исковых требований.

Иные ответчики, третьи лица, в судебное заседание не явились, уведомлены о рассмотрении дела надлежащим образом, об уважительности причин неявки суд не уведомили, дело рассмотрено на основании положений ст. 167 ГПК РФ в их отсутствие.

Решением Ленинского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в удовлетворении исковых требований отказано.

Прокурор не согласился с вынесенным решением, подав апелляционное представление, в котором просит решение отменить, исковые требования удовлетворить.

Представителем ФИО15 – ФИО42 поданы возражения на апелляционную жалобу, в которых просит решение оставить без изменения, жалобу без удовлетворения.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам <адрес>вого суда от ДД.ММ.ГГГГ, решение оставлено без изменения.

Определением судебная коллегия по гражданским делам Девятого кассационного суда общей юрисдикции от ДД.ММ.ГГГГ указанные судебные акты отменены, дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Решением Ленинского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам <адрес>вого суда от ДД.ММ.ГГГГ, исковые требования оставлены без удовлетворения.

Определением судебной коллегии по гражданским делам Девятого кассационного суда общей юрисдикции от ДД.ММ.ГГГГ апелляционное определение отменено, дело направлено на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.

Определением от ДД.ММ.ГГГГ судебная коллегия по гражданским делам <адрес>вого суда перешла к рассмотрению дела по правилам производства в суде первой инстанции. К участию в деле в качестве соответчиков привлечены ФИО11, ФИО2

Прокурор в судебном заседании суда апелляционной инстанции ДД.ММ.ГГГГ уточнил исковые требования, просил суд:

признать постройку в виде помещений (мансарды) здания, расположенного по адресу <адрес> с кадастровыми номерами ФИО59, ФИО69, ФИО48, ФИО84 – самовольной постройкой.

Признать право собственности ответчиков на принадлежащие им помещения отсутствующим; снять с государственного кадастрового учета объекты недвижимости с кадастровыми номерами ФИО60, ФИО70, ФИО49, 25:28:010016:957, 25:28:010016:980, 25:28:010016:959, ФИО79, расположенные по адресу: <адрес>.

Обязать собственников объектов недвижимости с кадастровыми номерами ФИО61, ФИО71, ФИО50, 25:28:010016:957, 25:28:010016:980, 25:28:010016:959, ФИО80, расположенных на мансардном этаже по адресу <адрес> - ФИО1, ФИО8, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО2 привести указанный объект в первоначальное состояние, в котором здание находилось до проведения строительных работ по возведению мансардного этажа <адрес> в <адрес>.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции прокурор уточненные исковые требования поддержал по доводам и основаниям, изложенным в исковом заявлении, уточненных исковых требованиях.

Ответчик ФИО8 возражал против удовлетворения исковых требований, пояснив, что жилое помещение было им приобретено на законных основаниях.

Представитель ответчиков - ФИО42 возражал против удовлетворения исковых требований, поддержал доводы возражений.

Представитель ответчика ФИО13 – ФИО29 возражала против удовлетворения исковых требований, заявила о применении срока исковой давности.

Представитель ответчика ФИО2 – ФИО30 возражала против исковых требований, поддержала доводы письменных возражений.

Представители администрации <адрес>, Инспекции по охране объектов культурного наследия <адрес>, в судебном заседании суда апелляционной инстанции не возражали против удовлетворения исковых требований, полагали, что имеются законные основания для их удовлетворения. Представитель Инспекции по охране объектов культурного наследия <адрес> представил заключение о соответствии историческому облику объекта культурного наследия регионального значения «Жилой дол лейтенантского состава Тихоокеанского флота», расположенного <адрес>.

Иные ответчики, третьи лица, в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились, о времени и месте слушания по делу были уведомлены надлежащим образом по адресам регистрации, ходатайств об отложении дела слушанием либо о рассмотрении дела в их отсутствие в адрес судебной коллегии не направили.

Информация о дате, времени и месте рассмотрения дела размещена в установленном Федеральным законом от ДД.ММ.ГГГГ N 262-ФЗ "Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в Российской Федерации" порядке на сайте <адрес>вого суда. С учетом изложенного, а также руководствуясь ст. ст. 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия признала возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся участников процесса.

Судебная коллегия, изучив материалы дела, исследовав и оценив представленные доказательства по делу в их совокупности, выслушав явившихся лиц, пришла к следующему.

Конституция Российской Федерации, гарантируя каждому право на доступ к культурным ценностям, обязывает заботиться о сохранении исторического и культурного наследия, беречь памятники истории и культуры (статья 44).

В порядке реализации указанных конституционных требований принят Федеральный закон от ДД.ММ.ГГГГ N 73-Ф3 "Об объектах культурного наследия (памятниках истории и культуры) народов Российской Федерации", обеспечивающий сохранение, использование, популяризацию и государственную охрану объектов культурного наследия в интересах настоящего и будущего поколений многонационального народа Российской Федерации.

Государственная охрана объектов культурного наследия (памятников истории и культуры) является одной из приоритетных задач органов государственной власти Российской Федерации, органов государственной власти субъектов Российской Федерации и органов местного самоуправления (абзац четвертый).

Имущественные отношения, возникающие при сохранении, использовании, популяризации и государственной охране объектов культурного наследия (памятников истории и культуры) народов Российской Федерации, регулируются гражданским законодательством Российской Федерации с учетом особенностей, установленных данным федеральным законом (пункт 3 статьи 2).

Согласно ст.3 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ №73-ФЗ «Об объектах культурного наследия (памятниках истории и культуры) народов Российской Федерации» к объектам культурного наследия (памятникам истории и культуры) народов РФ в целях настоящего Федерального закона относятся объекты недвижимого имущества (включая объекты археологического наследия) и иные объекты с исторически связанными с ними территориями, произведениями живописи, скульптуры, декоративно-прикладного искусства, объектами науки и техники и иными предметами материальной культуры, возникшие в результате исторических событий, представляющие собой ценность с точки зрения истории, археологии, архитектуры, градостроительства, искусства, науки и техники, эстетики, этнологии или антропологии, социальной культуры и являющиеся свидетельством эпох и цивилизаций, подлинными источниками информации о зарождении и развитии культуры.

Объекты культурного наследия, включённые в реестр, выявленные объекты культурного наследия подлежат государственной охране в целях предотвращения их повреждения, разрушения или уничтожения, изменения облика и интерьера (в случае, если интерьер объекта культурного наследия относится к его предмету охраны), нарушения установленного порядка их использования, незаконного перемещения и предотвращения других действий, могущих причинить вред объектам культурного наследия, а также в целях их защиты от неблагоприятного воздействия окружающей среды и от иных негативных воздействий (п.1 ст.33 Федерального закона «Об объектах культурного наследия (памятниках истории и культуры) народов Российской Федерации»).

В соответствии с пунктами 1 - 2 статьи 33 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 73-ФЗ «Об объектах культурного наследия (памятниках истории и культуры) народов Российской Федерации», объекты культурного наследия, включенные в реестр, подлежат государственной охране, которая включает в себя, в том числе проведение историко-культурной экспертизы; установление ответственности за осуществление действий, повлекших изменение предмета охраны данного объекта культурного наследия; согласование проектной документации, необходимой для проведения работ по сохранению объекта культурного наследия; выдачу в случаях и порядке, установленных настоящим Федеральным законом, задания на проведение работ по сохранению объекта культурного наследия и разрешения на проведение работ по сохранению объекта культурного наследия; утверждение отчетной документации о проведении работ по сохранению объекта культурного наследия.

В соответствии со ст.40 Федерального закона «Об объектах культурного наследия (памятниках истории и культуры) народов Российской Федерации» сохранение объекта культурного наследия – меры, направленные на обеспечение физической сохранности и сохранение историко-культурной ценности объекта культурного наследия, предусматривающие консервацию, ремонт, реставрацию, приспособление объекта культурного наследия для современного использования и включающие в себя научно-исследовательские, изыскательские, проектные и производственные работы, научное руководство проведением работ по сохранению объекта культурного наследия, технический и авторский надзор за проведением этих работ (п.1). Изменение площади и (или) количества помещений объекта культурного наследия или его частей возможно исключительно путём проведения предусмотренных настоящим Федеральным законом работ по сохранению объекта культурного наследия (п.3).

Согласно ст.45 Федерального закона «Об объектах культурного наследия (памятниках истории и культуры) народов Российской Федерации» работы по сохранению объекта культурного наследия, включённого в реестр, или выявленного объекта культурного наследия проводятся на основании задания на проведение указанных работ, разрешения на проведение указанных работ, выданных органом охраны объектов культурного наследия, указанным в п.2 настоящей статьи, проектной документации на проведение работ по сохранению объекта культурного наследия, включённого в реестр, или выявленного объекта культурного наследия, согласованной соответствующим органом охраны объектов культурного наследия, указанным в п.2 настоящей статьи, а также при условии осуществления технического, авторского надзора и государственного контроля (надзора) в области охраны объектов культурного наследия за их проведением (п.1). Выдача задания на проведение работ по сохранению объекта культурного наследия, включённого в реестр, или выявленного объекта культурного наследия, разрешения на проведение работ по сохранению объекта культурного наследия, включённого в реестр, или выявленного объекта культурного наследия, согласование проектной документации на проведение работ по сохранению объекта культурного наследия осуществляются региональным органом охраны объектов культурного наследия – в отношении объектов культурного наследия федерального значения (за исключением отдельных объектов культурного наследия федерального значения, перечень которых утверждается Правительством РФ), объектов культурного наследия регионального значения, выявленных объектов культурного наследия (пп.2 п.2).

Статьей <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ №-КЗ «Об охране объектов культурного наследия (памятников истории и культуры) народов Российской Федерации на территории <адрес>», признанного утратившим силу со дня вступления в силу <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ №-КЗ «Об охране объектов культурного наследия (памятников истории и культуры) народов Российской Федерации на территории <адрес>», было установлено, что собственник или пользователь объекта культурного наследия регионального значения, обращаясь с заявлением с целью получения задания на проведение работ по сохранению данного объекта обязан обосновать необходимость проведения работ по сохранению объекта культурного наследия, указывать цели и предполагаемый объём работ. После получения задания на проведение работ по сохранению объекта культурного наследия его собственник (пользователь) готовит задание на разработку проектной документации на проведение работ по сохранению объекта культурного наследия, которое необходимо согласовать с уполномоченным органом. И только после рассмотрения и согласования проектной документации на проведение работ по сохранению объекта культурного наследия уполномоченный орган выдаёт собственнику (пользователю) объекта культурного наследия письменное разрешение на производство работ по сохранению этого объекта с учётом требований федерального законодательства и при наличии положительного заключения государственной историко-культурной экспертизы.

Пунктом 1 ст.47.3 Федерального закона «Об объектах культурного наследия (памятниках истории и культуры) народов Российской Федерации» установлен запрет на проведение работ, изменяющих предмет охраны объекта культурного наследия либо ухудшающих условия, необходимые для сохранности объекта культурного наследия.

Согласно п.2 ст.48 Федерального закона «Об объектах культурного наследия (памятниках истории и культуры) народов Российской Федерации» собственник жилого помещения, являющегося объектом культурного наследия, включённым в реестр, или частью такого объекта, обязан выполнять требования к сохранению объекта культурного наследия в части, предусматривающей обеспечение поддержания объекта культурного наследия или части объекта культурного наследия в надлежащем техническом состоянии без ухудшения физического состояния и изменения предмета охраны объекта культурного наследия.

Как установлено судом и следует из материалов дела, жилой <адрес> в <адрес>, отнесен к объектам культурного наследия регионального значения «Жилой дом лейтенантского состава Тихоокеанского флота», включен в реестр, регистрационный №.

Объект принят на государственную охрану постановлением <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ № «О дополнительном включении вновь выявленных на территории <адрес> объектов, представляющих культурную ценность, в государственный список недвижимых памятников истории и культуры местного (краевого) значения».

Оформлен паспорт объекта культурного наследия. (т.1 л.д. 234)

Приказом Департамента культуры <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ № утверждено охранное обязательство объекта культурного наследия регионального значения (памятник) (т.1 л.д. 240-243); Приказом Инспекции по охране объектов культурного наследия <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ № утверждено охранное обязательство объекта культурного наследия регионального значения. (т.1 л.д. 235-239)

В соответствии с положениями пп. 1 п. 1 ст. 5.1 указанного Закона, в границах территории объекта культурного наследия, на территории памятника или ансамбля запрещаются строительство объектов капитального строительства, увеличение объемно-пространственных характеристик существующих на территории памятника или ансамбля объектов капитального строительства; проведение земляных, строительных, мелиоративных и иных работ, за исключением работ по сохранению объекта культурного наследия или его отдельных элементов, сохранению историко- градостроительной или природной среды объекта культурного наследия.

Согласно части 3 статьи 56.1 Закона N 73-Ф3 охранные обязательства, содержащие требования в отношении многоквартирного дома в целом и общего имущества многоквартирного дома, все жилые помещения которого находятся в частной собственности, подлежат выполнению всеми собственниками помещений в многоквартирном доме либо по решению общего собрания собственников помещений в многоквартирном доме, принятому не менее чем двумя третями голосов от общего числа голосов собственников помещений в многоквартирном доме, управляющей организацией, товариществом собственников жилья либо жилищным кооперативом или иным специализированным потребительским кооперативом, осуществляющими управление многоквартирным домом.

Несмотря на то, что понятие реконструкции объекта культурного наследия законом не предусмотрена, при возникновении такого спора применяются нормы о самовольной постройке, с учетом особенностей охранных обязательств в отношении объекта культурного наследия.

Понятие самовольной постройки закреплено в положении пункта 1 статьи 222 Гражданского кодекса Российской Федерации, самовольной постройкой является здание, сооружение или другое строение, возведенные или созданные на земельном участке, не предоставленном в установленном порядке, или на земельном участке, разрешенное использование которого не допускает строительства на нем данного объекта, либо возведенные или созданные без получения на это необходимых в силу закона согласований, разрешений или с нарушением градостроительных и строительных норм и правил, если разрешенное использование земельного участка, требование о получении соответствующих согласований, разрешений и (или) указанные градостроительные и строительные нормы и правила установлены на дату начала возведения или создания самовольной постройки и являются действующими на дату выявления самовольной постройки.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 44 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при применении норм о самовольной постройке» самовольной признается постройка при наличии хотя бы одного из следующих признаков: возведение (создание) на земельном участке, не предоставленном в установленном порядке; возведение (создание) на земельном участке, разрешенное использование которого не допускает строительства на нем данного объекта на дату начала его возведения и на дату выявления постройки; возведение (создание) без получения на это необходимых в силу закона согласований, разрешений, если требование о получении соответствующих согласований, разрешений установлено на дату начала возведения и является действующим на дату выявлений постройки; возведение (создание) с нарушением градостроительных и строительных норм и правил, если такие нормы и правила установлены на дату начала возведения постройки и являются действующими на дату ее выявления.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 44 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при применении норм о самовольной постройке" положения статьи 222 Гражданского кодекса Российской Федерации регулируют отношения, связанные с самовольным возведением (созданием) зданий, сооружений, отвечающих критериям недвижимого имущества вследствие прочной связи с землей, исключающей их перемещение без несоразмерного ущерба назначению этих объектов (абзацы первый, третий п. 1 ст. 130, п. 1 ст. 141.3 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Истец вправе представлять доказательства того, что лицо, осуществившее самовольное строительство, действовало недобросовестно, поскольку знало или могло знать о наличии ограничений, несмотря на отсутствие в ЕГРН соответствующей информации (п. 22 постановления Пленума N 44).

ДД.ММ.ГГГГ было принято Постановление администрации <адрес> № о реконструкции объектов муниципальной собственности, которым было разрешено проведение реконструкции объекта с постройкой мансардного этажа по адресу <адрес>. (т.2 л.д.202)

ДД.ММ.ГГГГ, то есть после принятия Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 73-Ф3 "Об объектах культурного наследия (памятниках истории и культуры) народов Российской Федерации", устанавливающего императивный запрет на осуществление строительства в пределах определенной ст. 5.1 Закона об объектах культурного наследия территории, администрацией <адрес> ФИО28 выдано разрешение № на строительство - реконструкцию чердачного пространства (устройство мансарды) здания по адресу: <адрес>, на основании постановления администрации <адрес> № о реконструкции объектов муниципальной собственности. Срок действия разрешения - до ДД.ММ.ГГГГ. (т.3 л.д.154)

Согласно архивной выписке из журнала регистрации актов ввода в эксплуатацию законченных строительством объектов на территории <адрес> Инспекции градостроительства и архитектуры <адрес> (№ с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ) (т.2 л.д. 48, 53, 54), актом приемки от ДД.ММ.ГГГГ введен в эксплуатацию законченный строительством объект в результате реконструкции - чердачное пространство (устройство мансарды в жилом доме) по адресу <адрес>, общая площадь 68,4 кв.м., жилая площадь 46,5 кв.м. Собственник ФИО28

ДД.ММ.ГГГГ на основании договора на реализацию инвестиционного проекта по комплексной реконструкции объекта муниципальной собственности от ДД.ММ.ГГГГ № ИП-28/2002, дополнительного соглашения о внесении изменений и дополнений от ДД.ММ.ГГГГ, акта готовности ДД.ММ.ГГГГ, управлением Росреестра по <адрес> на основании заявления ФИО28 от ДД.ММ.ГГГГ произведена государственная регистрация права собственности ФИО28 в отношении объекта недвижимости - объект незавершенного строительства (мансардный этаж над жилым домом), готовность 28%, по адресу: <адрес>, кадастровый №, в то время как актом приемки от ДД.ММ.ГГГГ введен в эксплуатацию законченный строительством объект в результате реконструкции - чердачное пространство (устройство мансарды в жилом доме) общей площадью 68,4 кв.м., жилой площадь 46,5 кв.м. над квартирой 15 по указанному адресу.

В дальнейшем ФИО28 совершались гражданско-правовые сделки по отчуждению долей в праве собственности в отношении указанного объекта с КН 25:28:010016:795 и были зарегистрированы права (доли в праве общей долевой собственности) физических лиц в отношении объекта.

Из принятых в эксплуатацию актом приемки законченного строительством объекта от ДД.ММ.ГГГГ (выдан администрацией <адрес>) помещений мансардного этажа были образованы помещения с кадастровыми номерами ФИО62, ФИО72, ФИО51, 25:28:010016:957, 25:28:010016:980, 25:28:010016:959, 25:28:010016:961, 25:28:010016:956, 25:28:010016:960. В отношении образованных помещений были первоначально зарегистрированы права собственности сторон соглашения о выделе доли в праве общей долевой собственности на объект недвижимого имущества от ДД.ММ.ГГГГ. (т.1 л.д. 33-35)

Обращаясь в суд с настоящими исковыми требованиями прокурор ссылался на то, что Актом приемки в эксплуатацию законченного строительством объекта – устройство мансардного этажа от ДД.ММ.ГГГГ, приемочная комиссия в составе: представителя заказчика - ФИО31, генерального директора подрядчика ООО «Академстрой» - ФИО32, начальника отдела УГПН ФИО33, руководителя Роспотребнадзора по <адрес> – ФИО37, начальника инспекции ГАСИ – ФИО34, генерального проектировщика ООО «Арх. Мастерская ФИО18» - ФИО35, зам. руководителя Государственной инспекции труда в <адрес> – ФИО36, комиссия приняла объект – мансардный этаж над жилым домом, расположенный по адресу <адрес>.

Вместе с тем, в ходе проведение проверки по материалу КУСП № ОП № УМВД России по <адрес>, ФИО37 и ФИО38 в своих объяснениях от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ указали, что данный акт не подписывали. (т.1 л.д. 40,41)

Согласно справки эксперта отделения по обслуживанию территории ОП № ЭКО УМВД России по <адрес> об исследовании от 08.0.2021 № (т.1 л.д. 42,43) подпись и расшифровка подписи от имени ФИО36, изображения которых расположено на копии акта приемки в эксплуатацию законченного строительством объекта от ДД.ММ.ГГГГ, выполнены не ФИО36 Расшифровка подписи от имени ФИО37, изображение которых расположены на копии акта приемки в эксплуатацию законченного строительством объекта от ДД.ММ.ГГГГ, выполнены не ФИО37

Согласно ответу МКУ «Архив <адрес>» от ДД.ММ.ГГГГ № в документах архивного фонда «Комитет по архитектуре и градостроительству мэрии города» за 2006 год акт приемки в эксплуатацию законченного строительством объекта (устройство мансардного этажа) от ДД.ММ.ГГГГ, на который ссылаются ответчики, не значится. Разрешение на ввод законченного реконструкцией объекта администрацией <адрес> не выдавалось.

Согласно информации предоставленной Инспекцией регионального строительного надзора и контроля в области долевого строительства <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ №, в журнале регистрации Актов ввода в эксплуатацию законченных строительством объектов на территории <адрес> за № от ДД.ММ.ГГГГ проведена учетная запись Акта приемки в эксплуатацию законченного строительством объекта «Гаражи с эксплуатируемой кровлей», расположенного по адресу <адрес>, пр-кт Красного Знамени, 82-84, застройщиком которого являлось ГСК «Ясный». (т.1 л.д. 32)

Кроме того, согласно вышеуказанному журналу регистрации, в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ включительно регистрация какого-либо акта приемки в эксплуатацию законченного строительством объекта по <адрес> в <адрес> не производилась.

Согласно уведомлениям Управления Росреестра по <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, имеющимся в материалах гражданского дела, по заявлениям ФИО41, ФИО13 ДД.ММ.ГГГГ исправлена техническая ошибка в Едином государственном реестре прав: а именно, в качестве основания для регистрации права добавлен «Акт приемки в эксплуатацию законченного строительством объекта (реконструкция чердачного пространства (устройство мансарды) от ДД.ММ.ГГГГ №, выдавший орган: Администрация <адрес>. Объекты недвижимости: КН 25:28:010016:960.

Проверяя доводы ответчиков о том, что основанием для завершения строительства и сдачи в эксплуатацию помещений мансардного этажа является Акт от ДД.ММ.ГГГГ № приемки в эксплуатацию законченного строительством объекта - реконструкция чердачного пространства (устройство мансарды) по адресу <адрес> (т.2 л.д. 53, 53а), который представлен ответчиками суду, судебной коллегией установлено.

Согласно информации Управления Росреестра по <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, государственная регистрация права собственности на объект незавершенного строительством (мансардный этаж над жилым домом) готовностью 28% по адресу <адрес> ФИО28 произведена на основании: Акта готовности, выданного ФГУП «Ростехинвентаризация» по <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ (т.2 л.д. 129), согласно которому, готовность мансардного этажа над жилым домом на ДД.ММ.ГГГГ составляет 28%, площадь объекта по наружным размерам (исключая часть <адрес>) составляет 1406,9 кв.м., Акта приемки в эксплуатацию законченного строительством объекта – реконструкция чердачного пространства (устройство мансарды) по адресу <адрес> (без указания рукописным текстом – КВ. 15) (т.2 л.д. 53,53а), на данный акт также ссылаются ответчики в судебном заседании возражая против требований прокурора.

Вместе с тем, в материалах регистрационного дела <адрес> по указанному адресу имеется Акт приемки в эксплуатацию законченного строительством объекта от ДД.ММ.ГГГГ №, выданный администрацией <адрес> (т.2 л.д.133-136), который имеет рукописную запись: реконструкция чердачного пространства (устройство мансарды) по адресу <адрес>, то есть данный акт содержит указание – <адрес>.

При визуальном сравнении представленных актов, судебной коллегией установлено, что Акты датированы одним числом – ДД.ММ.ГГГГ, имеют разночтения относительно общей площади по проекту, Акт – Реконструкция чердачного пространства (устройство мансарды) по адресу <адрес> содержит сведения общей площади по проекту 136,7, фактическая 136,7, жилая 87,1, фактическая 87,1, в то время как Акт - Реконструкция чердачного пространства (устройство мансарды) по адресу <адрес> (без указания номера квартиры) содержит сведения общей площади по проекту 1040,7, фактически 1040,7.

В графе Решение приемочной комиссии, предъявленный к приемке объект в Акте – Реконструкция чердачного пространства (устройство мансарды) по адресу <адрес> имеется рукописная запись: Реконструкция чердачного пространства (устройство мансарды) по адресу. Владивосток, <адрес>, а в Акте - Реконструкция чердачного пространства (устройство мансарды) по адресу <адрес> имеется рукописная запись: Реконструкция чердачного пространства (устройство мансарды) по адресу <адрес>, то есть без указания <адрес>.

Кроме того, представлена ответчиками Архивная выписка ГКУ ГАПК от ДД.ММ.ГГГГ №-тем (т.2 л.д. 48) из журнала регистрации актов ввода в эксплуатацию законченных строительством объектов на территории <адрес> Инспекции Госархстройнадзора Департамента строительства и архитектуры <адрес>, согласно которой, под № в наименовании объекта указано: Реконструкция чердачного пространства (устройство мансарды), адрес <адрес>. Показатели: Sобщ=68,4, Sж=46,5.

Анализируя представленные доказательства, судебная коллегия пришла к выводу, что Акт приемки в эксплуатацию законченного строительством объекта от ДД.ММ.ГГГГ №, выданный администрацией <адрес> (т.2 л.д.133-136), был выдан на ввод в эксплуатацию <адрес> после ее реконструкции с присоединением части чердачного пространства (мансарды), иные акты, как датированные 2004 годом, так и 2006 годом, не выдавались, что следует из ответов администрации <адрес>.

<адрес> ДД.ММ.ГГГГ (т.4 л.д. 178,179) в адрес начальника ОП № УМВД России по <адрес> для организации проверки и принятия процессуального решения в порядке ст. 144-145 УПК РФ был направлен Акт приемки в эксплуатацию законченного строительством объекта (реконструкция чердачного пространства (устройство мансарды) от ДД.ММ.ГГГГ №, который был представлен ФИО41, ФИО13 в Управление Росреестра по <адрес> для исправления технической ошибки в едином государственном реестре прав на недвижимое имущество, в качестве основания для регистрации права на принадлежащее им помещение, выданный администрацией <адрес> (т.4 л.д.177), а именно, представленный ответчиками акт в регистрационном деле <адрес> в <адрес> имеется копия акта приемки в эксплуатацию законченного строительством объекта – реконструкция чердачного пространства (устройство мансарды) от ДД.ММ.ГГГГ №, выданного администрацией <адрес>, то есть с реквизитами полностью идентичными реквизитам акта, представленного ответчиками в материалы настоящего гражданского дела.

ДД.ММ.ГГГГ в КУСП ОП № УМВД России по <адрес> за №, по результатам рассмотрения направленного прокурором сообщения, зарегистрирован рапорт заместителя начальника ОД ОП № УМВД России по <адрес> ФИО39 по факту обнаружения признаков подделки акта приемки в эксплуатацию законченного строительством объекта (реконструкция чердачного пространства (устройство мансарды) от ДД.ММ.ГГГГ №, который был представлен ФИО41, ФИО13 в Управление Росреестра по <адрес> для исправления технической ошибки в едином государственном реестре прав на недвижимое имущество, в качестве основания для регистрации права, выданный администрацией <адрес>, который приобщен к материалам уголовного дела №.

ДД.ММ.ГГГГ на основании поступивших сообщений о преступлении, зарегистрированных в КУСП № от ДД.ММ.ГГГГ, №, КУСП № от ДД.ММ.ГГГГ, поступившее в дежурную часть ОП № УМВД России по <адрес>, возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ст. 327 ч.3 УК РФ. (т.4 л.д. 180)

Принимая во внимание изложенное и конкретные обстоятельства по делу, судебной коллегией установлено, что в архиве уполномоченного органа в области охраны объектов культурного наследия <адрес> отсутствуют исходно-разрешительная документация, оформленная в соответствии с требованиями Закона на проведение работ по возведению мансарды жилого дома, а именно: задание на проведение работ по техническому обследованию и разработке научно-проектной документации; научно-проектная документация по сохранению и приспособлению для современного использования объекта культурного наследия, оформленная в соответствии с требованиями закона; положительное заключение государственной историко-культурной экспертизы, заключение государственной экспертизы проектной документации, обосновывающей возможность проведения работ по возведению мансарды на объекте культурного наследия; акт приёмки выполненных работ на согласование не предоставлялся. (т.2 л.д.147)

Таким образом, реконструкция объекта культурного наследия - жилого <адрес> в <адрес>, путем надстройки мансарды, является самовольной, поскольку проведена в отсутствие действующего разрешения на строительство на объекте культурного наследия и в отсутствие акта ввода в эксплуатацию реконструированного объекта культурного наследия, подтверждающего соответствие реконструированного объекта проектной документации, так и требованиям закона, предъявляемым к осуществлению строительных работ на объекте культурного наследия.

Доводы ответчиков об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований сделаны без учета установленного положениями ст. 5.1 Закона об объектах культурного наследия, императивного запрета на осуществление строительства в пределах определенной указанным законом территории, основания для преодоления такого запрета законом не предусмотрены.

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ №-КГ24-61-К1, вопросы возможности сохранения возведенных с нарушением данного запрета объектов и соразмерность применения такого способа защиты как возложение обязанности по сносу объектов последствиям нарушения, правового значения для разрешения настоящего спора не имеют.

В данном случае, юридически значимым обстоятельством по делам, связанным с самовольной постройкой, является не только соблюдение конечных параметров самовольно возведенного объекта предъявляемым законом к такому роду строениям и требованиям, но и соблюдение процедуры его возведения, также факта того, что лицо, осуществившее постройку, знало или могло знать о наличии ограничений.

Из представленных суду письменных доказательств следует, что жилой <адрес> в <адрес> внесен в Реестр объектов культурного наследия с 1996 года, о чем не могло быть не известно собственникам жилых помещений данного дома, однако указанные выше требования закона при реконструкции объекта не были соблюдены.

Кроме того, из заключения судебной экспертизы ООО «Спецтехнологии», проведенной по настоящему гражданскому делу следует, что в результате работ по реконструкции чердачного помещения, на объекте памятника культурного наследия изменились конфигурация здания, этажность здания, конфигурация крыши, ее назначение, конструктивное исполнение, увеличилась высота конька стропильных конструкций, в мансардном этаже образовались дополнительные помещения, используемые как жилые, так нежилые помещения, с изменением общедомовой отопительной системы и иных коммуникаций, в том числе с установлением мокрых зон над жилыми зонами, увеличилась полезная площадь всего жилого здания, в виду образования новых объектов недвижимости - жилых квартир.

Выводы данного эксперта о том, что выполнение всех вышеуказанных мероприятий не влияет на обеспечение несущей способности конструкций многоквартирного жилого дома, не приводит к образованию несоразмерного ущерба зданию, не влияют на существо заявленного спора, поскольку судебной коллегией установлено, что изначально работы на объекте культурного наследия были выполнены в отсутствие предусмотренных статьей 45 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 73-Ф3, статьей <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ №-КЗ "Об охране объектов культурного наследия (памятников истории и культуры) народов Российской Федерации на территории <адрес>" необходимых разрешительных документов (задания на проведение работ, разрешения на проведение работ, выданных органом охраны объектов культурного наследия, разрешения на ввод объекта в эксплуатацию, выданного уполномоченным органом), доказательств обратного ответчиками суду не представлено.

Полагая требования прокурора необоснованными, ответчики ссылаются на то, что выявленные недостатки, в том числе, несущие угрозу жизни и здоровью граждан (в сфере пожарной, механической безопасности), являются устранимыми, при этом снос данного объекта без причинения вреда объекту культурного наследия невозможен, что следует из судебной экспертизы ООО «Спецтехнологии», при этом ответчиками не учтено то, что при решении вопроса об устранимости выявленных нарушений при реконструкции объекта культурного наследия, следует исходить из того, что такие работы также требуют согласования и разрешения соответствующих государственных органов, которые в данном деле не получены и ответчиками, в нарушение ст. 56 ГПК РФ, доказательств обратного не представлено суду.

Наряду с соблюдением указанной выше разрешительной процедуры, при проведении работ по сохранению объектов культурного наследия, включенных в Реестр, затрагиваются конструктивные и другие характеристики надежности и безопасности объекта, требуется: положительное заключение государственной экспертизы проектной документации, предоставляемое в соответствии с требованиями ГрК РФ (абз. 2 п. 1 ст. 45 Закона об объектах культурного наследия, ч. 3.4 ст. 49 ГрК РФ); осуществление государственного строительного надзора за указанными работами и государственного надзора в области охраны объектов культурного наследия (абз. 2 п. 1 ст. 45 Закона об объектах культурного наследия, п. 2 ч. 1 ст. 54 ГрК РФ); разрешение на строительство (ч. 5.1 ст. 51 ГрК РФ); разрешение на ввод объекта в эксплуатацию (ч. 1 ст. 55 ГрК РФ).

Помимо экспертизы проектной документации (государственной или негосударственной), ч. 6 ст. 49 ГрК РФ предусмотрена еще и государственная историко-культурная экспертиза для того, чтобы согласовать проектную документацию на проведение работ по сохранению объекта культурного наследия. Это согласование является обязательным (п. 1 ст. 45 Закона об объектах культурного наследия), однако таких документов по проведению необходимых работ для устранения выявленных нарушений материалы дела не содержат, ответчиками такие доказательства не представлены.

Вопреки доводам ответчиков, выданная ООО «Спецтехнологии» Лицензия Минкультуры России ДД.ММ.ГГГГ № МКРФ 20576, не наделяет лицензиата правом выдачи каких-либо экспертных заключений о возможности/невозможности демонтажа конструктивных элементов объектов культурного наследия. Кроме того, согласно сообщению Управления Минкультуры России по СФО и ДФО, выданная ООО «Спецтехнологии» Лицензия Минкультуры России приостановлена с ДД.ММ.ГГГГ.

В соответствии с заключением о соответствии историческому облику здания по <адрес> по результатам устройства мансардного этажа, подготовленного Инспекцией по охране объектов культурного наследия <адрес> ДД.ММ.ГГГГ, в архиве Инспекции имеются материалы, касающиеся указанного объекта культурного наследия. Хронологически первое охранное обязательство выдано ДД.ММ.ГГГГ №. В охранных обязательствах от 2000-2002г.г. зафиксированы дополнительные обстоятельства: скатная крыша и наличие предмета охраны, таких как фасады здания со всеми архитектурными деталями, включая первоначальные формы заполнения оконных и дверных проемов, форму кровли, материалы отделки фасадов. В охранных обязательствах с 2007 года (№с от ДД.ММ.ГГГГ) фиксируются следующие обстоятельства: крыша скатная металлическая, над правой частью северо-восточного крыла выстроена современная мансарда, диссонирующая с остальной частью здания.

В акте технического состояния ОКН от ДД.ММ.ГГГГ №р-16 зафиксировано следующее обстоятельство: над правой частью северо-восточного крыла выстроена современная мансарда, диссонирующая с остальной частью здания.

В акте технического состояния ОКН от ДД.ММ.ГГГГ № общее состояние памятника зафиксировано следующим образом: в уровне кровли выполнен мансардный этаж, крыша скатная металлическая, над правой частью северо-восточного крыла выстроена современная мансарда, диссонирующая с остальной частью здания.

Также в материалах дела ОКН имеется «Технический паспорт на жилой дом государственного, общественного жилищного фонда, фонда жилищно-строительных кооперативов» от ДД.ММ.ГГГГ. В плане БТИ зафиксировано состояние здания на момент составления: число этажей 4. Поэтажные планы в составе 4 чертежей. Сведения о наличии мансардного этажа не приводятся.

В рамках проводимого мониторинга состояния ОКН в архиве инспекции имеются фотографии исследуемого объекта культурного наследия в электронном виде от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ. На фотографиях от ДД.ММ.ГГГГ фиксируется возведенная над правой частью северо-восточного крыла современная мансарда, диссонирующая с остальной частью здания. На фотографиях от ДД.ММ.ГГГГ фиксируется возведенная над западным крылом современная мансарда. На фотографиях от ДД.ММ.ГГГГ фиксируется мансарда над всем объемом жилого дома.

Согласно заключению, возведение мансарды над объектом культурного наследия производилось в нарушение порядка проведения работ по сохранению ОКН, установленного статьей 45 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 73-ФЗ «Об объектах культурного наследия народов Российской Федерации». Проектной документацией «Устройство мансарды над жилым домом по <адрес>», проект шифр 85/4296-1-АС, выполненной ООО «Институт 2Дальрыбпроект», Владивосток 2003 (т.1, л.д. 155) предусмотрено увеличение существующей высоты крыши в коньке на 1,5м. такое проектное решение изменяет конфигурацию кровли, увеличивая угол наклона скатов крыши, тем самым изменяет исторический облик здания. Государственная историко-культурная экспертиза указанного проекта в целях определения соответствия проектной документации требованиям к сохранению объекта культурного наследия не проводилась. Устройство мансардного этажа над жилым домом по <адрес> в <адрес> изменяет исторический облик здания.

Аналогичное заключение дано ООО «Турмалин проект» (имеющего соответствующую лицензию от ДД.ММ.ГГГГ, выданную Министерством культуры РФ бессрочно) ДД.ММ.ГГГГ №.04/2026 по запросу Инспекции по охране объектов культурного наследия <адрес>, согласно которому, с учетом проведенного исследования на основании представленных Инспекцией документов установлено, что возведение мансарды над объектом культурного наследия производилось в нарушение порядка проведения работ по сохранению объекта культурного наследия, установленного статьей 45 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 73-ФЗ «Об объектах культурного наследия (памятниках истории и культуры) народов Российской Федерации. Также в материалах гражданского дела имеется проектная документация «Устройство мансарды над жилым домом по <адрес>», проект шифр 85/4296-1-АС, выполненная ООО «Институт «Дальрыбпроект», Владивосток, 2003 (т.1 стр.155), которым предусмотрено увеличение существующей высоты крыши в коньке на 1,5 м. Такое проектное решение изменяет конфигурацию кровли, увеличивая угол наклона скатов крыши, тем самым изменяет исторический облик здания. Государственная историко-культурная экспертиза указанного проекта в целях определения соответствия проектной документации требованиям к сохранению объекта культурного наследия не проводилась. Поскольку исторический облик здания это совокупность архитектурных, стилистических и конструктивных особенностей, которые отражают его первоначальный вид, можно сделать вывод, что устройство мансардного этажа над жилым домом по <адрес> в <адрес> изменяет исторический облик указанного здания.

Принимая во внимание изложенное, согласиться с доводами ответчиков о том, что охранной зоной является только фасад здания жилого дома, нельзя, поскольку из представленных письменных доказательств следует, что охранной зоной является не только фасад жилого дома со всеми архитектурными деталями, включая материалы отделки фасадов, первоначальные формы заполнения оконных и дверных проемов, но и форма кровли.

Согласно сведениям единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним, ответчики являются собственниками указанных жилых помещений, расположенных на мансардном этаже <адрес> в <адрес>:

ФИО8 - помещение с кадастровым номером ФИО73, ФИО10, ФИО11 - помещение с кадастровым номером ФИО52, ФИО12 - помещение с кадастровым номером 25:28:010016:957, ФИО13 - помещение с кадастровым номером 25:28:010016:980, ФИО14 - помещения с кадастровыми номерами 25:28:010016:959, 25:28:010016:961, ФИО15 - помещения с кадастровыми номерами 25:28:010016:956, 25:28:010016:960, ФИО2 - помещение с кадастровым номером 25:28:010016:496 (<адрес>), часть которой расположена на 4 этаже, часть квартиры расположена на мансардном этаже, всего площадь квартиры согласно сведениям ЕГРН составляет 136, 7 кв.м.; изначально площадь квартиры до присоединения мансарды составляла 68,4 кв.м. и была расположена на 4 этаже жилого дома; площадь мансарды согласно техническому паспорту <адрес> составляет 68,3 кв.м.

Рассматривая доводы ответчиков о том, что спорные помещения были приобретены на основании договоров купли-продажи, в том числе и квартира ответчика ФИО2 приобретена у ФИО28, которая в свою очередь осуществила присоединение мансарды к квартире, а поэтому самовольными постройками не являются, судебная коллегия пришла к следующему.

Согласно пункту 1 статьи 222 Гражданского кодекса самовольной постройкой является здание, сооружение или другое строение, возведенные или созданные на земельном участке, не предоставленном в установленном порядке, или на земельном участке, разрешенное использование которого не допускает строительства на нем данного объекта, либо возведенные или созданные без получения на это необходимых в силу закона согласований, разрешений или с нарушением градостроительных и строительных норм и правил, если разрешенное использование земельного участка, требование о получении соответствующих согласований, разрешений и (или) указанные градостроительные и строительные нормы и правила установлены на дату начала возведения или создания самовольной постройки и являются действующими на дату выявления самовольной постройки.

Данный перечень признаков самовольной постройки является исчерпывающим.

Лицо, осуществившее самовольную постройку, не приобретает на нее право собственности. Оно не вправе распоряжаться постройкой - продавать, дарить, сдавать в аренду, совершать другие сделки. Использование самовольной постройки не допускается. Самовольная постройка подлежит сносу или приведению в соответствие с параметрами, установленными правилами землепользования и застройки, документацией по планировке территории, или обязательными требованиями к параметрам постройки, предусмотренными законом (далее - установленные требования), осуществившим ее лицом либо за его счет, а при отсутствии сведений о нем лицом, в собственности, пожизненном наследуемом владении, постоянном (бессрочном) пользовании которого находится земельный участок, на котором возведена или создана самовольная постройка, или лицом, которому такой земельный участок, находящийся в государственной или муниципальной собственности, предоставлен во временное владение и пользование, либо за счет соответствующего лица, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 3 настоящей статьи, и случаев, если снос самовольной постройки или ее приведение в соответствие с установленными требованиями осуществляется в соответствии с законом органом местного самоуправления (п. 2).

В предмет доказывания по иску о сносе самовольной постройки входят, в частности, следующие обстоятельства: отсутствие отведения в установленном порядке земельного участка для строительства; отсутствие разрешения на строительство; несоблюдение ответчиком градостроительных, строительных норм и правил при возведении постройки; нарушение постройкой прав и законных интересов истца. Для признания постройки самовольной достаточно наличия одного из указанных нарушений.

В п. 10 разъяснений постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 44 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при применении норм о самовольной постройке" указано, что последствиями возведения (создания) самовольной постройки являются ее снос или приведение в соответствие с установленными требованиями на основании решения суда (пункт 2 статьи 222 ГК РФ) или на основании решения органа местного самоуправления, принимаемого в соответствии с его компетенцией, установленной законом (пункт 3.1 статьи 222 ГК РФ), если судом не будут установлены обстоятельства, свидетельствующие о возможности ее сохранения.

Вопреки доводам ответчиков, соразмерность требований по сносу самовольной постройки не имеет правого значения для данного дела.

Заявляя требования о признании постройки самовольной и ее сносе, прокурор ссылается на нарушение норм законодательства об охране объектов культурного наследия, а также о подложности представленных актов ввода в эксплуатацию законченного строительством объекта – устройство мансарды жилого <адрес> в <адрес>, который является объектом культурного наследия.

Согласно пункту 3 статьи 222 Гражданского кодекса Российской Федерации, право собственности на самовольную постройку может быть признано судом, а в предусмотренных законом случаях в ином установленном законом порядке за лицом, в собственности, пожизненном наследуемом владении, постоянном (бессрочном) пользовании которого находится земельный участок, на котором создана постройка, при одновременном соблюдении следующих условий: если в отношении земельного участка лицо, осуществившее постройку, имеет права, допускающие строительство на нем данного объекта; если на день обращения в суд постройка соответствует установленным требованиям; если сохранение постройки не нарушает права и охраняемые законом интересы других лиц и не создает угрозу жизни и здоровью граждан.

Таким образом, положениями статьи 222 Гражданского кодекса Российской Федерации закреплены три признака, при наличии хотя бы одного из которых строение, сооружение или иное недвижимое имущество являются самовольной постройкой, в частности, если строение, сооружение или иное недвижимое имущество возведены: на земельном участке, не отведенном для этих целей в порядке, установленном законом и иными правовыми актами; без получения на это необходимых разрешений; с существенным нарушением градостроительных и строительных норм и правил.

Вопреки доводам ответчиков, выдача разрешения на реконструкцию чердачного пространства (устройство мансарды) не возложена на администрацию <адрес>, поскольку это входит в компетенцию органа охраны объектов культурного наследия, который такое разрешение на выполнение указанных работ не выдавал.

В ходе судебного заседания установлено, что работы по реконструкции жилого дома в виде возведения мансарды, выполнены в отсутствие предусмотренных ст. 45 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 73-ФЗ, статьей <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ №-КЗ «Об охране объектов культурного наследия (памятников истории и культуры) народов Российской Федерации на территории <адрес>» необходимых разрешительных документов, выданных органом охраны объектов культурного наследия.

Таким образом, возведенный объект в отсутствие разрешения на реконструкцию многоквартирного жилого дома, признанного объектом культурного наследия, имеет признаки самовольной постройки, указанные в пункте 1 статьи 222 ГК РФ, и не может быть сохранен в имеющемся виде, поскольку это противоречит требованиям статей 13, 60 Закона N 73-ФЗ «Об объектах культурного наследия (памятниках истории и культуры) народов Российской Федерации», а также существующим ограничениям градостроительных норм и регламентов в части требований, предъявляемых к зонам охраны объектов культурного наследия, а поэтому является самовольной постройкой, на ответчиков следует возложить обязанность привести объект, расположенный по адресу <адрес> - мансардный этаж, в первоначальное состояние, в котором здание находилось до момента начала проведения строительных работ за их счет и в установленном законом порядке.

Отклоняя доводы ответчиков, судебная коллегия отмечает, что государственная регистрация права собственности ответчиков на спорные объекты, не исключает возможность признания их самовольной постройкой при наличии признаков, установленных ст. 222 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Доводы ответчиков о законности возведения мансарды, в том числе и над квартирой №, первоначально ФИО28, со ссылкой на то, что ФИО28 являлась инвестором проекта по договору от ДД.ММ.ГГГГ № ИП-28/2002 и дополнительному соглашению к нему от ДД.ММ.ГГГГ, предметом которого являлась реализация инвестиционного проекта по комплексной реконструкции и капитальному ремонту чердачного помещения находящегося в муниципальной собственности - здания с возведением мансардного этажа по адресу <адрес>; Целью договора являлось повышение эксплуатационных свойств объекта, создание дополнительной площади для улучшения жилищных условий проживающих в доме; Стороны обязаны согласовать реализацию проекта с собственниками приватизированных квартир, проживающих в здании в срок до ДД.ММ.ГГГГ, получила компенсационную выплату доли от администрации <адрес>, подлежат отклонению, поскольку нарушение порядка возведения мансарды на объекте культурного наследия после принятия Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 73-ФЗ «Об объектах культурного наследия (памятниках истории и культуры) народов Российской Федерации» нашло свое подтверждение в судебном заседании суда апелляционной инстанции.

Защита гражданских прав осуществляется как способами прямо перечисленными в статье 12 Гражданского кодекса Российской Федерации, так и иными, предусмотренными законом.

В пункте 52 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" разъяснено, что зарегистрированное право на недвижимое имущество может быть оспорено только в судебном порядке. Поскольку при таком оспаривании суд разрешает спор о гражданских правах на недвижимое имущество, соответствующие требования рассматриваются в порядке искового производства. Оспаривание зарегистрированного права на недвижимое имущество осуществляется путем предъявления исков, решения по которым являются основанием для внесения записи в ЕГРН.

В случаях, когда запись в ЕГРН нарушает право истца, которое не может быть защищено путем признания права или истребования имущества из чужого незаконного владения (право собственности на один и тот же объект недвижимости зарегистрировано за разными лицами, право собственности на движимое имущество зарегистрировано как на недвижимое имущество, ипотека или иное обременение прекратились), оспаривание зарегистрированного права или обременения может быть осуществлено путем предъявления иска о признании права или обременения отсутствующими.

Таким образом, иск о признании зарегистрированного права или обременения отсутствующим является исключительным способом защиты, применение данного способа защиты возможно при условии исчерпания иных способов защиты (признание права, виндикация) и установления факта нарушения прав и законных интересов заинтересованного лица.

Выбор способа защиты вещного права, квалификация спорного отношения судом и разрешение вещно-правового конфликта зависит от того, в чьем фактическом владении находится спорное имущество.

Поскольку зарегистрированное право ответчиков на самовольную возведенную мансарду возникло без законных на то оснований, судебная коллегия пришла к выводу, что такое право ответчиком подлежит признанию отсутствующим.

В связи с признанием отсутствующим права собственности ответчиков, сведения об объектах недвижимости подлежат исключению из ЕГРН и снятию с кадастрового учета.

Проверяя доводы ответчиков о том, что они являются добросовестными приобретателями спорных объектов, которые приобретены по возмездным сделкам, проявив разумную степень осмотрительности, надлежащую регистрацию в ЕГРН, отсутствие записей, свидетельствующих о нахождении квартир под арестом или иным обременением, а также то, что для некоторых ответчиков указанные помещения являются единственным жильем, судебная коллегия согласиться с ними не может в связи со следующим.

В соответствии с приведенными положениями норм материального права самовольная постройка на объекте культурного наследия нарушает публичные интересы, что является самостоятельным основанием для ее сноса вне зависимости от добросовестности покупателя.

Поскольку у предыдущего владельца мансарды, возведенной в чердачном пространстве жилого дома, не могло возникнуть права собственности по указанным в настоящем определении обстоятельствам, соответственно у него отсутствовало право на распоряжение данным помещением.

Кроме того, режим охраны объекта культурного наследия налагает ограничения, а о том, что <адрес> в <адрес> является объектом культурного наследия с 1996 года, ФИО28 (инвестор и застройщик), ФИО31, ФИО40, ФИО14, которые на момент заключения соглашения являлись долевыми собственниками помещений мансарды, было известно, что также подтверждается сведениями об этом в соглашении о выделе долей в натуре в праве общей собственности на объект недвижимого имущества. (т.1 л.д. 33)

Кроме того, сведения о том, что дом является объектом культурного наследия являются общеизвестными, а также такие сведения, помимо прочего, содержатся в ЕГРН, о чем приобретатели спорных объектов недвижимости не могли не знать на момент их приобретения.

В данном случае добросовестность приобретателя не имеет значения, поскольку спорные объекты созданы с нарушением закона, при этом положения ст. 302 Гражданского кодекса Российской Федерации защищают только добросовестного приобретателя, в то время как спорные объекты возведены на объекте культурного наследия в нарушение требований закона, а поэтому не могут являться объектами гражданских прав.

Спорный объект культурного наследия не подлежал реконструкции без соблюдения требований закона, вместе с тем, в нарушение императивного запрета, установленного законом, реконструкция объекта культурного наследия была произведена без соответствующей разрешительной документации, выданной правомочным органом.

Ввиду особого статуса объекта культурного наследия, при наличии запрета на его реконструкцию, а также отсутствии разрешительной документации на устройство мансарды на чердачном помещении всего жилого дома, лицо, которое первоначально произвело реконструкцию чердачного помещения (устройство мансарды), могло и должно было знать о том, что такие действия не основаны на законе, в силу этого знания, внешне правомерные действия по приобретению имущества со стороны ответчиков отсутствовали, а потому такое владение не может быть признано добросовестным.

Отклоняя заявления ответчиков о пропуске истцом срока исковой давности, в котором они ссылаются на то, что прокурор <адрес> в 2004 году обращался в Ленинский районный суд <адрес> с исковыми требованиями к УМС <адрес>, ФИО28 об оспаривании сделки, в удовлетворении которого решением Ленинского районного суда <адрес> ДД.ММ.ГГГГ по делу № было отказано (т.2 л.д. 195), судебная коллегия исходит из того, что предметом спора по указанному гражданскому делу являлся договор, заключенный между УМС <адрес> и ФИО28 на реализацию инвестиционного проекта реконструкции чердачного пространства жилого дома по адресу: <адрес>, и просил применить последствия недействительности, ссылаясь на те обстоятельства, что данный договор был заключен на основании п.2.6 Положения «Об освоении и реконструкции подвальных помещений и чердачных пространств и строительстве сооружений выше кровли (мансард) в <адрес>», который решением Ленинского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ признан незаконным и недействующим, однако настоящий иск заявлен о признании постройки самовольной и ее сносе, как возведенной в отсутствие разрешительной документации, выданной государственным органом по охране объектов культурного наследия, каковым администрация <адрес> не является.

Положениями пункта 3 статьи 222 ГК РФ презюмируется, что здание, возведенное (реконструируемое) и эксплуатируемое без получения необходимых разрешений, создает угрозу жизни и здоровью граждан.

Руководствуясь разъяснениями, изложенными в абзаце 4 пункта 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 44 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при применении норм о самовольной постройке", согласно которым исковая давность не распространяется на требования о сносе самовольной постройки, создающей угрозу жизни и здоровью граждан, судебная коллегия не нашла оснований для применения срока исковой давности, поскольку возведение спорных объектов без соблюдения установленных законодательством об охране объектов культурного наследия требований, создает угрозу жизни и здоровью граждан.

При этом, оспариваемый в рамках гражданского дела №, договор не имеет самостоятельного правового значения для легализации самовольной постройки, а также не свидетельствует о том, что спорные объекты по данному делу были возведены в 2004 году, а поэтому решение суда по указанному делу не имеет преюдициального значения.

Кроме того, настоящие исковые требования заявлены прокурором, в том числе в порядке государственного контроля по охране объекта культурного наследия, который до настоящего времени не утратил данный статус.

Согласно ч. 2 ст. 206 ГПК РФ, при принятии решения суда, обязывающего ответчика совершить определенные действия, не связанные с передачей имущества или денежных сумм, в случае, если указанные действия могут быть совершены только ответчиком, суд устанавливает в решении срок, в течение которого решение суда должно быть исполнено.

Из содержания вышеприведенной нормы следует, что устанавливаемый судом срок должен отвечать принципу разумности и, кроме того, обеспечивать соблюдение баланса сторон. В связи с чем, судебная коллегия полагает возможным установить срок для исполнения ответчиками решения суда в части приведение объекта в первоначальное состояние в течение шести месяцев со дня вступления решения суда в законную силу.

В случае принятия судом решения о сносе самовольной постройки или приведении ее в соответствие с установленными требованиями выбор способа исполнения решения суда определяется должником (пункт 33 Постановления Пленума ВС РФ N 44).

Таким образом, возможность замены способа исполнения судебного акта о сносе самовольной постройки на приведение ее в соответствие с установленными требованиями по правилам гражданского процессуального законодательства исключена.

Поскольку судом апелляционной инстанции не установлена возможность сохранения самовольной постройки, в том числе в какой-либо ее части, то правовых оснований для замены способа исполнения решения суда сносе самовольной постройки по выбору должника на приведение ее в соответствие с установленными требованиями судебной коллегией не установлено.

При таких обстоятельствах судебная коллегия приходит к выводу об отмене решения суда полностью с принятием нового решения об удовлетворении исковых требований прокурора. Требования прокурора в части <адрес> подлежат удовлетворении в отношении реконструированной части, расположенной на мансардном этаже по указанному адресу.

Руководствуясь ст.ст. 328-330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

о п р е д е л и л а:

решение Ленинского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ отменить, принять по делу новое решение.

Признать постройку в виде помещений (мансарды) здания, расположенного по адресу <адрес> с кадастровыми номерами ФИО63, ФИО74, ФИО53, 25:28:010016:957, 25:28:010016:980, 25:28:010016:959, ФИО81 – самовольной постройкой.

Признать отсутствующим зарегистрированное право собственности ФИО1 на помещение с кадастровым номером ФИО64,

ФИО8 на помещение с кадастровым номером ФИО75,

ФИО10, ФИО16 на помещение с кадастровым номером ФИО54,

ФИО12 на помещение с кадастровым номером 25:28:010016:957,

ФИО13 на помещение с кадастровым номером 25:28:010016:980,

ФИО14 на помещения с кадастровыми номерами 25:28:010016:959, 25:28:010016:961,

ФИО15 на помещение с кадастровым номером 25:28:010016:956, 25:28:010016:960,

ФИО2 на реконструированное помещение с кадастровым номером 25:28:010016:496.

Снять с кадастрового учета объекты с кадастровыми номерами ФИО65, ФИО76, ФИО55, ФИО86

ФИО86, ФИО83, расположенных на мансардном этаже по адресу <адрес> - ФИО1, ФИО8, ФИО10, ФИО16, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО2 за их счет и в установленном законом порядке, привести указанный объект в состояние, в котором здание (кровля) находилось до проведения строительных работ по возведению мансардного этажа <адрес> в <адрес>, в течение 6 месяцев с момента вступления решения суда в законную силу.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение изготовлено ДД.ММ.ГГГГ.