Апелляционное определение № 11-1256/2026 11-14494/2025 от 28 января 2026 г.

УИД № 74RS0017-01-2024-003309-62

Дело № 2-64/2025 (номер в первой инстанции)

Судья Серебрякова А.А.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

№ 11-1256/2026 (11-14494/2025)

29 января 2026 года г. Челябинск

Судебная коллегия по гражданским делам Челябинского областного суда в составе:

председательствующего Лузиной О.Е.,

судей Рыжовой Е.В., Сердюковой С.С.,

при секретаре Галеевой З.З.,

с участием прокурора Томчик Н.В.

рассмотрела в открытом судебном заседании в зале суда гражданское дело по апелляционной жалобе ФИО5 на решение Златоустовского городского суда Челябинской области от 06 октября 2025 года по иску ФИО5 к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Станция скорой медицинской помощи г. Златоуста» о взыскании компенсации морального вреда.

Заслушав доклад судьи Лузиной О.Е. об обстоятельствах дела, доводах апелляционной жалобы и возражений на них, заключение прокурора Томчик Н.В., судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО5 обратилась в суд с иском к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Станция скорой медицинской помощи г. Златоуста» (далее по тексту – ГБУЗ «ССМП г. Златоуста») о взыскании компенсации морального вреда в размере 5 000 000 рублей.

В обоснование исковых требований указала на то, что является дочерью ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ. 25 февраля 2023 года примерно в 6:00 часов ФИО1 почувствовала ухудшение состояния здоровья, а именно: боль в левой руке, тяжесть и странные приступы (похожие на удары током) от кисти до области груди, в связи с чем была вызвана бригада скорой медицинской помощи. Приехавшие врачи замерили артериальное давление, сделали ЭКГ и рекомендовали посетить участкового врача. 25 февраля 2023 года в 9:00 часов ФИО1 позвонила своей дочери ФИО5 с теми же жалобами, в связи с чем истец поехала в аптеку, купила маме лекарственные препараты, в том числе мазь для руки. После аптеки ФИО5 направилась к матери домой, где они вместе намазали ей руку мазью. ФИО5 решила посидеть с мамой, пока ей не полегчает. В период с 10:00 часов до 15:00 часов состояние ФИО1 улучшилось, боли притихли. В 15:30 часов у ФИО1 случился приступ боли, повысилось артериальное давление, пульс снизился до 40 ударов в минуту, в связи с чем ФИО5 повторно вызвана бригада скорой медицинской помощи. По приезду врачи измерили давление, пояснили, что высокое давление может быть связано с болью в руке, порекомендовали обезболивающие препараты и обратиться к участковому врачу. Состояние ФИО1 оставалось стабильным, в связи с чем в 19:00 часов истец ушла домой, оставив мать с отцом. 26 февраля 2023 года в 09:30 часов на звонок ФИО5 её мать жаловалась на ухудшение состояния здоровья, появление потливости, намерена была обратиться к участковому врачу в понедельник 28 февраля 2023 года. На протяжении всего дня ФИО5 звонила матери, узнавала о её состоянии здоровья, но улучшений не наступало, в 12:00 часов ФИО1 жаловалась на сильную одышку. 26 февраля 2023 года ФИО5 позвонил отец, который не мог понять дышит ли ФИО1, ФИО5 вызвала бригаду скорой помощи, которые констатировали смерть ФИО1 Согласно акту судебно-медицинского исследования № от ДД.ММ.ГГГГ смерть ФИО1 наступила от <данные изъяты>. Истец обратилась с заявлением о преступлении в <данные изъяты> провело проверку по факту оказания медицинской помощи ФИО1, ООО «АльфаСтрахование-ОМС» проведена экспертиза качества оказания медицинской помощи ФИО1, согласно которой медицинская помощь оказана некачественно, имеются дефекты оказания медицинской помощи ФИО1 во время вызова скорой медицинской помощи: не детализированы жалобы, боль в грудной клетке детализирована не полно, анамнез собран не полно, не проведена проба с нитратами при боли в грудной клетке, не проведена дифф. диагностика с острым коронарным синдромом без подъема ST, не исключена более тяжелая и коронарная патология, медицинская помощь не оказывалась, пациентка оставлена на месте вызова, активный вызов врача поликлиники не назначался. Согласно заключению <данные изъяты> жалобы собраны не полно, не ясно, на что жалуется пациентка, анамнез собран неполно, в результате неполного сбора жалоб и анамнеза выставлен недостаточно достоверный диагноз и медицинская помощь не оказывалась. Истец является дочерью погибшей, активно интересовалась здоровьем матери на протяжении всего периода заболевания, активно пыталась помочь матери справиться с симптомами болезни, врачи скорой помощи неоднократно успокаивали её, что поводов для беспокойства нет, несколько раз рекомендовали обратиться к участковому врачу. Когда ФИО5 узнала о гибели матери, её мир рухнул, чувство гнева сменилось чувством вины. Она не могла поверить, что врачи, которые оказывали помощь её матери, ошиблись в диагнозе, что она не смогла их убедить госпитализировать мать в больницу, где ей смогли бы помочь и спасти её. Причиненные ей моральные страдания в результате некачественно оказанной медицинской помощи ФИО1 истица оценивает в 5 000 000 рублей.

Протокольным определением суда от 07 августа 2024 года к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечены: ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9 (том 1 л.д. 123-124).

Протокольными определениями суда от 07 октября 2024 года, 21 мая 2025 года, 18 июля 2025 года к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечены ООО «АльфаСтрахование-ОМС», Министерство здравоохранения Челябинской области, Правительство Челябинской области (том 1 л.д. 132 об., том 2 л.д. 153, 177).

Протокольным определением суда от 20 августа 2025 года к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечён ФИО10 (том 2 л.д. 226).

Истец ФИО5, представители истца ФИО2 и ФИО3, действующие на основании доверенности и участвующие в судебном заседании с использованием системы видеоконференц-связи, в судебном заседании суда первой инстанции на удовлетворении исковых требований настаивали по основаниям, изложенным в исковом заявлении. Представили письменную правовую позицию (том 3 л.д. 5-8), в которой указали, что юридическое значение в данном случае может иметь и косвенная (опосредованная) причинная связь, если дефекты (недостатки) оказания медицинским персоналом ГБУЗ «ССМП г. Златоуста» медицинской помощи ФИО1 могли способствовать ухудшению состояния её здоровья и ограничить ее право на получение своевременного и отвечающего установленным стандартам лечения. При этом ухудшение состояния здоровья человека вследствие ненадлежащего оказания ему медицинской помощи, в том числе по причине дефектов её оказания причиняет страдания, то есть причиняет вред пациенту, что является достаточным основанием для компенсации морального вреда. Истец не может согласиться с доводами ответчика об отсутствии прямой причинно-следственной связи между дефектами оказания медицинской помощи и смертью ФИО1, эксперты также указали, что достоверно установить отсутствие прямой причинно-следственной связи невозможно, ввиду отсутствия результатов анализов. Вывод об отсутствии признаков ишемии установлен на основании представленных документов, которые являются неполными. Ответчиком не представлено доказательств, исключающих возможность ошибки диагностики заболевания у ФИО1, учитывая, что бремя доказывания обстоятельств отсутствия вины в причинении вреда ФИО1 лежит на ответчике.

Представитель ответчика ГБУЗ «ССМП г. Златоуста» – ФИО4 в судебном заседании суда первой инстанции возражал относительно заявленных исковых требований. Представил письменный отзыв ГБУЗ ССМП г. Златоуст» (том 1 л.д. 181-185), согласно которому некачественно оказанную медицинскую помощь ФИО1 истица обосновывает дефектами, перечисленными в заключении по результатам проведенной экспертизы качества оказания медицинской помощи ООО «АльфаСтрахование-ОМС»: не приложена лента с результатами проведенной ЭКГ; не детализированы жалобы: не уточнены типичность и частота данного состояния, провоцирующие факторы, обращалась ли ранее за медицинской помощью по поводу подобного состояния; боль в грудной клетке детализирована не полно. Не указан характер, интенсивность, вариант течения боли. Анамнез собран не полно, не указано с чем связывает возникновение боли. Впервые такая боль или нет, как протекали предыдущие приступы боли; не проведена проба с нитратами при боли в грудной клетке; не проведена дифф. Диагностика с острым коронарным синдромом без подъема ST.; не исключена более тяжелая патология. Не исключена коронарная патология; медицинская помощь не оказывалась. Пациентка оставлена на месте вызова. Активный вызов врача поликлиники не назначался. По поводу 1 (первого) дефекта сообщают, что поскольку снятая пленка давала информацию о состоянии пациента медицинским работникам, оказывающим медицинскую помощь ФИО1 Данные о снятой пленке ЭКГ были указаны в карте вызова от 25 февраля 2023 года №. Обязанность прикладывать пленку ЭКГ к карте вызова скорой медицинской помощи действующим законодательством не установлена, как в прочем и локальными нормативными актами ГБУЗ «ССМП г. Златоуст». То, что пленка ЭКГ не приложена к карте вызова, никак не могло повлиять на оказание медицинской помощи пациентке, поскольку она лишь подтверждает или нет наличие признаков инфаркта миокарда, который ставится по совокупности собранных признаков, которых на момент оказания медицинской помощи 25 февраля 2023 года не было зафиксировано ни одной из бригад скорой медицинской помощи. Дефекты 2 и 3 касаются оформления медицинской документации - карты вызова скорой медицинской помощи. При этом никак не уточнено, как могло повлиять на оказание медицинской помощи пациенту то, как заполнена медицинская документация. По 4 пункту дефектов сообщают, что непроведение нитратной пробы не является дефектом, поскольку она проводится при подозрении на инфаркт, при этом у ФИО1 боль была не за грудиной, а поверхностная и обнаружилась только при пальпации. Пациентка на боль в груди не жаловалась ни во время прибытия первой бригады скорой медицинской помощи в 6:05 часов 25 февраля 2023 года, ни во время прибытия второй бригады скорой медицинской помощи в 15:48 часов этого же числа. Следовательно, показаний на проведение нитратной пробы не было. По пункту 6 дефектов сообщают, что после сбора анамнеза пациентки не было показаний для определения более тяжелых патологий, коронарных патологий, по общему состоянию пациентки не было показаний и подозрений о наличии тяжелых или коронарных патологий. С 7 дефектом полностью не согласны и не считают его вообще за дефект, поскольку медицинская помощь оказывается лишь при наличии показаний, а без таковых она не осуществляется.

Третьи лица ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, представители третьих лиц - ООО «АльфаСтрахование-ОМС», Министерства здравоохранения Челябинской области, Правительства Челябинской области в судебное заседание суда первой инстанции не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом.

Третьи лица ФИО7, ФИО11 ранее в судебных заседаниях суда первой инстанции возражали против удовлетворения заявленных требований, поскольку медицинская помощь ФИО1 была оказана надлежащим образом обеими бригадами скорой помощи. Данных для госпитализации пациентки не было, была снята ЭКГ на обоих вызовах, данных об инфаркте не было. Пациентке был оставлен сигнальный лист для обращения в поликлинику.

Суд постановил решение, которым в удовлетворении исковых требований ФИО5 к ГБУЗ «ССМП г. Златоуста» о взыскании компенсации морального вреда отказал.

В апелляционной жалобе истец ФИО5 просит решение суда отменить, принять по делу новое решение об удовлетворении исковых требований в полном объёме. В обоснование доводов апелляционной жалобы ссылается на нарушение судом норм материального права. Суд не дал соответствующей оценки установленным дефектам оказания медицинской помощи ФИО1 Выводы суда о том, что одним из условий наступления ответственности за причинение морального вреда является наличие прямой причинной связи между противоправным поведением ответчика и наступившим вредом (смертью ФИО1, повлекшей причинение ФИО5 моральных страданий) противоречит правовому регулированию спорных отношений, которым возможность взыскания компенсации морального вреда не поставлена в зависимость от наличия только прямой причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом. Судом не учтено, что в данном случае юридическое значение может иметь и косвенная (опосредованная) причинная связь, если дефекты (недостатки) оказания медицинским персоналом ГБУЗ «ССМП г. Златоуста» медицинской помощи ФИО1 могли способствовать ухудшению состояния её здоровья и ограничить её право на получение своевременного и отвечающего установленным стандартам лечения. При этом, ухудшение состояния здоровья человека вследствие ненадлежащего качества оказания медицинской помощи, в том числе по причине дефектов её оказания причиняет страдания, то есть причиняет вред, как самому пациенту, так и его родственникам, что является достаточным основанием для взыскания компенсации морального вреда. Судом, в нарушение принципов презумпции вины причинителя вреда, неверно истолкованы выводы экспертов ООО «МБЭКС» по заключению экспертов от 27 марта 2025 года и ответы на поставленные представителем вопросы. Ответчиком не представлено доказательств, исключающих возможность ошибки диагностирования заболевания у ФИО1, учитывая, что бремя доказывания обстоятельств отсутствия вины в причинении вреда лежит на ответчике. Суд не обосновал принятие в качестве доказательства по делу заключения ООО «МБЭКС», не дал оценки результатам экспертизы качества ООО «АльфаСтрахование-ОМС» и заключению <данные изъяты>.

В возражениях на апелляционную жалобу представитель ГБУЗ «ССМП г. Златоуста» просит решение суда оставить без изменения, ссылаясь на его законность и обоснованность, апелляционную жалобу ФИО5 – без удовлетворения.

Стороны о времени и месте рассмотрения дела в суде апелляционной инстанции извещены заблаговременно и надлежащим образом, в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились, доказательств уважительности причин своей неявки не представили.

Истцом ФИО5 и её представителем ФИО3 заявлено ходатайство об отложении судебного заседания в случае отсутствия возможности проведения судебного заседания с использованием системы видеоконференц-связи.

Как предусмотрено частью 1 статьи 169 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации отложение разбирательства дела допускается в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, а также в случае, если суд признает невозможным рассмотрение дела в этом судебном заседании вследствие неявки кого-либо из участников процесса.

Из указанной нормы следует, что отложение судебного заседания по ходатайству лица, участвующего в деле, является правом суда, но не его обязанностью, и такие ходатайства суд разрешает с учетом их обоснованности и обстоятельств дела.

Уважительность причин неявки определяется судом на основании анализа фактических обстоятельств, поскольку предусмотреть все причины неявки, которые могут быть отнесены к числу уважительных, в виде исчерпывающего перечня, закон не может. Данное полномочие суда вытекает из принципа самостоятельности и независимости судебной власти.

Определением судьи от 28 января 2026 года в удовлетворении ходатайства стороны истца об участии в судебном заседании с использованием систем видеоконференц-связи отказано, в связи с отсутствием в Краснодарском краевом суде технической и организационной возможности осуществления видеоконференц-связи по причине большой загруженности, о чём истец и её представитель были уведомлены.

Вместе с тем, из материалов дела следует, что истец ФИО5 была заблаговременно извещена о времени и месте рассмотрения дела в суде апелляционной инстанции, при этом доказательств уважительности причин невозможности её личной явки в судебное заседание Челябинского областного суда не представила, кроме того, истец не была лишена возможности обращения за юридической помощью в Челябинской области, а не в Краснодарском крае, либо могла лично принять участие в судебном заседании, в том числе с использованием систем видеоконференц-связи на базе Златоустовского городского суда Челябинской области, однако такого ходатайства истец не заявляла.

Проанализировав данные обстоятельства, с учётом регистрации истца по месту жительства в Челябинской области, отсутствия доказательств невозможности её личной явки в судебное заседание суда апелляционной инстанции, судебная коллегия не усматривает оснований для отложения судебного заседания. Доводов о том, каким образом, участие именно представителя ФИО3, находящейся в г. Краснодаре, в судебном заседании суда апелляционной инстанции с использованием систем видеоконференц-связи на базе Краснодарского краевого суда может сказаться на результатах рассмотрения апелляционной жалобы, в ходатайстве не приведено.

Информация о рассмотрении дела была размещена на официальном сайте Челябинского областного суда.

С учётом изложенного, судебная коллегия, руководствуясь положениями статей 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, признала возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц, поскольку их неявка в суд апелляционной инстанции при указанных обстоятельствах препятствием к разбирательству дела не является.

Законность и обоснованность решения суда первой инстанции проверена судебной коллегией в порядке, установленном главой 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, с учётом положений части 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, по смыслу которой повторное рассмотрение дела в суде апелляционной инстанции предполагает проверку и оценку фактических обстоятельств дела и их юридическую квалификацию в пределах доводов апелляционной жалобы, и в рамках тех требований, которые были предметом рассмотрения в суде первой инстанции.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражений на них, судебная коллегия не находит оснований для отмены решения суда.

Как установлено судом и следует из материалов дела, ФИО5 является дочерью ФИО1, что подтверждается актовой записью о рождении (том 1 л.д. 44).

25 февраля 2023 года ФИО1 вызвала на дом по адресу: <адрес> скорую медицинскую помощь, с жалобами на повышенное артериальное давление. На вызов в 6:05 часов прибыла бригада скорой медицинской помощи в составе фельдшеров ФИО6, ФИО7 При осмотре ФИО1 проявляла жалобы на плохое самочувствие, ухудшение состояния 1 день, до приезда бригады СМП принимала гипотензивные препараты. По результатам вызова, ФИО1 была проведена ЭКГ, пульсоксиметрия, глюкометрия, установлен предварительный диагноз: ГБ II, АГ риск 3, проведена беседа, даны рекомендации, пациент оставлен на месте. Вызов окончен в 6:58 часов (том 1 л.д. 81-82)

В этот же день, 25 февраля 2023 года ФИО1 вновь вызвала на дом скорую помощь с поводом повышенное АД. На вызов ФИО1 в 15:48 часов прибыла бригада скорой помощи в составе фельдшеров ФИО11, ФИО9 Жалобы на боли в грудной клетке слева с иррадиацией в левую руку, плохо себя чествует с ночи, в анамнезе ГБ, ОНМК (2016). На основании данных осмотра, проведённых ЭКГ, пульсоксиметрия, глюкометрия, установлен предварительный диагноз: межреберная невралгия. Пациенту были даны рекомендации. Вызов окончен в 16:26 часов (том 1 л.д. 76-80)

26 февраля 2023 года бригадой скорой помощи, вызванной в 15:10 часов и прибывшей на вызов в 15:20 часов, была констатирована смерть ФИО1 (том 1 л.д. 83-85)

Согласно акту судебно-медицинского исследования № от 27 февраля 2023 года причиной смерти ФИО1 стала: <данные изъяты> (том 1 л.д. 92-94).

Согласно заключению № от 30 мая 2023 года, выполненному экспертами ООО «АльфаСтрахование-ОМС», при оказании медицинской помощи ФИО1 при первом вызове 25 февраля 2023 года медицинскими работниками ответчика были допущены следующие нарушения: Жалобы собраны неполно, не ясно на что жалуется пациент. Анамнез собран не полно. Как произошло ухудшение состояния, с чем связывает, было ли подобное ранее, как протекало. Какие препараты принимает. В результате неполного сбора жалоб и анамнеза выставлен недостаточно достоверный диагноз. Не исключена иная патология. Медицинская помощь не оказывалась (том 1 л.д. 90-91).

Из заключения № от 30 мая 2023 года, выполненного экспертами ООО «АльфаСтрахование-ОМС» следует, что боль в грудной клетке детализирована не полно. Не указан характер, интенсивность, вариант течения боли. Анамнез собран не полно. Не проведена проба с нитритами при боли в грудной клетке. Не проведена дифф. диагностика с острым коронарным синдромом без подъема сегмента ST. Не исключается коронарная патология. Медицинская помощь не оказывалась. Пациентка оставлена на месте вызова. Активный вызов врача поликлиники не назначался.

Из протокола заседания врачебной комиссии ГБУЗ «ССМП г. Златоуст» (том 1 л.д. 109-110) следует, что выезд первой бригады 25 февраля 2023 года признан неотложным, своевременным, время доезда 5 минут, жалобы не детализированы, анамнез заболевания краткий, анамнез жизни не полный (в анамнезе ОНМК от 2016 года), объективный осмотр проведен в полном объёме, диагноз установлен верно, своевременно, карта вызова № от 25 февраля 2023 года оформлена с замечаниями, работа бригады СМП в составе ФИО6, ФИО7 признана удовлетворительной. Выезд второй бригады 25 февраля 2023 года признан неотложным, своевременным, время доезда 15 минут, жалобы не детализированы, не описан характер болевого синдрома, связи с физической нагрузкой, длительность болевого синдрома, анамнез заболевания краткий, объективный осмотр проведён в полной объёме, диагноз установлен верно, своевременно, карта вызова СМП № от 25 февраля 2023 года оформлена с замечаниями, работа бригады СМП в составе ФИО12, ФИО9 признана удовлетворительной.

Согласно акту проверки Министерства здравоохранения Челябинской области юридического лица №, при вызове 25 февраля 2023 года в 06:00 часов, не приложена лента с результатами проведенной ЭКГ, не детализированы жалобы: не уточнены типичность и частота данного состояния, провоцирующие факторы, обращалась ли ранее за медицинской помощью по поводу подобного состояния.

При вызове 25 февраля 2023 года в 15:33 часов, приложена лента с результатами ЭКГ с пропечатанными датой и временем 19 февраля 2023 года 10:06 часов, что не соответствует дате проведения диагностики. Имеется исправление даты на 25 февраля 2023 года, нет детализации болевого синдрома, характер, интенсивность, длительность, типичность, чем купируется, провоцирующие факторы, связь с движением, физической нагрузкой. В карте вызова не отражены сведения: обращалась ли за медицинской по поводу подобного состояния, какое лечение получает; о динамике состояния пациента после первого вызова СМП, когда произошло повторное ухудшение состояния; не описаны неврологический статус, не в полном объеме локальный статус; не проведена нитроглицериновая проба; не соблюдены меры преемственности в оказании медицинской помощи (не передан активный вызов участковому врачу в поликлинику).

По итогам ведомственной проверки комиссия Министерства здравоохранения Челябинской области пришла к следующим выводам: сведения, не отраженные в анамнезе и объективном статусе, нитроглицериновая проба имели значение для установления предварительного диагноза и последующего определения тактики. Предварительный диагноз установлен в соответствии с клиническими проявлениями заболевания на момент осмотра и требовал дифференциальной диагностики (том 1 л.д. 112-114).

Согласно заключению эксперта № ГБУЗ «ЧОБСМЭ» по материалам доследственной проверки № от 28 марта 2023 года (том 1 л.д. 98-106), согласно результатам экспертизы качества медицинской помощи, проведенной ООО «АльфаСтрахование-ОМС» при оказании медицинской помощи ФИО1 ГБУЗ «ССМП г. Златоуст» в лечебно-диагностическом процессе были обнаружены дефекты, заключающиеся в следующем: жалобы собраны не полно, не ясно, на что именно жалуется пациентка, анамнез собран не полно. В результате неполного сбора жалоб и анамнеза выставлен недостаточно достоверный диагноз, и медицинская помощь не оказывалась. Между дефектами оказания медицинской помощи и смертью ФИО1 прямая причинно-следственная связь отсутствует.

Постановлением следователя по <данные изъяты> от 08 апреля 2024 года (том 2 л.д. 209-215) в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО6, ФИО9, ФИО11, ФИО13 отказано по основаниям <данные изъяты> в связи с отсутствием состава преступления, предусмотренного <данные изъяты>, поскольку в ходе доследственной проверки не установлено наличие причинно-следственной связи между наступившими последствиями и действиями (бездействиями) медицинских сотрудников ГБУЗ «ССМП г. Златоуст», которые оказывали помощь ФИО1 25.02.2023.

Определением суда от 18 ноября 2024 года по делу назначена судебно-медицинская экспертиза. На разрешение экспертов поставлены вопросы: в полном ли объеме и в соответствии с действующими нормативно-правовыми документами и принятыми стандартами была оказана медицинская помощь ФИО1 ГБУЗ «ССМП г. Златоуста»; имелись ли дефекты оказания медицинской помощи ФИО1 при оказании медицинской помощи ГБУЗ «ССМП г. Златоуста» каждой бригадой скорой медицинской помощи? В чем они выразились; в случае выявления дефектов оказания медицинской помощи имеется ли причинно-следственная связь между дефектами оказания медицинской помощи ГБУЗ «ССМП г. Златоуста» и наступившими последствиями - смертью ФИО1 ? Проведение экспертизы было поручено экспертам ООО МБЭКС.

Как следует из заключения экспертов ООО «МБЭКС» № от 27 марта 2025 года (том 2 л.д. 56-81), медицинская помощь ФИО1 со стороны сотрудников ФИО1 «ССМП г.Златоуста», прибывших к пациентке в 06:05 25 февраля 2023 года, т.е. первая бригада, была оказана в соответствии с Клиническими рекомендациями (Протокол) по оказанию скорой медицинской помощи при повышении артериального давления, 2019, с Приказом Министерства Здравоохранения №388 от 20 июня 2013 года «Об утверждении порядка оказания скорой, в том числе скорой специализированной, медицинской помощи», Приказом Министерства здравоохранения РФ от 22 января 2016 года № 33н «О внесении изменений в Порядок оказания скорой, в том числе скорой специализированной, медицинской помощи, Утвержденного приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 20 июня 2013 года № 388н».

Медицинская помощь ФИО1 со стороны сотрудников ГБУЗ «ССМП г. Златоуста» прибывших к пациентке в 15:48 25 февраля 2023 года, т.е. вторая бригада, была оказана в соответствии с данными специальной научной медицинской литературы. Состав бригады СМП, включающий двух фельдшеров, соответствует требованиям действующего законодательства. Проводя ретроспективный анализ второго вызова СМП к пациентке, комиссия экспертов указывает, что стандарта оказания СМП при вертеброгенном болевом синдроме межреберной невралгии как на период оказания помощи, равно как и в настоящее время не имеется.

Из карты вызова 2-й бригады следует, что ЭКГ при повторном посещении пациентки бригадой СМП не регистрировалась (экспертам не предоставлялась – утеряна). Сама карта вызова оформлена в соответствии с Приложением №3 к Приказу Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерацию от 02 декабря 2009 года №942, при этом важно отметить, что описание ЭКГ в карте присутствует, обязательное же приложение самой пленки проведенной ЭКГ к карте вызова какими-либо нормативно-правовыми актами не регламентировано. Таким образом, в обоих случаях скорая медицинская помощь ФИО1 была оказана в соответствии с вышеуказанными данными специальной научной медицинской литературы, нормативно-правовыми актами регламентирующими порядок оказания скорой, в том числе скорой специализированной, медицинской помощи, нарушений (дефектов, недостатков) оказания при этом, комиссией экспертов выявлено не было.

Согласно представленным ответам ООО «МБЭКС» на дополнительные вопросы представителя истца (том 2 л.д. 164), представленная на обозрение комиссии экспертов пленка (результат ЭКГ), зарегистрированная первой бригадой, несмотря на низкое качество сохранности изображения на ней, не содержит достоверных ЭКГ-признаков, характерных для острой ишемии миокарда. В данной ситуации нельзя достоверно исключать наличия острой ишемии миокарда, ишемия миокарда может существовать не постоянно, а возникать при нагрузке на миокард и прекращаться после того, как кровоснабжение проблемного участка миокарда восстановилось в должном объеме. И только когда длительная ишемия перешла в фазу повреждения или некроза (омертвления ткани), картина становится относительно постоянной, что, как правило, находит свое изображение на результатах проведенного ЭКГ.

Разрешая исковые требования ФИО5 о взыскании компенсации морального вреда и отказывая в их удовлетворении, суд первой инстанции, руководствуясь статьей 41 Конституции Российской Федерации, положениями статей 2, 4, 64, 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 года №323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», разъяснениями, данными в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», статьями 151, 1064, 1068, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями, указанными в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2020 №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью граждан», оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, принимая во внимание результаты заключения судебно-медицинской экспертизы № от 27 марта 2025 года, проведённой экспертами ООО «МБЭКС», пришёл к выводу об отсутствии оснований для возложения ответственности в виде возмещения компенсации морального вреда на ГБУЗ «ССМП г. Златоуст», в связи с оказанием ФИО1 медицинской помощи. При этом, материалы дела не содержат доказательств, свидетельствующих о причинно-следственной связи между недостатками оказания медицинской помощи ФИО1 и наступлением последствий в виде её смерти.

Судебная коллегия с выводами суда первой инстанции об отсутствии правовых оснований для удовлетворения исковых требований соглашается, находя их верными, основанными на нормах действующего законодательства и доказательствах, имеющихся в материалах дела.

Статьей 41 Конституции Российской Федерации закреплено, что каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений.

Базовым нормативным правовым актом, регулирующим отношения в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, является Федеральный закон от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее Федеральный закон «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Согласно пункту 1 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» здоровье – это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.

Охрана здоровья граждан – это система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (пункт 2 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

В статье 4 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» закреплены такие основные принципы охраны здоровья граждан, как соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи (пункты 1, 2, 5 - 7 статьи 4 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Медицинская помощь – это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг (пункт 3 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

В пункте 21 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» определено, что качество медицинской помощи – это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

В соответствии с частью 1 статьи 37 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; на основе клинических рекомендаций; с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно части 2 статьи 64 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи и клинических рекомендаций и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части 2 и 3 статьи 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 года №323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 «Обязательства вследствие причинения вреда» (статьи 1064 - 1101) и статьей 151 ГК РФ.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

В пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина» разъяснено, что по общему правилу, установленному статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

По смыслу приведенных нормативных положений гражданского законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, необходимыми условиями для возложения обязанности по компенсации морального вреда являются: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда. При этом законом установлена презумпция вины причинителя вреда, которая предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий – если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Как разъяснено в пункте 48 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», медицинские организации, медицинские и фармацевтические работники государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи (статья 19 и части 2, 3 статьи 98 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Доводы апелляционной жалобы истца, содержащие обоснование несогласия с заключением судебно-медицинской экспертизы, выполненной ООО «МБЭКС», судебной коллегией отклоняются, поскольку анализ оказанной ФИО1 скорой медицинской помощи и её соответствия требованиям к качеству оказания медицинской помощи требовал специальных познаний в области судебной медицины, в связи с чем в соответствии с положениями части 1 статьи 79 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судом была назначена судебно-медицинская экспертиза, производство которой было поручено экспертам ООО «МБЭКС», для проведения исследований экспертам были предоставлены: копии материалов настоящего гражданского дела, в том числе медицинская документация, а также дополнительные доказательства в виде гистологического архива ФИО1 (том 2 л.д. 4-7, 49).

Вопреки доводам апелляционной жалобы истца, при принятии решения суд, наряду с другими имеющимися в материалах дела доказательствами, в том числе с заключениями ООО «АльфаСтрахование-ОМС» и <данные изъяты>, дал также надлежащую оценку заключению судебно-медицинской экспертизы ООО «МБЭКС» № от 27 марта 2025 года, в полной мере учёл сделанные экспертами выводы. При этом суд верно исходил из того, что в обоих случаях скорая медицинская помощь ФИО1 была оказана в соответствии с данными специальной научной медицинской литературы, нормативно-правовыми актами регламентирующими порядок оказания скорой, в том числе скорой специализированной, медицинской помощи, нарушений (дефектов, недостатков) оказания при этом, комиссией экспертов выявлено не было. И в том, и в другом случае экспертами не установлены дефекты, находящиеся в причинно-следственной связи с наступившими последствиями – смертью ФИО1

В соответствии с положениями статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации заключение эксперта должно содержать подробное описание проведенного исследования, сделанные в результате его выводы и ответы на поставленные судом вопросы.

Согласно части 3 статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации заключение эксперта для суда необязательно и оценивается судом по правилам, установленным в статье 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии с частями 3 и 4 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Результаты оценки доказательств суд обязан отразить в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими.

Представленное в материалы дела заключение судебно-медицинской экспертизы ООО «МБЭКС» № от 27 марта 2025 года соответствует вопросам, поставленным перед комиссией экспертов, содержит полные и обоснованные выводы, эксперты имеют соответствующую квалификацию, судебная экспертиза проведена с соблюдением требований статей 84 - 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, эксперты были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, в связи с чем результаты экспертизы обоснованно приняты во внимание судом. При этом истцом со своей стороны доказательств, опровергающих изложенные в заключении ООО «МБЭКС» выводы, не представлено.

Доводы апелляционной жалобы истца ФИО5 о том, что судом не принято во внимание и не дано надлежащей правовой оценки заключению ООО «Альфа-Страхование-ОМС» № от 30 мая 2023 года, согласно которому жалобы собраны неполно, не ясно на что жалуется пациент, анамнез собран не полно, как произошло ухудшение состояния, с чем связывает, было ли подобное ранее, как протекало, какие препараты принимает, в результате неполного сбора жалоб и анамнеза выставлен недостаточно достоверный диагноз, не исключена иная патология, медицинская помощь не оказывалась, отклоняются судебной коллегией как несостоятельные. Указанные доводы не влекут отмену решения суда, поскольку установленные страховой организацией дефекты оказания медицинской помощи не являются основанием для взыскания компенсации морального вреда в пользу родственника пациента, поскольку не повлияли на качество оказания медицинской помощи и не находятся в причинно-следственной связи со смертью ФИО1

По поводу дефектов оказания медицинской помощи, выявленных страховой организацией, требования к медицинской организации мог бы предъявить только сам пациент. Родственники пациента правом на получение компенсации морального вреда в этом случае не обладают.

Доводы апелляционной жалобы об отсутствии в решении суда оснований, по которым суд предпочел заключение ООО «МБЭКС» всем другим представленным доказательствам, в том числе заключению судебно-медицинской экспертизы, выполненной <данные изъяты>, судебная коллегия отклоняет как несостоятельные. Указанные доводы не влекут отмену решения суда, поскольку представленное в материалы дела заключение судебно-медицинской экспертизы, выполненной <данные изъяты>, не опровергает выводов заключения судебной экспертизы ООО «МБЭКС». Напротив, из заключения судебно-медицинской экспертизы <данные изъяты> также следует отсутствие причинно-следственной связи между дефектами оказания ФИО1 скорой медицинской помощи и её смертью.

Так, в выводах на вопрос 3 эксперт <данные изъяты> указал, что при оказании ФИО1 медицинской помощи в ГБУЗ «Станция скорой медицинской помощи г. Златоуст» были допущены дефекты, не имевшие прямого влияния на течение основного патологического процесса в организме подэкспертной. Допущенные при оказании медицинской помощи дефекты не являлись причиной возникновения заболевания, уже имевшегося у ФИО1 на момент обращения её за медицинской помощью, а также не стали причиной возникновения в её организме нового патологического процесса, могущего оказать какое-либо значимое конкурирующее влияние на развитие неблагоприятного исхода в виде смерти. Указанные обстоятельства исключают наличие прямой причинно-следственной связи между допущенными при оказании медицинской помощи дефектами и неблагоприятным исходом в виде смерти ФИО1 (л.д.98-106 том 1).

Остальные доводы апелляционной жалобы правильных выводов суда первой инстанции не опровергают, носят характер субъективных суждений апеллянта и не влекут отмену решения суда.

Таким образом, разрешая спор, суд правильно определил обстоятельства, имеющие значение для дела, дал им надлежащую правовую оценку с учётом всех представленных в материалы дела доказательств, оценка которым дана в соответствии со ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. Выводы суда соответствуют обстоятельствам дела и требованиям закона.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с ч. 4 ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены решения суда первой инстанции, судом не допущено.

Руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Златоустовского городского суда Челябинской области от 06 октября 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО5 – без удовлетворения.

Председательствующий:

Судьи:

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 09 февраля 2026 года.