Апелляционное постановление № 22-776/2024 от 10 июня 2024 г.

Председательствующий Речкина Т.А. Дело № 22-776/2024


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Курган 11 июня 2024 г.

Курганский областной суд в составе председательствующего Алфимова А.Н.,

при помощнике судьи Лишман А.Ю.,

с участием государственного обвинителя, прокурора Альменевского района Шарипова Э.А.,

оправданного Ц. и его защитника Аюпова Д.Р.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя Шарипова Э.А. и апелляционной жалобе представителя потерпевшего – Ф. на приговор Альменевского районного суда Курганской области от 2 апреля 2024 г., по которому

Ц., родившийся <...> г. в <адрес>, несудимый,

признан невиновным и оправдан по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 286 УК РФ, в связи с отсутствием в деянии состава преступления, с признанием права на реабилитацию.

Заслушав выступление государственного обвинителя, поддержавшего доводы апелляционного представления и жалобы, мнение оправданного и его защитника, возражавших против удовлетворения апелляционных представления и жалобы, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

по приговору суда Ц. признан невиновным и оправдан по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 286 УК РФ, то есть в совершении действий, явно выходящих за пределы его полномочий, повлекшем существенное нарушение охраняемых законом интересов общества и государства, в связи с отсутствием в деянии состава преступления.

Ц. виновным себя не признал.

В апелляционном представлении государственный обвинитель Шарипов просит приговор отменить в связи с несоответствием выводов суда фактическим обстоятельствам дела.

Вывод суда об отсутствии в действиях Ц. состава преступления сделан без должной оценки всей совокупности доказательств, представленной стороной обвинения, а наличие у него полномочий на самостоятельное принятие решения о проведении экспертизы подтверждено показаниями представителя потерпевшего и свидетелей.

Ц. разработано техническое задание для муниципального контракта по приобретению блочно-модульной котельной и осуществлялся контроль ее поставки и монтажа.

Ц., имея инженерное образование, обладая опытом работы в сфере ЖКХ, курируя вопросы подготовки к отопительному сезону, распоряжением Главы <адрес> муниципального округа был назначен ответственным за проведение экспертизы по поставке и монтажу котельной, в которую входит, в том числе, и проверка соответствия поставленного оборудования техническому заданию.

Занимая должность заместителя Главы <адрес> муниципального округа Курганской области, Ц. мог самостоятельно действовать от имени муниципального образования и единолично принимать решение о проведении экспертизы поставленной котельной, поскольку именно он фактически выступал в роли муниципального заказчика – Администрации <адрес> муниципального округа при закупке, поставке и монтаже блочно-модульной котельной. Отсутствие инициативы по проведению экспертизы поставленной котельной свидетельствует о наличии у Ц. прямого умысла на совершение преступления, предусмотренного ст. 286 УК РФ.

Выводы суда о неознакомлении Ц. с должностной инструкцией и распоряжением о назначении его экспертом являются необоснованными, поскольку должностная инструкция разработана самим Ц., следовательно, он знал о ее содержании, проект распоряжения также был с ним согласован.

В апелляционной жалобе представитель потерпевшего Ф. просит приговор отменить, направить уголовное дело для рассмотрения по существу в тот же суд.

В обоснование доводов об отмене приговора указывает, что Ц. без привлечения специалистов, самостоятельно изготовил техническое задание к муниципальному контракту, при назначении экспертом по приемке поставленной и смонтированной котельной не сообщил о своей некомпетентности и, как следствие, о невозможности выполнять обязанности эксперта и, заведомо зная о несоответствии характеристик поставленной котельной необходимым требованиям, без проведения экспертизы составил акт приема-передачи котельной, при этом ввел в заблуждение Главу Администрации <адрес> округа о пригодности котельной для эксплуатации в соответствии с заявленными требованиями.

В возражениях на апелляционное представление и апелляционную жалобу Ц. просит оставить их без удовлетворения, приговор без изменения, находя его законным и обоснованным.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционного представления, апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Следственными органами Ц. обвинялся в том, что, являясь заместителем главы <адрес> района Курганской области, а затем заместителем главы <адрес> муниципального округа Курганской области – начальником муниципального казенного учреждения (МКУ) отдела жилищно-коммунального хозяйства и материально-технического обеспечения администрации <адрес> муниципального округа, совершил действия, явно выходящие за пределы предоставленных ему полномочий, в части приобретения у ООО <...> блочно-модульной котельной, непригодной для эксплуатации и для надежного обеспечения теплоснабжением потребителей.

Являясь полномочным распорядителем и получателем бюджетных средств, зная, что теплопроизводительность котельной не отвечает требованиям технического задания к муниципальному контракту на ее приобретение, не соответствует значению, указанному производителем в документации на оборудование, а также понимая, что не обладает специальными познаниями и оборудованием, необходимыми для проведения своими силами экспертизы на предмет соответствия приобретаемой блочно-модульной котельной требованиям строительных и технических норм и правил, а также ее фактической пригодности для эксплуатации, умышленно не организовал надлежащее обследование приобретаемой котельной, безосновательно отказался от проведения экспертизы с привлечением компетентных экспертов и экспертных организаций на предмет фактической пригодности котельного оборудования для эксплуатации, не создал надлежащую и компетентную комиссию, обладающую специальными познаниями и возможностями, необходимыми для проверки соответствия котельной предъявляемым требованиям, в том числе соответствия ее теплопроизводительности заявленным требованиям. Не обеспечил и не проконтролировал проведение необходимых приемосдаточных и пусконаладочных испытаний котельного оборудования. Умышленно, явно превышая свои полномочия, заключающиеся в необходимости приобретения пригодной для эксплуатации котельной, эффективном и целесообразном расходовании бюджетных средств, <...> в здании администрации муниципального округа, как уполномоченное должностное лицо, принял у генерального директора ООО <...> непригодную для эксплуатации блочно-модульную котельную расположенную в с. <адрес>, сообщив главе муниципального округа, неосведомленному о преступных намерениях Ц., заведомо ложную информацию о соответствии поставленного котельного оборудования предъявляемым требованиям и лично подписал акт приема-передачи указанной котельной, который явился основанием для последующего перечисления денежных средств поставщику.

Суд, исследовав и оценив все собранные по делу доказательства, сделал обоснованный вывод об отсутствии в деянии Ц. состава преступления, оснований не соглашаться с которым у суда апелляционной инстанции не имеется.

Как установлено судом и указано в приговоре, по муниципальному контракту на поставку и монтаж блочно-модульной котельной, с учетом дополнительного соглашения, муниципальным заказчиком Ц. не являлся и не был наделен полномочиями на самостоятельное принятие решения о назначении и проведении экспертизы котельного оборудования, в том числе с привлечением сторонних экспертов, создание приемочной комиссии, подписание акта приема-передачи, являющегося основанием для перечисления поставщику денежных средств в счет оплаты за поставку и монтаж блочно-модульной котельной.

В соответствии с положениями Федерального закона от 6 октября 2003 г. № 131-ФЗ «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации», Устава <адрес> муниципального округа, Положения об Администрации <адрес> муниципального округа, муниципальным заказчиком по муниципальному контракту на поставку и монтаж блочно-модульной котельной, с учетом дополнительного соглашения, является Администрация <адрес> муниципального округа Курганской области, от имени которой выступает ее глава.

В силу ч. 1 ст. 41 Федерального закона от 5 апреля 2013 г. № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд», заказчики привлекают экспертов, экспертные организации в случае, предусмотренном ч. 3 ст. 94 указанного закона.

Согласно ст. 94 Федерального закона № 44-ФЗ, для проверки предоставленных поставщиком (подрядчиком, исполнителем) результатов, предусмотренных контрактом, в части их соответствия условиям контракта, заказчик обязан провести экспертизу. Аналогичная обязанность на заказчика – Администрацию <адрес> муниципального округа возложена п. 4.3.5 муниципального контракта.

В соответствии с чч. 3,6 ст. 94 Федерального закона № 44-ФЗ, в целях обеспечения приемки продукции по вышеуказанному муниципальному контракту экспертиза может проводиться заказчиком своими силами или к ее проведению могут привлекаться эксперты, экспертные организации, а также заказчик вправе создать приемочную комиссию, возложив на нее полномочия по проведению экспертизы товара своими силами.

Заказчиком по муниципальному контракту на приобретение блочно-модульной котельной выступала администрация <адрес> муниципального округа Курганской области в лице ее главы, а не Ц., как заместителя главы <адрес> муниципального округа – начальника муниципального казенного учреждения (МКУ) отдела жилищно-коммунального хозяйства и материально-технического обеспечения администрации <адрес> муниципального округа.

С учетом изложенного, доводы апелляционного представления и жалобы о полномочиях Ц., как представителя муниципального заказчика при закупке, поставке и монтаже блочно-модульной котельной, самостоятельно действовать от имени муниципального образования и единолично принимать решение о проведении экспертизы поставленной котельной следует признать необоснованными.

Судом установлено, что <...> между администрацией <адрес> района в лице исполняющего обязанности главы администрации К. (заказчик) и ООО «<...>» в лице его генерального директора М. (поставщик) на основании п. 9 ч.1 ст. 93 Федерального закона № 44-ФЗ заключен муниципальный контракт № № на сумму <...>, предметом которого являлась поставка и монтаж блочно-модульной котельной в <адрес>.

Котлы в блочно-модульной котельной устанавливались по мере изготовления. Первый котел установлен в ноябре, второй в начале декабря, третий котел установлен к концу декабря <...> г., четвертый котел установлен в феврале <...> г. Проектно-сметная документация на блочно-модульную котельную не разрабатывалась, техническое задание подготовлено заместителем главы Ц.. В установленном законом порядке пусконаладочные работы, ввод в эксплуатацию котельного оборудования не производились в связи с отсутствием денежных средств, по этим же причинам не проводилась и экспертиза.

<...>, распоряжением главы администрации <адрес> муниципального округа С., Ц., на основании ч. 3 ст. 94 Федерального закона № 44-ФЗ, назначен экспертом для проведения экспертизы по поставке и монтажу блочно-модульной котельной.

<...>., по поручению главы администрации <адрес> муниципального округа Ц. на территории котельной по <адрес>, в присутствии представителей поставщика Я. и Б., а также директора <...> Д. и сотрудника Администрации Г. осмотрел оборудование блочно-модульной котельной, сверил наличие оборудования и технические характеристики котлов, указанные в паспорте с техническим заданием и спецификацией к муниципальному контракту, после чего совершил запись в акте приема-передачи от <...> «Комплектность документации проверил и принял. Оборудование принято в полном объеме». После чего акт приема-передачи подписан главой муниципального округа (заказчиком) и на его основании администрация <адрес> муниципального округа перечислила на расчетный счет ООО «<...>» денежные средства в счет оплаты за поставку и монтаж блочно-модульной котельной, приобретя таким образом в муниципальную собственность блочно-модульную котельную, расположенную в <адрес>.

При установленных судом обстоятельствах выполнения муниципального контракта на поставку и монтаж блочно-модульной котельной, а также назначения Ц. экспертом за 7 дней до сдачи котельной заказчику, необоснованными следует признать и доводы апелляционного представления о совершении оправданным действий, явно выходящих за пределы его полномочий, связанных с отсутствием инициативы по проведению экспертизы поставленной котельной.

Сам Ц., невзирая на то, что являлся руководителем ЖКХ муниципального округа, отрицал наличие у него специальных познаний, являющихся обязательным требованием, предъявляемым к экспертам.

Из показаний главы муниципального округа С. также следует, что Ц. не мог самостоятельно принять решение о производстве экспертизы котельного оборудования. Полномочиями на подписание акта приема-передачи Ц. не обладал. Котельное оборудование испытывалось только в работе, жалоб на работу котельной от населения не поступало. С. был осведомлен, что на момент подписания акта приема-передачи монтажные работы выполнены не полностью, отсутствовали золоуловители. Эти работы подрядчик обязался завершить по окончании отопительного периода, о чем представил Администрации гарантийное письмо. Как эксперт, Ц. должен был проверить комплектность оборудования, его соответствие техническим характеристикам, указанным в паспорте котлов, техническому заданию. Какой-либо документ, обосновывающий соответствие поставленного и смонтированного котельного оборудования не составлялся.

Кроме этого, следует учесть, что Ц. не инкриминировались действия, связанные с разработкой технического задания при подготовке муниципального контракта на приобретение блочно-модульной котельной, и которые бы он совершил, как эксперт, вопреки предоставленным ему полномочиям, в связи чем доводы апелляционной жалобы представителя потерпевшего следует признать безосновательным.

Проведенная следственными органами инженерно-техническая экспертиза № №, на основании которой был сделан вывод о непригодности блочно-модульной котельной, в том числе в связи с несоответствием ее производительности, также не служит основанием для признания действий Ц. при реализации администрацией <адрес> муниципального округа муниципального контракта на ее поставку и монтаж, явно выходящими за пределы его полномочий.

Экспертом при осмотре котлов установлено, что комплектность и технические характеристики блочно-модульной котельной, указанные в паспорте котла <...> в большей части соответствуют требованиям технического задания на поставку и монтаж блочно-модульной котельной в <адрес>.

Как не соответствующее техническому заданию экспертом отнесено значение КПД котлов не менее 80% вместо заявленных в техническом задании и приложении к контракту не менее 85 %, что само по себе не может быть безусловно очевидным несоответствием условиям контракта. К следующим несоответствиям экспертом отнесены мощности электрооборудования и потребляемой электроэнергии и топлива (угля каменного) по теплоотдаче Q 5230, вместо Q 5600.

Обосновывая свой вывод о непригодности блочно-модульной котельной, эксперт сослался на произведенные замеры производительности двух котлов, по окончанию отопительного сезона <...> гг. Сведений о проведении предварительных регламентных работ, позволявших считать проведенные замеры на «условно новых» котлах, материалы уголовного дела не содержат, а соответственно, отсутствуют основания для утверждения о том, что при запуске и эксплуатации котельной в период отопительного сезона <...> гг. блочно-модульная котельная, приобретенная в указанный период администрацией <адрес> муниципального округа, являлась непригодной для эксплуатации, не имеется.

Представленные стороной государственного обвинения доказательства не содержат сведений о проведении по окончании отопительных сезонов <...> гг. и <...> гг. технического обслуживания котлов.

Причины, по которым котельная престала соответствовать техническим параметрам, заявленным производителем и отраженным в техническом паспорте, следственными органами не устанавливались.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что Ц. не совершал действий, явно выходящих за пределы его полномочий, которые бы повлекли существенное нарушение охраняемых законом интересов общества и государства и оправдал его в связи с отсутствием в деянии состава преступления.

Нарушений уголовно-процессуального закона в ходе предварительного расследования и судебного разбирательства, влекущих в соответствии со ст. 389.15 УПК РФ отмену приговора, по данному делу не допущено. Из протокола судебного заседания следует, что судебное следствие проведено в соответствии с требованиями ст. 273-291 УПК РФ. В судебном заседании было обеспечено равенство прав сторон, которым суд, сохраняя объективность и беспристрастие, создал необходимые условия для всестороннего и полного исследования обстоятельств дела.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Альменевского районного суда Курганской области от 2 апреля 2024 г. в отношении Ц. оставить без изменения, апелляционное представление и жалобу - без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции с подачей кассационных жалобы, представления через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вынесения апелляционного постановления, а по истечении этого срока – непосредственно в суд кассационной инстанции.

Стороны вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий