Приговор № 1-30/2017 от 28 июня 2017 г. по делу № 1-30/2017

Дело №1-30/2017


ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

п. Чернянка 29 июня 2017 года

Чернянский районный суд Белгородской области в составе председательствующего судьи Дереча А.Н.

с участием:

государственного обвинителя - старшего помощника прокурора Чернянского района Ткаченко Р.А.,

подсудимого ФИО1,

защитника подсудимого – адвоката Грекова В.А., представившего удостоверение №82, ордер №006763 от 08.06.2017 года,

потерпевшей З.Т.В.,

при ведении протокола секретарем Гущиной Т.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по обвинению:

ФИО1, родившегося <данные изъяты>, не судимого,

в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.264 УК РФ,

установил:

ФИО1, управляя автомобилем в состоянии опьянения, нарушил правила дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека.

Преступление совершено в с. Новоречье Чернянского района Белгородской области при следующих обстоятельствах.

ФИО1, 17 апреля 2017 года, примерно в 12 часов 30 минут, в нарушение п.2.7 Правил дорожного движения РФ, утвержденных постановлением Совета Министров – Правительства РФ от 23 октября 1993 года №1090 (в редакции постановления Правительства РФ от 24 марта 2017 года №333) (далее Правил), запрещающего водителю управлять транспортным средством в состоянии опьянения, управлял, принадлежащим ему технически исправным автомобилем ВАЗ-210740, государственный регистрационный знак №, находясь в состоянии алкогольного опьянения, двигаясь по проезжей части дороги ул. Центральная с. Новоречье Чернянского района Белгородской области, в направлении от дома №115 к дому №123.

В нарушение п.10.2 Правил, разрешающего движение транспортных средств в населенных пунктах со скоростью не более 60 км/ч, а также п. 10.1 Правил предписывающего водителю вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения, обеспечивающую водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил, и при возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства, ФИО1, проявляя преступную небрежность, не предвидя возможности наступления общественно-опасных последствий нарушения им правил дорожного движения – возникновения дорожно-транспортного происшествия при котором наступит смерть человека, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть эти последствия, двигался на управляемом им автомобиле по указанному участку дороги с превышением установленной скорости 60км/ч, а именно, со скоростью более 82,2 км/ч.

Вследствие нахождения в состоянии алкогольного опьянения, движения на автомобиле под его управлением со скоростью превышающей разрешенную в населенном пункте, и не обеспечивающей водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил, ФИО1 не справился с управлением указанного автомобиля, и в нарушение требований п.1.4 Правил, согласно которому на дорогах установлено правостороннее движение транспортных средств, п.9.1 Правил определяющих, что стороной, предназначенной для встречного движения на дорогах с двухсторонним движением без разделительной полосы, считается половина ширины проезжей части слева, и п. 9.9 Правил, запрещающего движение транспортных средств по обочинам, выехал на автомобиле сначала на правую обочину, после чего на полосу, предназначенную для встречного движения и частично на обочину слева, где совершил наезд на пешехода О.Н.Г.., передвигавшуюся по левой обочине параллельно проезжей части около дома №120 по ул. Центральная.

В результате наезда на пешехода автомобилем под управлением ФИО1 пешеходу О.Н.Г. причинены <данные изъяты>, что повлекло развитие опасного для жизни травматического шока, от которого она скончалась 17 апреля 2017 года на месте дорожно-транспортного происшествия.

Своими действиями водитель ФИО1 грубо нарушил требования пунктов 2.7, 1.4, 9.1, 9.9, 10.1, 10.2 Правил дорожного движения РФ и эти нарушения находятся в прямой причинно-следственной связи с дорожно-транспортным происшествием, повлекшим по неосторожности смерть О.Н.Г..

Цыганков виновным себя в объеме предъявленного обвинения признал полностью.

По существу дела показал, что 17 апреля 2017 года примерно в 11 часов, он употреблял вместе с П.В.С. спиртное, выпив примерно 50 грамм. После чего, управляя принадлежащим ему технически исправным автомобилем ВАЗ-210740, государственный регистрационный знак № рус поехал его отвезти к матери. Двигаясь по дороге в с. Новоселовка со скоростью примерно 80км/ч, зацепил правую обочину, после чего, начался занос автомобиля, и он на левой обочине сбил женщину. Когда сообщили, что женщина мертва у него было шоковое состояние от случившегося. Попросил К.О.С. отвезти его к матери. Дома выпил еще спиртного из-за шока. Мать взяла денег на помощь потерпевшим, и они вместе направились к месту происшествия. Перед селом у К.О.С. в автомобиле закончился бензин, подъехал участковый, и он пересев в его автомобиль приехал на место происшествия. Намерения скрываться у него не было.

Вина подсудимого кроме его показаний подтверждается показаниями потерпевшей, свидетелей, протоколами следственных действий, заключениями судебных экспертиз и другими.

Так, из сообщений дежурного ОМВД России по Чернянскому району следует, что 17 апреля 2017 года в 12 часов 40 минут диспетчер ЕДДС В.С.Е., а в 12 часов 55 минут фельдшер скорой помощи З.М.К. сообщили о дорожно-транспортном происшествии в с. Новоречье с пострадавшими, с участием автомобиля ВАЗ-210740, государственный регистрационный знак № рус под управлением ФИО1 (т.1 л.д.8,9).

Участковый уполномоченный Т.И.А. показал, что 17 апреля 2017 года ему поступило сообщение о дорожно-транспортном происшествии в с. Новоречье. Прибыв на место, он обнаружил на ул. Центральная у д.120 на обочине автомобиль «семерка» с повреждением на правом переднем крыле. За ним на обочине находился труп О.Н.Г.. От местных жителей узнал, что управлял автомобилем ФИО1 и он принял меры к его розыску. При выезде из села обнаружил легковой автомобиль К.О.С., в котором находился ФИО1 с его матерью. Он доставил его к месту происшествия. ФИО1 сообщил, что именно он совершил наезд. ФИО1 находился в состоянии алкогольного опьянения. У него была невнятная речь, запах алкоголя, пошатывался.

Потерпевшая З.Т.В пояснила, что не видела, как произошло происшествие, ей об этом сообщил младший брат в 1-м часу 17 апреля 2017 года. Она прибыла на место, когда О.Н.Г. была мертва. Она лежала на обочине, рядом находился автомобиль «Жигули». Из-за переживаний события помнит плохо. Подтвердила, что мать подсудимого передала отцу 40 тысяч рублей: 20 тысяч в счет морального вреда и 20 тысяч на погребение. Впоследствии мать подсудимого передала еще 30 тысяч рублей на погребение, тем самым полностью выплатив ей материальный ущерб. С учетом ранее выплаченных 20 тысяч рублей, поддержала требование о взыскании с подсудимого 980 тысяч рублей в счет компенсации морального вреда.

Проживающий в доме <адрес> С.А.Р. рассказал, что в тот день услышал на улице разговор и, выйдя, увидел напротив его дома лежавшую пострадавшую. Рядом были подсудимый, П.В.С., муж погибшей и сын.

Муж пострадавшей О.В.С. указал, что 17 апреля 2017 года примерно в обед сын О.А.С. сообщил о том, что жену сбила машина. Когда прибыл на место, видел её на обочине уже мертвую. Подтвердил, что ему передавали 40 тысяч рублей на погребение и он писал расписку.

О.А.С. пояснил, что видел как подсудимый проехал по дороге на автомобиле на высокой скорости примерно 100 км./ч. в том направлении куда по дороге направилась О.Н.Г.. После этого, ему позвонили и сообщили о том, что её сбил автомобиль. На месте происшествия видел на обочине уже мертвую О.Н.Г., рядом автомобиль ВАЗ 2107. За рулем был подсудимый. Он был в нетрезвом состоянии, шатался, от него исходил запах алкоголя. Подсудимый уехал с К.О.С., потом его привезли сотрудники полиции.

К.О.С. показал, что проезжая на автомобиле в с. Новоселовка, увидел скопление народа и остановился поинтересоваться. Подошел подсудимый, сказал, что он сбил женщину, просил съездить к его матери. У ФИО1 было шоковое состояние. Он отвез его домой, где минуты через три они вышли с матерью и на его автомобиле они направились обратно. Не доехав до села, в автомобиле закончился бензин. Подсудимого забрал к себе в автомобиль участковый, и они уехали к месту происшествия.

П.В.С. показал, что 17 апреля 2017 года в обед, встретился с ФИО1, возле дома Б.У.С., где выпивали с ним «самогон». Цыганков выпил примерно 50 грамм спиртного. По его просьбе ФИО1 согласился отвезти его на своем автомобиле к матери. Видимость была хорошая, за 100 метров. На дороге были ямы. ФИО1 ехал на автомобиле со скоростью примерно 80 км/ч, вильнул, зацепил сырую обочину справа и автомобиль вошел в неуправляемый занос. По левой стороне дороги, ближе к обочине шла женщина, и она была сбита автомобилем под управлением подсудимого.

Б.У.С. также подтвердил, что в тот день подсудимый и П.В.С., часов в 12-ть распивали спиртное, возле его дома. Подсудимый выпил один стакан, примерно 50 грамм. Затем подсудимый сел за руль своего автомобиля и вместе с П.В.С. уехали. Позже ему стало известно, что автомобилем сбили О.Н.Г..

Ц.В.М. (жена подсудимого), пояснила, что 17 апреля 2017 года они находились в Новоречье. Видела как примерно в 10 часов ФИО1 мыл машину, примерно через полчаса к нему подошел П.В.С., минут через 20 они уехали на автомобиле под управлением мужа. А спустя 10 минут он ей позвонил и сообщил, что сбил женщину.

Ц.Т.В. (мать подсудимого) показала, что 17 апреля 2017 года К.О.С. привез из с.Новоречье сына, который сообщил о том, что сбил на автомобиле женщину. Она взяла 40 тысяч рублей на помощь потерпевшим и они выехали к месту происшествия, но не доехали так как в автомобиле закончился бензин. Вместе с участковым они прибыли к месту происшествия. Она передала мужу погибшей 40 тысяч рублей, 20 тысяч на погребение и 20 тысяч в счет компенсации морального вреда.

Из протокола осмотра следует, что местом дорожно-транспортного происшествия является участок автодороги в с.Новоречье Чернянского района по ул. Центральная между домов 123 и 115. Труп О.Н.Г. находился на обочине напротив дома №120. На обочине слева перед трупом О.Н.Г. обнаружен автомобиль ВАЗ-210740 рег.номер №. На участке дороги обнаружены в большей степени прямолинейные следы юза с небольшим закруглением по ходу движения автомобиля. Предметы и следы юза зафиксированы относительно неподвижных участков дороги с определением расстояний, что также отображено на схеме дорожно-транспортного происшествия к протоколу осмотра, к которому также приобщена фототаблица с места происшествия. (т.1 л.д.14-28)

В ходе осмотра места дорожно-транспортного происшествия (т.1 л.д.14-28) и при осмотре транспортного средства установлено, что автомобиль ВАЗ-210740 регистрационный знак № имеет механические повреждения справа в виде вмятин переднего крыла и капота, царапин передней и задней дверей, трещины переднего ветрового стекла. Состояние рулевого управления и тормозной системы в норме. (т.1 л.д.101-103)

Автомобиль признан вещественным доказательством по делу (т.1 л.д.104)

Согласно выводам автотехнической экспертизы автомобиль ВАЗ-2107 перемещался по проезжей части по направлению образования следов его колес, находясь в состоянии потери курсовой устойчивости, и контактировал с пешеходом своей передней частью боковой стороны кузова. Скорость движения автомобиля ВАЗ-2107 перед применением экстренного торможения составляла более 82,2 км/ч. (т.1 л.д.131-138)

Из свидетельства о регистрации транспортного средства следует, что автомобиль ВАЗ-210740 регистрационный знак № принадлежит ФИО1 (т.1 л.д.227).

ФИО1 имел права на управление транспортными средствами категории B и B1 что подтверждается водительским удостоверением (т.1 л.д.226).

Согласно акта освидетельствования на состояние алкогольного опьянения от 17 апреля 2017 года, у ФИО1 были признаки алкогольного опьянения: запах алкоголя изо рта, неустойчивость позы, нарушение речи, резкое изменение окраски кожных покровов лица, по результатам исследования с применением технического средства измерения были зафиксированы показания прибора о наличии в выдыхаемом воздухе этилового спирта 0,990 мг/л. У ФИО1 установлено алкогольное опьянение (т.1 л.д.12-13).

Из заключения судебно-медицинской экспертизы трупа следует, что смерть О.Н.Г.. наступила от опасного для жизни квалифицирующегося как тяжкий вред травматического шока развившегося в результате причинения ей <данные изъяты>, которые образовались прижизненно, могли образоваться при обстоятельствах указанных в постановлении следователя в момент дорожно-транспортного происшествия 17 апреля 2017 года при ударах о различные выступающие части автомобиля. (т.1 л.д.114-117)

Оценивая представленные доказательства, суд считает, что основания сомневаться в достоверности показаний потерпевшей З.Т.В, свидетелей Т.И.А., П.В.С., К.О.С., О., Ц., Б.У.С., С.А.Р. не имеется. Свидетели предупреждены об ответственности, у них нет оснований для оговора подсудимого, обстоятельства в них изложенные не противоречивы, согласуются с другими доказательствами.

Так наличие события преступления, его время, место и причастность ФИО1 к его совершению следует из показаний самого подсудимого показавшего, что 17 апреля 2017 года после 11 часов управлял принадлежащим ему автомобилем и сбил на обочине слева по ул. Центральная с Новоречье женщину, что также подтверждается показаниями свидетелей.

П.В.С. находился в момент дорожно-транспортного происшествия в автомобиле и подтвердил, что 17 апреля 2017 года управляя автомобилем, ФИО1 не справился с управлением, автомобиль вошел в неуправляемый занос и ближе к обочине слева сбил женщину.

Жена подсудимого ФИО1 пояснила, что 17 апреля 2017 года они находились с мужем в с. Новоселовка. Спустя 10 минут после того как муж уехал с П.В.С. на автомобиле он ей сообщил, что сбил женщину.

Как следует из показаний матери подсудимого Ц.Т.В., свидетеля К.О.С. и участкового Т.И.А., ФИО1 сам сообщил им о том, что именно он сбил на автомобиле О.Н.Г..

Их показания также согласуются с показаниями С.А.Р., видевшего напротив своего дома труп О.Н.Г. и рядом с автомобилем подсудимого, П.В.С., мужа и сына погибшей.

О.А.С. пояснял, что видел автомобиль ФИО1 проехавшего в направлении ушедшей по дороге О.Н.Г. и сразу после этого ему сообщили о том, что её сбил автомобиль, прибыв на место видел там автомобиль за рулем которого находился подсудимый.

Показания названных свидетелей объективно подтверждаются собранными в полном соответствии с требованиями уголовно-процессуального кодекса письменными доказательствами.

Установленное время преступления (примерно 12 часов 30 минут) следует также из показаний подсудимого, свидетелей К.О.С., П.В.С. о том, что после наезда сразу сообщили в службу спасения о дорожно-транспортном происшествии, и, представленных сведений дежурного отдела полиции, о том, что сообщения поступили в 12 часов 40 минут и 12 часов 55 минут 17 апреля 2017 года.

О месте совершения наезда на пешехода на участке дороги между домами 115 и 123, напротив дома 120 ул. Центральная свидетельствует обстановка зафиксированная при осмотре места происшествия в протоколе, в соответствии с требованиями процессуального закона, расположение автомобиля и трупа, следов юза. Данная обстановка согласуется с показаниями самого подсудимого и свидетеля П.В.С., находившегося в момент происшествия на переднем пассажирском сиденье автомобиля, пояснившего, что ФИО1 не справился с управлением, автомобиль ушел в занос и на левой обочине была сбита женщина.

О достоверности показаний подсудимого и свидетеля П.В.С. об обстоятельствах причинения смерти пешеходу О.Н.Г. в результате того, что ФИО1 не справился с управлением автомобилем, кроме протокола осмотра места дорожно-транспортного происшествия свидетельствует вывод автотехнической экспертизы о том, что автомобиль ВАЗ-2107 перемещался по проезжей части по направлению образования следов его колес, находясь в состоянии потери курсовой устойчивости, и контактировал с пешеходом своей передней частью боковой стороны кузова.

Совокупность представленных доказательств позволяет сделать вывод, что дорожно-транспортное происшествие произошло именно вследствие грубого нарушения правил дорожного движения со стороны водителя ФИО1.

Так, ссылка защитника на плохое состояние дороги, наличие на ней ям, не убедительна.

В соответствии с требованиями пункта 10.1 Правил дорожного движения водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил. При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

Пунктом 10.2 Правил установлено, что в населенных пунктах разрешается движение транспортных средств со скоростью не более 60 км/ч, а в жилых зонах и на дворовых территориях не более 20 км/ч.

Как следует из показаний самого подсудимого, он двигался в населенном пункте со скоростью примерно 80 км/ч, при этом допускал, что скорость могла быть и больше.

Находящийся в салоне автомобиля П.В.С. также указывал скорость движения примерно 80 км/ч., допуская возможность разницы плюс минус 10 км/ч.

Данные показания подсудимого и свидетеля были подтверждены объективно путем проведения автотехнической экспертизы, по заключению которой установлено, что скорость движения автомобиля ВАЗ-2107 перед применением экстренного торможения составляла более 82,2 км/ч.

Вывод экспертизы основан на проведении расчетов с использованием апробированных методик при определении скорости, на основании объективных данных установленных в ходе осмотра места дорожно-транспортного происшествия. Оснований ставить под сомнения выводы эксперта не усматривается.

Ссылка защитника на недостоверность протокола следственного эксперимента с участием П.В.С. не влечет иного вывода относительно заключения автотехнической экспертизы, поскольку при расчете скорости использовались сведения из протокола осмотра места происшествия о величине следов юза, а не данные протокола следственного эксперимента на который ссылался защитник.

Более того данный протокол государственным обвинителем в качестве доказательства виновности подсудимого не представлялся, а защитник представив его как доказательство защиты так и не пояснил какие обстоятельства он подтверждает в пользу невиновности подсудимого.

Государственный обвинитель, не посчитав убедительными полученные в ходе следственного эксперимента результаты о скорости движения автомобиля (более 90км/ч), принял за более достоверные результаты автотехнической экспертизы, просив считать установленным движение автомобиля под управлением ФИО1 в момент дорожно-транспортного происшествия более 82,2 км/ч, что не ухудшает положение подсудимого.

Как следует из показаний П.В.С. и что не отрицалось подсудимым, видимость была хорошая, более 100 метров. Из протокола осмотра места происшествия и транспортного средства видно, что автомобиль был в технически исправном состоянии. Таким образом, ФИО1 при возникновении опасности для движения – движущегося пешехода О.Н.Г., был в состоянии её обнаружить и принять меры к снижению скорости.

Из показаний подсудимого ФИО1 и П.В.С. видно, что ФИО1 не справился с управлением автомобилем, вильнул, зацепил обочину справа, после чего автомобиль находился в неуправляемом заносе и выехал на встречную полосу и частично левую обочину, где и совершен наезд на пешехода О.Н.Г..

Показания подсудимого и П.В.С. в этой части соответствуют зафиксированной на месте дорожно-транспортного происшествия обстановке: расположение автомобиля, трупа пострадавшей и следов юза от колес автомобиля.

Данные обстоятельства указывают на то, что скорость, с которой управлял автомобилем ФИО1, явно не обеспечивала безопасность движения, и возможность выполнения требований Правил.

В нарушение требований п.1.4 Правил устанавливающих правостороннее движение по дорогам, п. 9.1 Правил, определяющей, что стороной, предназначенной для встречного движения на дорогах с двухсторонним движением без разделительной полосы, считается половина ширины проезжей части слева, п.9.9 Правил запрещающих двигаться по обочинам, в результате того, что ФИО1 не избрав безопасную скорость движения, а напротив двигаясь с превышением установленной в населенном пункте скорости, не справился с управлением автомобилем, допустив его занос, автомобиль под его управлением произвел выезд на встречную полосу и частично на левую относительно его движения обочину, где и произошел наезд на потерпевшую ФИО2.

Кроме того, подтверждается и нарушение подсудимым п.2.7 Правил дорожного движения запрещающего управлять транспортным средством в состоянии опьянения.

Согласно п.11 Правил освидетельствования лица, которое управляет транспортным средством на состояние алкогольного опьянения…, утвержденных постановлением Правительства РФ от 26.06.2008г. №475 (в редакции от 10.09.2016г.), положительным результатом исследования выдыхаемого воздуха считается наличие абсолютного этилового спирта в концентрации, превышающей возможную суммарную погрешность измерений, а именно 0,16 миллиграмма на один литр выдыхаемого воздуха.

Как следует из акта освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, с применением технического средства измерения, у ФИО1 обнаружено в выдыхаемом воздухе наличие этилового спирта 0,990мг/л., что правильно признано как состояние алкогольного опьянения.

Освидетельствование проведено в строгом соответствии с вышеназванными Правилами, с его результатами подсудимый согласен, о чем указано в акте и что не оспаривалось им в суде.

Подсудимый имел признаки алкогольного опьянения отраженные в акте: запах алкоголя изо рта, неустойчивость позы, нарушение речи, резкое изменение окраски кожных покровов лица.

Подсудимый показал, что употреблял спиртное после происшествия в виду шокового состояния.

Однако, эти признаки усматривались у него до того как он уезжал с К.О.С. о чем показал свидетель О.А.С..

А кроме того, П.В.С. и Б.У.С. показали, что ФИО1 до происшествия выпил примерно 50грамм спиртного (самогон), что не отрицал и подсудимый.

Из обстоятельств дела видно, что между дорожно-транспортным происшествием и наступившими последствиями имеется прямая причинная связь.

Так из заключения судебно-медицинской экспертизы видно, обнаруженные у О.Н.Г. телесные повреждения могли образоваться при обстоятельствах указанных в постановлении следователя в момент дорожно-транспортного происшествия 17 апреля 2017 года при ударах о различные выступающие части автомобиля. В результате причинения телесных повреждений, развился опасный для жизни, квалифицирующийся как тяжкий вред, травматический шок, от которого и наступила смерть потерпевшей на месте происшествия.

Следственные действия по осмотру мест происшествия и изъятию предметов проведены в соответствии с требованиями УПК РФ, с составлением протоколов, отвечающих требованиям Кодекса. Сообщение из органов полиции и организаций получены следователем в рамках возбужденного дела.

Судебные медицинская и автотехническая экспертизы проведены экспертами, имеющими соответствующую квалификацию и длительный стаж работы по специальности, сделанные в заключениях выводы обоснованы проведенными исследованиями, достаточно мотивированы, и не вызывают сомнений у суда.

Подвергнув проверке представленные к исследованию указанные выше доказательства, как каждое в отдельности, так и в совокупности, суд признает их относимыми, допустимыми, достоверными и достаточными, полностью подтверждающими виновность подсудимого в совершении установленного преступления.

Пункт 1.5 Правил является общим и подлежит исключению из обвинения.

Как следует из установленных обстоятельств дела, водителем ФИО1 были грубо нарушены требования пунктов 2.7, 1.4, 9.1, 9.9, 10.1, 10.2 Правил дорожного движения РФ и эти нарушения находятся в прямой причинно-следственной связи с дорожно-транспортным происшествием, повлекшим по неосторожности смерть О.Н.Г.

Поэтому, суд квалифицирует действия подсудимого ФИО1 по ч.4 ст.264 УК РФ – нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, совершенное лицом, находящимся в состоянии опьянения, повлекшее по неосторожности смерть человека.

ФИО1 не предвидел возможность наступления общественно опасных последствий нарушения им Правил дорожного движения в виде причинения смерти потерпевшему, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог это предвидеть, то есть по отношению к наступившим последствиям действовал по неосторожности, с преступной небрежностью.

При назначении подсудимому наказания суд учитывает характер и степень общественной опасности преступления, личность виновного, в том числе обстоятельства, смягчающие наказание, влияние назначенного наказания на его исправление и на условия жизни его семьи.

Подсудимым совершено по неосторожности преступление средней тяжести против безопасности дорожного движения. Преступление имеет оконченный состав. Потерпевшая настаивает на самом строгом наказании.

ФИО1 характеризуется положительно: <данные изъяты> не судим, к административной ответственности не привлекался (т.1 л.д.219- 223), <данные изъяты>.

Обстоятельств отягчающих наказание подсудимого не установлено.

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО1, суд признает наличие малолетних детей (п. «г» ч.1 ст.61 УК РФ), иные действия, направленные на заглаживание вреда, причиненного потерпевшему путем полного возмещения имущественного вреда в сумме 50000 рублей и частичного возмещения морального вреда в сумме 20 000 рублей (п. «к» ч.1 ст.61 УК РФ).

В соответствии с ч.2 ст.61 УК РФ в качестве смягчающих наказание обстоятельств, суд также признает раскаяние подсудимого, признание вины и ходатайство о рассмотрении уголовного дела в особом порядке, наличие у подсудимого <данные изъяты> (т.2 л.д.5), наличие заболеваний у проживающих с ним и ведущим общее хозяйство родителей.

С учетом изложенного, характера и степени общественной опасности преступления, требований справедливости и соразмерности наказания содеянному, личности подсудимого, влияния назначенного наказания на исправление осужденного, условия жизни его семьи, при отсутствии отягчающих обстоятельств, и наличия смягчающих наказание обстоятельств предусмотренных п. «к» ч.1 ст.61 УК РФ, суд приходит к выводу о назначении наказания ФИО1 с применением положений ч.1 ст.62 УК РФ не более двух третей от максимального срока наиболее строгого наказания предусмотренного ч.4 ст.264 УК РФ в виде лишения свободы с лишением права заниматься деятельностью по управлению транспортными средствами.

Для изменения категории преступления, предусмотренного ч.4 ст.264 УК РФ, на менее тяжкую (ч.6 ст.15 УК РФ), а равно применения положений статей 64, 73, 53.1 УК РФ о назначении наказания условно, более мягкого, замены лишения свободы принудительными работами, исходя из обстоятельств дела (управлял автомобилем в алкогольном опьянении двигаясь по населенному пункту с превышением установленной скорости), данных о личности подсудимого, и целей назначения наказания - восстановление социальной справедливости, оснований не имеется.

Отсутствуют и основания для освобождения подсудимого от наказания, в том числе и по медицинским показаниям.

Данных об инвалидности, состоянии здоровья подсудимого, препятствующего отбыванию наказания, суду не представлено.

Лишение свободы ФИО1 в соответствии с п. «а» ч.1 ст.58 УК РФ следует отбывать в колонии-поселении.

По делу заявлен гражданский иск потерпевшей З.Т.В о взыскании с подсудимого морального вреда в сумме 1 млн. рублей, поддержаного в размере 980 000 рублей исходя из добровольно возмещенных 20000 рублей. Подсудимый иск признал частично в сумме 800000 рублей помимо ранее возмещенных 20000рублей. Иск потерпевшей суд признает обоснованными частично. В результате преступления наступила смерть близкого ей человека, что причинило нравственные и физические страдания истцу. Причиной смерти явились преступные действия подсудимого, обстоятельства преступления указывают на пренебрежительное отношение подсудимого к установленным в обществе правилам безопасности в области дорожного движения, связано с управлением транспортными средствами в алкогольном опьянении и нарушением скоростного режима. При определении размера подлежащего компенсации, суд исходит из фактических обстоятельств, требований ст.151, 1099-1101 ГК РФ и с учетом обстоятельств дела, разумности и справедливости, работоспособного возраста подсудимого, отсутствия медицинских противопоказаний выполнения работ, наличия у погибшей еще близких родственников (мужа и трех сыновей) обладающих правом на возмещение морального вреда, наличия у подсудимого малолетних детей, признания им иска в сумме 800000рублей, суд полагает необходимым определить компенсацию морального вреда подлежащего взысканию с подсудимого в пользу потерпевшей в размере 800 000(восемьсот тысяч) рублей помимо ранее выплаченных 20000рублей.

Доводы защитника о необходимости снятия ареста с автомобиля принадлежащего подсудимому не обоснованы. Риск не погашения суммы компенсации морального вреда остается актуальным и на момент рассмотрения настоящего дела, а потому арест следует сохранить до исполнения судебного решения в части удовлетворения гражданского иска.

В соответствии со ст.81 УПК РФ, вещественное доказательство: автомобиль ВАЗ-21074 рег.номер №, хранящийся на автомобильной стоянке следует оставить там же.

Процессуальные издержки в сумме 2850 рублей, в том числе: по вознаграждению адвоката Вербицких Ю.Н. на предварительном расследовании в размере 550 рублей (т. 2 л.д.13), по вознаграждению адвоката Моисеева М.Ю. за участие в суде апелляционной инстанции при рассмотрении вопроса о мере пресечения в размере 1100 рублей (т. 1 л.д. 114), за проведение товароведческой судебной экспертизы в размере 1200 рублей (т. 1 л.д. 145-150), на основании ст.ст.132 УПК РФ, подлежат взысканию с осужденного.

Учитывая назначение наказания в виде лишения свободы, в целях обеспечения приговора, меру пресечения ФИО1 до вступления приговора в силу, надлежит оставить без изменения в виде содержания под стражей.

Руководствуясь ст.ст.304, 307-309 УПК РФ, суд

приговорил:

Признать ФИО1 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.264 УК РФ и назначить ему наказание по этой статье в виде лишения свободы в колонии-поселении на срок 4 (четыре) года, с лишением права заниматься деятельностью по управлению транспортными средствами на срок 2 (два) года 10 (десять) месяцев.

Срок наказания ФИО1 исчислять с 29 июня 2017 года. Зачесть в сроки лишения свободы время содержания ФИО1 под стражей с 17 апреля 2017 года по 29 июня 2017 года.

Меру пресечения ФИО1 до вступления приговора в законную силу оставить без изменения содержание под стражей.

Иск потерпевшей З.Т.В удовлетворить в части.

Взыскать с ФИО1 в пользу З.Т.В 800000 (восемьсот тысяч) рублей в счет компенсации морального вреда.

Вещественное доказательство: автомобиль ВАЗ 210740, регистрационный знак №, хранящийся на автомобильной стоянке <адрес>, оставить там же, сохранив арест на него в целях обеспечения и исполнения гражданского иска З.Т.В.

Взыскать с ФИО1 в пользу федерального бюджета процессуальные издержки в сумме 2850 рублей, в виде расходов по вознаграждению защитников и оплате товароведческой судебной экспертизы.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Белгородского областного суда через Чернянский районный суд Белгородской области в течение 10 суток со дня постановления, а осужденным ФИО1, содержащимся под стражей – в тот же срок со дня вручения копии приговора.

В этот же срок, осужденный ФИО1 вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении жалобы или представления судом апелляционной инстанции.

Председательствующий судья А.Н. Дереча