Апелляционное постановление № 10-1964/2025 от 21 апреля 2025 г.

Дело № 10-1964/2025 Судья Ельцова Д.Р.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Челябинск 22 апреля 2025 года

Челябинский областной суд в составе председательствующего судьи Рослякова Е.С.

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Ми-тиной Е.И.,

с участием прокурора Кичигиной Е.А.,

защитника – адвоката Ровниковой М.А.,

осужденной ФИО1

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апел-ляционной жалобе адвоката ФИО16 в интересах осужденной Дер-гачевой Н.С. на приговор Верхнеуфалейского городского суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, которым

ФИО1, родившаяся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, несуди-мая,

осуждена по:

ч. 1 ст. 292 УК РФ к наказанию в виде штрафа в размере десять тысяч рублей;

ч. 1 ст. 291.2 УК РФ к наказанию в виде штрафа в размере десять тысяч рублей.

В соответствии с ч. 2 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений пу-тем частичного сложения наказаний окончательно назначено наказание в ви-де штрафа в размере пятнадцать тысяч рублей.

На основании п. «а» ч. 1 ст. 78 УК РФ, п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ и в со-ответствии с ч. 8 ст. 302 УПК РФ постановлено освободить ФИО1 от назначенного наказания в связи с истечением сроков давности уго-ловного преследования.

Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении в отношении ФИО1 до вступления приговора в законную силу ос-тавлена без изменения, после чего меру пресечения постановлено отменить.

Приговором решен вопрос о вещественных доказательствах.

Доложив материалы производства, заслушав выступления адвоката Ровниковой М.А., осужденной ФИО1, поддержавших доводы апелляционной жалобы, прокурора Кичигиной Е.А., полагавшей приговор подлежащим оставлению без изменения, суд апелляционной инстанции

у с т а н о в и л :

ФИО1 признана виновной в служебном подлоге, то есть вне-сении должностным лицом в официальные документы заведомо ложных све-дений, если эти деяния совершены из корыстной заинтересованности (при отсутствии признаков преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 292.1 УК РФ); в получении взятки через посредника в размере, не превышающем десяти тысяч рублей, в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в <адрес> при обстоятельствах, изложенных в описа-тельной части приговора.

В апелляционной жалобе адвокат Ровникова М.А. в интересах осуж-денной ФИО1 просит приговор отменить, как незаконный и не-обоснованный, вынести в отношении ФИО1 оправдательный при-говор.

Ставит под сомнение правдивость показаний свидетеля ФИО4 о том, что ДД.ММ.ГГГГ она пришла в кабинет ФИО1 и оста-вила деньги в столе, и в это время в кабинете никого не было.

Отмечает, что свидетель ФИО4 показала, что не помнит, «имен-но ли 18 июля она привозила деньги ФИО1», тогда как согласно обвинительному заключению и приговору ФИО4 передала деньги ДД.ММ.ГГГГ.

Приводит показания свидетеля ФИО5 о том, что ДД.ММ.ГГГГ с 08 часов 00 минут до 12 часов 00 минут она осуществляла прием пациентов в одном кабинете с ФИО1, кабинет открытым она не ос-тавляла, ФИО4 в этот день не видела. Считает, что показания свидете-ля ФИО5 полностью исключают виновность ФИО1

Сообщает, что согласно выписке из системы «<данные изъяты>» ДД.ММ.ГГГГ в период с 08 часов 00 минут до 12 часов 00 минут ФИО1 осущест-вила прием 6 пациентов.

Приводит показания свидетеля ФИО14 о том, что она медсест-ра, работавшая в одном кабинете с ФИО1 и ФИО5, и что они никогда не оставляют кабинет открытым даже ненадолго. В июле 2022 года она действительно не работала, но выходила на работу в основном после обеда, составляла отчетность.

Приводит показания свидетеля ФИО6 о том, что в отсут-ствие <данные изъяты> кабинеты в поликлинике закрываются, а ключи от кабинета хранятся в регистратуре.

Утверждает об отсутствии договоренности между ФИО4 и ФИО1 о том, что ФИО4 принесет деньги ДД.ММ.ГГГГ, так как из показаний ФИО4 следует, что она позвонила ФИО1 уже после того, как оставила ей деньги в кабинете.

Отмечет, что в описании преступного деяния, признанного судом дока-занным, суд описал действия, которые были совершены свидетелями ФИО18 ФИО8, ФИО9 и ФИО7, но не указал их данные, называя их посредниками, в отношении которых уголов-ное преследование прекращено, хотя уголовные дела в отношении них не возбуждались, и уголовное преследование не прекращалось.

Обращает внимание, что в описании преступного деяния суд признал, что свидетели ФИО4, ФИО8, ФИО9 и ФИО7 являлись посредниками в совершении преступлений, однако не дал оценку тому, что в отношении указанных лиц отказано в возбуждении уго-ловного дела по реабилитирующим основаниям, постановление об отказе в возбуждении уголовного дела не отменено.

Полагает, что отсутствие в действиях свидетелей ФИО7, ФИО19 ФИО8 и ФИО4 состава преступления ис-ключает наличие состава преступления в действиях ФИО1

Считает, что у ФИО8, ФИО4, ФИО9 и ФИО7 есть все основания для оговора ФИО1, так как это позволило им уйти от уголовной ответственности.

Сообщает, что в отношении ФИО7 вынесено постановление о выделении в отдельное производство материалов по факту совершения пре-ступления, предусмотренного ст. 159.2 УК РФ, однако к уголовной ответст-венности за совершение данного преступления она так и не была привлечена.

Указывает, что сведения же о закрытии листка нетрудоспособности ФИО7 по ДД.ММ.ГГГГ в амбулаторную карту внесла <данные изъяты> ФИО10, и как раз ДД.ММ.ГГГГ в 15 часов 43 минуты ФИО4 перевела ФИО10 2 000 рублей. При этом в отношении ФИО10 вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела в связи с отсутствием в ее действиях состава преступления.

Указывает, что правовые последствия для ФИО7 возникли только после того, как ФИО10 внесла в ее амбулаторную карту сведе-ния о закрытии листка нетрудоспособности ДД.ММ.ГГГГ и передала их в «Барс».

Приводит содержание приказа Министерства здравоохранения РФ от ДД.ММ.ГГГГ №н «О внесении изменений в приказ Министерства здравоохранения Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №н «О временном порядке организации работы медицинских организаций в целях реализации мер по профилактике и снижению рисков распространения новой короновирусной инфекции СOVID-19», согласно которому на момент выда-чи листка нетрудоспособности ФИО7 была предусмотрена возмож-ность оформления такого листка дистанционно.

Утверждает, что у ФИО1 не было корыстной заинтересован-ности, когда ДД.ММ.ГГГГ она открывала листок нетрудоспособности, так как она не знала и не могла знать о том, что ФИО8 через ФИО20 довел недостоверную информацию ФИО7 о том, что за фиктивный листок нетрудоспособности ей надо заплатить 4 000 рублей. Согласно показаниям свидетелей ФИО4, ФИО8, ФИО21 и ФИО7 никто из них не договаривался заранее с Дер-гачевой Н.С. о вознаграждении, а в соответствии с описанием преступного деяния ФИО4 занесла денежные средства в кабинет к ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ, когда листок нетрудоспособности уже был открыт.

В связи с этим полагает, что в действиях ФИО1 отсутствуют признаки преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 292, ч. 1 ст. 291.2 УК РФ.

В возражениях на апелляционную жалобу адвоката Ровниковой М.А. государственный обвинитель Наумова И.С. считает доводы жалобы несо-стоятельными, а приговор законным и обоснованным.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы сторон, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Анализ материалов уголовного дела показывает, что виновность Дер-гачевой Н.С. в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 291.2 УК РФ, установлена совокупностью исследованных доказательств, получивших надлежащую оценку в приговоре в соответствии с положениями п. 2 ст. 307 УПК РФ.

Суд первой инстанции привел в приговоре убедительные мотивы, по которым он счел доказанной виновность ФИО1 в получении взятки через посредника в размере, не превышающем десяти тысяч рублей, и необ-ходимость квалифицировать действия осужденной по ч. 1 ст. 291.2 УК РФ. Основания ставить под сомнение выводы суда в этой части у суда апелляци-онной инстанции отсутствуют.

В ходе судебного разбирательства ФИО1 виновной себя при-знала частично и показала следующее.

По просьбе ФИО4, которая обратилась к ней по телефону, ДД.ММ.ГГГГ она открыла листок нетрудоспособности на имя ФИО7, не принимая ее и не осматривая, так как в период пандемии коронови-русной инфекции был приказ, который разрешал выдачу листов нетрудоспо-собности дистанционно.

При этом ФИО4 не сообщала ей ни о каких суммах и количестве дней нетрудоспособности. Она помогла ФИО4, так как та тоже помо-гала ей.

ФИО4 данные пациентки отправила ей в мессенджере Вотсап, она (ФИО1) оформила листок нетрудоспособности и отправила дан-ные ФИО12 для статистики. Внесла запись в карточку без осмотра, со слов ФИО4

ДД.ММ.ГГГГ она продлила листок нетрудоспособности ФИО22 по ДД.ММ.ГГГГ, но 17, 18 или ДД.ММ.ГГГГ она уехала из <адрес> на работу в лагерь, поэтому не закрыла листок нетру-доспособности и ДД.ММ.ГГГГ сообщила об этом ФИО4 по те-лефону.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 не могла самостоятельно зайти в ее ка-бинет и оставить деньги в тумбе стола, так как кабинет открытым не оставал-ся, в дневное время в кабинете велся прием. Никаких денег в тумбе стола она не находила и не брала.

Суд первой инстанции обоснованно оценил показания ФИО1 как способ защиты, поскольку они опровергаются совокупностью исследо-ванных доказательств.

Свидетель ФИО4 показала следующее.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО8 обратился к ней с просьбой офор-мить фиктивный листок нетрудоспособности на имя ФИО7 и пе-редал листочек бумаги с ее (ФИО7) данными, а вечером перевел ей на карту 3000 рублей. Листочек с данными ФИО7 она передала ФИО1 лично в кабинете ФИО1 в поликлинике, сказав, что этот листок ей передал ФИО8 для оформления фиктивного ли-стка нетрудоспособности. ДД.ММ.ГГГГ она сняла со своего счета 3000 рублей, которые до обеда того же дня положила в ящик стола ФИО1, находящийся в ее кабинете, о чем сообщила ФИО1 по теле-фону, возможно, в мессенджере Ватсап. В кабинет ФИО1 она по-пала беспрепятственно, он не был закрыт, в кабинете никого не было.

Свидетель ФИО7 показала следующее.

Она проживает в <адрес>. В 2022 году ей понадобился листок нетрудоспособности, так как не с кем было оставить ребенка. Она со своим мужем ФИО13 обратилась к ФИО9, который пообе-щал за 4000 рублей оформить листок нетрудоспособности на 10 дней. Ка-ким образом оформлялся листок нетрудоспособности, ей неизвестно. День-ги она перевела ФИО9 через онлайн банк.

Свидетель ФИО13 дал показания, аналогичные по содержа-нию показаниям свидетеля ФИО7

Свидетеля ФИО9 показал следующее.

Он работает <данные изъяты> В 2022 года к нему обратились супруги ФИО23 по поводу оформления фиктивного листка нетрудоспособности для ФИО7 Он обратился к ФИО8, который сказал, что такая возможность есть за 4000 рублей. ФИО7 передала ему паспортные данные и СНИЛС, а на следующий день перевела ему 4 000 рублей. ДД.ММ.ГГГГ го-да листок нетрудоспособности был открыт на 10 дней. ФИО7 на прием к врачу не обращалась. Кто его открыл, ему неизвестно.

Свидетель ФИО8 показал следующее.

В 2022 году к нему обратился ФИО9 с просьбой помочь сделать фиктивный листок нетрудоспособности для ФИО7 Когда он общался с ФИО1, в разговоре слышал, что так можно сделать. Он получил данные ФИО7 от ФИО9, передал их ФИО4, перевел ей 3000 рублей и попросил ее передать ФИО1 эти данные и деньги. Через какое-то время узнал от ФИО9, что листок нетрудоспособности открыт. ФИО4 не говорила, пе-редала ли она деньги ФИО1 С ФИО1 на эту тему не разговаривал, какой-либо договоренности об этом между ними не было. К ФИО4 обратился, так как знал, что она общается с ФИО1

Кроме того, виновность ФИО1 подтверждается следующими доказательствами.

Показаниями свидетеля ФИО10 об организации выдачи листков нетрудоспособности в поликлинике <адрес> и закрытии листка нетрудоспособности ФИО7 ДД.ММ.ГГГГ.

Показаниями свидетеля ФИО6 (<данные изъяты>») об организации работы в <данные изъяты>, в том числе по выдаче листков нетрудоспособности.

Показаниями свидетеля ФИО12 об обстоятельствах оформле-ния листка нетрудоспособности ФИО7

Показаниями свидетеля ФИО15, согласно которым она как <данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ в одном кабинете с ФИО1 принимала пациентов с 08 часов 00 минут до 12 часов 00 минут. Не помнит, чтобы кабинет оставался полностью пустым и открытым, без сотрудников. В ее присутствии ФИО4 к ФИО1 не приходила.

Показаниями свидетеля ФИО14, согласно которым в июле 2022 года она не работала с ФИО1, так как увольнялась. Но, когда она работала в поликлинике, то кабинет они без присмотра не оставляли, если уходили, то закрывали на ключ.

Заявлением ФИО4 от ДД.ММ.ГГГГ о том, что в июле 2022 года для открытия листа нетрудоспособности ФИО7 взяла деньги в сумме 3000 рублей у ФИО8 и передала их ФИО1

Материалами, полученными в результате проведения оперативно-розыскных мероприятий «Прослушивание телефонных переговоров», «Сня-тие информации с технических каналов связи», проведенных в отношении ФИО9

Приказом о приеме ФИО1 на работу на должность <данные изъяты>

Трудовыми договорами <данные изъяты> ФИО1 с <данные изъяты> ФИО1

Должностной инструкцией <данные изъяты> ФИО1

Протоколом осмотра документации, изъятой в ходе проведения ОРМ «Обследование помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств по адресу: <адрес> (<данные изъяты>» ДД.ММ.ГГГГ.

Справкой по операциям по карте ФИО9 о получении им от ФИО7 4 000 рублей и переводе ФИО8 4 000 рублей.

Выпиской <данные изъяты> по счету дебетовой карты ФИО4 о получении ДД.ММ.ГГГГ от ФИО8 3 000 рублей и о выдаче на-личных в сумме 3 000 рублей ДД.ММ.ГГГГ в 07 часов 39 минут.

Оценив эти и другие приведенные в приговоре доказательства, суд пришел к обоснованному выводу о виновности ФИО1 в соверше-нии преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 291.2 УК РФ. Действия осуж-денной по данному преступлению квалифицированы правильно.

Суд апелляционной инстанции считает, что фактические обстоятельст-ва преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 291.2 УК РФ, установлены верно, представленные сторонами доказательства исследованы полно и всесторон-не, а выводы о виновности осужденной в указанном преступлении основаны на доказательствах, исследованных в судебном заседании.

Суд первой инстанции дал надлежащую оценку показаниям свидетелей ФИО4, ФИО8, ФИО9, ФИО7 и ФИО24. и обоснованно положил их в основу приговора, поскольку они подтверждаются совокупностью исследованных доказательств.

Материалы уголовного дела не содержат каких-либо данных, свиде¬тельствующих об оговоре осужденной указанными свидетелями, а также об их заинтересованности в исходе дела.

Также обоснованно суд положил в основу приговора показания свиде-телей ФИО10, ФИО6 и ФИО12 об организации выдачи листков нетрудоспособности в <данные изъяты>

Неточность в показаниях свидетеля ФИО4 в части того, «имен-но ли 18 июля она привозила деньги ФИО1», суд апелляционной инстанции расценивает как оговорку, поскольку установлено, что наличные денежные средства в размере 3000 рублей ФИО4 сняла со своего счета утром ДД.ММ.ГГГГ и в тот же день передала их ФИО1

Доводы апелляционной жалобы о том, что показания свидетелей ФИО25 ФИО14 и ФИО6 опровергают показания ФИО4 об оставлении ею денег для ФИО1 в ящике стола, находящемся в кабинете осужденной, не могут быть признаны обоснован-ными по следующим основаниям.

Установлено, что свидетель ФИО14 в июле 2022 года не работа-ла в поликлинике, а свидетель ФИО15 ДД.ММ.ГГГГ принимала пациентов в одном кабинете с ФИО1 в период с 08 часов 00 минут до 12 часов 00 минут.

Таким образом, ФИО4 как фельдшер той же поликлиники, нахо-дящаяся в декретном отпуске, имела беспрепятственный доступ в поликли-нику в рабочее время и могла свободно перемещаться по поликлинике, по-этому могла прийти в кабинет ФИО1 после 12 часов 00 минут, но до обеда, который, в ее понимании, мог быть в 13 или в 14 часов.

Кроме того, для того, чтобы войти в кабинет и оставить деньги, объек-тивно не требуется много времени. При этом невозможно полностью исклю-чить ситуацию, при которой ФИО15 и ФИО1 даже в период с 08 часов 00 минут до 12 часов 00 минут обе могли ненадолго выйти из ка-бинета, оставив его открытым.

То, что у ФИО1 не было корыстной заинтересованности, ко-гда ДД.ММ.ГГГГ она открывала листок нетрудоспособности; между ФИО4 и ФИО1 отсутствовала договоренность о том, что ФИО4 принесет деньги ДД.ММ.ГГГГ; ФИО4 позвонила ФИО1 уже после того, как оставила ей деньги в кабинете, не сви-детельствует о невиновности осужденной в совершении преступления, пре-дусмотренного ч. 1 ст. 291.2 УК РФ, поскольку по смыслу уголовного закона ответственность за получение, дачу взятки, посредничество во взяточничест-ве наступает независимо от времени получения должностным лицом взятки – до или после совершения им действий (бездействия) по службе в пользу взяткодателя или представляемых им лиц, а также независимо от того, были ли указанные действия (бездействие) заранее обусловлены взяткой или дого-воренностью с должностным лицом о передаче за их совершение взятки.

То, что сведения о закрытии листка нетрудоспособности ФИО7 по ДД.ММ.ГГГГ в амбулаторную карту внесла фельдшер ФИО10, также не свидетельствует о невиновности осужденной, поскольку уста-новлено, что ФИО1 за взятку ДД.ММ.ГГГГ внесла заведомо ложные сведения в официальный документ – листок нетрудоспособности на имя ФИО7, а ДД.ММ.ГГГГ продлила его по ДД.ММ.ГГГГ.

То, что правовые последствия для ФИО7 возникли только по-сле того, как ФИО10 внесла в ее амбулаторную карту сведения о за-крытии листка нетрудоспособности по ДД.ММ.ГГГГ и передала их в систему «Барс», не имеет значения для дела, поскольку по смыслу уголовно-го закона получение и дача взятки считаются оконченными с момента приня-тия должностным лицом хотя бы части передаваемых ему ценностей, то есть состав преступления является формальным.

Доводы апелляционной жалобы о том, что суд необоснованно указал свидетелей ФИО4, ФИО8, ФИО9 и ФИО7 как посредников в совершении преступлений, хотя в отношении указан-ных лиц отказано в возбуждении уголовного дела по реабилитирующим ос-нованиям по ч. 4 ст. 33, ч. 1 ст. 292 УК РФ, не могут быть приняты во внима-ние, поскольку в соответствии с постановлением об отказе в возбуждении уголовного дела, вынесенным ДД.ММ.ГГГГ <данные изъяты> указанные лица являлись посредниками в пе-редаче взятки ФИО1, но в отношении них отказано в возбуждении уголовного дела в связи с тем, что размер взятки не превышал 25000 рублей.

То, что в описании преступного деяния, признанного судом доказан-ным, суд описал действия, которые были совершены свидетелями ФИО4, ФИО8, ФИО9 и ФИО7, но не ука-зал их данные, называя их лицами, в отношении которых уголовное пресле-дование прекращено, хотя уголовные дела в отношении них не возбужда-лись, и уголовное преследование не прекращалось, суд апелляционной ин-станции расценивает как техническую ошибку, которая не влияет на суть принятого судебного решения, не ставит под сомнение его законность и обоснованность, но подлежит устранению путем внесения соответствующих изменений в описательно-мотивировочную часть приговора.

Доводы апелляционной жалобы о том, что ФИО7 не была привлечена к уголовной ответственности за совершение преступления, пре-дусмотренного ст. 159.2 УК РФ; ДД.ММ.ГГГГ год ФИО4 перевела ФИО10 2 000 рублей, при этом в отношении ФИО10 вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела в связи с отсутстви-ем в ее действиях состава преступления, не могут быть приняты во внимание, поскольку в соответствии с положениями ч. 1 ст. 252 УПК РФ судебное раз-бирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъ-явленному ему обвинению.

Ссылки стороны защиты на приказ Министерства здравоохранения РФ от ДД.ММ.ГГГГ №н «О внесении изменений в приказ Министер-ства здравоохранения Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №н «О временном порядке организации работы медицинских организаций в це-лях реализации мер по профилактике и снижению рисков распространения новой короновирусной инфекции СOVID-19», который предусматривал воз-можность оформления листка нетрудоспособности дистанционным спосо-бом, не могут быть признаны состоятельными, поскольку приказ не позволял открывать листки нетрудоспособности дистанционно при отсутствии к тому оснований и касался случаев, когда пациенты, объективно нуждающиеся в медицинской помощи, непосредственного обращались в поликлинику, а су-дом установлено, что осужденная открыла листок нетрудоспособности лицу, проживающему в <адрес>, которое в медицинской помощи не нужда-лось и в поликлинику <адрес> непосредственно не обращалось.

В то же время приговор подлежит отмене в части осуждения Дергаче-вой Н.С. по ч. 1 ст. 292 УК РФ, а уголовное дело в этой части – возвращению прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ по основанию, предусмотренному п. 2 ст. 389.15 УПК РФ, в связи с существенными нарушениями уголовно-процессуального закона, допущенными в ходе предварительного расследова-ния, которые не могли и не могут быть устранены в ходе судебного разбира-тельства.

В соответствии со ст. 237 УПК РФ судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для уст-ранения препятствий рассмотрения его судом, если обвинительное заключе-ние составлено с нарушением требований УПК РФ, что исключает возмож-ность постановления судом приговора или вынесения иного решения на ос-нове данного заключения.

По смыслу ст. 237 УПК РФ возвращение дела прокурору может иметь место, если это необходимо для защиты прав и законных интересов участни-ков уголовного судопроизводства, при подтверждении сделанного в судеб-ном заседании заявления участников процесса о допущенных на досудебных стадиях нарушениях, которые невозможно устранить в ходе судебного раз-бирательства. Основанием для возвращения дела прокурору являются суще-ственные нарушения норм уголовно-процессуального закона, которые не мо-гут быть устранены в судебном заседании и исключают принятие по делу су-дебного решения, отвечающего требованиям справедливости.

Согласно положениям ч. 1 ст. 220 УПК РФ обвинительное заключение должно содержать существо обвинения, место и время совершения преступ-ления, его способы, мотивы, цели, последствия и другие обстоятельства, имеющие значение для данного уголовного дела, а также формулировку предъявленного обвинения с указанием пункта, части, статьи Уголовного ко-декса РФ, предусматривающих ответственность за конкретное преступление.

В соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 73 УК РФ при производстве по уголовно-му делу подлежат доказыванию виновность лица в совершении преступле-ния, форма его вины и мотивы. Перечисленные требования закона предпола-гают полноту, ясность и четкость предъявленного обвинения.

Требования п. 2 ч. 1 ст. 73 УК РФ и ч. 1 ст. 220 УПК РФ по данному уголовному делу соблюдены не в полной мере.

Органы предварительного следствия квалифицировали действия Дер-гачевой Н.С. по ч. 1 ст. 292 УК РФ как служебный подлог, то есть внесение должностным лицом в официальные документы заведомо ложных сведений, если эти деяния совершены из корыстной заинтересованности (при отсутст-вии признаков преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 292.1 УК РФ).

Вместе с тем установлено, что ДД.ММ.ГГГГ, когда ФИО1 открывала листок нетрудоспособности, между ФИО4 и ФИО1 отсутствовала договоренность о том, что ФИО4 передаст Дерга-чевой Н.С. деньги ДД.ММ.ГГГГ; ФИО4 позвонила ФИО1 и сообщила о передаче денег уже после того, как оставила ей деньги в ее кабинете.

Сама ФИО1 утверждает, что она открыла листок нетрудоспо-собности по просьбе ФИО4, так как ФИО4 ране тоже помогала ей.

Таким образом, действия осужденной при совершении служебного подлога были обусловлены не корыстной, а иной личной заинтересованно-стью, но данный конструктивный признак преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 292 УК РФ, не был вменен ФИО1 в вину.

Кроме того, описание преступного деяния, предусмотренного ч. 1 ст. 292 УК РФ, изложенное как в приговоре, так и в обвинительном заключении, вообще не содержит указаний о том, что у ФИО1 была какая-либо иная личная заинтересованность при совершении служебного подлога.

Следовательно, в нарушение положений ст.ст. 171, 220 УПК РФ в об-винительном заключении неверно указан мотив действий ФИО1 при совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 292 УК РФ.

Таким образом, органом предварительного следствия при составлении обвинительного заключения были допущены нарушения, которые не могут быть устранены в ходе судебного разбирательства и исключают возможность принятия судом по существу дела на основании данного обвинительного за-ключения решения, отвечающего требованиям справедливости.

При таких обстоятельствах приговор в части осуждения ФИО1 по ч. 1 ст. 292 УК РФ не может быть признан законным и подлежит от-мене, а уголовное дело в этой части – возвращению прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ.

При назначении вида и размера наказания ФИО1 по ч. 1 ст. 291.2 УК РФ суд в соответствии с требованиями ст.ст. 6, 43, 60 УК РФ при-нял во внимание характер и степень общественной опасности содеянного, личность виновной, влияние назначенного наказания на исправление осуж-денной и на условия жизни ее семьи.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание ФИО1, суд учел наличие несовершеннолетнего ребенка, то, что она не судима, имеет по-стоянное место жительства, работает, положительно характеризуется.

Обстоятельств, отягчающих наказание ФИО1, не установле-но.

Принимая во внимание обстоятельства совершения преступления, пре-дусмотренного ч. 1 ст. 291.2 УК РФ, и личность осужденной, суд апелляци-онной инстанции соглашается с выводом суда, который назначил ФИО1 наказание в виде штрафа за данное преступление, применил положения ч. 2 ст. 69 УК РФ и на основании п. «а» ч. 1 ст. 78 УК РФ, п. 3 ч. 1 ст. 24, ч. 8 ст. 302 УПК РФ освободил ФИО1 от назначенного наказания в связи с истечением сроков давности уголовного преследования.

С учетом отмены приговора в части осуждения ФИО1 по ч. 1 ст. 292 УК РФ и возвращения уголовного дела в этой части прокурору в ре-золютивной части приговора следует исключить указание о назначении нака-зания на основании ч. 2 ст. 69 УК РФ.

Учитывая характер и степень общественной опасности инкриминируе-мого ФИО1 преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 292 УК РФ, данные о ее личности, суд апелляционной инстанции считает необходи-мым оставить без изменения меру пресечения в отношении ФИО1 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

Нарушений норм уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора в целом, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.15, 389.17, 389.20, 389.28 и ч. 2 ст. 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

п о с т а н о в и л :

приговор Верхнеуфалейского городского суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 в час-ти ее осуждения по ч. 1 ст. 292 УК РФ отменить, уголовное дело в этой части на основании п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ возвратить прокурору <адрес> для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Тот же приговор в отношении ФИО1 из-менить.

В описательно-мотивировочной части при описании преступного дея-ния, признанного судом доказанным, вместо фраз «лицо, в отношении кото-рого уголовное преследование прекращено» указать «лицо, в отношении ко-торого отказано в возбуждении уголовного дела».

В резолютивной части исключить указание о назначении наказания на основании ч. 2 ст. 69 УК РФ.

Меру пресечения в отношении ФИО1 в виде подписки о не-выезде и надлежащем поведении оставить без изменения.

В остальной части тот же приговор оставить без изменения, апелляци-онную жалобу адвоката ФИО16 в интересах осужденной Дергаче-вой Н.С. – без удовлетворения.

Решение суда апелляционной инстанции может быть обжаловано в кассационном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции путем подачи кассационной жалобы, представления через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу, а для осужденной, содержащегося под стражей, – в тот же срок со дня вручения ему копии такого судебного решения, всту-пившего в законную силу, с соблюдением требований ст. 401.4 УПК РФ.

В случае пропуска срока кассационного обжалования или отказа в его восстановлении кассационные жалоба, представление подаются непосредст-венно в суд кассационной инстанции и рассматриваются в порядке, преду-смотренном ст.ст. 401.10 – 401.12 УПК РФ.

В случае подачи кассационных жалоб, представления лица, участвую-щие в деле, вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголов-ного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий