Решение № 2-2551/2018 2-2551/2018~М-2407/2018 М-2407/2018 от 4 октября 2018 г. по делу № 2-2551/2018

Дело №


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

04 октября 2018 года <адрес>

Кировский районный суд <адрес> в составе председательствующего судьи Дурневой С.Н., при секретаре ФИО2, с участием прокурора ФИО3, рассмотрев в судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к БУЗОО «Городская больница №» о защите прав потребителей,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась с иском к ответчику о защите прав потребителей. В обоснование заявленных требований указала, что ДД.ММ.ГГГГ обратилась в БУЗОО «Городская больница №» в стоматологическое отделение с острой болью, с жалобой на пульсирующую боль 26 зуба, отдающая в левый висок, стоматолог провела осмотр и направила ее в рентген кабинет на снимок 24 и 25 зуба, пояснив, что коронка 24 зуба расшаталась и, возможно, боль исходит от нее. С рентгеновским снимком ФИО1 вновь обратилась к врачу, которая пояснила, что зубы запломбированы, 26 зуб «мертвый» и болеть никак не может. Врач ФИО4 выписала ей антибиотик – «Цифран» и порекомендовала делать солевые или содовые полоскания полости рта, а так же сухое тепло. После беседы с врачом, в домашних условиях истец выполняла рекомендации врача. Ночью ее самочувствие резко ухудшилось, она испытывала недомогание, чувствовала повышение температуры. Утром ДД.ММ.ГГГГ она вызвала бригаду скорой медицинской помощи, после осмотра ее направили в больницу по месту жительства к лору, указав, что симптомы похожи на обостренный синусит. В этот же день с повышенной температурой она отправилась в БУЗОО «Городская больница №», откуда была направлена к лору, ей был выписан рецепт, в аптеке она приобрела все необходимые медикаменты. Вечером, почувствовав сильную боль в 26 зубе, истец решила обратиться в клинику, находящуюся рядом с домом ООО «Дентал-спа» и сделать снимок 26 зуба. В ООО «Дентал-спа» ей пояснили, что образовался свищ, ей срочно необходимо обратиться к хирургу. В БУЗОО «Городская клиническая больница №» ей удалили 26 зуб и провели дренирование, при этом врачи указали на позднее обращение за медицинской помощью. Указала, что, по мнению врачей, возможно было сразу выявить признаки синусита и спасти 26 зуб, необходимо было пробить десну и сделать дренирование. Пояснила, что Министерством здравоохранения была проведена проверка качества оказания медицинской помощи в отношении БУЗОО «ГБ №», по результатам которой, в отношении врачей было принято решение о снижении размера стимулирующих выплат, что также является доказательством некачественно оказанной помощи.

Просила взыскать с ответчика в свою пользу расходы в счет возмещения вреда здоровью в размере 180 382 рубля 50 копеек, компенсацию морального вреда в размере 105 000 рублей.

Впоследствии истец заявленные исковые требования уточнила, просила взыскать с ответчика в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 105 000 рублей, от требований о взыскании материального ущерба в размере 180 382 рубля 50 копеек отказалась.

Определением Кировского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ принят отказ от иска ФИО1 к БУЗОО «Городская больница №» о взыскании материального ущерба в размере 180 382 рубля 50 копеек, производство по делу в этой части прекращено.

Истец ФИО1 в судебном заседании заявленные исковые требования в части взыскания с ответчика морального вреда в размере 105 000 рублей поддержала, просила удовлетворить.

Представитель ответчика ФИО5, действующая на основании доверенности в судебном заседании исковые требования не признала, просила отказать в их удовлетворении. Дополнительно указала, что 29.01.2018г. пациентка ФИО1 обратилась в смотровой кабинет отделения стоматологии БУЗОО «ГБ №» с жалобой на зубную боль указывая на 24 и 25 зубы, о чем свидетельствует запись в медицинской карте стоматологического больного. При внешнем осмотре врача-стоматолога зубов пациента было выявлено, что на зубах: 24 имеется коронка, а на 25 зубе пломба и имеется дефект, то есть пломба отколота (нарушена), что по мнению врача и могло вызывать болевые ощущения. После осмотра была направлена на рентген, по результатам которого никаких признаков заболевания выявлено не было. Поскольку пациент находилась на приеме лишь в смотровом кабинете, где лечение не проводится, для исключения проблем с зубом, ей было рекомендовано обратиться к врачу-ортопеду и ЛОР-врачу. К врачу-ортопеду пациент по неизвестным причинам не обращалась. В указанной связи, полагала, что отсутствует причинно-следственная связь между действиями ответчика и возникшими негативными последствиями.

Допрошенная в судебном заседании свидетель ФИО6 суду пояснила, что приходится снохой истцу, со слов последней ей известно, что ФИО1 в январе 2018 г. обратилась в БУЗОО «Городская больница №» с острой зубной болью, где ей сделали рентгеновский снимок, а также порекомендовали полоскать полость рта и прикладывать сухое тепло. Иной медицинской помощи в поликлинике ей оказано не было. По приезду домой состояние ФИО1 ухудшилось, боль не проходила, вечером поднялась температура, утром была вызвана скорая медицинская помощь. Они вместе посетили БУЗОО «Городская больница №», расположенную по <адрес> в <адрес>, впоследствии ФИО1 направили в БУЗОО «Городская клиническая больница №», где врач пояснил, что ФИО1 в срочном порядке необходимо проводить операцию по удалению зуба, разрезать десну, при этом отметил, что если бы они обратились в больницу позднее, гной распространился бы дальше, что могло привести к летальному исходу.

Выслушав пояснения участников процесса, допросив свидетеля, изучив материалы дела, заслушав мнение прокурора, полагавшего исковые требования подлежащими частичному удовлетворению, суд приходит к следующему.

Согласно ст. 3 Всеобщей декларации прав человека и ст. 11 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах, к числу наиболее значимых человеческих ценностей относятся жизнь и здоровье, их защита должна быть приоритетной.

В развитие международных положений ч. 1 ст. 41 Конституции Российской Федерации относит к числу конституционно защищаемых ценностей право на охрану здоровья и медицинскую помощь.

Непосредственно производным от права на жизнь и охрану здоровья, прямо закрепленных в Конституции РФ, является право гражданина на возмещение вреда (морального, имущественного), причиненного жизни или здоровью при оказании медицинских услуг.

Медицинская помощь, в том числе и высокотехнологичная, сопряжена с использованием медицинских методик и технологий для достижения необходимого клинического эффекта для пациента и основана на базисной цели медицины - снижение причиняемого или вероятного вреда здоровью.

Целью получения медицинской услуги на основании медицинских показаний является восстановление здоровья, соответственно, фактический результат оказания медицинской помощи не должен приводить к возникновению у пациента неблагоприятных болезненных состояний, находящихся в прямой причинно-следственной связи с медицинским вмешательством.

Оценка качества оказанных медицинских услуг производится на основе анализа последствий оказания медицинских услуг для здоровья пациента, в том числе в аспекте наличия (отсутствия) вреда здоровью вследствие проведенных манипуляций.

В соответствии с определением Конституционного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 581-О-О положения пункта 2 статьи 1064 ГК Российской Федерации, устанавливающие в рамках общих оснований ответственность за причинение вреда презумпцию вины причинителя вреда и возлагающие на последнего бремя доказывания своей невиновности, направлено на обеспечение возмещения вреда и тем самым - на реализацию интересов потерпевшего, в силу чего как само по себе, так и в системной связи с другими положениями главы 59 Гражданского кодекса Российской Федерации не может рассматриваться как нарушающее конституционные права граждан.

Из медицинской карты стоматологического больного Стоматологической поликлиники БУЗОО «Городская больница №» известно, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 обратилась за медицинской помощью, при этом в медицинской карте не указаны ни первоначальные жалобы пациента, ни диагноз. Указано, что по данным рентгеновских и лабораторных исследований - коронка 24 расцементирована, рекомендована консультация врача ортопеда.

Из медицинской карты № пациента, получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях БУЗОО «Городская больница №» известно, что 30.01.2018г ФИО1 вновь обратилась за медицинской помощью, была на приеме у фельдшера с жалобами на боль в щеке и височную боль слева. Пациентке поставлен диагноз острый риносинусит. Даны рекомендации.

В обоснование заявленных требований истец указала, что ответчиком стоматологические услуги были ей оказаны ненадлежащим образом, несвоевременное выставление сотрудниками БУЗОО «ГБ№» правильного диагноза и оказание медицинской помощи в полном объеме послужило основанием для позднего обращения к специалисту соответствующего профиля и привело к негативным последствиям в виде удаления 26 зуба и дренирование (санирования трубкой ПВХ).

Выражая несогласие с заявленными требованиями, ответчик указывает, что истцом не представлено доказательств, свидетельствующих о наличии вины учреждения, противоправности действий (бездействия) медицинских работников БУЗОО «ГБ№», а также причинно-следственной связи между действиями (бездействием) медицинского персонала в рамках оказания стоматологической помощи пациенту и наступившими последствиями в виде удаления 26 зуба и дренирования (санирования трубкой ПВХ), в связи с чем отсутствуют правовые основания для компенсации морального вреда.

Давая оценку заявленным требованиям, пояснениям сторон в обоснование своих доводов и возражений, а также фактическим обстоятельствам дела, суд принимает во внимание следующее.

В соответствии со статьей 1095 ГК РФ вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу гражданина либо имуществу юридического лица вследствие конструктивных, рецептурных или иных недостатков товара, работы или услуги, а также вследствие недостоверной или недостаточной информации о товаре (работе, услуге), подлежит возмещению продавцом или изготовителем товара, лицом, выполнившим работу или оказавшим услугу (исполнителем), независимо от их вины и от того, состоял потерпевший с ними в договорных отношениях или нет.

Статьей 1098 ГК РФ предусмотрены основания освобождения от ответственности за вред, причиненный вследствие недостатков товара, работы или услуги, в случае, если продавец или изготовитель товара, исполнитель работы или услуги докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или нарушения потребителем установленных правил пользования товаром, результатами работы, услуги или их хранения.

Отношения, возникающие в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации регулируются Федеральным законом от ДД.ММ.ГГГГ N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации".

В соответствии со ст. 98 Федеральным законом от ДД.ММ.ГГГГ N 323-ФЗ медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

В рамках правоотношений по оказанию медицинских услуг, как по добровольному, так и обязательному медицинскому страхованию пациент одновременно является потребителем таких услуг, соответственно, права истца подлежат оценке с учетом положений Закон РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 2300-1 "О защите прав потребителей".

Так, Закон РФ "О защите прав потребителей" устанавливает право потребителя на безопасность услуги (ст. 7), на полную и достоверную информацию об исполнителе и предоставляемой услуге (ст.ст. 8,9,10), на судебную защиту нарушенных прав (ст. 17), на оказание услуги в установленный срок и возмещение убытков в случае нарушения - исполнителем сроков исполнения услуг (ст.ст. 27, 28), на отказ от исполнения договора и возмещение убытков, причиненных вследствие недостатков оказанной услуги (ст.ст. 29, 32).

Как следует из материалов дела истец обращалась в Министерство здравоохранения <адрес> по вопросу качества оказания стоматологической помощи в БУЗОО «ГБ №».

Согласно ответу Министерства здравоохранения <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ дефектов качества оказания медицинской стоматологической помощи пациентке ФИО1 в БУЗОО «ГБ №» не выявлено. При этом имели место недостатки ведения медицинской документации и неполное выполнение стандарта первичной медико-санитарной помощи при остром синусите, утвержденного приказом Министерства здравоохранения РФ от ДД.ММ.ГГГГ №н. За данные нарушения врачам БУЗОО «ГБ №» был снижен размер стимулирующих выплат при оценке критериев качества работы (л.д.20).

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Определением Кировского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ по ходатайству ответчика была назначена комплексная судебно-медицинская экспертиза, проведение экспертизы поручено экспертам БУЗОО «Бюро судебно-медицинской экспертизы».

Заключением экспертов БУЗОО «Бюро судебно-медицинской экспертизы» установлено, что на основании изученной медицинской карты стоматологического больного БУЗОО «ГБ№» сложно сделать окончательный вывод по неотложной помощи или в порядке планового осмотра обращалась пациентка в данное отделение. Жалобы, время начало заболевания, диагноз пациентки в карте не указаны. Проведен осмотр региональных лимфатических узлов, описана зубная формула, состояние слизистой оболочки полости рта, альвеолярных отростков и неба, а также 24 зуб (описана только видимая его коронковая часть). Имеется прицельная рентгенограмма 24,25 зубов без детального описания корневых каналов, прилегания пломбы, состояние периодонта и окружающей костной ткани, как врачом рентгенологом, так и врачом стоматологом. 26 зуб на данной рентгенограмме отражен частично (один корень, запломбированный до апекса, часть коронки). Необходимо отметить, что в имеющемся в карте неполном стоматологическом статусе на момент первичного обращения (ДД.ММ.ГГГГ) данных за острый воспалительный процесс органов и тканей полости рта нет. Однако стоматологом назначено консервативное лечение, направленное на снятие неуточненного острого воспалительного процесса (представлен рецептурный бланк с подписью врача).

ДД.ММ.ГГГГ при повторном обращении пациентки в БУЗОО «Городская больница №» по рекомендации бригады скорой помощи, врачом - отоларингологом был выставлен диагноз «Острый риносинусит». При анализе медицинской карты № - предварительный диагноз был выставлен на основании клинического обследования (боль, гиперемия (покраснение), отечность носа и затруднение носового дыхания) и объективных данных (отечность и гиперемия слизистой оболочки носа), рекомендовано дообследование, назначено лечение.

После выполнения по собственной инициативе рентгенографии 26 зуба - ФИО1 обратилась в БУЗОО «ГКСП №» в кабинет неотложной стоматологической помощи и направлена в БУЗОО "ГКБ №", где в этот же день была госпитализирована в отделение челюстно-лицевой хирургии с диагнозом «Обострение хронического одонтогенного левого верхнечелюстного синусита». В отделении при госпитализации проведено комплексное обследование (клиническое, лабораторное и рентгенологическое).

Однако судить об окончательно диагнозе по стационарной истории № сложно, ввиду отсутствия рентгеновских снимков пазух с более точным разрешением и результата патоморфологического исследования биопсированного материала из верхнечелюстного пазухи (в медицинской карте отсутствуют сведения о заборе такого материала). Лечение в отделении челюстно-лицевой хирургии было оказано в объеме неотложной помощи и купирования острого воспалительного процесса.

Медицинская помощь, оказанная ФИО1 в БУЗОО "ГБ №" в целом соответствовала положениям "Порядка оказания медицинской помощи населению по профилю "Оториноларингология" (утвержден приказом М3 РФ от ДД.ММ.ГГГГ №н) и "Порядка оказания медицинской помощи взрослому населению при стоматологических заболеваниях" (утвержден приказом М3 и СР РФ от ДД.ММ.ГГГГ №н).

Врач-стоматолог БУЗОО «Городская больница №» правильно установил, что каналы 24, 25 зубов были запломбированы до верхушечных отверстий, однако причина жалоб пациентки на боли в области зубов верхней челюсти им установлена не была, объективные методы обследования не применялись (перкуссия, электроодонтодиагностика, температурные пробы, зондирование), прицельная рентгенография 26 зуба не проводилась, консультации смежных специалистов, за исключением врача-ортопеда, не назначены; лечение, рекомендованное врачом пациентке (выданы рецепты) - в карте не отражено.

Поскольку врачом-стоматологом БУЗОО «ГБ №» какой-либо патологический процесс выявлен не был и диагноз им не выставлен - говорить о соблюдении стандартов лечения некорректно.

В части ведения медицинской документации врачом-стоматологом БУЗОО «Городская больница №» нарушены положения приказа М3 РФ «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи» №н от ДД.ММ.ГГГГ (п. 2.1).

Согласно записям в амбулаторной карте - врач-оториноларинголог располагал сведениями, что ДД.ММ.ГГГГ пациентка обращалась к врачу-стоматологу, по этой причине одонтогенная природа заболевания могла оториноларингологом и не рассматриваться.

В нарушение Приказа М3 РФ от ДД.ММ.ГГГГ №н «Об утверждении стандарта первичной медико - санитарной помощи при остром синусите» при усредненном показателе частоты предоставления услуг, равным 1 (т.е. данная услуга должна была представлена 100% пациентам) врачом отоларингологом ДД.ММ.ГГГГ не был назначен повторный осмотр врачом - отоларингологом.

В данном клиническом случае, учитывая выраженный гнойно-воспалительный процесс в левой верхнечелюстной пазухе, а также распространение воспалительного процесса на мягкие ткани лица - удаление 26 зуба ДД.ММ.ГГГГ следует считать обоснованным.

На момент обращения к стоматологу ДД.ММ.ГГГГ вопрос о лечении 26 зуба (по данным рентгенографии от ДД.ММ.ГГГГ) уже должен был быть поставлен; возможный объем лечения с целью сохранения зуба - как минимум перепломбирование корневых каналов, резекция верхушки корня. Учитывая тот факт, что воспалительный процесс в верхнечелюстной пазухе в рассматриваемом клиническом случае протекал очень быстро (в течение 3-4 суток практически вся пазуха была вовлечена в воспалительный процесс) - категорически утверждать, что купировать воспалительный процесс в целом (резекция или ампутация корня зуба, оперативное вскрытие и дренирование пазухи) удалось бы без удаления причинного зуба - не представляется возможным.

Указано, что картина верхнечелюстного синусита может быть весьма вариабельна: от наличия/отсутствия болевого синдрома до наличия/отсутствия выделений из носа. Патогомоничных признаков в диагностике заболевания не существует. Данные симптомы могут быть изолированными или проявляться вместе. Исходя из вышеизложенного - радиация боли в зубы верхней челюсти при синуситах вполне возможна.

Экспертами также указано, что антибактериальный препарат всегда включается в комплексное лечение пациентов верхнечелюстными синуситами, как на этапе первичного обострения и возникновения первых симптомов, так и в послеоперационном периоде. Учитывая наличие у пациентки выраженного гнойно-воспалительного процесса в левой верхнечелюстной пазухе и одонтогенное происхождение синусита - прием антибактериальных препаратов именно в течение 2-3 часов после назначения их врачом (как стоматологом, так и оториноларингологом БУЗОО «ГБ №») полностью купировать воспалительный процесс не мог; положительный эффект был достигнут только после удаления причинного зуба (26) и дренирования верхнечелюстной пазухи с активным местным (промывание пазухи) и общим антибактериальным лечением.

При ответе на 5 вопрос экспертами указано, что вероятность наличия хронического процесса в верхнечелюстной пазухе достаточно высока (у пациентки имели место хронические воспалительные процессы в тканях 24-26 зубов), следовательно, данный процесс мог развиваться и усугубляться постепенно, при этом клиническая картина длительное время отсутствовала. Направление пациентки в челюстно-лицевой стационар не врачами БУЗОО «ГБ №», а на следующий день врачами другой поликлиники (БУЗОО «ГКСП №») не могло повлиять на течение и исход (удаление 26 зуба, санирование трубкой ПВХ) патологического процесса. Формирование свищевого хода (или свища) в данном случае является следствием удаленного 26 зуба на фоне хронического воспалительного процесса в левой верхнечелюстной пазухе и является вполне предсказуемым, не имея ничего общего с одонтогенным свищевым ходом, возникающим при хроническом гранулирующем периодонтите, наличие которого можно определить в полости рта при обследовании (при наличии свищевого хода от зуба на слизистой оболочке десны имеется устье с гнойным отделяемым).

Причина образовавшейся перфорации верхнечелюстной пазухи связана с наличием существующего длительное время хронического очага инфекции в периодонте 26 зуба, верхнечелюстной пазухе.

Медицинская помощь, оказанная в БУЗОО «Городская больница №» (осмотр, рентгенография) - не являлась причиной возникновения у пациентки воспалительного процесса, течение которого привело к формированию сообщения между верхнечелюстной пазухой и корнями 26 зуба и потребовало проведения оперативного лечения в объеме удаления зуба и дренирования пазухи - поэтому прямой причинно-следственной связи между оказанием медицинской помощи в БУЗОО «Городская больница №» и заболеванием ФИО1 нет.

Все последствия в данном случае объясняются негативным влиянием хронического воспалительного процесса в левой верхнечелюстной пазухе, которые могут быть связаны с недостаточным уровнем гигиены полости рта и другими факторами, которые при парааллергических состояниях (переутомление, стресс и др.) приводят к его обострению с разнообразной клинической картиной.

Период времени между первичным обращением ФИО1 к врачу-стоматологу 29.01.2018г и поступлением ее в БУЗОО «ГКБ №» (около 1,5 суток) оказать существенного отрицательного влияния на течение заболевания не мог.

Однако пациентка ФИО1 была вынуждена самостоятельно обращаться в различные медицинские учреждения (ООО «Дентал-Спа», БУЗОО «ГКСП №»), чего можно было бы избежать при проведении рентгенографии 26 зуба и верхнечелюстных пазух на этапе БУЗОО «ГБ №» и своевременном направлении больной в отделение челюстно-лицевой хирургии.

В рассматриваемом экспертном случае оказанная в БУЗОО «Городская больница №» медицинская помощь не нарушала анатомическую целостность органов и тканей или их физиологическую функцию, ухудшение состояния здоровья пациента ФИО1 было обусловлено течением имевшегося у нее заболевания, поэтому предусмотренных нормативными документами оснований для определения вреда, причинённого здоровью человека в данном случае нет (л.д.116-134).

Принимая в качестве доказательства экспертное заключение БУЗОО «Бюро судебно-медицинской экспертизы», суд учитывает то обстоятельство, что при составлении заключения эксперты, проводившие экспертизу, были предупреждены об уголовной ответственности, предусмотренной ст. 307 УК РФ, выводы к которым пришли эксперты в ходе исследования аргументированные, не противоречат исследовательской части экспертного заключения. В представленном экспертном заключении даны полные, конкретные и достаточно ясные ответы на поставленные вопросы, не допускающие противоречивых выводов или неоднозначного толкования.

Учитывая изложенное, оснований не доверять заключению экспертов у суда не имеется, указанные выводы не противоречат закону и другим доказательствам по делу, следовательно, экспертное заключение принимается судом в качестве надлежащего доказательства по делу.

Вместе с тем, несмотря на тот факт, что экспертами в рамках проведения судебно-медицинской экспертизы прямой причинно - следственной связи между оказанием стоматологической помощи в БУЗОО «Городская больница №» и наступившими для истца последствиями в виде удаления зуба и дренирования пазухи установлено не было, факт ведения медицинской документации БУЗОО «Городская больница №» с нарушениями нашел свое подтверждение в ходе производства экспертизы, а кроме того, экспертами установлено, что причина жалоб пациентки на боли в области зубов верхней челюсти врачами БУЗОО «ГБ№» установлена не была, объективные методы обследования не применялись (перкуссия, электроодонтодиагностика, температурные пробы, зондирование), прицельная рентгенография 26 зуба не проводилась, консультации смежных специалистов, за исключением врача-ортопеда, не назначены; лечение, рекомендованное врачом пациентке (выданы рецепты) - в карте не отражено.

Также суд принимает во внимание и то обстоятельство, что экспертами в рамках проведения экспертизы отмечено, что самостоятельного обращения пациентки ФИО1 в различные медицинские учреждения (ООО «Дентал-Спа», БУЗОО «ГКСП №») можно было бы избежать при проведении рентгенографии 26 зуба и верхнечелюстных пазух на этапе БУЗОО «ГБ №» и своевременном направлении больной в отделение челюстно-лицевой хирургии, в связи с чем, что доводы исковой стороны в указанной части суд считает заслуживающими внимание.

Вышеуказанные нарушения также были установлены в рамках проведения Министерством здравоохранения <адрес> проверки качества оказания медицинской помощи ФИО1 в БУЗОО «ГБ №» согласно которой имели место недостатки ведения медицинской документации и неполное выполнение стандарта первичной медико-санитарной помощи при остром синусите, утвержденного приказом Министерства здравоохранения РФ от ДД.ММ.ГГГГ №н.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в Постановлении от ДД.ММ.ГГГГ № «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» определил круг вопросов, на которые судам следует обращать особое внимание при рассмотрении споров, связанных со взысканием морального вреда.

Судам следует устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора (пункт 1 Постановления №).

При этом в пункте 3 Постановления № указано, что в соответствии с действующим законодательством одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя.

Таким образом, потерпевший имеет право на компенсацию морального вреда только при условии наличия вины причинителя вреда. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом.

По правилам статьи 15 Закона РФ «О защите прав потребителей» моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом) или организацией, выполняющей функции изготовителя (продавца) на основании договора с ним, прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

В соответствии со ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причинённых потерпевшему физических страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических страданий оценивается судом с учётом фактических обстоятельств, при которых был причинён моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Оценив представленные доказательства в их совокупности и взаимосвязи, принимая во внимание фактические обстоятельства дела, суд полагает, что требования ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда подлежат удовлетворению, а ответственность по возмещению морального вреда должна быть возложена на ответчика.

При определении размера компенсации морального вреда, подлежащего взысканию в пользу истца, суд учитывает характер перенесенных им физических и нравственных страданий (боли, что во всяком случае причиняло истцу дискомфорт и страх за состояние своего здоровья, боязнь негативных последствий), несвоевременность оказания медицинской помощи, фактические обстоятельства дела, в связи с чем, полагает обоснованным удовлетворение требования о взыскании компенсации морального вреда в части, в размере 20 000 рублей, находя эту сумму отвечающей принципам соразмерности и разумности.

В соответствии п. 6 ст. 13 ФЗ «О защите прав потребителей» (в редакции от ДД.ММ.ГГГГ) при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере 50 % от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

Поскольку ответчик до настоящего времени в добровольном порядке не удовлетворил требования потребителя, то с него в пользу истца подлежит взысканию штраф в размере 50 % от присужденной суммы – 10 000 рублей (20 000 \2).

В соответствии с требованиями ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса.

Статьей 94 ГПК РФ установлено, что к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся суммы, подлежащие выплате свидетелям, экспертам, специалистам и переводчикам; расходы на оплату услуг переводчика, понесенные иностранными гражданами и лицами без гражданства, если иное не предусмотрено международным договором Российской Федерации; расходы на проезд и проживание сторон и третьих лиц, понесенные ими в связи с явкой в суд; расходы на оплату услуг представителей; расходы на производство осмотра на месте; другие признанные судом необходимыми расходы.

Из материалов дела следует, что в рамках рассмотрения гражданского дела определением Кировского районного суда <адрес> была назначена судебно-медицинская экспертиза, оплата которой согласно названному определению была возложена на ответчика.

Одновременно с заключением экспертов БУЗОО «Бюро судебно-медицинской экспертизы» поступило заявление о возмещении расходов на проведение экспертизы в размере 39 829 рублей, поскольку ответчиком услуги БУЗОО «Бюро судебно-медицинской экспертизы» оплачены не были.

При таких обстоятельствах, с ответчика в пользу БУЗОО «Бюро судебно-медицинской экспертизы» расходы на проведение экспертизы в размере 39 829 рублей.

Кроме того, в соответствии со ст. 103 ГПК РФ с ответчика в доход бюджета <адрес> подлежит взысканию государственная пошлина в размере 300 рублей.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования удовлетворить частично.

Взыскать с БУЗОО «Городская больница №» в пользу ФИО1 компенсацию в возмещение морального вреда - 20 000 рублей, штраф - 10 000 рублей.

Взыскать с БУЗОО «Городская больница №» в пользу БУЗОО «Бюро судебно-медицинской экспертизы» расходы на проведение экспертизы в размере 39 829 рублей.

В удовлетворении остальной части иска отказать.

Взыскать с БУЗОО «Городская больница №» в доход бюджета <адрес> государственную пошлину в размере 300 рублей.

Решение может быть обжаловано в <данные изъяты> областной суд через Кировский районный суд <адрес> в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья подпись С.Н. Дурнева

Мотивированный текст решения изготовлен ДД.ММ.ГГГГ