Апелляционное определение № 33-2119/2026 от 20 апреля 2026 г.

БЕЛГОРОДСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД

31RS0016-01-2025-011147-02 33-2119/2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Белгород 21 апреля 2026 г.

Судебная коллегия по гражданским делам Белгородского областного суда в составе:

председательствующего Тюфановой И.В.

судей Гроицкой Е.Ю., Темниковой А.А.

при секретаре Суворовой Ю.А.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1, ФИО2 к Администрации г. Белгорода о признании права собственности на земельный участок в силу приобретательной давности

по апелляционным жалобам ФИО1, ФИО2

на решение Октябрьского районного суда г. Белгорода от 14 января 2026 г.

Заслушав доклад судьи Гроицкой Е.Ю., объяснения представителя ответчика администрации г. Белгорода ФИО3, судебная коллегия

установила:

ФИО1 и ФИО2 обратились в суд с иском к администрации г. Белгорода о признании права собственности на земельный участок по 1/2 доле за каждым, площадью 1324 кв.м, с кадастровым номером №, расположенный по адресу: г. <адрес> в силу приобретательной давности.

В обоснование заявленных требований указали, что 27 января 2013 г. умерла их мать ФИО14 которая 27 июля 2006 г. в порядке наследования по завещанию после смерти матери ФИО15. унаследовала жилой дом с кадастровым номером №, общей площадью 43,2 кв.м с хозяйственными и бытовыми строениями по адресу: <адрес>, расположенном на земельном участке площадью 1353 кв.м, принадлежавшем ФИО16 на основании регистрационного удостоверения, выданного Белгородским городским бюро технической инвентаризации 8 февраля 1965 г. Истцы стали собственниками жилого дома после смерти матери на основании свидетельства о праве на наследство по закону от 13 ноября 2023 г. При жизни ФИО26 обращалась в суд о признании права собственности на реконструированный жилой дом с хозяйственными постройками. Решением Октябрьского районного суда г. Белгорода от 21 мая 2013 г. за ней было признано право собственности на реконструированный жилой дом под литерой А с учетом самовольно возведенных пристроек под литерами А1 и а2, находящийся на данном земельном участке. Домовладение обособлено, земельный участок огорожен забором со всех сторон, границы забора не менялись. С момента выделения земельного участка с 1964 года три поколения семьи добросовестно, открыто, непрерывно владели и пользовались домом и земельным участком, все эти годы земельный участок обрабатывался, имеет садовые насаждения, огородную часть, которая используется по назначению. После смерти матери истцы своевременно вступили в наследство в 2023 году, также продолжают добросовестно, открыто и непрерывно владеть земельным участком.

Решением Октябрьского районного суда г. Белгорода от 14 января 2026 г. в удовлетворении иска отказано.

В апелляционной жалобе ФИО1 и ФИО2 просят решение суда отменить, принять новое решение об удовлетворении иска. Считают, что судом неверно установлены фактические обстоятельства дела, неправильно применены нормы материального права.

Представитель ответчика администрации г. Белгорода ФИО3 в судебном заседании суда апелляционной инстанции возражала против удовлетворения апелляционной жалобы по доводам, приведенным в письменных возражениях, просила решение суда оставить без изменения.

Истцы ФИО1 и ФИО2, будучи извещенными надлежащим образом, в судебное заседание не явились, на основании статьи 167 ГПК РФ судебная коллегия сочла возможным рассмотреть дело в их отсутствие.

Проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции, исходя из доводов, изложенных в апелляционной жалобе, в соответствии с положениями части 1 статьи 327.1 ГПК РФ, судебная коллегия приходит к следующему.

Разрешая спор, руководствуясь статьями 8, 129, 234 ГК РФ, статьями 6, 39.2, 39.3, 39.5, 39.20 Земельного кодекса РФ, нормами Федерального закона от 25 октября 2001 г. № 137-ФЗ «О введении в действие Земельного кодекса Российской Федерации», разъяснениями, приведенными в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 г. № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», суд первой инстанции пришел к выводу о том, что у истцов не возникло право собственности на земельный участок в силу приобретательной давности, посчитал, что исходя из даты и основания приобретения права общей долевой собственности на домовладение, у истцов отсутствует право приобретения спорного земельного участка в собственность бесплатно в соответствии частью 1 пункта 4 статьи 3 Федерального закона от 25 октября 2001 г. №137-ФЗ «О введении в действие Земельного кодекса Российской Федерации», иных документов, подтверждающих возникновение прав на жилой дом до дня введения в действие Земельного кодекса Российской Федерации, истцами не представлено.

С такими выводами не может согласиться суд апелляционной инстанции.

В соответствии со статьей 218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

В случаях и порядке, которые предусмотрены ГК РФ, лицо может приобрести право собственности на имущество, не имеющее собственника, на имущество, собственник которого неизвестен, либо на имущество, от которого собственник отказался или на которое он утратил право собственности по иным основаниям, предусмотренным законом.

Статьей 234 ГК РФ установлено, что лицо - гражданин или юридическое лицо, - не являющееся собственником имущества, но добросовестно, открыто и непрерывно владеющее как своим собственным недвижимым имуществом в течение пятнадцати лет либо иным имуществом в течение пяти лет, приобретает право собственности на это имущество (приобретательная давность).

Право собственности на недвижимое и иное имущество, подлежащее государственной регистрации, возникает у лица, приобретшего это имущество в силу приобретательной давности, с момента такой регистрации (пункт 1).

Соответственно, законом, действительно, предусмотрена возможность признания за лицом права собственности на имущество в порядке приобретательной давности, что предполагает обязательное соблюдение установленных законом условий для этого.

В частности, в пунктах 15, 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 г. № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» разъяснено, что по делу о признании права собственности в силу приобретательной давности истец должен доказать: фактическое владение недвижимым имуществом в течение пятнадцати лет; владение имуществом как своим собственным; добросовестность, открытость и непрерывность владения.

При этом, владение имуществом как своим собственным означает владение им не по договору. По этой причине статья 234 ГК РФ не подлежит применению в случаях, когда владение имуществом осуществляется на основании договорных обязательств (абз. 6 пункта 15 постановления Пленума №10/22).

Таким образом, приобретательная давность является самостоятельным законным основанием возникновения права собственности на вещь при условии добросовестности, открытости, непрерывности и установленной законом длительности такого владения.

Согласно абзацу 1 пункта 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 г. № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» возможность обращения в суд с иском о признании права собственности в силу приобретательной давности вытекает из статей 11 и 12 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которым защита гражданских прав осуществляется судами путем признания права. Поэтому лицо, считающее, что стало собственником имущества в силу приобретательной давности, вправе обратиться в суд с иском о признании за ним права собственности.

Давностное владение является добросовестным, если, приобретая вещь, лицо не знало и не должно было знать о неправомерности завладения ею, то есть в тех случаях, когда вещь приобретается внешне правомерными действиями, однако право собственности в силу тех или иных обстоятельств возникнуть не может. При этом лицо владеет вещью открыто как своей собственной, то есть вместо собственника, без какого-либо правового основания (титула).

Наличие титульного собственника само по себе не исключает возможность приобретения права собственности другим лицом в силу приобретательной давности.

Для приобретения права собственности в силу приобретательной давности не является обязательным, чтобы собственник, в отличие от положений статьи 236 Гражданского кодекса Российской Федерации, совершил активные действия, свидетельствующие об отказе от собственности или объявил об этом. Достаточным является то, что титульный собственник в течение длительного времени устранился от владения вещью, не проявляет к ней интереса, не исполняет обязанностей по ее содержанию, вследствие чего вещь является фактически брошенной собственником.

Осведомленность давностного владельца о наличии титульного собственника сама по себе не означает недобросовестности давностного владения.

По смыслу приведенных положений Гражданского кодекса Российской Федерации и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, приобретательная давность является законным основанием для возникновения права собственности на имущество у лица, которому это имущество не принадлежит, но которое, не являясь собственником, добросовестно, открыто и непрерывно владеет в течение длительного времени чужим имуществом как своим.

Таким образом, закон допускает признание права собственности в силу приобретательной давности не только на бесхозяйное имущество, но также и на имущество, принадлежащее на праве собственности другому лицу, в том числе публичному образованию, выступающему в отношениях, регулируемых гражданским законодательством, на равных началах с иными участниками этих отношений - гражданами и юридическими лицами (статьи 124, 125 ГК РФ).

Длительность такого открытого и непрерывного владения в совокупности с положениями об отказе от права собственности и о бесхозяйных вещах, а также о начале течения срока приобретательной давности с момента истечения срока давности для истребования вещи предполагают, что титульный собственник либо публичное образование, к которому имущество должно перейти в силу бесхозяйности либо выморочности имущества, не проявляли какого-либо интереса к этому имуществу, не заявляли о своих правах на него, фактически отказались от прав на него, устранились от владения имуществом и его содержания.

Целью нормы о приобретательной давности является возвращение фактически брошенного имущества в гражданский оборот, включая его надлежащее содержание, безопасное состояние, уплату налогов и т.п.

Добросовестность предполагает, что вступление во владение не было противоправным, совершено внешне правомерными действиями.

Добросовестное заблуждение давностного владельца о наличии у него права собственности на данное имущество положениями статьи 234 ГК РФ не предусмотрено в качестве обязательного условия для возникновения права собственности в силу приобретательной давности.

Напротив, столь длительное владение вещью, право на которую отсутствует, предполагает, что давностный владелец способен знать об отсутствии у него такого права, особенно в отношении недвижимого имущества, возникновение права на которое, по общему правилу, требует формального основания и регистрации в публичном реестре.

Требование о добросовестном заблуждении в течение всего срока владения противоречит смыслу положений статьи 234 ГК РФ, без какого-либо разумного объяснения препятствует возвращению вещи в гражданский оборот и лишает лицо, открыто и добросовестно владеющее чужой вещью как своей, заботящееся об этом имуществе и несущее расходы на его содержание, не нарушая при этом ничьих прав, легализовать такое владение, оформив право собственности на основании статьи 234 ГК РФ.

При этом в силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

Аналогичный правовой подход изложен в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 10 марта 2020 г. № 84-КГ20-1.

Таким образом, юридически значимыми обстоятельствами по данному делу, подлежащими установлению судом являлись: устранился ли титульный собственник в течение длительного времени от владения вещью, проявлял ли к ней интерес, проявляет ли интерес в процессе рассмотрения спора, исполнял ли обязанности по содержанию недвижимого имущества, является ли спорное имущество фактически брошенным собственником, что в полной мере не было исследовано судом первой инстанции.

Как видно из материалов дела, истцам на праве общей долевой собственности (по 1/2 доле) на основании свидетельства о праве на наследство по закону от 13 ноября 2023 г. принадлежит жилой дом общей площадью 85,8 кв. м, расположенный по адресу: г<адрес> который унаследован истцами после смерти их матери ФИО17 умершей 27 февраля 2023 г.

ФИО4 жилой дом унаследован после смерти матери ФИО18 умершей 6 апреля 2003 г., о чем нотариусом Белгородского нотариального округа Белгородской области ФИО19 27 июля 2006 г. ФИО22. выдано свидетельство о праве на наследство по завещанию на жилой дом, общей площадью 43,2 кв.м, с хозяйственными и бытовыми строениями и сооружениями, расположенный по адресу: <адрес> на земельном участке площадью 1353 кв.м, который принадлежал наследодателю на основании регистрационного удостоверения, выданного Белгородским городским бюро технической инвентаризации 8 февраля 1965 г.

Согласно выписке из похозяйственной книги №29 Краснянского сельского Совета Белгородского района за 1961-1963 гг., домовладение по адресу: <адрес> располагалось на земельном участке площадью 1500 кв.м, лицевой счет №<***> на имя ФИО20 По данным первичной инвентаризации 22 декабря 1967 г. площадь земельного участка составляла 1697 кв.м. В настоящее время домовладение имеет адрес: <адрес> и расположено на земельном участке площадью 1324 кв.м. на основании решения исполкома Белгородского городского Совета депутатов трудящихся №306 от 11 апреля 1975 г., что подтверждается справкой БТИ г. Белгорода от 23 мая 2007 г.

Решением Октябрьского районного суда г. Белгорода от 21 мая 2013 г. за ФИО21 признано право собственности на реконструированный жилой дом под литерой А с учетом самовольно возведенных пристроек под литерами А1 и а2, состоящий из помещений: № 1 - жилая комната площадью 11,9 кв.м., № 2 - жилая комната площадью 13,4 кв.м., № 3 – кухня площадью 11,2 кв.м., № 4 – жилая комната площадью 18,7 кв.м., № 5 – жилая комната площадью 18,3 кв.м., № 6 - коридор площадью 3,5 кв.м., № 7 - ванная площадью 3,2 кв.м., № 8 – пристройка площадью 5,6 кв.м., общей площадью 85,8 кв.м., в том числе жилой 62,3 кв.м., а также хозяйственные и бытовые постройки: гаражи под литерами Б площадью по наружному обмеру 32,6 кв.м., Б1 площадью по наружному обмеру 23,1 кв.м., летние кухни под литерами Г1 площадью по наружному обмеру 10 кв.м. и Г3 площадью по наружному обмеру 3,4 кв.м., под литерой Г4 – погреб площадью по наружному обмеру 8,8 кв.м., вход в погреб площадью 4,6 кв.м., расположенные по адресу: <адрес> инвентарный номер 612, № кадастровый номер № согласно техническому паспорту БТИ г. Белгорода, составленному по состоянию на 10 декабря 2012 г. и кадастровому паспорту от 6 декабря 2012 г.

Право собственности ФИО4 на реконструированный жилой дом зарегистрировано в ЕГРН 16 октября 2013 г. за № №

Согласно сведениям ЕГРН, на кадастровый учет был поставлен жилой дом общей площадью 85,8 кв.м, расположенный по адресу: <адрес>, с присвоением кадастрового номера №.

Спорный земельный участок площадью 1324 кв. м поставлен на кадастровый учет 5 декабря 2005, при постановке на кадастровый учет его границы не установлены в соответствии с земельным законодательством, земельному участку присвоен кадастровый номер № сведения о правообладателях отсутствуют.

ФИО1 и ФИО2 обратились в комитет имущественных и земельных отношений администрации города Белгорода с заявлением о приобретении в собственность бесплатно земельного участка с кадастровым номером № общей площадью 1324 кв. м, расположенного по адресу: <адрес>

Письмом за подписью руководителя комитета имущественных и земельных отношений администрации города Белгорода №№ от 30 октября 2025 г. в удовлетворении заявления истцов было отказано.

Отказ мотивирован тем, что право собственности на 1/2 доли жилого дома <адрес> к ФИО1 согласно свидетельству о праве на наследство по закону от 13 ноября 2023 г. перешло в порядке наследования, а право собственности у наследодателя ФИО23. зарегистрировано в ЕГРН 16 октября 2013 г. Вместе с тем, согласно свидетельству о праве на наследство по завещанию от 27 июля 2006 г. у ФИО24. право собственности на жилой дом возникло 6 апреля 2003 г., после ФИО25 Иных документов, подтверждающих возникновения прав на жилой дом до дня введения в действие Земельного кодекса РФ не представлено, в связи с чем земельный участок может быть предоставлен заявителям в собственность только за плату.

С учетом установленных по делу фактических обстоятельств, свидетельствующих о последовательном и непрерывном, открытом и добросовестном владении спорным земельным участком истцами, их матерью и бабушкой, начиная с 1964 года с момента его выделения, при этом, архивные данные не содержат информацию о праве, на котором он был выделен, первичные документы отсутствуют, учитывая возведение на земельном участке жилого дома, подведение коммуникаций, использование участка по назначению, принимая во внимание, что в течение длительного периода времени - более 60 лет, орган местного самоуправления не проявлял какой-либо интерес к земельному участку, не участвовал в его содержании или не заявлял о правах на него, судебная коллегия находит, что у суда отсутствовали правовые оснований для отказа в удовлетворении иска.

С учетом изложенного, решение Октябрьского районного суда г. Белгорода от 14 января 2026 г. подлежит отмене, а иск ФИО1 и ФИО2 - удовлетворению.

Руководствуясь статьями 327-330 ГПК РФ, судебная коллегия

определила:

решение Октябрьского районного суда г. Белгорода от 14 января 2026 г. по делу по иску ФИО1 (СНИЛС №), ФИО2 (СНИЛС №) к Администрации г. Белгорода (ИНН №) о признании права собственности на земельный участок в силу приобретательной давности – отменить.

Принять новое решение, которым признать за ФИО1, ФИО2 право общей долевой собственности (по 1/2 доле за каждым) на земельный участок площадью 1324 кв.м, с кадастровым номером №, расположенный по адресу: <адрес>

Апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Белгородского областного суда может быть обжаловано в Первый кассационный суд общей юрисдикции в течение трех месяцев со дня изготовления мотивированного апелляционного определения путем подачи кассационной жалобы (представления) через Октябрьский районный суд г. Белгорода.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 4 мая 2026 г.

Председательствующий

Судьи