Апелляционное определение № 33-3-2153/2025 33-3-2153/2026 33-3-2153/26 от 31 марта 2026 г.

Судья Филева Е.Н. дело № 2-489/2025

дело № 33-3-2153/2025

05RS0018-01-2024-005530-18


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Ставрополь 01 апреля 2026 года

Судебная коллегия по гражданским делам Ставропольского краевого суда в составе

председательствующего судьи Савина А.Н.,

судей Луневой С.П., Чернова Г.В.,

при секретаре Мауланбердиновой М.У.,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по апелляционной жалобе ФИО12., представителя ответчика ФИО13 по доверенности ФИО14

на решение Левокумского районного суда Ставропольского края от 10 декабря 2025 года по гражданскому делу по исковому заявлению ООО «НоваБевБрендс» к ФИО15 о взыскании компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак,

заслушав доклад судьи Луневой С.П.,

УСТАНОВИЛА:

ООО «НоваБевБрендс» обратилось в суд с вышеназванным иском, в обоснование которого указано, что правообладателем серии товарных знаков <данные изъяты> с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ являлась компания Ройял-Восток Инвестментс Лимитед.

Ответчик ФИО1 вступившим в законную силу приговором Дербентского районного суда Республики Дагестан от 25.08.2023 был признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных п. «б» ч.6 ст. 171.1 УК РФ и п. «б» ч. 2 ст. 171.3 УК РФ, а именно, приобретение, хранение и перевозка в целях сбыта алкогольной продукции без маркировки и нанесения информации в особо крупном размере. Ответчик в отсутствие заключенного с правообладателем соглашения об использовании товарных знаков осуществлял хранение контрафактной спиртосодержащей продукции с целью извлечения прибыли с реализации. Для внешнего оформления контрафактной продукции использовались товарные знаки, размещаемые на оригинальной продукции, зарегистрированные в государственном реестре товарных знаков и знаков обслуживания Российской Федерации под номерами №, №, №, №, №, №, в отношении товаров 33 класса МКТУ, а именно товарные знаки «<данные изъяты>», принадлежащие правообладателю. Истец считает, что путем незаконного использования товарных знаков «<данные изъяты>», принадлежавших на тот период времени истцу, ответчик нарушил исключительные права истца.

Просит суд взыскать компенсацию за нарушение исключительного права на товарный знак в размере 4445549 рублей, расходы по оплате государственной пошлины в размере 30 428 рублей.

Обжалуемым решением Левокумского районного суда Ставропольского края от 10 декабря 2025 года исковые требования удовлетворены. Взыскано с ФИО1, в пользу ООО «НоваБевБрендс», компенсация за нарушение исключительного права на товарный знак в размере 4 445 549,28 рубля, расходы по оплате государственной пошлины в размере 30 428 рублей.

В апелляционной жалобе ФИО1, его представитель просят обжалуемое решение суда отменить, как незаконное и необоснованное, вынесенное с нарушением норм материального и процессуального права, в удовлетворении заявленных исковых требований отказать. Указывает, что в ходе предварительного судебного заседания его представителем было заявлено о подаче заявлений в органы УФСБ и прокуратуры о пересмотре уголовного дела и приговора, которые приняты к рассмотрению; указывает на нарушение норм подсудности при рассмотрении настоящего спора.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив законность и обоснованность обжалуемого судебного решения по правилам части 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если ГК РФ не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных ГК РФ. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную ГК РФ, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается ГК РФ.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1477 Гражданского кодекса Российской Федерации на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак (статья 1481).

Согласно статье 1478 Гражданского кодекса Российской Федерации обладателем исключительного права на товарный знак может быть юридическое лицо или индивидуальный предприниматель.

В силу статьи 1479 Гражданского кодекса Российской Федерации на территории Российской Федерации действует исключительное право на товарный знак, зарегистрированный федеральным органом исполнительной власти по интеллектуальной собственности, а также в других случаях, предусмотренных международным договором Российской Федерации.

Пунктом 1 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак). Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения (пункт 3 статьи 1484 ГК РФ).

В силу пункта 1 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение, являются контрафактными.

По смыслу нормы указанной статьи нарушением исключительного права владельца товарного знака признается использование не только тождественного товарного знака, но и сходного с ним до степени смешения обозначения.

В соответствии со статьей 1250 Гражданского кодекса Российской Федерации интеллектуальные права защищаются способами, предусмотренными Кодексом, с учетом существа нарушенного права и последствий нарушения этого права.

Согласно пункту 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, предусмотренных Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных ГК РФ, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

Возможность взыскания компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак предусмотрена статьей 1515 ГК РФ.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 62 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - Постановление N 10), размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, правообладателем серии товарных знаков «<данные изъяты>» являлась компания Ройял-Восток Инвестментс Лимитед. Между правообладателем и ООО «Белуга Брендс» ДД.ММ.ГГГГ заключен лицензионный договор на использование товарных знаков «<данные изъяты>», в соответствии с которым ООО «Белуга Брендс» предоставлена исключительная лицензия на право использования товарных знаков <данные изъяты> на территории Российской Федерации, включая право на их размещение на товарах, этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, при выполнении работ, оказании услуг, в рекламе. Договор заключен на срок действия исключительного права на товарные знаки и сохраняет свое действие в случае продления этих сроков. Действие договора распространяется на всю территории Российской Федерации.

ООО «Белуга Брендс» также наделена правом осуществлять защиту прав на товарные знаки на территории Российской Федерации от любого их незаконного использования третьими лицами, включая право обращаться в правоохранительные органы, предъявлять иски в суды, требовать по своему выбору от нарушителя возмещения убытков, выплаты компенсации, а также осуществлять иные действия в соответствии с законодательством Российской Федерации, необходимые для защиты ее исключительных прав как лицензиата, вытекающих из письма о назначении от ДД.ММ.ГГГГ.

ООО «Белуга Брендс» изменило наименование на ООО «НоваБевБрендс», запись о регистрации изменений внесена в ЕГРЮЛ ДД.ММ.ГГГГ.

Приговором Дербентского районного суда Республики Дагестан от 25.08.2023 ФИО1 признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных п. «б» ч.6 ст. 171.1 УК РФ, приобретении, хранении, перевозке в целях сбыта или сбыт товаров и продукции без маркировки и нанесения информации, предусмотренной законодательством Российской Федерации, в особо крупном размере, а также п. «б» ч. 2 ст. 171.3 УК РФ, закупке, хранении, перевозке спиртосодержащей продукции без соответствующей лицензии, если такая лицензия обязательна, в особо крупном размере, и ему назначено наказание в виде лишения свободы сроком на три года условно с испытательным сроком на два года шесть месяцев, со штрафом 450 000 рублей.

Суд первой инстанции, руководствуясь положениями ст.ст. 1484, 1250, 1252, 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации, с учетом разъяснений, изложенных в п. 62 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 апреля 2019 г. N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации", оценив представленные доказательства, в том числе приговор суда, признав его преюдициальное значение в силу части 4 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, установив обстоятельства незаконного использования ответчиком товарных знаков, обоснованно пришел к выводам о том, что вина ответчика в причинении ущерба истцу является установленной.

Согласно имеющемуся в иске расчету истца, стоимость изъятой у ответчика контрафактной продукции, незаконно маркированной товарным знаком «<данные изъяты>» на дату изъятия ДД.ММ.ГГГГ года составляла 2 222 774,64 рубля (исходя из расчета одной бутылки оригинальной продукции водка «<данные изъяты>» 0,5 л. (470,13 рублей)) умноженной на количество изъятой контрафактной продукции (4728 бутылок)), размер компенсации в двукратной размере стоимости товаров, на которых незаконно размещены товарные знаки, составляет 4 445 549,28 рублей. Расчет истца стороной ответчика не оспаривается, контррасчет суду не предоставлен и материалы дела не содержат. Расчет судом проверен и признан арифметически верным.

Оснований не согласиться с выводами суда первой инстанции судебная коллегия не усматривает, поскольку они мотивированы, нарушений норм материального или процессуального права по доводам жалобы не усматривается.

Под незаконным использованием товарного знака признается любое действие, нарушающее исключительные права владельцев товарного знака: несанкционированное изготовление, применение, ввоз, предложение о продаже, продажа, иное введение в хозяйственный оборот или хранение с этой целью товарного знака или товара, обозначенного этим знаком, или обозначения, сходного с ним до степени смешения, при этом незаконность воспроизведения чужого товарного знака является признаком контрафактности.

При этом, Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 24 июля 2020 г. N 40-П, развивая выраженные в Постановлении от 13 декабря 2016 г. N 28-П позиции о правовой природе компенсации за нарушение исключительного права на один товарный знак, признал подпункт 2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации не соответствующим Конституции Российской Федерации, ее статьям 17 (часть 3), 19 (части 1 и 2), 34 и 55 (часть 3), в той мере, в какой эта норма в системной связи с общими положениями Гражданского кодекса Российской Федерации о защите исключительных прав, в том числе с пунктом 3 его статьи 1252, не позволяет суду при определении размера компенсации, подлежащей выплате правообладателю в случае нарушения индивидуальным предпринимателем при осуществлении им предпринимательской деятельности исключительного права на один товарный знак, снизить с учетом фактических обстоятельств конкретного дела общий размер компенсации, если такой размер многократно превышает величину причиненных правообладателю убытков (притом что убытки поддаются исчислению с разумной степенью достоверности, а их превышение должно быть доказано ответчиком) и если при этом обстоятельства конкретного дела свидетельствуют, в частности, о том, что правонарушение совершено индивидуальным предпринимателем впервые и что использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью его предпринимательской деятельности и не носило грубый характер.

Судом первой инстанции установлено, что для внешнего оформления контрафактной продукции использовались размещаемые на оригинальной продукции, зарегистрированные в государственном реестре товарных знаков и знаков обслуживания Российской Федерации под номерами №, №, №, №, №, №, в отношении товаров 33 класса МКТУ, а именно товарные знаки «<данные изъяты>», принадлежащие правообладателю.

Доводы апелляционной жалобы о рассмотрении спора с нарушением правил подсудности с указанием на необходимость рассмотрения настоящего спора Арбитражным судом не влекут отмену решения суда, поскольку о нарушении правил подсудности и передаче дела в другой суд стороны не заявляли.

В соответствии с разъяснением, содержащимся в абзаце 2 пункта 56 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 июня 2021 года N 16 "О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции", нарушение судом первой инстанции норм процессуального права, устанавливающих правила подсудности, не является основанием для применения судом апелляционной инстанции пункта 1 части 4 статьи 330 ГПК РФ. Решение суда может быть отменено ввиду нарушения подсудности, если на нарушение правил подсудности указано в апелляционных жалобе, представлении и суд апелляционной инстанции установит, что лицо, подавшее жалобу, заявляли в суде первой инстанции ходатайство о неподсудности дела этому суду и о передаче его по подсудности в соответствующий суд или арбитражный суд либо что у них отсутствовала возможность заявить в суде первой инстанции такое ходатайство по причине их не извещения о времени и месте судебного заседания или не привлечения к участию в деле либо вследствие невозможности явиться в суд по уважительной причине.

Вместе с тем, ответчиком ходатайств о передаче рассмотрения дела в Арбитражный суд Ставропольского края суд ввиду нарушения правил подсудности в суде первой инстанции заявлено не было.

Таким образом, доводы апелляционной жалобы не свидетельствуют о наличии правовых оснований для отмены или изменения обжалуемого решения суда, выражают несогласие с оценкой судом исследованных по делу доказательств, которым судом дан надлежащий анализ и правильная оценка по правилам ст. 67 ГПК РФ, основаны на неправильном толковании норм действующего законодательства, а потому не могут быть приняты во внимание судебной коллегией.

Руководствуясь ст.ст. 327-330 ГПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Левокумского районного суда Ставропольского края от 10 декабря 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Настоящее апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Пятый кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции в срок, не превышающий трех месяцев со дня его вступления в законную силу.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 01.04.2026 года.

Председательствующий

Судьи