Решение № 2-1274/2018 2-1274/2018~М-863/2018 М-863/2018 от 8 октября 2018 г. по делу № 2-1274/2018

Дело 2 – 1274/2018


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

09 октября 2018 года г. Новосибирск

Советский районный суд г. Новосибирска в составе

председательствующего судьи А.И. Чиркуновой

при секретаре Ю.Ю. Сметаниной,

с участием

представителя истца ФИО1,

представителя ответчика ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО3 к АО «АльфаСтрахование» о взыскании страхового возмещения, расходов, штрафа, компенсации морального вред

у с т а н о в и л:

ФИО3 обратился в суд к АО «АльфаСтрахование» о взыскании страхового возмещения, расходов, штрафа, компенсации морального вреда.

Исковые требования обоснованы следующим. 20.07.2017 по адресу: <адрес> по вине ФИО4 произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобилей под управлением ФИО3, ФИО4

В связи с тем, что ответственность истца застрахована в соответствии с договором, заключенным между ФИО3 и ответчиком, истец обратился в ОАО «АльфаСтрахование» с заявлением о страховой выплате. Ответчиком был определен размер причиненного истцу в результате ДТП материального вреда в сумме 198 100 рублей, при этом произведена выплата в размере 50 % от стоимости ремонта, а именно – 99 050 рублей. Истец полагает, что сумма страховой выплаты должна составить 198 100 рублей.

Истец обратился к ответчику с претензией о выплате суммы страхового возмещения в полном объеме, требования в досудебном порядке удовлетворены не были.

В связи с этим истец просит взыскать с АО «АльфаСтрахование» сумму страхового возмещения в размере 99 050 рублей, штраф в размере 50 % от суммы, взысканной судом, расходы на юридические услуги в размере 30 000 рублей, компенсацию морального вреда в размере 20 000 рублей.

В судебное заседание истец ФИО3 не явился, извещен судом надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела по существу, просил рассмотреть дело в свое отсутствие, о чем указал в письменных пояснениях по иску, приобщенных к материалам дела.

Представитель истца в судебном заседании требования поддержал, указал, что виновником в дорожно-транспортном происшествии является второй участник дорожно-транспортного происшествия, в связи с тем, что при наличии препятствия для движения в виде стоящего автомобиля истца он должен был руководствоваться положениями пункта 10.1 Правил дорожного движения и снизить скорость вплоть до остановки транспортного средства, чего им сделано не было. В результате чего произошло дорожно-транспортное происшествие, в результате которого автомобилю истца был причинен материальный вред, который подлежит возмещению в полном объеме. Представитель истца также полагал, что заключение эксперта является неполным, так как эксперт не смог определить в статике или динамике находился автомобиль в момент столкновения, в связи чем, им было заявлено ходатайство о назначении дополнительной экспертизы, в котором судом было отказано.

Представитель ответчика в судебном заседании требования не признала, полагала, что заключение эксперта является полным, обоснованным и необходимость в проведении дополнительной экспертизы отсутствует, вина в дорожно-транспортном происшетсвии является обоюдной. В связи с чем, страховиком были выполнены обязательства перед истцом в полном объеме и требования не подлежат удовлетворению. В материалы дела представленный письменный отзыв (л.д. 52 – 53, 128).

Третье лицо ФИО4 в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом о месте и времени рассмотрения дела по существу, о причинах неявки суду не сообщил.

Суд, выслушав пояснения представителей сторон, исследовав материалы дела в их совокупности, приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения искового заявления, при этом исходит из следующего.

Согласно пункта 3 статьи 1079 Гражданского кодекса РФ вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (статья 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации), то есть в зависимости от вины.

В соответствии с положениями пункта 2 статьи 1064 Гражданского кодекса РФ лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

В случае, когда ответственность за причинение вреда застрахована в силу того, что ее страхование обязательно, а также в других случаях, предусмотренных законом или договором страхования такой ответственности, лицо, в пользу которого считается заключенным договор страхования, вправе предъявить непосредственно страховщику требование о возмещении вреда в пределах страховой суммы (пункт 4 статьи 931 Гражданского кодекса РФ).

Положениями Федерального закона от 25.04.2002 № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» предусмотрено обязательное страхование риска гражданской ответственности владельцев транспортных средств на случай причинения вреда жизни, здоровью или имуществу потерпевших при использовании транспортного средства.

Из материалов дела установлено, что 20 июля 2017 года в 21 час 30 мину в <адрес> произошло дорожно-транспортное происшествие с участием дух автомобилей: <данные изъяты> государственный регистрационный номер № под управлением ФИО3 и <данные изъяты> государственный регистрационный номер № под управлением ФИО4

В результате дорожно-транспортного происшествия оба автомобиля получили механические повреждения, что следует из справки о дорожно-транспортном происшествии от 20.07.2017 (л.д. 7).

Из материалов административного дела следует, что производство по делу об административном правонарушении было прекращено за истечением сроков давности привлечения к административной ответственности по основанию, предусмотренному пунктом 6 части 1 статьи 24.5 Кодекса РФ об административных правонарушениях, в отношении всех участников дорожно-транспортного происшествия.

Судом установлено, что автомобиль <данные изъяты> государственный регистрационный номер № на праве собственности принадлежит истцу – ФИО3 На момент дорожно-транспортного происшествия ответственность истца застрахована на основании полиса ОСАГО серия № в АО «АльфаСтрахование» (л.д. 35)

В связи с тем, что его автомобиль в результате дорожно-транспортного происшествия получил механические повреждения, чем ему был причинен имущественный ущерб, истец обратился к ответчику с заявлением о прямом возмещении убытков (л.д. 32).

Как следует из экспертного заключения № от 16.11.2017 стоимость затрат на восстановительный ремонт автомобиль <данные изъяты> государственный регистрационный номер №, необходимых для восстановления автомобиля в первоначальное состояние до дорожно-транспортного происшествия, имевшего место 20.07.2017, составила 198 110 рублей (л.д. 65 – 71).

Данный случай был признан страховым, о чем составлен соответствующий акт от 30.11.2017 и произведена выплата в размере 99 050 рублей, что составляет 50 % от стоимости восстановительного ремонт транспортного средства (л.д. 30)

Согласно ответа АО «АльфаСтрахование» на заявление о прямом возмещении убытков, выплата истцу произведена в размере 50 % от стоимости восстановительного ремонта, в связи с тем, что виновное в дорожно-транспортном происшествии лицо установлено не было.

В соответствии с пунктом 22 статьи 12 Федерального закона от 25 апреля 2002 года № 40 «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» в случае, если степень вины участников дорожно-транспортного происшествия судом не установлена, застраховавшие их гражданскую ответственность страховщики несут установленную настоящим Федеральным законом обязанность по возмещению вреда, причиненного в результате такого дорожно-транспортного происшествия, в равных долях.

Согласно разъяснений, изложенных в пункте 46 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.12.2017 № 58 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», если из документов, составленных сотрудниками полиции, невозможно установить вину застраховавшего ответственность лица в наступлении страхового случая или определить степень вины каждого из водителей - участников дорожно-транспортного происшествия, лицо, обратившееся за страховой выплатой, не лишается права на ее получение.

В таком случае страховые организации производят страховые выплаты в равных долях от размера ущерба, понесенного каждым потерпевшим (абзац 4 пункта 22 статьи 12 Федерального закона от 25 апреля 2002 года № 40 «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств»)

Страховщик освобождается от обязанности уплаты неустойки, суммы финансовой санкции, штрафа и компенсации морального вреда, если обязательства по выплате страхового возмещения в равных долях от размера понесенного каждым из водителей - участников дорожно-транспортного происшествия ущерба им исполнены.

В случае несогласия с такой выплатой лицо, получившее страховое возмещение, вправе обратиться в суд с иском о взыскании страхового возмещения в недостающей части. При рассмотрении спора суд обязан установить степень вины лиц, признанных ответственными за причиненный вред, и взыскать со страховой организации страховую выплату с учетом установленной судом степени вины лиц, гражданская ответственность которых застрахована. Обращение с самостоятельным заявлением об установлении степени вины законодательством не предусмотрено.

Аналогичные разъяснения содержались в пунктах 21 и 43 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.01.2015 № 2, действовавшего на момент возникновения спорных правоотношений.

Судом установлено, что между участниками дорожно-транспортного происшествия возник спор относительно вины водителей в дорожно-транспортном происшествии.

С целью установления виновника дорожно-транспортного происшествия, и взыскания недоплаченного страхового возмещения истец обратился с настоящим иском в суд.

При рассмотрении дела по существу, утверждение истца о том, что виновником дорожно-транспортного происшествия является второй его участник ФИО4 не нашли своего подтверждения, при этом суд исходит из следующего.

С целью установления механизма дорожно-транспортного происшествия и оценки действий участников дорожно-транспортного происшествия с технической стороны, судом по ходатайству истца была назначена судебная автотехническая экспертиза.

Как следует из заключения эксперта механизм дорожно-транспортного происшествия был следующим: до дорожно-транспортного происшествия водители автомобилей <данные изъяты>, государственный регистрационный номер № и <данные изъяты>, государственный регистрационный номер № двигались по проезжей части дороги ведущей <адрес>, во встречных направлениях. В пути следования, в районе <адрес>, в 3.0 м. от правого края проезжей части дороги (по ходу движения со стороны <адрес>) произошло встречное касательное столкновение автомобилей <данные изъяты>, государственный регистрационный номер № и <данные изъяты>, государственный регистрационный номер №.

При столкновении автомобилей <данные изъяты>, государственный регистрационный номер № и <данные изъяты>, государственный регистрационный номер №, в контактное взаимодействие вступили левая боковая поверхность автомобиля <данные изъяты>, государственный регистрационный номер № и левая боковая поверхность автомобиля <данные изъяты>, государственный регистрационный номер №.

В конечном положении после дорожно-транспортного происшествия, автомобиль <данные изъяты>, государственный регистрационный номер № находится напротив зафиксированного на схеме места столкновения (расстояние от зафиксированной точки столкновения до задней оси автомобиля <данные изъяты>, государственный регистрационный номер № составляет 1,3м).

В конечном положении после дорожно-транспортного происшествия, автомобиль <данные изъяты>, государственный регистрационный номер № находится на расстоянии от зафиксированного на схеме места столкновения, равном 5,3м (расстояние от зафиксированной точки столкновения до задней оси автомобиля <данные изъяты>, государственный регистрационный номер № – 5,3м). Конечное положение транспортных средств отражено на схеме к протоколу осмотра места дорожно-транспортного происшествия, масштабном фрагменте схемы места ДТП

Эксперт анализируя и сопоставляя признаки места столкновения, по которым в экспертной практике определяется место столкновения транспортных средств с вещной обстановкой зафиксированной на схеме места дорожно-транспортного происшествия, пришел к выводу о том, что установить точные координаты места столкновения автомобилей <данные изъяты>, государственный регистрационный номер № и <данные изъяты>, государственный регистрационный номер № не представляется возможным.

В связи с этим, при исследовании экспертом использованы координаты места столкновения транспортных средств, отраженные на схеме, а именно принято то, что столкновение произошло в 3,0 м от правого края проезжей части дороги (по ходу движения со стороны <адрес>).

Как следует из экспертного заключения, при встречных столкновениях, повреждения на транспортных средствах образуются в направлении спереди назад, при экспертом отмечено, что повреждения в указанном направлении будут образованы, как при движении обоих транспортных средств, так и при нахождении одного из транспортных средств в состоянии статики.

Аналогичные пояснения даны экспертом И.В. в судебном заседании при его допросе.

При исследовании фотографий с изображениями повреждений полученных автомобилями <данные изъяты>, государственный регистрационный номер № и <данные изъяты>, государственный регистрационный номер № в результате рассматриваемого дорожно-транспортного происшествия экспертом установлено, что повреждения на указанных транспортных средствах имеют направление образования – спереди назад.

Исследовав в совокупности сведения о повреждениях, полученных транспортными средствами при столкновении, конечном их положении после дорожно-транспортного происшествия, координатах зафиксированных на схеме места столкновения, эксперт пришел к выводу о то, что в момент столкновения автомобилей, автомобиль <данные изъяты>, государственный регистрационный номер № находился в состоянии динамики (двигался); автомобиль <данные изъяты>, государственный регистрационный номер № мог находиться, как в состоянии статики, так и в состоянии динамики (двигаться с малой скоростью).

Также, эксперт И.В. при исследовании и сопоставлении данных о действиях водителей автомобилей <данные изъяты>, государственный регистрационный номер № и <данные изъяты>, государственный регистрационный номер № с данными для действий участников дорожного движения в соответствии с требованиями Правил дорожного движения РФ в рамках проведения судебной экспертизы также установил, что действия водителей <данные изъяты>, государственный регистрационный номер № и <данные изъяты>, государственный регистрационный номер № требованиям пунктов 9.1,9.10 Правил дорожного движения РФ не соответствовали.

В силу того, что столкновение указанных транспортных средств зафиксировано на стороне дороги предназначенной для движения в направлении, в котором двигался до дорожно-транспортного происшествия автомобиль <данные изъяты>, государственный регистрационный номер №, при этом в момент столкновения, задняя левая часть автомобиля <данные изъяты>, государственный регистрационный номер № находилась на стороне дороги предназначенной для движения в направлении, в котором двигался до ДТП автомобиль <данные изъяты>, государственный регистрационный номер №. Эксперт пришел к выводу о том, что выполнение водителями автомобилей <данные изъяты>, государственный регистрационный номер № и <данные изъяты>, государственный регистрационный номер № требований о соблюдении необходимых боковых интервалов, обеспечивающих безопасность движения, также исключало бы возможность возникновения произошедшего дорожно-транспортного происшествия

Исходя из изложенного, эксперт установил, что с технической точки зрения, действия водителей автомобилей <данные изъяты>, государственный регистрационный номер № и <данные изъяты>, государственный регистрационный номер №, как несоответствующие требованиям пунктам 9.1, 9.10 Правил дорожного движения РФ, находятся в причинной связи с произошедшим дорожно-транспортным происшествием.

При опросе эксперта И.В. в судебном заседании он пояснил, что достоверно установить в статике или динамике находился автомобиль <данные изъяты> государственный регистрационный номер №, не представляется возможным. В связи с тем, что повреждения транспортных средств при встречном столкновении образуются в направлении спереди назад, вне зависимости от того, в каком состоянии находились транспортные средства, каких-либо характерных повреждений позволяющих сделать вывод о том, что автомобиль истца находился в статике не имеется. При движении транспортных средств и при нахождении одного из них в состоянии статики повреждения будут аналогичными, образованными спереди назад.

Судом установлено, что к аналогичным выводам пришел и эксперт <данные изъяты> А.Ю., предупрежденный об административной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, предусмотренную статьей 17.9 Кодекса РФ об административных правонарушениях.

Так, из заключения эксперта № от 15.09.2017, проведенного в рамках рассмотрения дела об административном правонарушении, следует, что определить в статике или динамике находился автомобиль <данные изъяты> в момент столкновения, не представляется возможным. В связи с тем, что повреждения, спереди назад, имеющиеся на транспортных средствах могли образоваться как при нахождении автомобиля <данные изъяты> в статике в момент столкновения, так и в динамике, так как характерные повреждения для определения статики или динамики автомобиля <данные изъяты>, на транспортных средствах отсутствуют.

При этом экспертом указано, что в процессе исследования схемы дорожно-транспортного происшествия и представленных изображений с места дорожно-транспортного происшествия установлено, что конечное расположение автомобиля <данные изъяты> расположено непосредственно у места столкновения, что может свидетельствовать о том, что автомобиль <данные изъяты> находился в статике. При этом, экспертом указано, что в районе места столкновения на схеме дорожно-транспортного происшествия не зафиксированы следы осыпи лакокрасочного покрытия и фрагменты ручки левой задней двери, следовательно, место столкновения может находится в другом месте.

Из экспертного заключения, проведенного в рамках рассмотрения настоящего гражданского дела, эксперт также указал, что из представленных материалов дела установить точные координаты места столкновения транспортных средств экспертным путем не представляется возможным, в связи с чем, за основу исследования было взято место дорожно-транспортного происшествия указанное участниками дорожно-транспортного происшествия (л.д. 105). Следовательно, фактически место столкновения могло быть иным, чем это отражено на схеме дорожно-транспортного происшествия, но при имеющейся в деле информации экспертным путем установить его не представляется возможным, по основаниям, изложенным в экспертных заключениях.

Основание не доверять выводам экспертов, предупрежденных об уголовной и административной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, у суда не имеется.

В связи с тем, что выводы эксперта, изложенные в экспертном заключении, подробно мотивированы и не содержат неточностей в их изложении с учетом пояснений эксперта И.В., данных в судебном заседании, о том, что однозначно на вопрос о том в каком положении статике или динамике находился автомобиль <данные изъяты> в момент дорожно-транспортного происшествия 20.07.2017 ответить невозможно, а также учитывая то обстоятельство, что к аналогичным выводам пришел эксперт А.Ю., суд отказал в удовлетворении заявленного представителем истца ходатайства о назначении дополнительной экспертизы, как направленного на затягивание рассмотрения дела по существу.

При этом, к ответам на адвокатские запросы о возможности определения состояния автомобиля (статика или динамика) <данные изъяты> в момент дорожно-транспортного происшествия суд относится критически, в связи с тем, что при ответе на данный запрос в распоряжение экспертов не представлялись материалы гражданского дела в полном объеме и не проводились какие-либо исследования по данному вопросу, в связи с чем, данные ответы были даны преждевременно и не мотивированы.

Из ответов на адвокатский запрос также следует, что данные экспертные учреждения говорят о возможности проведения такого рода исследований, что никем не оспаривается, но не указывают на конкретный результат такого исследования.

Как следует из выше указанных экспертных заключений, представленных в рамках гражданского и административного дела, проведение исследований по данному вопросу возможно, но однозначного ответа на вопрос, в рамках рассматриваемого дорожно-транспортного происшествия и при имеющихся в деле сведениях, получено быть не может в связи с указанными экспертами обстоятельствами.

На основании изложенного, суд приходит к выводу о том, что судебная экспертиза проведена в соответствии с требованиями Федерального закона от 25 апреля 2002 года № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», Федерального закона № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», на основании определения суда, выводы эксперта подробно мотивированы, экспертное заключение содержит мотивы, по которым эксперт пришел к указанным в заключении выводам, заключение также содержит необходимые ссылки на нормативно-техническую документацию, использованную при производстве экспертизы, а эксперт И.В. предупрежден об уголовной ответственности, предусмотренной статьей 307 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Экспертное заключение подробно мотивировано и соответствует требованиям статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

В связи изложенным, суд принимает представленные в материалы дела экспертные заключения в качестве надлежащих доказательств по делу, отвечающим признакам относимости, допустимости и достоверности.

На основании изложенного, суд приходит к выводу о том, что материалы дела не содержат доказательство того, что автомобиль истца перед столкновением находился в статике, пропуская встречный транспорт

При этом, в ходе рассмотрения дела по существу достоверно установлено, что расположение автомобиля истца на проезжей части не соответствовало требованиям пункта 9.10 Правил дорожного движения РФ, а также не был соблюден боковой интервал между транспортными средствами, который должен быть соблюден в силу положений пункта 9.1 Правил дорожного движения РФ.

Утверждение же истца о том, что второй участник ДТП должен был предпринять меры к торможению руководствуясь положениями пункта 10.1 Правил дорожного движения основаны на неверном толковании Правил дорожного движения РФ, а также не согласуются с обстоятельствами, установленными при рассмотрении настоящего дела по существу.

Пункт 10.1. Правил дорожного движения РФ говорит о том, что при возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

В силу пункта 1.2 Правил дорожного движения РФ опасность для движения – ситуация, возникшая в процессе дорожного движения, при которой продолжение движения в том же направлении и с той же скоростью создает угрозу возникновения дорожно-транспортного происшествия.

Из схемы дорожно-транспортного происшествия, пояснений истца, следует, что автомобиль истца в момент столкновения был расположен на полосе движения в противоположном направлении движения автомобиля <данные изъяты> государственный регистрационный номер №, в конечном положении только задняя часть автомобиля истца была расположена на встречной полосе движения, что свидетельствует о том, что у водителя автомобиля <данные изъяты> государственный регистрационный номер № не имелось явной опасности для движения, которую он мог обнаружить и при которой он должен был руководствоваться положениями пункта 10.1 Правил дорожного движения.

Также экспертом при установлении механизма дорожно-транспортного происшествия указано, что до дорожно-транспортного происшествия автомобили двигались по проезжей части дороги ведущей <данные изъяты>, во встречных направлениях, в пути следования произошло встречное касательное их столкновение. Данный вывод эксперта подробно мотивирован, оснований не доверять выводам эксперта у суда не имеется.

Следовательно, какой-либо опасности для движения, которую водитель <данные изъяты> государственный регистрационный номер № в состоянии был обнаружить, не имелось. В связи с чем, оснований для применения пункта 10.1 Правил дорожного движения РФ у водителя не имелось.

Суд также обращает внимание на то, что у истца, при изложенных в административном материале обстоятельствах не имелось оснований для совершения вынужденной остановки транспортного средства, на которую истец ссылается в обоснование своих требований, но которая объективно не подтверждается имеющимися в материалах дела доказательствами.

При этом, вынужденная остановка возможна только при наличии препятствия на проезжей части, что прямо установлено Правилами дорожного движения РФ.

Из положений пункта 1.2. Правил дорожного движения РФ следует, что вынужденная остановка – прекращение движения транспортного средства из-за его технической неисправности или опасности, создаваемой перевозимым грузом, состоянием водителя (пассажира) или появлением препятствия на дороге.

Препятствием является неподвижный объект на полосе движения (неисправное или поврежденное транспортное средство, дефект проезжей части, посторонние предметы и т.п.), не позволяющий продолжить движение по этой полосе.

При этом, проезжая часть должна соответствовать требованиям ГОСТ Р 50597-93. Государственный стандарт Российской Федерации. Автомобильные дороги и улицы. Требования к эксплуатационному состоянию, допустимому по условиям обеспечения безопасности дорожного движения, утверждённых Постановлением Госстандарта России от 11.10.1993 № 221 (действовавших на момент возникновения спорной ситуации).

Судом установлено, что материалы административного дела не содержат информации о том, что на проезжей части в направлении, в котором двигался автомобиль <данные изъяты> государственный регистрационный номер <данные изъяты>, образовалось препятствие, которое позволяло истцу совершить вынужденную остановку транспортного средства на проезжей части с нарушением его расположения на данной проезжей части.

При этом наличие лужи на дороге не является препятствием к движению транспортного средства, обстоятельств подтверждающих, что в данном месте была повреждена проезжая часть и не соответствовала требованиям выше указанного ГОСТа, а также не давала возможности автомобилю истца двигаться в своем направлении, без остановки транспортного средства не имеется.

На основании изложенного, суд приходит к выводу о том, что дорожно-транспортное происшествие находится в прямой причинно-следственной связи с действиями всех участников дорожно-транспортного происшествия.

При этом суд исходит из того, что только при соблюдении всеми участниками дорожно-транспортного происшествия положений пунктов 9.1 и 9.10 Правил дорожного движения можно было избежать данного дорожно-транспортного происшествия.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу о наличии вины обоих участников дорожно-транспортного происшествия, в результате чего распределяет ее в равных долях – по 50%, следовательно, ответчиком правомерно выплачено истца страховое возмещение в размере 50 % от установленного размера, в связи с чем, исковые требования удовлетворению не подлежат.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 196 – 198 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд

решил:

Исковые требования ФИО3 – оставить без удовлетворения.

Разъяснить сторонам, что настоящее решение может быть обжаловано ими в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме в Новосибирский областной суд путем подачи апелляционной жалобы через суд, вынесший решение.

Судья А.И. Чиркунова

Мотивированное решение составлено 19 октября 2018 года