Решение № 2-1344/2024 2-1344/2024~М-1119/2024 М-1119/2024 от 17 июля 2024 г. по делу № 2-1344/2024

№ 2-1344/2024

УИД 42RS0016-01-2024-001547-90


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

г.Новокузнецк 18 июля 2024 года

Куйбышевский районный суд г.Новокузнецка Кемеровской области в составе судьи Мартыновой Н.В.,

при секретаре судебного заседания Звягинцевой Н.А.,

с участием прокурора Стачевой О.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к АО «Объединенная угольная компания «Южкузбассуголь», ПАО «Южный Кузбасс»» о взыскании компенсации морального вреда,

ФИО2 Н О В И Л:

ФИО1 обратился в суд с иском к АО «Объединенная угольная компания «Южкузбассуголь», ПАО «Южный Кузбасс»» о взыскании компенсации морального вреда.

Требования мотивированы тем, что 28.10.№. медицинским заключением Клиники НИИ комплексных проблем гигиены и профессиональных заболеваний ФГБНУ мне установлен диагноз: «<данные изъяты>». Заболевание профессиональное, установлено впервые. Причиной профессионального заболевания послужило длительное воздействие на организм вредных производственных факторов. Эквивалентный уровень шума при ПДУ 80 дБА фактически составлял в профессии МГВМ 82-88 дБА, подземного горномонтажника – 85 дБА, подземного ГРОЗ 90-92 дБА. Труд в зависимости от уровня шума относится к вредному 3 классу 1-2 степени согласно Р.2.2.№-05. Вины работника в возникновении профессионального заболевания нет. ДД.ММ.ГГГГ. Федеральным казенным учреждением «Главное бюро медико-социальной экспертизы по Кемеровской области», в связи с профессиональным заболеванием, ему впервые установлена степень утраты профессиональной трудоспособности – № %. В настоящее время бессрочно. Согласно медицинской экспертизе связи заболевания с профессией и установлению тяжести вины предприятий, проведенной Клиникой «НИИ комплексных проблем гигиены и профессиональных заболеваний» ФГБНУ, степень вины ответчиков в развитии у истца профзаболевания составляет: Шахта «Капитальная» - № %; ОАО «Шахта «Осинниковская» - №%; ОАО «ОУК «Южкузбассуголь» Филиал «Шахта «Осинниковская» - № %; Филиал ПАО «Южный Кузбасс» - Управление по подземной добыче угля – № %. Полагает, что АО «ОУК «Южкузбассуголь» обязано произвести выплату компенсации морального вреда за следующие предприятия: ОАО «Шахта «Осинниковская», Филиал «Шахта «Осинниковская» ОАО «ОУК «Южкузбассуголь», что составляет №%. В соответствии с Соглашением о компенсации морального вреда от ДД.ММ.ГГГГ. ОАО «ОУК «Южкузбассуголь» мне произвело выплату компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием «<данные изъяты>» в размере № руб.

Кроме того, ДД.ММ.ГГГГ г. медицинским заключением Клиники НИИ комплексных проблем гигиены и профессиональных заболеваний ФГБНУ истцу установлен диагноз: «<данные изъяты>». Заболевание профессиональное, установлено впервые. Причиной профессионального заболевания послужило длительное воздействие на организм человека вредных производственных факторов: тяжесть трудового процесса в соответствии с Р 2.2.№-05 «Руководство по гигиенической оценке факторов среды и трудового процесса. Критерии и классификации условий труда», условия труда в зависимости от тяжести трудового процесса в профессии подземного МГВМ относятся к вредному 3 классу 3 степени. Вины работника не установлена. ДД.ММ.ГГГГ. Федеральным казенным учреждением «Главное бюро медико-социальной экспертизы по Кемеровской области», в связи с профессиональным заболеванием, истцу впервые установлена степень утраты профессиональной трудоспособности – №%. В настоящее время бессрочно. Согласно медицинской экспертизе связи заболевания с профессией и установлению тяжести вины предприятий, проведенной Клиникой «НИИ комплексных проблем гигиены и профессиональных заболеваний» ФГБНУ, степень вины ответчиков в развитии у него профзаболевания составляет: Шахта «Капитальная» - №%; ОАО «Шахта «Осинниковская» - №%; ОАО «ОУК «Южкузбассуголь» Филиал «Шахта «Осинниковская» - №%; Филиал ПАО «Южный Кузбасс» - Управление по подземной добыче угля – №%. Полагает, что АО «ОУК «Южкузбассуголь» обязано произвести выплату компенсации морального вреда за следующие предприятия: ОАО «Шахта «Осинниковская», Филиал «Шахта «Осинниковская» ОАО «ОУК «Южкузбассуголь», что составляет № %. В соответствии с Соглашением о компенсации морального вреда от ДД.ММ.ГГГГ. ОАО «ОУК «Южкузбассуголь» истцу произвело выплату компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием «<данные изъяты>» в размере № руб. В соответствии с Приказом от 28.07.№. ПАО «Угольная компания «Южный Кузбасс» произвело ему выплату компенсации морального вреда в размере № руб., в связи с профессиональным заболеванием от ДД.ММ.ГГГГ.. В связи с профессиональным заболеванием «<данные изъяты>» у истца снижен слух, постоянно слышит шум в ушах, испытывает периодическую боль в ушах, вследствие чего он вынужден постоянно принимать лекарственные средства, рекомендованные ему врачом, периодически проходить лечение. В настоящее время я испытываю дискомфорт от того, что у него снижен слух и ему приходится часто повторять сказанное, он стал более замкнутым и ощущает себя неполноценным человеком, вынужден носить слуховой аппарат, рекомендованный сурдологом. В связи с профессиональным заболеванием «<данные изъяты>, <данные изъяты>» у него возникают постоянные боли в шее, пояснице, усиливающиеся при нагрузках, вследствие чего он вынужден постоянно принимать лекарственные средства, рекомендованные ему врачом, периодически проходить лечение. В связи с ухудшением здоровья вследствие профессионального заболевания он больше не может выполнять обычную мужскую работу по хозяйству: не может поднимать тяжести, что-то перенести, придержать, вынужден обращаться за помощью к знакомым. Подобные изменения привели к тому, что у него возникла склонность к эмоциональным вспышкам, раздражительность, возбудимость, беспокойство, нарушение сна. Просит суд взыскать с АО «ОУК «Южкузбассуголь» в свою пользу компенсацию морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием «<данные изъяты>», в размере № руб. Взыскать с ПАО «Угольная компания «Южный Кузбасс» в свою пользу компенсацию морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием «<данные изъяты>», в размере № руб. Взыскать с АО «ОУК «Южкузбассуголь» в свою пользу компенсацию морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием «<данные изъяты>, <данные изъяты>», в размере № руб. Взыскать с ПАО «Угольная компания «Южный Кузбасс» в свою пользу компенсацию морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием «<данные изъяты>, <данные изъяты>», в размере № руб.

В судебном заседании истец ФИО1 и его представитель ФИО3, действующая на основании ордера, заявленные исковые требования поддержали в полном объеме, дали пояснения аналогичные доводам иска, а также просили взыскать с ответчиков расходы по оплате услуг представителя в сумме №. и №. за проведение медицинской экспертизы. Дополнительно истец пояснил, что вследствие имеющегося у него заболевания нейросенсорной тугоухости он постоянно слышит шум в ушах, испытывает боль, в связи с чем, вынужден периодически принимать лекарственные средства, периодически проходить лечение. Он испытывает дискомфорт из-за сниженного слуха, поскольку часто приходится переспрашивать, стал более замкнутым, ощущает себя неполноценным человеком. В связи с профессиональным заболеванием «<данные изъяты>, <данные изъяты>», истец испытывает постоянные боли в шее, пояснице, вынужден принимать лекарственные средства, проходить лечение. В связи с имеющимся заболеванием он не может выполнять обычную мужскую работу, поднимать тяжести, вынужден обращаться за помощью к знакомым.

Представитель ответчика АО «ОУК «ЮКУ» ФИО4, действующая на основании доверенности, исковые требования не признала. Пояснила, что размер компенсации морального вреда должен определяться в соответствии с формулой ФОС, действующего на период с ДД.ММ.ГГГГ. (пролонгировано до ДД.ММ.ГГГГ На основании соглашения о компенсации морального вреда истцу были выплачены денежные средства в счет компенсации морального вреда за №% вины предприятия по двум профессиональным заболеваниям в общем размере №.. Полагает, что выплаченная сумма является достаточной, обоснованной и справедливой, полностью компенсирует истцу причиненный профессиональным заболеванием моральный вред. Также просит учесть, что истец не утратил возможность к самообслуживанию, ему не установлена группа инвалидности, не нуждается в постоянном постороннем медицинском и бытовом уходе. Спор между истцом и ответчиком о размере компенсации морального вреда отсутствовал при подписании соглашений. Ответчик не оспаривает факт трудовых отношений с ФИО1, не отрицает факт установления ему профессиональных заболеваний, однако, полагает, что размер компенсации морального вреда определяется в пределах суммы, рассчитанной по формуле ФОС и выплаченной в досудебном порядке.

Представитель ответчика ПАО «Южный Кузбасс» ФИО5, действующая на основании доверенности, в судебном заседании исковые требования не признала по доводам, изложенным в возражениях. Пояснила, что истец обратился в ПАО «Южный Кузбасс» с заявлением о выплате единовременной компенсации в счет возмещения морального вреда в размере №% среднемесячного заработка за №% утраты профессиональной трудоспособности по профессиональному заболеванию «Нейросенсорная тугоухость» и №% вины предприятия в развитии данного заболевания; №% утраты профессиональной трудоспособности по профессиональному заболеванию «<данные изъяты> и №% вины предприятия. Предприятие выплатило ему компенсацию морального вреда по №. за каждое заболевание. Истец не возражал в отношении указанных сумм и принял их, тем самым согласился с возмещением морального вреда. Выплаченная истцу сумма с учетом степени вины №% соответствует принципам разумности и справедливости, ФОС. Суть поданного искового заявления заключается в разрешении вопроса о взыскании повторной компенсации морального вреда, что законом не предусмотрено. Полагает, что сумма судебных расходов за услуги представителя завышена, не соответствует принципам разумности и справедливости, сложности дела.

Заслушав пояснения лиц, участвующих в деле, допросив свидетеля, изучив письменные материалы дела, выслушав заключение прокурора, полагавшего, что требования подлежат удовлетворению частично, суд приходит к выводу, что исковые требования истца подлежат удовлетворению частично.

В соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (часть 2 статьи 7), каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 2 статьи 37), каждый имеет право на охрану здоровья (часть 2 статьи 41), каждому гарантируется право на судебную защиту (часть 1 статьи 46).

Из данных положений Конституции Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что каждый имеет право на справедливое и соразмерное возмещение вреда, в том числе и морального, причиненного повреждением здоровья вследствие необеспечения работодателем безопасных условий труда, а также имеет право требовать такого возмещения в судебном порядке.

Исходя из общих оснований ответственности за причинение вреда, предусмотренных п. 1 ст. 1064 ГК РФ, вред, причиненный личности гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Согласно ст.21 ТК РФ работник имеет право на защиту своих трудовых прав, свобод и законных интересов всеми не запрещенными законом способами; возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном настоящим Кодексом, иными федеральными законами.

В соответствии со ст.22 ТК РФ, работодатель обязан обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Согласно ст.164 ТК РФ, под компенсациями понимаются денежные выплаты, установленные в целях возмещения работникам затрат, связанных с исполнением ими трудовых или иных обязанностей, предусмотренных настоящим Кодексом и другими федеральными законами.

В силу ст.214 ТК РФ обязанность по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагается на работодателя.

Каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, гарантии и компенсации, установленные в соответствии с данным кодексом, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда (часть 1 статьи 219 Трудового кодекса Российской Федерации).

В силу абзаца 11 статьи 2 Трудового кодекса Российской Федерации обязательность возмещения вреда, причиненного работнику в связи с исполнением им трудовых обязанностей, является одним из основных принципов правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений.

В силу ст.237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В соответствии с пунктом 46 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» работник в силу статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе необеспечением безопасности и условий труда, соответствующих государственным нормативным требованиям охраны труда.

В соответствии с п.2 ст.1 ФЗ РФ от 24 июля 1998г. №125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», указанный закон не ограничивает права застрахованных на возмещение вреда, осуществляемого в соответствии с законодательством Российской Федерации, в части, превышающей обеспечение по страхованию, осуществляемое в соответствии с настоящим Федеральным законом.

В соответствии со ст.3 Федерального закона от 24 июля 1998 г. №125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» профессиональным заболеванием признаётся хроническое или острое заболевание застрахованного, являющееся результатом воздействия на него вредного (вредных) производственного (производственных) фактора (факторов) и повлекшее временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности и (или) его смерть.

Согласно ст.8 данного закона, возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

В силу положений ст. ст. 227 – 231 ТК РФ связь повреждения здоровья работника с исполнением трудовых обязанностей подтверждается оформленными в установленном порядке актом о несчастном случае на производстве или актом о случае профессионального заболевания.

Степень стойкой утраты профессиональной трудоспособности устанавливается учреждением медико-социальной экспертизы.

В соответствии со ст.5 ТК РФ коллективный договор, соглашение (в том числе отраслевое) и локальные нормативные акты, содержащие нормы трудового права, входят в систему трудового законодательства.

Согласно ст.45 ТК РФ соглашение – это правовой акт, регулирующий социально-трудовые отношения и устанавливающий общие принципы регулирования связанных с ними экономических отношений, заключаемый между полномочными представителями работников и работодателей на федеральном, межрегиональном, региональном, отраслевом (межотраслевом) и территориальном уровнях социального партнерства в пределах их компетенции. Отраслевое (межотраслевое) соглашение устанавливает общие условия оплаты труда, гарантии, компенсации и льготы работникам отрасли (отраслей). Отраслевое (межотраслевое) соглашение может заключаться на федеральном, межрегиональном, региональном, территориальном уровнях социального партнерства. Территориальное соглашение устанавливает общие условия труда, гарантии, компенсации и льготы работникам на территории соответствующего муниципального образования.

Таким образом, в соответствии с нормами трудового законодательства, работодатель вправе в своих локальных нормативных актах предусмотреть дополнительные гарантии и компенсации по сравнению с законодательством (ст. 8, 164 ТК РФ).

В ходе рассмотрения дела установлено и подтверждено данными трудовой книжки, что истец работал на предприятиях угольной промышленности: с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ работал на шахте «Высокая», с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ работал на шахте «Капитальная», с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ работал в ОАО шахта «Осинниковская», с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ работал в филиале «Шахта «Осинниковская», с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ работал в ОАО «Южный Кузбасс» шахта «Сибиргинская». Уволен в связи с отсутствием работы, необходимой в соответствии с медицинским заключением (п.8 ст.77 ТК РФ). В настоящее время не работает (л.д.№).

Из медицинского заключения ФГБУ «НИИ комплексных проблем гигиены и профессиональных заболеваний» от ДД.ММ.ГГГГ. следует, что истцу впервые был установлен диагноз: «<данные изъяты>». Заболевание профессиональное, установлено впервые (л.д№).

Из акта о случае профессионального заболевания № от ДД.ММ.ГГГГ следует, что истец длительное время работал в условиях воздействия на организм вредных производственных факторов. Труд в зависимости от уровня шума относится к вредному 3 классу 1-2 степени, в результате чего у него развилось профессиональное заболевание «<данные изъяты>». Профессиональное заболевание возникло при обстоятельствах и условиях отсутствия безопасных режимов труда и отдыха; нарушения правил производственной санитарии; неэффективности работы средств индивидуальной защиты, несовершенства технологии, механизмов, оборудования, рабочего инструментария. Вины истца в развитии профессионального заболевания не установлено (л.д.№).

Впервые истцу установлена степень утраты профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием ДД.ММ.ГГГГ в размере № %, затем с ДД.ММ.ГГГГ - бессрочно, что подтверждается справкой ФКУ «Главное бюро медико-социальной экспертизы по КО» (л.д. №).

Из заключения врачебной экспертной комиссии Клиники ФГБНУ «НИИ комплексных проблем гигиены и профессиональных заболеваний» от № следует, что заболевание «<данные изъяты>» истцу установлено в № году. На возникновение заболевания повлияла работа в шуме выше ПДУ кл.3 ст.1-2 в профессиях: горнорабочий очистного забоя (ГРОЗ), горномонтажник, машинист горных выемочных машин (МГВМ) подземные. Повлиявшей следует считать непрерывную работу с ДД.ММ.ГГГГ. Общий стаж с воздействием вредного фактора согласно профмаршруту № месяцев. По указанному заболеванию установлена степень вины предприятий в развитии у истца профзаболевания, работником которых являлся истец, которая составляет: Шахта «Капитальная» - № %; ОАО «Шахта «Осинниковская» - № %; ОАО «ОУК «Южкузбассуголь» Филиал «Шахта «Осинниковская» - № %; Филиал ПАО «Южный Кузбасс» - Управление по подземной добыче угля – № % (л.д. №).

В соответствии с выпиской из медицинской карты стационарного больного №, с ДД.ММ.ГГГГ. ФИО1 находился на стационарном лечении в отделении № Клиники НИИ КПГПЗ в связи с заболеванием: <данные изъяты>. Возвращение к труду в условиях производственного шума выше ПДУ противопоказано, санаторно-курортное лечение, медикаментозное лечение, наблюдение у врачей (л.д№ оборот).

Согласно выписке из медицинской карты стационарного больного №, с ДД.ММ.ГГГГ истец находился на стационарном лечении в отделении № Клиники НИИ КПГПЗ в связи с заболеванием: <данные изъяты>. Рекомендовано санаторно-курортное лечение, медикаментозное лечение, наблюдение у врачей (л.д.№).

В соответствии с выпиской из медицинской карты стационарного больного №, с ДД.ММ.ГГГГ г. по ДД.ММ.ГГГГ г. я находился на стационарном лечении в отделении № Клиники НИИ КПГПЗ в связи с заболеванием: <данные изъяты>. Рекомендовано санаторно-курортное лечение, медикаментозное лечение, наблюдение у врачей (л.д.№).

Кроме того, из медицинского заключения ФГБУ «НИИ комплексных проблем гигиены и профессиональных заболеваний» от ДД.ММ.ГГГГ. следует, что истцу впервые был установлен диагноз: «<данные изъяты>». Заболевание профессиональное, установлено впервые (л.д.№).

Из акта о случае профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ следует, что истец длительное время работал в условиях воздействия на организм вредных производственных факторов, данные условия труда в зависимости от тяжести трудового процесса относятся к вредному 3 классу 3 степени, в результате чего у него развилось профессиональное заболевание «<данные изъяты>». Непосредственной причиной заболевания послужило – тяжесть трудового процесса. Вины истца в развитии профессионального заболевания не установлено (л.д. №).

Впервые истцу установлена степень утраты профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием ДД.ММ.ГГГГ размере № %, затем с ДД.ММ.ГГГГ - бессрочно, что подтверждается справкой ФКУ «Главное бюро медико-социальной экспертизы по КО» (л.д. №).

Из заключения врачебной экспертной комиссии Клиники ФГБНУ «НИИ комплексных проблем гигиены и профессиональных заболеваний» от ДД.ММ.ГГГГ следует, что в № году истцу установлено данное профессиональное заболевание. На возникновение заболевания повлияла работа в условиях с перенапряжением шейного и пояснично-крестцового отделов позвоночника, тяжестью трудового процесса в профессиях: горнорабочий очистного забоя (ГРОЗ), горномонтажник, машинист горных выемочных машин (МГВМ) подземные. Общий стаж с воздействием вредного фактора № мес. По указанному заболеванию установлена степень вины предприятий в развитии у истца профзаболевания, работником которых являлся истец, которая составляет: Шахта «Капитальная» - №%; ОАО «Шахта «Осинниковская» - № %; ОАО «ОУК «Южкузбассуголь» Филиал «Шахта «Осинниковская» - № %; Филиал ПАО «Южный Кузбасс» - Управление по подземной добыче угля – № % (л.д.№).

Согласно выписке из медицинской карты стационарного больного, с ДД.ММ.ГГГГ. истец находился на стационарном лечении в отделении № Клиники НИИ КПГПЗ в связи с заболеванием: <данные изъяты>, <данные изъяты>. <данные изъяты> (л.д№).

В соответствии с выпиской из медицинской карты стационарного больного, с ДД.ММ.ГГГГ. ФИО1 находился на стационарном лечении в отделении № Клиники НИИ КПГПЗ в связи с заболеванием: <данные изъяты>, <данные изъяты>. Возвращение к тяжелому труду противопоказано, санаторно-курортное лечение, медикаментозное лечение, наблюдение у врачей (л.д№).

Согласно выписке из медицинской карты стационарного больного, с ДД.ММ.ГГГГ. истец находился на стационарном лечении в отделении № Клиники НИИ КПГПЗ в связи с заболеванием: <данные изъяты>, <данные изъяты>. Возвращение к тяжелому труду противопоказано, санаторно-курортное лечение, медикаментозное лечение, наблюдение у врачей (л.д№).

С ДД.ММ.ГГГГ г. я находился на стационарном лечении в отделении № Клиники НИИ КПГПЗ в связи с заболеванием: <данные изъяты>, <данные изъяты>. Рекомендовано санаторно-курортное лечение, медикаментозное лечение, наблюдение у врачей (л.д№).

В соответствии с программой реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве и профессионального заболевания, ФИО1 в связи с наличием профзаболеваний «<данные изъяты>», «<данные изъяты>» нуждается в проведении реабилитационных мероприятий, в том числе приеме лекарственных средств, санаторно-курортном лечении. Доступна профессиональная деятельность в оптимальных, допустимых условиях труда (л.д.№).

Из показаний свидетеля Свидетель №1 следует, что она является супругой истца. В период работы истца на предприятиях угольной промышленности, на протяжении длительного времени работы, у мужа развились профессиональные заболевания, в результате чего он утратил профессиональную трудоспособность. Проблемы со здоровьем начались давно. Поскольку они проживают в маленьком городе, работы нет, супруг был вынужден работать в шахте. Несмотря на то, что он регулярно проходит лечение, назначенное врачом, поддерживает состояние здоровья, улучшений не наступало и не наступает. Передвигается супруг с помощью костылей. Свидетель вынуждена помогать ему одеваться и обуваться, поскольку в силу своего физического состояния он этого делать не может. Истец постоянно испытывает боли, в связи с чем, принимает лекарственные препараты, плохо спит. Она его везде сопровождает, так как он может упасть и не подняться. Никакой работы по дому истец выполнять не может, поэтому им приходиться обращаться за помощью к дочери и посторонним людям. Кроме того, в связи с нейросенсорной тугоухостью, он плохо слышит, переспрашивает, в связи с чем стал очень раздражительным и подавленным. Он психологически тяжело переживает свою физическую немощь.

Согласно Уставу АО «ОУК «Южкузбассуголь», общество является правопреемником ОАО «Шахта «Осинниковская», в связи с чем, в силу п.3 ст.60 ГК РФ, п.6 ст.15 ФЗ «Об акционерных обществах», несет ответственность по обязательствам реорганизованного юридического лица ОАО «Шахта «Осинниковская» перед его кредиторами, в частности, перед истцом.

Ответчиками процент вины, установленный заключением экспертной комиссии Клиники ФГБНУ «НИИ комплексных проблем гигиены и профессиональных заболеваний», не оспорен.

Шахта «Капитальная», указанная в данном заключении, согласно сведениям содержащимся в Едином государственном реестре юридических лиц, не является действующим юридическими лицами.

Таким образом, ответчики несут ответственность перед истцом за возмещение ему морального вреда пропорционально степени их вины: АО «ОУК «Южкузбассуголь» - № %, ПАО «Южный Кузбасс» - № %.

Как следует из положений ст.ст. 22, 214 ТК РФ обязанность обеспечения безопасных условий труда, нормальных санитарно – бытовых условий, работников в соответствии с нормами и правилами охраны труда лежит на работодателе. Аналогичные обязанности работодателя были предусмотрены и в КЗоТ РСФСР.

Как следует из актов о случае профессионального заболевания, выявленные у истца профессиональные заболевания образовались в результате длительного воздействия на организм вредных производственных факторов в профессиях горнорабочий очистного забоя (ГРОЗ), горномонтажник, машинист горных выемочных машин (МГВМ) подземные.

Действующими на момент установления утраты профессиональной трудоспособности истца локальными нормативными актами ответчиков (соглашением, отраслевым соглашением) не было предусмотрено исключение каких – либо периодов работы работника, повлекших утраты профессиональной трудоспособности, в том числе, при определении размера компенсации морального вреда.

Соответственно, ответчики обязаны произвести истцу выплату компенсации морального вреда соразмерно степени их вины, исходя из общих правил гражданско-правовой ответственности, предусмотренных п. 1 ст. 1064 ГК РФ.

Основанием для возникновения обязательства ответчиками перед истцом явилось установление истцу профессиональных заболеваний.

Нормами ФОС по угольной промышленности РФ на 2013-2016 г.г., пролонгированного до 31.12.2018, Соглашением на период 2016-2019 г.г., предусмотрена возможность выплаты единовременных компенсаций сверх сумм, установленных Федеральным законом.

Так, установлено, что в случае установления впервые работнику организации, утраты профессиональной трудоспособности вследствие производственной травмы или профессионального заболевания, работодатель в счет компенсации морального вреда работнику осуществляет единовременную выплату из расчета №% среднемесячного заработка работника за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности (с учетом суммы единовременной страховой выплаты, выплачиваемой из Фонда социального страхования РФ).

Выплата компенсации морального вреда является единовременной и производится работодателем один раз при обращении работника к работодателю в случае установления ему впервые размера (степени) утраты (снижения) профессиональной трудоспособности. Выплата компенсации осуществляется работодателем в заявительном порядке, то есть по письменному заявлению работника с предоставлением им всех подтверждающих уплату (снижение) профессиональной трудоспособности документов. При этом выплата указанной компенсации осуществляется исключительно в порядке и размере, установленном действующим на момент обращения работника к работодателю Федеральным отраслевым соглашением по угольной промышленности, Соглашением, независимо от даты установления ему размера (степени) утраты (снижения) профессиональной трудоспособности впервые.

В соответствии с приказом ФСС РФ №-В от ДД.ММ.ГГГГ. истцу в связи с профессиональным заболеванием «<данные изъяты>» была назначена единовременная страховая выплата в сумме № руб. (л.д. №).

В соответствии с приказом ФСС РФ №-В от ДД.ММ.ГГГГ. истцу в связи с профессиональным заболеванием «<данные изъяты>» была назначена единовременная страховая выплата в сумме № руб. (л.д.№).

В соответствии с Соглашениями о компенсации морального вред №№№ от ДД.ММ.ГГГГ., ответчик произвел истцу выплату в счет возмещения морального вреда в связи с профессиональными заболеваниями «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>» по № руб. за каждое (л.д.№).

На основании приказов №№ от ДД.ММ.ГГГГ., №№ от ДД.ММ.ГГГГ. истцу выплачена компенсация морального вреда за №% утраты профессиональной трудоспособности по профессиональному заболеванию «<данные изъяты>» и №% вины предприятия в размере №., за №% утраты профессиональной трудоспособности по профессиональному заболеванию «<данные изъяты>» и №% вины предприятия в размере №. (л.д.№).

Размеры среднемесячного заработка истца, применяемые при данных расчетах, сторонами не оспорены.

В судебном заседании истец пояснил, что не согласен с размером компенсации морального вреда, рассчитанным в соответствии с ФОС, поскольку при его расчете не берутся во внимание его индивидуальные особенности, возраст, ухудшение состояние здоровья, неблагоприятные прогнозы врачей.

Суд также полагает, что компенсация морального вреда, вследствие полученных истцом профессиональных заболеваний, рассчитанная по формуле, в соответствии с локальными нормативными актами ответчиков, с учетом процента вины ответчиков, не является достаточной для компенсации физических и нравственных страданий истца в связи с профессиональными заболеваниями, поскольку не отвечает требованиям разумности и справедливости, не обеспечивает полноценной защиты нарушенного права истца, исходя из следующего.

В соответствии со ст. 237 ТК РФ, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В силу ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Согласно ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В силу в п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда... При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех

случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Согласно пункту 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" (далее по тексту - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33) под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В соответствии с пунктом 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

Согласно разъяснению, содержащемуся в п. 63 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», в соответствии со статьей 237 названного Кодекса, компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера, причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

В соответствии с п.15,18,20 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда.

Наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и моральным вредом (страданиями как последствиями нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага) означает, что противоправное поведение причинителя вреда повлекло наступление негативных последствий в виде физических или нравственных страданий потерпевшего.

Моральный вред, причиненный работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей, подлежит компенсации работодателем (абзац первый пункта 1 статьи 1068 ГК РФ).

Таким образом, из содержания данных положений Закона и разъяснений Пленума ВС РФ в их взаимосвязи следует, что в случае спора размер компенсации морального вреда определяется судом по указанным выше критериям вне зависимости от размера, установленного соглашением сторон. Положения отраслевых соглашений и коллективных договоров означают лишь обязанность работодателя при наличии соответствующих оснований выплатить в бесспорном порядке компенсацию морального вреда в предусмотренном локальными актами размере.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд учитывает разъяснения, содержащиеся в п. 25-28 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", характер физических и нравственных страданий истца в связи с повреждением здоровья в результате двух профессиональных заболеваний, степень утраты профессиональной трудоспособности № %, степень вины каждого ответчика в данных заболеваниях, индивидуальные особенности истца, а именно, его образ жизни, возраст, влияние его заболеваний на повседневную жизнь, в частности из-за заболевания «<данные изъяты>» у истца снижен слух, он постоянно слышит шум в ушах, испытывает периодическую боль в ушах. В связи с профессиональным заболеванием «<данные изъяты>, <данные изъяты>» истец испытывает постоянные боли в шее, пояснице, усиливающиеся при нагрузках. Вследствие данных обстоятельств он стал более замкнутым и ощущает себя неполноценным человеком. В связи с полученными профессиональными заболеваниями истец утратил здоровье, испытывает нравственные и физические страдания, поскольку возникли ограничения обычной жизнедеятельности, обусловленные заболеванием, истец вынужден обращаться за медицинской помощью, получать медикаментозное лечение, изменился образ его жизни, что причиняет ему дискомфорт в обычной жизни. Ввиду того, что выявленные у истца профессиональные заболевания находятся в причинно-следственной связи с воздействием вредных производственных факторов в процессе выполнения последним трудовых обязанностей на предприятиях ответчиков, работодателями не были обеспечены безопасные условия труда истца, которые вызвали профессиональные заболевания и как следствие, причинили истцу моральный вред, суд пришел к выводу о наличии оснований для возложения на причинителей вреда - ответчиков, обязанности по компенсации истцу морального вреда пропорционально степени их вины.

При этом, при расчете размера компенсации по отраслевому соглашению, данные обстоятельства, индивидуальные особенности истца, не учитывались ответчиками, расчет был произведен по общей схеме.

Доказательств иного представителями ответчиков, в соответствии со ст. 56 ГПК РФ, суду не представлено.

Однако и заявленный истцом размер компенсации морального вреда по профзаболеваниям, с учетом степени вины каждого из ответчиков, процента утраты профтрудоспособности, который истец просит взыскать, по мнению суда, является завышенным и чрезмерным.

Суд считает, что разумной и соответствующей физическим и нравственным страданиям истца, с учетом положений ТК РФ и ГК РФ, учитывая при этом требования разумности и справедливости, индивидуальные особенности истца, наступившие последствия, № % утраты профессиональной трудоспособности по профзаболеванию «<данные изъяты>», степень вины каждого ответчика, характер и объем нравственных страданий, будет являться компенсация морального вреда, причиненного заболеванием в общей сумме № руб.

Исходя из степени вины в возникновении у истца профзаболевания размер компенсации, подлежащий взысканию с ответчиков в пользу истца будет следующим:

- с ответчика АО «ОУК «Южкузбассуголь» - № руб., из расчета: № руб. * № % - № руб. (выплачено ответчиком).

- с ответчика ПАО «Южный Кузбасс» - № руб., из расчета№ руб. * № % №. (выплачено ответчиком).

Суд считает, что разумной и соответствующей физическим и нравственным страданиям истца, с учетом положений ТК РФ и ГК РФ, учитывая при этом требования разумности и справедливости, индивидуальные особенности истца, наступившие последствия, № % утраты профессиональной трудоспособности по профзаболеванию «<данные изъяты>, <данные изъяты>», степень вины каждого ответчика, характер и объем нравственных страданий, будет являться компенсация морального вреда, причиненного заболеванием в общей сумме № руб.

Исходя из степени вины в возникновении у истца профзаболевания размер компенсации, подлежащий взысканию с ответчиков в пользу истца будет следующим:

- с ответчика АО «ОУК «Южкузбассуголь» - № руб., из расчета: № руб. * № % - № руб. (выплачено ответчиком).

- с ответчика ПАО «Южный Кузбасс» - № руб., из расчета: № руб. * № % - № руб. (выплачено ответчиком).

Всего с ответчика АО «ОУК «Южкузбассуголь» в пользу истца подлежит взысканию компенсация морального вреда в сумме № руб., с ответчика ПАО «Южный Кузбасс» - № руб.

В соответствии со ст.8 Федерального закона от 24.07.1998 № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», ст. 15, 1064 ГК РФ, ст.184 ТК РФ, с ответчиков также подлежит взысканию сумма, оплаченная истцом за проведение экспертизы по определению связи профзаболевания с трудовой деятельностью по №. с каждого.

Согласно ч.1 ст.88 ГПК РФ, судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Согласно ст.94 ГПК РФ, к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе расходы на оплату услуг представителя, почтовые расходы, иные необходимые расходы.

В соответствии с ч.1 ст.98 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

В пункте 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" разъяснено, что лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием.

В силу ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

В соответствии с п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 1 от 21.01.2016, расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (часть 1 статьи 100 ГПК РФ, статья 112 КАС, часть 2 статьи 110 АПК РФ).

В силу пункта 4 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 г. N 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» в случаях, когда законом либо договором предусмотрен претензионный или иной обязательный досудебный порядок урегулирования спора, расходы, вызванные соблюдением такого порядка, в том числе расходы по оплате юридических услуг, признаются судебными издержками и подлежат возмещению исходя из того, что у истца отсутствовала возможность реализовать право на обращение в суд без несения таких издержек.

Истец просит взыскать с ответчиков расходы по оплате услуг представителя в сумме № рублей. Оплата данной суммы подтверждается квитанциями от ДД.ММ.ГГГГ

Заявленные расходы суд считает необходимыми и судебными, так как они понесены истцом в связи с обращением в суд за защитой нарушенных прав, а потому они подлежат возмещению ответчиками.

Согласно правой позиции Конституционного Суда РФ, изложенной в Определении от 17.07.2007г. №382-О-О обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенных лицом в пользу которого принят судебный акт с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах, является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя и тем самым- на реализацию требования ст.17 ч.3 Конституции РФ, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. Именно поэтому в части первой ст.100 ГПК РФ речь идет по существу об обязанности суда установить баланс между правами лиц, участвующих в деле.

С учетом изложенного, а, также принимая во внимание сложность дела, объем проделанной представителем истца работы, включающий правовое консультирование, составление иска, а также представительство в суде (участие представителя в двух судебных заседаниях), принимая во внимание минимальную ставку вознаграждений за отдельные виды юридической помощи, оказываемой по соглашениям адвокатами Кемеровской области, суд считает, что расходы на оплату услуг представителя, понесенные истцом подлежат снижению до № руб., что будет соответствовать требованиям разумности, справедливости и проделанной представителем работе по оказанию юридических услуг, и должны быть взысканы в пользу истца с ответчиков по № руб. с каждого.

В связи с тем, что истец согласно ст. 333.36 НК РФ, освобожден от уплаты государственной пошлины, в соответствии со ст.103 ГПК РФ, ст.61.1 БК РФ, 333.19 НК РФ, суд считает необходимым взыскать с ответчиков в доход бюджета Новокузнецкого городского округа расходы по оплате государственной пошлины в сумме по № руб. с каждого.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Взыскать с АО «Объединенная угольная компания «Южкузбассуголь» (ИНН <***>) в пользу ФИО1 (СНИЛС №) компенсацию морального вреда в сумме № коп., расходы по оплате услуг представителя в сумме № руб., судебные расходы в сумме № руб. и в доход местного бюджета государственную пошлину в сумме № руб.

Взыскать с ПАО «Южный Кузбасс» ИНН <***>) в пользу ФИО1 (СНИЛС №) компенсацию морального вреда в сумме № коп., расходы по оплате услуг представителя в сумме № руб., судебные расходы в сумме № руб. и в доход местного бюджета государственную пошлину в сумме № руб.

Решение может быть обжаловано в Кемеровский областной суд в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения суда через Куйбышевский районный суд г.Новокузнецка.

Решение в окончательной форме изготовлено 25.07.2024г.

Судья: Н.В.Мартынова