Решение № 2-19/2018 2-19/2018 (2-334/2017;) ~ М-343/2017 2-334/2017 М-343/2017 от 13 февраля 2018 г. по делу № 2-19/2018

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. ФИО1 14 февраля 2018 года

Абазинский районный суд Республики Хакасия в составе:

председательствующего судьи Пановой Н.А.,

с участием истца ФИО2,

помощника прокурора Таштыпского района РХ ФИО3,

при секретаре Мазановой А.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-19/2018 по исковому заявлению ФИО2 к Обществу с ограниченной ответственностью «Абаканский рудник» о взыскании компенсации морального вреда в связи с причинением вреда здоровью, судебных расходов,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО2 через своего представителя по доверенности ФИО4 обратился в суд с иском, указав, что с 27.12.2013 года по 03.05.2017 года работал подземным крепильщиком, то есть 3 года 4 месяца в шахте ООО «Абаканский рудник» в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов, что привело к развитию профессионального заболевания: <данные изъяты> и <данные изъяты>, вследствие чего составлены два акта о случае профессионального заболевания от 22.05.2017 года.

Заключениями учреждения МСЭ установлена утрата профессиональной трудоспособности по <данные изъяты> в размере 30% на срок с 07.09.2017 года до 1.10.2018 года, 10% по <данные изъяты> на срок с 07.09.2017 года до 01.10.2018 года. Профессиональное заболевание выявлено при медосмотре. Наличие профессиональных заболеваний в данном участке, цехе, производстве (или) профессиональной группе регистрируется ежегодно.

Профессиональное заболевание возникло при обстоятельствах и условиях: при работе в качестве подземного крепильщика подвергается воздействию повышенного уровня шума – от 93 до 97 дБА; локальной вибрации – до 118 дБ (от 7% до 30% рабочего времени), пыли от 2,6 до 5,1 – 7,6 мг/м (кремний диоксид кристаллический при содержании пыли от 2 до 10% (горючие кукерситные сланцы, медносульфидные руды и др.), цементной пыли – 6 мг/м3. температура технической воды, используемой в процессе буровых работ + 10 – 12 С, имеет место повышенная влажность воздуха – 74,9%, скорость движения воздуха – 0,2 м/с. При работе крепильщика рабочая поза вынужденная до 50% времени смены, нахождение в неудобной, фиксированной позе, пребывание в вынужденной позе (на коленях, на корточках и т.п. – до 25% времени смены), нахождение в позе стоя до 80% времени смены.

Подъем и перемещение (разовое) тяжестей при чередовании с другой работой – до 30 кг, подъем и перемещение тяжестей постоянно в течение рабочей смены до 15 кг. Перемещение в пространстве по вертикали до 1 км, по горизонтали до 8 км, наклоны корпуса – до 100 раз.

При работе в качестве подземного проходчика ФИО2 подвергался воздействию локальной вибрации – до 130 дБ; общей вибрации – до 118 дБ; повышенного уровня шума – до 101 дБА; пыли до 4,5 мг/м. Имеет место повышенная влажность воздуха – до 99,7%; скорость движения воздуха – 0,2 м/с, температура технической воды, используемой в процессе буровых работ, + 10 - + 12 С. Время непосредственного контакта проходчика с буровым оборудованием составляет 20% от общей продолжительности рабочей смены.

При работе проходчика при забуривании шпуров рабочая поза – вынужденная, при бурении – свободная. Подъем и перемещение (разовое) тяжестей при чередовании с другой работой – до 40 кг, в течение смены – до 420 кг. Перемещение в пространстве – до 4 км, наклоны корпуса – до 100 раз.

Причиной профессионального заболевания или отравления послужило: длительное воздействие на организм человека вредных производственных факторов или веществ. Длительное воздействие производственной локальной вибрации – от 118 до 130 дБА (ПДУ – 112 дБ), превышение на 6-18 дБ. Общей вибрации до 118 дБ (ПДУ – 101 дБ), превышение на 17 дБ.

Наличие вины работника не установлено.

Заключением комиссии, проводившей расследование, установлено, что заболевания у ФИО2 являются профессиональными и возникли в результате конструктивных недостатков машин и оборудования, несовершенства технологических процессов и оборудования, несовершенство СИЗ.

Непосредственной причиной заболевания послужило длительное воздействие производственной локальной вибрации – от 118 до 130 дБА, общей вибрации до 118 дБ, по совокупности действующих производственных факторов у крепильщика класс условий труда вредный – 3.3., у проходчика- 3.4. (вредный).

Лица, допустившие нарушения государственных санитарно-эпидемиологических правил и иных нормативных актов - администрация предприятий, на которых работал истец в качестве проходчика, крепильщика - СП 3905-85 «Санитарные правила для предприятий по добыче и обогащению рудных, нерудных и россыпных полезных ископаемых», санитарные нормы СН 2.2.4/2.1.,8.566-96 «Производственная вибрация, вибрация в помещениях жилых и общественных зданий».

В целях ликвидации и предупреждения профессиональных заболеваний или отравлений предлагается: осуществлять производственный контроль за состоянием шахтного оборудования, своевременный ремонт, использование усовершенствованных СИЗ.

Результаты аттестации рабочих мест: филиал Некоммерческого Партнерства – «Региональный Центр охраны труда и окружающей среды (2009 г.)», лабораторные данные лаборатории промсанитарии ОАО «ЗСМК» (2004 г.) и данные санитарно-гигиенической лаборатории ЦГСЭН в РХ (с 1994 г.).

В результате профессионального заболевания ФИО2 установлена утрата профессиональной трудоспособности, поэтому по медицинским показаниям работать по своей профессии он не может, так как ему противопоказана работа, связанная с вредным производственными факторами: вибрация, физическое перенапряжение, переохлаждение.

Наличие двух профессиональных заболеваний причиняет истцу физические страдания: он испытывает физическую боль и болезненные ощущения, испытывает неудобства в повседневной жизни, поскольку из-за частичной утраты здоровья ограничен в жизнедеятельности, лишен возможности вести активный образ жизни, а также испытывает чувство неполноценности, физический и моральный дискомфорт по поводу того, что стал больным человеком с ограниченными физическими возможностями, несмотря на то, что на момент утраты профессиональной трудоспособности ему был всего 51 год. Он постоянно болеет и ему приходится лечиться, принимать таблетки, в том числе обезболивающие, делать уколы, показано санаторно-курортное лечение, медикаментозное лечение, у истца нравственные страдания, он переживает в связи с заболеванием, страх за свое здоровье, жизнь, безысходность от понимания того, что утраченное здоровье не вернуть. Качество жизни значительно ухудшилось, нарушен привычный образ жизни. Постоянные боли в суставах, усиливающиеся в покое и при физических нагрузках, стал раздражительным, не может содержать дом в надлежащем состоянии из-за болей в суставах, делать ремонт в доме, тогда как раньше делал всё сам, руки немеют на холоде. В связи с <данные изъяты> испытывает дискомфорт в повседневной жизни при общении, головные боли, шум в ушах.

Просил взыскать с ООО «Абаканский рудник» компенсацию морального вреда в сумме 100 000 рублей, расходы на оказание услуг представителя в размере 5 000 рублей.

В судебном заседании истец просил заявленные требования удовлетворить по основаниям, изложенным в исковом заявлении.

Представитель ответчика в суд не явился, ходатайствовали о рассмотрении дела в их отсутствие.

Суд, руководствуясь ст. 167 ГПК РФ, рассматривает дело в отсутствие указанного лица.

Представитель ответчика ООО «Абаканский рудник» ФИО5, действующая по доверенности, в письменном отзыве, представленном в суд, просила в удовлетворении заявленных требований ФИО2 отказать, указав, что истцом не представлено доказательств, подтверждающих утрату профессиональной трудоспособности за период работы в ООО «Абаканский рудник», что противоречит положениям ст. 151 ГК РФ, п. 3 ст. 8 Федерального закона от 24.07.1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний». За период работы истцу выплачены все денежные выплаты за работу в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов, предусмотренные Трудовым кодексом РФ и локальными нормативными актами предприятия.

Кроме того, истцом не представлено доказательств действия (бездействия) ответчика, как причинителя вреда здоровью истца, и доказательств отсутствия вины истца, что не соответствует положениям действующего законодательства о возмещении морального вреда в соответствии с положениями ст. 237 ТК РФ.

Также не предоставлено доказательств обоснованности требования истца о взыскании расходов на оказание услуг представителя в указанном размере, в связи с чем полагает, что указанные требования истца удовлетворению не подлежат.

В соответствии с п. 10 постановления Пленума ВС РФ от 21.01.2016 года № 1 «Лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками с делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек».

Исходя из объема работы представителя, по подготовке искового заявления с учетом разумности, сложности дела, обоснованности исковых требований считает понесенные истцом расходы на оказание услуг представителя завышенными относительно стоимости аналогичного вида услуг на территории г. Абаза. Более того, положения п. 3.1 договора на оказание услуг от 22.11.2017 года подтверждают необоснованную выплату денежных средств в размере 5000 рублей по квитанции к ПКО № 85 от 04.12.2017 года, поскольку услуги на момент оплаты в полном объеме не оказаны.

Кроме того, относительно достоверности стоимости услуг представителя ответчика имеется сомнение, поскольку в п. 3.1. договора указана иная сумма вознаграждения и, исходя из аналогии права, в случае удовлетворения требований истца просила взыскать за услуги представителя 1000 рублей за подготовку искового заявления согласно прейскуранту Палаты Адвокатов Республики Хакасия.

Также полагала, что при оценке сложности дела необходимо учесть неоднократность подачи аналогичных исковых заявлений в Абазинский районный суд РХ представителем ФИО4 (порядка 40 человек бывших работников предприятия ООО «Абаканский рудник»), что фактически доказывает проведение только технической работы представителя по подготовке документов в суд.

Исследовав материалы дела, заслушав мнение истца и заключение помощника прокурора, полагавшего, что требования истца о компенсации морального вреда подлежат удовлетворению, оценив доказательства в их совокупности, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

В соответствии с ч. 3 ст. 8 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125 – ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Согласно ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

В соответствии с ч.ч. 1, 2 ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Частью 1 ст. 1079 ГК РФ предусмотрено, что юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих, обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности или умысла потерпевшего.

Судом установлено, что ФИО2 с 03.03.1984 года по 09.10.1992 года работал в Абаканском рудоуправлении; с 15.02.1993 года по 08.04.1993 года, с 21.04.1993 года по 12.05.1993 года, с 06.06.1995 года по 23.10.1995 года в АООТ «Абаканское рудоуправление»; с 13.08.2004 года по 26.12.2013 года в Абаканском филиале ОАО «Евразруда»; с 27.12.2013 года по 03.05.2017 года – в ООО «Абаканский рудник», в том числе подземным проходчиком, крепильщиком.

27.12.2013 года ФИО2 принят в ООО «Абаканский рудник» на подземный участок подготовительно-монтажных работ № 7 крепильщиком 5 разряда, занятым полный рабочий день на подземных работах; 03.05.2017 года уволен в связи с отказом работника от перевода на другую работу, необходимую ему в соответствии с медицинским заключением либо отсутствия у работодателя соответствующей работы (п. 8 ч. 1 ст. 77 ТК РФ).

За весь указанный период истец был занят на подземных работах во вредных условиях труда.

Из санитарно-гигиенической характеристики условий труда ФИО2 № 40 от 04.06.2016 года следует, что он работает в должности крепильщика, общий стаж работы 17 лет 4 месяца, стаж работы в данной профессии 10 лет 1 месяц, стаж работы в условиях воздействия веществ и неблагоприятных производственных факторов, которые могли вызвать профзаболевание – 15 лет 4 месяца. Работа подземного крепильщика, проходчика осуществляется в условиях ООО «Абаканский рудник», ранее ОАО «Евразруда», шахты Абаканского филиала, ранее Абаканского рудоуправления, на глубине 240 м. и ниже от поверхности земли. Работа в подземных условиях осуществляется в ограниченном пространстве, естественное освещение отсутствует. При работе в качестве подземного крепильщика подвергается воздействию повышенного уровня шума – от 93 до 97 дБА, локальной вибрации – до 118 дБ (от 7% до 30% рабочего времени), пыли от 2,6 до 7,6 мг/м3, цементной пыли 6 мг/м3, температура технической воды, используемой в процессе буровых работ: +10, +12 С ?. Имеет место повышенная влажность воздуха – 74,9%, скорость движения воздуха – 0,2 м/с. при работе крепильщика рабочая поза вынужденная до 50% времени смены, нахождение в неудобной, фиксированной позе, пребывание в вынужденной позе (на коленях, на корточках и т.п.) – до 25% времени смены. Нахождение в позе стоя – до 85% времени смены. Подъем и перемещение (разовое) тяжестей при чередовании с другой работой – до 30 кг, подъем и перемещение тяжестей постоянно в течение рабочей смены до 15 кг. Перемещение в пространстве по вертикали до 1 км, по горизонтали до 8 км. Наклоны корпуса – до 100 раз.

При работе в качестве подземного проходчика ФИО2 подвергался воздействию локальной вибрации – до 130 дБ; общей вибрации – до 118 дБ; повышенного уровня шума – 101 дБА; пыли – 4,5 мг/м3, имеет место повышенная влажность воздуха – до 99,7%; скорость движения воздуха – 0,2 м/С; температура технической воды, используемой в процессе буровых работ + 10 - + 12 С. Время непосредственного контакта проходчика с буровым оборудованием составляет 20% от общей продолжительности рабочей смены. При работе проходчика при забуривании шпуров рабочая поза вынужденная, при бурении – свободная. Подъем и перемещение (разовое) тяжестей при чередовании с другой работой – до 40 кг, в течение смены – до 420 кг. Перемещение в пространстве – до 4 км. Наклоны корпуса – до 100 раз.

Общая оценка условий труда с учетом комбинированного и сочетанного воздействия всех вредных и опасных факторов производственной среды и трудового процесса в ООО «Абаканский рудник», ранее ОАО «Евразруда» шахты Абаканского филиала, определяется у крепильщика как вредные – класс 3.3., у проходчика как вредные – класс 3.4.

В соответствии с выпиской амбулаторного обследования Центра профессиональной патологии ГБУЗ РХ «Республиканская клиническая больница им. Г.Я. Ремишевской» за февраль 2017 года у ФИО2 выявлены, в том числе, <данные изъяты>.

На основании извещений от 21.04.2017 года ГБУЗ РХ «Республиканская клиническая больница им. Г.Я. Ремишевской» об установлении ФИО2 заключительных диагнозов: <данные изъяты>; <данные изъяты>, 22.05.2017 года составлены акты о случаях профессионального заболевания. Наличия вины работника не установлено. Настоящие заболевания являются профессиональными и возникли в результате конструктивных недостатков машин и оборудования, несовершенства технологических процессов и оборудования, несовершенства СИЗ. Лицами, допустившими нарушения санитарно-эпидемиологических правил и иных нормативных актов, являются администрации предприятий, на которых ФИО2 работал в качестве проходчика, крепильщика.

В соответствии с заключением врачебной комиссии ГБУЗ РХ «Абазинская городская больница» от 31.08.2017 года ФИО2 по последствиям профессионального заболевания <данные изъяты>, нуждается в обеспечении лекарственными средствами, в том числе обезболивающими, для курсового лечения в течение года, в санаторно-курортном лечении неврологического профиля 1 раз в год.

Согласно справке № ФИО2 установлена степень утраты профессиональной трудоспособности 30 % в связи с <данные изъяты>, согласно справке № установлена степень утраты профессиональной трудоспособности 10 % в связи с <данные изъяты> на основании актов о профессиональных заболеваниях от 22.05.2017 года. Утрата профессиональной трудоспособности установлена с 07.09.2017 года до 01.10.2018 года.

Программой реабилитации подтверждается, что ФИО2 в связи с установленными диагнозами необходимо проходить реабилитационные мероприятия – курсами принимать лекарственные средства, показано санаторно-курортное лечение неврологического профиля, противопоказана работа, связанная с вредными производственными факторами: вибрацией, шумом, физическим перенапряжением.

В соответствии с ч. 1 ст. 150 Гражданского Кодекса РФ к нематериальным благам относится, в том числе, здоровье.

Согласно ч. 2 ст. 7 Конституции РФ в Российской Федерации охраняется труд и здоровье людей. Право граждан на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, закреплено в ч. 2 ст. 37 Конституции РФ. Этому праву работников корреспондирует обязанность работодателя создавать такие условия труда (ст. 212 ТК РФ).

В силу ст. 8 Федерального закона РФ от 30 марта 1999 года № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения» граждане имеют право: на благоприятную среду обитания, факторы которой не оказывают вредного воздействия на человека; на возмещение в полном объеме вреда, причиненного их здоровью или имуществу вследствие нарушения другими гражданами, индивидуальными предпринимателями и юридическими лицами санитарного законодательства, а также при осуществлении санитарно-противоэпидемических (профилактических) мероприятий, в порядке, установленном законодательством Российской Федерации.

В соответствии со ст. 25 вышеуказанного нормативного акта условия труда, рабочее место и трудовой процесс не должны оказывать вредное воздействие на человека. Требования к обеспечению безопасных для человека условий труда устанавливаются санитарными правилами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Индивидуальные предприниматели и юридические лица обязаны осуществлять санитарно-противоэпидемические (профилактические) мероприятия по обеспечению безопасных для человека условий труда и выполнению требований санитарных правил и иных нормативных правовых актов Российской Федерации к производственным процессам и технологическому оборудованию, организации рабочих мест, коллективным и индивидуальным средствам защиты работников, режиму труда, отдыха и бытовому обслуживанию работников в целях предупреждения травм, профессиональных заболеваний, инфекционных заболеваний и заболеваний (отравлений), связанных с условиями труда.

Согласно актам о случае профессионального заболевания наличие профессиональных заболеваний в данной организации регистрируются с 1972 года.

Вредные производственные факторы выявлялись у ответчика согласно данным санитарно-гигиенической лаборатории ЦГЭН в РХ с 1994 года и по результатам аттестации рабочих мест в 2004, 2009 г.г.

Определением Арбитражного суда Республики Хакасия от 18.12.2017 года срок конкурсного производства в отношении ООО «Абаканский рудник» продлен на 4,5 месяца.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ ответчик не предоставил доказательств выплаты истцу компенсации морального вреда в какой-либо сумме.

Таким образом, с учетом изложенных доказательств, судом установлено, что вред здоровью истцу был причинен в результате профессиональных заболеваний, без наличия грубой неосторожности с его стороны, при этом в результате причинения вреда здоровью истца ему были причинены моральные и нравственные страдания, которые он испытывает теперь постоянно, так как его состояние здоровья, качество его жизни в целом ухудшилось.

Суд учитывает, что в период работы у работодателя – ответчика ФИО2 также подвергался воздействию неблагоприятных факторов, ухудшивших его здоровье, что подтверждается документами, исследованными в судебном заседании.

Суд, определяя размер компенсации морального вреда с учётом требований разумности и справедливости, принимает во внимание степень физических и нравственных страданий ФИО2, обстоятельства, при которых причинён вред здоровью, процент утраты профессиональной трудоспособности, установленный до 01.10.2018 года, а также период воздействия вредных производственных факторов у данного причинителя вреда (ООО «Абаканский рудник») из общего стажа работы в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов, а также право истца на компенсацию морального вреда от других причинителей вреда.

Все изложенные обстоятельства позволяют суду расценивать размер компенсации морального вреда, подлежащим снижению, поскольку заявленная истцом в качестве компенсации морального вреда в связи с утратой здоровья сумма к ответчику ООО «Абаканский рудник» не является разумной и справедливой.

В соответствии со ст. 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся: расходы на оплату услуг представителей; связанные с рассмотрением дела почтовые расходы, понесенные сторонами; другие признанные судом необходимыми расходы.

В соответствии с ч. 1 ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Положения процессуального законодательства о пропорциональном возмещении (распределении) судебных издержек (статьи 98, 102, 103 ГПК РФ, статья 111 КАС РФ, статья 110 АПК РФ) не подлежат применению при разрешении: иска неимущественного характера, в том числе имеющего денежную оценку требования, направленного на защиту личных неимущественных прав (например, о компенсации морального вреда).

Квитанцией к приходному кассовому ордеру (ПКО) № 84 от 04.12.2017 года подтверждается оплата ФИО2 5000 рублей за услуги ФИО4 за подготовку искового заявления о взыскании компенсации морального вреда, представительство в суде по договору от 02.09.2017 года.

Доводы представителя ответчика о том, что положения п. 3.1 договора на оказание услуг от 22.09.2017 года подтверждают необоснованную выплату денежных средств в размере 5000 рублей по квитанции к ПКО № 84 от 04.12.2017 года, поскольку услуги на момент оплаты в полном объеме не оказаны, как и сомнения представителя ответчика в достоверности стоимости услуг представителя истца, судом не принимаются, поскольку фактически юридические услуги ИП ФИО4 истцу были оказаны, что выразились в составлении искового заявления, представитель не участвовал в суде первой инстанции.

Сомнения ответчика в достоверности стоимости услуг, поскольку в п. 3.1. договора указана иная сумма вознаграждения, а именно, 50000 (двадцать тысяч) рублей, также не могут быть приняты судом во внимание по вышеприведённым причинам, кроме того, истец просит взыскать в его пользу 5000 рублей, и вины истца в том, что его представителем неверно указана цена договора, нет.

Суд полагает возможным взыскать с ответчика расходы на оплату услуг представителя в размере 2000 рублей, что будет соответствовать характеру спора, значимости и объему права, получившего защиту, требованиям разумности, объему оказанных услуг.

Издержки, понесённые судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобождён, взыскивается с ответчика, не освобождённого от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. Государственная пошлина зачисляется в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации (ч. 1 ст. 103 ГК РФ).

На основании изложенного, учитывая, что истец при подаче иска освобожден от уплаты государственной пошлины, суд считает, что в соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 333.19 НК РФ с ООО «Абаканский рудник» следует взыскать в доход соответствующего бюджета госпошлину в сумме 300 рублей.

Руководствуясь ст. 194-198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковое заявление ФИО2 к Обществу с ограниченной ответственностью «Абаканский рудник» о взыскании компенсации морального вреда в связи с причинением вреда здоровью, судебных расходов, удовлетворить частично.

Взыскать с ООО «Абаканский рудник» в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 40 000 (сорок тысяч) рублей, расходы на оплату услуг представителя в сумме 2000 (две тысячи) рублей.

Взыскать с ООО «Абаканский рудник» государственную пошлину в доход местного бюджета в сумме 300 (триста) рублей.

В остальной части заявленных исковых требований ФИО2 к ООО «Абаканский рудник» отказать.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Хакасия в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы, представления через Абазинский районный суд Республики Хакасия.

Судья

Абазинского районного суда

Республики Хакасия Н.А. Панова