Апелляционное постановление № 22К-2725/2025 от 13 октября 2025 г. по делу № 3/6-127/2025

Судья 1 инстанции – Ерченко В.С. №22К-2725/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

14 октября 2025 года город Иркутск

Суд апелляционной инстанции Иркутского областного суда в составе председательствующего Шовкомуда А.П., при помощнике судьи Ванькаевой Т.Э., с участием прокурора Мельникова А.И., защитника – адвоката Беймуратова К.С.,

рассмотрел в открытом судебном заседании материал по апелляционной жалобе адвоката Худеева К.Д. в интересах обвиняемого С. на постановление Ленинского районного суда г. Иркутска от 25 июня 2025 года, которым наложен арест на имущество, зарегистрированное на ООО (данные изъяты).

Заслушав мнения: адвоката Беймуратова К.С., поддержавшего доводы жалобы, просившего постановление суда отменить и отказать в удовлетворении ходатайства следователя; прокурора Мельникова А.И., полагавшего постановление суда законным и обоснованным, подлежащим оставлению без изменений, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

9 июля 2024 года возбуждено уголовное дело по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ, по факту хищения неустановленным лицом из состава руководства ООО (данные изъяты), являющегося субъектом предпринимательской деятельности, и лицом, выполняющим управленческие функции в коммерческой организации, бюджетных средств, выделенных в рамках реализации национального проекта «Безопасные качественные автомобильные дороги».

3 апреля 2025 года деяние переквалифицировано на ч. 1 ст. 201 УК РФ.

В ходе предварительного следствия установлено, что генеральный директор и единственный учредитель ООО (данные изъяты) С., являясь лицом, выполняющим управленческие функции в коммерческой организации, используя свои полномочия, вопреки законным интересам своей организации, в целях извлечения выгод и преимуществ для себя, при исполнении муниципального контракта № Номер изъят от 22 декабря 2021 года на выполнение работ по капитальному ремонту путепровода через железную дорогу на станции Батарейная г. Иркутска, осуществил неправомерное израсходование денежных средств в общей сумме 106 755 619,82 рублей, выделенных ему в рамках реализации национального проекта «Безопасные качественные автомобильные дороги» в качестве целевого аванса.

Старший следователь СО по Ленинскому району г. Иркутска СУ СК РФ по Иркутской области К. с согласия руководителя следственного органа обратился в суд с ходатайством о наложении ареста на имущество, зарегистрированное на ООО (данные изъяты), общей стоимостью 54 788 000 рублей с возложением запрета на генерального директора С. распоряжаться данным имуществом на период предварительного расследования и до принятия итогового решения по уголовному делу.

25 июня 2025 года постановлением Ленинского районного суда г. Иркутска ходатайство следователя удовлетворено, наложен арест на имущество, зарегистрированное в ГИБДД ГУ МВД России по Иркутской области и Гостехнадзоре Иркутской области на ООО (данные изъяты) общей стоимостью 54 788 000 рублей, а именно:

1) транспортное средство марки «(данные изъяты) 2007 года выпуска, стоимостью 1 315 000 рублей;

2) транспортное средство марки (данные изъяты), 2012 года выпуска, стоимостью 1 068 000 рублей;

3) транспортное средство марки (данные изъяты), 2012 года выпуска, стоимостью 1 068 000 рублей;

4) транспортное средство марки (данные изъяты), 2012 года выпуска, стоимостью 1 068 000 рублей;

5) транспортное средство марки (данные изъяты), 2012 года выпуска, стоимостью 1 068 000 рублей;

6) транспортное средство марки (данные изъяты), 2012 года выпуска, стоимостью 1 068 000 рублей;

7) транспортное средство марки (данные изъяты), 2012 года выпуска, стоимостью 1 068 000 рублей;

8) транспортное средство марки (данные изъяты), 2012 года выпуска, стоимостью 1 068 000 рублей;

9) транспортное средство марки (данные изъяты), 2012 года выпуска, стоимостью 1 068 000 рублей;

10) транспортное средство марки (данные изъяты), 2012 года выпуска, стоимостью 1 068 000 рублей;

11) транспортное средство марки (данные изъяты), 2012 года выпуска, стоимостью 3 035 000 рублей;

12) транспортное средство марки (данные изъяты), 2011 года выпуска, стоимостью 12 542 000 рублей;

13) транспортное средство марки (данные изъяты), 2011 года выпуска, стоимостью 3 809 000 рублей;

14) транспортное средство марки (данные изъяты) 2011 года выпуска, стоимостью 4 027 000 рублей;

15) транспортное средство марки (данные изъяты), 2012 года выпуска, стоимостью 1 068 000 рублей;

16) транспортное средство марки (данные изъяты), 2017 года выпуска, стоимостью 14 152 000 рублей,

с возложением запрета на генерального директора С. распоряжаться данным имуществом на период предварительного расследования и до принятия итогового решения по уголовному делу.

В апелляционной жалобе адвокат Худеев К.Д., действующий в интересах обвиняемого С., считает постановление суда незаконным, необоснованным и подлежащим отмене.

В обоснование указывает, что согласно определению Арбитражного суда Иркутской области от 10 декабря 2024 года признано обоснованным заявление ООО (данные изъяты) о признании ООО (данные изъяты) несостоятельным (банкротом).

Решением Арбитражного суда Иркутской области от 7 августа 2025 года в отношении ООО (данные изъяты) введена процедура конкурсного производства.

При этом, в силу ст. 126 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» с момента принятия арбитражным судом решения о признании должника банкротом и открытия конкурсного производства снимаются все ранее наложенные аресты на имущество должника, а наложение новых арестов не допускается, в том числе по основаниям ст. 115 УПК РФ.

Ссылаясь на позицию, отражённую в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 21 июня 2011 года № 17219/10, а также в Постановлении Конституционного Суда РФ от 31 января 2011 года № 1-П, согласно которой механизм гражданского иска в уголовном судопроизводстве не может создавать привилегированные условия для удовлетворения требований отдельных кредиторов должника-банкрота, признанных потерпевшими по уголовному делу, по сравнению с общим порядком погашения требований кредиторов в процедуре банкротства. Как следствие, не допускается наложение и сохранение ранее наложенных по уголовному делу арестов имущества должника после введения процедуры банкротства.

В связи с чем, полагает, что наложение ареста на имущество ООО (данные изъяты), в отношении которого 10 декабря 2024 года введена процедура банкротства, является незаконным. Просит постановление суда отменить и отказать в удовлетворении ходатайства следователя.

В возражениях на апелляционную жалобу старший помощник прокурора Ленинского района г. Иркутска Попова Ж.В., приводя мотивы несогласия с доводами жалобы, полагает постановление суда законным, подлежащим оставлению без изменения, доводы жалобы – без удовлетворения.

Проверив представленные материалы, выслушав мнения сторон, обсудив доводы апелляционной жалобы, представленных возражений, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Исходя из положений ст. 115 УПК РФ для обеспечения приговора в части гражданского иска, взыскания штрафа, других имущественных взысканий или возможной конфискации имущества органы предварительного следствия возбуждают перед судом ходатайство о наложении ареста на имущество подозреваемого, обвиняемого или лиц, несущих по закону материальную ответственность за их действия, которое рассматривается судом в порядке ст. 165 УПК РФ. При решении вопроса о наложении ареста на имущество суд должен указать на конкретные, фактические обстоятельства, на основании которых он принял такое решение, а также установить ограничения, связанные с владением, пользованием, распоряжением арестованным имуществом. Наложение ареста на имущество состоит в запрете, адресованном собственнику или владельцу имущества, распоряжаться и в необходимых случаях пользоваться им, а также в изъятии имущества и передаче его на хранение.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 31 января 2011 года № 1-П, наложение ареста на имущество для обеспечения исполнения приговора в части гражданского иска, других имущественных взысканий или возможной конфискации имущества влечет для собственника соответствующего имущества ограничения в праве владеть, пользоваться и распоряжаться им и, следовательно, не может быть произвольным, - оно должно быть обусловлено предполагаемой причастностью конкретного лица к преступной деятельности или предполагаемым преступным характером происхождения (использования) конкретного имущества либо, как это предусмотрено ч. 1 ст.115 УПК РФ, должно основываться на законе, устанавливающем материальную ответственность лица за действия подозреваемого или обвиняемого. Применение этой процессуальной меры само по себе не влечет перехода права собственности на арестованное имущество к государству или иным лицам и носит временный характер – на период предварительного расследования и судебного разбирательства по уголовному делу, сроки которых установлены законом.

Принимая решение по ходатайству следователя о наложении ареста на имущество, принадлежащее ООО (данные изъяты), суд первой инстанции руководствовался как требованиями уголовно-процессуального закона, так и позицией Конституционного Суда РФ, мотивировал свои выводы в постановлении.

Так, судом первой инстанции установлено, что постановление о возбуждении ходатайства о наложении ареста на имущество вынесено надлежащим должностным лицом, в пределах срока предварительного следствия, установленного ст. 162 УПК РФ, в рамках расследуемого уголовного дела, что полностью соответствует требованиям ст. 115 УПК РФ. В обоснование ходатайства следователем изложены конкретные, фактические обстоятельства, свидетельствующие о необходимости наложения ареста на имущество. Суду представлены все необходимые материалы, обосновывающие доводы должностного лица.

Суд первой инстанции обоснованно согласился с наличием оснований для наложения ареста на имущество, принадлежащее ООО (данные изъяты), единственным учредителем которого является С., и пришёл к обоснованному выводу, что, учитывая размер вреда, причинённого в результате инкриминируемого обвиняемому С. деяния, непринятие меры процессуального принуждения может привести к невозможности обеспечения исполнения приговора, в случае постановления такового, в части гражданского иска и других имущественных взысканий.

При этом, суд первой инстанции учёл, что при заявлении ходатайства о наложении ареста на имущество для обеспечения исполнения возможного приговора в части исполнения наказания в виде штрафа или для обеспечения гражданского иска, стоимость имущества, на которое налагается арест, не должна превышать максимального размера штрафа, установленного санкцией статьи Особенной части Уголовного кодекса Российской Федерации, либо должна быть соразмерна причиненному преступлением ущербу.

Кроме того, наложение ареста на имущество само по себе не сопряжено с лишением собственника его имущества либо переходом права собственности к другому лицу либо государству и носит временный характер. Вопрос о снятии ареста с имущества может быть разрешен как следователем, так и судом при рассмотрении дела по существу.

Выводы о необходимости наложения ареста в судебном решении надлежащим образом мотивированы, и не согласиться с ними суд апелляционной инстанции оснований не усматривает.

Судом были исследованы все юридически значимые для разрешения ходатайства органа предварительного следствия обстоятельства, дана надлежащая оценка представленным сторонами доказательствам, с учетом досудебной стадии производства.

Доводы автора апелляционной жалобы о том, что наложение ареста на имущество ООО (данные изъяты), в отношении которого 10 декабря 2024 года введена процедура банкротства, является незаконным, нельзя признать состоятельными по следующим основаниям.

Действительно, правило о снятии наложенных на имущество должника арестов и иных ограничений распоряжения имуществом с даты принятия арбитражным судом решения о признании должника банкротом содержится в положениях Закона о банкротстве (ст. 213.25).

По смыслу указанной нормы с даты принятия судом решения о признании должника банкротом ранее наложенные аресты и иные ограничения по распоряжению имуществом должника (то есть такие аресты и ограничения, которые наложены до возбуждения процедуры банкротства в отношении должника) снимаются в целях устранения препятствий конкурсному управляющему в исполнении им своих полномочий по распоряжению имуществом должника и других обязанностей, возложенных на него Законом о банкротстве (п.13 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 июля 2009 года № 59 "О некоторых вопросах практики применения Федерального закона "Об исполнительном производстве").

В ходе уголовного судопроизводства арест на имущество может быть наложен в качестве меры процессуального принуждения на основании ст. 115 УПК РФ на имущество подозреваемого, обвиняемого или иных лиц, включая тех, которые находятся в процедуре несостоятельности (банкротства).

Конституционный Суд Российской Федерации постановлением от 31 января 2011 года № 1-П признал ч. 3 ст. 115 УПК РФ во взаимосвязи с абз. 9 п. 1 ст. 126 Закона о банкротстве не противоречащими Конституции Российской Федерации, поскольку содержащиеся в них нормативные положения по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования не предполагают наложение ареста на имущество должника, в отношении которого введена процедура конкурсного производства, либо сохранение после введения данной процедуры ранее наложенного в рамках уголовного судопроизводства ареста на имущество для обеспечения исполнения приговора в части гражданского иска в отношении отдельных лиц, являющихся конкурсными кредиторами.

По правилам ч. 9 ст. 115 УПК РФ арест, наложенный на имущество, либо отдельные ограничения, которым подвергнуто арестованное имущество, отменяются на основании постановления, определения лица или органа, в производстве которого находится уголовное дело, когда в применении данной меры процессуального принуждения либо отдельных ограничений, которым подвергнуто арестованное имущество, отпадает необходимость, а также в случае истечения установленного судом срока ареста, наложенного на имущество, или отказа в его продлении.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации (определения от 15 мая 2012 года N 813-О, от 25 октября 2016 года N 2356-О) отмена указанных мер возможна только лицом или органом, в производстве которого находится уголовное дело и в чьи полномочия входят установление и оценка фактических обстоятельств, исходя из которых снимаются ранее наложенные аресты на имущество должника, признанного несостоятельным (банкротом).

В случае возникновения спора о необходимости сохранения ареста на период конкурсного производства не исключается возможность обжалования действий лица или органа, уполномоченного отменить наложение ареста, в порядке, установленном ст.ст. 123 - 125 УПК РФ.

Аналогичная правовая позиция сформулирована в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24 января 2012 года № 11479/11, в соответствии с которой ввиду отсутствия в арбитражном процессуальном законодательстве соответствующих норм арбитражный суд не вправе освобождать имущество от ареста, наложенного судом общей юрисдикции в рамках уголовного производства. Иное нивелирует обязательную силу судебного акта, вынесенного в рамках уголовного дела.

Исходя из позиции Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 21 июня 2011 года № 17219/10, положения ст. 126 Закона о банкротстве не распространяются на аресты имущества должника в рамках уголовного судопроизводства независимо от того, наложены они до или после признания его несостоятельным (банкротом).

Защита субъективных гражданских прав ряда лиц, потерпевших от преступления, исполнения приговора в части заявленных гражданских исков и взыскания штрафа, предусмотрено, как в качестве меры наказания, так и потребностью достижения иных публично-правовых целей уголовного судопроизводства.

Таким образом, по смыслу уголовно-процессуального закона, сохранение ограничений допускается и в случае принятия судом решения о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства. Само по себе наличие данных обстоятельств не является основанием для отмены меры процессуального принуждения в виде ареста на имущество, примененной в уголовном судопроизводстве в рамках предварительного следствия по конкретному уголовному делу.

Вопреки доводам автора апелляционной жалобы, предусмотренная законом безусловная обязанность по снятию ранее наложенных арестов на имущество должника с даты принятия арбитражным судом решения о признании должника банкротом и открытии конкурсного производства не распространяется на аресты имущества должника, наложенные в рамках уголовного судопроизводства.

Нарушений судом уголовно-процессуальных норм, которые путём лишения и ограничения прав участников уголовного судопроизводства повлияли на постановление законного и обоснованного решения, допущено не было. Постановление суда первой инстанции соответствует требованиям ч. 4 ст. 7 УПК РФ.

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции находит постановление суда законным, обоснованным и мотивированным, не усматривая оснований для его отмены или изменения, в том числе по доводам апелляционной жалобы.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Постановление Ленинского районного суда г. Иркутска от 25 июня 2025 года о наложении ареста на имущество, принадлежащее ООО (данные изъяты), оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката Худеева К.Д. в интересах обвиняемого С. - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, непосредственно в судебную коллегию по уголовным делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции (г. Кемерово).

Председательствующий А.П. Шовкомуд