Апелляционное определение № 33-1492/2026 от 11 февраля 2026 г.

Судья: Хайкара Н.В. Дело №33-1492/2026 (2-1005/2025)

Докладчик: Котляр Е.Ю. УИД 42RS0035-01-2025-001327-50


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

12 февраля 2026 г. г. Кемерово

Судебная коллегия по гражданским делам Кемеровского областного суда в составе: председательствующего Казачкова В.В.,

судей: Вязниковой Л.В., Котляр Е.Ю.,

при секретаре Свининой М.А.,

с участием прокурора Исаковой А.И.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в порядке апелляционного производства по докладу судьи Котляр Е.Ю.

гражданское дело по апелляционной жалобе ФИО1

на решение Таштагольского городского суда Кемеровской области от 26 ноября 2025 г.

по иску ФИО1 к акционерному обществу «ЕВРАЗ Объединенный Западно-Сибирский металлургический комбинат» о компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 обратился в суд с иском к акционерному обществу «ЕВРАЗ Объединенный Западно-Сибирский металлургический комбинат» (далее -АО «ЕВРАЗ ЗСМК») о компенсации морального вреда в связи с повреждением здоровья вследствие профессиональных заболеваний, ссылаясь на следующие обстоятельства.

ФИО1 работал у ответчика в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов более 32 лет.

В 2022 году истцу установлено профессиональное заболевание: «<данные изъяты>.», что подтверждается актом о случае профессионального заболевания № от ДД.ММ.ГГГГ, в связи с чем заключением МСЭ от ДД.ММ.ГГГГ истцу на период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ установлена утрата профессиональной трудоспособности в размере <данные изъяты>.

В 2023 году истцу установлено второе профессиональное заболевание: «<данные изъяты>.», что подтверждается актом о случае профессионального заболевания № от ДД.ММ.ГГГГ, в связи с чем заключением МСЭ от ДД.ММ.ГГГГ истцу на период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ установлена утрата профессиональной трудоспособности в размере <данные изъяты>.

В 2024 году истцу установлено третье профессиональное заболевание: «<данные изъяты>», что подтверждается актом о случае профессионального заболевания № от ДД.ММ.ГГГГ. Утрата профессиональной трудоспособности по данному заболеванию не установлена.

Вина истца в развитии профессиональных заболеваний не установлена.

В связи с профессиональными заболеваниями истец испытывает физические и нравственные страдания, страх за здоровье и жизнь, ощущает свою неполноценность.

Просил взыскать с ответчика компенсацию морального вреда, причиненного профессиональными заболеваниями, в размере 5000000 руб., судебные расходы в размере 75000 руб.

Определением Таштагольского городского суда Кемеровской области от 09 сентября 2025 г. к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено Отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Кемеровской области – Кузбассу (л.д.1, оборот).

Определением Таштагольского городского суда Кемеровской области от 06 ноября 2025 г. к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена первичная профсоюзная организация «ЗапСиб» Горно-металлургического профсоюза России (л.д.154).

Решением Таштагольского городского суда Кемеровской области от 26 ноября 2025 г. исковые требования удовлетворены частично: с АО «ЕВРАЗ ЗСМК» в пользу истца взыскана компенсация морального вреда, причиненного профессиональными заболеваниями, в размере 100000 руб., судебные расходы в размере 25000 руб.

С ответчика в доход местного бюджета взыскана государственная пошлина в размере 3000 руб.

В апелляционной жалобе ФИО1 просит решение суда изменить, увеличив сумму компенсации морального вреда и судебных расходов.

В обоснование доводов жалобы ссылается на обстоятельства, изложенные в обоснование исковых требований.

Считает, что определенный к возмещению размер компенсации морального вреда является заниженным, не способен возместить причиненный ему моральный вред.

Определяя к возмещению компенсацию в размере 100000 руб., суд не принял во внимание нравственные и физические страдания, перенесенные истцом в связи с установлением ему третьего профессионального заболевания.

Также считает необоснованным снижение судебных расходов, подлежащих взысканию с ответчика.

Относительно доводов апелляционной жалобы заместителем прокурора г.Таштагола Вербовской Л.Л. принесены возражения.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представителем ответчика АО «ЕВРАЗ ЗСМК» ФИО2, действующим на основании доверенности, заявлено ходатайство о замене ответчика АО «ЕВРАЗ ЗСМК» его правопреемником ПАО «ЕВРАЗ», поскольку АО «ЕВРАЗ ЗСМК» прекратило деятельность путем реорганизации в форме присоединения к ПАО «ЕВРАЗ НТМК», а ПАО «ЕВРАЗ НТМК» изменило наименование на ПАО «ЕВРАЗ». В подтверждение представлены листы записи в ЕГРЮЛ и свидетельство о постановке на учет в налоговом органе.

Прокурор Исакова А.И. не возражала против удовлетворения ходатайства.

Разрешая вопрос о процессуальном правопреемстве, судебная коллегия приходит к следующему.

В силу ч.1 ст.44 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в случаях выбытия одной из сторон в спорном или установленном решением суда правоотношении (смерть гражданина, реорганизация юридического лица, уступка требования, перевод долга и другие случаи перемены лиц в обязательствах) суд допускает замену этой стороны ее правопреемником.

Правопреемство возможно на любой стадии гражданского судопроизводства.

Судебной коллегией установлено, что в соответствии с выпиской из ЕГРЮЛ ответчик по настоящему делу АО «ЕВРАЗ ЗСМК» (ОГРН <***>) прекратило деятельность путем реорганизации в форме присоединения к ПАО «ЕВРАЗ НТМК» (ОГРН <***>), о чем 28.11.2025 в ЕГРЮЛ внесена соответствующая запись.

ПАО «ЕВРАЗ НТМК» изменило наименование на ПАО «ЕВРАЗ», что подтверждается записью в ЕГРЮЛ, свидетельством о постановке на учет, Уставом от 28.11.2025.

Учитывая изложенное, судебная коллегия полагает необходимым произвести замену ответчика по настоящему делу - АО «ЕВРАЗ ЗСМК» на его правопреемника - ПАО «ЕВРАЗ».

Представитель ответчика ПАО «ЕВРАЗ» ФИО2 в судебном заседании суда апелляционной инстанции просил решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, в суд апелляционной инстанции не явились, о дне и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом, об уважительности причин неявки до начала судебного заседания не сообщили, в материалах дела имеются доказательства их надлежащего извещения о времени и месте рассмотрения дела судом апелляционной инстанции, в связи с чем судебная коллегия определила рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц на основании ст. 327, п. 3 ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Изучив материалы дела, заслушав представителя ответчика, заключение прокурора Исаковой А.И. об отсутствии оснований для отмены либо изменения судебного акта, проверив, в соответствии с ч.1 ст.327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, законность и обоснованность судебного решения, исходя из доводов, изложенных в апелляционной жалобе, возражениях на апелляционную жалобу, судебная коллегия приходит к следующему.

Как установлено судом первой инстанции и подтверждается материалами дела, в том числе копией трудовой книжки истца, ФИО1 работал длительное время в условиях воздействия вредных факторов на предприятии ответчика и его правопредшественников (л.д.9-14), в результате чего у него развилось три профессиональных заболевания:

- «<данные изъяты>.», что подтверждается актом о случае профессионального заболевания № от ДД.ММ.ГГГГ, причина заболевания: высокий уровень шума (л.д.15);

- «<данные изъяты>)», что подтверждается актом о случае профессионального заболевания № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.16-17);

- «<данные изъяты>.», что подтверждается актом о случае профессионального заболевания № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.18-19), причина заболевания: тяжесть трудового процесса.

В связи с профессиональным заболеванием «<данные изъяты>» истцу ФИО1 в 2024 г. заключением учреждения МСЭ впервые установлено <данные изъяты> утраты профессиональной трудоспособности, на основании чего решением ОСФР по Кемеровской области – Кузбассу № от ДД.ММ.ГГГГ истцу была назначена единовременная страховая выплата <данные изъяты> (л.д.85).

В связи с профессиональным заболеванием «<данные изъяты> истцу ФИО1 в 2024 г. заключением учреждения МСЭ впервые установлено <данные изъяты> утраты профессиональной трудоспособности, на основании чего решением ОСФР по Кемеровской области – Кузбассу № от ДД.ММ.ГГГГ истцу была назначена единовременная страховая выплата <данные изъяты>. (л.д.84).

Согласно справке № от ДД.ММ.ГГГГ, в связи с профессиональным заболеванием, установленным актом № от ДД.ММ.ГГГГ, истцу установлено <данные изъяты> утраты профессиональной трудоспособности с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (л.д.35).

Согласно справке № от ДД.ММ.ГГГГ, в связи с профессиональным заболеванием, установленным актом № от ДД.ММ.ГГГГ, истцу установлено <данные изъяты> утраты профессиональной трудоспособности с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (л.д.35).

Согласно программе реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве и профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ истцу установлен диагноз: «<данные изъяты>». Истец нуждается в приобретении лекарственных препаратов, изделий медицинского назначения, санаторно-курортном лечении 1 раз в год; может продолжать профессиональную деятельность при снижении квалификации и уменьшении объема (тяжести) работ, изменении условий труда, доступна профессиональная деятельность в оптимальных, допустимых условиях труда (л.д.36-38).

Из ответа <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ следует, что ФИО1 в связи с диагнозом: «<данные изъяты> показано оперативное лечение (л.д.136).

09.09.2024 истец уволен из организации ответчика по соглашению сторон, что подтверждается записью в трудовой книжке (л.д.14, оборот).

27.06.2024 ФИО1 обратился к ответчику с заявлением о выплате компенсации морального вреда в размере 1000000 руб. (л.д.135).

На основании распоряжения АО «ЕВРАЗ ЗСМК» № от ДД.ММ.ГГГГ, в соответствии с пунктом 7.1.7 коллективного договора АО «ЕВРАЗ ЗСМК», ФИО1 выплачена компенсация морального вреда, причиненного двумя профессиональными заболеваниями (<данные изъяты>), в размере <данные изъяты>., что подтверждается платежным поручением № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.45, 117).

Ссылаясь на недостаточность указанной суммы для компенсации физических и нравственных страданий, истец обратился в суд.

Разрешая заявленный спор, установив указанные выше обстоятельства, учитывая, что в судебном заседании нашел свое подтверждение факт причинения вреда здоровью истца бездействием работодателя АО «ЕВРАЗ ЗСМК» и его правопредшественников, не обеспечивших безопасные условия труда, суд первой инстанции пришел к выводу о наличии оснований для частичного удовлетворения исковых требований, и взыскал с ответчика АО «ЕВРАЗ ЗСМК» в пользу истца компенсацию морального вреда в связи с полученными профессиональными заболеваниями в размере 100000 руб., а также расходы по оплате услуг представителя в размере 25000 руб.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции, как в части наличия правовых оснований для взыскания компенсации морального вреда и судебных расходов, так и в части размера взысканных сумм.

В соответствии с ч.3 ст.37 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности.

Обязанность обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, в силу положений ст.22 Трудового кодекса Российской Федерации, возлагается на работодателя.

На основании ст.21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном настоящим Кодексом, иными федеральными законами.

В силу абз.2 п.3 ст.8 Федерального закона от 24.07.1998 №125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

На основании абз.11 ст.3 вышеназванного Федерального закона профессиональное заболевание – хроническое или острое заболевание застрахованного, являющееся результатом воздействия на него вредного (вредных) производственного фактора (факторов) и повлекшее временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности и (или) смерть.

По смыслу статей 212, 219, 220 Трудового кодекса Российской Федерации, ст. 8 Федерального закона №125-ФЗ работодатель, должным образом не обеспечивший безопасность и условия труда на производстве, является субъектом ответственности за вред, причиненный работнику, когда такой вред причинен в связи с несчастным случаем на производстве либо профессиональным заболеванием.

Согласно разъяснению, содержащемуся в п.63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», в соответствии со ст.237 названного Кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Как следует из разъяснений, данных в пункте 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей, осуществляется в рамках обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (часть 8 статьи 216.1 ТК РФ). Однако компенсация морального вреда в порядке обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний не предусмотрена и, согласно п.3 ст.8 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», осуществляется причинителем вреда.

Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, компенсируется в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора, а в случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба (статья 237 Трудового кодекса Российской Федерации).

Статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации закреплено: если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства.

В соответствии со ст.1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации определяется судом в зависимости от характера причиненных физических и нравственных страданий, фактических обстоятельств, при которых причинен моральный вред, индивидуальных особенностей потерпевшего. При определении размера компенсации морального вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Из разъяснений, содержащихся в п. 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», следует, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические и/или нравственные страдания, в связи с чем потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда.

Из содержания данных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что в случае спора размер компенсации морального вреда определяется судом по указанным выше критериям вне зависимости от размера, установленного соглашением сторон, и вне зависимости от имущественного ущерба, которым в случае трудового увечья или профессионального заболевания является утраченный средний заработок работника.

Положения коллективных договоров означают лишь обязанность работодателя при наличии соответствующих оснований выплатить в бесспорном порядке компенсацию морального вреда в предусмотренном размере.

Таким образом, выплата ответчиком компенсации морального вреда, исчисленной по условиям коллективного договора (в размере 20% среднемесячного заработка за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности), не влечет безусловного прекращения обязательств причинителя вреда по возмещению этого вреда.

При определении размера компенсации морального вреда судом первой инстанции учтены все обстоятельства дела, требования разумности и справедливости, степень нравственных и физических страданий истца, связанных с наличием трех профессиональных заболеваний, утрата истцом трудоспособности в связи с двумя из них, степень вины работодателя, а также выплата ответчиком компенсации морального вреда, рассчитанной на основании коллективного договора.

Вопреки доводам апелляционной жалобы истца мотивы, по которым суд пришел к выводу о завышенном размере компенсации морального вреда, заявленной ко взысканию (5000000 руб.), изложены в обжалуемом решении.

Судебная коллегия, вопреки доводам апелляционной жалобы истца, не находит взысканную судом сумму (100000 руб.) заниженной, либо определенной судом первой инстанции без учета всех обстоятельств дела, требований разумности и справедливости.

Понятия разумности и справедливости размера компенсации морального вреда являются оценочными, не имеют четких критериев в законе, а потому, как категория оценочная, определяются судом индивидуально, с учетом особенностей конкретного дела, перечисленных в законе условий, влияющих на размер такого возмещения.

Несогласие с размером компенсации морального вреда, взысканной в пользу истца, выраженное в апелляционной жалобе, само по себе не является основанием к отмене либо изменению вынесенного судебного акта, поскольку оценка характера и степени причиненного истцу морального вреда относится к исключительной компетенции суда и является результатом оценки конкретных обстоятельств дела.

Судом первой инстанции в обжалуемом решении приведено подробное обоснование размера компенсации морального вреда.

Суд апелляционной инстанции полагает, что с учетом установленных по делу фактических обстоятельств и представленных доказательств, требований разумности и справедливости, принимая во внимание характер и степень пережитых истцом физических и нравственных страданий, связанных с повреждением здоровья в результате трех профессиональных заболеваний, учитывая степень утраты истцом профессиональной трудоспособности, выплату работодателем в добровольном порядке компенсации морального вреда за два профессиональных заболевания, в связи с которыми истцу установлена утрата профессиональной трудоспособности, размер компенсации морального вреда в сумме 100000 руб. отвечает нормативным положениям, регулирующим вопросы компенсации морального вреда и определения ее размера, а также разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению. Указанная денежная сумма определена с учетом баланса интересов сторон, соразмерна последствиям перенесенных истцом физических и нравственных страданий, отвечает требованиям разумности и справедливости.

С учетом выплаченной ответчиком суммы, общий размер компенсации морального вреда составляет 625 тысяч рублей, что, исходя из степени утраты истцом профессиональной трудоспособности (общий размер – 30%), соответствует судебной практике, сложившейся в регионе по данной категории дел.

Кроме того, вопреки доводам апелляционной жалобы истца, указанный размер компенсации морального вреда определен с учетом наличия у ФИО1 трех профессиональных заболеваний, а также ухудшения состояния здоровья, произошедшего после выплаты ответчиком компенсации морального вреда на основании распоряжения от ДД.ММ.ГГГГ, что отражено в оспариваемом решении.

Доводы, изложенные в жалобе, относительно несогласия с размером судебных расходов, не могут служить основанием для отмены либо изменения решения суда в указанной части, поскольку не свидетельствуют о нарушении судом норм процессуального права, а по существу направлены на переоценку выводов суда, оснований для которой судебная коллегия не находит.

Обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя, и тем самым - на реализацию требования части 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации.

Согласно правовой позиции, изложенной в пунктах 10, 11, 12, 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 №1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием; расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах. Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

При решении спорного вопроса судом первой инстанции соблюден необходимый баланс процессуальных прав и обязанностей сторон, учтены соотношение расходов с объемом защищаемого права, а также фактическим объемом и характером услуг, оказанных представителем истца.

Оснований для взыскания судебных расходов в большем размере судом апелляционной инстанции не установлено.

При разрешении спора суд правильно определил обстоятельства, имеющие юридическое значение, дал надлежащую оценку представленным сторонами доказательствам, не нарушил нормы материального и процессуального права, в связи с чем оснований для отмены или изменения решения суда первой инстанции не имеется.

Все приведенные в апелляционной жалобе доводы повторяют правовую позицию истца при рассмотрении дела в суде первой инстанции, они сводятся к несогласию с выводами суда и не указывают на обстоятельства, которые не были проверены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для разрешения спора по существу, влияли бы на обоснованность и законность постановленного решения либо опровергали выводы суда.

Поскольку нарушений норм материального права, которые могли привести к неправильному разрешению спора по существу, а также нарушений процессуального закона, в том числе влекущих безусловную отмену судебного акта в силу ч.4 ст.330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебной коллегией не установлено, основания для отмены либо изменения обжалуемого решения суда и удовлетворения апелляционной жалобы отсутствуют.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 44, 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Произвести в порядке процессуального правопреемства замену ответчика - акционерного общества «ЕВРАЗ Объединенный Западно-Сибирский металлургический комбинат» на публичное акционерное общество «ЕВРАЗ» по гражданскому делу 33-1492/2026 (2-1005/2025) по иску ФИО1 к акционерному обществу «ЕВРАЗ Объединенный Западно-Сибирский металлургический комбинат» о компенсации морального вреда.

Решение Таштагольского городского суда Кемеровской области от 26 ноября 2025 г. оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Председательствующий В.В. Казачков

Судьи Л.В. Вязникова

Е.Ю. Котляр

В окончательной форме апелляционное определение изготовлено 27.02.2026.