Решение № 2-227/2018 2-227/2018 (2-2288/2017;) ~ М-2204/2017 2-2288/2017 М-2204/2017 от 22 мая 2018 г. по делу № 2-227/2018

Дело № 2-227/2018


Р Е Ш Е Н И Е

именем Российской Федерации

Киселёвский городской суд Кемеровской области

в составе председательствующего Дягилевой И.Н.

с участием истца ФИО1,

представителя истца ФИО2,

представителей ответчика ФИО3, ФИО4,

при секретаре Стучилиной Е.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Киселёвске

23 мая 2018 г.

дело по иску ФИО5

к Обществу с ограниченной ответственностью «Мелисса» о взыскании заработной платы, взыскании вынужденного прогула о взыскании морального вреда,

У С Т А Н О В И Л :

Истец ФИО5 обратилась в суд с иском к Обществу с ограниченной ответственностью «Мелисса» (далее – ООО «Мелисса») о взыскании заработной платы, взыскании вынужденного прогула о взыскании морального вреда.

Свои требования мотивирует тем, что с 10.04.2010 года она работает в ООО «Мелисса» в должности бухгалтера, с должностным окладом в размере <данные изъяты> рублей. В последнее время работодателем систематически не выплачивается заработная плата.

Помимо этого, работодателем до настоящего времени ей не выплачено пособие по временной нетрудоспособности за 2016 год.

Ввиду систематической задержки заработной платы резко снизился уровень её жизни, она стала страдать <данные изъяты>.

Заявлением на имя директора OОO «Мелисса» она вынуждена была приостановить свою трудовую деятельность до полной выплаты причитающейся ей заработной платы (заявление от 05.10.2017 года ответчиком было оставлено без внимания).

Недополученная часть заработной платы за 2016-2017г., согласно представленному расчёту, составила 240 152 рубля, в том числе невыплаченная сумма пособий временной нетрудоспособности - <данные изъяты> рубля.

Согласно абз. 1 ст. 236 ТК РФ - При нарушении работодателем установленного срока ответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или), других выплат, причитающихся работнику, работодатель обязан выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от не выплаченных в срок сумм за каждый день задержки начиная со следующего дня после установленного срока выплаты по день фактического расчета включительно. При неполной выплате в установленный срок заработной платы и (или) других выплат, причитающихся работнику, размер процентов, денежной компенсации) исчисляется из фактически не выплаченных в срок сумм.

Сумма процентов на дату подачи искового заявления: 10050, 7 руб.

Помимо этого, в соответствии с выработанной правовой позицией, утвержденной Постановлением Президиума Верховного Суда РФ от 10.03.2010, на основании ст. 4 Конвенции Международной организации труда 1949 г. N 95 «Об охране заработной платы» (Ратифицирована Указом Президиума Верховного Совета СССР от 31.01.1961 N 31), размер оплаты труда за время приостановления работы определяется в размере среднего заработка за весь период её

задержки.

Согласно расчёту истца <данные изъяты> рублей – средний заработок за день вынужденного прогула, начиная с 11.10.2017 года.

Ссылаясь на требования ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации, истец указывает, что испытала нравственные страдания, <данные изъяты> и просит взыскать с ООО «Мелисса» в свою пользу компенсацию морального вреда в сумме 100 000 рублей.

Далее ФИО5 дважды уточняла исковые требования, с учётом их уточнения просит взыскать с ответчика в свою пользу:

невыплаченную заработную плату за 2016 - 2017 год и пособие по временной нетрудоспособности за 2016 год, в размере: 240 152 рубля;

компенсацию за неиспользованный отпуск с 2011-2017 год, в размере: 135 064, рубля;

проценты за несвоевременную выплату заработной платы и компенсации за неиспользованный отпуск с 11.10.2017 года по 12.02.2018 года, в размере: 18 496,61 рублей, а с 13.02.2018 года - по 1/150 ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от не выплаченных в срок сумм за каждый день задержки по день фактического расчетавключительно;

оплату труда за время вынужденного прогула с 11.10.2017 года по 09.01.2018 года, в размере 55384,62 рублей;

моральный вред, в размере: 120 000 рублей;

расходы наоплату юридических услуг 30000 рублей.

Истец ФИО5 и её представитель ФИО2 в судебном заседании исковые требования с учётом их уточнения поддержали в полном объёме.

Представители ответчика, ООО «Мелисса», ФИО3 и ФИО4 иск ФИО5 не признали по следующим основаниям.

Указанные истцом факты являются вымышленными. Действительно, истец и ответчик длительное время состояли в трудовых отношениях, но не с 10 апреля 2010г., как указывает истец, а с 17 апреля 2010г., что подтверждается представленной самим истцом копией трудовой книжки, содержащей запись о приеме на работу в ООО «Мелисса», суказанием на приказ о приеме на работу № от 17 апреля 2010 г., который в последующем был представленв материалы дела ответчиком.

Кроме того, трудовые отношения расторгнуты между ФИО5 и ООО «Мелисса» с 10 октября 2016 г., на основании личного заявления истца (приказ № от 09 сентября 2016 г., и заявление ФИО5 об увольнении). При этом отсутствие записи об увольнении работника в его трудовой книжки обусловлено, написанным 13 июля 2016 г. заявлением истца с просьбой выдать трудовую книжку на руки. Дополнительными доказательствами расторжения трудовых отношений служат табели учета рабочего времени с сентября 2016 г. по декабрь 2017 г., согласно которым последним днем работы Истца было 09 сентября 2016 г., а также расчетные ведомости за 2017 г. в которых ФИО5 не отражена как получатель заработной платы в ООО «Мелисса». Согласно заявлению исх. № от 12.09.2016 г. ООО «Мелисса» обращалось в банк осуществляющий расчетно - кассовое обслуживание об отзыве ранее выданной доверенности от 11.01.2016 г. в связи с прекращением трудовых отношений с ФИО5 Данное заявление принято банком (<данные изъяты>), о чем имеется входящая запись. После увольнения ФИО5 приказом от 12 сентября 2016 г. обязанности бухгалтера возложены на <данные изъяты> К.И.

Согласно ответу на запрос суда МП КГО «<данные изъяты>», ФИО5 работала на данном предприятии в период с 21 ноября 2016 г. по 10 июля2017 г. на должности главного бухгалтера. Между МП КГО «<данные изъяты>» и ФИО5 был заключен трудовой договор по основной работе, на неопределенный срок, режим работы пятидневная рабочая неделя с продолжительностью смены 8 часов, время работы с 8:00 по 17.00ч.

Между истцом и ответчиком реально расторгнуты трудовые отношения, и подача искового заявления для него является способом незаконного обогащения.

После расторжения трудовых отношений, между ООО «Мелисса» и ФИО5 по обоюдномy согласию, ФИО5 осуществляла заполнение и сдачу отчетности в отношении ООО «Мелисса», что фактически соответствовало условиям договора гражданско-правового характера, этим фактом и объясняется наличие сведений о ФИО5 в формах СЗВ-М (ежемесячные сведения обо всех застрахованных лицах в системе пенсионного страхования). Таким образом, предоставленные формы СЗВ-М не являются доказательством наличия

между сторонами трудовых отношений.

В части взыскания компенсации за неиспользуемый отпуск с 2011 -2017 Г., в соответствие со ст. 392 ТК РФ работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права.

Исходя из вышеуказанных положений трудового законодательства, ФИО5 должна была обратиться с заявлением в суд в течение 3 месяцев с даты ее увольнения, т.е. до 09 декабря 2016 г. Истец обратилась в суд 25 декабря 2017 г., что является нарушением процессуальных сроков, при этом не заявила ходатайства о восстановлении пропущенного срока, что само по себе является основанием для отказа в удовлетворении исковых требований.

Выслушав истца, её представителя, представителей ответчика, свидетелей, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии с ч. 3 ст. 37 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, на вознаграждение за труд без какой бы то ни было дискриминации.

Согласно ост. 56 Трудового кодекса Российской Федерации, трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

В соответствии с ч. 5 ст. 21 Трудового кодекса Российской Федерации, работник имеет право насвоевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, сложностью труда, количеством и качеством выполненной работы.

Согласно положениям ст. 129 Трудового кодекса Российской Федерации, заработная плата (оплата труда работника)- вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты).

Положениями ч. 1 ст. 135 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда.

Согласно ч. 2 ст. 135 Трудового кодекса Российской Федерации системы оплаты труда, включая размеры тарифных ставок, окладов (должностных окладов), доплат и надбавок компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, системы доплат и надбавок стимулирующего характера и системы премирования, устанавливаются коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.

Согласно ст. 139 Трудового кодекса Российской Федерации для расчета средней заработной платы учитываются все предусмотренные системой оплаты труда виды выплат, применяемые у соответствующего работодателя независимо от источников этих выплат.

В соответствии с ч. 1, 2 ст. 142 Трудового кодекса Российской Федерации, работодатель и (или) уполномоченные им в установленном порядке представители работодателя, допустившие задержку выплаты работникам заработной платы и другие нарушения оплаты труда, несут ответственность в соответствии с настоящим Кодексом и иными федеральными законами.

В случае задержки выплаты заработной платы на срок более 15 дней работник имеет право, известив работодателя в письменной форме, приостановить работу на весь период до выплаты задержанной суммы.

В соответствии с правовой позицией, утвержденной Постановлением Президиума Верховного Суда Российской Федерации от 10.03.2010, на основании ст. 4 Конвенции Международной организации труда 1949 г. N 95 «Об охране заработной платы» (Ратифицирована Указом Президиума Верховного Совета СССР от 31.01.1961 N 31), размер оплаты труда за время приостановления работы определяется в размере среднего заработка за весь период её

задержки.

Особенности порядка исчисления средней заработной платы (среднего заработка) предусмотрены Положением, утвержденным Постановлением Правительства Российской Федерации от 24 декабря 2007 года № 922.

В соответствии с п. 4 указанного выше Постановления расчет среднего заработка работника независимо от режима его работы производится исходя из фактически начисленной ему заработной платы и фактически отработанного им времени за 12 календарных месяцев, предшествующих периоду, в течение которого за работником сохраняется средняя заработная плата. При этом календарным месяцем считается период с 1-го по 30-е (31-е) число соответствующего месяца включительно (в феврале - по 28-е (29-е) число включительно).

В случае если один или несколько месяцев расчетного периода отработаны не полностью или из него исключалось время в соответствии с пунктом 5 настоящего Положения, средний дневной заработок исчисляется путем деления суммы фактически начисленной заработной платы за расчетный период на сумму среднемесячного числа календарных дней (29,3), умноженного на количество полных календарных месяцев, и количества календарных дней в неполных календарных месяцах.

Количество календарных дней в неполном календарном месяце рассчитывается путем деления среднемесячного числа календарных дней (29,3) на количество календарных дней этого месяца и умножения на количество календарных дней, приходящихся на время, отработанное в данном месяце.

Согласно ч. 1 ст. 236 Трудового кодекса Российской Федерации, при нарушении работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, работодатель обязан выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от не выплаченных в срок сумм за каждый день задержки начиная со следующего дня после установленного срока выплаты по день фактического расчета включительно. При неполной выплате в установленный срок заработной платы и (или) других выплат, причитающихся работнику, размер процентов (денежной компенсации) исчисляется из фактически не выплаченных в срок сумм.

В соответствии со ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Согласно ч. 1 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В судебном заседании установлено, чтоистец ФИО5 состояла в трудовых отношениях с ООО «Мелисса».

Согласно приказу № от 17.04. 2010 года ФИО5 принятав ООО «Мелисса» на должность главного бухгалтера (т № 2 л.д.54).

Согласно справкам формы 2–НДФЛ и сведениям сайта Федеральной налоговой службы, её заработная плата составляет 20 000 рублей в месяц (т № 1 л.д. 54–57).

Представители ответчика ООО «Мелисса» обосновывают свои возражения против иска ФИО5 тем, что она была уволена из ООО «Мелисса» приказом № от 09.09.2016г. (т № 1 л.д.77) с 10.09.2016г. на основании её личного заявления от 09.09.2016г. (т № 1 л.д.78).

Суд находит данное утверждение несостоятельным исходя из следующего.

С 03.10.2017г. на основании заявления ФИО5 (т № 2 л.д.40) Государственной инспекцией труда в Кемеровской области была начата внеплановая проверка ООО «Мелисса» (т № 2 л.д.5–8).

В ходе проверки Государственной инспекции труда в Кемеровской области была предоставлена справка № от 01.09.2017г. за подписью директора ООО «Мелисса» о том, что ФИО5 работает в ООО «Мелисса» в должности бухгалтера 10.04.2010. (т № 2 л.д.41).

Кроме того, Государственной инспекции труда в Кемеровской области была предоставлена справка ООО «Мелисса» от 22.08.2017г. о доходах физического лица формы № 2–НДФЛ на ФИО5 за период с января по август 2017г. включительно (т № 2л.д.42).

Представленные ответчиком суду расчётные ведомости (т № 1 л.д. 114–125), и табели учёта рабочего времени за период с сентября 2016г. по декабрь 2017г. (т № 1 л.д. 126–141), не содержащие сведений о должности «Главный бухгалтер» и личных данных ФИО5, суд не находит достоверными, поскольку ранее ответчик предоставлял Государственной инспекции труда в Кемеровской области штатное расписание (т № 2 л.д. 60–61) и расчётные ведомости (т № 2 л.д.64–105), содержащие эти сведения.

Как пояснила ФИО5 в судебном заседании, заявление об увольнении от 09.09.2016г. (т. № 1 л.д. 78), на которое ссылается ответчик как на доказательство её увольнения по собственному желанию 10.09.2016г. она направила в ООО «Мелисса» заказным письмом с описью и уведомлением и сама же получила его 13.09.2016г. После чего передумала увольняться, заявление положила в рабочий стол, откуда его впоследствии взяли представители ответчика и использовали в своих целях.

В подтверждение своих доводов ФИО5 представила суду подлинный конверт ценного письма, адресованного ООО «Мелисса» (т. №3л.д. 28), подлинник описи вложения в данный конверт (т. № 3 л.д. 27), из которого следует, что данным вложением являлось заявление об увольнении от 09.09.2016г., и подлинник почтового уведомления (т. № 3 л.д. 26), из которого следует, что почтовое отправление получено самой же ФИО5 13.09.2016г.

Таким образом, приказ об увольнении ФИО5 по собственному желанию № (т. № 1 л.д. 77) не мог быть издан 09.09.2016г., поскольку заявление истца об увольнении на тот момент в ООО «Мелисса» не поступало. По этой же причине не мог быть составлен и подписан акт об отказе подписания указанного приказа истцом от 09.09.2016г. (т. № 1 л.д. 174).

Кроме того, суд находит несостоятельным довод представителей ответчика о том, что поскольку истец работала в МП КГО «<данные изъяты>» в период с 21 ноября 2016 г. по 10 июля 2017 г. в должности главного бухгалтера, между ним и ФИО5 был заключен трудовойдоговор по основной работе, на неопределенный срок, режим работыпятидневная рабочая неделя с продолжительностью смены 8 часов, время работы с 8:00 по 17.00ч., трудовые отношения между ней и ответчиком отсутствовали.

Так, в судебном заседании ФИО5 не отрицала, что действительно работала в МП КГО «<данные изъяты>» главным бухгалтером в указанный период и на указанных условиях, что подтверждается также трудовым договором № от 21.11.2016г. (т. № 1 л.д. 100–101) и подтвердил опрошенный в качестве свидетеля директор МП КГО «<данные изъяты>» К.С. Однако она выполняла свою работу в ООО «Мелисса» в свободное время, в обеденный перерыв, после 17.00ч. и в субботу, когда ООО «Мелисса» работает, а также дистанционно, против чего ответчик не возражал.

В материалах дела имеется ответ ООО «Мелисса» от 03.10.2017г. за подписью директора Н.Г. на запрос Государственной инспекции труда в Кемеровской области№ от 29.09.2017г. о том, что ООО «Мелисса» в срок до 03.10.2017 года не имеет возможности предоставить полный пакет запрашиваемых документов в отношении выплат сотруднику ООО «Мелисса», занимающему должность главного бухгалтера ООО «Мелисса» ФИО5.

ФИО5 работает главным бухгалтером ООО «Мелисса» и соответственно все документы необходимые для проверки /кадровые документы, документы по начислению и выдаче заработной платы, платежные ведомости/ находятся у главного бухгалтера. С июля 2016 года местом исполнения трудовых обязанностей фактически является домашний адрес ФИО5 <адрес>, и соответственно в офисе ООО «Мелисса» появляется очень редко и на телефонные звонки не отвечает. В силу своих должностных обязанностей ФИО5 оформляет ведомости по начислению заработной платы дома (т. № 2 л.д. 46).

Таким образом, доводы истца о порядке осуществления трудовых обязанностей в ООО «Мелисса» в период работы в МП КГО «<данные изъяты>» полностью подтверждаются документом, подписанным директором ООО «Мелисса».

Кроме того, в спорный период времени, якобы, после её увольнения, ФИО5 от имени ООО «Мелисса» выдавались доверенности: от 23.11.2016г. на получение информации в Киселёвском городском суде (т. № 2 л.д. 247), от 21.12.2016г. на представительство в судах (т. № 2 л.д. 248), от 07.03.2017г. на представительство в судах (т. № 2 л.д. 249), от 10.05.2017г. на представительство в судах (т. № 2 л.д. 250), от 30.07.2017г. на получение информации в ИФНС № 11 по КО (т. № 2 л.д. 251).

В обоснование своей позиции ответчик представил суду свидетелей.

Так, свидетель Б., <данные изъяты> ООО «Мелисса», пояснила, что знает истца по работе. С 11.02.2016 г. по настоящий день она работает в ООО «Мелисса». Когда она устроилась работать в ООО «Мелисса» истец работала в должности бухгалтера. Сейчас она не работает. С лета 2016 года она приходила 1 раз в неделю, потом стала приходить реже. С конца 2016 года истец не работает в ООО «Мелисса».

Также свидетель пояснила, что пописывала акт об отказе подписания приказа истцом ФИО5 09.09.2016 года. Истец ФИО5 написала заявление об увольнении по собственному желанию, после чего был составлен приказ об увольнении ФИО5, но истец данный приказ не подписала. Так как истец отказалась подписывать приказ, то был составлен акт об отказе подписания приказа истцом ФИО5 09.09.2016 года. Акт она подписывала днем в обеденный перерыв. Истец не подписала акт, и её пригласили в кабинет К.И., ФИО3 Так же в кабинете была истец ФИО5 ФИО5 ничем не мотивировала свой отказ подписывать приказ об увольнении по собственному желанию. Претензий ФИО5 не предъявляла, просто отказалась подписывать.

Свидетель Л., <данные изъяты> ООО «Мелисса», пояснила, что работает в ООО «Мелисса» с августа 2017 года в должности <данные изъяты>. ФИО5 она не знает, и никогда ее не видела. Сейчас К.И. работает в должности бухгалтера.

Свидетельтакже пояснила, что работает с понедельника по субботу с 08-00 до 16-00, воскресенье выходной день.

Свидетели М., <данные изъяты> ООО «Мелисса», и К., <данные изъяты>, пояснили, что не видели истца в обеденный перерыв и в субботу.

Свидетель Р., <данные изъяты>, киоск которой находится у входа в ООО «Мелисса», дала аналогичные пояснения.

Свидетель З., <данные изъяты>, ООО «<данные изъяты>», пояснил, что осуществляет контроль за приходом, уход сотрудников по <адрес>, там находится много организацией. Визуально знает сотрудников. Знает истца, она работала с 2012 по 2016 гг. в ООО «Мелисса». У него график работы 5/2. В 2016 году она работала, сейчас он её не видит с сентября 2016 года.

Свидетель Р.М., <данные изъяты> ООО <данные изъяты>, дал аналогичные пояснения.

Суд критически оценивает и не находит достоверными пояснения свидетелей, являющихся сотрудниками ООО «Мелисса» – Б., Л., М., так как они заинтересованы в исходе дела, а также Р., которая на вопрос истца ответила, что ранее действительно состояла с ООО «Мелисса» в фиктивных трудовых отношениях с целью получения официального трудового стажа. Кроме того, пояснения свидетеля Б. об обстоятельствах подписания акта об отказе истца подписать приказ об увольнении противоречат письменным доказательствам, изложенным выше.

Также суд не находит достоверными пояснения свидетелей З. и Р.М.

Согласно ч. 1 ст. 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, обстоятельства, признанные судом общеизвестными, не нуждаются в доказывании.

В пределах города Киселёвска общеизвестным является то обстоятельство, что в трёхэтажном офисном здании по <адрес> (бывшее здание «<данные изъяты>», расположенное в центре города), где находится ООО «Мелисса», размещается большое количество разнообразных организаций со значительным числом сотрудников и посетителей. При этом свидетели З. и Р.М. спустя 1,5–2 года помнят время и периодичность посещения здания одной из сотрудниц одной из многочисленных организаций, в нём находящихся.

Суд также критически расценивает и находит несостоятельными доводы представителя ответчика ФИО3 о том, что ФИО5 ранее совершила хищение денежных средств с банковского счёта ООО «Мелисса» и в апреле 2016г. пыталась совершить хищение вновь, но сотрудники банка заметили, что подпись ФИО3 в платёжном документе является поддельной. После чего ФИО5 была лишена большей части своих полномочий как главного бухгалтера и впоследствии уволилась с 10.09.2016г.

Так, согласно ст. 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.

В соответствии с ч. 1 ст. 49 Конституции Российской Федерации, каждый обвиняемый в совершении преступления считается невиновным, пока его виновность не будет доказана в предусмотренном федеральным законом порядке и установлена вступившим в законную силу приговором суда.

Таким образом, единственным возможным допустимым доказательством совершения кем–либо преступления – хищения денежных средств может являться только вступивший в законную силу приговор суда. Подобное доказательство ответчиком представлено не было. Более того, представитель ООО «Мелисса» ФИО3 пояснила, что по факту хищения денежных средств не обращалась в правоохранительные органы до настоящего времени.

Представители ответчика не отрицают факт невыплаты истцу заработной платы за период после 10.09.2016г.

05.10.2017г. истец направила ответчику заявление о выплате задолженности по заработной плате в течение 3–х дней, уведомив, что в случае невыплаты приостанавливает работу до полного погашения задолженности по заработной плате (т. № 1 л.д. 15).

Согласно ч. 3 ст. 80 Трудового кодекса Российской Федерации, в случаях, когда заявление работника об увольнении по его инициативе (по собственному желанию) обусловлено невозможностью продолжения им работы (зачисление в образовательную организацию, выход на пенсию и другие случаи), а также в случаях установленного нарушения работодателем трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, локальных нормативных актов, условий коллективного договора, соглашения или трудового договора работодатель обязан расторгнуть трудовой договор в срок, указанный в заявлении работника.

Основываясь на положениях данной правовой нормы, ФИО5 08.01.2018 года направила телеграмму - заявление об увольнении ответчику, 09.01.2018 года телеграмма получена ООО «Мелисса» (т. № 1 л.д. 58).

Истцом был произведён расчёт задолженности по заработной плате. Согласно указанному расчёту, невыплаченная заработная плата за 2016 - 2017 год и пособие по временной нетрудоспособности за 2016 год составили 240 152 рубля, компенсация за неиспользованный отпуск с 2011-2017 год135 064, рубля.

Представители ответчика не отрицают факт невыплаты истцу части заработной платы, произведенный истцом расчет и сумма недоплаты ответчиком также не оспариваются, контррасчёт не представлен, в связи с чем, суд полагает необходимым взыскать с ответчика в пользу истца указанные суммы.

Кроме того, проценты за несвоевременную выплату заработной платы и компенсации за неиспользованный отпуск за период с 11.10.2017 года по 12.02.2018 года, составили 18 496,61 рублей, а с 13.02.2018г. года - по 1/150 ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от не выплаченных в срок сумм за каждый день задержки по день фактического расчета включительно, оплата труда за время вынужденного прогулас 11.10.2017 года по 09.01.2018 года, в размере 55384,62 рублей.

Суд также полагает необходимым взыскать указанные суммы, но произвести расчётпроцентов за несвоевременную выплату заработной платы и компенсации за неиспользованный отпуск на дату вынесения судебного решения, 23.05.2018г. (истцом выполнен расчёт на 12.02.2018г.) с учётом снижения ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации с 26.03.2018г. с 7,5% до 7,25%, исходя из следующего расчёта.

С 13.02.2018г. по 25.03.2018г. – 7,5%, количество дней просрочки 41.

С 26.03.2018г. по 23.05.2018г. – 7,25%, количество дней просрочки 59.

240 152 + 135 064, 94 = 375 216,94 руб. – общая сумма задолженности.

(375 216,94 * 1/150 * 7,5% * 41) + (375 216,94 * 1/150 * 7,25% *

* 59) + 18 496,61 = 36 888,50 руб.

Истцом ФИО5 заявлены также требования о компенсации морального вреда, с учётом уточнения, в сумме 120 000 рублей, которые она обосновывает тем, что испытала нравственные страдания, <данные изъяты>.

В соответствии со ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Согласно разъяснению, содержащемуся в п. 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости (ст.ст. 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Поскольку судом установлено нарушение трудовых прав истца ФИО5, в силу положений ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации, ответчик обязан возместить ей причиненный моральный вред, который с учетом обстоятельств причинения морального вреда, а также требований разумности и справедливости суд определяет в сумме 10 000 рублей, при этом учитывает, что незаконные действия ответчика причинили истцу нравственные и физические страдания, <данные изъяты>.

Кроме того, истец ФИО5 просит взыскать с ответчика в свою пользу расходы на оплату услуг представителя в сумме 30 000 рублей.

На основании ст. 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Согласно ст. 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся: суммы, подлежащие выплате свидетелям, экспертам, специалистам и переводчикам; расходы на оплату услуг переводчика, понесенные иностранными гражданами и лицами без гражданства, если иное не предусмотрено международным договором Российской Федерации; расходы на проезд и проживание сторон и третьих лиц, понесенные ими в связи с явкой в суд; расходы на оплату услуг представителей; расходы на производство осмотра на месте; компенсация за фактическую потерю времени в соответствии со статьей 99 настоящего Кодекса; связанные с рассмотрением дела почтовые расходы, понесенные сторонами; другие признанные судом необходимыми расходы.

Из положений ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации следует, что стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

На основании ч. 1 ст. 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Факт несения ФИО5 судебных расходов в виде оплаты юридических услуг подтвержден договором на оказание юридических услуг № от 06.12.2007г. (т. № 1 л.д. 61), и квитанцией к приходному кассовому ордеру (т. № 1 л.д. 60).

Осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц (ч. 3 ст. 17 Конституции Российской Федерации).

Реализуя указанное положение, часть 1 ст. 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации закрепляет обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах,

Учитывая то обстоятельство, а также требования разумности и справедливости, объем оказанных услуг, сложность рассматриваемого спора, суд приходит к выводу о необходимости взыскания с ответчика в возмещение понесенных истцом расходов на оплату услуг представителя в сумме 15 000 рублей.

В соответствии с ч. 1 ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

По смыслу пп. 1 п. 1 ст. 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации и ст. 393 Трудового кодекса Российской Федерации работники при обращении в суд с исками, вытекающими из трудовых отношений, в том числе по поводу невыполнения либо ненадлежащего выполнения условий трудового договора, носящих гражданско-правовой характер, освобождаются от уплаты судебных расходов.

Поскольку истец ФИО5 при подаче искового заявления, содержащего требования, вытекающие из трудовых отношений, освобождена от уплаты судебных расходов, государственная пошлина в соответствии со ст. ст. 333.19 и 333.20 Налогового кодекса Российской Федерации подлежит взысканию с ответчика ООО «Мелисса», не освобожденного от уплаты судебных расходов, в 7 806 руб. 02 коп.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л :

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Мелисса» в пользу ФИО5:

невыплаченную заработную плату за 2016 – 2017 годы и пособие по временной нетрудоспособности за 2016 год в сумме 240 152 рубля;

компенсацию за неиспользованный отпуск за 2011–2017 годы в сумме 135 064 рубля 94 коп.;

оплату труда за время вынужденного прогула за период с 11.10.2017 года по 09.01.2018 года в сумме 55 384 рубля 62 коп.;

компенсацию морального вреда в сумме 10 000 рублей;

возмещение расходов на оплату юридических услуг представителя в сумме 15 000 рублей;

проценты за несвоевременную выплату заработной платы, пособия по временной нетрудоспособности за 2016 год и компенсации за неиспользованный отпуск за период с 11.10.2017 года по 23.05.2018 года включительно в сумме 36 888 рублей 50 коп., а всего 492 490 (четыреста девяносто две тысячи четыреста девяносто) рублей 06 коп.

Взыскивать с Общества с ограниченной ответственностью «Мелисса» в пользу ФИО5, по 1/150 ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от не выплаченных в срок сумм невыплаченной заработной платы за 2016 - 2017 годы и пособия по временной нетрудоспособности за 2016 год, а также компенсации за неиспользованный отпуск за 2011-2017 годы, за каждый день задержки, начиная с 24.05.2018 года до дня фактической выплаты.

В удовлетворении исковых требований о взыскании с Общества с ограниченной ответственностью «Мелисса» компенсации морального вреда в сумме 110 000 рублей и возмещения расходов на оплату юридических услуг представителя в сумме 15 000 рублей ФИО5 отказать.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Мелисса» госпошлину в доход бюджета в сумме 7 806 (семь тысяч восемьсот шесть) рублей 02 коп.

Решение может быть обжаловано в Кемеровский областной суд в течение одного месяца.

Мотивированное решение изготовлено 28.05.2018г.

Судья И.Н. Дягилева

Решение в законную силу не вступило.

В случае обжалования судебного решения сведения об обжаловании и о результатах обжалования будут размещены в сети «Интернет» в установленном порядке.