Постановление № 1-1/2019 1-112/2018 от 4 февраля 2019 г. по делу № 1-1/2019

Дело № 1-1/2019


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

о прекращении уголовного преследования

город Мончегорск 04 февраля 2019 года

Мончегорский городской суд Мурманской области в составе председательствующего судьи Маркова С.И.,

при секретарях Чубан Е.В., Александровой Е.В., Кобелевой Ю.В.,

с участием государственных обвинителей Петровичева Д.С., Яковлева А.В.,

представителей потерпевших Н.Е.А., Т.Д.С.,

подсудимой и гражданского ответчика ФИО1,

защитника адвоката Сулейманова Х.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении

ФИО2, <дд.мм.гггг> г.р., уроженки города ...., гражданки ...., с .... образованием, ...., иждивенцев не имеющей, инвалидом не являющейся, работающей .... зарегистрированной и фактически проживающей по адресу: <адрес>, ранее не судимой,

обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 285 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее по тексту – УК РФ),

У С Т А Н О В И Л:

В производстве Мончегорского городского суда находится уголовное дело по обвинению ФИО2 в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 285 УК РФ.

Органом предварительного расследования ФИО3 предъявлено обвинение в использовании должностным лицом своих служебных полномочий вопреки интересам службы, которое было совершено из корыстной и иной личной заинтересованности и повлекло существенное нарушение прав и законных интересов организации и охраняемых законом интересов общества и государства.

Согласно предъявленному обвинению, ФИО2 работает врачом общей практики ГОАУЗ «Мончегорская центральная районная больница» (далее по тексту – МЦРБ) и является должностным лицом, поскольку наделена организационно-распорядительными функциями. В период времени с <дд.мм.гггг> по <дд.мм.гггг> ФИО2, находясь в городе Мончегорске в офисе врача общей практики, действуя вопреки интересам службы, из корыстной заинтересованности (с целью получения материальной выгоды для себя в виде получения субвенции) и иной личной заинтересованности (с целью улучшить показатели своей работы и создать видимость добросовестного исполнения своих обязанностей), оформила четырнадцать карт учета диспансеризации, являющиеся официальными документами, в которые собственноручно рукописным способом внесла заведомо ложные сведения о прохождении жителями города Мончегорска медицинских мероприятий по диспансеризации, после чего удостоверила внесенные сведения своими персональным данными и подписью.

Впоследствии на основании этих карт учета диспансеризации были внесены сведения в реестры МЦРБ о проведении диспансеризации, которые поданы в страховые компании, после чего на основании этих сведений страховые компании за счет средств Территориального фонда обязательного медицинского страхования Мурманской области (далее по тексту – ТФОМС, Фонд) оплатили МЦРБ прохождение четырнадцатью гражданами диспансеризации в сумме 19 607 рублей 79 копеек.

По мнению органа предварительного расследования, в результате умышленных действий ФИО2 были существенно нарушены права и законные интересы ТФОМС (созданы препятствия в исполнении названной организацией своих обязанностей по законному распределению денежных средств), а также существенно нарушены права и законные интересы общества и государства (в виде подрыва авторитета органов здравоохранения и создания отрицательной оценки их деятельности, несоблюдения конституционного права на охрану здоровья и медицинскую помощь). Кроме того, в результате этих же действий ФИО2 обеспечила для себя получение денежных средств в виде субвенции за выполнение плана диспансеризации в .... года по 4 600 рублей за каждый месяц, а всего в сумме 27 600 рублей.

В ходе судебного разбирательства государственный обвинитель Яковлев А.В., руководствуясь частью 7 статьи 246 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту – УПК РФ), полностью отказался от предъявленного подсудимой обвинения и просил уголовное преследование в отношении ФИО2 прекратить на основании пункта 1 части 1 статьи 27 УПК РФ в связи с ее непричастностью к совершению преступления, указав в обоснование следующее.

По мнению государственного обвинителя, исследованными в судебном разбирательстве доказательствами достоверно установлено, что в четырнадцать карт учета диспансеризации неустановленным лицом были внесены недостоверные сведения о прохождении гражданами <адрес> диспансеризации в .... году, хотя фактически указанные в этих картах граждане диспансеризацию не проходили. Впоследствии на основании этих же карт учета диспансеризации страховыми компаниями за счет средств Территориального фонда обязательного медицинского страхования Мурманской области на счет ГОАУЗ «....» были перечислены денежные средства в сумме 19 607 рублей 79 копеек, чем Фонду был причинен материальный ущерб в указанном размере.

Вместе с тем, государственный обвинитель полагает достоверно установленным и тот факт, что ФИО2 свои персональные данные в названные карты учета диспансеризации не вносила и подписи свои в этих картах не ставила, как это вменялось подсудимой согласно предъявленному ей обвинению, то есть ФИО2 не выполняла объективную сторону преступления, предусмотренного частью 1 статьи 285 УК РФ, что и повлекло отказ государственного обвинителя от предъявленного ФИО2 обвинения.

Подсудимая ФИО2 с позицией государственного обвинителя согласилась и поддержала заявленное им ходатайство о прекращении уголовного преследования в связи с ее непричастностью к совершению преступления.

Защитник Сулейманов Х.С. в целом согласился с мнением государственного обвинителя о непричастности своей подзащитной к совершению преступления, однако полагает необходимым уголовное дело в отношении ФИО2 прекратить в связи с отсутствием события преступления. По мнению защитника, в ходе судебного разбирательства не было доказано не только выполнение подсудимой объективной стороны преступления, но и обязательные признаки субъективной стороны в виде мотива действий – корыстной или иной заинтересованности.

Выслушав участников судебного разбирательства, исследовав представленные сторонами доказательства, суд приходит к следующими выводам.

В соответствии с частью 7 статьи 246 УПК РФ если в ходе судебного разбирательства государственный обвинитель придет к убеждению, что представленные доказательства не подтверждают предъявленное подсудимому обвинение, то он отказывается от обвинения и излагает суду мотивы отказа. Полный или частичный отказ государственного обвинителя от обвинения в ходе судебного разбирательства влечет за собой прекращение уголовного дела или уголовного преследования полностью или в соответствующей его части по основаниям, предусмотренным пунктами 1 и 2 части 1 статьи 24 и пунктами 1 и 2 части 1 статьи 27 УПК РФ.

В силу пункта 2 статьи 254 УПК РФ суд прекращает уголовное дело в судебном заседании в случае отказа обвинителя от обвинения в соответствии с частью 7 статьи 246 УПК РФ.

По смыслу названных норм уголовно-процессуального закона, полный или частичный отказ государственного обвинителя от обвинения в ходе судебного разбирательства, а также изменение обвинения в сторону его смягчения предопределяет принятие судом соответствующего решения.

При этом отказ государственного обвинителя от обвинения, влекущий прекращение уголовного дела, должен быть мотивирован со ссылкой на предусмотренные законом основания, а вынесение судом решения, обусловленного соответствующей позицией государственного обвинителя, допустимо лишь после завершения исследования в процедуре, отвечающей требованиям состязательности, значимых для этого материалов дела и заслушивания мнений участников судебного заседания со стороны обвинения и стороны защиты об обоснованности позиции государственного обвинителя.

Оценивая полный отказ государственного обвинителя от поддержания обвинения в отношении ФИО2 в связи с непричастностью к совершению преступления, доводы стороны обвинения суд находит достаточно мотивированными и обоснованными, при этом все доказательства, значимые для такого решения государственного обвинителя, были непосредственно исследованы в ходе судебного разбирательства.

Так, вопреки обвинению, предъявленному ФИО2 органом предварительного расследования, исследованными в ходе судебного разбирательства доказательствами с необходимой достаточностью установлено, что свои персональные данные в четырнадцать карт учета диспансеризации формы «131/у» подсудимая ФИО2 не вносила, своих подписей в них не ставила. К таким доказательствам суд, в частности, относит:

– показания подсудимой ФИО2 в судебном заседании, которая категорически отрицала собственноручное внесение ею своих персональных данных и подписей в интересующие карты учета диспансеризации;

– показания свидетеля Г.А.Н., которая после ознакомления с имеющимися в материалах уголовного дела копиями карт формы «131/у» однозначно пояснила суду, что все эти карты заполнены не врачом ФИО2, ее подписей в этих картах нет; пять карт заполнены лично ею (Г.А.Н.), она по подчерку узнает, кто заполнил остальные карты, но это не ФИО2;

– заключение эксперта №.... от <дд.мм.гггг>, согласно которому рукописные тексты и подписи от имени ФИО2 в графе «ФИО и подпись врача, ответственного за проведение диспансеризации» 13-ти представленных на исследование карт учета диспансеризации учетной формы «131/у» выполнены не ФИО2, а иным лицом, а также другие исследованные в судебном заседании доказательства.

Довод защитника Сулейманова Х.С., полагавшего необходимым прекратить уголовное дело в отношении ФИО2 в связи с отсутствием события преступления, суд оценивает как несостоятельный и во внимание не принимает.

Делая такой вывод, суд обращает внимание на положения частей 2 и 3 статьи 15 УПК РФ, в силу которых функции обвинения, защиты и разрешения уголовного дела отделены друг от друга; суд не является органом уголовного преследования, не выступает на стороне обвинения или стороне защиты; суд лишь создает необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав.

По смыслу названных норм уголовно-процессуального закона во взаимосвязи с вышеуказанными положениями части 7 статьи 246 и части 2 статьи 254 УПК РФ суд связан с позицией стороны обвинения, отказавшейся от поддержания обвинения в отношении подсудимой именно в связи с ее непричастностью к совершению преступления.

Другими словами, разрешая заявленные государственным обвинителем отказ от поддержания обвинения и ходатайство о прекращении уголовного преследования в отношении ФИО2 в связи с ее непричастностью к совершению преступления, суд не вправе выйти за пределы разрешаемого ходатайства. Соответственно, обсуждение иных вопросов, в том числе вопросов наличия либо отсутствия в действиях неустановленных лиц других обязательных признаков объективной и субъективной сторон преступления, предусмотренного статьей 285 УК РФ, и, как следствие, обсуждение вопросов наличия либо отсутствия в действиях неустановленных лиц состава названного преступления, на данной стадии судебного разбирательства к полномочиям суда не относится, иное противоречило бы требованиям статьи 15 УПК РФ.

Таким образом, суд приходит к выводу, что уголовное преследование в отношении ФИО2 следует прекратить на основании пункта 1 части 1 статьи 27 УПК РФ в связи с непричастностью подсудимой к совершению преступления.

В соответствии с пунктом 2 части 2 статьи 133 УПК РФ подсудимая ФИО2, уголовное преследование в отношении которой прекращается в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения, имеет право на реабилитацию.

Ссылаясь на пункт 11 части 4 статьи 44 УПК РФ государственный обвинитель отказался от гражданского иска, заявленного к ФИО2 прокурором <адрес> в интересах Территориального фонда обязательного медицинского страхования <адрес>, в связи с чем в соответствии с частью 5 названной нормы уголовно-процессуального закона производство по гражданскому иску следует прекратить.

Поскольку настоящим постановлением судом принимается вышеуказанное решение, то в силу части 3 статьи 306 УПК РФ уголовное дело вместе с вещественными доказательствами подлежит направлению руководителю следственного органа для производства предварительного расследования и установления лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняемого.

На основании изложенного, руководствуясь частью 2 статьи 254, статьей 256, частью 3 статьи 306 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Уголовное преследование в отношении ФИО2, <дд.мм.гггг> г.р., обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 285 Уголовного кодекса Российской Федерации, прекратить на основании пункта 1 части 1 статьи 27 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с непричастностью подсудимой к совершению преступления.

На основании части 5 статьи 44 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации производство по гражданскому иску, заявленному прокурором <адрес> к ФИО2 в интересах Территориального фонда обязательного медицинского страхования <адрес>, – прекратить.

В соответствии с пунктом 2 части 2 статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации признать за ФИО2 право на реабилитацию.

В соответствии с частью 3 статьи 306 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации направить настоящее уголовное дело вместе с вещественными доказательствами руководителю следственного отдела по городу Мончегорск Следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по <адрес> для производства предварительного расследования.

Постановление может быть обжаловано в апелляционном порядке в Мурманский областной суд через Мончегорский городской суд в течение десяти суток со дня его провозглашения.

Председательствующий С.И. Марков