Постановление № 5-24/2017 от 21 августа 2017 г. по делу № 5-24/2017

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

22 августа 2017 г. г. Сенгилей

Судья Сенгилеевского районного суда Ульяновской области Шлейкин М.И., при секретаре Бессольцевой Ю.В., с участием переводчика ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании дело об административном правонарушении в отношении

ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца Республики Узбекистан, гражданина Республики Узбекистан, проживающего без регистрации по адресу: <адрес>

в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1.1 ст. 18.8 КоАП РФ,

У С Т А Н О В И Л:

22.08.2017 года участковым уполномоченным полиции МО МВД России «Сенгилеевский» на гражданина Республики Узбекистан ФИО2 составлен административный протокол за совершение административного правонарушения, предусмотренного ч. 1.1 ст. 18.8 КоАП РФ.

По мнению указанного должностного лица, правонарушение выразилось в том, что ФИО2 допустил нарушение режима пребывания (проживания) иностранных граждан в Российской Федерации, выразившееся в отсутствии документов, подтверждающих право на пребывание (проживание) в Российской Федерации

Протокол об административном правонарушении в отношении ФИО2 передан на рассмотрение в районный суд.

В судебном заседании ФИО2 вину в совершении указанного правонарушения признал.

Выслушав пояснения ФИО2, исследовав представленные материалы, прихожу к следующему.

Исходя из положений ч. 1 ст. 1.6 КоАП РФ обеспечение законности при применении мер административного принуждения предполагает не только наличие законных оснований для применения административного наказания, но и соблюдение установленного законом порядка привлечения лица к административной ответственности.

В соответствии со ст. 24.1 КоАП РФ задачами производства по делам об административных правонарушениях являются всестороннее, полное, объективное и своевременное выяснение обстоятельств каждого дела, разрешение его в соответствии с законом.

Согласно ст. 26.1 КоАП РФ к числу обстоятельств, подлежащих выяснению по делу об административном правонарушении, относятся: наличие события административного правонарушения, лицо, совершившее противоправные действия (бездействие), за которые настоящим Кодексом или законом субъекта Российской Федерации предусмотрена административная ответственность, виновность лица в совершении административного правонарушения, обстоятельства, исключающие производство по делу об административном правонарушении и иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела, а также причины и условия совершения административного правонарушения.

Как следует из представленных материалов, ФИО2 является гражданином Республики Узбекистан.

В ходе рассмотрения настоящего дела установлено, что ФИО2 русским языком не владеет и его не понимает, в связи с чем к участию в деле был привлечен переводчик.

Однако, сам протокол об административном правонарушении в отношении ФИО2 составлен без участия переводчика, объяснения у ФИО2 отобраны также без участия переводчика, перевод протокола ФИО2 предоставлен не был.

Вышеуказанные обстоятельства свидетельствуют о нарушении прав ФИО2 как лица, привлекаемого к административной ответственности.

В соответствии со ст. 26.2 КоАП РФ доказательствами по делу об административном правонарушении являются любые фактические данные, на основании которых судья, орган, должностное лицо, в производстве которых находится дело, устанавливают наличие или отсутствие события административного правонарушения, виновность лица, привлекаемого к административной ответственности, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела (ч. 1).

Эти данные устанавливаются протоколом об административном правонарушении, иными протоколами, предусмотренными настоящим Кодексом, объяснениями лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, показаниями потерпевшего, свидетелей, заключениями эксперта, иными документами, а также показаниями специальных технических средств, вещественными доказательствами (ч. 2).

Не допускается использование доказательств по делу об административном правонарушении, в том числе результатов проверки, проведенной в ходе осуществления государственного контроля (надзора) и муниципального контроля, если указанные доказательства получены с нарушением закона (ч. 3).

Согласно разъяснениям п. 18 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от дата N 5 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях» при рассмотрении дела об административном правонарушении собранные по делу доказательства должны оцениваться в соответствии со ст. 26.11 КоАП РФ, а также с позиции соблюдения требований закона при их получении (ч. 3 ст. 26.2 КоАП РФ).

Нарушением, влекущим невозможность использования доказательств, может быть признано, в частности, получение объяснений потерпевшего, свидетеля, лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, которым не были предварительно разъяснены их права и обязанности, предусмотренные ч. 1 ст. 25.1, ч. 2 ст. 25.2, ч. 3 ст. 25.6 КоАП РФ, ст. 51 Конституции Российской Федерации, а свидетели, специалисты, эксперты не были предупреждены об административной ответственности соответственно за дачу заведомо ложных показаний, пояснений, заключений по ст. 17.9 КоАП РФ, а также существенное нарушение порядка назначения и проведения экспертизы.

В пункте 4 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2005 N 5 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях» указано, что существенным недостатком протокола является отсутствие данных, прямо перечисленных в части 2 статьи 28.2 КоАП РФ, и иных сведений в зависимости от их значимости для данного конкретного дела об административном правонарушении (например, отсутствие данных о том, владеет ли лицо, в отношении которого возбуждено дело об административном правонарушении, языком, на котором ведется производство по делу, а также данных о предоставлении переводчика при составлении протокола и т.п.).

Учитывая вышеизложенное, прихожу к выводу о том, что поскольку протокол об административном правонарушении в отношении ФИО2 составлен без участия переводчика, т.е. с нарушением требований закона, то он (протокол) не может служить доказательствами по данному делу.

При нарушении установленной процедуры протокол не может рассматриваться в силу ч. 3 ст. 26.2 КоАП РФ в качестве доказательства, поскольку несоблюдение процессуального порядка получения доказательства делает его недопустимым.

Другими словами, использование доказательств, полученных с нарушением закона, недопустимо.

Изложенное свидетельствует о том, что составленный в отношении ФИО2 протокол является недопустимым доказательством и лишает возможности проверить обоснованность вмененного нарушения.

Согласно ч. 1 и 4 ст. 1.5 КоАП РФ лицо подлежит административной ответственности только за те административные правонарушения, в отношении которых установлена его вина. Неустранимые сомнения в виновности лица, привлекаемого к административной ответственности, толкуются в пользу этого лица.

В соответствии со ст. 24.5 КоАП РФ производство по делу об административном правонарушении не может быть начато, а начатое производство подлежит прекращению при отсутствии состава административного правонарушения, предусмотренного КоАП РФ.

При таких обстоятельствах, административное производство в отношении ФИО2 подлежит прекращению в связи с отсутствием состава административного правонарушения.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 29.9 - 29.10 КоАП РФ, судья

П О С Т А Н О В И Л:

Производство по делу об административном правонарушении в отношении ФИО2 по ч. 1.1 ст. 18.8 КоАП РФ прекратить в связи с отсутствием состава административного правонарушения.

Постановление может быть обжаловано в Ульяновский областной суд через Сенгилеевский районный суд Ульяновской области в течение 10 дней.

Судья: М.И. Шлейкин