Решение № 2-468/2018 2-468/2018~М-389/2018 М-389/2018 от 17 сентября 2018 г. по делу № 2-468/2018

Дело № 2-468/2018 (УИД 24RS0040-03-2018-000391-18)


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

18 сентября 2018 года город Норильск

Норильский городской суд в районе Кайеркан г. Норильска Красноярского края

в составе председательствующего судьи Бурхановой Ю.О.,

при секретаре судебного заседания Костине В.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО6 к Государственному учреждению Управление Пенсионного Фонда РФ в г. Норильске о признании права на назначение страховой пенсии,

установил:

ФИО6 обратился в суд с иском к Управлению Пенсионного Фонда РФ (государственное учреждение) в г. Норильске о признании права на назначение досрочной страховой пенсии по старости, в обоснование заявленных требований указав, что 2 августа 2018 года он обратился к ответчику с заявлением о назначении страховой пенсии по старости в соответствии с пп. 6 ч. 1 ст. 32 Федерального закона № 400-ФЗ.. 9 августа 2018 года решением ответчика ему отказано в назначении пенсии в связи с отсутствием требуемого стажа 25 лет и стажа работы в районах Крайнего Севера. На дату обращения с заявлением о назначении пенсии его возраст составил 57 лет. Ранее с заявлением о назначении пенсии не обращался. В страховой стаж и стаж работы в районах Крайнего Севера ответчиком не были включены периоды работы у ИП ФИО1 в качестве экспедитора магазина «Мираж» с 20 июля 1997 года по 31 марта 2005 года и с 1 января 2008 года по 10 июля 2010 года, а всего 10 лет 2 месяца 22 дня. Считает отказ в назначении пенсии незаконным, т.к. он работал в указанные периоды, что подтверждается записью в трудовой книжке, справкой, выданной ИП ФИО1

Просит суд признать решение УПФР в г. Норильске Красноярского края от 9 августа 2018 года № незаконным, обязать УПФР в г. Норильске Красноярского края включить в страховой стаж и стаж работы в районах Крайнего Севера спорные периоды, обязать ответчика назначить страховую пенсию по старости с даты обращения 2 августа 2018 года.

В судебном заседании истец ФИО6 исковые требования поддержал, суду пояснив, что с 1997 года по 2010 год работал у брата ИП ФИО1 водителем-экспедитором на двух работах – непосредственно у ИП, затем и в ООО «Мираж». Работал в магазинах «Елена», «Стекляшка», в магазине на <адрес>. Как экспедитор возил продукты по заявкам товароведов магазинов, закупал их за наличный расчет на «базе Урванцева» у предпринимателей. Работал на машине УАЗ, которая, скорее всего, принадлежала ФИО1 , у него была доверенность. Работа была основная, постоянная, с режимом ежедневно с 8 утра до 6-8 часов вечера, иногда до 12 часов, без выходных, без праздников. Со слов бухгалтера знал, что за него производятся отчисления в Пенсионный фонд. Трудовые отношения, на сколько он помнит, оформлялись договором, который на руки не выдавали. Приказов о приеме-увольнении не издавали, с ними его не знакомили. Заработная плата выдавалась на руки без росписи в ведомости, в разном размере от 10 до 20 тысяч рублей. Каким образом определялся размер оплаты труда, не знает. После этого выезжал из г. Норильска, возвратился в 2015 году, 5 декабря 2015 года брат умер. В 2015-2016 году до смерти брата ему выдали справку о работе у ИП ФИО1 , бухгалтер Лидия Митрофановна внесла запись о работе в трудовую книжку. Иных подтверждающих документов не имеет. Факт его работы могут подтвердить свидетели. Просит иск удовлетворить.

Ответчиком ГУ УПФР в г. Норильске Красноярского края представлены письменные возражения на исковое заявление, из которых следует, что 2 августа 2018 года истец обратился к ГУ УПФР в г. Норильске Красноярского края с заявлением о назначении страховой пенсии по пп. 6 п. 1 ст. 32 Федерального закона № 400-ФЗ от 28 декабря 2013 года. Решением комиссии от 9 августа 2018 года № 1618075/18 истцу отказано в назначении пенсии ввиду отсутствия требуемого страхового стажа и стажа работы в районах Крайнего Севера. Возраст заявителя на дату обращения 57 лет, страховой стаж (с учетом льготного исчисления периодов работы в районах Крайнего Севера до 1 января 2002 года) – 15 лет 11 месяцев 28 дней при требуемом 25 лет, стаж работы в Районах Крайнего Севера 8 лет 8 месяцев 19 дней при требуемом 9 лет. В страховой стаж и в стаж работы в районах Крайнего Севера не включены периоды работы с 20 июля 1997 года по 31 марта 2005 года (7 лет 8 месяцев 12 дней), с 1 января 2008 года по 10 июля 2010 года (2 года 6 месяцев 10 дней) работа в качестве экспедитора магазина «Мираж» у ИП ФИО1 , т.к. не представлен документ, подтверждающий факт работы, в том числе в районах Крайнего Севера. В соответствии с действующим нормативно-правовым регулированием при подсчете страхового стажа периоды работы до регистрации гражданина в качестве застрахованного лица в соответствии с Федеральным законом № 27-ФЗ от 1 апреля 1996 года «Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования» подтверждаются на основании сведений индивидуального персонифицированного учета за указанный период и (или) документов, выдаваемых работодателями или соответствующими государственными органами в порядке, установленном законодательством Российской Федерации. Документом, подтверждающим периоды работы по трудовому договору, является трудовая книжка установленного образца. При отсутствии трудовой книжки, а также в случае, если в трудовой книжке содержатся неправильные и неточные сведения либо отсутствуют записи об отдельных периодах работы, в подтверждение периодов работы принимаются письменные трудовые договоры, оформленные в соответствии с трудовым законодательством, действовавшим на день возникновения соответствующих правоотношений, и иные документы (п. 10 Правил подсчета и подтверждения страхового стажа для установления страховых пенсий, утвержденных Постановлением Правительства РФ № 1015 от 2 октября 2014 года, а также ранее действовавшие Правила № 555 от 24 июля 2002 года). Периоды работы после регистрации гражданина в качестве застрахованного лица в соответствии с Федеральным законом № 27-ФЗ от 1 апреля 1996 года подтверждаются на основании сведений индивидуального персонифицированного учета, обязанность по предоставлению которых лежит на работодателях, при этом в силу ст. 28 Федерального закона № 400-ФЗ от 28 декабря 2014 года (ст. 25 Закона № 173-ФЗ от 17 декабря 2001 года) работодатели несут ответственность за достоверность сведений, предоставляемых для ведения индивидуального персонифицированного учета в системе обязательного пенсионного страхования. ФИО6 зарегистрирован в системе персонифицированного (индивидуального) учета с 12 декабря 2005 года. В связи с этим периоды его работы до 1 января 2002 года могут быть включены в страховой стаж и стаж работы в районах Крайнего Севера как на основании индивидуальных сведений персонифицированного учета, так и на основании документов, выданных работодателем, периоды после 1 января 2002 года - только на основании сведений персонифицированного учета. Факт работы истца у ИП ФИО1 с 20 июля 1997 года по 10 июля 2010 года вызывает сомнения. В соответствии со ст. 303 ТК РФ предприниматели не имели права вносить записи в трудовые книжки работников, а обязаны были оформить трудовой договор с работником в письменной форме и зарегистрировать этот договор в соответствующем органе местного самоуправления. Такого договора истом не представлено. Кроме того, ИП ФИО1 выдал справку ФИО6 о работе в магазине «Мираж» со ссылкой на Федеральный закон № 400-ФЗ от ДД.ММ.ГГГГ, который вступил в силу с ДД.ММ.ГГГГ, т.е. после выдачи справки № от 16 апреля 2014 года. Право вести трудовые книжки работников индивидуальные предприниматели получили с 6 октября 2006 года. Согласно выписке из ЕГРИП ФИО1 был зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя в налоговом органе с 15 марта 2005 года по 5 декабря 2015 года, в Администрации г. Норильска с 18 марта 2002 года. В УПФР в г. Норильске он поставлен на учет как индивидуальный предприниматель, не осуществляющий выплаты работникам, так и как индивидуальный предприниматель, осуществляющий выплаты работникам, с 18 ноября 2004 года на основании личного заявления. Численность работающих – 4 человека, представлены 4 трудовых договора. Трудовой договор с ФИО6 не представлен. 22 декабря 2015 года ИП ФИО1 снят с учета в связи со смертью. Согласно выписке из ЕГРЮЛ ООО «Мираж» постановлено на учет в налоговом органе с 12 октября 2005 года по 23 октября 2017 года, генеральным директором ООО является ФИО2 В УПФР в г. Норильске ООО состояло на учете с 14 октября 2005 года по 25 октября 2017 года. Согласно материалам регистрационного дела № ООО «Мираж» в период с 1 января 2002 года по 31 марта 2005 года отчетность не сдавало, уплату взносов не производило, в 2008 году не вело рабочей деятельности, заработная плата не начислялась, начисления и уплата взносов не производились, так же как и в 2009-2010 годах. В выписке из лицевого счета застрахованного лица № периоды работы истца с 1 января 2002 года по 31 марта 2005 года, с 1 января 2008 года по 10 июля 2010 года не отражены. Первичные документы о работе истца отсутствуют. Отраженный на лицевом счете истца период работы с 1 апреля 2005 года по 31 декабря 2007 года у ИП ФИО1 включен в страховой стаж и стаж работы в районах Крайнего Севера. Полагает решение об отказе в назначении пенсии обоснованным, просит в иске отказать.

В судебном заседании представитель ответчика ФИО7, действующая на основании доверенности, исковые требования не признала по изложенным выше основаниям.

По делу также допрошены свидетели ФИО3, ФИО2

Свидетель ФИО3 суду показала, что с 2004 года по 2010 год она работала у ИП ФИО1 в магазине «Полярный» товароведом. Помимо магазина «Полярный» у ИП ФИО1 были и другие магазины. Знает, что истец работал у ИП ФИО1 водителем, по работе они пересекались, она составляла заявки на продукты, ФИО6 привозил их с базы. Работал ФИО6 ежедневно. Она приходила на работу к 9 часам, он уже был, приезжал в течение дня, работал до позднего вечера. Поскольку до трудоустройства была покупателем в магазинах ИП ФИО1 , знает, что и до 2004 года, в 2001-2002 года ФИО6 работал у него, т.к. видела его в магазинах и на машине. Первоначально с ней был заключен трудовой договор, с 2006 года запись о работе была внесена в трудовую книжку. Также ФИО1 для торговли алкогольной продукцией было создано ООО «Мираж», параллельно все лица, работавшие у индивидуального предпринимателя, были приняты в ООО «Мираж» на работу с алкоголем. Каким образом были оформлены трудовые отношения с истцом, не знает.

Свидетель ФИО2 суду показал, что совместно с ФИО6 работал у ИП ФИО1 в магазине «Мираж» с 1997 года по 2000-2005 год, так же, как и он, истец работал экспедитором. Они работали на разных машинах, истец ездил в город, привозил продукты в магазины по оформленным заявкам. Знали, что ИП отчисляет взносы в пенсионный фонд. Каким образом оформлялись трудовые отношения, пояснить не может, с ним заключался трудовой договор, но он не сохранился. В подробности оформления трудовых отношений не вдавался, отдал при трудоустройстве паспорт. Каких-либо иных договоров, в том числе о материальной ответственности, не заключалось. Должностные обязанности, режим работы определялись устно. Работа была ежедневной с выходными днями. Заработную плату получали по журналу, от 15 до 30 тысяч рублей. В летние периоды они выезжали в отпуска. Позднее в 2005 году было создано ООО «Мираж», это было необходимо для получения лицензии на торговлю алкоголем, он являлся генеральным директором ООО. ФИО6 продолжал работать до 2010 года. Где-то в 2010 году в магазине «Полярный» был пожар, документация сгорела, какая, не знает.

Заслушав стороны, показания свидетелей, исследовав письменные доказательства, суд приходит к следующему.

Как установлено судом и подтверждается материалами дела, 2 августа 2018 года ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, обратился к ГУ УПФР в г. Норильске с заявлением о назначении ему страховой пенсии по старости.

Решением ответчика № от 9 августа 2018 года ФИО6 отказано в установлении страховой пенсии по старости в соответствии с пп. 6 ч. 1 ст. 32 Федерального закона «О страховых пенсиях» № 400-ФЗ от 28 декабря 2013 года в связи с отсутствием требуемого страхового стажа 25 лет и стажа работы в районах Крайнего Севера 9 лет по достижении возраста 57 лет.

Не согласившись с указанным решением, истец ФИО6 обратился в суд с рассматриваемым иском.

По общему правилу, установленному ч.ч. 1, 2 ст. 8 Федерального закона «О страховых пенсиях» № 400-ФЗ от 28 декабря 2013 года право на страховую пенсию по старости имеют мужчины, достигшие возраста 60 лет, и женщины, достигшие возраста 55 лет. Страховая пенсия по старости назначается при наличии не менее 15 лет страхового стажа.

В соответствии с п. 6 ч. 1 ст. 32 Федерального закона «О страховых пенсиях» страховая пенсия по старости назначается ранее достижения возраста, установленного ст. 8 настоящего Федерального закона, при наличии величины индивидуального пенсионного коэффициента в размере не менее 30, мужчинам, достигшим возраста 55 лет, женщинам, достигшим возраста 50 лет, если они проработали не менее 15 календарных лет в районах Крайнего Севера либо не менее 20 календарных лет в приравненных к ним местностях и имеют страховой стаж соответственно не менее 25 и 20 лет. Гражданам, работавшим как в районах Крайнего Севера, так и в приравненных к ним местностях, страховая пенсия устанавливается за 15 календарных лет работы на Крайнем Севере. При этом каждый календарный год работы в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера, считается за девять месяцев работы в районах Крайнего Севера. Гражданам, проработавшим в районах Крайнего Севера не менее 7 лет 6 месяцев, страховая пенсия назначается с уменьшением возраста, установленного статьей 8 настоящего Федерального закона, на четыре месяца за каждый полный календарный год работы в этих районах. При работе в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера, а также в этих местностях и районах Крайнего Севера каждый календарный год работы в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера, считается за девять месяцев работы в районах Крайнего Севера.

С учетом приведенных выше законоположений и возраста истца на дату обращения за назначением страховой пенсии по старости 57 лет исчисленный ответчиком требуемый для назначения ФИО6 досрочной страховой пенсии по старости страховой стаж составляет 25 лет, стаж работы в районах Крайнего Севера 9 лет, что истцом в судебном заседании не оспаривалось, судом проверено и признано не противоречащим требованиям пенсионного законодательства.

Как следует из оспариваемого истцом решения об отказе в установлении пенсии № от 9 августа 2018 года, отказывая в назначении досрочной страховой пенсии по старости, ответчик исходил из отсутствия у истца требуемой продолжительности страхового стажа и стажа работы в районах Крайнего Севера, поскольку исчисленный ответчиком на дату обращения за назначением пенсии страховой стаж ФИО6 составил 15 лет 11 месяцев 28 дней, стаж работы в районах Крайнего Севера 8 лет 8 месяцев 9 дней. При этом к зачету в страховой стаж и стаж работы в районах Крайнего Севера ответчиком не приняты периоды работы истца с 20 июля 1997 года по 31 марта 2005 года, с 1 января 2008 года по 10 июля 2010 года общей продолжительностью 10 лет 2 месяца 22 дня. Основанием для невключения данного периода в страховой стаж и стаж работы в районах Крайнего Севера, как следует из решения № от 9 августа 2018 года, послужили следующие обстоятельства. Согласно записей в трудовой книжке, заявитель с 20 июля 1997 года по 10 июля 2010 года работал у ИП ФИО1 в качестве экспедитора в магазине «Мираж». В соответствии со ст. 303 Трудового кодекса РФ индивидуальные предприниматели не имели право вносить запись с трудовую книжку работника, а обязаны были оформить трудовой договор с работником в письменной форме и зарегистрировать договор в соответствующем органе местного самоуправления. С вступлением в силу Федерального закона от 30 июня 2006 года № 90 «О внесении изменений в Трудовой кодекс РФ…» предприниматели получили право вести трудовые книжки работников 6 октября 2006 года. Трудовой договор за вышеуказанный период работы заявителем не представлен. В сведениях персонифицированного учета отражен период работы с 1 апреля 2005 года по 31 декабря 2007 года, за спорные периоды работы в выписке из индивидуального лицевого счета застрахованного лица сведения о работе и начисленных (уплаченных) страховых взносах, необходимых для формирования страховой пенсии с 2002 года, отсутствуют.

В соответствии с п. 2 ст. 3 Федерального закона «О страховых пенсиях» страховой стаж - учитываемая при определении права на страховую пенсию и ее размера суммарная продолжительность периодов работы и (или) иной деятельности, за которые начислялись и уплачивались страховые взносы в Пенсионный фонд Российской Федерации, а также иных периодов, засчитываемых в страховой стаж.

Согласно ч. 1 ст. 11 Закона в страховой стаж включаются периоды работы и (или) иной деятельности, которые выполнялись на территории Российской Федерации лицами, указанными в части 1 статьи 4 настоящего Федерального закона, при условии, что за эти периоды начислялись и уплачивались страховые взносы в Пенсионный фонд Российской Федерации.

Правила подсчета и порядок подтверждения страхового стажа определены ст. 14 Федерального закона «О страховых пенсиях», согласно которой при подсчете страхового стажа периоды до регистрации гражданина в качестве застрахованного лица в соответствии с Федеральным законом от 1 апреля 1996 года № 27-ФЗ «Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования» подтверждаются на основании сведений индивидуального (персонифицированного) учета за указанный период и (или) документов, выдаваемых работодателями или соответствующими государственными (муниципальными) органами в порядке, установленном законодательством Российской Федерации; после регистрации гражданина в качестве застрахованного лица в соответствии с вышеуказанным Федеральным законом - на основании сведений индивидуального (персонифицированного) учета. При подсчете страхового стажа периоды работы на территории Российской Федерации, предусмотренные статьей 11 настоящего Федерального закона, до регистрации гражданина в качестве застрахованного лица в соответствии с Федеральным законом «Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования» могут устанавливаться на основании показаний двух и более свидетелей, если документы о работе утрачены в связи со стихийным бедствием (землетрясением, наводнением, ураганом, пожаром и тому подобными причинами) и восстановить их невозможно. В отдельных случаях допускается установление стажа работы на основании показаний двух и более свидетелей при утрате документов и по другим причинам (вследствие небрежного их хранения, умышленного уничтожения и тому подобных причин) не по вине работника. Характер работы показаниями свидетелей не подтверждается. Правила подсчета и подтверждения страхового стажа, в том числе с использованием электронных документов или на основании свидетельских показаний, устанавливаются в порядке, определяемом Правительством Российской Федерации.

Правила подсчета и подтверждения страхового стажа для установления страховых пенсий утверждены Постановлением Правительства РФ от 2 октября 2014 года № 1015, пункт 4 которых содержит аналогичные приведенным выше положениям ст. 14 Федерального закона «О страховых пенсиях» требования к подтверждению периодов работы гражданина до и после регистрации в системе обязательного пенсионного страхования. В силу п. 6 Правил уплата страховые взносы на обязательное пенсионное страхование за период до 1 января 2001 года и с 1 января 2002 года подтверждается документами территориальных органов Пенсионного фонда Российской Федерации.

Согласно п. 10 вышеуказанных Правил, в случае если в сведениях индивидуального (персонифицированного) учета содержатся неполные сведения о периодах работы либо отсутствуют сведения об отдельных периодах работы, периоды работы подтверждаются документами, указанными в пунктах 11 - 17 настоящих Правил.

В силу п. 11 Правил документом, подтверждающим периоды работы по трудовому договору, является трудовая книжка установленного образца. При отсутствии трудовой книжки, а также в случае если в трудовой книжке содержатся неправильные и неточные сведения либо отсутствуют записи об отдельных периодах работы, в подтверждение периодов работы принимаются письменные трудовые договоры, оформленные в соответствии с трудовым законодательством, действовавшим на день возникновения соответствующих правоотношений, трудовые книжки колхозников, справки, выдаваемые работодателями или соответствующими государственными (муниципальными) органами, выписки из приказов, лицевые счета и ведомости на выдачу заработной платы. В случае если трудовая книжка не ведется, периоды работы по трудовому договору подтверждаются письменным трудовым договором, оформленным в соответствии с трудовым законодательством, действовавшим на день возникновения соответствующих правоотношений (п. 12 Правил). Периоды работы по договору гражданско-правового характера, предметом которого является выполнение работ или оказание услуг, подтверждаются указанным договором, оформленным в соответствии с гражданским законодательством, действовавшим на день возникновения соответствующих правоотношений, и документом работодателя об уплате обязательных платежей (п. 13 Правил).

Аналогичные требования к документам, подтверждающим периоды работы, были предусмотрены ранее действовавшими Правилами, утвержденными Постановлением Правительства РФ № 555 от 24 июля 2002 года, применимыми в рассматриваемом споре на основании положений п. 8 Правил № 1015 от 2 октября 2014 года.

При этом в силу п.п. 37, 38 Правил № 1015 от 2 октября 2014 года (п.п. 28, 29 Правил № 555 от 24 июля 2002 года) периоды работы на территории Российской Федерации до регистрации гражданина в качестве застрахованного лица могут устанавливаться на основании показаний двух или более свидетелей, знающих гражданина по совместной работе у одного работодателя, если документы о работе утрачены в связи со стихийным бедствием (землетрясением, наводнением, ураганом, пожаром и тому подобными причинами) и восстановить их невозможно. При утрате документов о работе и невозможности их получения вследствие небрежного их хранения, умышленного уничтожения и других подобных причин не по вине работника периоды работы устанавливаются на основании показаний двух или более свидетелей, знающих этого работника по совместной работе у одного работодателя и располагающих документами о своей работе за время, в отношении которого они подтверждают работу гражданина. Условием установления периодов работы на основании свидетельских показаний является также наличие документа работодателя либо иных документов, подтверждающих факт и причину утраты документов о работе и невозможность их получения.

В силу п. 42 Правил № 1015 от 2 октября 2014 года периоды работы, условием включения которых в страховой стаж является подтверждение уплаты обязательных платежей, свидетельскими показаниями не подтверждаются. Периоды работы и (или) иной деятельности после регистрации гражданина в качестве застрахованного лица подтверждаются документами об уплате соответствующих обязательных платежей, выдаваемыми в установленном порядке территориальным органом Пенсионного фонда Российской Федерации на основании сведений индивидуального (персонифицированного) учета (п. 43 Правил).

Как установлено судом, в системе государственного пенсионного страхования истец ФИО6 зарегистрирован 12 декабря 2005 года.

В выписке из лицевого счета застрахованного лица имеются следующие сведения о периодах работы и об уплаченных страховых взносах с 1 января 2002 года страхователем ФИО1 :

- расчетный период 2005 год, период работы 1 апреля 2005 года – 31 декабря 2005 года – работа в районах Крайнего Севера, отпуск без сохранения заработной платы – 6 месяцев;

- тот же страхователь, расчетный период 2006 год, период работы с 1 января 2016 года по 31 декабря 2006 года, работа в районах Крайнего Севера;

- тот же страхователь, расчетный период 2007 год, период работы 1 января 2007 года – 31 декабря 2007 года, работа в районах Крайнего Севера,

а также сведения о периоде работы и об уплаченных страховых взносах страхователем ООО «Мираж» (зарегистрированным в качестве юридического лица в соответствии с данным ЕГРЮЛ 12 октября 2005 года) за расчетный период 2007 года, период работы с 1 января 2007 года по 31 декабря 2007 года, работа в районах Крайнего Севера.

Указанные периоды работы и уплаты страховых взносов не оспорены ответчиком и включены в страховой стаж и стаж работы в районах Крайнего Севера при определении права ФИО6 на страховую пенсию по старости.

Иные сведения о работе у ИП ФИО1 и уплате страхователем страховых взносов в сведениях индивидуального (персонифицированного) учета в отношении ФИО6 отсутствуют.

Из материалов пенсионного дела истца следует, что при обращении с заявлением о назначении страховой пенсии по старости для подтверждения спорных периодов осуществления трудовой деятельности ФИО6 была представлена ответчику трудовая книжка на имя ФИО6 (что не соответствует написанию фамилии, имени, отчества истца в паспорте гражданина РФ на имя ФИО6), в которой имеются следующие записи:

- запись № – 20 июля 1997 года индивидуальный предприниматель ФИО1 принят в магазин «Мираж» экспедитором, приказ № от 20 июля 1997 года;

- запись № – 10 июля 2010 года уволен по собственному желанию п. 3 ст. 77 Трудового кодекса РФ, приказ № от 10 июля 2010 года.

Под указанными записями внесена запись «ИП ФИО1 ».

Не принимая во внимание трудовую книжку истца при определении права ФИО6 на назначение страховой пенсии по старости, ответчик исходил из положений ст. 303 ТК РФ, согласно которой индивидуальные предприниматели не имели права вносить запись о трудовой деятельности работника в трудовую книжку, а обязаны были заключить с ними трудовой договор, подлежащий регистрации в соответствующе органе местного самоуправления, право работодателей – физических лиц по внесению записей в трудовые книжки работников возникло после внесения изменений в Трудовой кодекс РФ Федеральным законом № 90-ФЗ от 30 июня 2006 года.

Указанные доводы ответчика сами по себе не могут быть признаны обоснованными, поскольку Трудовой кодекс РФ, закрепляющий данные положения, был введен в действие с 1 февраля 2002 года, спорные правоотношения возникли в 1997 году, т.е. в период действия Кодекса законов о труде РФ, ст.ст. 15, 39 которого ограничений по внесению записей в трудовую книжку работодателями – физическими лицами не содержали. Также не содержал КЗоТ РФ и норм, предусматривающих обязательную регистрацию трудового договора, заключенного с работодателем – физическим лицом, в органах местного самоуправления. Обязанность работодателя – физического лица, оформить трудовой договор с работником в письменной форме и зарегистрировать этот договор в соответствующем органе местного самоуправления, была предусмотрена ст. 303 Трудового кодекса РФ, введенного в действие, как указано выше, с 1 февраля 2002 года.

Вместе с тем, оценивая доказательственное значение трудовой книжки истца как документа, подтверждающего его трудовую деятельность, суд учитывает, что как основной документ о трудовой деятельности и трудовом стаже работника трудовая книжка должна соответствовать законодательно предъявляемым требованиям к ее оформлению.

Правила ведения и хранения трудовых книжек, изготовления бланков трудовой книжки и обеспечения ими работодателя утверждены Постановлением Правительства РФ № 225 от 16 апреля 2003 года. Согласно п. 35 вышеуказанных Правил при увольнении работника (прекращении трудового договора) все записи, внесенные в его трудовую книжку за время работы у данного работодателя, заверяются подписью работодателя или лица, ответственного за ведение трудовых книжек, печатью работодателя и подписью самого работника (за исключением случаев, указанных в пункте 36 настоящих Правил).

Аналогичные требования к оформлению записей в трудовой книжке работника в случае его увольнения были предусмотрены п. 4.1 Инструкции о порядке ведения трудовых книжек на предприятиях, в учреждениях и организациях, утвержденных Постановлением Госкомтруда СССР № от 20 июня 1974 года, действовавшей до 30 ноября 2003 года.

Из исследованной судом копии трудовой книжки истца № следует, что записи о работе у ИП ФИО1 (о приеме-увольнении) не заверены подписью работодателя или уполномоченного им лица и печатью работодателя, т.е. вышеуказанным требованиям законодательства не соответствуют.

Кроме того, истцом суду представлена трудовая книжка № на имя ФИО6 с датой заполнения 1 октября 1992 года, в которой также содержатся записи за №№, 6 о приеме ФИО6 на работу к ИП ФИО1 водителем 20 апреля 2001 года, приказ № от 20 апреля 2001 года, и увольнении по собственному желанию согласно заявлению ст. 80 КТ РФ 14 июня 2011 года, приказ № от 14 июня 2011 года, удостоверенные печатью индивидуального предпринимателя, но не удостоверенные подписью работодателя, т.е. также не соответствующие вышеприведенными требованиям.

Необходимость оформления второй трудовой книжки в судебном заседании истец объяснил утратой первой, противоречия в содержащихся в трудовых книжках записях относительно периода работы и занимаемой должности, объяснить не смог.

Учитывая приведенные выше несоответствия представленных истцом трудовых книжек и записей в них требованиям законодательства, а также выявленные противоречия в содержащихся в них сведениях, трудовые книжки истца не могут быть признаны бесспорным и достоверным доказательством факта осуществления им трудовой деятельности в спорный период.

Более того, из материалов дела следует, что в качестве индивидуального предпринимателя ФИО1 был зарегистрирован Администрацией г. Норильска 18 марта 2002 года, что подтверждается копией свидетельства № о государственной регистрации предпринимателя, осуществляющего свою деятельность без образования юридического лица, выпиской из ЕГРИП в отношении ИП ФИО1 1 января 2005 года ИП ФИО1 утратил государственную регистрацию в качестве индивидуального предпринимателя на основании ст. 3 Федерального закона № 76-ФЗ от 23 июня 2003 года «О внесении извещений и дополнений в Федеральный закон «О государственной регистрации юридических лиц» как лицо, не прошедшее перерегистрации, после чего 16 марта 2005 года ФИО1 вновь был зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя Межрайонной ИФНС № по Красноярскому краю и прекратил деятельность в связи со смертью 5 декабря 2015 года. Доказательств, свидетельствующих об осуществлении ФИО1 предпринимательской деятельности до регистрации его в качестве индивидуального предпринимателя 18 марта 2002 года, в материалы гражданского дела не представлено.

Согласно данным ГУ Красноярское региональное отделение Фонда социального страхования РФ (филиал №) в качестве страхователя ИП ФИО1 был зарегистрирован в Фонде с 25 июня 2003 года, производил отчисления страховых взносов за наемных работников, персонифицированный учет которых в Фонде не ведется.

В УПФР в г. Норильске как индивидуальный предприниматель, осуществляющий прием на работу наемных работников, ФИО1 был зарегистрирован на основании заявления от 9 ноября 2004 года 18 ноября 2004 года, одновременно с заявлением ИП ФИО1 для регистрации были представлены 4 трудовых договора с работниками, в числе которых трудовой договор с ФИО6 отсутствовал. В период после регистрации ИП ФИО1 предоставлял сведения об отчислении страховых взносов на обязательное пенсионное страхование за застрахованных лиц, при этом сведения о застрахованном лице ФИО6 были представлены лишь в отчетности 2006 года, т.е. в периоде, который учтен ответчиком при исчислении страхового стажа истца.

По запросу суда МКУ «Норильский городской архив» представлен трудовой договор между ИП ФИО1 и истцом ФИО6 о работе истца в должности водителя в торговом павильоне по адресу: <адрес>, заключенный 1 апреля 2005 года на неопределенный срок (т.е. в период, учтенный ответчиком при исчислении страхового стажа и стажа работы истца в районах Крайнего Севера в соответствии с данными персонифицированного учета). Иные документы, свидетельствующие о трудовой деятельности ФИО6 у ИП ФИО4, документы об осуществлении ИП ФИО1 деятельности без образования юридического лица, как следует из информационного сообщения архива, в составе документов о регистрации и ликвидации деятельности индивидуальных частных предпринимателей без образования юридического лица <адрес> и в составе договоров о найме работников в индивидуальные частные предприятия архивного фонда «Администрация г. Норильска» отсутствуют.

МИФНС России № 25 по Красноярскому краю по запросу суда представлены сведения о доходах в отношении ФИО6 за 2005-2007 годы, из которых следует, что ФИО6 осуществлял трудовую деятельность у ИП ФИО1 и имел доход в период апрель-июнь 2005 года, в период январь-декабрь 2006 года (что также соответствует учтенному ответчиком по данным персонифицированного учета периоду работы истца), а также осуществлял деятельность и получил доход в 2017 году в ООО «Мираж». Иные сведения о доходах ФИО6, как следует из информационного сообщения налогового органа, в инспекции отсутствуют.

Таким образом, вышеуказанные документы в своей совокупности не подтверждают доводы истца об осуществлении им трудовой деятельности у ИП ФИО1 , в спорные периоды. Иных допустимых и достоверных доказательств, объективно подтверждающих факт осуществления истцом трудовой деятельности у ИП ФИО1 с 20 июля 1997 года по 31 марта 2005 года, с 1 января 2008 года по 10 июля 2007 года истцом суду не представлено и в судебном заседании не добыто.

Представленная суду и ответчику одновременно с заявлением о назначении пенсии справка ИП ФИО1 № от 16 апреля 2014 года, содержащая аналогичные записи в трудовой книжке сведения о работе истца у ИП ФИО1 в период с 20 июля 1997 года по 10 июля 2010 года, вызывает сомнения в своей достоверности, поскольку содержащиеся в ней сведения совокупностью иных исследованных судом доказательств не подтверждены, что подробно изложено выше.

Показания свидетелей ФИО5 и ФИО2 не могут быть приняты во внимание в подтверждение факта и периода работы истца у ИП ФИО1 до его регистрации в системе обязательного пенсионного страхования 12 декабря 2005 года, поскольку материалами дела не подтвержден и не доказан истцом факт утраты документов, подтверждающих его трудовую деятельность у ИП ФИО1 , в результате чрезвычайных обстоятельства или по вине работодателя. Более того, приведенные выше показания свидетеля ФИО5 о совместной с истцом работе у ИП ФИО1 в период с 2004 года, вызывают сомнения в своей достоверности, поскольку согласно записям в трудовой книжке свидетеля и сведениям индивидуального персонифицированного учета, у ИП ФИО1 свидетель работала в период с 7 октября 2006 года по 31 декабря 2006 года (по записи в трудовой книжке), в период с 1 октября 2005 года по 31 декабря 2007 года (по данным выписки из лицевого счета застрахованного лица), т.е. в период, который учтен ответчиком в страховой стаж истца и стаж его работы в районах Крайнего Севера. Более ранний период работы свидетеля у ИП ФИО1 объективными данными не подтвержден. Также вызывают сомнения в своей достоверности показания свидетеля ФИО8, являющегося родным братом истца, что дает основание ставить под сомнение его незаинтересованность в рассматриваемом споре, поскольку в представленной суду трудовой книжке свидетеля запись о работе у ИП ФИО1 , в период с 1 июля 1997 года по 11 октября 2005 года также не соответствует требованиям, предъявляемым к ведению трудовых книжек действующим как в настоящее время, так и в период с 1997 года по 2005 года законодательством, а иных доказательств, подтверждающих факт его работы у ИП ФИО1 в рассматриваемый период не представлено.

С момента регистрации истца в системе обязательного пенсионного страхования в соответствии с Федеральным законом «Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования» - 12 декабря 2005 года - факт и периоды его работы подлежат подтверждению сведениями индивидуального (персонифицированного) учета, однако, сведения о работе истца у ИП ФИО9 во второй спорный период с 1 января 2008 года по 10 июля 2010 года в выписке из лицевого счета ФИО6 отсутствуют, равно как не содержится в ней сведений, подтверждающих факт начисления и уплаты ИП ФИО1 страховых взносов на обязательное пенсионное страхование за застрахованное лицо ФИО6 в спорные период после 1 февраля 2002 года.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу, что спорный период работы истца обоснованно не был учтен ответчиком при определении права ФИО6 на досрочную страховую пенсию по старости и основания для возложения на ответчика обязанности зачесть в страховой стаж и стаж работы в районах Крайнего Севера период работы с 20 июля 1997 года по 31 марта 2005 года, с 1 января 2008 года по 10 июля 2007 года у суда отсутствуют. Поскольку исчисленного ответчиком страхового стажа и стажа работы в районах Крайнего Севера не достаточно для назначения ФИО6 досрочной страховой пенсии по старости на основании пп. 6 ч. 1 ст. 32 Федерального закона № 400-ФЗ от 28 декабря 2013 года, суд приходит к выводу, что принятое пенсионным органом решение № от ДД.ММ.ГГГГ об отказе в установлении пенсии ФИО6 не может рассматриваться как произвольное, является обоснованным и соответствует положениям закона, что исключает удовлетворение требований истца к ГУ УПФР по г. Норильску в полном объеме.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО6 к Государственному учреждению Управление Пенсионного Фонда РФ в г. Норильске о признании незаконным решения об отказе в назначении пенсии, возложении обязанности включить периоды работы в страховой стаж и стаж работы в районах Крайнего Севера, возложении обязанности назначить страховую пенсию по старости с даты обращения – оставить без удовлетворения в полном объеме заявленных требований.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Красноярского краевого суда в месячный срок со дня его принятия в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Норильский городской суд в районе Кайеркан г. Норильска Красноярского края.

Судья Ю.О. Бурханова

Решение суда в окончательной форме принято 12 октября 2018 года.