Апелляционное определение № 33-1110/2026 33-13121/2025 от 20 апреля 2026 г.

№ 33-1110/2026 (2-1655/2025)

УИД 52RS0015-01-2025-000529-53

Судья Кузовков Д.С.

НИЖЕГОРОДСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Нижний Новгород 21 апреля 2026 года

Судебная коллегия по гражданским делам Нижегородского областного суда в составе:

председательствующего судьи Никитиной И.О.,

судей Будько Е.В., Силониной Н.Е.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Самсоновой А.А.,

с участием: представителя истца ФИО1 - ФИО10,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе ФИО1

на решение Дзержинского городского суда Нижегородской области от 02 сентября 2025 года,

по иску ФИО1 к АО «Т Банк», РОСБАНК филиал Приволжье АО «Т Банк» о признании потребительского кредитного договора недействительным, применении последствий недействительности кредитного договора, взыскании компенсации морального вреда,

заслушав доклад судьи Нижегородского областного суда Будько Е.В.,

УСТАНОВИЛА:

ФИО2 обратился в суд с иском к АО «Т Банк», РОСБАНК филиал Приволжье АО «Т Банк» о признании потребительского кредитного договора недействительным, применении последствий недействительности кредитного договора, взыскании компенсации морального вреда.

В обоснование заявленных требований указано, что истцу 24.12.2024 с неизвестного ему номера телефона поступил звонок.

Собеседник, представившись сотрудником оператора сотовой связи, сообщил истцу, что для улучшения и сохранения необходимого качества сотовой связи и высокоскоростного интернета, необходимо подключиться к формату 5G, установить мобильное приложение под названием «5G».

Установка и настройка приложения заняла несколько минут.

Спустя несколько минут экран мобильного телефона погас, истец обратил на это внимание и стал выяснять, что происходит с установкой приложения.

Впоследствии, истец заподозрил, что приложение долго устанавливается.

После нескольких вопросов истца к сотруднику оператора сотовой связи, сотрудник резко завершил разговор.

Истец стал проверять телефон, проверять банковские приложения.

После проверки истец обнаружил, что на него оформлен кредит в банке T-Банк (Тинькофф банк) на сумму 680 000 руб.

Исходя из истории банковского приложения «T-Банк» кредит оформлен в промежутке с 11 час. 40 мин. до 12 час. 01 мин.

24.12.2024 в 12 час. 01 мин. деньги, оформленные в кредит, были переведены на чужой счет постороннего неизвестного лица (мошенника).

Сразу после обнаружения мошенничества, истец в этот же день обратился в отдел полиции, подал заявление о мошенничестве.

По факту вышеуказанных мошеннических действий, старший следователь СО № 2 СУ УМВД России по г. Дзержинску Нижегородской области ФИО8 возбудил уголовное дело, о чем 24.12.2024 вынесено постановление о возбуждении уголовного дела.

Истец неоднократно обращался в поддержку T-Банк с просьбой аннулировать кредитный договора.

Истцом подана досудебная претензия в T-Банк, в которой истец просил признать кредитный договор (займ) на сумму 680 000 руб., оформленный на имя ФИО1 незаключенным.

Истец считает оформленный кредитный договор недействительным, поскольку материалами дела бесспорно подтверждается, что истец не совершал действий, направленных на заключение кредитного договора, который от его имени был заключен иным лицом, не имевшим полномочий на это, денежных средств в счет принятия исполнения обязательств по договору от банковского учреждения не получал и не мог получить по той причине, что денежные средства переведены банком иному лицу. Волеизъявление истца на возникновение кредитных правоотношений отсутствовало, поскольку электронная подпись, являющаяся аналогом собственноручной подписи, выполнена не им. Аналогично истцом не выдавалось распоряжение банку на перевод денежных средств на карту, ему не принадлежащую.

На основании вышеизложенного, с учетом уточненных исковых требований в порядке ст. 39 ГПК РФ, истец просит признать недействительным, оформленный на ФИО1 кредитный договор [номер] от [дата] на сумму 698 560 руб., из которых основная кредитная задолженность составляет 680 000 руб. и комиссия за обслуживание на сумму 18 560 руб.; применить последствия недействительности кредитного договора [номер] от [дата], признать денежные средства по кредитному договору от [дата] [номер] неполученными, обязательства по возврату денежных средств, уплате кредитных процентов, уплате комиссий не возникшими; взыскать с АО «ТБанк» в пользу ФИО1 денежные средства в размере 12 101,15 руб., удержанные банком в счет оплаты банковской комиссии за вывод средств, денежные средства в размере 3 039 руб., удержанные банком в счет погашения процентов по кредиту; взыскать с АО «Т Банк» компенсацию морального вреда в размере 30 000 руб., обязать АО «ТБанк» направить в АО «Национальное бюро кредитных историй» информацию об аннулировании записей по кредитному договору на имя ФИО1 и удалить из кредитной истории ФИО1 сведения о кредите от [дата] [номер] (л.д. 6-12, 103-109, 175-181 т.1;).

АО «Т Банк», АО «НБКИ», ФИО2 представлены отзывы на исковое заявление, возражения (л.д. 70-73, 112-119, 165, 170-173 т.1).

Определением суда привлечены к участию в деле третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, - АО «Национальное бюро кредитных историй», ФИО11 (л.д. 53-54, 246-247 т.1).

Решением Дзержинского городского суда Нижегородской области от 02 сентября 2025 года в удовлетворении исковых требований ФИО1 к АО «Т Банк», РОСБАНК филиал Приволжье АО «Т Банк» о признании потребительского кредитного договора недействительным, применении последствий недействительности кредитного договора, взыскании компенсации морального вреда – отказано (л.д. 27-34 т.2).

В апелляционной жалобе ФИО2 поставлен вопрос об отмене решения суда, как незаконного и необоснованного, постановленного с нарушением норм материального и процессуального права, с принятием по делу нового решения об удовлетворении исковых требований.

В обосновании доводов жалобы заявитель указывает на то, что в соответствии со ст. 153 ГК РФ кредитный договор является недействительным, так как волеизъявления истца на его заключение не имелось, электронная подпись выполнена не им. Кроме этого, у ответчика имелась обязанность приостановить подозрительную операцию по переводу денежных средств (л.д. 44-49 т.2).

В суде апелляционной инстанции представитель истца поддержал доводы апелляционной жалобы своего доверителя, просил решение суда первой инстанции отменить и исковые требования удовлетворить.

Иные лица, участвующие в деле, либо их представители, в заседание судебной коллегии не явились, о времени и месте судебного заседания извещались надлежащим образом и заблаговременно, о чем в материалах дела имеются уведомления о вручении судебных извещений, кроме того, информация о деле размещена на официальном интернет-сайте Нижегородского областного суда www.oblsudnn.ru.

Судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц, поскольку их неявка в силу ст. ст. 167, 327 ГПК РФ не является препятствием к разбирательству дела.

Законность и обоснованность решения суда первой инстанции проверена судебной коллегией по гражданским делам Нижегородского областного суда в порядке, установленном гл. 39 ГПК РФ, с учетом ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ, по смыслу которой повторное рассмотрение дела в суде апелляционной инстанции предполагает проверку и оценку фактических обстоятельств дела и их юридическую квалификацию в пределах доводов апелляционной жалобы, представления и в рамках тех требований, которые уже были предметом рассмотрения в суде первой инстанции в пределах доводов апелляционной жалобы и возражений относительно нее.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, заслушав представителя истца, судебная коллегия приходит к следующему.

Как установлено судом и следует из материалов дела, ФИО2 является клиентом Банка АО «ТБанк».

На основании заявления-анкеты между Банком АО «ТБанк» и истцом 16.07.2019 заключен договор расчетной карты [номер].

Составными частями заключенного с истцом договора являются тарифы по тарифному плану и условия комплексного банковского обслуживания физических лиц.

Также между банком и истцом в лице индивидуального предпринимателя ФИО1 в офертно-акцептной форме 12.07.2019 заключен договор расчетного счета [номер].

Составными частями заключенного с истцом договора расчетного счета является заявка, тариф и общие условия открытия, ведения и закрытия счетов юридических лиц, индивидуальных предпринимателей и физических лиц, занимающихся частной практикой, а также порядок выпуска и обслуживания бизнес-карт.

Также из материалов дела следует, что 24.11.2022 с сайта Банка АО «ТБанк» от истца поступила заявка на заключение договора кредитной карты [номер], заявке был присвоен статус «Утверждено».

24.12.2024 в 11:46:14 от имени ФИО1 в Банк АО «ТБанк» осуществлен вход в личный кабинет истца посредством мобильного приложения банка с характерного IP адреса и устройства истца.

С использованием расчетной карты от имени истца 24.12.2024 в 11:49:04 осуществлен перевод в размере 680 000 руб. на расчетный счет ИП ФИО1, открытый к договору расчетного счета [номер], что подтверждается платежным поручением [номер] от 24.12.2024 (л.д. 51 т.1).

С использованием договора расчетного счета [номер] от имени истца 24.12.2024 осуществлен банковский перевод в размере 670 000 руб. на расчетный счет [номер], принадлежащий ФИО11, что подтверждается платежным поручением [номер] от 24.12.2024 (л.д. 52 т.1).

Согласно информации о движении денежных средств по счету, открытому на имя ФИО1, осуществлен внутренний перевод между расчетными счетами 40[номер] и 40[номер] (89 оборот-90 т.1).

После обращения истца в СО №2 СУ УМВД России по г. Дзержинску Нижегородской постановлением старшего следователя области от 24.12.2024 по заявлению ФИО1 возбуждено уголовное дело в отношении неустановленного лица по признакам преступления, предусмотренного ч.3 ст. 159 УК РФ (л.д. 15-16 т.1).

Пунктами 2.1, 2.7 условий комплексного банковского обслуживания физических лиц, являющихся неотъемлемой частью договора, предусмотрено, что:

«2.1. В рамках Универсального договора Банк предоставляет Клиенту возможность заключения отдельных Договоров в соответствии с Общими условиями.

2.7. Для заключения отдельных Договоров в рамках уже заключенного Универсального договора Клиент предоставляет в Банк заявку, оформленную, в том числе, через каналы Дистанционного обслуживания с использованием Аутентификационных данных и/или подписанную Простой электронной подписью в порядке, определяемом настоящими Условиями. Введение (сообщение Банку) Клиентом Аутентификационных данных при оформлении Заявки и/или предоставление банку Заявки, подписанной Простой электронной подписью, означает заключение между Банком и Клиентом Договора на условиях, изложенных в Заявке и соответствующих Общих условиях, в том числе, если речь идет о Кредитном договоре, Договоре кредитной карты или Договоре счета, по которому предоставляется Разрешенный овердрафт, подтверждение Клиентом на соответствующую дату того, что ему предоставлены индивидуальные условия договора и понятна информация о полной стоимости кредита. При этом реквизиты заключенного Договора, в том числе реквизиты Счета, могут быть предоставлены Клиенту через каналы Дистанционного обслуживания.

При этом согласно разделу 1 условий, «аутентификационные данные - Код доступа, уникальные логин (login), пароль (password) Клиента, а также другие данные, используемые для доступа и совершения операций, в том числе с использованием Карты через Банкомат, Интернет-Банк, Мобильный Банк и Мобильные приложения Банка и/или другие каналы обслуживания в Интернет, а также каналы сотовой связи. Аутентификационные данные являются аналогом собственноручной подписи (Простой электронной подписью) Клиента».

Согласно п.п. 2.16.1, 2.16.2 Условий комплексного банковского обслуживания физических лиц:

«2.16.1. Простая электронная подпись может быть использована Клиентом для подписания электронного документа (нескольких связанных между собой электронных документов), в том числе для подписания в электронной форме Заявки и/или Заявления-Анкеты, включая индивидуальные условия договора, с целью заключения Договора и/или иных соглашений с Банком и/или его партнерами...».

2.16.2. Простая электронная подпись удостоверяет факт формирования и подписания Клиентом документа в электронном виде посредством использования Клиентом ключа Простой электронной подписи... Ключом Простой электронной подписи могут также являться Аутентификационные данные Клиента, используемые для доступа, в том числе при первичном входе, в Интернет-Банк, Мобильный Банк и/или Мобильные приложения Банка, при этом подтверждение Клиентом подписания электронного документа осуществляется путем нажатия соответствующей кнопки в Интернет-Банке, Мобильном Банке и/или Мобильных приложениях Банка».

Пунктами 4.4, 4.11.2 Условий комплексного банковского обслуживания физических лиц также предусмотрено, что:

«4.4. Клиент соглашается, что операции, совершенные с использованием Аутентификационных данных и/или Кодов доступа, признаются совершенными Клиентом и оспариванию не подлежат, за исключением случаев, прямо предусмотренных в законодательстве Российской Федерации.

4.12.3. Клиент соглашается, что использование Аутентификационных данных, в том числе сгенерированных Банком уникальных кодов, направляемых Клиенту на Абонентский номер и/или Абонентское устройство, является надлежащей и достаточной идентификацией Клиента, подтверждением права совершать операции через Интернет и аналогом собственноручной подписи Клиента».

В материалах дела имеются сведения об IP-адресах, с которых совершался вход в мобильное приложение, из которой следует, что таковой выполнен с мобильного телефона ФИО1 и его IP-адреса.

Разрешая спор по существу, суд первой инстанции исходил из того, что кредитный договор заключен в предусмотренном законодательством порядке, банк действовал в полном соответствии с заявлением истца и с его согласия по оформлению кредитного договора. Истец был осведомлен, что операции проводятся с АО «ТБанк», осознавал факт перевода кредитных денежных средств. Суд пришел к выводу, что доказательств преднамеренного создания ответчиком не соответствующего действительности представления о характере сделки, ее условиях, предмете и других обстоятельствах, не представлено, равно как и доказательств того, что воля истца при заключении кредитного договора неправильно сложилась вследствие обмана именно со стороны ответчика, доводы истца не свидетельствуют о том, что при перечислении денежных средств, банк знал или должен был знать о том, что истец действует под влиянием обмана. Действия Банка как профессионального участника кредитных правоотношений отвечают требованиям разумности, осмотрительности и добросовестности.

В апелляционной жалобе заявитель выражает несогласие с вынесенным судебным актом.

Оценив доводы жалобы, суд апелляционной инстанции полагает, что обжалуемое решение принято с существенными нарушениями норм права и согласиться с ним нельзя по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 420 ГК РФ договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей (п. 1).

К договорам применяются правила о двух- и многосторонних сделках, предусмотренные гл. 9 данного кодекса, если иное не установлено этим же кодексом (п. 2).

Согласно ст.153 названного выше кодекса сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Указание в законе на цель действия свидетельствует о волевом характере действий участников сделки.

В п. 50 постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - постановление Пленума № 25) разъяснено, что сделкой является волеизъявление, направленное на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей (например, гражданско-правовой договор, выдача доверенности, признание долга, заявление о зачете, односторонний отказ от исполнения обязательства, согласие физического или юридического лица на совершение сделки).

При этом сделка может быть признана недействительной как в случае нарушения требований закона (ст. 168 ГК РФ), так и по специальным основаниям в случае порока воли при ее совершении, в частности при совершении сделки под влиянием существенного заблуждения или обмана (ст. 178, п.2 ст. 179 ГК РФ).

Кроме того, если сделка нарушает установленный п. 1 ст. 10 ГК РФ запрет на недобросовестное осуществление гражданских прав, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной на основании положений ст. 10 и п. 1 или 2 ст. 168 ГК РФ. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (п.п. 7п.п. 7 и 8 постановления Пленума № 25).

В соответствии с п. 3 ст. 307 ГК РФ при установлении, исполнении обязательства и после его прекращения стороны обязаны действовать добросовестно, учитывая права и законные интересы друг друга, взаимно оказывая необходимое содействие для достижения цели обязательства, а также предоставляя друг другу необходимую информацию.

В п. 1 постановления Пленума № 25 разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

В соответствии с п. 3 Признаков осуществления перевода денежных средств без согласия клиента, утвержденных приказом Банка России от 27.09.2018 № ОД-2525 (действующим на момент возникновения спорных отношений), к таким признакам относится несоответствие характера, и (или) параметров, и (или) объема проводимой операции (время (дни) осуществления операции, место осуществления операции, устройство, с использованием которого осуществляется операция и параметры его использования, сумма осуществления операции, периодичность (частота) осуществления операций, получатель средств) операциям, обычно совершаемым клиентом оператора по переводу денежных средств (осуществляемой клиентом деятельности).

В соответствии с п. 2 ст. 7 ФЗ от 21.12.2013 № 353-ФЗ «О потребительском кредите (займе)» (далее - Закон о потребительском кредите), заключению договора должно предшествовать обращение заемщика с заявлением о предоставлении кредита, а в соответствии с пунктом 6 этой же статьи договор потребительского кредита считается заключенным, если между сторонами договора достигнуто согласие по всем индивидуальным условиям договора, указанным в ч. 9 ст. 5 данного федерального закона. Договор потребительского займа считается заключенным с момента передачи заемщику денежных средств.

В определении Конституционного Суда Российской Федерации от 13.10.2022 № 2669-О указано, что в большинстве случаев телефонного мошенничества сделки оспариваются как совершенные под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом. При рассмотрении таких споров особого внимания требует исследование добросовестности и осмотрительности банков. В частности, к числу обстоятельств, при которых кредитной организации в случае дистанционного оформления кредитного договора надлежит принимать повышенные меры предосторожности, следует отнести факт подачи заявки на получение клиентом кредита и незамедлительная выдача банку распоряжения о перечислении кредитных денежных средств в пользу третьего лица (лиц).

Таким образом, при заключении договора потребительского кредита, а также при предложении дополнительных услуг, оказываемых кредитором и (или) третьими лицами, включая страхование жизни и (или) здоровья заемщика в пользу кредитора, а также иного страхового интереса заемщика, в том числе с помощью электронных либо иных технических средств кредитором до сведения заемщика должна быть своевременно доведена необходимая и достоверная информация об услугах, обеспечивающая возможность их правильного выбора, при этом индивидуальные условия договора потребительского кредита должны быть в обязательном порядке согласованы кредитором и заемщиком индивидуально.

В случае совершения лицом сделки с помощью электронных либо иных технических средств его письменная форма считается соблюденной, если эти средства позволяют воспроизвести на материальном носителе содержание договора в неизменном виде (в частности, при распечатывании).

Информация в электронной форме, подписанная простой электронной подписью, признается электронным документом, равнозначным документу на бумажном носителе, подписанному собственноручной подписью, в случаях, установленных федеральными законами или соглашением между участниками электронного взаимодействия, которые должны предусматривать в том числе правила определения лица, подписывающего электронный документ, по его простой электронной подписи.

Соответственно, для обеспечения документа, подписанного простой электронной подписью, юридической силой необходимо идентифицировать лицо, которое использует простую электронную подпись, понятие которой в законе определено не только через наличие присущих ей технических признаков - использование кодов, паролей или иных средств, но и через ее функциональные характеристики - необходимость подтверждения факта формирования электронной подписи определенным лицом.

Учитывая изложенное, легитимность электронного документа с простой электронной подписью, содержащего условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение, подтверждается наличием указания в нем лица, от имени которого составлен и отправлен электронный документ.

Как установлено материалами дела, как указал истец, ему поступил абонентский звонок с номера [номер], ответив на звонок, представился сотрудник ПАО «Мегафон», который предложил ему подключить услуги быстрого интернета «5G». На предложение сотрудника ПАО «Мегафон» истец согласился, после чего, ему сообщили, что 24.12.2024 с ним свяжутся. 24.12.2024 в 12 час. 22 мин. ему поступил звонок через приложение «WhatsApp» от абонента [номер]. Ответив на звонок, истцу представилась женщина, которая пояснила, что она сотрудника ПАО «Мегафон» и звонит ему по поводу подключения «5G». Под руководством девушки, он перешел в мобильное приложение «Мегафон», где включил функцию «5G», после чего, так же под руководством девушки, он перешел в настройки своего мобильного телефона, где так же включил функцию «5G», после чего экран телефона выключился, появилась полоса какой-то загрузки. В это время девушка ему сообщила, что для подключения данной функции необходимо какой-то промежуток времени. Около 30-40 мин. длилась загрузка. На протяжении всего времени, оператор сотовой компании периодически с ним разговаривал. Примерно через 30-40 мин., пока шла загрузка, он понял, что общается с мошенниками, стал задавать интересующие его вопросы, на которые ответы не получил. Он сразу же стал пытаться выключить свой сотовый телефон, но экран не реагировал, тогда он решил достать сим-карту, но девушка ему сказала, что после этого его телефон станет «кирпичом». После того, как он достал сим-карты, связь не прерывалась и примерно через минуту экран начал реагировать на его действия. Затем в приложении Банка «ТБанк» обнаружил, что на его имя оформлен кредит. Данные денежные средства были переведены с кредитного счета на дебетовую карту. С дебетовой карты, денежные средства были переведены на номер счета ФИО11, банк получателя «ТБанк». Он сразу позвонил в техническую поддержку и сообщил о происшествии. Его заявление зарегистрировали и сообщили, что ответ дадут 29.01.2025. Пояснил, что самостоятельно какие-либо кредиты не брал, деньги не переводил.

На основании вышеизложенного, ФИО2 введен в заблуждение неустановленным лицом, действовавшим через мессенджер «WhatsApp» с абонентского номера [номер].

После данного звонка на телефон истца установлена программа удаленного доступа.

Судом установлено, что все действия по переводу денежных средств выполнены истцом.

При этом суд не поставил под сомнение указанные истцом обстоятельства заключения кредитного договора от его имени, но без его участия третьими лицами при помощи программы удаленного доступа к телефону истца.

Между тем суду надлежало установить не только соответствие действий внутренним правилам банка, но и могут ли рассматриваться совершенные действия как проставление простой электронной подписи от имени заемщика, является ли она аналогом его собственноручной подписи в соответствии с требованиями ФЗ от 06.04.2011 № 63-ФЗ «Об электронной подписи», чего сделано не было.

Согласно позиции Банка России, изложенной в информационном письме от 03.02.2022 № ИН-02-59/6 «О порядке согласования с заемщиками индивидуальных условий договора потребительского кредита (займа)», индивидуальные условия договора потребительского кредита (займа) подлежат отражению в табличной форме и подписанию заемщиком. При этом ч. 14 ст. 7 Закона о потребительском кредите установлена возможность подписания заемщиком индивидуальных условий договора потребительского кредита (займа) также с использованием аналога собственноручной подписи способом, подтверждающим ее принадлежность заемщику в соответствии с требованиями федеральных законов.

Банком России выявлено использование кредиторами практик заключения договора потребительского кредита (займа), при которых согласие заемщика выражается посредством совершения действий, свидетельствующих о его согласии с предлагаемыми кредитором индивидуальными условиями (конклюдентные действия), либо телефонного звонка в адрес кредитора с информированием последнего о согласии на получение потребительского кредита (займа) на предложенных индивидуальных условиях. Как в первом, так и во втором случае, по мнению Банка России, устанавливающего правила проведения банковских операций, заемщиком индивидуальные условия договора потребительского кредита (займа) не подписываются ни собственноручной подписью, ни ее аналогом.

Таким образом, по мнению Банка России, подобные практики не могут быть признаны надлежащими и соответствующими требованиям Закона о потребительском кредите, что также не принято судами во внимание при рассмотрении настоящего дела.

Материалами дела не подтвержден согласованный сторонами способ аутентификации клиента.

Из объяснений истца следует, что он не имел намерений на увеличение лимита по кредитной карте, а также на перевод денежных средств, данные операции произведены не истцом, вопреки его воли и интересам.

Банк при этом должен был доказать, что порядок подписания договора соблюден, то есть убедится, что намерение заключить договор исходит от надлежащего лица и обеспечить безопасность дистанционного предоставления услуг, идентифицировать клиента надлежащим образом, что исключило бы хищение денежных средств третьими лицами.

С учетом изложенного, обстоятельствами, подлежащими установлению по делам такой категории, является то, кем именно была принята публичная оферта банка на заключение договора, было ли волеизъявление лица, от имени которого с банком заключен договор, или данное лицо совершало лишь технические действия, позволившие третьему лицу реализовать свое волеизъявление, в пользу кого банком произведено исполнение обязательств по сделке.

Так, судом без надлежащей проверки был сделан вывод о том, что денежные средства переведены истцом, при этом какие-либо доказательства, это подтверждающие, в материалы дела не представлены.

Вышеуказанные фактические обстоятельства совершения сделки имеют существенное значение для правильного разрешения спора, их установление будет способствовать укреплению законности и правопорядка, предупреждению правонарушений, формированию уважительного отношения к закону и суду, что является задачами гражданского судопроизводства в соответствии со статьей 2 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Может ли считаться заключенным в соответствии положениями Гражданского кодекса Российской Федерации договор, при совершении которого волеизъявление сторон осуществляется третьим лицом, которое в отношениях с банком выступает от имени заемщика, а в отношениях с заемщиком - от имени банка, не имея при этом соответствующих полномочий, суд также не проверил.

В рамках рассматриваемого дела оснований полагать, что перевод денежных средств был осуществлен с согласия ФИО1, который выразил свое волеизъявление, не имеется.

В п. 73 постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» содержится разъяснение о том, что в силу прямого указания закона к ничтожным сделкам, в частности, относятся кредитный договор или договор банковского вклада, заключенный с нарушением требования о его письменной форме (статья 820, пункт 2 статьи 836 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Последствия нарушения требований закона или иного правового акта при совершении сделок определены ст. 168 ГК РФ.

В соответствии с п. 1 названной статьи за исключением случаев, предусмотренных п. 2 данной статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (п. 2 этой же статьи).

На основании ответа на судебный запрос судебной коллегии ответчиком по делу АО «ТБанк» следует, что для соединения с системой «Банк-Клиент» за запрашиваемый период Клиентом использовался телефонный номер +[номер] (принадлежит истцу), однако ответа на поставленный в судебном запросе вопроса: какие действия совершает через приложение клиент банка для увеличения лимита по кредитной карте, какие действия при этом должен совершать банк, какие уведомления, сообщения и документы при этом должны быть направлены клиенту. Применительно к настоящему спору: какие из действий были совершены банком при увеличении лимита по кредитной карте ФИО1, от ответчика не последовало (л.д. 89 т.2).

Ввиду допущенных Банком существенных нарушений при переводе денежных средств, выражающегося в отсутствии волеизъявления со стороны ФИО1, нарушении формы договора, а также отсутствия предпринятых мер предосторожности со стороны Банка, судебная коллегия считает незаконными и необоснованными выводы суда первой инстанции об отказе в удовлетворении требований ФИО1 к АО «ТБанк», Росбанк филиал Приволжье АО «ТБанк» в части признания недействительной сделки по переводу денежных средств в размере 680 000 руб. путем совершения операций безналичного перевода в рамках договора кредитной карты [номер].

Разрешая возникший спор, руководствуясь вышеизложенным правовым регулированием, судебная коллегия, оценив представленные доказательства по правилам ст. 67 ГПК РФ, установив отсутствие волеизъявления со стороны ФИО1 на совершение данных операций, нарушение формы договора, а также отсутствие предпринятых мер предосторожности со стороны Банка, приходит к выводу о наличии оснований для удовлетворения исковых требований ФИО1 в части признания кредитного договора недействительным.

В силу п. 2 ст. 167 ГК РФ, при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Судебная коллегия, исходя из того, что стороны не могут быть приведены в первоначальное положение, поскольку сделка по переводу денежных средств в размере 680 000 руб. путем совершения операций безналичного перевода в рамках договора кредитной карты [номер] признана недействительной, доказательств того, кому и кем перечислены денежные средства, полученные по кредитному договору, материалы дела не содержат, что означает отсутствие кредитных обязательств у истца, однако требования ФИО1 в части признания сделки по переводу денежных средств недействительной удовлетворены, поэтому комиссия в счет погашения процентов по кредиту, удержанная ответчиком из личных средств истца, подлежит возврату путем взыскания с АО «Т Банк» в пользу ФИО1 в заявленной сумме 15140,15 руб.

Разрешая требования ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда, судебная коллегия отмечает, что в соответствии с преамбулой Закона Российской Федерации от 07.02.1992 № 2300-1 «О защите прав потребителей» данный Закон регулирует отношения, возникающие между потребителями и изготовителями, исполнителями, продавцами при продаже товаров (выполнении работ, оказании услуг). Потребителем является гражданин, имеющий намерение заказать или приобрести либо заказывающий, приобретающий или использующий товары (работы, услуги) исключительно для личных, семейных, домашних и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности.

Аналогичное разъяснение содержится в п. 1 постановления Пленума ВС РФ от 28.06.2012 № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей».

Требования ФИО1 по данному делу были основаны на том, что ни в какие отношения с АО «ТБанк» по поводу получения кредитного договора она не вступала и не намеревалась вступать. Сделка по переводу денежных средств в размере 680 000 руб. путем совершения операций безналичного перевода в рамках договора кредитной карты № [номер] от его имени заключена третьими лицами мошенническим путем.

Согласно разъяснениям п. 33 постановления Пленума ВС РФ от 28.06.2012 № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», в случае предъявления гражданином требования о признании сделки недействительной применяются положения ГК РФ.

Потребителем услуг банка ФИО2 не являлась и не является, стороны не находятся в отношениях, на которые распространяется Закон Российской Федерации от 07.02.1992 № 2300-1 «О защите прав потребителей», требования о взыскании компенсации морального вреда подлежат рассмотрению на основании норм ст. 151 ГК РФ.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред. Согласно статье 1099 Гражданского кодекса РФ, основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 настоящего Кодекса.

Моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом.

ФИО2 не представлено доказательств причинения со стороны Банка морального вреда (физических или нравственных страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, в связи с чем, требования о взыскании морального вреда подлежат отклонению.

При разрешении требования об обязании АО «Т Банк», как источника формирования кредитной истории, направить в АО «Национальное бюро кредитных историй» соответствующей информации об исключении из кредитной истории ФИО1 данных о задолженности по кредитному договору [номер] от 24.12.2024, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об их обоснованности, так как спорный кредитный договор признан недействительным, поэтому у ответчика АО «Т Банк» имеется обязанность всю имеющуюся информацию по ним исключить.

Согласно ч. 1 ст. 103 ГПК РФ и подп. 3 п. 1 ст. 333.19 НК РФ (в редакции, действующей на момент предъявления искового заявления) с АО «ТБанк» подлежит взысканию государственная пошлина в доход местного бюджета в сумме 3 000 руб.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 328, 329, 330 Гражданского процессуального кодекса РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

апелляционную жалобу ФИО1 удовлетворить, решение Дзержинского городского суда Нижегородской области от 02 сентября 2025 года отменить.

Принять по делу новое решение, которым исковые требования ФИО1 к АО «Т Банк», РОСБАНК филиал Приволжье АО «Т Банк» о признании потребительского кредитного договора недействительным, применении последствий недействительности кредитного договора, взыскании компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Признать сделку, совершенную 24.12.2024 между ФИО2 и АО «Т Банк» по переводу денежных средств в размере 680 000 руб. путем совершения операций безналичного перевода в рамках договора кредитной карты [номер] недействительной.

Обязать АО «Т Банк» (ИНН <***> ОГРН<***> КПП 771301001) направить в АО «Национальное бюро кредитных историй» информацию об исключении из кредитной истории ФИО1 (<данные изъяты> данных о задолженности по кредитному договору [номер] от 24.12.2024.

Применить последствия недействительности сделки: взыскать с АО «Т Банк» (ИНН <***> ОГРН<***> КПП 771301001) в пользу ФИО1 (<данные изъяты>) комиссию в сумме 15140, 15 руб.

В остальной части исковых требований ФИО1 к АО «Т Банк», РОСБАНК филиал Приволжье АО «Т Банк» отказать.

Взыскать с АО «Т Банк» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 3 000 руб.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Первый кассационный суд общей юрисдикции в срок, не превышающий трёх месяцев со дня вступления в законную силу судебного постановления в порядке, предусмотренном главой 41 ГПК РФ. В случае, если судебное постановление было обжаловано в суд апелляционной инстанции, трехмесячный срок подачи кассационных жалобы, представления в кассационный суд общей юрисдикции исчисляется со дня изготовления мотивированного апелляционного определения.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 28 апреля 2026 года.