Решение № 2-119/2024 2-119/2024~М-4/2024 М-4/2024 от 21 февраля 2024 г. по делу № 2-119/2024

Дело № 2-119/2024

УИД 56RS0015-01-2024-000004-57


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Кувандык 22 февраля 2024 года

Кувандыкский районный суд Оренбургской области в составе: председательствующего судьи Беловой Л.В.,

при секретаре Татлыбаевой С.Р.

с участием прокурора Зининой А.В.,

истцов ФИО1, ФИО2,

представителя ответчика открытого акционерного общества «Российские железные дороги» ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Оренбургского транспортного прокурора в интересах ФИО4, ФИО1, ФИО2 к открытому акционерному обществу «Российские железные дороги», страховому публичному акционерному обществу «Ингосстрах» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного смертью близкого родственника,

УСТАНОВИЛ:

Оренбургский транспортный прокурор, действуя в защиту прав, свобод и законных интересов ФИО4, ФИО1, ФИО2, обратился в суд с исковым заявлением к ОАО «Российские железные дороги» (далее – ОАО «РЖД»), страховому публичному акционерному обществу «Ингосстрах» (далее – СПАО «Ингосстрах») о взыскании компенсации морального вреда, причиненного смертью близкого родственника.

В обоснование исковых требований указано, что 7 июля 2023 года в 23 часа 05 минут на участке железнодорожных путей на <данные изъяты> Южно-Уральской железной дороги – филиала ОАО «РЖД» электропоездом № <данные изъяты>, принадлежащим ОАО «РЖД», смертельно травмирован Б.Г.З.

По данному факту 26 июля 2023 года следователем по особо важным делам Оренбургского следственного отдела на транспорте Центрального межрегионального управления на транспорте Следственного комитета Российской Федерации вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела по пункту 2 части 1 статьи 24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, в связи с отсутствием в действиях машиниста и помощника машиниста вышеуказанного электропоезда состава преступления, предусмотренного частью 2 статьи 263 Уголовного кодекса Российской Федерации. Из постановления следует, что смерть Б.Г.З. наступила от железнодорожной травмы при столкновении движущегося транспортного средства с пешеходом.

Погибший являлся сыном ФИО4 и родным братом ФИО1 и ФИО2, его смертью родственникам причинены нравственные страдания, выразившиеся в невосполнимой потере близкого человека.

Между СПАО «Ингосстрах» и ОАО «РЖД» заключен договор на оказание услуг по добровольному страхованию гражданской ответственности ОАО «РЖД» от 22 декабря 2022 года №, в соответствии с которым обязанность по выплате страхового возмещения может возникнуть, в том числе на основании решения суда.

Оренбургский транспортный прокурор просит суд взыскать с ОАО «РЖД», СПАО «Ингосстрах» в пользу ФИО4, ФИО1, ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 500000 рублей каждому.

Определением Кувандыкского районного суда Оренбургской области от 5 февраля 2024 года к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне истца, привлечены машинист электропоезда ФИО5 и помощник машиниста ФИО6

В судебном заседании прокурор Зинина А.В., действующая на основании поручения Оренбургского транспортного прокурора, исковые требования в интересах ФИО4, ФИО1, ФИО2 просила удовлетворить по изложенным в иске основаниям.

Истцы ФИО1 и ФИО2 исковые требования прокурора в их интересах поддержали. Пояснили, что Б.Г.З. их полнородный брат, который проживал вместе с ними и матерью ФИО4 в одном доме, они вели общее хозяйство и поддерживали родственные отношения, жили дружно. 7 июля 2023 года Б.Г.З. поехал на общественном транспорте на консультацию к врачу в <данные изъяты>, обещал вернуться вечером этого же дня, но не вернулся. Сотового телефона у него не было. Они искали его, звонили двоюродным сестрам, у которых он иногда останавливался ночевать, ФИО2 звонил знакомому в <данные изъяты>, но брата нигде не было. Ранее он 1 – 2 раза в месяц уезжал из дома, но всегда возвращался. Впоследствии от следователя им стало известно, что Б.Г.З. смертельно травмирован электропоездом. Спиртными напитками он не злоупотреблял, мыслей о самоубийстве не высказывал, на учетах у врачей не состоял. Их мать ФИО4, узнав о смерти сына, потеряла сознание, у неё была бессонница, до сих пор его вспоминает, постоянно плачет, состояние здоровья её ухудшилось. Смерть брата Б.Г.З. является для них и для его матери невосполнимой потерей, которую они до сих пор переживают.

Истец ФИО1 дополнительно пояснила, что при жизни Б.Г.З. они занимались с ним личным подсобным хозяйством, вместе пасли скот, его смерть причинила ей нравственные и физические страдания. Узнав о смерти брата, она целую неделю плохо себя чувствовала: у неё повысилось давление, болело сердце.

Представитель ответчика ОАО «РЖД» ФИО3, действующая на основании доверенности № от 15 ноября 2023 года, выданной в порядке передоверия, иск не признала. Пояснила, что ОАО «РЖД» не отрицает тот факт, что является владельцем подвижного состава, которым был травмирован Б.Г.З., однако вина ОАО «РЖД» в его смерти отсутствует. Нарушений при эксплуатации железнодорожного транспорта не допущено, локомотивной бригадой своевременно поданы сигналы большой громкости, применено экстренное торможение. Со стороны ОАО «РЖД» приняты все возможные меры для снижения (исключения) вреда. Причиной травмирования Б.Г.З. является грубая неосторожность и нарушение им самим «Правил нахождения граждан и размещения объектов в зонах повышенной опасности, выполнения в этих зонах работ, проезда и перехода через железнодорожные пути правил личной безопасности». В момент происшествия потерпевший Б.Г.З. находился в непосредственной близости от железнодорожного пути, игнорируя сигналы большой громкости локомотива, пренебрегая личной безопасностью. В силу возраста (56 лет), а также состояния здоровья, профессии, рода занятий потерпевший осознавал необходимость проявления особой бдительности при нахождении вблизи источника повышенной опасности. Местом травмирования является перегон, в котором отсутствуют не только места санкционированного прохода граждан, но и несанкционированные тропы. Доказательств физических страданий, перенесенных истцами во время похоронной процессии и в течение всего времени с момента смерти Б.Г.З. до момента обращения с иском в суд, ухудшения состояния здоровья, а также наличие доверительных отношений с погибшим, не представлено. С учетом указанных обстоятельств, отсутствия в причинении смерти Б.Г.З. вины ОАО «РЖД», наличием грубой неосторожности в действиях самого пострадавшего, полагает, что заявленный размер компенсации морального вреда является завышенным, не отвечающим требованиям разумности и справедливости. Между ОАО «РЖД» и СПАО «Ингосстрах» заключен договор от 22 декабря 2022 года № на оказание услуг по добровольному страхованию гражданской ответственности ОАО «РЖД». По данному договору страховым случаем является наступление гражданской ответственности страхователя по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда в течение действия договора. Поскольку гражданская ответственность ОАО «РЖД» как владельца инфраструктуры, за причинение вреда застрахована по договору от 22 декабря 2022 года № на оказание услуг по добровольному страхованию гражданской ответственности, то требования о компенсации морального вреда подлежат удовлетворению за счет страховой компании СПАО «Ингосстрах» в пределах страхового лимита. Доказательств, подтверждающих затруднительное материальное положение истцов, а также наличие иных причин, по которым они самостоятельно не могут обратиться в суд, не представлено, поэтому иск Оренбургского транспортного прокурора в интересах ФИО1 и ФИО2 подлежит оставлению без рассмотрения как поданный лицом, не имеющим полномочий на предъявление данного иска.

Истец ФИО4, представитель ответчика СПАО «Ингосстрах», третьи лица ФИО5, ФИО6 в судебное заседание не явились, о времени и месте судебного разбирательства по делу извещены надлежащим образом. На основании части 3 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд определил рассмотреть дело в отсутствие неявившихся представителя ответчика и третьих лиц.

Суд, выслушав прокурора, истцов ФИО1 и ФИО2, представителя ответчика ОАО «РЖД», исследовав материалы дела, приходит к следующему.

Судом установлено, что 7 июля 2023 года в 23 часа 05 минут на участке железнодорожных путей <данные изъяты> Южно-Уральской железной дороги – филиала ОАО «РЖД» электропоездом № <данные изъяты>, принадлежащим ОАО «РЖД», под управлением машиниста ФИО5 и помощника машиниста ФИО6 (локомотивная бригада приписки <данные изъяты>), смертельно травмирован Б.Г.З.

В соответствии с выпиской из журнала регистрации трупов в судебно-медицинском морге, сделанной на основании заключения эксперта № от 8 июля 2023 года, актом № от 18 августа 2023 года в результате травмирования Б.Г.З. причинены телесные повреждения в виде <данные изъяты>, который является причиной его смерти. Телесные повреждения образовались одномоментно или в быстрой последовательности от ударных воздействий твердых тупых предметов, либо при ударе о таковые, с большой механической силой, в срок, непосредственно до момента наступления смерти потерпевшего, имеют единый механизм образования, являются опасными для жизни, расцениваются как причинившие тяжкий вред здоровью. При судебно-химическом исследовании крови от трупа этанол не обнаружен (акт судебно-химического исследования вещественных доказательств № от 24 июля 2023 года).

По факту травмирования погибшего проводилась доследственная проверка, по результатам которой 26 июля 2023 года следователем по особо важным делам Оренбургского следственного отдела на транспорте Центрального межрегионального следственного управления на транспорте Следственного комитета Российской Федерации вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела за отсутствием в действиях машиниста ФИО5 и помощника машиниста ФИО6 состава преступления, предусмотренного частью 2 статьи 263 Уголовного кодекса Российской Федерации, и событий преступлений, предусмотренных частью 1 статьи 105, частью 4 статьи 111, частью 1 статьи 110, частью 1 статьи 110.1, частью 1 статьи 110.2 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Согласно выводам, содержащимся в указанном постановлении следователя, причиной травмирования Б.Г.З. явилось грубое нарушение самим пострадавшим пункта 4 «Правил нахождения граждан и размещения объектов в зонах повышенной опасности, выполнения в этих зонах работ, проезда и перехода через железнодорожные пути», утвержденных приказом Минтранса России от 27 января 2022 года № 20 (далее – Правила).

В соответствии с данным пунктом Правил при нахождении граждан в зонах повышенной опасности и при пользовании железнодорожным подвижным составом гражданам запрещается проезжать и переходить через железнодорожные пути в местах, не предусмотренных пунктом 11 настоящих Правил (подпункт 14); находиться на железнодорожных путях (в том числе ходить по ним, сидеть на рельсах), ходить вдоль железнодорожных путей (пункт 15).

Нарушений в действиях машиниста электропоезда ФИО5 и помощника машиниста ФИО6 не выявлено.

Согласно справке по расшифровке кассеты регистрации № от 7 июля 2023 года локомотива серии <данные изъяты> поезд № под управлением машиниста ФИО5, расшифровкой установлено, что при следовании по участку <данные изъяты> в 20 часов 23 минуты 43 секунды по «З» огню на БИЛ при скорости 105 км/ч локомотивной бригадой применено экстренное торможение. Подача сигнала большой громкости в 20 часов 23 минуты 40 секунд. Тормозной путь составил 671 метр (расчетный тормозной путь 735 метров). Установленная скорость при следовании по перегону 120 км/ч.

По медицинскому заключению функциональное состояние машиниста ФИО5 и помощника машиниста ФИО6 в норме, алкогольного, наркотического и токсического опьянения не выявлено, что также подтверждается актом рейда наркологического контроля от 8 июля 2023 года.

Указанные работники ОАО «РЖД» управляли электропоездом в соответствии с правилами, установленными для работы, факта превышения скоростного режима не имеется, ими подавались предупреждающие звуковые сигналы, на которые потерпевший Б.Г.З., шедший в непосредственной близости вдоль пути, не реагировал, то есть машинистом ФИО5 и помощником машиниста ФИО6 были предприняты меры для предотвращения возможного травмирования Б.Г.З., что подтверждается актом служебного расследования транспортного происшествия от 21 июля 2023 года

Таким образом, в действиях потерпевшего имелась грубая неосторожность при отсутствии вины владельца источника повышенной опасности.

Б.Г.З. умер ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается свидетельством о смерти № от 18 июля 2023 года, протоколом установления смерти человека от 7 июля 2023 года

Погибший Б.Г.З. приходился сыном истцу ФИО4 и полнородным братом истцам ФИО1 и ФИО2, что следует из справки о рождении № от31 октября 2023 года, свидетельств о рождении № от 20 апреля 1972 года, № от 6 января 1970 года.

Согласно справке начальника Красносакмарско-Куруильского отдела по работе с сельским населением администрации муниципального образования Кувандыкский городской округ Оренбургской области от 21 февраля 2024 года, Б.Г.З. на день своей смерти был зарегистрирован и проживал по адресу: <адрес> совместно с матерью ФИО4, братом ФИО2 и сестрой ФИО1

В соответствии с пунктом 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причинённый имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объёме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

В силу абзаца 2 пункта 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 18 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина», в силу статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный жизни или здоровью граждан деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих (источником повышенной опасности), возмещается владельцем источника повышенной опасности независимо от его вины.

В ходе рассмотрения настоящего спора судом установлен факт смертельного травмирования Б.Г.З. источником повышенной опасности, владельцем которого является ОАО «РЖД», что не оспаривалось представителем ответчика в судебном заседании.

В силу части 2 статьи 20 Федерального закона от 10 января 2003 года № 17-ФЗ «О железнодорожном транспорте в Российской Федерации» владельцы инфраструктур, перевозчики, грузоотправители и другие участники перевозочного процесса в пределах установленной законодательством Российской Федерации о железнодорожном транспорте компетенции обеспечивают безопасность движения и эксплуатации железнодорожного транспорта.

Таким образом, ОАО «РЖД» при осуществлении коммерческих перевозок обязано обеспечивать необходимые условия для безопасности людей на железной дороге и нести ответственность как собственник источника повышенной опасности (электровоза, подвижного состава) и работодатель машиниста (помощника машиниста).

Поскольку ОАО «РЖД» является владельцем электропоезда № (источника повышенной опасности), то несет ответственность за имущественный и моральный вред, причиненный жизни и здоровью граждан, независимо от вины в действиях машиниста и помощника машиниста электропоезда.

На основании изложенного, суд приходит к выводу о том, что требования прокурора, заявленные в защиту прав, свобод и законных интересов ФИО4, ФИО1, ФИО2, к ОАО «РЖД» о взыскании компенсации морального вреда являются обоснованными и подлежат удовлетворению.

Вместе с тем, в определенных случаях требование о компенсации морального вреда следует предъявлять к иным лицам.

В соответствии с пунктом 33 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», если гражданская ответственность владельца источника повышенной опасности застрахована по договору добровольного страхования гражданской ответственности, предусматривающему при наступлении указанного в договоре события (страхового случая) выплату компенсации морального вреда третьим лицам (выгодоприобретателям), суд, определив размер компенсации морального вреда в пользу истца в соответствии со статьями 151 и 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, взыскивает её со страховщика в пределах страховой суммы, установленной этим договором. Оставшаяся сумма компенсации морального вреда на основании статьи 1072 Гражданского кодекса Российской Федерации подлежит взысканию с владельца источника повышенной опасности.

Статьей 931 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что договор страхования риска ответственности за причинение вреда считается заключенным в пользу лиц, которым может быть причинен вред (выгодоприобретателей, они же потерпевшие в обязательстве вследствие причинения вреда). При наступлении вреда потерпевший самостоятельно выбирает ответственное лицо – непосредственно причинившее вред либо осуществившее страхование ответственности, о существовании которого причинитель вреда во избежание риска отнесения на него убытков обязан сообщить потерпевшему.

В соответствии с пунктом 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 при отсутствии вины владельца источника повышенной опасности, при наличии грубой неосторожности лица, жизни или здоровью которого причинен вред, суд не вправе полностью освободить владельца источника повышенной опасности от ответственности (кроме случаев, когда вред причинен вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего).

Материалами дела подтверждается, что 22 декабря 2022 года между СПАО «Ингосстрах» и ОАО «РЖД» заключен договор на оказание услуг по добровольному страхованию гражданской ответственности ОАО «РЖД» № с периодом действия с 8 декабря 2022 года по 7 декабря 2023 года. Заключение данного договора происходило на условиях Правил страхования гражданской ответственность владельцев инфраструктуры железнодорожного транспорта, которые являются неотъемлемой частью договора.

Пунктом 1.5 данного договора предусмотрено, что выгодоприобретатели – это физические и юридические лица, государство в лице уполномоченных органов исполнительной власти, в ведении которых находится управление охраной окружающей среды, которым причинён вред в результате наступления страхового случая; вред жизни и здоровья – телесные повреждения, ранения, расстройства здоровья или смерть; моральный вред – причинение выгодоприобретателю физических или нравственных страданий действиями страхователя, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, в случаях, если решением суда на страхователя возложена обязанность денежной компенсации указанного вреда. Размер выплаты в счёт компенсации морального вреда определяется в соответствии с ограничениями, установленными условиями настоящего договора, при наступлении страхового случая, связанного с причинением вреда жизни и здоровью.

В соответствии с пунктом 8.1.1.3 договора страхования в случае, если суд возложил на страхователя обязанность денежной компенсации морального вреда выгодоприобретателям, страховая выплата осуществляется страховщиком в следующем размере: не более 100000 рублей – лицам, которым в случае смерти потерпевшего страхователь по решению суда обязан компенсировать моральный вред. Выплата компенсации морального вреда этим лицам производится из общей суммы 100000 рублей в равных долях.

Факт и обстоятельства причинения вреда жизни Б.Г.З. в процессе рассмотрения дела сторонами не оспаривались.

Право гражданина на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, относится к числу общепризнанных основных неотчуждаемых прав и свобод человека, поскольку является непосредственно производным от права на жизнь и охрану здоровья, прямо закрепленных в Конституции Российской Федерации.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Абзацем 2 статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В пункте 14 данного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации разъяснено, что под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями – страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (переживания в связи с утратой родственников, и другие негативные эмоции).

При этом, в силу статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен. При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается.

Несмотря на то, что ответчик ОАО «РЖД» не является виновным в гибели Б.Г.З., его ответственность в данном случае наступает независимо от вины.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд исходит из следующего.

Погибший являлся сыном ФИО4 и родным братом ФИО1 и ФИО2, они проживали совместно, вели общее хозяйство. Смертью Б.Г.З. родственникам причинены нравственные страдания, выразившиеся в невосполнимой потере близкого человека.

Довод представителя ответчика ОАО «РЖД» о том, что истцами не доказано наличие доверительных отношений с погибшим, является несостоятельным.

В понимании ст.8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод семейная жизнь охватывает существование семейных связей как между супругами, так и между родителями и детьми, в том числе совершеннолетними, между другими родственниками.

Следовательно, в данном случае моральный вред, причиненный матери, брату и сестре погибшего, предполагается, при этом ссылки истцов на конкретные фактические обстоятельства, связанные с перенесенными ими нравственными страданиями, являются достаточным основанием для установления факта причинения истцам морального вреда.

Устанавливая характер и степень причиненных истцам нравственных страданий смертью Б.Г.З., суд исходит из того, что последствия происшествия являются для истцов значительными ввиду безвозвратной потери близкого человека – сына и брата. Суд также принимает во внимание наличие в действиях Б.Г.З. грубой неосторожности, которая выразилась в том, что в нарушении «Правил нахождения граждан и размещения объектов в зонах повышенной опасности, выполнения в этих зонах работ, проезда и перехода через железнодорожные пути», утвержденных приказом Минтранса России от 27 января 2022 года № 20, он находился в непосредственной близости от железнодорожных путей, что и стало причиной его смертельного травмирования.

С учетом разумности и справедливости, степени родства истцов с погибшим, их моральных и нравственных страданий, обстоятельств, при которых был причинен вред, принимая во внимание разъяснения, изложенные в пункте 33 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33, суд приходит к выводу о взыскании с ответчика СПАО «Ингосстрах» компенсации морального вреда в размере 40000 рублей в пользу матери погибшего – ФИО4 и по 30000 рублей каждому в пользу сестры Б.Г.З. – ФИО7 и брата – ФИО2 (поскольку сумма 100000 рублей (лимит ответственности страховой компании) в равных долях на троих не делится), и о взыскании с ответчика ОАО «РЖД» компенсации морального вреда в размере 200000 рублей в пользу матери погибшего ФИО4 и по 150000 рублей каждому в пользу сестры ФИО1 и брата ФИО2

Довод представителя ответчика ОАО «РЖД» о том, что иск Оренбургского транспортного прокурор в интересах истцов ФИО1 и ФИО2 подлежит оставлению без рассмотрения как поданный неуполномоченным на то лицом, является необоснованным.

В соответствии с пунктом 4 статьи 27, пунктом 3 статьи 35 Федерального закона «О прокуратуре Российской Федерации» прокурор вправе обратиться в суд с заявлением, если этого требует защита прав граждан и охраняемых законом интересов общества и государства.

Согласно части 1 статьи 45 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, прокурор вправе обратиться в суд с заявлением в защиту прав, свобод и законных интересов гражданина, если гражданин по состоянию здоровья, возрасту, недееспособности и другим уважительным причинам не может сам обратиться в суд.

ФИО4, ФИО1, ФИО2 20 ноября 2023 года подали в Оренбургскую транспортную прокуратуру заявления об обращении прокурора в их интересах в суд с иском о взыскании с ОАО «РЖД» компенсации морального вреда, причиненного смертью брата и сына – Б.Г.З., мотивируя свою просьбу тем, что они не имеют юридического образования, финансовой возможности, а также ссылаясь на то, что ввиду тяжелого эмоционального состояния не могут самостоятельно осуществить защиту своих прав в суде.

При таких обстоятельствах, оснований для оставления без рассмотрения искового заявления прокурора в интересах истцов ФИО1 и ФИО2, как поданного неуполномоченным лицом, не имеется.

Согласно части 1 статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, подпункта 8 части 1 статьи 333.20 Налогового кодекса Российской Федерации, государственная пошлина, от которой истец был освобожден, взыскивается в соответствующий бюджет с ответчика, если он не освобожден от уплаты государственной пошлины, пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

В силу пунктов 9 и 19 части 1 статьи 333.36. Налогового кодекса Российской Федерации прокуроры, обратившиеся в суд с заявлениями в защиту прав, свобод и законных интересов граждан, неопределенного круга лиц, освобождаются от уплаты государственной пошлины.

На основании подпункта 3 пункта 1 статьи 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации государственная пошлина по требованию о взыскании компенсации морального вреда составляет 300 рублей.

Как разъяснено в пункте 68 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», при разрешении иска о компенсации морального вреда положения процессуального законодательства о пропорциональном возмещении (распределении) судебных издержек (статьи 98, 102, 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации) не подлежат применению.

При таких обстоятельствах, с ОАО «РЖД» и СПАО «Ингосстрах» в доход бюджета муниципального образования Кувандыкский городской округ Оренбургской области подлежит взысканию государственная пошлина в размере 300 рублей, по 150 рублей с каждого ответчика.

Руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

исковые требования Оренбургского транспортного прокурора, поданные в защиту прав, свобод и законных интересов ФИО4, ФИО1, ФИО2, к открытому акционерному обществу «Российские железные дороги», страховому публичному акционерному обществу «Ингосстрах» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного смертью близкого родственника, удовлетворить частично.

Взыскать с открытого акционерного общества «Российские железные дороги» (ИНН <***>, ОГРН <***>) компенсацию морального вреда в пользу ФИО4 (ИНН №) в размере 200000 (двести тысяч) рублей, в пользу ФИО1 (ИНН №) в размере 150000 (сто пятьдесят тысяч) рублей, в пользу ФИО2 (ИНН №) в размере 150000 (сто пятьдесят тысяч) рублей. В удовлетворении исковых требований о взыскании компенсации морального вреда в большем размере отказать.

Взыскать со страхового публичного акционерного общества «Ингосстрах» (ИНН <***>, ОГРН <***>) компенсацию морального вреда в пользу ФИО4 (ИНН №) в размере 40000 (сорок тысяч) рублей, в пользу ФИО1 (ИНН №) в размере 30000 (тридцать тысяч) рублей, в пользу ФИО2 (ИНН №) в размере 30000 (тридцать тысяч) рублей. В удовлетворении исковых требований о взыскании компенсации морального вреда в большем размере отказать.

Взыскать в доход бюджета муниципального образования Кувандыкский городской округ Оренбургской области государственную пошлину с открытого акционерного общества «Российские железные дороги» в размере 150 (сто пятьдесят) рублей, со страхового публичного акционерного общества «Ингосстрах» в размере 150 (сто пятьдесят) рублей.

Решение суда может быть обжаловано в Оренбургский областной суд через Кувандыкский районный суд Оренбургской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья Л.В. Белова

Решение суда в окончательной форме принято 29 февраля 2024 года.

Судья Л.В. Белова