Апелляционное определение № 33-2951/2026 от 25 марта 2026 г.

Судья: Маркова Н.В. Дело № 33-2951/2026 (2-2898/2025)

Докладчик: Першина И.В. УИД: 42RS0009-01-2025-004327-91


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

26 марта 2026 года г. Кемерово

Судебная коллегия по гражданским делам Кемеровского областного суда в составе

председательствующего Першиной И.В.,

судей Бабушкиной Е.А., Вязниковой Л.В.,

при секретаре Клюевой В.А.,

с участием прокурора Скрипка Е.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании по докладу судьи Першиной И.В. гражданское дело по апелляционной жалобе представителя ФИО1, ФИО3, ФИО5, ФИО6 – ФИО7 на решение Центрального районного суда города Кемерово от 18 декабря 2025 года

по иску ФИО1, ФИО3, ФИО5, ФИО6 к Федеральной службе по экологическому, технологическому и атомному надзору, Сибирскому управлению Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору, ООО «Шахта «Листвяжная», АО Холдинговая компания «СДС-Уголь» о взыскании компенсации, предусмотренной Федеральным отраслевым соглашением, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛА:

ФИО1, ФИО3, ФИО5, ФИО6 просят взыскать

с Общества с ограниченной ответственностью «Шахта «Листвяжная» (ООО «Шахта «Листвяжная») компенсацию морального вреда, причиненного гибелью близкого родственника, в размере по 5 000 000 руб. в пользу каждого, компенсацию, предусмотренную п. 5.7 Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности на 2019-2021, в размере по 1 250 000 руб. в пользу каждого;

с Сибирского управления Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору (Сибирское управление Ростехнадзора) компенсацию морального вреда, причиненного гибелью близкого родственника, в размере по 5 000 000 руб. в пользу каждого;

с Акционерного общества Холдинговая компания «СДС-Уголь» (АО ХК «СДС-Уголь») компенсацию морального вреда, причиненного гибелью близкого родственника, в размере по 5 000 000 руб. в пользу каждого.

Иск обоснован тем, что 25.11.2021 в результате взрыва на шахте «Листвяжная» в г. Белово произошел групповой несчастный случай, в результате которого погиб работник ООО «Шахта «Листвяжная» ФИО12

ФИО6 является <данные изъяты> ФИО29 ФИО3, ФИО1, ФИО5 - <данные изъяты>.

Актом о несчастном случае на производстве на опасном производственном объекте ООО «Шахта «Листвяжная» установлено, что в горных выработках шахты произошла авария, представляющая собой неконтролируемый выброс метановоздушной смеси и угольной пыли, выброс опасных веществ, разрушение сооружений и устройств, применяемых на шахте. Ответственными за нарушение требований промышленной безопасности являются сотрудники ООО «Шахта «Листвяжная».

В связи с данной аварией к уголовной ответственности привлечены должностные лица АО ХК «СДС-Уголь», допустившие злоупотребление полномочиями, должностные лица Сибирского управления Ростехнадзора, не исполнившие обязанность по осуществлению функций государственного контроля и надзора, что является основанием для привлечения к гражданско-правовой ответственности в виде компенсации морального вреда, причиненного истцам.

В связи со смертью ФИО30. истцы испытывают <данные изъяты>, <данные изъяты>, связанную с потерей близкого человека.

С работодателя ООО «Шахта «Листвяжная» в соответствии с п. 5.7. Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности на 2019-2020 годы подлежит взысканию компенсация в размере по 1 250 000 руб. в пользу каждого истца.

Определением от 17.07.2025 (протокольная форма) к участию в деле в качестве соответчика привлечена Федеральная служба по экологическому, технологическому и атомному надзору (Ростехнадзор).

Определением от 15.09.2025 (протокольная форма) к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечены ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11

Истец ФИО6, действующая за себя и как законный представитель ФИО5, истец ФИО1, представитель истцов ФИО7 в судебном заседании иск поддержали.

Представитель ответчика ООО «Шахта «Листвяжная» ФИО13 против иска возражала.

Представитель ответчика АО ХК «СДС-Уголь» ФИО14 против иска возражала.

Представитель ответчика Сибирского управления Ростехнадзора ФИО15 против иска возражала.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились.

Решением суда постановлено:

«Исковые требования ФИО1, ФИО3, ФИО5, ФИО6 к Федеральной службе по экологическому, технологическому и атомному надзору, Сибирскому управлению Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору, ООО «Шахта «Листвяжная», АО Холдинговая компания «СДС-Уголь» о взыскании компенсации, предусмотренной Федеральным отраслевым соглашением, компенсации морального вреда - удовлетворить частично.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Шахта «Листвяжная» компенсацию морального вреда в связи с потерей близкого человека в пользу:

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженки <адрес>, в размере 200000 (двести тысяч) рублей;

ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <адрес>, в размере 200000 (двести тысяч) рублей;

ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженки <адрес>, в размере 200000 (двести тысяч) рублей;

ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженки <адрес>, в размере 100000 (сто тысяч) рублей.

Взыскать с акционерного общества «Холдинговая компания СДС-Уголь» компенсацию морального вреда в связи с потерей близкого человека в пользу:

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженки <адрес>, в размере 250000 (двести пятьдесят тысяч) рублей;

ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <адрес>, в размере 250000 (двести пятьдесят тысяч) рублей;

ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженки <адрес>, в размере 250000 (двести пятьдесят тысяч) рублей;

ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженки <адрес>, в размере 150000 (сто пятьдесят тысяч) рублей.

В удовлетворении исковых требований о взыскании с ООО «Шахта «Листвяжная» компенсации предусмотренной п. 5.7 Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности за 2019-2021гг. - отказать.

В удовлетворении исковых требований к Федеральной службе по экологическому, технологическому и атомному надзору, Сибирскому управлению Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору - отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Шахта Листвяжная», в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 3000 (три тысячи) рублей.

Взыскать с акционерного общества «Холдинговая компания СДС-Уголь» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 3000 (три тысячи) рублей.».

В апелляционной жалобе представитель ФИО1, ФИО3, ФИО5, ФИО6 - ФИО7, действующий на основании доверенностей, просит решение суда в части определения размера компенсации морального вреда с ООО «Шахта «Листвяжная», АО ХК «СДС-Уголь» изменить, иск удовлетворить в полном объеме.

Указывает, что выплаченные истцам денежные суммы со стороны ООО «Шахта «Листвяжная» не могут быть зачтены в счет компенсации морального вреда, поскольку решение о выплатах указанных денежных средств принято по результатам заседания Правительственной комиссии 26.11.2021, в протоколе заседания комиссии не отражено, что данные суммы являются компенсацией морального вреда, указано на материальную поддержку семей.

Указывает, что на основании положений п. 5.6. Федерального Отраслевого Соглашения по угольной промышленности РФ на 2019-2021 выплата в размере <данные изъяты> руб. каждому члену семьи является дополнительной ответственностью работодателя и не относится к компенсации морального вреда.

Полагает, что ООО «Шахта «Листвяжная» извлекает преимущество из своего недобросовестного поведения, судом неправомерно отнесены денежные средства, выплаченные в качестве материальных мер поддержки членам семей погибших шахтеров, к компенсации морального вреда.

Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащей взысканию с ответчика АО ХК «СДС-Уголь», суд не учел положения п. 30 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» о том, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы.

С учетом отсутствия доказательств выплаты АО ХК «СДС-Уголь» денежных средств в счет компенсации морального вреда определенная судом сумма является малой и незначительной.

На апелляционную жалобу представителем Общества с ограниченной ответственностью «Шахта «Листвяжная» ФИО13, представителем Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору ФИО16, представителем Сибирского управления Ростехнадзора ФИО15, старшим помощником прокурора Центрального района г. Кемерово Шестера Л.А. принесены возражения.

О времени и месте судебного заседания, назначенного в суде апелляционной инстанции на 26 марта 2026 года, лица, участвующие в деле, извещены надлежаще. В судебное заседание истцы, представители ответчиков АО ХК «СДС-Уголь», Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору, третьи лица в судебное заседание не явились. Сведений о причине неявки в суд не представили.

В соответствии со ст. 167 ч.3, ст. 327 ч. 1 ГПК РФ судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся в судебное заседание лиц, участвующих в деле, надлежаще извещенных о времени и месте судебного заседания.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, возражений относительно апелляционной жалобы, заслушав представителя ответчика ООО «Шахта «Листвяжная» ФИО13, возражавшую против апелляционной жалобы, просившую решение суда оставить без изменения, представителя ответчика Сибирского управления Ростехнадзора ФИО15, возражавшую против апелляционной жалобы, просившую решение суда оставить без изменения, заключение прокурора отдела прокуратуры Кемеровской области – Кузбасса Скрипка Е.В., считавшую решение суда правильным, проверив законность и обоснованность решения суда в соответствии со ст. 327.1 ч. 1 ГПК РФ, судебная коллегия полагает, что оснований для отмены решения суда не имеется.

В соответствии с п. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (ГК РФ) вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Законом или договором может быть установлена обязанность причинителя вреда выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда. Законом может быть установлена обязанность лица, не являющегося причинителем вреда, выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда.

В соответствии с п. 1 ст. 150 ГК РФ жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В силу п. 1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (ч. 1 ст. 151 ГК РФ).

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред. (ч. 2 ст. 151 ГК РФ).

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. (п. 2 ст. 1101 ГК РФ).

В абз. 2 п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что установленная статьей 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья (например, факт причинения вреда в результате дорожно-транспортного происшествия с участием ответчика), размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

При рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда (абз. 3 п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1).

Как установил суд первой инстанции и следует из материалов дела, 25.11.2021 в результате аварии на шахте «Листвяжная», расположенной в г. Белово Кемеровской области, произошел взрыв, в результате которого погиб работник ООО «Шахта «Листвяжная», <данные изъяты> ФИО12 (л.д. 23 т. 1).

Погибший ФИО12 являлся <данные изъяты> ФИО6 и <данные изъяты> ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р., ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ г.р., ФИО5 ДД.ММ.ГГГГ г.р. (л.д. 19-22 т. 1).

Работодателем ООО «Шахта «Листвяжная» проведено расследование несчастного случая, повлекшего гибель ФИО2, по результатам расследования несчастный случай признан связанным с производством, составлен акт о несчастном случае на производстве № от ДД.ММ.ГГГГ (форма Н-1) (л.д. 185-207 т. 3).

В п. 9.1 акта о несчастном случае на производстве указано, что гибель ФИО2 произошла в результате неконтролируемого взрыва.

Согласно п. 10 акта о несчастном случае на производстве причинами несчастного случая являются: основная: причинение вреда жизни и здоровью в результате чрезвычайных ситуаций природного, техногенного и иного характера; сопутствующая: недостатки в создании и обеспечении функционирования системы производственного контроля на опасном производственном объекте.

Лицами, допустившими нарушение требований охраны труда, являются, в том числе, <данные изъяты> ООО «Шахта «Листвяжная» ФИО19, <данные изъяты> ООО «Шахта «Листвяжная» ФИО20, <данные изъяты> ООО «Шахта «Листвяжная» ФИО21, <данные изъяты> ООО «Шахта «Листвяжная» ФИО22 (п. 11 акта о несчастном случае на производстве).

Согласно Акта технического расследования причин аварии «Взрыв», происшедший в ООО «Шахта «Листвяжная» 25.11.2021 в 08 часов 25 минут, составленного комиссией по техническому расследованию причин аварии на опасном производственном объекте, происшедшей в ООО «Шахта «Листвяжная», установлены технические и организационные причины аварии, указано на возможность квалифицировать аварию как взрыв метановоздушной смеси и угольной пыли (л.д. 1-166 т. 4).

Вступившим в законную силу приговором Беловского городского суда Кемеровской области от ДД.ММ.ГГГГ по уголовному делу № <данные изъяты> ООО «Шахта Листвяжная» ФИО22 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 5 ст. 274.1 УК РФ (л.д. 194-215 т.1).

В ходе рассмотрения уголовного дела № судом установлено, что ФИО22 допустил нарушение правил эксплуатации автоматизированной системы управления АСУ АГК «Микон III», относящейся к критической информационной инфраструктуре Российской Федерации, повлекшее причинение вреда этой критической информационной инфраструктуре Российской Федерации, а также тяжкие последствия в виде аварии на опасном производственном объекте и крупного материального ущерба ООО «Шахта «Листвяжная» организованной группой, с использованием своего служебного положения.

Вступившим в законную силу приговором Центрального районного суда г. Кемерово от ДД.ММ.ГГГГ по уголовному делу № в отношении ФИО9, <данные изъяты> АО ХК «СДС-Уголь»; ФИО10, <данные изъяты> АО ХК «СДС-Уголь»; ФИО8, <данные изъяты> АО ХК «СДС-Уголь», признанных виновными в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 201 УК РФ, установлено, что ФИО9, ФИО8 и ФИО10, достоверно зная об установленных нарушениях в ООО «Шахта «Листвяжная», могли и должны были в силу возложенной на каждого из них юридической обязанности, действовать в соответствующей ситуации, связанной с ведением горных работ в шахте угольной, в том числе при превышении ПДК метана и надлежащей пылевзрывозащите в выработках шахты, проявляя должную степень заботливости и осмотрительности, при добросовестном осуществлении каждым из них своих полномочий совершить действия, предпринять необходимые меры, которые бы исключили возможность наступления вредных последствий, чего не сделали (л.д. 1-184 т. 3).

В силу ч. 4 статьи 61 ГПК РФ вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Удовлетворяя иск о взыскании компенсации морального вреда с ООО «Шахта «Листвяжная», с АО ХК «СДС-Уголь», суд первой инстанции, установил факт нарушения требований промышленной безопасности опасных производственных объектов со стороны ООО «Шахта Листвяжная», в результате чего была причинена смерть работникам данного общества, в том числе ФИО2, неисполнение АО ХК «СДС-Уголь» как основным обществом и единственным участником дочернего общества ООО «Шахта «Листвяжная» контроля за деятельностью указанного общества, причинно-следственную связь между виновным поведением сотрудников ООО «Шахта «Листвяжная» и АО ХК «СДС-Уголь» и наступившими последствиями в виде гибели работника ООО «Шахта Листвяжная» ФИО2

Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащей взысканию с ООО «Шахта «Листвяжная» в сумме по 200 000 руб. в пользу ФИО1, ФИО3, ФИО5, в сумме 100 000 руб. в пользу ФИО6, с АО ХК «СДС-Уголь» в сумме по 250 000 руб. в пользу ФИО1, ФИО3, ФИО5, в сумме 150 000 руб. в пользу ФИО6, суд первой инстанции, руководствуясь положениями ст. ст. 150, 151, 1064, 1101 ГК РФ, разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», учел характер и длительность <данные изъяты> истцов, причиненных гибелью <данные изъяты><данные изъяты>, степень вины ответчиков, фактические обстоятельства дела, при которых причинен моральный вред, сложившиеся между истцами и погибшим ФИО2 <данные изъяты>, требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав, баланс интересов сторон, а также произведенные в пользу истцов ООО «Шахта «Листвяжная» в досудебном порядке выплаты материальной помощи и морального вреда.

Отказывая в удовлетворении иска в части взыскания компенсации морального вреда с Сибирского управления Ростехнадзора суд первой инстанции указал, что приговором Беловского городского суда Кемеровской области от ДД.ММ.ГГГГ по уголовному делу №, приговором Беловского городского суда Кемеровской области от ДД.ММ.ГГГГ по уголовному делу № не установлен факт ненадлежащего исполнения бывшими сотрудниками Сибирского управления Ростехнадзора должностных обязанностей, состоящий в причинно-следственной связи с наступлением несчастного случая на производстве и гибелью работников ООО «Шахта «Листвяжная».

Отказывая в удовлетворении иска в части взыскания с ООО «Шахта «Листвяжная» компенсации, предусмотренной п. 5.7 Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности на 2019-2021, суд первой инстанции исходя из положений Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности на 2019-2921, Коллективного договора ООО «Шахта «Листвяжная» на 2017-2018 (срок действия продлен по 31.12.2021), указал, что в соответствии с п. 5.7. Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности на 2019-2021 единовременная выплата семье погибшего, проживавшей совместно с ним, в счет возмещения морального вреда, выплачена в досудебном порядке.

Решение суда в части отказа в удовлетворении иска о взыскании с Сибирского управления Ростехнадзора компенсации морального вреда, в части отказа во взыскании с ООО «Шахта «Листвяжная» компенсации, предусмотренной п. 5.7 Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности на 2019-2021, не обжаловано. В соответствии с ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ, разъяснениями, изложенными в п. 46 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.06.2021 N 16 "О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции», суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения суда первой инстанции в обжалуемой части, исходя из доводов, изложенных в апелляционной жалобе, возражениях на апелляционную жалобу.

Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, в частности право на уважение родственных и семейных связей) (абзац 3 п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

Как разъяснено в абз. 1 п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33 обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ).

Согласно п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33 под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

Отсутствие заболевания или иного повреждения здоровья, находящегося в причинно-следственной связи с физическими или нравственными страданиями потерпевшего, само по себе не является основанием для отказа в иске о компенсации морального вреда.

В соответствии с абз. 1 п. 25 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33 суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (п. 26 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33).

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни (абз. 1 п. 27 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33).

При определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ).

В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.

Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении (п. 30 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33).

Предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении во избежание произвольного завышения или занижения судом суммы компенсации.

Факты ненадлежащего исполнения работодателем ООО «Шахта «Листвяжная» обязанности по созданию безопасных условий труда работнику ФИО12, недобросовестного осуществления полномочий должностными лицами АО ХК «СДС-Уголь» по контролю за деятельностью дочернего общества ООО «Шахта «Листвяжная» нашли подтверждение в ходе расследования несчастного случая на производстве, а также по итогам рассмотрения уголовных дел, в связи с чем выводы суда первой инстанции о наличии оснований для взыскания с ООО «Шахта «Листвяжная», с АО ХК «СДС-Уголь» в пользу истцов компенсации морального вреда являются обоснованными.

При определении размера компенсации морального вреда суд первой инстанции правильно применил нормы материального права, дал оценку доказательствам в соответствии с требованиями ст. 67 ГПК РФ, учел предусмотренные законом критерии определения размера компенсации морального вреда, конкретные обстоятельства дела, характер и степень причиненных каждому из истцов физических и нравственных страданий, вину ответчиков, индивидуальные особенности истцов, требования разумности и справедливости, иные заслуживающие внимание обстоятельства.

Заслуживающими внимание обстоятельствами суд признал действия ответчика ООО «Шахта «Листвяжная» непосредственно после аварии по оказанию материальной и иной помощи <данные изъяты> ФИО2, оказание которой продолжается по настоящее время.

Между ООО «Шахта «Листвяжная» и членами <данные изъяты> ФИО2 подписаны Соглашения от ДД.ММ.ГГГГ, от ДД.ММ.ГГГГ, от ДД.ММ.ГГГГ, от ДД.ММ.ГГГГ, принято решение от ДД.ММ.ГГГГ, на основании которых членам семьи погибшего ФИО2 (истцам по настоящему делу, <данные изъяты> ФИО32. – ФИО31.) оказаны меры поддержки, осуществлены денежные выплаты, в том числе, в счет компенсации морального вреда:

- на организацию и оплату расходов на погребение, расходов на поминальные обеды в день похорон, 9 дней, 40 дней, 1 год - в размере <данные изъяты> руб. (п. 1.1. решения от ДД.ММ.ГГГГ);

- единовременная выплата семье погибшего работника в размере трехкратного среднемесячного заработка ФИО2 в размере <данные изъяты> руб. (п. 1.2. решения от ДД.ММ.ГГГГ);

- единовременное пособие в размере среднегодовой заработной платы работника ФИО2 каждому члену семьи по <данные изъяты> руб. (п. 1.3. решения от ДД.ММ.ГГГГ);

- единовременная выплата семье погибшего работника в размере <данные изъяты> руб. согласно п.6.4.2. Коллективного договора ООО «Шахта «Листвяжная». (п. 1.4. решения от ДД.ММ.ГГГГ);

- расходы на благоустройство места захоронения в размере <данные изъяты> руб. (п. 2.1. решения от ДД.ММ.ГГГГ);

- приобретены три квартиры: по адресу <адрес>, стоимостью <данные изъяты> руб. для <данные изъяты> ФИО3; по адресу <адрес> стоимостью <данные изъяты> руб. для <данные изъяты> ФИО1; по адресу <адрес> для ФИО6 стоимостью <данные изъяты> руб. по договору купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ (п. 1.5., 1.6., 2.10. решения от ДД.ММ.ГГГГ). (л.д. 27-42 т.2).

По решению от ДД.ММ.ГГГГ ФИО6 перечислена сумма в размере <данные изъяты> руб. на покупку мебели и бытовой техники; произведена единовременная выплата в размере <данные изъяты> руб. за обучение на вождение транспортного средства категории «В» в автошколе <данные изъяты>»; назначена ежемесячная выплата по <данные изъяты> руб. с ежегодной индексацией, до <данные изъяты> (с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере <данные изъяты> руб.); назначена ежегодная выплата в виде материальной помощи размере <данные изъяты> руб. к празднику День Шахтера (п. 2.3., 2.9., 2.14. решения от ДД.ММ.ГГГГ); (л.д. 43-44 т.2).

Дополнением к решению от ДД.ММ.ГГГГ от ДД.ММ.ГГГГ, заключенным между ООО «Шахта «Листвяжная» и ФИО6, ФИО33 в связи с поступившим ДД.ММ.ГГГГ заявлением <данные изъяты> ФИО4 решение от ДД.ММ.ГГГГ дополнено пунктом 3 в следующей редакции «внесены изменения и дополнения: пунктом 3 в следующей редакции: «Все выплаты и меры поддержки, определенные в решении от ДД.ММ.ГГГГ, за исключением указанных в п. 1.1. и п. 2.2., осуществляются ООО «Шахта «Листвяжная» <данные изъяты> ФИО2 в счет компенсации морального вреда в соответствии со ст. 237 ТК РФ, ст.ст. 151, 1100, 1101 ГК РФ» (л.д. 53 т. 2).

С учетом изложенного, в связи с гибелью на производстве ФИО2 истцам ответчиком ООО «Шахта «Листвяжная» оказаны меры поддержки на общую сумму <данные изъяты> руб., перечисленные выше выплаты произведены, в том числе, в счет компенсации морального вреда.

В п. 24 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33 разъяснено, что по общему правилу, моральный вред компенсируется в денежной форме (пункт 1 статьи 1099 и пункт 1 статьи 1101 ГК РФ).

Причинитель вреда вправе добровольно предоставить потерпевшему компенсацию морального вреда как в денежной, так и в иной форме (например, в виде ухода за потерпевшим, в передаче какого-либо имущества (транспортного средства, бытовой техники и т.д.), в оказании какой-либо услуги, в выполнении самим причинителем вреда или за его счет работы, направленной на сглаживание (смягчение) физических и нравственных страданий потерпевшего).

Факт получения потерпевшим добровольно предоставленной причинителем вреда компенсации как в денежной, так и в иной форме, как и сделанное потерпевшим в рамках уголовного судопроизводства заявление о полной компенсации причиненного ему морального вреда, не исключает возможности взыскания компенсации морального вреда в порядке гражданского судопроизводства. Суд вправе взыскать компенсацию морального вреда в пользу потерпевшего, которому во внесудебном порядке была выплачена (предоставлена в неденежной форме) компенсация, если, исходя из обстоятельств дела, с учетом положений статей 151 и 1101 ГК РФ придет к выводу о том, что компенсация, полученная потерпевшим, не позволяет в полном объеме компенсировать причиненные ему физические или нравственные страдания.

Судебная коллегия полагает, что добровольно предоставленное ООО «Шахта «Листвяжная» в счет компенсации морального вреда возмещение как в денежной, так и в иной форме, свидетельствует о принятии существенных мер к заглаживанию вины в причинении вреда, наступившего в связи с гибелью работника, что обоснованно повлияло на определение судом размера компенсации морального вреда с указанного ответчика.

Несогласие истцов с размером компенсации морального вреда не может являться основанием для изменения решения суда, поскольку суд определил размер компенсации морального вреда, действуя не произвольно, а исходя из требований закона и установленных по делу обстоятельств.

Выводы суда первой инстанции о размере взысканных с ООО «Шахта «Листвяжная» и АО ХК «СДС-Уголь» в пользу истцов сумм компенсации морального вреда соответствуют нормам материального права об основаниях, принципах и критериях определения размера компенсации морального вреда, разъяснениям, содержащимся в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», являются мотивированными.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, направлены на иную оценку исследованных судом доказательств и выводов суда об обстоятельствах, имеющих значение для дела, установленных судом, что в силу ст. 330 ГПК РФ не может служить основанием для отмены или изменения решения суда.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия,

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Центрального районного суда города Кемерово от 18 декабря 2025 года в обжалованной части оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Председательствующий-

Судьи-

Мотивированное апелляционное определение составлено 09.04.2026.