Приговор № 1-34/2020 от 14 июля 2020 г. по делу № 1-34/2020

Дело № 1-34/2020


ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

р.п. Новоспасское 15 июля 2020 года

Новоспасский районный суд Ульяновской области в составе: председательствующего судьи Завгородней Т.Н.,

с участием государственного обвинителя прокурора Новоспасского района Ульяновской области Лазарева Г.В., заместителя прокурора Новоспасского района Ульяновской области Айбулатова У.А.,

потерпевшего Е. А.Д.,

представителя потерпевшего - адвоката Кузнецова А.П., представившего удостоверение № 2853, выданное 19.03.2014 г. и ордер № 022109 от 16.06.2020 г.,

подсудимого ФИО1,

защитника по соглашению - адвоката Дьяченко Т.В., представившей удостоверение № 357, выданное 07.07.2003 г. и ордер № 013190 от 16.06.2020 г.,

при секретарях Каштановой В.Н., Щипановой А.Б.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении:

ФИО1, *******, не судимого,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 совершил умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, совершенное с применением предмета, используемого в качестве оружия, при следующих обстоятельствах.

(дата) примерно в 02 час. 00 мин., ФИО1 возле кафе «****», расположенного по адресу: <адрес>, на почве личных неприязненных отношений, возникших из-за противоправного поведения потерпевшего, имея умысел на причинение тяжкого вреда здоровью убегающего от него Е. А.Д., с применением металлической трубы длиной приблизительно 60 см, диаметром около 5-6 см, используемой в качестве оружия, нанес не менее 2 ударов в область головы и не менее 4 ударов в область спины Е. А.Д. Затем ФИО1, продолжая реализовывать свой преступный умысел, обхватил упавшего от ударов на землю Е. А.Д. обеими руками сзади за туловище и, приподнимая его, ударил головой о песчано-каменный грунт не менее 2 раз. Вышеуказанными действиями ФИО1, Е. А.Д. причинены телесные повреждения: открытая проникающая черепно-мозговая травма; подкожная гематома и ушибленная рана в правой теменной области, параорбитальная гематома слева, поверхностные раны в левой надбровной области, кровоподтек в левой подглазничной области, переломы костей свода и основания черепа справа и слева: переломы правых и левых теменных височных костей с развитием гемосинуса, отогемоликвореи справа, субдуральная пластинчатая гематома объемом до 1,9 см? в правой теменной области, эпидуральная гематома объемом до 2,3 см? в левой височной области; субарахноидальные кровоизлияния в правых и левых височных и теменных долях головного мозга; кровоизлияние по намету мозжечка; ушиб головного мозга; микроповреждение твердой мозговой оболочки; ушиб верхней доли и базальных отделов правого легкого. Указанная черепно-мозговая травма, квалифицируется как причинение тяжкого вреда здоровью по признаку опасности для жизни. Ушиб правого легкого, квалифицируется как легкий вред здоровью по признаку временного нарушения функций органов и систем, вызвавшего кратковременное расстройство здоровья.

В судебном заседании подсудимый ФИО1 вину в инкриминируемом ему преступлении признал частично, показал, что с потерпевшим Е. А.Д. он живет на одной улице, раньше они здоровались, но общих интересов никогда не было, близко они не общались. (дата) примерно в 02 часа ночи он пришел в кафе «****», где со стороны сооружения «БТР», ближе к трассе М-5 увидел людей, примерно 20 человек, стоящих двумя группами. Из толпы он услышал нецензурную брань в свой адрес, после чего агрессивно настроенный Е. А.Д. начал быстро двигаться к нему, держа в правой руке круглую металлическую трубу темного цвета. Приблизившись на расстояние около метра, Е. А.Д., находившийся в состоянии опьянения, со словами «я тебя убью», целенаправленно нанес ему удар трубой в область головы. От удара он присел, почувствовал, что у него пошла кровь и закрыл голову руками. Е. А.Д. не прекратил своих действий и нанес ему еще 3-4 удара в область головы, попадая при этом по рукам. В какой-то момент, он смог выхватить у Е. А.Д. трубу, после чего удары прекратились. В то время, когда он пытался привстать, Е. А.Д. на полусогнутых ногах, боком отошел от него примерно на 5 шагов, при этом что-то приискивая на земле. Он понял, что потерпевший не прекратил свои действия, а продолжит наносить ему удары в достижение своей цели на убийство, а убежать с разбитой головой он не сможет и скорее всего, потеряет сознание. В тот момент он плохо осознавал происходящее, у него сильно болела голова, все происходило в короткий промежуток времени, не более минуты, в связи с чем времени обдумать, как поступить в данной ситуации у него не было, люди при этом находились на расстоянии примерно в 10 метрах от них. На земле были камни, в том числе крупные, до которых Е. А.Д. пытался дотянуться. Опасаясь дальнейших действий потерпевшего, он направился в его сторону и, держа в руке металлическую трубу, которую отнял у последнего, хаотично нанес Е. А.Д. не менее 4-5 ударов. Куда пришлись удары, он не знает, поскольку бил не целенаправленно, а «наотмашь». От ударов Е. А.Д. не упал, а продолжал пытаться что-то найти на земле, после чего резко поднялся из положения полуприседа и схватил его – ФИО1 за куртку, потянув на себя, они упали и стали бороться. Трубы у него в руках уже не было. Е. А.Д. лежал на боку, держал его, не давая до конца подняться. Возможно, в тот момент, когда он пытался освободиться от Е. А.Д., последний падал и ударялся о землю. Далее кто-то подбежал и разнял их. Когда его уводили от места драки, он слышал, как брат Е. А.Д., которого он видел возле кафе, крикнул, «Теперь мы точно найдем и убьем тебя». Что происходило дальше он не помнит, до того момента, как оказался в машине у Ф. Д.А., который довез его до <адрес>, откуда он сам пошел домой, опасаясь, что Е. А.Д. может выследить его. Утром он ушел из дома к знакомой девушке, у которой прожил несколько дней. Когда узнал, что в его доме был произведен обыск, решил пойти в полицию и рассказать о случившемся. О том, что Е. А.Д. находится в больнице, на тот момент ему было неизвестно. Признал, что все телесные повреждения, причинившие тяжкий вред здоровью получены потерпевшим от его действий, никто кроме него ударов Е. А.Д. не наносил, в содеянном раскаялся, поскольку не желал наступления таких последствий. Указал, что умысла на причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшего он не имел, а действовал исключительно в состоянии необходимой обороны. Отметил, что в момент написания явки с повинной и дачи первоначальных показаний он очень плохо себя чувствовал, из-за телесных повреждений, нанесенных ему Е. А.Д., нуждался в медицинской помощи, о чем сообщал сотрудникам правоохранительных органов. Следователь М. Г.А. обвиняла его в совершении преступления и угрожала заключением под стражу, фразу «Е. А.Д. убегал» в протоколе указала следователь, на тот момент он не понимал, что это делается с целью доказать факт преследования им потерпевшего, чего на самом деле не было. Гражданский иск, заявленный потерпевшим Е. А.Д., не признал, пояснив при этом, что согласен компенсировать потерпевшему расходы на лечение, однако, причинение вреда здоровью было вызвано поведением самого Е. А.Д., в связи с чем в компенсации морального вреда должно быть отказано. Кроме того, посчитал необоснованным размер процессуальных издержек потерпевшего за оплату услуг представителя.

В связи с наличием существенных противоречий по ходатайству государственного обвинителя, в соответствие со ст. 276 УПК РФ, были оглашены показания подсудимого, данные им при допросе в качестве подозреваемого и обвиняемого на стадии предварительного расследования.

Так, будучи допрошенным в качестве подозреваемого (дата) ФИО1 пояснял, что после прекращения ударов, Е. А.Д. начал убегать от него в сторону с трубой в руке. Он привстал и побежал за потерпевшим, догнал его, последний развернулся и попытался снова ударить его трубой в область шеи. После удара, он выхватил трубу, находящуюся в руке Е. А.Д. и начал наносить ею удары Е. А.Д. в область головы, нанеся не менее 2 ударов. Затем потерпевший схватил его обеими руками за одежду в районе груди и начал тянуть на себя, отчего они упали на землю. Е. А.Д. лежал на спине, удерживая его рукой за куртку, он лежал сверху лицом к нему, на животе. Он попытался освободиться, поднял Е. А.Д. и, отталкивая от себя, ударил головой о землю. В это время к нему подбежали З. М.С. и Ф. Д.А. и оттащили от Е. А.Д. В остальном, указанные показания аналогичны данным подсудимым в ходе судебного заседания (т. 1 л.д. 182-185).

Будучи допрошенным в качестве обвиняемого (дата), ФИО1 вину в предъявленном обвинении по п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ признавал частично, настаивал, что металлической трубой он не вооружался и не приискивал ее, поскольку указанный предмет он вырвал из рук Е. А.Д., в ходе нанесения потерпевшим ему ударов в область головы. Он побежал за Е. А.Д., поскольку был уверен, что тот не прекратил своих действий по нанесению ударов, убегая, Е. А.Д. наклонялся и что-то искал на земле, возможно камень или трубу. В части восприятия опасности, дал показания, аналогичные данным в судебном заседании. Остальные показания, данные в ходе предварительного следствия, подтвердил в полном объеме (т. 4 л.д. 119-121).

После оглашения данных показаний, подсудимый не подтвердил их в части того, что бежал за потерпевшим и что Е. А.Д. убегал от него. Также указал, что трубу выхватил из рук Е. А.Д. в ходе нанесения последним ему ударов по голове. Настаивал на своих показаниях, данных в ходе судебного заседания. Наличие противоречий объяснил тем, что (дата) в ходе допроса, он плохо себя чувствовал, ему необходима была медицинская помощь, в тот же день он был госпитализирован в больницу. В связи с чем, он не в полной мере осознавал происходящее, допускал неточности в своих показаниях, которые частично были искажены следователем. Кроме того, он никогда ранее не сталкивался с подобной ситуацией, до начала допроса просил следователя дождаться выбранного им защитника, поскольку сомневался, что адвокат по назначению сможет надлежащим образом обеспечить его защиту.

Потерпевший Е. А.Д. в судебном заседании показал, что (дата) примерно в 01 час ночи он с друзьями Р. В.О., Н. А.С., С. Д. и К. Р. приехали в кафе «***». С., Н. и К. пошли в кафе, он с Р. В.О. остался в автомобиле, после чего вышел в туалет на улицу, зайдя за сооружение «БТР». Когда возвращался обратно, на расстоянии примерно 15 метров от автомобиля Р. В.О., к нему подбежал Ф. Д.А. и нанес удар правой рукой в левую сторону лица – в щеку и висок, затем подбежал З. М.С. и ФИО1 З. М.С. нанес ему 1 удар твердым предметом в область левого глаза и виска, ФИО1 ударил его металлической трубой длиной примерно 60-70 см по шее, с левой стороны. После данного удара он упал на левый бок, зажав голову руками. Далее от ФИО1 последовал удар трубой в правый бок, Ф. Д.А. ударил рукой в правую сторону головы, затем ФИО1 ударил его трубой по голове, после чего он потерял сознание. Во время происходящего он видел, как к кафе на автомобиле подъехал его брат Е. И.Д. и успел крикнуть, чтобы тот уезжал, поскольку боялся за брата, который является инвалидом. Пришел в себя он уже в больнице, что к нему приезжали сотрудники полиции и какие показания он давал, не помнит, произошедшие события вспоминает с трудом, поскольку после полученных телесных повреждений, у него имеются проблемы с памятью. Указал, что до произошедшего он выпил две бутылки пива объемом 0,5 литра, был спокоен, ФИО1 не искал, неприязни к нему не испытывал, телесных повреждений никому не наносил. Ранее ссор, конфликтов с данными людьми у него не было, причина избиения ему неизвестна. При этом дополнил, что З. М.С., Ф. Д.А. и Б. Э.В. являются близкими друзьями, он неоднократно видел их вместе до случившегося, также они продолжают общаться и в настоящее время. По поводу выдвинутой подсудимым версии произошедшего, пояснил, что если бы у него отняли трубу, то он, понимая, что лишился оружия, начал бы кричать, звать на помощь, возможно убежал бы. Поддержал заявленные исковые требования о взыскании с ФИО1 компенсации морального вреда в размере 600 000 руб., а также судебных расходов, связанных с оплатой услуг представителя в размере 143 000 руб. В обоснование требований указал, что после получения телесных повреждений он до сих пор проходит лечение, начал заикаться, собирает документы для оформления инвалидности, признан негодным к военной службе, боится выходить на улицу. В письменном ходатайстве об отказе от участия в судебных прениях настаивал на применении строгой меры наказания, связанной с реальным лишением свободы.

На основании ч. 3 ст. 281 УПК РФ, по ходатайству стороны защиты, были частично оглашены показания потерпевшего Е. А.Д., данные им в ходе предварительного расследования, а также судебного следствия.

(дата) при даче показаний, Е. А.Д. сообщал, что ночью (дата) в кафе «***» произошел конфликт из-за бутылки пива, после чего на улице началась драка, в ходе которой Ф. Д.А., ФИО1, Л. А.В., З. М.С. стали наносить ему удары по различным частям тела, от ударов он потерял сознание. Чем были нанесены удары не знает (т. 1 л.д. 128-129).

(дата) будучи дополнительно допрошенным в качестве потерпевшего, Е. А.Д. пояснял, что когда он возвращался от сооружения «БТР», то увидел, что в его сторону бежит Ф. Д.А., который нанес ему не менее 2 ударов арматурой, в какую область он не помнит. Затем подбежали З. М.С. и ФИО1 З. М.С. нанес ему 1 удар в область лица с левой стороны каким-то твердым предметом, в этот же момент ФИО1 стал наносить удары металлическим предметом, похожим на трубу по частям тела. От ударов ФИО2 он упал на левый бок и руками зажал голову (т. 1 л.д. 232-234).

В ходе следственного эксперимента, проведенного (дата), потерпевший Е. А.Д. продемонстрировал на статисте механизм нанесения ему ударов Ф. Д.А., З. М.С., ФИО1 (т. 2 л.д. 11-17).

При проведении очной ставки между потерпевшим Е. А.Д. и обвиняемым ФИО1 (дата), Е. А.Д. пояснял, что когда он пошел к автомобилю, к нему подбежал Ф. Д.А., который нанес ему 1 удар кулаком в область лица. З. М.С. нанес ему 1 удар в область лица кулаком, ФИО1 нанес удар в область шеи твердым предметом, похожим на трубу. От удара ФИО1 он упал на левый бок и закрыл голову руками. Затем последовали удары руками от Ф. Д.А. в область лица, от З. М.С. в область тела, а также твердым предметом в область всего тела от ФИО1 (т. 2 л.д. 18-20).

Из протокола очной ставки между свидетелем Ф. Д.А. и потерпевшим Е. А.Д. от (дата) следует, что в ходе проведения данного следственного действия, Е. А.Д. сообщал, что Ф. Д.А. нанес ему один удар трубой в область лица с левой стороны, а также наносил удары трубой, когда он уже упал, в область тела и головы (т. 2 л.д. 29-31).

При проведении очной ставки между потерпевшим Е. А.Д. и свидетелем Л. А.В. (дата), Е. А.Д. пояснял, что когда после полученных ударов он упал на левый бок, закрывая голову руками, Ф. Д.А. стоял напротив его живота, где стояли З. М.С. и ФИО145 Э.В. не помнил. Ф. Д.А. и ФИО1 он определил по их одежде и по трубе, ФИО1 был одет в джинсы и кожаную куртку (т. 2 л.д. 32-34).

(дата) в ходе проведения очной ставки между свидетелем Е. А.Д. и свидетелем Л. А.В., в рамках расследования уголовного дела по факту причинения телесных повреждений ФИО1, Е. А.Д. пояснял, что когда он возвращался от сооружения «БТР», то увидел, что в его сторону бежит Ф. Д.А., который нанес ему не менее 2 ударов металлической арматурой, в область лица с правой стороны. Затем подбежали З. М.С. и ФИО1 М. М.С. нанес ему 1 удар в область лица с левой стороны каким-то твердым предметом, в этот же момент ФИО1 стал наносить удары металлическим предметом, похожим на трубу по частям тела. От ударов ФИО1 он упал на левый бок и руками зажал голову (т. 3 л.д. 33-36).

При проведении очной ставки между потерпевшим Е. А.Д. и свидетелем З. М.С. (дата), Е. А.Д. пояснял, что в момент нанесения ему ударов, З. М.С. стоял левее от него, ФИО1 спереди, где расположена поясница (т. 3 л.д. 120-124).

В ходе судебного следствия (дата) Е. А.Д. пояснял, что во время нанесения ему ударов, Ф. Д.А., З. М.С. и ФИО1 находились на расстоянии 40-50 см от него, один находился около головы, сзади один, спереди один, Ф. Д.А. находился сзади, ФИО1 – перед лицом (т. 6 л.д. 12-13); (дата) Е. А.Д. показывал, что Ф. Д.А. нанес ему 2 удара кулаком, при этом в руке было что-то зажато, возможно, зажигалка или ключи. З. М.С. нанес 1 удар кулаком, который в его понимании является твердым предметом. ФИО1 наносил удары трубой. Закрыв голову руками, он (Е. А.Д.) видел, что Ф. Д.А. стоял ему по пояс, сзади находился З., когда упал, подошел Л. А.В. (т. 6 л.д. 143-145).

После оглашения показаний, данных в ходе предварительного расследования и судебного следствия, потерпевший Е. А.Д. поддержал показания, данные им в ходе судебного заседания, в части имеющихся в показаниях потерпевшего противоречий, пояснить не смог, ссылаясь на забывчивость. Дополнил, что не помнит, как проходил первоначальный допрос (дата).

Свидетель Ф. Д.А. в судебном заседании показал, что осенью 2018 г. в ночное время суток, он с друзьями М. А., А. Д.В., П. А.С. находились в кафе «***». Возле кафе было много людей, примерно 20-30 человек, происходила ссора по поводу разлитого пива, подробности конфликта ему неизвестны. Также возле кафе он видел обоих братьев Е., Е. А.Д. ходил с бутылкой пива, находился в состоянии опьянения. Когда кафе стало закрываться, друзья ушли в принадлежащий ему автомобиль, а он остался стоять на крыльце. После этого примерно в 20 метрах от себя он увидел, что Е. А.Д. двигается в сторону ФИО1, нецензурно выражаясь в адрес последнего. С криком, «Я тебя убью», Е. А.Д. целенаправленно нанес ФИО1 удар трубой темного цвета, длиной примерно 60 см, по голове. От данного удара ФИО1 присел, стал закрываться руками, а Е. А.Д. продолжил наносить ему удары в область головы, попадая по рукам, нанеся при этом не менее 3-4 ударов. Затем ФИО1, из положения сидя выхватил трубу из рук Е. А.Д. После этого Е. А.Д. боком отошел от ФИО1 на расстояние 1,5 – 2 метра и, находясь в полусогнутом состоянии, искал на земле камни, чтобы «добить» ФИО1 Когда ФИО1 увидел, что Е. А.Д. что-то ищет, находясь в шоковом состоянии, он поднялся и ударил Е. А.Д., выхваченной у последнего трубой, нанеся не менее 4 ударов, из которых в область головы сверху примерно 2 удара, в область спины примерно 3 удара. После нанесенных ударов Е. А.Д. не упал, а продолжал что-то искать на земле. Далее началась драка, они оба упали, Е. А.Д. лежал на боку на каменно-песчаном грунте, удерживая ФИО1 за ногу, ФИО1 откидывал его от себя примерно 4 раза, отчего Е. А.Д. ударялся о землю. Все происходило очень быстро, драка в целом длилась не более минуты, кроме ФИО1 повреждений Е. А.Д. никто не наносил. Когда он увидел З. М.С., то поспешил разнять дерущихся, поскольку один побоялся вмешиваться в конфликт. Страх он испытывал от поведения Е. А.Д., кроме того, по поселку ходили слухи, что полгода назад Е. А.Д. избил человека до «полусмерти». Совместно с З. М.С. они оттащили ФИО1 и он повел его к себе в автомобиль, Е. А.Д. в этот момент оставался лежать один на земле. Лицо у ФИО1 было в крови, он жаловался на самочувствие, однако ехать в больницу отказался, опасаясь Е. А.Д. По просьбе, он высадил ФИО1 на <адрес>, а сам вернулся посмотреть, оказали ли Е. А.Д. помощь. Видел, что на месте драки стояли люди и автомобиль скорой помощи.

В соответствии с ч. 3 ст. 281 УПК РФ, в связи с возникшими противоречиями в показаниях свидетеля, в судебном заседании были оглашены показания свидетеля Ф. Д.А. от (дата), данные им при производстве предварительного расследования, из которых следует, что (дата) примерно в 02 часа ночи, после нанесенного ФИО1 удара трубой, Е. А.Д. стал убегать от него в сторону трассы. ФИО1 его догнал, повалил на песчаную поверхность, а затем начал наносить удары Е. А.Д., который лежал спиной вверх. Нанес в область головы сбоку не менее 3 ударов металлической трубой. Затем после нанесения данных ударов, ФИО1 схватил двумя руками сзади за переднюю часть груди Е. А.Д. и начал трясти его, ударяя головой последнего о песчано-каменный грунт. Также ФИО1 нанес еще не менее 4 ударов металлической трубой в область спины Е. А.Д. (т. 1 л.д. 133-135).

В ходе следственного эксперимента, проведенного (дата), свидетель Ф. Д.А. на манекене продемонстрировал механизм нанесения ударов ФИО1 Е. А.Д. (т. 1 л.д. 138-156).

(дата) в ходе проведения очной ставки с Е. А.Д., свидетель Ф. Д.А. также пояснял, что после последнего удара, нанесенного Е. А.Д., ФИО1 попытался подняться и выхватил металлическую трубу из рук Е. А.Д. В этот момент Е. А.Д. стал убегать от ФИО1, а ФИО1 в свою очередь пошел в сторону Е. А.Д. В момент нанесения ударов Е. А.Д., он не мог подойти к ФИО1 и помочь ему, поскольку из их друзей никого рядом не было, он находился на крыльце один (т. 3 л.д. 25-28).

После оглашения показаний, данных в ходе предварительного расследования, свидетель Ф. Д.А. их не подтвердил, придерживался показаний, данных им в ходе судебного заседания. Противоречия объяснил тем, что следователь оказывала на него давление, обвиняя в нанесении телесных повреждений Е. А.Д. При допросе (дата) и при проведении следственного эксперимента, он был сильно взволнован, возможно допускал неточности в своих показаниях, поскольку сотрудники правоохранительных органов забрали его с работы, дома проводился обыск.

Свидетель З. М.С. при допросе в судебном заседании показал, что (дата) он приехал на такси в кафе «****» для того, чтобы приобрести шашлык и пиво. Когда он вышел из автомобиля, увидел возле кафе группу людей, более 10 человек, а также ФИО1 и Е. А.Д., двигавшихся навстречу друг другу. При этом Е. А.Д. кричал ФИО1, что убьет его и нанес последнему 1 удар металлической трубой темного цвета длиной примерно 70 см, диаметром 5 см, в область головы. От удара ФИО1 присел, а Е. А.Д. продолжил наносить удары по голове и по плечам, от которых ФИО1 закрывался руками, защищая голову. Затем Е. А.Д. стал пятиться назад, наклонившись, как будто что-то искал на земле. На данном участке местности был каменно-песчаный грунт, указанные действия Е. А.Д. длились в течение нескольких секунд. ФИО1 в этот момент сидел, закрыв голову руками, и из положения полуприседа сделал рывок к Е. А.Д. Между ними началась драка, в ходе которой они переместились ближе к трассе и в последующем упали на землю. Металлическую трубу он видел только в момент нанесения Е. А.Д. ударов ФИО1, а также не видел, чтобы ФИО1 бил Е. А.Д. трубой. Вся драка длилась не более минуты. В какой-то момент ФИО1 поднялся, в положении стоя пытался освободиться от Е. А.Д., который лежал на боку на земле и держал его за ногу. Для этого ФИО1, наклонившись к Е. А.Д., сделал 3-4 отталкивающих движения за плечи, в результате которых Е. А.Д. ударялся головой о землю. Все происходило очень быстро, с целью разнять дерущихся, он подбежал к ним, и совместно с Ф. Д.А., оттащил ФИО1 за плечо от Е. А.Д. У ФИО1 все левая сторона лица была в крови, на Е. А.Д. в этот момент он внимания не обращал. Иные лица в драке не участвовали, ни он, ни Ф. Д.А. телесных повреждений Е. А.Д. не наносили. Ранее ФИО1 был знаком ему по совместным занятиям баскетболом, Е. А.Д. знает по общим знакомым.

В связи с наличием существенных противоречий, по ходатайству государственного обвинителя, в соответствие с ч. 3 ст. 281 УПК РФ, были оглашены показания свидетеля З. М.С. от (дата), данные им в ходе предварительного следствия, из которых следует, что каким предметом Е. А.Д. наносил удары ФИО1 точно он сказать не может, палкой, трубой, либо дубинкой. Во время борьбы ФИО1 вырвал из рук Е. А.Д. указанный предмет, после чего они оба упали на землю. Затем ФИО1 поднялся, взял Е. А.Д., лежащего на боку за плечи и стал трясти его, ударяя головой о каменно-песчаный грунт лицом вниз. В остальном в целом дал аналогичные показания (т. 1 л.д. 168-170).

В тот же день, (дата) в ходе проведения очной ставки с подозреваемым ФИО1, свидетель З. М.С. пояснял, что в ходе драки ФИО1 отнял трубу у Е. А.Д. Затем Е. А.Д. вырвался от ФИО1 и побежал. После того, как ФИО1 догнал Е. А.Д., они снова начали драться, ФИО1 взял Е. А.Д. за плечи и примерно 3 раза ударил головой о каменно-песчаный грунт. В этот момент Е. А.Д. находился в беспомощном состоянии, лежал на животе, сопротивления не оказывал (т. 1 л.д. 208-210).

В ходе проведения очной ставки (дата) с потерпевшим Е. А.Д., З. М.С. пояснял, что после нанесения Е. А.Д. ударов ФИО1, последний попытался встать, выхватил трубу из рук Е. А.Д. и нанес 1 удар Е. А.Д. по телу, куда конкретно он не помнит. После этого Е. А.Д. стал отбегать в сторону трассы М-5 Урал, ФИО1 побежал за ним, а когда настиг, стал наносить ему удары по разным частям тела, как металлической трубой, так и руками (т. 3 л.д. 29-32).

(дата) при проверки показаний на месте, в присутствии адвоката Г. Е.В., З. М.С. указал место, где находились Е. А.Д. и ФИО1, после того, как Е. А.Д. отбежал от ФИО1, а также на каком участке местности ФИО1 наносил телесные повреждения лежащему на каменно-песчаном грунте Е. А.Д. (т. 3 л.д. 129-136).

Свидетель З. М.С. в судебном заседании, после оглашения его показаний, данных им в ходе предварительного расследования, не подтвердил их в части нанесения ударов ФИО1 Е. А.Д. предметом. Показал, что в ходе драки, ФИО1 и Е. А.Д. наносили друг другу удары, перемещаясь при этом, Е. А.Д. от ФИО1 не убегал. Настаивал на показаниях в данной части, данных им в судебном заседании. В остальном, показания подтвердил. Противоречия объяснил тем, что при допросе он находился в отделении полиции целый день, был утомлен. Возможно, следователь неправильно его поняла, поскольку не точно отразила его показания.

По ходатайству защитника в судебном заседании также были оглашены показания свидетеля З. М.С., данные в ходе судебного следствия (дата), аналогичные, данным в ходе судебного заседания (т. 6 л.д. 113-116).

Свидетель З. Н.В. в судебном заседании показала, что по обстоятельствам произошедшего (дата) между ФИО1 и Е. А.Д. конфликта ей ничего не известно.

По ходатайству государственного обвинителя в ходе судебного заседания в качестве свидетеля дважды была допрошена старший следователь СО МО МВД России «Новоспасский» М. Г.А., которая показала, что в ее производстве находилось уголовное дело по обвинению ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ. Ранее ни потерпевший, ни обвиняемый ей были не знакомы, мотивов искажать показания данных лиц и свидетелей по данному уголовному делу у нее не имелось. Примерно через 3-4 дня после возбуждения уголовного дела по факту причинения тяжкого вреда здоровью Е. А.Д., ФИО1 обратился в дежурную часть с явкой с повинной, которая была зарегистрирована в СО МО МВД России «Новоспасский». В тот же день, ФИО1 был допрошен ею в качестве подозреваемого. На тот момент ФИО1 было известно, что потерпевший Е. А.Д. находится в больнице, в ходе допроса он самостоятельно рассказал об обстоятельствах совершения преступления в отношении Е. А.Д., признавал свою вину. Допрос ФИО1 проводился с участием защитника по назначению, при этом ФИО1 были разъяснены все необходимые права, в том числе право пригласить избранного им защитника по соглашению. Все изложенные ФИО1 показания были дословно зафиксированы в протоколе допроса, каких-либо замечаний и дополнений к протоколу после ознакомления с ним заявлено не было. Показания ФИО1 давал добровольно, на состояние здоровья и плохое самочувствие не жаловался. Для решения вопроса об избрании в отношении него меры пресечения, ФИО1 был направлен в медицинское учреждение, по результатам обследования принято решение об избрании меры пресечения в виде подписке о невыезде и надлежащем поведении. В ходе проведения предварительного расследования, ею также были проведены многочисленные следственные действия, неоднократно допрашивались свидетели, в том числе, З. М.С. и Ф. Д.А., которые добровольно, в произвольной форме рассказывали об обстоятельствах произошедшего между ФИО2 и Потерпевший №1 конфликта, никакого давления на свидетелей не оказывалось. Замечаний на содержание зафиксированных следователем показаний свидетели не делали, о предоставлении защитника не ходатайствовали, на длительность проведения следственных действий не жаловались.

Из оглашенных по ходатайству государственного обвинителя, в соответствие с п. 1 ч. 2 ст. 281 УПК РФ, показаний свидетеля Л. А.В., данных (дата) при производстве предварительного расследования, следует, что ночью (дата) находясь возле кафе «****», на расстоянии примерно 50 метров, ближе к автомобильной дороге М-5 Урал, он увидел стоящих напротив друг друга ФИО1 и Е. А.Д. У Е. А.Д. в руке находилась труба, которой он нанес удар в лобную часть головы ФИО1, с криком: «Я тебя убью!». От удара ФИО1 упал на корточки, схватившись руками за голову. Далее Е. А.Д. трубой нанес в область головы ФИО1 не менее 5 ударов, в ходе которых ФИО1 выхватил у Е. А.Д. трубу и сделал размах ею в сторону Е. А.Д. Затем место их расположения и позиции изменились, Е. А.Д. стал отходить от ФИО1, наклонился и искал что-то на земле. Когда дистанция между ФИО1 и Е. А.Д. сблизилась, они упали на землю. В этот момент он побежал в сторону ФИО1 и Е. А.Д., чтобы разнять их, но его кто-то оттолкнул, он испугался, сел в свой автомобиль и уехал. На вопрос следователя, свидетель Л. А.В. показал, что когда Е. А.Д. и ФИО1 переместились в ходе драки, освещение стало намного хуже (т. 2 л.д. 25-28).

В ходе очной ставки с потерпевшим Е. А.Д. (дата), свидетель Л. А.В. показал, что он не видел, как кто-либо наносил удары Е. А.Д., во время конфликта ФИО1 вырвал трубу из рук Е. А.Д. и замахнулся на него. В это время Е. А.Д. стал отходить назад, к нему подбежал ФИО1 и они оба упали (т. 2 л.д. 32-34).

Свидетель Р. В.О. в судебном заседании показал, что (дата) примерно в 01-02 часа ночи он совместно с С. Д. и Е. А.Д., на принадлежащем ему автомобиле приехал в кафе «****». В этот вечер они все употребляли спиртное, Е. А.Д. говорил про ФИО1, его не устраивала национальность последнего. Когда он стоял на улице с Е. А.Д., незнакомый ему молодой человек задел С. Д., выходящего из кафе и у того из рук выпала бутылка пива. После этого из кафе вышло большое количество людей, чтобы разбираться с данной ситуацией. Вскоре конфликт был улажен, и все начали расходиться. Е. А.Д. сказал ему (Р. В.О.), чтобы он сел в автомобиль, собирался уезжать. Транспортное средство стояло лицом к кафе «****». Он сел в автомобиль, развернул его по ходу движения, в сторону трассы М-5 и ждал Е. А.Д. Что происходило на улице не слышал, в автомобиле играла музыка. Через 7-8 минут в зеркало автомобиля он видел, как в сторону трассы пробежал Е. А.Д., затем увидел, как бежит толпа людей. Бежали ли данные люди за Е. А.Д., сказать затруднился, поскольку все произошло очень быстро, произошедшие события видел лишь мельком. В этот момент открылась дверь его автомобиля, и его вытащили из него незнакомые люди. Он вырвался и убежал в сторону гостиницы. Когда все стали разъезжаться, он вернулся к Е. А.Д., который лежал на земле без сознания, лицо у него было в крови. Затем приехал автомобиль скорой медицинской помощи, Е. А.Д. погрузили на носилках и увезли в больницу. В последующем Е. А.Д. просил его сказать, что последнего избили ФИО1, Ф. Д.А. и З. М.С., однако сам Р. В.О. указанных лиц на месте происшествия не видел.

Свидетель Е. И.Д. в судебном заседании пояснил, что потерпевший Е. А.Д. приходится ему родным братом. В ноябре 2018 г. ближе к ночи он подъехал к кафе «****» на автомобиле, принадлежащем его отцу, совместно с С. Е. В это время Е. А.Д. находился примерно в 20 метрах от кафе в сторону трассы на Сызрань. ФИО1 подъехал на белом автомобиле в тот момент, когда началась драка. Кто участвовал в драке, он не видел, поскольку сразу же неизвестные лица стали бить по автомобилю каким-то твердым предметом, скорее всего дубинкой, либо арматурой. Е. А.Д. стоял позади его автомобиля и кричал, «Езжай-езжай отсюда!». Он уехал в сторону магазина «Азбука вкуса», совместно с С. Е., осмотрел автомобиль, у которого было разбито заднее ветровое стекло, бампер и крыша. После этого ему позвонил В. А.А. и сообщил, что его брат избит. Затем он вернулся к кафе, где увидел Е. А.Д., лежащего на земле без сознания. Последний был весь в крови, кровь текла из головы. На место происшествия Р. В.О. была вызвана скорая медицинская помощь, Е. А.Д. доставили в больницу и в ту же ночь госпитализировали в медицинское учреждение в город Ульяновск. За время лечения он два раза навещал брата в приемном отделении. Е. А.Д. плохо помнил произошедшие события, вспоминал постепенно, что конкретно сообщал ему Е. А.Д. об обстоятельствах случившегося пояснить не смог, причину конфликта брат ему не сообщал.

Из оглашенных по ходатайству государственного обвинителя и защитника, в соответствие с ч. 3 ст. 281 УПК РФ, показаний свидетеля Е. И.Д., данных им на предварительном следствие (дата) следует, что ранее он пояснял, что когда он садился в автомобиль, на котором приехал, Е. А.Д. совместно с Р. В.О. шли по направлению к автомобилю, принадлежащему Р. В.О. В этот момент подъехал автомобиль белого цвета и он услышал, как Е. А.Д. крикнул ему, «Езжай, езжай отсюда». Перед дракой, Е. А.Д. сказал ему, что конфликт произошел из-за бутылки пива (т. 1 л.д. 122-125).

После оглашения данных показаний свидетель Е. И.Д. подтвердил их в полном объеме, пояснил, что отдельные неточности в его показаниях связаны с давностью произошедших событий.

Свидетель В. А.А. в судебном заседании показал, что (дата) был возле кафе «****», куда приехал один, чтобы купить попить, поскольку магазины были уже закрыты. Пояснил, что около кафе было много людей, примерно 10-15 человек. ФИО1 на территории кафе он не видел. Потерпевший со своим братом, а также еще тремя молодыми людьми, подъехали к кафе на автомобиле, принадлежащем Е.. Когда он купил попить и вышел из кафе, увидел Е. А.Д., автомобиля Е. в тот момент уже не было. Е. А.Д. поздоровался с ним, спросил про ФИО1, искал его. При этом Е. А.Д. находился в состоянии алкогольного опьянения, был неадекватен, в руках у него была бутылка пива. Когда он (В. А.А.) стал уезжать от кафе, позвонил брату потерпевшего, попросил забрать Е. А.Д. от кафе «Удача». Через 3-4 дня ему стало известно, что возле кафе «Удача» произошла драка между ФИО1 и Е. А.Д.

Свидетель Н. А.С. в судебном заседании пояснил, что в ноябре 2018 г. в ночное время суток на принадлежащем Е. автомобиле, он приехал в кафе «****» совместно с С. Е., Е. А.Д., С. Д., за рулем был старший брат Е. А.Д. – Е. И.Д. Он зашел в кафе, чтобы приобрести алкогольную продукцию, остальные оставались на улице. Затем он пошел за беседку, в это время подъехал автомобиль, из которого вышли 3-4 человека. Один из них молча подбежал к нему и нанес удар в область левой ноги, он испугался и убежал через овраги домой. Драку, в ходе которой Е. А.Д. были причинены телесные повреждения, он не видел, о причинах произошедшего не интересовался. В тот вечер Е. А.Д. был эмоционален, общался на повышенных тонах, спиртного в его присутствии не употреблял. Подсудимого в тот вечер ни в кафе, ни около кафе не видел, среди людей, которые подъехали на автомобиле, ФИО1 также не было. После произошедшего, в ходе переписки в социальной сети «Вконтакте» Е. А.Д. просил его при даче показаний назвать фамилию ФИО1 Чем была мотивирована данная просьба пояснить не смог.

Свидетель Ю. Р.М. в судебном заседании пояснил, что (дата) ночью он с Д. В.А. находился в кафе «Удача». Выйдя из кафе, остался на крыльце, чтобы покурить и увидел, что на площадке рядом с кафе стояло 3-4 автомобиля и примерно 7-8 человек. На расстоянии примерно 20-30 метров он видел ФИО1 и Е. А.Д., которые стояли каждый в своей компании. Когда он уже дошел до своего автомобиля, Е. А.Д., выкрикнув слова угрозы в адрес ФИО1, подошел к нему быстрым шагом и чем-то его ударил. От полученного удара ФИО1 присел, все произошло очень быстро. Поскольку находившаяся в автомобиле Д. В.А. была сильно напугана, он уехал с места конфликта.

Свидетель Д. В.А. в судебном заседании дала показания, в целом аналогичные свидетелю Ю. Р.М., указав, что она сидела в автомобиле и произошедшего конфликта не видела.

Свидетель К. М.А. в судебном заседании пояснил, что о произошедших (дата) возле кафе «***» событиях ему стало известно примерно через 2-3 дня после случившегося от сотрудников полиции. В тот день он находился в кафе с 23 часов до 01 часа ночи совместно со С. А.Г. Возле крыльца к нему подходил Е. А.Д., с бутылкой пива в руке. При этом последний находился в состоянии опьянения, был настроен агрессивно, спрашивал, не видел ли он ФИО1

По ходатайству представителя потерпевшего, в связи с наличием существенных противоречий, в соответствие с ч. 3 ст. 281 УПК РФ, были оглашены показания свидетеля К. М.А. от (дата), данные им в ходе предварительного следствия, из которых следует, что при допросе свидетель не сообщал о том, что (дата) возле кафе «Удача» к нему подходил Е. А.Д. и искал ФИО1 (т. 1 л.д. 111-112).

Свидетель К. М.А. в судебном заседании, после оглашения его показаний, данных им в ходе предварительного расследования, подтвердил оглашенные показания в полном объеме, указав при этом, что в судебном заседании более полно описывает события, произошедшие (дата), при допросе (дата) сотрудник полиции конкретных вопросов ему не задавал, в связи с чем о том, что видел в указанный день Е. А.Д. он ничего не пояснял.

Свидетель С. А.Г. в судебном заседании дал показания в целом аналогичные показаниям свидетеля К. М.А.

Свидетель П. А.С. в судебном заседании показал, что приблизительно 2 года назад, осенью он с Ф. Д.А, А. Д.В. и М. А. примерно с 23 часов находился в кафе «****». В 02 часа ночи кафе закрылось, после чего он совместно с А. Д.В. сел в принадлежащий Ф. Д.А. автомобиль. Неподалеку от кафе, ближе к трассе было скопление людей, куда ушел Ф. Д.А., отсутствуя более 10 минут. Вернулся Ф. Д.А. уже с ФИО1, который жаловался на плохое самочувствие. Высадив ФИО1, они вернулись к кафе и видели, что там стоял автомобиль скорой медицинской помощи.

Свидетель А. Д.В. в судебном заседании показал, что (дата) примерно с 12 часов ночи он с Ф. Д.А., М. А., П. А.С. находился в кафе «***». В ту ночь он был сильно пьян, в связи с чем выйдя из кафе, сел в принадлежащий Ф. Д.А. автомобиль на заднее пассажирское сиденье и уснул, ни Е. А.Д., ни ФИО1 возле кафе «****» он не видел.

Свидетель З. В.В. в судебном заседании пояснила, что в ноябре 2018 г. она работала в кафе «***», в должности бармена-официанта. В день, когда произошел конфликт, она закрыла кафе примерно в 02 часа ночи. В это же время через окно она видела в районе сооружения «БТР» большое скопление людей мужского пола, которые громко о чем-то разговаривали. Через некоторое время подъехал автомобиль скорой медицинской помощи.

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля участковый уполномоченный МО МВД России «Новоспасский» Т. Д.В., показал, что в ночь с 17 на (дата) он находился на дежурстве совместно со старшим уполномоченным полиции Ю. Э.Р. На служебном автомобиле, в ходе осуществления объезда территории, после 12 часов ночи они проезжали мимо кафе «****». На тот момент кафе не работало. Рядом на площадке он видел скопление людей, которые разговаривали между собой на повышенных тонах, громко играла музыка. Поскольку было темно, лиц он не видел, из автомобиля они не выходили, а лишь сделали замечание и уехали.

Свидетель старший оперуполномоченный МО МВД России «Новоспасский» Ю. Э.Р. в судебном заседании в целом дал показания, аналогичные свидетелю Т. Д.В.

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля врач травматолог-ортопед ГУЗ «Новоспасская районная больница» П. В.М. показал, что Е. А.Д. привезли в приемный покой на носилках, с черепно-мозговой травмой, был ли потерпевший в тот момент в сознании, он не помнит. В связи с тяжестью имеющихся телесных повреждений, Е. А.Д. на автомобиле скорой медицинской помощи был госпитализирован в ГУЗ «Ульяновский областной клинический центр специализированных видов медицинской помощи». Поскольку в ГУЗ «Новоспасская районная больница» поступает большое количество пациентов, он плохо помнит произошедшие события, вся необходимая информация была зафиксирована им в журнале, при этом обстоятельства получения травмы всегда фиксируются со слов больного, либо лиц, его сопровождающих. Через несколько дней после поступления Е. А.Д., на стационарном лечении в ГУЗ «Новоспасская районная больница» находился ФИО1 с черепно-мозговой травмой. В последующем ФИО1 также был переведен в медицинское учреждение в г. Ульяновске.

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля врач общей практики ГУЗ «Новоспасская районная больница» О С.В., показал, что после 10 часов вечера бригада скорой медицинской помощи привезла молодого человека в состоянии между «средней тяжести» и «тяжелый». У потерпевшего были повреждения на лице и на волосистой части головы, сознание было спутанным, что могло быть вызвано травмой, а также употреблением спиртного, поскольку от него исходил сильный запах алкоголя. Выяснить обстоятельства произошедшего, у самого потерпевшего не представлялось возможным. Был вызван врач-травматолог П. В.М., оказывалась необходимая медицинская помощь.

Свидетель О. С.В. также подтвердил свои показания, данные на предварительном следствие (дата), оглашенные по ходатайству государственного обвинителя, в соответствие с ч. 3 ст. 281 УПК РФ, из которых следует, что (дата) примерно в 03 часа в ГУЗ «Новоспасская районная больница» привезли Е. А.Д. (т. 3 л.д. 179-180).

Свидетель В. Р.Ю., допрошенная по ходатайству стороны защиты, в судебном заседании пояснила, что работает в должности санитарки в отделении скорой медицинской помощи ГУЗ «Новоспасская районная больница». (дата) ночью на каталке привезли потерпевшего Е. А.Д., который находился в состоянии алкогольного опьянения, был без сознания, в крови, вырывался, кричал «все равно прибью прибалта!». В этот момент рядом также находился врач-травматолог П. В.М.

Допрошенная в качестве свидетеля мать потерпевшего - Е. О.В. пояснила, что о причинении Е. А.Д. телесных повреждений в ночь с 17 на (дата) ей стало известно после звонка старшего сына – Е. И.Д. В тот вечер ее сыновья уходили на улицу вдвоем. Приехав в отделение скорой помощи, она увидела Е. А.Д. без сознания, из ушей текла кровь. Врач П. В.М. принял решение о госпитализации Е. А.Д. в ГУЗ «Ульяновский областной клинический центр специализированных видов медицинской помощи», где он в течение 21 дня проходил лечение в отделении нейрохирургии. Всё это время она находилась рядом с сыном, который два дня находился без сознания, когда пришел в себя, речь у него была заторможенная. Е. А.Д. пояснил ей, что телесные повреждения ему нанесли Ф., З., Н., Б., Л., остальных не помнил. После полученных травм, жизнь Е. А.Д. значительно изменилась, он постоянно проходит лечение, начал заикаться, появилась рассеянность и частые головные боли. В декабре 2018 г. к ней приходила мать подсудимого, просила прощения за сына. Однако со стороны ФИО1 неоднократно поступали угрозы. По данному факту она обращалась в компетентные органы, в возбуждении уголовного дела было отказано.

Свидетель Б. Е.Н. в судебном заседании пояснила, что (дата) ее сын ФИО1 пришел домой примерно в 03 часа ночи, одет он был в красную толстовку, спортивные штаны или джинсы. Лицо ФИО1 было в крови, его покачивало и тошнило, на руках были рубцы. Она сразу обработала ему лоб и наложила повязку. В больницу и в полицию сын ехать отказался, пояснил, что его чуть не убили. Уложив ФИО1 спать, утром она ушла на работу. Когда вернулась, ФИО1 дома уже не было, его телефон был отключен. После этого, сына она увидела в отделении полиции, куда привозила его паспорт, он был с повязкой на голове. Затем ФИО1 положили в районную больницу, а в последующем перевели в ГУЗ «Ульяновский областной клинический центр специализированных видов медицинской помощи», где он в течение 7-10 дней проходил лечение. Также она видела в холле данного медицинского учреждения Е. А.Д. бодрым, с ссадинами на лице. Чем вызван конфликт, произошедший между ФИО1 и Е. А.Д., пояснить не смогла. Дополнила, что после случившегося, она ходила к матери Е. А.Д., чтобы выразить сочувствие и извинялась за своего сына.

Согласно выписке из амбулаторного журнала ГУЗ «Новоспасская районная больница» от (дата) Е. А.Д. был осмотрен врачом травматологом-ортопедом П. В.М. (дата) в 03 часа, обнаружены следующие телесные повреждения: ушиб головного мозга, перелом основания черепа?, субдуральная гематома справа, ушибленная рана лица и волосистой части головы, множественные ушибы лица и головы (т. 1 л.д. 4).

Из протокола осмотра места происшествия от (дата) с фототаблицей к нему, следует, что осмотрен прилегающий участок каменно-песчаной местности, расположенный возле здания кафе «***», по адресу: <адрес>, на расстоянии 20 метров в северную сторону. Слева расположена асфальтированная дорога, справа - автомобильная дорога общего пользования федерального значения М-5 «Урал». Обнаружены два параллельных друг другу следа транспортного средства, в виде взъерошенности каменно-песчаного грунта; на расстоянии 25 метров от кафе «****» обнаружены следы обуви в количестве 3 штук; на расстоянии 2 метров от следов обуви обнаружены лужи крови неправильной формы. В ходе осмотра изъяты: следы обуви, марлевый тампон с веществом бурого цвета (т. 1 л.д. 8-18).

Согласно протоколу осмотра предметом от (дата) произведен осмотр оптического CD-диска, на который перекопированы 3 следа обуви и марлевого тампона с веществом бурого цвета (т. 2 л.д. 75-77), которые приобщены к материалам дела в качестве вещественных доказательств (т. 2 л.д. 78).

В ходе обыска, произведенного (дата) в жилом помещении, расположенном по адресу: <адрес>, по месту жительства ФИО1, были изъяты олимпийка «avic» темно-красного цвета и джинсовые брюки из ткани серо-синего цвета (т. 1 л.д. 71-73), осмотренные в присутствии двух понятых, согласно протоколу осмотра предметов от (дата) В протоколе отображены частные признаки осматриваемых объектов (т. 1 л.д. 157-165).

Указанные предметы одежды приобщены к материалам уголовного дела в качестве вещественных доказательств (т. 1 л.д. 162).

В протоколе получения образцов для сравнительного исследования от (дата), указано об изъятии у потерпевшего Е. А.Д. образцов крови для сравнительного исследования (т. 1 л.д. 236).

Заключением эксперта № Э3/27 от (дата) подтверждается, что на изъятых олимпийке, джинсовых брюках и марлевом тампоне обнаружена кровь, которая произошла от Е. А.Д. (т. 1 л.д. 243-248).

Согласно протоколу выемки от (дата), был изъят CD-R диск с записью с камер видеонаблюдения, установленных на гостинице «Удача» за (дата) (т. 3 л.д. 77-81), осмотренный в соответствии с протоколом осмотра предметов от (дата), с участием специалиста Ю. Ф.И. (т. 3 л.д. 151-152).

Членами экспертной комиссии отдела сложных (комиссионных) экспертиз ГКУЗ «Ульяновское областное бюро судебно-медицинской экспертизы», в ходе проведения судебно-медицинской экспертизы по материалам дела №-Д от (дата) была изучена указанная видеозапись, из заключения экспертов следует, что в (дата) видна парковка автомобилей, у автомобиля стоящего на отдалении собираются лица, вероятно мужского пола; в (дата) к толпе подходит один человек, на записи определяется движение лиц, находящихся в толпе, напоминающее драку; в (дата) один человек резко отклоняется, вероятно падает, около него продолжается перемещение около 8-ми человек, видны взмахи руками, но по видеозаписи, проведенной в ночное время, на большом расстоянии, с неразличимыми лицами, с определением нечетких контуров тел, определить кто, кому и в какие области наносит удары не представляется возможным; в (дата) – (дата) из толпы в сторону видеокамеры бежит молодой человек, за ним бегут трое, которые, пробежав незначительное расстояние, возвращаются. В 02.06. все участвующие лица на автомобилях покидают место происшествия (т. 4 л.д. 29).

Указанная видеозапись была просмотрена в ходе судебного заседания.

В соответствии с заключением судебно-медицинской экспертизы № от (дата), проведенной Новоспасским межрайонным отделением ГКУЗ «Ульяновское бюро судебно-медицинской экспертизы», у Е. А.Д. были обнаружены: открытая проникающая черепно-мозговая травма, осложненная пневмоцефалией (наличие воздуха в полости черепа), отогемоликвореей справа (излияние из слухового прохода крови и ликвора) и гемосинусом основной и правой гайморовой пазух (наличие крови в пазухах черепа); перелом свода и основания черепа (перелом правой теменной кости, перелом правой весочной кости с переходом на верхнюю стенку правого слухового прохода, перелом правого крыла клиновидной кости и стенок основной пазухи, перелом левой теменной и левой височной кости, перелом левого крыла клиновидной кости), субарахноидальное кровоизлияние правых теменной и височной долей головного мозга, подкожная гематома и ушибленная рана правой теменной области, параорбитальная гематома слева, поверхностные раны в левой надбровной области, кровоподтек в левой подглазничной области; ушиб правого легкого. Вышеописанные телесные повреждения у Е. А.Д. могли быть получены от действия твердого тупого предмета: в область головы не менее 2 воздействий, в область грудной клетки не менее 1 воздействия, незадолго до обращения в ГУЗ «Новоспасская районная больница», что не исключает их образование (дата) Характер и локализация телесных повреждений у Е. А.Д. исключает возможность их образования при однократном падении из положения стоя и ударе о тупой твердый предмет. Рука и металлические предметы подходят под характеристики тупого твердого предмета, которыми могли наноситься телесные повреждения Е. А.Д. Открытая проникающая черепно-мозговая травма, в комплексе одной травмы квалифицируются как тяжкий вред, причиненный здоровью человека, вызывающий развитие угрожающего жизни состояния (опасность для жизни). Ушиб правого легкого у Е. А.Д, квалифицируется как вред здоровью легкой степени тяжести по признаку кратковременного расстройства здоровья (т. 2 л.д. 4-6).

Заключением комиссионной судебно-медицинской экспертизы № от (дата), проведенной отделом сложных (комиссионных) экспертиз ГКУЗ «Ульяновское областное бюро судебно-медицинской экспертизы» подтверждены выводы эксперта, изложенные в заключении № от (дата), о наличии у Е. А.Д. телесных повреждений в виде открытой проникающей черепно-мозговой травмы: подкожная гематома и ушибленная рана в правой теменной области, параорбитальная гематома слева, поверхностные раны в левой надбровной области, кровоподтек в левой подглазничной области; переломов костей свода и основания черепа справа и слева: переломы правых и левых теменных, височных костей, с развитием гемосинуса, отогемоликвореи справа, субдуральной пластинчатой гематомы объемом до 1,9 см? в правой теменной области, эпидуральной гематомы объемом до 2,3 см? в левой височной области, субарахноидального кровоизлияния в правых и левых височных и теменных долях головного мозга, кровоизлияния по намету мозжечка, ушиба головного мозга, микроповреждения твердой мозговой оболочки; ушиба верхней доли и базальных отделов правого легкого. Закрытая черепно-мозговая травма, в виде переломов костей свода и основания черепа, кровоизлияний над и под твердой мозговой оболочками головного мозга квалифицируется как причинение тяжкого вреда здоровью по признаку опасности для жизни. Ушиб правого легкого, квалифицируется как легкий вред здоровью по признаку временного нарушения функций органов и систем, вызвавшего кратковременное расстройство здоровья. Морфологические изменения поврежденных тканей, описанные в медицинской карте стационарного больного №, копии журнала амбулаторных обращений ГУЗ «Новоспасская районная больница» и данные КТ-исследований (от (дата), (дата)), не исключают возможность образования повреждений, составляющих закрытую черепно-мозговую травму и ушиб правого легкого у Е. А.Д. незадолго (минуты-первые часы) до обращения Е. А.Д. за медицинской помощью в ГУЗ «Новоспасская районная больница» ((дата) в 03.00), что не исключает возможности их причинения в ночь с (дата) на (дата) (в том числе в промежуток времени 00:00 – 02:00 ч). Ушибленная рана в правой теменной области получена от травмирующего воздействия тупого твердого предмета с ограниченной травмирующей поверхностью. Все остальные повреждения, входящие в комплекс закрытой черепно-мозговой травмы получены от травмирующего воздействия тупого твердого предмета (предметов), характерные и индивидуальные особенности которого (которых) в повреждениях не отобразились (либо не описаны в медицинских документах). Рука, сжатая в кулак, каменно-песчаная поверхность грунта и металлические арматура или труба подпадают под характеристики тупого твердого предмета (предметов), каковым (каковыми) могли быть причинены повреждения на голове Е. А.Д. (или часть из них). Черепно-мозговая травма – это комплекс повреждений, при чем причинение каждого последующего повреждения усугубляло действие предыдущего. В механизме образования черепно-мозговой травмы у Е. А.Д. имели место неоднократные (не менее 3-х) ударные воздействия тупого твердого предмета (либо соударения о таковой), областями приложения травмирующей силы явились: правая теменно-височная область, левая теменно-височная область, область левого глаза. В каждую из указанных областей могло быть причинено как одно так и несколько травмирующих воздействий. Ушиб правого легкого получен от действия твердого тупого предмета, характерные и индивидуальные особенности которого в повреждении не отразились (либо не описаны в медицинских документах) – ушиб или контузия легкого возникают при сильном ударе или сдавлении грудной клетки. В механизме образования ушиба правого легкого у Е. А.Д. могли иметь место ударное воздействие тупого твердого предмета (либо соударение о таковой), либо сдавление грудной клетки тупым твердым предметом (между тупыми твердыми предметами). Областями приложения травмирующей силы явилась область грудной клетки справа (верхняя ее часть и нижняя часть). Учитывая характер и локализацию ушибов правого легкого, могло иметь место как однократное, так и двукратное (или более) воздействие травмирующего предмета в область грудной клетки справа. Рука, сжатая в кулак, металлическая труба, каменно-песчаная поверхность грунта подпадают под характеристики тупого твердого предмета (предметов), каковым могли быть причинены повреждения Е. А.Д. При обстоятельствах, указанных и визуализированных Е. А.Д. при проведении следственного эксперимента с его участием в качестве потерпевшего от (дата) могли быть причинены подкожная гематома и ушибленная рана в правой теменной области, перелом костей свода и основания черепа справа, параорбитальная гематома слева, кровоподтек в левой подглазничной области, входящие в комплекс черепно-мозговой травмы и ушиб правого легкого. Учитывая данные, изложенные Ф. Д.А. в протоколе допроса его в качестве свидетеля от (дата), изложенные и визуализированные в ходе следственного эксперимента с его участием в качестве свидетеля от (дата), повреждения, обнаруженные у Е. А.Д. могли быть причинены в срок указанный Ф. Д.А. – «около 02 часов ночи (дата).»; металлическая труба и каменно-песчаная грунтовая поверхность подпадают под характеристики предметов, в результате травмирующих воздействий которыми могли быть причинены повреждения Е. А.Д.; переломы костей свода и основания черепа слева могли быть получены в результате удара металлической трубой в левую височно-теменно-затылочную область; параорбитальная гематома слева, поверхностные раны в левой надбровной области, кровоподтек в левой подглазничной области могли быть получены в результате неоднократного удара лицом о песчано-каменный грунт; ушиб верхней доли и базальных отделов правого легкого могли быть получены в результате двух травмирующих воздействий металлической трубой по задней поверхности грудной клетки в области верхней и нижней ее части справа (т. 2 л.д.125-145).

По ходатайству представителя потерпевшего из вышеуказанного заключения судебно-медицинской экспертизы в ходе судебного заседания также оглашена запись из медицинской карты стационарного больного № на имя Е. А.Д. от (дата) 09:20 ч. жалобы на головную боль, умеренное постоянное головокружение, общую слабость, периодическую тошноту, боль в местах ушибов. Объективно: состояние средней степени тяжести. Дыхание везикулярное, хрипов нет. ЧДД 17 в минуту. Тоны сердца ясные, ритм правильный. ЧСС 84 в минуту. АД 11/70 ммртст. Живот мягкий, безболезненный при пальпации. В неврологическом статусе: сознание ясное. ЧМН: глазные щели равны, зрачки округлые, симметричные, равны. Фотореакции живые. Конвергенция сохранена. Нистагм горизонтальный. Слух сохранен. Речь четкая. Асимметрии лица нет. Язык при высовывании по средней линии. Фонация обычная. Положение горизонтальное. Мышечный тонус не изменен. Мышечная сила сохранена. Парезов, параличей нет. ПНП с интенцией с 2-х сторон. Симптом Кернига отрицательный. Локально: рана без признаков воспаления, швы состоятельные. В условиях перевязочной наложена асептическая повязка. Следы крови в правой ушной раковине с примесью ликвора. Правая ушная раковина тампонирована стерильной салфеткой. Лечение получает. Назначения согласованы (т. 2 л.д. 138(оборот)-139).

Заключением судебно-медицинской экспертизы по материалам дела №-Д от (дата), проведенной отделом сложных (комиссионных) экспертиз ГКУЗ «Ульяновское областное бюро судебно-медицинской экспертизы» в полном объеме подтверждены телесные повреждения, полученные Е. А.Д., указанные в заключении комиссионной судебно-медицинской экспертизы № от (дата) (т. 4 л.д. 1-30).

Из протокола явки с повинной от (дата) следует, что ФИО1 сообщил, что (дата) примерно в 02 часа ночи он пришел к кафе «****», где находилось большое количество людей. Когда он начал проходить мимо, Е. А.Д. крикнул в его адрес нецензурной бранью и подошел к нему, держа в правой руке металлическую трубу. Со словами «Я тебя убью», Е. А.Д. начал наносить ему удары в область головы, затем прекратил свои действия и стал отбегать от него. Он (ФИО1) в свою очередь побежал за Е. А.Д., догнал, последний повернулся и попытался нанести ему еще удар в область шеи. В этот момент он выхватил трубу и нанес Е. А.Д. не менее 2 ударов в область головы. Затем Е. А.Д. схватил его за куртку, они оба упали, при этом ФИО1 упал на Е. А.Д., который продолжал держать его за куртку. Он попытался встать, оттолкнул Е. А.Д., который упал и ударился головой о землю. Он снова поднял Е. А.Д. за куртку и ударил головой о землю, после чего его оттащили З. М.С. и Ф. Д.А. (т. 1 л.д. 179-180).

Свои показания об обстоятельствах произошедших событий ФИО1 подтвердил в ходе проведения (дата) следственного эксперимента с его участием, продемонстрировав последовательность и механизм совершенных им и потерпевшим Е. А.Д. действий (т. 2 л.д. 83-94).

Согласно выводам заключения судебно-психиатрического эксперта (комиссии экспертов) от (дата) № ГКУЗ «Ульяновская областная клиническая психиатрическая больница им. В.А. Копосова», Е. А.Д. хроническим психическим расстройством, слабоумием, иным болезненным расстройством психики не страдает и не страдал ранее. В период совершения в отношении него преступления Е. А.Д. не обнаруживал признаков какого-либо психического расстройства, в том числе временного характера и мог правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела и в последующем давать о них показания. В настоящее время Е. А.Д. не обнаруживает признаков какого-либо психического расстройства. Давать показания по уголовному делу, участвовать в производстве следственных действий и в судебном заседании может. Имеющиеся индивидуально-психологические особенности: прагматичность, рациональность, импульсивность, раздражительность, своеволие, зависимость от средовых влияний, поверхностность в отношениях, нашли свое отражение в его поведении, но не оказали существенного влияния на его сознание и деятельность в исследуемой ситуации. Потерпевший Е. А.Д. не обнаруживает патологической склонности к фантазированию и псевдологии. Учитывая психическое состояние, сохранность интеллектуально-мнестической сферы, Е. А.Д. может правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела и давать о них правильные показания (т. 4 л.д. 49-52).

В соответствии с выводами заключения судебно-психиатрического эксперта (комиссии экспертов) от (дата) № ГКУЗ «Ульяновская областная клиническая психиатрическая больница им. В.А. Копосова», ФИО1 хроническим психическим расстройством, слабоумием или иным болезненным расстройством психики не страдает; в момент совершения инкриминируемого деяния ФИО1 болезненных расстройств психики, в том числе временного характера не обнаруживал, и мог осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий либо руководить ими; по своему психическому состоянию опасности для себя и других лиц не представляет, поэтому в принудительных мерах медицинского характера не нуждается; давать показания по уголовному делу, участвовать при производстве следственных действий и в судебном заседании может; в момент совершения инкриминируемого деяния ФИО1 не находился в состоянии аффекта, а находился в состоянии эмоционального возбуждения, возникшего в ответ на действия потерпевшего, это состояние не оказывало существенного влияния на его сознание и деятельность в исследуемой ситуации. Об этом свидетельствует отсутствие характерной динамики развития эмоциональных реакций, отсутствие выраженных изменений сознания и дезорганизации поведения. Ссылка на запамятование событий не является достаточным критерием для обоснования феноменологических проявлений аффекта (т. 4 л.д. 62-65).

Из заключения судебно-психиатрического эксперта (комиссии экспертов) от (дата) № ГКУЗ «Ульяновская областная клиническая психиатрическая больница им. В.А. Копосова» следует, что выявленные индивидуально-психологические особенности ФИО1: ригидность, напористость, жесткость, формализованность в контактах, ориентированность на собственные суждения, откликаемость на средовые воздействия, наступательность, субъективность суждений, нашли свое отражение в его поведении, но не оказали существенного влияния на его сознание и деятельность в исследуемой ситуации (т. 4 л.д. 73-75).

Оценив собранные по делу и исследованные в судебном заседании доказательства в их совокупности, суд находит вину подсудимого ФИО1 полностью доказанной.

Так, сам ФИО1 вину в предъявленном обвинении признал частично, отрицая умысел на причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшему Е. А.Д., но не оспаривая, что все телесные повреждения, причинившие тяжкий вред здоровью получены потерпевшим от его действий.

Установленный судом факт причинения потерпевшему Е. А.Д. телесных повреждений, в том числе открытой проникающей черепно-мозговой травмы: подкожной гематомы и ушибленной раны в правой теменной области, параорбитальной гематомы слева, поверхностных ран в левой надбровной области, кровоподтека в левой подглазничной области, переломов костей свода и основания черепа справа и слева: переломов правых и левых теменных височных костей с развитием гемосинуса, отогемоликвореи справа, субдуральной пластинчатой гематомы объемом до 1,9 см? в правой теменной области, эпидуральной гематомы объемом до 2,3 см? в левой височной области; субарахноидального кровоизлияния в правых и левых височных и теменных долях головного мозга; кровоизлияния по намету мозжечка; ушиба головного мозга; микроповреждения твердой мозговой оболочки, явившихся опасными для жизни, повлекших тяжкий вред здоровью Е. А.Д. подтвержден достаточными доказательствами и не оспаривался подсудимым.

Приведенные заключения судебно-медицинских экспертиз о характере, локализации и механизме образования обнаруженных у потерпевшего Е. А.Д. телесных повреждений, не содержат каких-либо противоречий, отвечают требованиям научной обоснованности, полноты и всесторонности экспертных исследований. Заключения экспертов получены в соответствии с требованиями УПК РФ и Федерального закона от 31.05.2001 г. № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации». Сведения, отраженные в заключениях, не противоречат собранным по делу доказательствам, научно аргументированы, оснований сомневаться в надлежащей квалификации экспертов у суда не имеется.

Факт причинения ФИО1 телесных повреждений Е. А.Д. подтверждается оглашенными в ходе судебного заседания показаниями свидетеля Ф. Д.А. от (дата), о том, что (дата) примерно в 02 часа ночи, после нанесенного ФИО1 удара трубой, Е. А.Д. стал убегать от него в сторону трассы. ФИО1 его догнал, повалил на песчаную поверхность, а затем начал наносить удары Е. А.Д., который лежал спиной вверх. Нанес в область головы сбоку не менее 3 ударов металлической трубой. Затем после нанесения данных ударов, ФИО1 схватил двумя руками сзади за переднюю часть груди Е. А.Д. и начал трясти его, ударяя головой последнего о песчано-каменный грунт. Также ФИО1 нанес еще не менее 4 ударов металлической трубой в область спины Е. А.Д.

В судебном заседании свидетель Ф. Д.А. в части нанесения телесных повреждений Е. А.Д. в целом дал аналогичные показания, указав, что ФИО1 ударил Е. А.Д., выхваченной у последнего трубой, нанеся не менее 4 ударов, из которых в область головы сверху примерно 2 удара, в область спины примерно 3 удара. Далее началась драка, они оба упали, Е. А.Д. лежал на боку на каменно-песчаном грунте, удерживая ФИО1 за ногу, ФИО1 откидывал его от себя примерно 4 раза, отчего Е. А.Д. ударялся о землю.

Согласно заключению комиссионной судебно-медицинской экспертизы № от (дата), учитывая данные, изложенные Ф. Д.А. в протоколе допроса его в качестве свидетеля от (дата), изложенные и визуализированные в ходе следственного эксперимента с его участием в качестве свидетеля от (дата), повреждения, обнаруженные у Е. А.Д. могли быть причинены в срок указанный Ф. Д.А. – «около 02 часов ночи (дата).»; металлическая труба и каменно-песчаная грунтовая поверхность подпадают под характеристики предметов, в результате травмирующих воздействий которыми могли быть причинены повреждения Е. А.Д.; переломы костей свода и основания черепа слева могли быть получены в результате удара металлической трубой в левую височно-теменно-затылочную область; параорбитальная гематома слева, поверхностные раны в левой надбровной области, кровоподтек в левой подглазничной области могли быть получены в результате неоднократного удара лицом о песчано-каменный грунт; ушиб верхней доли и базальных отделов правого легкого могли быть получены в результате двух травмирующих воздействий металлической трубой по задней поверхности грудной клетки в области верхней и нижней ее части справа.

Из содержания оглашенного с согласия сторон протокола проведения очной ставки от (дата) между потерпевшим Е. А.Д. и свидетелем З. М.С. следует, что З. М.С. пояснял, что ФИО1 выхватил трубу из рук Е. А.Д. и нанес 1 удар Е. А.Д. по телу, куда конкретно он не помнит. После этого Е. А.Д. стал отбегать в сторону трассы М-5 Урал, ФИО1 побежал за ним, а когда настиг, стал наносить ему удары по разным частям тела, как металлической трубой, так и руками.

При этом суд критически относится к показаниям свидетеля З. М.С., данным в ходе судебного заседания, в той части, что он не видел, как подсудимый наносит удары металлической трубой З. А.Д., поскольку указанные показания полностью опровергаются показаниями самого свидетеля З. М.С., данными в ходе предварительного следствия, оснований не доверять которым у суда не имеется, так как они согласуются с другими доказательствами по делу, в том числе, с заключением судебно-медицинских экспертиз, показаниями свидетеля Ф. Д.А., а также самого подсудимого ФИО1

Из показаний потерпевшего Е. А.Д., данных им в судебном заседании и оглашенных по ходатайству защиты, усматривается, что он последовательно указывал, что ФИО1 наносил ему удары металлической трубой по различным частям тела, в том числе, в область головы.

Существо показаний потерпевшего Е. А.Д. о механизме получения им телесных повреждений в результате действий Б. Э.В., данных в ходе предварительного следствия и при допросе в судебном заседании, существенных противоречий, влияющих на установление судом обстоятельств совершения подсудимым преступления и доказанность его вины, не содержат.

Имеющие место неточности в показаниях потерпевшего Е. А.Д. об установленных фактических обстоятельствах получения им телесных повреждений (дата), в том числе касающиеся расположения ФИО1 в момент нанесения ударов, а также предметов одежды подсудимого, обусловлены тем, что в момент совершения преступления Е. А.Д. находился в экстремальной, психотравмирующей ситуации, в результате которой получил телесные повреждения, повлекшие причинение ему тяжкого вреда здоровью, при этом в тяжелом состоянии, с черепно-мозговой травмой, без сознания, был доставлен в больницу. Кроме того, из показаний самого потерпевшего, а также показаний свидетелей Р. В.О., В. А.А., К. М.А., данных в ходе судебного заседания следует, что перед получением телесных повреждений, Е. А.Д. употреблял спиртное. Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля врач общей практики ГУЗ «Новоспасская районная больница» О. С.В., показал, что при поступлении в медицинское учреждение, сознание Е. А.Д. было спутанным, что могло быть вызвано травмой, а также употреблением спиртного, поскольку от него исходил сильный запах алкоголя.

Как видно из материалов уголовного дела, причастность других лиц к совершению преступления органами предварительного следствия не установлена. Более того, отсутствие противоправных действий со стороны свидетелей Ф. Д.А. и З. М.С. подтверждается как показаниями подсудимого ФИО1, так и последовательными пояснениями всех допрошенных в ходе судебного заседания очевидцев событий, произошедших (дата) возле кафе «****».

Таким образом, показания потерпевшего Е. А.Д., данные им в период предварительного следствия, а также при его допросе в ходе судебного заседания, в части причинения телесных повреждений З. М.С. и Ф. Д.А., не могут быть положены судом в основу приговора, поскольку они не соответствуют фактическим обстоятельствам дела и противоречат исследованным по делу доказательствам.

Кроме того, из описания преступного деяния подлежит исключению как не нашедшие своего подтверждения: указание на нанесение ФИО1 одного удара в область головы Е. А.Д., до того момента, как потерпевший Е. А.Д. начал убегать от подсудимого, а также о приискании ФИО1 металлической трубы, поскольку из представленных суду доказательств не следует, что ФИО1 наносил какие-либо удары потерпевшему, до того момента, как догнал последнего, а металлическую трубу, в последующем используемую в качестве оружия, ФИО1 выхватил из рук потерпевшего.

Однако данные исключения не имеют правового значения для юридической квалификации действий ФИО1, и не влияют на выводы суда о его виновности.

Позиция защиты в судебном заседании в целом сводилась к отсутствию у ФИО1 умысла на причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшего Е. А.Д., поскольку подсудимый действовал исключительно из-за страха за свою жизнь и здоровье, в ответ на противоправные действия потерпевшего, который первым применил насилие к ФИО1 У подсудимого не было возможности осознать соразмерность необходимой защиты от посягательства потерпевшего, в связи с чем, в действиях ФИО1 усматриваются признаки необходимой обороны, что исключает привлечение ФИО1 к уголовной ответственности и влечет прекращение в отношении него уголовного дела.

Оценивая показания ФИО1, данные им в ходе судебного заседания, суд признает их достоверными в той части, в которой они подтверждены совокупностью иных доказательств по уголовному делу.

Так, в явке с повинной от (дата), которая была написана подсудимым собственноручно, ФИО1 добровольно сообщил органам предварительного расследования о совершенном преступлении, а именно о том, что когда Е. А.Д. прекратил свои действия по нанесению ему ударов в область головы, и стал отбегать от него, он догнал Е. А.Д. и выхваченной у потерпевшего металлической трубой нанес последнему не менее 2 ударов в область головы. Затем Е. А.Д. схватил его за куртку, они оба упали, при этом ФИО1 упал на Е. А.Д., который продолжал держать его за куртку. Он попытался встать, оттолкнул Е. А.Д., который упал и ударился головой о землю, после чего снова поднял Е. А.Д. за куртку и ударил головой о землю.

Оглашенные в ходе судебного заседания на основании п. 1 ч. 1 ст. 276 УПК РФ показания подозреваемого ФИО1 от (дата) об обстоятельствах совершенного преступления, аналогичны сведениям, изложенным им в явке с повинной.

Из оглашенного в суде на основании п. 1 ч. 1 ст. 276 УПК РФ протокола допроса обвиняемого ФИО1 от (дата) следует, что с обвинением в совершении преступления, предусмотренного п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ, он согласен частично. В ходе допроса ФИО1 показал, что он побежал за Е. А.Д., поскольку был уверен, что тот не прекратил своих действий по нанесению ударов, убегая, Е. А.Д. наклонялся и что-то искал на земле, возможно камень или трубу.

Таким образом, показания ФИО1 в суде, о том, что он не бежал за потерпевшим, а Е. А.Д. не убегал, а отходил от него, опровергаются не только собственными показаниями ФИО1, данными при допросе в качестве подозреваемого (дата), а также спустя значительный промежуток времени (дата), при допросе в качестве обвиняемого, но и показаниями очевидцев произошедшего - свидетелей З. М.С. и Ф. Д.А., которые в ходе предварительного следствия показывали, что после нанесенного ФИО1 удара трубой, Е. А.Д. стал убегать от него в сторону трассы. В связи с чем, суд берет в основу показания подсудимого ФИО1, данные им в ходе предварительного следствия, поскольку они последовательны, непротиворечивы, согласуются с иными собранными по делу доказательствами.

Из протоколов допросов ФИО1 в качестве подозреваемого и обвиняемого следует, что указанные следственные действия были проведены с соблюдением требований ст. 173 УПК РФ. При этом ФИО1 не возражал против проведения допросов, и после разъяснения ему прав, в том числе предусмотренных ст. 51 Конституции РФ, давал показания об обстоятельствах совершенного им преступления. Также в ходе допросов ФИО1 не заявлял о невозможности участия в следственных действиях, не высказывал жалоб на плохое самочувствие, об отложении допроса не ходатайствовал.

Как видно из материалов дела после заявленной явки с повинной ФИО1 были даны вышеприведенные показания в качестве подозреваемого, в которых он подробно пояснил о тех же обстоятельствах совершения преступления в отношении Е. А.Д., приведенных им в явке с повинной, при этом допрос ФИО1 проводился с участием защитника, что исключало оказание на него незаконного воздействия, а также правильность изложения показаний в протоколе подтверждена подписями как ФИО1, так и его защитника, каких-либо замечаний и дополнений к протоколу после ознакомления с ним ФИО1 и его защитником заявлено не было.

Довод подсудимого о том, что (дата) при проведении допроса, он просил следователя провести следственное действие с участием выбранного им защитника, поскольку сомневался, что адвокат по назначению сможет надлежащим образом обеспечить его защиту, опровергается отсутствием соответствующего заявления ФИО1 о данном факте.

В судебном заседании подсудимый не отрицал, что давал показания в присутствии адвоката Тимаевой Р.А., против участия которой не возражал, имел возможность дополнять и уточнять свои показания.

Указанные обстоятельства подтвердила допрошенная в суде следователь М. Г.А., из показаний которой следует, что при проведении допроса ФИО1 в качестве подозреваемого, изложенные в протоколах его пояснения были им даны добровольно и самостоятельно, на плохое самочувствие он не жаловался.

Суд также отмечает, что на момент написания ФИО1 явки с повинной и даче первоначальных признательных показаний, правоохранительные органы не располагали сведениями обо всех обстоятельствах причинения тяжкого вреда здоровью ФИО3, то есть тех деталях и подробностях преступления, которые изложены в протоколе допроса от 22.11.2018 г. и явке с повинной, которые могли быть известны только лицу их совершившему, либо очевидцу преступления.

Об отсутствии незаконного воздействия на ФИО1, принуждения его к даче показаний, о том, что он свободен был в выборе позиции, свидетельствует и последующее изменение им показаний на предварительном следствии, в ходе которых он стал сообщать о действиях потерпевшего Е. А.Д., направленных на приискание на земле предметов, которые последний мог использовать в качестве оружия, избирая, наиболее для себя выгодную линию защиты.

Суд оценивает системные изменения показаний ФИО1 в части, касающейся действий потерпевшего Е. А.Д., после того, как последний побежал в сторону трассы, как способ уклонения от уголовной ответственности за совершенное деяние, при этом ФИО1 существенно усугубил роль и активность Е. А.Д. в продолжении нападения на него, указывая о наличии крупных камней на месте происшествия и объясняя свое поведение страхом перед потерпевшим.

Вопреки доводам стороны защиты, факт нанесении ФИО1 неоднократных ударов металлической трубой в область головы и спины, убегающего от него Е. А.Д., а также то обстоятельство, что ФИО1 обхватил упавшего от ударов на землю Е. А.Д. обеими руками сзади за туловище и, приподнимая его, ударил головой о песчано-каменный грунт не менее 2 раз, подтверждается показаниями свидетелей З. М.С. и Ф. Д.А., данными в ходе предварительного следствия. О том, что Е. А.Д. бежал в сторону трассы также указывал в ходе судебного заседания свидетель Р. В.О. (дата) в ходе проведения очной ставки с подозреваемым ФИО1, свидетель З. М.С. пояснял, что когда в ходе драки, ФИО1 взял Е. А.Д. за плечи и примерно 3 раза ударил головой о каменно-песчаный грунт, Е. А.Д. находился в беспомощном состоянии, лежал на животе и сопротивления не оказывал.

Оснований не доверять вышеприведенным показаниям, как и причин, подвергать их критической оценке, у суда не имеется, поскольку они не противоречат материалам уголовного дела и согласуются с другими исследованными доказательствами. Перед началом следственных действий свидетелям разъяснялись права, соответствующие их правовому статусу, они предупреждались о возможности использования данных ими показаний в качестве доказательств по уголовному делу, а также об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний. Протоколы следственных действий подписаны всеми участниками, при этом никаких замечаний к протоколам допросов свидетели Ф. Д.А. и З. М.С. не имели, показания давали добровольно, ходатайств об отложении по тем или иным причинам следственного действия от них не поступало.

Версия свидетелей о том, что следователем М. Г.А. были частично искажены их показания, своего подтверждения в ходе судебного заседания не нашла, с жалобами на действия сотрудников полиции указанные лица не обращались. Кроме того, данные ими показания на предварительном следствии являются последовательными в течение всего срока предварительного следствия.

Из протокола следственного эксперимента, с участием Ф. Д.А. также следует, что никакого незаконного воздействия на него не оказывалось, он добровольно демонстрировал на манекене механизм нанесения ударов ФИО1 Е. А.Д. Вопреки доводам защиты, рабочая форма одежды Ф. Д.А. на фотоснимках также не свидетельствует о том, что перед следственным действием он подвергся какому-либо незаконному воздействию.

К оглашенным показаниям свидетеля Л. А.В., к показаниям свидетелей Ф. Д.А., З. М.С в части того, что Е. А.Д., после нанесения ударов ФИО1 отходил от последнего, при этом что-то приискивая на земле, суд относится критически, поскольку данные утверждения свидетели основывали на своих предположениях, при этом объективно данные показания ничем не подтверждены, и опровергаются исследованными судом доказательствами, в том числе, протоколом осмотра места происшествия от (дата) с фототаблицей к нему, из содержания которого не усматривается наличие на осмотренном участке местности возле здания кафе «Удача» каких-либо предметов, которые Е. А.Д. мог использовать в качестве оружия. Помимо прочего, исходя из показаний указанных свидетелей, конфликт между Е. А.Д. и ФИО1 происходил в темное время суток, а свидетели находились на значительном расстоянии от места драки.

Суд также принимает во внимание, что из показаний вышеуказанных свидетелей, данных в том числе, в ходе рассмотрения дела судом, не усматривается, что после того, как ФИО1 настиг потерпевшего, в руках у Е. А.Д. находились какие-либо предметы.

Таким образом, показаниями свидетелей достоверно установлено, что применение Е. А.Д. насилия к подсудимому прекратилось к моменту, когда ФИО1 подбежал к потерпевшему и стал наносить ему удары.

По ходатайству защиты в судебном заседании исследованы постановление о возбуждении уголовного дела от (дата) по признакам преступления, предусмотренного п. «в» ч. 2 ст. 115 УК РФ, по факту причинения телесных повреждений ФИО1 (т. 2 л.д. 188), постановлением от (дата) ФИО1 признан потерпевшим (т. 2 л.д. 235); копия медицинской справки ГУЗ «Новоспасская районная больница», согласно которой (дата) ФИО1 был на приеме у врача травматолога, постановлен диагноз – сотрясение головного мозга, ушибленная рана лба слева. По экстренным показаниям, ФИО1 направлен на стационарное лечение в травматологическое отделение ГУЗ «Новоспасская районная больница» (т. 2 л.д. 198).

В последующем, (дата) в отношении ФИО1 Новоспасским межрайонным отделением ГКУЗ «Ульяновское областное бюро судебно-медицинской экспертизы» произведена судебно-медицинская экспертиза, согласно выводам которой, у ФИО1 была обнаружена закрытая черепно-мозговая травма: сотрясение головного мозга, ушибленная рана лобной области слева, которая могла быть получена от однократного воздействия твердого тупого предмета, в том числе, при обстоятельствах от (дата), при ударе металлической трубой в лобную область слева. Указанные телесные повреждения квалифицируются как вред здоровью легкой степени тяжести по признаку кратковременного расстройства здоровья (до 21 дня) (т. 2 л.д. 224-228).

Оценив представленные стороной защиты доказательства и сопоставив их с другими доказательствами по делу, в том числе с показаниями подсудимого и многочисленных свидетелей-очевидцев, суд полагает установленным, что инициатором конфликта явился потерпевший Е. А.Д., который первым стал наносить удары подсудимому ФИО1 металлической трубой в область головы. Вместе с тем, как следует из материалов дела, после пресечения действий Е. А.Д. подсудимым, имея возможность отбросить в сторону, выхваченную из рук потерпевшего металлическую трубу, ФИО1 догнал убегающего Е. А.Д., и в тот момент, когда последний не находился к нему лицом и действия последнего не представляли реальной угрозы его жизни и здоровью, нанес Е. А.Д. не менее 2 ударов в область головы и не менее 4 ударов в область спины. При этом, для подсудимого на тот момент, когда он выхватил металлическую трубу из рук Е. А.Д., было очевидно окончание противоправных действий со стороны потерпевшего. В ходе дальнейших действий ФИО1, потерпевший, хоть и являлся инициатором конфликта, лежа на земле, без оружия, никаких активных действий не предпринимал. ФИО1 в свою очередь не прекратил нападение, а, напротив, зная, что потерпевший безоружен и не представляет для него опасности, обхватил упавшего от ударов на землю Е. А.Д. обеими руками сзади за туловище и, приподнимая его, ударил головой о песчано-каменный грунт не менее 2 раз, пока его действия не были пресечены З. М.С. и Ф. Д.А.

Суд также принимает во внимание, что возле кафе «Удача» в момент совершения преступления находилось большое количество людей, к которым после нанесения Е. А.Д. ему ударов в область головы, ФИО1 имел реальную возможность обратиться, однако не сделал этого.

Об умысле ФИО1 на причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни потерпевшего Е. А.Д. в данном случае свидетельствуют характер действий подсудимого, способ совершения и орудие преступления, механизм образования и локализация телесных повреждений у потерпевшего.

Нанося потерпевшему удары металлической трубой в область головы, а также неоднократно ударяя последнего головой о каменно-песчаную поверхность земли, ФИО1 осознавал общественную опасность своих действий, предвидел неизбежность наступления общественно-опасных последствий в виде причинения тяжкого вреда здоровью Е. А.Д., опасного для его жизни и желал их наступления.

При этом, мотивом совершения преступления, явились внезапно возникшие личные неприязненные отношения, вызванные противоправным поведением потерпевшего Е. А.Д.

Согласно п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.09.2012 г. № 19 «О применении судами законодательства о необходимой обороне и причинении вреда при задержании лица, совершившего преступление», действия не могут признаваться совершенными в состоянии необходимой обороны, если вред посягавшему лицу причинен после того, как посягательство было предотвращено, пресечено или окончено и в применении мер защиты явно отпала необходимость, что осознавалось оборонявшимся лицом.

При изложенных обстоятельствах суд не усматривает в действиях подсудимого ФИО1 состояния необходимой обороны, поскольку со стороны Е. А.Д. по отношению к подсудимому посягательств, направленных на причинение насилия, опасного для его жизни или непосредственной угрозы применения такого насилия в момент нанесения ФИО1 ударов не имелось.

Таким образом, действительным или предполагаемым правом, указывающим на необходимость осуществления защиты от нападения в момент нанесения ударов потерпевшему Е. А.Д., подсудимый ФИО1 не обладал, поэтому в данном случае отсутствует и превышение пределов необходимой обороны.

Исходя из установленных обстоятельств, не представляется возможным прийти к выводу, что нанесению телесных повреждений потерпевшему Е. А.Д. предшествовало внезапно возникшее у ФИО1 душевное волнение, то есть он не находился в состоянии аффекта, что также подтверждается выводами комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы, основания не доверять которым у суда отсутствуют.

Показания допрошенной в суде свидетеля стороны защиты В. Р.Ю., о том, что (дата) в ГУЗ «Новоспасская районная больница», потерпевший Е. А.Д. кричал «все равно прибью прибалта!», на выводы суда о виновности ФИО1 не влияют, поскольку не подтверждают и не опровергают предъявленное подсудимому обвинение.

В п. 23 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.12.2002 г. № 29 «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое», указано, что под предметами, используемыми в качестве оружия, следует понимать предметы, которыми потерпевшему могли быть причинены телесные повреждения, опасные для жизни или здоровья».

В судебном заседании установлено, что ФИО1 умышленно причинил потерпевшему Е. А.Д. тяжкий вред здоровью, опасный для его жизни, при этом преступление было им совершено с применением предмета, используемого в качестве оружия – металлической трубы.

С учетом изложенных обстоятельств, действия подсудимого ФИО1 суд квалифицирует по п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ, как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, с применением предметов, используемых в качестве оружия.

Принимая во внимание заключение судебно-психиатрического эксперта (комиссии экспертов) от (дата) № ГКУЗ «Ульяновская областная клиническая психиатрическая больница им. В.А. Копосова», адекватное поведение подсудимого в ходе предварительного расследования и судебного разбирательства, данные о его личности, суд признает ФИО1 вменяемым и подлежащим уголовной ответственности.

При назначении наказания суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, конкретные обстоятельства дела, данные о личности подсудимого, состоянии его здоровья, смягчающие наказание обстоятельства, а также влияние назначенного наказания на исправление ФИО1 и на условия жизни его семьи.

Из представленных материалов уголовного дела усматривается, что подсудимый ФИО1 имеет постоянное место жительства, в собственности имеет ? часть жилого дома, расположенного по адресу: <адрес>; проживает совместно с матерью, которой установлена третья группа инвалидности по общему заболеванию; жалоб в муниципальное образование «Новоспасский район» на него не поступало, в 2015 – 2019 г.г. награждался грамотами за участие в турнирах по шахматам, соревнованиях по стритболу. (т. 1 л.д. 199, 204, 206-207; т. 5 л.д. 93-96).

Согласно справкам ГУЗ «Новоспасская районная больница» ФИО1 на диспансерном учете у врача нарколога и врача психиатра не состоит (т. 1 л.д. 201).

По месту жительства участковым уполномоченным, ФИО1 характеризуется посредственно, в настоящее время не трудоустроен, со стороны соседей жалоб не поступало, приводов в МО МВД России «Новоспасский» не имеет (т. 1 л.д. 205).

В соответствии с информацией, представленной Военным комиссариатом Новоспасского, Радищевского и Старокулаткинского районов Ульяновской области от 23.11.2018 г., ФИО1 на воинском учете не состоит (т. 1 л.д. 198).

Сведений о привлечении к уголовной и административной ответственности не имеется (т. 1 л.д. 196-197).

Допрошенная в судебном заседании свидетель Б. Е.Н. охарактеризовала ФИО1 исключительно с положительной стороны, как заботливого сына, порядочного и отзывчивого человека. Пояснила, что она работает старшим кассиром в ООО «****», является инвалидом 3 группы. ФИО1 оказывает ей помощь по хозяйству, а также материально поддерживает младшего брата, который обучается по очной форме в <адрес>.

Согласно представленной в материалы дела характеристике, подписанной соседями подсудимого, ФИО1 характеризуется с положительной стороны, спокойный, неконфликтный, спиртными напитками не злоупотребляет, не курит, занимается домашним хозяйством, много времени проводит с матерью, оказывает финансовую поддержку ей и брату (т. 5 л.д. 91).

Из характеристики, выданной 14.02.2020 г. ИП К. В.В. следует, что с (дата) по (дата) ФИО1 осуществлял трудовую деятельность в качестве сборщика стеклопакетов, за время работы зарекомендовал себя как ответственный, исполнительный работник, свои обязанности выполнял добросовестно, дисциплинарных взысканий не имел, пользовался уважением у коллектива (т. 5 л.д. 92).

В соответствии со ст. 61 УК РФ в качестве обстоятельств, смягчающих наказание ФИО1, суд признает и учитывает: частичное признание вины, раскаяние в содеянном, явку с повинной, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, о чем свидетельствуют его показания на стадии предварительного следствия, противоправное поведение потерпевшего Е. А.Д., явившееся поводом для совершения преступления, состояние здоровья подсудимого и его близких родственников, оказание материальной помощи матери и брату, отсутствие судимости, положительные характеристики, наличие у ФИО1 грамот за участие в турнирах и спортивных соревнованиях.

В соответствии со ст. 63 УК РФ обстоятельств, отягчающих наказание ФИО1, по делу не установлено.

При назначении наказания суд учитывает положения ч. 1 ст. 62 УК РФ, поскольку смягчающими наказание обстоятельствами признаны явка с повинной и активное способствование подсудимого раскрытию и расследованию преступления, предусмотренные п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ, при этом отягчающие наказание обстоятельства отсутствуют.

Учитывая фактические обстоятельства совершенного ФИО1 преступления, относящегося к категории тяжких, характер и степень общественной опасности содеянного, данные о личности подсудимого, наличие смягчающих наказание обстоятельств, суд приходит к выводу о том, что достижение предусмотренных ст. 43 УК РФ целей наказания, а именно восстановление социальной справедливости, исправление подсудимого и предупреждение совершения им новых преступлений, возможно только при условии назначения ему наказания в виде реального лишения свободы. Оснований для применения положений ст. 73 УК РФ суд не находит, поскольку в данном случае исправительное воздействие не будет являться достаточным и не обеспечит достижение вышеуказанных целей наказания.

Принимая во внимание фактические обстоятельства совершенного ФИО1 преступления и степень его общественной опасности, оснований для применения положения ч. 6 ст. 15 УК РФ, предусматривающей изменение категории преступления, не имеется.

Кроме того, каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, существенно уменьшающих степень общественной опасности содеянного, которые с применением ст. 64 УК РФ дают право на назначение осужденному более мягкого наказания, чем предусмотрено законом, судом не установлено, оснований для применения ст. 53.1 УК РФ также не усматривается.

При этом, учитывая наличие ряда обстоятельств, смягчающих наказание подсудимого, суд полагает возможным не назначать ему дополнительный вид наказания, предусмотренный санкцией ч. 2 ст. 111 УК РФ, в виде ограничения свободы.

В соответствии с требованиями п. «б» ч. 1 ст. 58 УК РФ отбывание наказания ФИО1 следует определить в исправительной колонии общего режима.

С учетом назначения ФИО1 наказания в виде лишения свободы с его отбыванием в исправительном учреждении, суд полагает необходимым до вступления приговора в законную силу меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, избранную в отношении подсудимого изменить, избрав в отношении ФИО1 меру пресечения в виде заключения под стражу.

Срок отбывания наказания ФИО1 необходимо исчислять со дня вступления настоящего приговора в законную силу.

На основании п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ время содержания ФИО1 под стражей с 15.07.2020 г. до дня вступления приговора в законную силу, зачесть в срок лишения свободы из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

Вопрос о вещественных доказательствах по делу подлежит разрешению в соответствии с ч. 3 ст. 81 УПК РФ.

Потерпевшим ФИО3 был заявлен гражданский иск, поддержанный в судебном заседании, о взыскании с подсудимого ФИО1 компенсации морального вреда в размере 600 000 руб., а также судебных расходов, связанных с оплатой услуг представителя в размере 143 000 руб.

Абзацем 2 п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 г. № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» установлено, что применительно к ст. 44 УПК РФ потерпевший, то есть лицо, которому преступлением причинен моральный, физический или имущественный вред (ст. 42 УПК РФ), вправе предъявить гражданский иск о компенсации морального вреда при производстве по уголовному делу.

В силу п. 1 ст. 150 ГК РФ жизнь и здоровье, личная неприкосновенность относятся к нематериальным благам.

Согласно ст. 151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии с п. 2 ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Учитывая фактические обстоятельства совершенного ФИО1 преступления, характер полученных Е. А.Д. телесных повреждений, степень его физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями потерпевшего, принимая во внимание противоправное поведение Е. А.Д., явившееся поводом для совершения преступления, материальное положение подсудимого, исходя из требований разумности и справедливости, суд полагает возможным взыскать с ФИО1 в пользу Е. А.Д. компенсацию морального вреда в размере 300 000 рублей.

По смыслу ст. 131 УПК РФ, процессуальные издержки представляют собой денежные суммы в возмещение необходимых и оправданных расходов, неполученных доходов, а также вознаграждение и выплаты, которые причитаются к уплате физическим и юридическим лицам, вовлеченным в уголовное судопроизводство в качестве участников или иным образом привлекаемым к решению стоящих перед ним задач.

Пункт 1.1 ч. 2 ст. 131 УПК РФ относит к процессуальным издержкам и суммы, выплачиваемые потерпевшему на покрытие расходов, связанных с выплатой вознаграждения его представителю. Как указывает Пленум Верховного Суда РФ в Постановлении от 19.12.2013 г. № 42 «О практике применения судами законодательства о процессуальных издержках по уголовным делам», к процессуальным издержкам относятся подтвержденные соответствующими документами расходы потерпевшего на участие представителя при условии их необходимости и оправданности.

Судом установлено, что в ходе судебного разбирательства интересы потерпевшего Е. А.Д. представлял адвокат Кузнецов А.П. на основании заключенного с ним соглашения, за услуги адвоката потерпевшим было оплачено 143 000 рублей, что подтверждается квитанциями № на сумму 75 000 рублей, № на сумму 50 000 рублей, № на сумму 18 000 рублей.

Поскольку процессуальные издержки, состоящие из суммы, выплаченной на основании п. 1.1 ч. 2 ст. 131 УПК РФ потерпевшим Е. А.Д. на покрытие расходов, связанных с выплатой вознаграждения его представителю - адвокату Кузнецову А.П. за участие в уголовном деле, подтверждены соответствующими документами, являются необходимыми и оправданными, в соответствии с ч. 1 ст. 132 УПК, суд приходит к выводу, что указанные процессуальные издержки следует взыскать с ФИО1 в полном объеме, поскольку оснований для его освобождения от их уплаты не имеется; документально подтвержденных сведений о имущественной несостоятельности подсудимого в материалы дела не представлено.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 307-309 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

Признать ФИО1 виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ, и назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок 03 (три) года, с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Срок отбывания наказания исчислять со дня вступления настоящего приговора в законную силу.

Меру пресечения ФИО1 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении до вступления приговора в законную силу изменить на заключение под стражу, взяв его под стражу в зале суда.

Время содержания ФИО1 под стражей с (дата) до дня вступления приговора в законную силу зачесть в срок наказания в виде лишения свободы из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

Гражданский иск Е.А.Д. удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО1 в пользу Е.А.Д. в счет компенсации морального вреда 300 000 рублей, а также процессуальные издержки, связанные с выплатой вознаграждения представителю в размере 143 000 рублей.

По вступлении приговора в законную силу, хранящиеся при материалах уголовного дела вещественные доказательства:

- марлевый тампоном со смывом вещества бурого цвета, CD-диск с изъятой видеозаписью с гостиницы «Удача», CD-диск с изъятыми следами обуви – хранить при материалах уголовного дела, в течение всего срока хранения;

- олимпийку «avic» и джинсовые брюки – передать Б. Е.Н.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Ульяновского областного суда через Новоспасский районный суд Ульяновской области в течение 10 суток со дня его провозглашения, а осужденным – в тот же срок со дня вручения ему копии приговора.

В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, о чем осужденный должен указать в своей апелляционной жалобе либо отдельном заявлении.

При подаче апелляционной жалобы осужденный вправе пригласить адвоката (защитника) по своему выбору, отказаться от защитника. В случае неявки приглашенного защитника в течение 5 суток суд вправе предложить осужденному пригласить другого защитника, а в случае отказа – принять меры по назначению защитника по своему усмотрению.

Судья Т.Н. Завгородняя