Решение № 2-1910/2017 2-1910/2017~М-2141/2017 М-2141/2017 от 25 декабря 2017 г. по делу № 2-1910/2017

Дело № 2-1910/2017


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

26 декабря 2017 года г. Чита

Ингодинский районный суд г. Читы в составе

председательствующего судьи Калгиной Л.Ю.

при секретаре Депешиной Я.А.,

с участием: истца ФИО1, представителей ответчика ФИО2, действующей по доверенности от 01.11.2017, ФИО3, действующего по доверенности от 01.11.2017, старшего помощника прокурора Ингодинского района г. Читы Ленченко Н.М.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к индивидуальному предпринимателю ФИО4 о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, невыплаченной заработной платы, незаконно удержанной заработной платы,

у с т а н о в и л :

ФИО1 обратилась с указанным иском, ссылаясь на незаконность её увольнения с 03.10.2017 с должности главного бухгалтера на предприятии индивидуального предпринимателя ФИО4 в связи с сокращением штата, полагая, что работодатель нарушил порядок её увольнения, а именно, не предложил вакантную должность, освободившуюся с 20.10.2017, не рассмотрел вопрос о преимущественном праве оставления на работе, учитывая её стаж работы, превышающий 20 лет, высшее образование, квалификацию финансиста-экономиста, выполнение наиболее сложных обязанностей, несоблюдение обязанности по извещению службы занятости о предстоящем сокращении. С учётом уточнения исковых требований, истец просит восстановить её на работе у индивидуального предпринимателя ФИО4 в должности главного бухгалтера, взыскать с ответчика в её пользу средний заработок за время вынужденного прогула по день восстановления на работе, невыплаченную заработную плату в сумме 83 504,76 рублей, незаконно удержанной денежной суммы в размере 30 498,75 рублей.

Истец в судебном заседании уточнённые требования поддержала по основаниям, указанным в заявлении, просила иск удовлетворить полностью, в дополнение пояснила, что её сокращение обусловлено не экономической необходимостью, а тем, что она не сработалась с начальником отдела продаж, в связи с чем, ей было предложено уволиться по собственному желанию, но она отказалась. Кроме того, истец указала, что требование о взыскании невыплаченной заработной платы в сумме 83 504,76 рублей заявлено с учётом выплаты ей «серой» зарплаты по второй ведомости. В части требования о взыскании незаконно удержанной денежной суммы в размере 30 498,75 рублей сослалась на то, что данный факт был установлен при проведении проверки в отношении ответчика Государственной инспекцией труда в Забайкальском крае. Указанную сумму ответчик удерживал незаконно, поскольку выплаченная ей в июле 2017 года сумма 29 000 рублей не являлась авансом, а являлась заработной платой.

В судебном заседании сторона ответчика иск не признала, представила возражение на исковое заявление с дополнениями, в удовлетворении иска просила отказать полностью, указав, что решение о сокращении должностей главного бухгалтера и 0,5 ставки кассира индивидуальным предпринимателем ФИО4 было принято с целью избежать банкротства предприятия, ответчиком принято решение самостоятельно вести работу по начислению заработной платы и ведению налоговой отчётности с привлечением при необходимости на разовые работы специалиста по договорам оказания услуг. В дополнение сторона ответчика пояснила, что вакантные должности, которые на момент увольнения ФИО1 работодатель обязан был ей предложить, отсутствовали. Доводы истца о выплате «серой» заработной платы просили отклонить в связи с несоответствием фактическим обстоятельствам дела. В части требования о взыскании незаконно удержанной суммы в размере 30 498,75 рублей ссылались на законность её удержания из зарплаты истца, поскольку в июле 2017 года ФИО1 по её просьбе был выдан аванс.

Выслушав доводы сторон, заключение прокурора, полагавшего иск подлежащим удовлетворению частично, оценив в совокупности представленные по делу доказательства, в том числе пояснения свидетеля ФИО5, суд приходит к следующему.

Пунктом 2 части первой статьи 81 Трудового кодекса РФ предусмотрено, что трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае сокращения численности или штата работников организации.

В силу части 3 статьи 81 Трудового кодекса РФ увольнение по основанию, предусмотренному пунктом 2 части первой настоящей статьи, допускается, если невозможно перевести работника с его письменного согласия на другую имеющуюся у работодателя работу (как вакантную должность или работу, соответствующую квалификации работника, так и вакантную нижестоящую должность или нижеоплачиваемую работу), которую работник может выполнять с учётом его состояния здоровья. При этом работодатель обязан предлагать работнику все отвечающие указанным требованиям вакансии, имеющиеся у него в данной местности. Предлагать вакансии в других местностях работодатель обязан, если это предусмотрено коллективным договором, соглашениями, трудовым договором.

При проведении мероприятий по сокращению численности или штата работников организации работодатель обязан предложить работнику другую имеющуюся работу (вакантную должность) в соответствии с частью третьей статьи 81 настоящего Кодекса (часть 1 статьи 180 Трудового кодекса РФ).

В соответствии с Постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса РФ» прекращение трудового договора на основании пункта 2 части первой статьи 81 Трудового кодекса РФ признается правомерным при условии, что сокращение численности или штата работников в действительности имело место. Обязанность доказать данное обстоятельство возлагается на ответчика.

Судом установлено, что по трудовому договору от 11.04.2017 № 8 ФИО1 состояла в трудовых отношениях с ответчиком на должности главного бухгалтера с совмещением должности кассира (0,5 ставки) (л.д. ).

На основании распоряжения индивидуального предпринимателя ФИО4 от 01.08.2017 о введении режима экономии денежных средств, оптимизации расходов на предприятии, и его приказа от 01.08.2017 о проведении организационно-штатных мероприятий по предприятию были упразднены должность главного бухгалтера – 1 единица, должность кассира – 1 единица, утверждена новая организационная структура предприятия (л.д. ).

В соответствии с приказом индивидуального предпринимателя ФИО4 от 03.10.2017 № 5-к ФИО1 уволена по инициативе работодателя в связи с сокращением штата работников организации по пункту 2 части первой статьи 81 Трудового кодекса РФ (л.д. ).

С указанным приказом истец была ознакомлена в день увольнения, с работником произведён расчёт, выдана трудовая книжка.

О предстоящих организационно-штатных мероприятиях на предприятии истец была извещена в установленном порядке, 02.08.2017 ей лично было вручено уведомление о предстоящем увольнении по сокращению штата (л.д. ).

С учётом установленных по делу обстоятельств, на основании совокупности собранных по делу доказательств, в том числе объяснений сторон, письменных доказательств в виде штатных расписаний, приказов о приёме на работу, прекращении трудовых отношений с работниками, вопреки доводам истца, суд приходит к выводу о том, что фактическое сокращение штата работников на предприятии имело место, поскольку ответчиком с 03.10.2017 было изменено штатное расписание предприятия, а именно, сокращены 1,5 должностей (л.д. ).

При этом в период предупреждения ФИО1 об увольнении у ответчика отсутствовали вакантные должности, которые могли быть предложены истцу.

Ссылка истца на то, что ей в нарушение закона не была предложена должность менеджера отдела продаж ФИО6, уволившегося по собственному желанию с 20.10.2017, отклоняется как необоснованная, поскольку вакансия на предприятии образовалась после увольнении истца.

Истец указывает, что экономическая необходимость для сокращения занимаемой ею должности отсутствовала. Между тем, вопросы экономической целесообразности, производственной необходимости сокращения штатов не относятся к правовым вопросам, подлежащим судебной оценке.

Довод истца о том, что фактически сокращения не было, учитывая, что после её увольнения обязанности бухгалтера на предприятии исполняет ФИО7, опровергается представленными в дело штатным расписанием с 03.10.2017, в котором должности главного бухгалтера и кассира (0,5 ставки) не предусмотрены, а также договорами на оказание разовых консультационных услуг от 01.08.2017, 04.09.2017, от 29.09.2017 с индивидуальным предпринимателем ФИО7, актами приёмки оказанных услуг (л.д. ).

Утверждение истца о дискриминационном характере её увольнения, а именно, в связи с негативным к ней отношением со стороны работодателя по причине того, что она не сработалась с начальником отдела продаж, не может быть принято во внимание, поскольку допустимых и достаточных доказательств, с достоверностью свидетельствующих об указанных обстоятельствах, истцом не представлено, в материалах дела не содержится.

Не имеют в данном случае правового значения и доводы истца о наличии у неё преимущественного права на оставление на работе, предусмотренного статьёй 179 Трудового кодекса РФ, поскольку преимущественное право ФИО1 на оставление её на работе не рассматривалось работодателем правомерно, учитывая, что занимаемая истцом должность главного бухгалтера и кассира (0,5 ставки) в штатном расписании предприятия была одна, в связи с чем, указанная норма Трудового кодекса РФ применению не подлежала.

Ссылка истца на то, что ответчик в нарушение пункта 2 статьи 25 Закона РФ от 19.04.1991 № 1032-1 «О занятости населения» в установленном порядке не сообщил об этом в органы службы занятости о предстоящем сокращении, не является основанием для признания увольнения незаконным, поскольку обязанность направления такой информации не относится к процедуре увольнения, предусмотренной трудовым законодательством, а относится к сфере содействия работодателей в обеспечении занятости населения.

Поскольку нарушений со стороны работодателя при увольнении истца по сокращению штата работников не установлено, требования ФИО1 о восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула необоснованные и удовлетворению не подлежат, учитывая, что эти требования были обусловлены доводами о незаконности увольнения.

Разрешая спор в части требования о взыскании с ответчика в пользу истца невыплаченной заработной платы в сумме 83 504,76 рублей за период с июля 2017 года по 02.11.2017 с учётом «серой» заработной платы в сумме 21 500 рублей, выплачиваемой ей ежемесячно по второй ведомости наряду с официально установленной, суд приходит к следующему.

В соответствии со статьёй 21 Трудового кодекса РФ работник имеет право на своевременную и в полном объёме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, сложностью труда, количеством и качеством выполненной работы.

В силу части 1 статьи 129 Трудового кодекса РФ заработная плата (оплата труда работника) – вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты).

Согласно части 1 статьи 135 Трудового кодекса РФ заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда.

Частью 4 статьи 145 Трудового кодекса РФ установлено, что размеры оплаты труда руководителей, их заместителей и главных бухгалтеров определяются по соглашению сторон трудового договора.

В соответствии с положениями статьи 140 Трудового кодекса РФ при прекращении трудового договора выплата всех сумм, причитающихся работнику от работодателя, производится в день увольнения работника. Если работник в день увольнения не работал, то соответствующие суммы должны быть выплачены не позднее следующего дня после предъявления уволенным работником требования о расчёте.

По условиям трудового договора от 11.04.2017 № 8 ФИО1 установлены должностной оклад в размере 6 897 рублей в месяц с доплатой за совмещение должности кассира 50 % от оклада 6 897 рублей в месяц, надбавки в размере 20 % – районный коэффициент, 30 % – северная надбавка (л.д. ).

Из представленных в дело штатного расписания, расчётных листков усматривается, что заработная плата истцу в спорный период начислялась и выплачивалась, а также фиксировалась в системе финансовой отчётности предприятия согласно трудовому договору. Выходное пособие истцу начислено исходя из среднедневного заработка по формуле, применяемой для данного расчёта, и на день увольнения составило с учётом надбавок 18 358,78 рублей (л.д. ).

Расчёт на сумму 83 504,76 рублей, представленный истцом, а также копии платёжных ведомостей в подтверждение доводов истца о выплате ей заработной платы сверх официально установленного размера не могут быть приняты в качестве доказательств, поскольку данные документы составлены самой ФИО1, на них отсутствует резолюция руководителя предприятия, они противоречат фактическим обстоятельствам дела.

Пояснения свидетеля Р.С.А.. о том, что на собрании работникам предприятия было объявлено о выплате заработной платы официальной и «серой», установленные судом обстоятельства не опровергают, учитывая, что свидетель лично заработную плату истцу не начисляла и не выплачивала, при беседе истца с работодателем о согласовании ежемесячного оклада не присутствовала; показания данного свидетеля не содержат указания на какие-либо факты о размере выплачиваемой истцу заработной платы.

Таким образом, доводы истца об обязанности ответчика выплатить ей заработную плату при увольнении в ином размере, чем это установлено трудовым договором – в сумме 83 504,76 рублей, доказательствами, отвечающими требованиям статей 59, 60 Гражданского процессуального кодекса РФ, не подтверждены. Следовательно, иск в данной части удовлетворению не подлежит.

Судом установлено, что ФИО1 в июле 2017 года, наряду с авансом в сумме 6 000 рублей была выплачена заработная плата за июль в сумме 29 000 рублей (л.д. ).

В последующие месяцы до даты увольнения работодатель удержал с истца в связи с указанной выплатой 30 498,75 рублей, что подтверждается расчётными листками за период с июля по октябрь 2017 года (л.д. ).

Согласно частям первой и второй статьи 137 Трудового кодекса РФ удержания из заработной платы работника производятся только в случаях, предусмотренных данным Кодексом и иными федеральными законами. Удержания из заработной платы работника для погашения его задолженности работодателю могут производиться: для возмещения неотработанного аванса, выданного работнику в счёт заработной платы; для погашения неизрасходованного и своевременно не возвращенного аванса, выданного в связи со служебной командировкой или переводом на другую работу в другую местность, а также в других случаях; для возврата сумм, излишне выплаченных работнику вследствие счётных ошибок, а также сумм, излишне выплаченных работнику, в случае признания органом по рассмотрению индивидуальных трудовых споров вины работника в невыполнении норм труда (часть третья статьи 155 названного Кодекса) или простое (часть третья статьи 157 названного Кодекса); при увольнении работника до окончания того рабочего года, в счёт которого он уже получил ежегодный оплачиваемый отпуск, за неотработанные дни отпуска.

Доводы ответчика о законности указанных удержаний в связи с тем, что в июле 2017 года истцу по её личной просьбе на семейные нужды авансом была выплачена зарплата за следующий (август) месяц, опровергаются расчётным листком, согласно которому данная выплата является заработной платой за июль 2017 года.

Обстоятельств наличия счётной ошибки при выплате заработной платы истцу в указанном размере либо допущенной по вине ФИО1 переплате, судом не установлено, в связи с чем, удержание работодателем в нарушение приведённых норм трудового законодательства из заработной платы истца к моменту увольнения суммы 30 498,75 рублей является незаконным и подлежит взысканию с ответчика в пользу истца.

Согласно части 1 статьи 103 Гражданского процессуального кодекса РФ, издержки, понесённые судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец была освобождена, взыскиваются с ответчика, которому надлежит уплатить в доход городского округа «Город Чита» государственную пошлину пропорционально удовлетворённым требованиям – в сумме 1 114,96 рублей.

Руководствуясь статьями 194, 197, 198, 199 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд

р е ш и л:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с ИП ФИО4 (<данные изъяты>) в пользу ФИО1 незаконно удержанную заработную плату в сумме 30 498,75 рублей.

Взыскать с ИП ФИО4 (<данные изъяты>) в доход городского округа «Город Чита» государственную пошлину в сумме 1 114,96 рублей.

В удовлетворении остальной части требований ФИО1 отказать.

Решение может быть обжаловано в Забайкальский краевой суд через Ингодинский районный суд г. Читы в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме – 29 декабря 2017 года.

Судья Л.Ю. Калгина